Выберите полку

Читать онлайн
"Мёртвая тишина"

Автор: ALEX RAUND
Глава 1

Мёртвая тишина

Голос бездны

..

(Неизвестный автор)

Глава 1

Осознание

На дворе 2109 год. Человечество давно закончило все кровопролитные и бессмысленные войны за ресурсы и влияние в мире. Последняя война была в 2052 году. Погибло огромное количество людей, было стёрто с лица земли множество крупных городов. Самые крупные державы сражались за превосходство, власть и влияние, но так вышло, что мир чуть не рухнул из-за алчности и жажды наживы, а нашу планету чуть не накрыла ядерная зима и не постигла гибель всего живого на Земле. Люди наконец поняли цену, которую пришлось заплатить за свои амбиции и непомерную жажду власти. В 2053 году последние стычки закончились. И тогда, увидев последствия своего безумия, люди задумались. Они испугались, что, если вновь, развяжется подобная война с применением всей мощи, которой они обладают, наша планета просто не выстоит и наступит конец света, именно такой, который очень часто описывают фантасты в своих книгах, такой, про который снято множество фильмов, и такой, который поспособствует уничтожению всего живого на планете. Страх заставил людей наконец одуматься и начать мыслить по-другому. Впервые за долгие годы почти все страны и народы Земли объединились для того, чтобы вместе восстанавливать планету, следить за порядком на ней и существовать на этой планете всем вместе для того, чтобы вместе строить, а не разрушать по-отдельности. Теперь люди знают цену своей, а самое главное и чужой жизни, теперь они ценят её одинаково. Страх и признание своих ошибок в конце концов сделали своё дело. Но даже смерть, стоящая на пороге, не смогла убедить всех в том, что времена меняются, а ресурсы не самое главное. Оставались и те, кто по-прежнему, невзирая ни на что, верил, что только деньги есть единственное то, ради чего стоит жить. Есть такие люди, которые до самого конца будут убеждены в своей абсолютной правоте: это сильные люди, они всегда смогут пробиться выше, чем другие. Любой ценой и любыми средствами они выложат себе дорогу к вершине. Но какую цену заплатят за это остальные? Именно по этой причине даже после угрозы вымирания оставались озлобленные государства, которым не терпелось вновь побороться за превосходство.

Итак, после последней ядерной войны человечество задумалось о том, что если и впредь действовать так и вести подобную политику, то неминуем конец света и гибель всего живого на планете. Самые влиятельные и крупнейшие страны решили создать организацию, которая будет состоять из представителей всех крупных держав и на которую можно возложить большую часть полномочий касательно войны и любых мелких и крупных военных действий. Эта организация должна была осуществлять контроль над любыми новейшими разработками во всех сферах, а также следить за оборотом оружия и его поставками. Данная организация должна была также осуществлять освоение и изучение новых мест обитания для человека. Грубо говоря, эта организация должна была заниматься всеми основными отраслями для любого государства, но всё это должно было идти только во благо и на пользу человечества. И, естественно, лидеры ведущих держав осуществляли контроль за этой организацией, дабы она не переходила за грань своих полномочий. Глава организации избирался раз в 6 лет, а вокруг него было несколько членов совета, которые участвовали в управлении и также сменяли главу по истечении срока. Такая организация была тесно связана со странами, которые её основали, и, конечно же, полностью подчинялась лидерам этих стран, докладывая о каждом своём шаге, и ждала либо одобрения, либо критики.

Война чуть не разрушила мир, и человечество приняло решение, что уже пора не разрушать, а восстанавливать и строить, но только теперь не соревноваться в размере ракеты, а строить эту ракету всем вместе. Теперь люди всех национальностей, вероисповеданий, культур и народов сплотились в единое целое, чтобы сохранить то малое, что осталось после ядерного безумия. Слишком большие потери понесли мы за то, что разразили ядерную войну, ещё большие потери понесли после её окончания.

Когда-то шла война за нефть и газ, но человечество переоценило значение этих ископаемых. Как оказалось, всегда нужно было возлагать особые надежды на ядерное топливо, тогда бы и войны, возможно, не было бы, но теперь, когда всех чуть не постигла гибель, люди наконец осознали свои ошибки. Они признали то, что война произошла не из-за тяги к ней и не из-за глупых амбиций. Война случилось из-за незнания. Простого незнания и нежелания познать больше того, что на тот момент было выгодно знать. Стоило ли это миллионов или миллиардов жизней?.. Наверное, нет, но то дело наших властителей.

Итак, Россия, Соединённые Штаты Америки, которые сохранили от себя лишь название после утраты территорий в результате прошедшей глобальной войны, Китай, Япония, Англия и Израиль оставались самыми влиятельными и самыми сильными и просвещёнными державами. Именно по инициативе этих стран и была создана организация. Россия способствовала вооружению и защите, Соединенные Штаты Америки, остающиеся под руководством ряда влиятельных лиц и имеющие лишь мощное финансовое обеспечение, оказывали значительные вложения, Китай обеспечивал организацию своими новейшими разработками, Япония создала искусственный интеллект для организации и предоставила роботов, Англия предоставила весь свой накопленный научный потенциал, в том числе и большую часть научного персонала, Израиль предоставил многие исторические научные данные, о которых никто ранее и не знал, они были спрятаны там веками в подземельных библиотеках. В этих данных было то, что человек не мог познать и разгадать множество столетий.

Началась подготовка к созданию такой организации, которая сможет контролировать человечество не только с помощью оружия, но и с помощью некой политики, которая сочетала в себе все компоненты, взятые от ведущих держав. От России и Китая – политика дружбы, взаимопомощи и торговли, от Соединённых Штатов Америки – упорство и завышенная самооценка по отношению к другим, от Японии – скрытность и коварство, от Англии – её дипломатичность и мнимое дружелюбие, ну и от Израиля – осторожность, дипломатичность и некая хитрость.

Тем самым лидеры ведущих держав хотели создать идеальную организацию для того, чтобы контролировать всё с помощью неё, не влезая самим и не угнетая людей. Процесс становления был запущен: готовили специалистов, строили главный офис и представительства во всех странах, которые учувствовали в основании. А главный офис решили расположить на острове Крит в средиземном море: там уже давно не осталось ничего живого, да и более некому было владеть этой территорией. Поэтому именно то место и выбрали для строительства. Естественно, главный офис был под серьёзной охраной.

Глава 2

«Грейт Адванс Корпорейшн»

Официально корпорацию основали только в 2061 году, но на момент её основания она уже активно развивалась и достигала некоторых успехов. Корпорация занималась всем, что было предписано главами ведущих государств и руководила всеми процессами также. Оружие, исследования, научные разработки, инновации и многое другое входило в её полномочия. Вначале это были лишь пять научных центров в каждой из стран-создателей, но спустя 10 лет такие центры появились по всему миру и разрастались, получая всё больше власти и влияния под чутким наблюдением стран, которые создали эту организацию, и под их защитой. Спустя еще 10 лет эта международная организация получила название «Грейт Адванс Корпорейшн».

Данная организация действительно превзошла все ожидания. Теперь была полностью освоена технология применения лазера, появилась технология очистки воздуха за считанные часы, технология преобразования атмосферы, а самое главное, атомные реакторы стали выглядеть как контейнеры под мусор и не требовали системы охлаждения. Кроме этого, создавались огромные комические корабли, которые могли за один раз перевезти целую колонию людей и огромное количество стройматериалов и других грузов на другие планеты. В 2068 году были построены огромные станции на орбите планеты, где уже жили люди, а спустя двадцать лет была полностью изведана вся солнечная система. Марс стал обитаем. Корпорация построила на нём специальные реакторы, которые восстановили атмосферу, и люди заселили эту планету. Меркурий стал обитаем. На его орбите построили огромную станцию, которая была защищена от солнца так, чтобы там смогли жить. А на саму планету спускались исследователи в специальных костюмах, чтобы не сгореть. Так же было и с планетой Венера.

А из Луны сделали стыковочную базу. Луна стала словно гавань для кораблей, только теперь космических. На Луне построили городок, который и был пристанищем всех космических кораблей. Там стыковались все, кто только мог осуществлять полёты: военные, грузовые и исследовательские корабли, корабли отдельных компаний, торговцы, наёмники, бандиты и другие. Русские были против такого разрешения, и, кстати, они были правы. Через Луну теперь шныряли всякие уроды и ублюдки. Иногда это мог быть простой контрабандист, а иногда – целый отряд воров, насильников и убийц. Но так или иначе Луна превратилась в большой стыковочный центр. Туда приходило по двадцать космический кораблей за час. Там разгружали грузы со всех известных нам планет в пределах солнечной системы. Только лишь в 2098 человечество смогло пробиться за солнечную систему и возить грузы оттуда, что ещё больше обогатило компанию и страны, которые её основали. А спустя год компания «Грейт Адванс» решила упорядочить свою систему управления и создала кучу отделов, которые существовали независимо друг от друга... Во главе компании поставили человека, который был выдвинут путём голосования тех, кто работает в компании, и при помощи голосования лидеров ведущих держав.

Конечно, в приоритете изучения всегда был космос. И компания «Грейт Адванс» всегда следовала этому принципу. Она тратила огромные средства на постройку космических кораблей и для создания военных сил, которые будут сопровождать эти корабли, но большая часть средств уходила на научные разработки. Да, оружие – это то, с помощью чего можно править, но знания – это нечто большее. С помощью знаний можно не только править, но и управлять. А самое главное, что можно управлять разумно, во благо и развитие.

Глава 3

Другой путь

Меня зовут Джейми Адвалор. Я родился в 2177 году в маленьком городе Фэрем около Саутгемптона в Англии. Я был простым мальчиком, который учился в школе, приходил домой и занимался учёбой. Меня не интересовали уличные похождения с ребятами из моего класса, мне больше нравилось что-то мастерить у себя в комнате. Изучать робототехнику и лазерные технологии. Я не бегал с ребятами по улицам, не играл в их игры, в школе у меня не было друзей, а на переменах меня били и засовывали голову в сортир, а иногда даже гадили на меня. У девушек я тоже не пользовался спросом. Так как внешность в те года меня очень подводила, ну, это мягко сказано, грубо говоря, я был крайне уродлив. Тем более я даже не знал, как заговорить с девушкой, ну а если пытался, то либо меня рвало, либо девушку рвало от меня – я так и не понял этой загадки. Скорее, при моём виде хотелось вырвать, ну я так думаю, хотя были и другие случаи: когда я только собирался подойти к девушке, а она, заметив меня, в панике пыталась скрыться. Вот, наверное, и всё самое яркое, что я помню со школы...

Так уж сложилось, что мой отец работал погрузчиком в порту, а мать была проституткой в местном баре. Нет, меня это не обижает. Я имел в виду то, что с деньгами было не очень хорошо. Так как отец сильно пил, поэтому и погрузчик из него был не очень, а мать не была слишком привлекательна для своей профессии, соответственно, и доход её бизнеса был невысок. Тем не менее, так как я никогда не тратил свои карманные деньги на развлечения и не особо развлекался, когда был в старшей школе, мне удалось накопить некую сумму, которой, кстати, не хватило для поступления в специализированный русский университет. Но мне повезло на тестировании, где я единственный из всех набрал по инженерному делу 101 балл, что говорило о том, что я чуть больше чем просто ботаник и заучка, ну или книжный червь. У русских был крайне интересный тест. Максимальное количество баллов было равно 100 баллам, но были три вопроса, раскинутые среди остальных, которые выявляли у специалиста некий другой потенциал кроме глубоких знаний. Я отвечал на тест, не зная этого факта, но смог пройти. Кстати, неудивительно, что при отсутствии друзей и девушки всё так для меня сложилось. Сидя в аудитории, я был уверен, что из всех ботаников, которые здесь присутствуют, я единственный, у кого не было секса. Даже тот, у которого присох кусок ветчины к верхней губе, наверняка случайно успел перепихнуться с кем-то, но только не я...

После тестирования, уже на выходе, один из профессоров, имени которого я не знал, подошёл ко мне и сказал, что мне сулит великое будущее. Он похлопал меня по плечу и ушёл. Я так и не понял тогда, что он имел в виду, но, скажу честно, мне стало как-то не по себе в тот момент. Будто что-то пронзило мне грудь словами о том, что мой жизненный путь не лежит через инженерию или науку. Но так как я был глуп в силу молодости и чрезвычайно восхитился своим достижением, я решил пропустить слова этого неизвестного мне профессора... Ах, как же я был не прав...

Спустя пару недель на мой голографический телефон поступило сообщение о том, что я зачислен в один из самых крутых университетов в мире. Он находился в России, в столице – городе Москве. Этот университет был основан корпорацией «Грейт Адванс». Таких, как он, только три. Один – в России, второй – в Китае и третий – в Соединенных Штатах, ну или в том, что от них на тот момент осталось. В любом случае я попрощался со своим вечно пьяным отцом и мамой-проституткой и отправился в самое для меня неизвестное место. Уже через пару дней я был около огромной стены, которая окружала город, вокруг была пустыня. Меня удивило то, что нет снега. Ведь, как и всегда, Москву показывали в снегу полностью. Над городом был огромный плазменный купол, который служил защитой от ракетных ударов. Ведь и вправду говорят – Москва есть третий Рим, это единственная столица, которая уцелела после ядерной войны. Вашингтон лежит в руинах, Пекин больше похож на кратер от взрыва, Лондон больше не может лицезреть Биг-Бен, а этот город как стоял, так и стоит. Ну, кроме того, что вокруг него стена из анаптаниума, который добыли за пределами солнечной системы, и плазменный купол.

Меня ещё больше поразило количество военных на улицах города. Было ощущение, что они ждут удара с воздуха или вторжения со стороны пустыни, ведь теперь от европейских стран остался лишь песок. Хотя не стану осуждать враждебных русских: они, может, и агрессивны, зато смогли сохранить столицу и большую часть своих городов, что никак не скажешь о странах Европы. Ну это, наверное, по той причине, что их больше не существует...

Если ближе к делу, то я продолжил обучение в русском университете, где мне было порой очень скучно, а порой очень интересно. У русских преподавателей два качества: либо они жутко раздражают, либо их хочется слушать бесконечно. В университете было много разных специалистов из разных стран. На одном из занятий я познакомился с Сэмом Бюрреном, который стал моим лучшим другом и, наверное, даже больше. Мы много времени проводили вместе, ставили опыты, исследовали различные аномалии. Наверное, он в своё время тоже был одним из тех, кто вместо слова «привет» вырыгивает на девушку свой дневной рацион. А возможно, он так же, как и я, чувствовал себя достаточно одиноко и ему не хватало близкого друга, с которым можно было не только работать, но и просто приятно проводить время.

Так шли месяцы, а за ними и годы. На втором году обучения меня и Бюррена забрали работать в сибирскую пустыню, где мы выложились на 100 процентов и доказали, что мы не только инженеры, но и неплохие учёные в этом плане. А спустя месяц меня посадили в инженерное предприятие, где я и проводил большую часть времени, разрабатывая что-то новое. Бюррена отправили на Камчатский полуостров в России, где он работал с новой техникой, которую должны были отправить в космос.

Шло время, и я стал ведущим учёным-инженером в сфере космических наук, что странно, ведь я никогда не покидал Землю. Мы часто связывались с Сэмом. Он рассказывал о том, что среди раскопок был найден опорожнительный аппарат конца 20 начала 21 века. На тот момент это казалось мне самым интересным из всего, чем мне приходилось заниматься, так как работа не доставляла мне никакого удовольствия. Ещё меньше мне нравились специалисты из Китая, которые, заручившись поддержкой русских, вели себя как свиньи по отношению к другим. «Грейт Адванс» распределяла специалистов так, чтобы перемешать людей из разных стран с разными взглядами и культурами, но факт оставался фактом. Русские и китайцы ненавидели американцев и англичан, мы их ненавидели также, а специалистов из Израиля мы так и не увидели.

Совсем скоро меня послали на один интересный объект в Уральских горах. Нашли древний космический корабль. Тогда он назывался ракетой, сейчас что-то подобное называют либо шаттл, либо челнок. Скажу прямо: Уральские горы – это замёрзшая скалистая мёртвая земля. Но внутри этих гор, под покровом льда и снега, таилось что-то интересное. Именно тогда я и познакомился со своей будущей девушкой и любовью всей моей жизни.

Её звали Мартина Родригес. Она была необычайна красива. Очень тонкие черты лица, слегка затемнённая кожа, большие и крайне зелёные глаза, увенчанные локонами темных и густых волос, которые спадали легкими волнами вдоль её великолепного лица. Маленький и красивый носик, губы были настолько приятны визуально, что хотелось их не поцеловать, а нежно потрогать, только кончиком пальца. Мне всегда особенно нравилось, как она запрокидывает волосы за спину. В каждом её движении было столько грации, сколько не было во всём оставшемся населении планеты Земля. Я не знаю, что тогда между нами произошло, но как только я застрял на ней взглядом, она также застряла на мне. Спустя время мы начали встречаться. Мне впервые досталась самая красивая девушка из всех, что меня окружали, и я так думаю, что просто из всех.

Прошел ещё год. Я и Мартина жили в Москве, в специально выделенной от «Грейт Адванс» квартире. Работали в местной лаборатории при инженерном исследовательском центре. В один из таких рабочих дней, когда мы оба находились в лаборатории, в определённое мгновение наши голографические коммуникаторы резко выключились, а свет погас. Внезапно свет снова появился, и в лабораторию зашёл человек. Он представился как Брайен Сигл.

– Доброго времени суток, умы нашего поколения. Меня зовут Брайен Сигл. Я прибыл сюда с неким списком людей, которые выбраны для секретной миссии корпорации «Грейт Адванс». Я прошу вас построиться в шеренгу и, когда я назову имена, сделайте шаг вперёд.

Вначале я подумал, что это ошибка, но Мартина сказала, что лучше сделать то, что просят. Все наши сотрудники построились в шеренгу и ждали.

– Джейми Адвалор!

Я сделал шаг вперёд и ждал, что будет дальше.

– Прошу прощения, мистер Адвалор. Правильнее было бы доктор Джейми Адвалор.

Ничего страшного, сэр, – спокойно ответил я на реплику незнакомцу.

– Сэм Бюррен!

– Сэр, этого человека здесь нет. Он только завтра прибудет в Москву, – вновь подал я голос.

– Ладно, завтра его найдём. Итак, далее. Мартина Родригес!

Мартина сделала шаг вперёд и посмотрела на меня в недоумении. Я ответил ей тем же. Я не знал, как реагировать и что делать, никто не понимал, что происходит...

– Те, кого я назвал, должны завтра с минимальным количеством вещей прибыть в порт для отправки космических кораблей и шаттлов. Это приказ совета компании.

После приказа я и Мартина ушли к себе. Остальные ещё долго стояли в холле и говорили о чём-то. Возможно, они осуждали нас за то, что мы были выбраны для секретной миссии, а может, просто пытались понять, что компания задумала. В любом случае отказываться было бы глупо, так как работа в компании была самой высокооплачиваемой.

Утром мы прибыли в порт, как и было приказано. Там был лишь один воздушный корабль, но, к моему удивлению, это был не космический корабль, а просто транспортный, совсем маленький, больше похожий на реактивный вертолёт или даже на слегка увеличенную капсулу для быстрой эвакуации. Брайен уже был около неё и что-то вбивал в свой голографический коммуникатор. Мы с Мартиной медленно подошли к платформе, где стоял корабль.

– Вы уже здесь. Отлично, значит мы укладываемся в график.

– Сэр, я думал, тут будет космическое судно и множество сотрудников, которые отправятся на исследование в космос. Разве нет? – с удивлением задал я вопрос.

– Мистер Адвалор, я не уполномочен вам сейчас что-либо рассказывать. Мы отправляемся в главный офис компании, там вы получите все ответы на вопросы и пройдёте полный инструктаж.

Мы молча загрузились в корабль, он почти сразу взлетел и отправился в сторону острова Крит, где и находился главный офис «Грейт Адванс» Корпорейшн. Мартина молчала всю дорогу и просто смотрела в пол. Брайен что-то снова делал со своим коммуникатором. Мне оставалось лишь ждать, поэтому я задремал. А проснулся уже тогда, когда мы приземлились на территории огромного комплекса, который состоял из лабораторий, офисов, казарм, ангаров, складов и многих других зданий. Всё это было окружено высокой каменной стеной с башнями дозорных и турелями. Грубо говоря, главный офис был похож на огромную военную базу, в самом центре которой располагалось высокое здание с огромной спутниковой тарелкой на крыше – это и был непосредственно офис.

Мы приземлились позади него, и к кораблю сразу же подъехала машина, на которой нас повезли внутрь по подземному туннелю, уходящему глубоко под землю в виде спиралевидной дороги. Там, под землёй, за огромными стальными толстыми воротами располагался пост и пропускной пункт, где наши вещи осмотрели и просканировали. Затем просканировали и нас. После на лифте мы спустили ещё ниже на двадцать уровней. Брайен сказал, что здание на поверхности – это просто обманка, там в основном сидят связисты. Главный офис находился именно под землей, именно туда мы и попали, когда лифт остановился. Ещё один пост и ещё один тщательный досмотр, и мы встали перед большой стальной дверью в ожидании. Внезапно загорелась красная лампочка, и огромная стальная дверь начала потихоньку открываться. Из-за неё был виден яркий белый свет и длинный коридор. Мы направились по нему к двери, находившейся в самом конце. На двери был электронный замок, который среагировал на отпечаток пальца Брайена и на его сетчатку глаза. Затем Брайен ввёл код, и дверь разблокировалась. Мы вошли в большой зал, где кипела жизнь. Множество людей, держа в руках различные папки с бумагами, ходили из стороны в сторону, в центре зала была большая круглая стойка с голографическими экранами, где сидели несколько девушек. Они безостановочно говорили через наушник, видимо, это были некие секретари. Брайен отдал одной из них конверт и сказал, что сегодня должен пройти инструктаж. Девушка молча просканировала конверт и отдала его Брайену.

– Пойдемте за мной. Глава корпорации лично решил ввести вас в курс дела. Через 5 минут мы должны быть в зале для конференций, – позвал за собой Брайен.

– А что насчёт Сэма?

– Сэм уже отправился на объект, пару дней назад. Пойдёмте за мной.

Мартина посмотрела на меня и молча проследовала за Брайеном. Я просто вздохнул от недоумения и направился за ними.

Пройдя несколько разных коридоров, мы оказались в небольшом зале, где стояли несколько кресел, большой стол и работал голографический экран. Мы сели в кресла и начали ждать. Почти сразу после нашего прихода в комнату вошёл он, глава компании Эдам Сириус.

Это был высокий крупный мужчина в костюме. На вид ему было чуть больше сорока лет. На самом деле Сириусу исполнилось 50 лет совсем недавно. Его волосы были тёмного цвета, а на лице темная ухоженная борода, тёмные глаза и бледный цвет кожи без старческих морщин. Возраст выдавали седые волосы у висков и небольшая седина на подбородке.

– А вот и ещё двое моих лучших сотрудников. Я рад приветствовать вас здесь, в своём офисе. Можете не представляться: я уже знаю о вас все. Ну а вы наверняка знаете все обо мне, – бодро произнес он.

Эдам Сириус был очень серьёзным человеком. Он состоял в компании уже много лет. Почти сразу он попал в совет, а после добился того, что главы стран, которые образовали компанию, установили его на должность главы «Грейт Адванс». Кроме того, он был единственным человеком за всю историю компании, сроки главенства которого были утроены, а полномочия расширены. У Эдама также был сын, который занимал главенствующий пост на орбитальной станции на Луне, там он руководил всем, что принадлежало компании.

– Итак, приступим. Доктор Адвалор и стажёр Родригес, я бы хотел зайти издалека, чтобы вы поняли всю суть того, что я хочу донести до вас, и осознали, почему миссия так важна и секретна.

– Мы вас внимательно слушаем, господин Эдам, – не сговариваясь, ответили мы.

– Итак, как вы знаете, наша корпорация занимается в основном исследованиями. Да, у нас много направлений, таких как оружие, военная стабильность и так далее. Но в основном компанию основали для того, чтобы с помощью науки восстановить Землю после ужасной войны и оберегать её население, давать населению самое лучшее и поддерживать порядок. Я уже давно на своём месте и всегда следил за тем, как компания занимается возложенными на неё обязанностями. Сказать честно, мне не очень всё нравилось. Много сил и времени ушло на освоение солнечной системы, ещё больше на то, чтобы выйти чуть дальше. И это всё не говоря о средствах, которые были затрачены на это. Я имею в виду не только деньги, но и сырье, которого, как вы знаете сейчас не так уж и много. Да, мы освоили солнечную систему, да, мы начали добывать ресурсы с других планет. Но это лишь капля в море. Корпорация стала заводить себя в тупик. Ведь если мы не можем продвинуться дальше солнечной системы, мы не знаем многих вещей. Началась очередная погоня за ресурсами. А мы помним, что ещё в далёком 2028 году, когда человечество осознало, что ресурсы планеты иссекают, что началось. И протянулось на несколько десятков лет. В итоге мы получили разрушенный мир. Сейчас ситуация складывается подобным образом. Главы ведущих государств накапливают добытые ресурсы из космоса. Но для чего?

– Вы думаете, что мы возвращаемся к тому, чтобы вновь начать воевать друг с другом? – решила уточнить Мартина.

– Именно, моя дорогая. Я вижу, что произойдёт дальше. Сегодня все вместе, а через 5 лет, когда снова начнут производить ракеты? Что тогда?

И вы этим не довольны, как я могу понять, – тут уже я решил вступить в диалог.

– Да, мой друг. Компанию создавали для исследований и науки. А сейчас она медленно превращается в очередную станцию или завод для добычи сырья, из-за которого мы чуть не потеряли мир, в котором жили. В итоге я смог убедить глав стран основателей выделить средства для абсолютно новых исследований.

– Вы построите космическое судно, которое сможет пролететь гораздо дальше остальных? – вновь поинтересовался я.

– Нет. Итак, человечество всегда стремилось покинуть свою родную планету и отправиться в космос, и как только это стало возможно, люди отправились туда. Но ведь ещё существовали места на самой Земле, которые никто никогда не исследовал в полно мере.

– Воды мирового океана.., – тихо произнесла Мартина.

– Да, именно. в 2023 году воды мирового океана были исследованы только на 7 процентов, в 2050 – на 9 процентов. После войны прошло много времени, но даже сейчас воды были исследованы на 46 процентов. Восемь лет назад я начал вкладываться по полной, чтобы исследовать наш мировой океан. Каждую впадину и каждую расщелину на его дне. Четыре года назад на западе Тихого океана под водой я построил огромный подводный комплекс по исследованиям.

– А что там? – поинтересовалась Мартина.

– Марианская впадина, – тут я проявил твёрдую уверенность в своих познаниях.

– Именно. Самое глубокое место на планете. Самое таинственное. Как оказалось, максимальная её глубина намного больше, а самая глубокая точка под названием Бездна Челленджера не самая глубокая. Но кроме всего этого, как только был построен подводный научный комплекс, наши системы зафиксировали непонятный сигнал, довольно сильный.

– Сигнал откуда?

– Из глубин Марианской впадины, из-под земли. Там, на глубине, мы получаем этот сигнал постоянно. Очень чётко, но с каждым днём он становится всё интенсивнее. Будто кто-то там на глубине застрял и пытается выбраться, просит о помощи. Возможно, это неземные цивилизации, которые застряли там очень давно. А мы не могли уловить их сигналы из-за неразвитости технологий. Зато сейчас мы можем добраться куда захотим. И пару недель назад добрались. Под толстым и плотным слоем ила и других отложений мы раскопали вход куда-то.

– Куда? – уже с лёгкой настороженностью повела бровью Мартина.

– В том-то и дело, что мы не знаем куда. Но сигнал идёт именно оттуда…

– А какого типа сигнал? Какие у него характеристики?

– Мистер Адвалор, я не учёный и не специалист по связям. Поэтому вы здесь. Я собираю лучших специалистов, чтобы понять, с чем же мы столкнулись. Тут в разговор включился Брайен.

– Команда таких специалистов как вы и Родригес сможет расшифровать сигнал и проникнуть туда, откуда он исходит.

Следующую неделю вы будите проходить подготовку тут на Крите, – добавил Сириус.

Брайен продолжил: Пройдёте всех врачей и специальную подготовку. Вам нужно будет научиться пользоваться подводной техникой, а именно специальным экзоскелетом и инструментами, которыми придётся пользоваться. Там, на огромной глубине, ваши навыки, полученные здесь в течение недели, пригодятся.

Разве за неделю можно это всё изучить? – я выразил искреннее удивление после слов Брайена.

– Можно и за меньший срок.

– Профессор Сигл будет следить за вашей подготовкой и всегда сможет вам помочь. Не беспокойтесь, мистер Адвалор. Да, я забыл упомянуть, что оплата за работу на подводном исследовательском центре будет крайне высокой. И естественно мы уже перечислили часть суммы на ваши счета. Но ведь это не главное для учёных? Ведь так, мистер Адвалор, – какой-то подвох послышался в словах Сириуса.

– Все верно. Мы больше заинтересованы в исследованиях и новых открытиях.

– Там у вас будет такая возможность. Я вам это гарантирую. Одно дело – космос. Ну что вы привезёте оттуда? Камень или колбу с грунтом с красной планеты или пыль с Луны. А тут что-то новое, что-то неизвестное, и, возможно, это будет прорыв не только для вас, как для учёных, но и для всего человечества. Решать вам.

Мы переглянулись с Мартиной и согласились, тем более и выбора у нас не оставалось. Отказ означал увольнение из компании. Поэтому мы решили, что лучше согласиться. К тому же это была отличная возможность для научных трудов. Мы бы смогли изучить что-то неизведанное и разобраться в том, что до нас ещё никто не трогал. На тот момент и мне, и Мартине казалось, что это действительно наш шанс. Да и оплата тоже на приличном уровне. Нам с Мартиной это было очень кстати. Она во всём со мной согласилась и придерживалась такого же мнения. Жаль, тогда мы не понимали, в какой кошмар влезли и на какой дикий ужас мы подписались...

Глава 4

Подготовка

Следующую неделю мы провели в специальном корпусе для подготовки. Нас с Мартиной поселили в двухместной комнате, которая больше напоминала номер в мини-отеле. Кровать, маленькое окошко и туалет с душевой кабинкой. В первый же день Брайен пригласил нас на ужин, мы не стали отказываться и пришли к нему. Его комната напоминала номер люкс в отеле премиум-класса. Несколько больших комнат, огромные окна, большая кровать, гостиная с диванами и креслами, курительная комната, роскошная ванная комната с джакузи, которое было как мини-бассейн, столовая тоже была прекрасна. Даже вместила в себя барную стойку. Ну и естественно мини-лаборатория. Короче говоря, Брайен жил широко.

– Это твой номер для проживания? Или постоянное место жительства? – вышел я наконец из лёгкого оцепенения.

– И да, и нет. Я не задерживаюсь долго в одном месте. Специфика моей работы... Это помещение я выкупил у компании и обустроил, как мне того хотелось. Когда я приезжаю на Крит в главный офис, я живу и работаю тут. Таких апартаментов у меня много. Я просто много работаю, и хочется везде иметь комфортные условия.

Судя по тем условиям, в которых мы будем жить целую неделю, компания не слишком сильно ценит своих сотрудников, – Мартина сделала акцент на слове мы, и я мысленно с ней согласился, но промолчал.

– Не злитесь на компанию за это: они хотели предоставить вам отличное жильё. Но я был против.

– Но почему?

– Потому что вы должны понимать, что место, куда вы отправитесь через неделю, не есть туристический отель, и вы едете не греться на солнышке и пить мерзкие, слишком сладкие коктейли с зонтиками и дольками ананасов. Вы едете работать, а условия на подводной базе не слишком приятны.

Мы сели за стол, выпили вина, и я вдруг увидел какую-то старую книгу у Брайена на журнальном столе в гостиной, мне стало интересно, что это такое. На вид книге было лет сто или больше, и она была достаточно толстой...

– Так зачем вы нас пригласили сегодня, профессор? – завёл я диалог.

– Я решил, что сегодня вы можете отдохнуть перед сложной неделей. Поэтому я просто собирался немного рассказать вам о подводной базе и о том, что там происходит.

– Если можно, то не могли бы вы затронуть и саму Марианскую впадину. Я просто не особо много знаю о ней, – попросила Мартина.

– Конечно. Итак, Марианская впадина или Марианский желоб, как его ещё называют, это океанический глубоководный желоб на западе Тихого океана. Это самый глубокий из известных на планете Земля. Самая глубокая точка Марианской впадины – Бездна Челленджера. Она находится в юго-западной части впадины, и её глубина составляет 10 994 метра ниже уровня моря. Но так люди думали всегда, пока мы не начали её исследовать более тщательно, используя новые технологии. Наша новая глубина составила 21 846 метров ниже уровня моря, а место, откуда исходит таинственный сигнал, находится ещё ниже – на глубине 23 534 метров ниже уровня моря.

– А как насчёт желоба Тонго, ведь его глубина также не мала – 10 882 метра, или Филиппинский, глубина которого 10 265 метров, ну или Кайман – 7 090 метров? Почему именно Марианский? – заваливал я вопросами Брайена.

– Мы начали с остальных. Один за другим, мы прочесали их все. Но кроме неизвестных ранее видов рыб мы ничего не обнаружили. Но когда мы только начали строительство подводного центра около Марианской впадины, почти сразу уловили тот самый сигнал, про который вам рассказал Сириус.

– Профессор, расскажите про сигнал, – с нетерпением произнесла Мартина.

– Поначалу его уловили инженеры, которые устанавливали сваи для лифта вглубь впадины. Они поймали сигнал на свои сейсмические датчики и решили, что это просто колебания земной коры или сильные подводные течения. По завершении строительства и с началом исследования тот же сигнал уловили и учёные центра, но они приняли его за свой сигнал, только отразившийся от пород, которые там на глубине, но позже, когда сигнал стал интенсивный, чёткий и постоянный, мы поняли, что там внизу что-то есть.

– А не могли бы быть там внизу какие-либо движения водных масс, ну или сейсмическая активность, ну, на той глубине, которую вы смогли достичь?

– В том-то и дело, что нет. Там внизу ничего нет. Вода спокойная, нет ни единого живого организма, что странно. Ведь на глубине 11 000 метров есть живые организмы и существа, а после 12 500 – ничего. Абсолютно ничего. Мертвая зона, мёртвая вода. Мы брали образцы: там нет даже простейших организмов. Но вода при этом остаётся солёной, как и везде, и она не мутная. Там вода полностью прозрачна, что не характерно для морской воды. Я спускался к месту несколько раз в экзоскелете вместе с командой экспертов, они все видели эту воду – она другая. Ил на морском дне словно приклеен, он вздымается и снова ложится без колебаний, нет ничего, просто пустота. Будто время там замерло навсегда. Темно, пусто и жутко.

А с приближением к нужной глубине, сигнал усиливается или нет? – рассказ Брайена начал потихоньку меня заинтересовывать.

– Нет, он постоянен. Никто из моих сотрудников никак не может его разгадать... Я думаю, что это внеземные формы жизни либо оставили что-то там, подающее этот сигнал, либо они сами там живут. Просто из-за недостатка знаний и неразвитости в технологиях мы не могли уловить сигнал. Возможно, они его и раньше подавали. Может, не один год, а может, и не одно столетие.

– Если по-вашему, профессор, это инопланетная форма жизни, то и сигнал, который они посылают, свойственен только им. Как тогда я смогу его разгадать?

– Доктор Адвалор, вы можете больше, чем думаете. Сигнал имеет некую закономерность, очень похожую на вероятность выпадения одинаковых чисел при игре в кости или нужных карт при игре в двадцать одно. Если у кого-то и хватит ума, то только у вас и вашей ассистентки. Насколько я знаю, Родригес очень хороша в математических сферах, а вы просто отличный аналитик.

– Да, это так. Но я думал, что секретная миссия будет заключаться в том, что мы отправимся в космос и будет исследовать, что-то там...

Ведь почти всех учёных отправляют на новые планеты собирать данные и изучать их... – добавила Мартина.

– Да это так. Я в своё время тоже так думал. Но я отношусь к той категории людей, которые не могут начинать что-то новое, пока не завершат уже начатое. Сами подумайте: мировой океан, что мы знаем о нем? Что при землетрясении под водой появляется цунами? Или то, что где-то глубоко есть затухшие вулканы? А, нет, ещё лучше: иллюзии о затерянной Атлантиде. Но это же смешно. Как можно говорить о подобных вещах, когда мировой океан исследован настолько скудно. Я вам скажу больше. Зачем исследовать космос? Люди так стремятся покинуть землю, что забыли о том, сколько на ней есть совсем неизведанных мест. Кто знает, что мы найдём ещё? Мы только копнули наш океан и наткнулись на это. А что, если исследовать ледники или пещеры, которые уводят нас в самое жерло планеты? Если мы так свою планету исследуем, будет ли толк от того, как мы исследуем другие планеты? Мы просто копаем на поверхности, а в глубину как же?

– А если вы ошибаетесь и там ничего нет?

– Значит, я ошибся. Значит, всё напрасно. Ну а что о вас, доктор Адвалор. Я ознакомлен с вашими научными работами. В 2025 году неизвестный ученый произвел вакцину, которая заставляла мозг человека работать на 21 процент вместо положенных 10-15 процентов. Но его опыт провалился, когда дело дошло до испытания на людях. Его подопытные либо умирали, либо сходили с ума. Вы же вместе с Родригес решили вновь испытать судьбу и поставить свою карьеру и репутацию под удар. И чудо: удалось повысить активность мозга до 17 процентов, а позже – до 20 процентов. И даже опыты на людях принесли результаты, а не провалились. Доктор Адвалор, что вами двигало? Вы же понимали, что рискуете всем. И карьерой, и репутацией, но не только своей, но и Родригес. Но вы пошли дальше и победили.

– Мне просто хотелось чего-то нового. Я увидел, что в этом есть смысл, поэтому и пошёл на риск.

– Я видела его стремление, и мне больше ничего не надо было, я просто пошла за ним. И думала о том, что пускай будь то, что будет. Я люблю его всей душой и тогда любила. И мне было наплевать на то, что будет со мной и моим будущем, но я точно знала одно: моё место рядом с ним. И мы прорвались, вместе провались и смогли, и сделали..., – добавила Мартина.

– Разве не тяга к чему-то новому, не интерес при создании той вакцины, которая повышала активность мозга, и не ваша любовь к риску тогда двигали вами? Доктор Адвалор, вы и Родригес сделали прорыв, который до вас проваливался и губил жизни многих людей в прямом и переносном смысле. Но вы всё же сделали это. Теперь перед вами появился ещё один шанс: сделать то, что другим не удавалось.

– А мы уже приняли решение сделать это. И не отказываемся от него, – Мартина будто подытожила сказанное Брайеном.

– Ну, за это и выпьем!

Мы ещё долго сидели за ужином. Пили вино и говорили обо всем. Профессор показался мне очень интересным человеком, хотя его навязчивая идея меня немного пугала. Но остался интерес к той старой книге. Когда Мартина ушла в уборную, я наполнил бокалы вином и попросил профессора сделать мне экскурсию по дому, но когда мы очутились в гостиной, я сделал вид, что мне приглянулась книга...

– Профессор, я тут случайно увидел книгу на журнальном столе. О чём она?

– Эта книга попала ко мне из Израильской библиотеки. Подарил её один из их учёных. Ничего особенного, если бы не упоминания о том, что когда-то давно внеземные цивилизации утопили некий артефакт в нашем мировом океане. Это произошло миллионы лет назад, тогда ещё и воды не было на Земле. В книге пишется о том, что некая форма жизни утопила целый замок в жёлтой горячей и смертоносной воде. Я так думаю, что событие произошло тогда, когда Земля была объята огнём и жаром, когда ещё не произошло остывание. А жёлтая смертоносная вода – это магма.

– Вы думаете, что там на глубине лежит тот самый артефакт?

– Я думаю, да. Думаю, что мы именно на него и наткнулись. Именно поэтому я так изучаю эту книгу, – задумчиво пробормотал Брайен, щурясь куда-то в сторону.

– Больше похоже на сказку. Вы же учёный. Мы оба знаем, что не было эволюции и всей прочей чепухи, уже есть куча доказательств того, что нас сюда специально заселили. Причём тут этот артефакт и раскаленная планета?

– В том-то и дело, что в этой книге пишется о временах более далёких, чем то время, когда людей заселили на планету. Там описываются стражники великого чуда и великого зла. Стражники – это мы, люди. Артефакт на нашей планете, а нас заселили, чтобы мы охраняли планету и тем самым охраняли артефакт.

– В таком случае мы очень хреновые стражи артефакта, если он есть. Мы чуть себя не уничтожили в последней войне, что говорить о другом...

– Видимо, наши стычки и войны не входили в планы внеземных. Ну или артефакт спрятали там, где думали, что его будут меньше всего искать, но ошиблись...

– А если вдруг он представляет угрозу?

– На то мы и учёные, чтобы понять, что он вообще представляет из себя...

Вскоре появилась Мартина, и мы продолжили ужин, но уже не говорили на тему работы. Скорее, наоборот. Ближе к полуночи мы с Мартиной пришли домой и после бурного безмолвного секса уснули. Утром нас ждал сложный день.

На следующий день я и Мартина изучали экзоскелет и то, как им пользоваться. Как оказалось, это совсем не сложно. Тренер сказал: «Делайте так, как бы вы делали в повседневной жизни». Я так и делал – огромный роботокостюм выполнял все мои действия, Я мог поднять ящик весов в две тонны и мог спокойно плавать под водой без опасения того, что нет воздуха, а Мартина училась ближнему и дальнему бою в экзоскелете.

У меня все проходило замечательно кроме того момента, когда я задумался в конце тренировки и попытался почесать свои яйца, забыв отключиться от экзоскелета. Робот, в котором я находился, вытащил плазменный резак и прорезал то место, где должны были быть яйца, тем самым я повредил экзоскелет, и теперь он нуждался в ремонте. Но самое главное в управлении я понял. Даже когда нас тренировали под водой, я отлично справлялся со всеми поставленными задачами.

Экзоскелетов было много, еще больше было их разновидностей. Самый простой – это погрузочный, чтобы перетаскивать тяжёлый груз быстрее. На таком работал мой отец. Был ещё один – ремонтный, который оснащён специальными инструментами, чтобы ремонтировать в любых условиях, инженерный был более экипированный: он имел намного больше инструментов и функцию отделения капсулы с человеком. Ну это на случай, если вдруг что-то рушится или просто нужно срочно покинуть место. Самый крутой экзоскелет был, конечно, военный. Их было два типа: лёгкий и тяжёлый. Легкий был оснащён просто бронёй и двумя пулемётами, а тяжелый имел крепкую броню, два пулемёта, небольшой лазер и ракетную установку. Кроме того, военные экзоскелеты могли ненадолго взлетать и зависать в воздухе.

В любом случае я был обучен основным функциям, и этого было более чем достаточно.

В то время Мартина изучала основы подводного дела и то, как управлять специальным научным экзоскелетом. Это был единственный робот, который владел как оборудованием для ремонта и исследований, так и военными характеристиками. На нём было установлено два лазера, которые могли работать независимо от того, чем занят пилот костюма, они просто в соответствии с введёнными данными не подпускали к себе никого и ничего лишнего. А по вечерам мы встречались с Брайеном, и он рассказывал нам о подводной станции. В последний вечер он опять пригласил нас на ужин.

– Хорошо, что вы пришли. Я уже знаю о результатах подготовки. Вы молодцы! Кроме того, что вы учёные, так вы ещё и не имеете проблем по здоровью, значит, справитесь с обстановкой в подводном центре. Мне сказали о больших успехах во владении экзоскелетом.

– Было не просто, но мы смогли, – всё же отметил я, вспомнив косяк с порезанным костюмом.

– Ну это так же, как и водить машину: кто-то мастер от начала и до самого конца, а кто-то будет мешкаться. У меня, помню, был случай, когда один из солдат включил случайно пулемёты и направил их в небо, они стреляли до тех пор, пока не перегрелись и не взорвались. Бедняге оторвало ноги, но затем он нажал кнопку катапультирования, а сломанный экзоскелет катапультировал беднягу прямо в стену полигона, причём с такой силой, что мы успели только ощутить брызги крови на своих лицах. В печальном итоге вместо солдата мы просто похоронили флаг той страны, к которой он относился.

– Давайте лучше выпьем за то, чтобы наша служба послужила на благо человечества, как это было всегда! – быстро перевела тему Мартина. По её лицу было видно, что слушать про раскиданные части тела ей явно не хочется.

– А давайте! И сразу за новых учёных, с которыми я смог лично познакомиться!

– Ну тогда и за то, чтобы мы смогли во всем разобраться там на глубине! – торжественно подытожил я.

И мы выпили до дна. Дальше просто общались, потом включили музыку, и Мартина задремала. А мы с профессором продолжили отдыхать.

– Профессор?

– Не нужно профессоров, можно просто Брайни, я пойму. Но это только для тебя и Мартины и только тогда, когда не слышат другие. Уж больно вы мне приглянулись.

– Можно тебя спросить?

– Можно!

– А почему ты так и не обзавёлся семьёй? – я решил осторожно подобраться к теме, которая давно меня интересовала.

– Моя семья погибла, когда террористы с востока атаковали город под защитой корпорации в бывшей Греции. Там их всех не стало.

– А разве компания не должна была защитить и тебя, и твою семью?

– Компания не ожидала удара так близко с главным офисом, именно поэтому компания и пытается перекупить у русских проект щита, как того, что ты видел над Москвой. Упёртый северный народ.

– Расскажи про подводный центр.

– Вся база под водой называется Гекатус. Это особый объект. Кстати, хочу тебя предупредить, что жизнь на большой глубине и работа под толщей воды могут свести с ума. Там в комплексе есть искусственный интеллект. А именно компьютерный робот с человеческими особенностями. Этот робот предназначен для того, чтобы помогать людям тогда, когда им совсем станет худо. Подобную разработку уже запустили в космосе, На Марсе. Маленькая девочка, которая будет постоянно появляться на голографических сенсорах. Её зовут Исида. Сириус сделал этот искусственный интеллект похожим на свою сестру, которая погибла в 11 лет. Этот компьютер крайне умен. Исида следит за всем, что происходит на Гекатусе. Все камеры слежения, все системы безопасности, вода, свет, связь, в общем всё, что связано с проводами и компьютерами, находится под её надзором и контролем. Не вступай с ней в конфликт никогда. Иначе она не оставит тебя в покое... В каждой комнате сотрудника есть голографический сенсор, она не даст тебе ни спать, ни есть. Это побочный эффект того, что Исида всё ещё учится. В неё были вложены знания о технике и о том, как следить за порядком и что делать в случае аварии или другой чрезвычайной ситуации, но она почти ничего не знает о том, что значит быть человеком, и так до конца и не узнает. Все сотрудники Гекатуса с ней ладят, думаю, и вы подружитесь. Кстати, название Гекатус тоже не случайно. Так называлась богиня тьмы. Очень даже подходит. База находится около самой впадины, расположена прямо над ущельем. На такой глубине сплошная темнота, база подсвечивается, и зону вокруг неё подсвечивают глубоководные прожектора. Все комплексы сверху, а туда, где ведутся исследования, спускаются три лифта. Два основных, которые находятся в шахте, ведут в пункт, где есть ещё небольшое здание, там, на самом дне впадины, пункт, где нужно надеть специальный костюм и экзоскелет, чтобы можно было передвигаться по дну без опасности для жизни. Также там небольшой док, в котором стоят специальные батискафы – мы называем их Гидрусами. Они служат транспортом и иногда техникой для разбора завалов или уборки ненужного мусора на дне. Подробнее об этом вам расскажут инженеры, которые там работают. Третий лифт аварийный. Он не закрыт, и на нём можно передвигаться только в подводном костюме и экзоскелете

– Гекатус – очень интересное название. А зачем компьютерный интеллект?

– Тогда, когда человек не справляется, нужна помощь извне. Ну и тем более так проще. В любом случае за Исидой следят специалисты. А ей в помощь два отдела. Отдел по чрезвычайным ситуациям и аварийный отдел. Но на Гекатусе множество и других отделов, которые следят за всем, что происходит внутри центра и вокруг него.

– А как добраться до Гидруса с поверхности?

– На поверхности находится крепко стоящая на железобетонных сваях платформа. Оттуда спускаются два герметичных лифта напрямую к Гекатусу. Скоро сами всё увидите. Это потрясающий комплекс, он захватывает дух.

– А откуда электричество?

– Это всё сменные батареи. Если нет перегрузок, то они работают без перебоев пару месяцев. Если же перегрузки есть, батареи быстро садятся. Но вам не о чём беспокоиться. На складах Гекатуса таких батарей сотни.

В этот момент Мартина очнулась ото сна, я решил, что расскажу ей все это уже дома. Мы снова сели за стол. Брайен наполнил бокалы вином.

Брайен, так вы главный на подводной базе? – она решила проявить активность после небольшого отсутствия в виде сна.

– Как раз рассказал Джейми, что эта база называется Гекатус.

– Это в честь богини тьмы?

– Вы нас подслушивали? Откуда вы знаете?

– Я увлекаюсь мифами и многими другим вещами, связанными с потусторонним миром. Много читаю про это.

– Да, «Гетатус» назван в честь богини тьмы. И нет, я не главный на станции. Корпорация назначила управляющего. Он главный на базе, а точнее сказать, она. Я выступаю в роли заместителя.

– Вы сказали она? – такого ответа я не очень-то ожидал.

– Все верно. Её зовут Сара Байтс. Была поставлена на роль управляющего Гекатусом спустя год после его строительства и обустройства. Скверная бабища. Проще сказать, стерва. Ей нужно мужика найти, чтоб тот её как следует отделал пару раз, может, тогда не будет такой сукой.

А что входит в её обязанности? – не обратила внимание Мартина на эмоциональный всплеск Сигла.

– Судя по всему, протирать своей целлюлитной задницей кресло в кабинете, пить кофе и быть сукой. Наверное, это все её обязанности.

А если серьёзно? – меня уже начало раздражать такое поведение профессора.

– Я же говорю – не знаю. Она просто следит за тем, как работает Гекатус и его обитатели. Следит за всем происходящим. И отправляет всю информацию сюда на Крит, в главный офис. Грубо говоря, она просто для контроля и слежки за тем, что мы делаем. Сара также получает указания из главного офиса и говорит нам, что нужно делать, и так далее...

– Понятно.

– Что вы с ней не поделили? – видно было, что Мартина тоже была не особо довольна высказываниями Сигла.

– Да ничего я с этой сукой не делил и не собирался, даже кровать, если бы предложила. Меня просто бесит её надменный взгляд, её манера общения, будто не с людьми говорит, а с животными. Будто она лучше кого-то на этой станции. В отличает от неё люди там занимаются работой, даже уборщики, а она только воздух своим дыханием портит. Ладно, чёрт с ней. Уже поздно. А завтра ответственный день.

– Да, нам, пожалуй, пора.

– Выспитесь как следует, вылетаем только во второй половине дня, так как утром будет сильный шторм.

– С удовольствием. Ненавижу рано вставать, – тут я действительно не соврал: ранний подъём обычно отбивал у меня всякое желание к жизни.

– До завтра.

– До завтра, –ответила Мартина, и мы отправились к себе в комнату.

По дороге я рассказал Мартине о том, какой диалог был между мной и Брайеном. По приходе мы легли спать. Вот только я не мог долго уснуть. Всё думал о том, что рассказал Брайен, мне не терпелось поскорее увидеть Гекатус и приступить к работе, ведь если всё так, как говорит профессор, то человечество ожидает ещё один прорыв. До сих пор мы не встречались с внеземной цивилизацией. Но, возможно, сейчас мы сможем это сделать. И мир изменится навсегда...

Глава 5

Гекатус

На следующий день, примерно в три часа дня, мы вылетели в сторону Тихого океана. Путь был не близкий, и даже на реактивном вертолёте мы добирались почти три часа. Мартина спала всю дорогу, так как её укачивало, я просто пялился в иллюминатор. Мы летели на достаточно низкой высоте, чтобы можно было разглядеть то, что происходит на земле.

Хотя война и закончилась, её следы оставались всё так же отчётливо видны. Кратеры от бомб, уничтоженная техника, укрепления и военные базы, разрушенные или заброшенные. Пролетая мимо России, мы были под сопровождением русских воздушных кораблей, которые обезопасили дорогу, а на границе с Китаем их сменили китайские и сопроводили почти до самого конца. Океан был очень неспокоен, несмотря на то что основной шторм мы переждали. Большие волны перекатывались по нему одна за другой. Но я уже видел ту самую платформу, о которой говорил Брайен. Он, кстати, тоже спал, но не потому, что его укачивает, а потому, что перебрал вина и почти всю ночь блевал.

Платформа была очень большой, как аэродром, наверное, или даже как порт для космических кораблей. Со всех сторон она была окружена турелями и вышками для безопасности, в центре было большое здание, на крышу которого мы и приземлились, там была специальная площадка. С воздуха казалось, что волны сметут платформу, но она надёжно стояла на своих железобетонных сваях. Пилот связался с платформой и запросил разрешение на посадку. Продиктовав какой-то код, он получил положительный ответ, и мы приземлились.

На улице был сильный ветер и дождь, скорее, даже буря. Не считая того, что при ударах волн о борта платформы огромное количество воды заливалось на неё. Стоял сильный шум, и казалось, что платформа вот-вот развалится и уйдёт на дно. Был слышен скрип металла, который противостоял стихии. Всё это при раскатах грома и вспышках молнии.

– Итак, мы на месте. Не задерживайтесь на платформе, двигайтесь вон к той стальной двери.

Брайен указал через иллюминатор на большую стальную дверь, которая уже пришла в движение и стала опускаться в пол, а за ней я уже мог разглядеть силуэты людей. Как только мы покинули вертолёт, то сразу же отправились к этой двери. И стоило только выйти под открытое небо, как мы моментально промокли от дождя и разбрызгивающейся от волн воды. Я почувствовал соль на своих губах и приятный свежий и бодрящий морской воздух. А вспышки молний всё продолжались. Мы дошли до дверей и зашли внутрь. Двери начали закрываться. Последнее, что я смог увидеть через них, это то, как реактивный вертолёт взмыл вверх и улетел куда-то. Внутри было тепло и сухо, несколько людей в помещении занимались своими делами, как вдруг к нам подошёл человек невысокого роста в старой затёртой кепке и в костюме рабочего с ящиком инструментов.

– Знакомьтесь, это Стефан Миас. Он начальник инженерного отдела, – представил нам Брайен подошедшего.

– Добро пожаловать на Гекатус, хотя вы ещё стоите в дверях центра, вот когда спустимся...

Я пожал руку Стефану. Рукопожатие у него было крепким. Как у настоящего работяги.

-Я Джейми Адвалор, инженер-учёный.

Стефан понял, что Мартина со мной, поэтому повёл себя как истинный джентльмен по отношению к ней и ко мне. Он просто сам протянул и пожал руку ей, без лишних слов и навязчивых комплиментов.

– Мартина Родригес. Я личный ассистент доктора Адвалора.

– Рад с вами познакомиться. Итак, как я уже сказал, эта платформа лишь некая входная дверь на Гекатус, она же и выход из него. Если что-нибудь случится с платформой или шахтой лифта, то всем на Гекатусе крышка.

– Эмм... Серьёзно? – насторожилась Мартина.

– Нет конечно. Я просто разыгрываю вас. Вам нечего бояться, платформа надёжно прилеплена здесь, шахта лифта тоже, Гекатус надежнее, чем ваша собственная квартира.

– Я слышал срежет металла наружи.

– Да, это такой ловкий трюк инженерной мысли. Мы сделал платформу и сваи, на которых она стоит, в некоем плане эластичными. Это позволило волнам слегка раскачивать платформу при сильном шторме, тем самым уменьшая нагрузку на сваи при шторме и уменьшая риск повреждения или разрушения. Кстати, шахта сделана из подобного металла. Отклонение происходит всего на пару сантиметров. Вы даже не заметите этого. Специальные датчики контролируют весь этот процесс. Вы удивитесь, но, несмотря на сегодняшний шторм, платформа раскачивается в диапазоне от 0,2 – 0,3 миллиметров. Её максимальный предел – 5 сантиметров, ну, это вам так, чтобы успокоиться. Технология не новая, по подобному принципу раньше строили морские суда, чтобы при сильном шторме они попросту не переломились.

– Ну тогда мы спокойны.

– А что ты делаешь на поверхности? –включился в разговор Брайен.

– Вчера неумелый пилот, который привозил продукты питания, на подлёте зацепил антенну связи и повредил её, я занимался ремонтом.

– Сейчас всё в порядке?

– В полном. Да следующего пилота, чьи руки произрастают из задницы.

– Ладно. Нам пора на досмотр и в камеры хранения.

– Я буду ждать вас у шахты, спустимся вместе.

Мы отправились на досмотр. Там проверили наши личные вещи, а затем обыскали нас самих, затем врачебный осмотр перед спуском вниз. После всего мы отправились к камерам хранения, где Брайен попросил оставить нас свои коммуникаторы и личные портативные компьютеры.

– Но мне это нужно для работы. Я не могу его оставить, – захлестнуло меня возмущение.

– Правила не я устанавливаю. Но я слежу за их выполнением. Там внизу вам выдадут коммуникаторы и компьютеры с уже загруженными в них данными, которые пригодятся вам для работы. Свои вещи сможете забрать по окончании исследований.

Пока Брайен отвлёкся, я смог вынуть накопитель данных из своего портативного компьютера и незаметно убрать в карман. Затем мы с Мартиной убрали свои вещи в камеру, заблокировали её и вместе с Брайеном проследовали к шахте, где нас уже ждал Стефан.

Лифт уже поднялся, и двери шахты открылись. Мы вошли внутрь лифта. Меня сразу поразило, что лифт был полностью из стекла, за исключением поручней, пола и крыши. Закрался вопрос о том, как же стекло выдерживает огромное давление. Внезапно лифт стал опускаться. Вначале совсем медленно, но вскоре стал опускаться немного быстрее. И через пару минут мы опустились под воду.

– Стефан, так вы говорите, что с Гекатуса на поверхность ведут только два лифта. Разве это безопасно? – Мартина вновь выразила беспокойство.

– А вы всё волнуетесь. На платформе есть ангар, там находятся три субмарины, которые как раз предусмотрены на случай выведения шахты или самих лифтов из строя. Субмарины полностью автоматизированы, их можно вызвать с поверхности независимо от того, есть кто-то наверху или нет. Но это только в том случае, если вдруг начнётся затопление Гекатуса, ну или пожар. Но вам не о чем беспокоиться. Стены станции сделаны из толстого металла, а стекло крайне прочное.

– Стекло?

– Да. Например, переходы между отделениями и корпусами, большие иллюминаторы, сделанные как окна. Над развлекательным комплексом огромный стеклянный купол. Даже в каютах есть окна.

Стекло... Как при таком давлении выдерживает стекло? – медленно пробормотал я.

– Ну, во-первых, оно толщиной примерно метр, может, чуть больше, во-вторых, в его состав входит палладий, что делает стекло невероятно прочным и при этом эластичным. Там на глубине оно немного прогибается от давления, на пару миллиметров, но не ломается.

– Многие работают на Гекатусе первый месяц, – решил внести свои пояснения Брайен. – Очень непросто прожить в закрытой железной коробке. Поэтому и нужны стеклянные конструкции, чтобы люди не сходили с ума. Так как вы с Мартиной новенькие, то в первую неделю вы сможете раз в день на целый час подниматься на поверхность. Это моя методика, чтобы люди быстрее адаптировались к жизни под водой. На космических станциях были придуманы специальные комнаты, где происходила симуляция жизни на земле: ветер, воздух, вода, дождь и так далее. Там люди в течение нескольких месяцев пребывали в день по 30 минут. Я же разработал свою методику, чтобы было проще приспособиться к жизни на Гекатусе. Нам повезло больше, чем учёным в космосе. Мы можем наслаждаться реальным миром, хоть и час в день.

Пока мы говорили, лифт опускался, вокруг было совсем темно, только редкие фонари в шахте проскальзывали мимо нас. Шахта не была шахтой, как я думал. Это, скорее, был некий каркас, внутри которого двигался лифт. Если бы не было так темно, то, наверное, можно было бы рассмотреть рыб или других млекопитающих. Мы опускались всё ниже, казалось, что мы просто направляемся в какую-то бездну, где кроме тьмы нет ничего. Но вскоре далеко внизу я увидел тусклый свет, словно маленькое свечение где-то в темноте. И по мере спуска это свечение становилось всё ярче и всё отчётливее.

Через пару минут я уже мог разглядеть образы зданий, а спустя ещё пару минут я увидел это огромную глубоководную станцию. У меня захватило дух. Мы с Мартиной прилипли к стеклу лифта и рассматривали станцию. Множество корпусов, больших и маленьких зданий и помещений, я сразу обратил внимание на тот самый купол, про который говорил Стефан. От него исходил, наверное, самый яркий свет. Множество огней и прожекторов подсвечивали комплекс и территорию вокруг него. Он был невероятно большим, словно затерянный город где-то под толщей воды Тихого океана. За всем комплексом виднелась огромная расщелина, которая слегка окружала его и расходилась в две стороны. Это и была Марианская впадина. Она тоже подсвечивалась огнями, которые уходили в её глубь и бездну. Сам комплекс был в большей части на одной стороне, но пару корпусов находились на другой стороне. Через всю впадину был перекинут герметичный мост из металла и стекла, который выглядел потрясающе, также, как и весь комплекс. Меня особенно привлекло здание с длинной антенной, которая поднималась достаточно высоко и была внушительных размеров. Наверное, это центр связи, но мне ещё предстояло всё узнать.

– Ещё раз. Добро пожаловать на Гекатус, – решил вновь поприветствовать нас Стефан.

На той стороне, куда опускался лифт, я увидел в отдалении от комплекса ещё какие-то строения, они просто подсвечивались, но казались необитаемы и были похожи на стройку.

– А что вон там, вдалеке от комплекса?

Геологи компании обнаружили залежи нефти в том месте, – Брайен, казалось, знал ответы на все вопросы. – Собираются строить там станцию по добыче. Я говорил им, что это не лучшая идея, так как своими действиями они могут помещать нашим исследованиям, и они отложили строительство до окончания наших работ.

– Станция захватывает дух, – выразила восхищение Мартина. – Это просто невероятно.

– Да уж. Сколько трудов, сколько нервов и сколько денег утопили здесь, на дне Тихого океана, – с сожалением пробурчал Стефан.

– Это ваш дом на ближайшее будущее, ребята. Надеюсь, вам все понравится, – послышались нотки оптимизма в голосе Брайена.

Лифт начал замедлять движение, все медленнее и медленнее. Совсем скоро он очень плавно стал опускаться на станцию, когда оставалось метров двадцать до стыковки. Через минуту лифт максимально замедлился и остановился. Шлюз над лифтом закрылся, и уровень воды начал падать до тех пор, пока воды не осталось совсем. Затем открылись двери лифта, Брайен ввел код у внутренних дверей, и они тоже открылись, мы вошли внутрь.

Это пункт приёма. Здесь вас должна встретить... – начал Стефан, но Брайен резко перебил его своим возгласом.

– Вот чёрт, что эта тупая сука здесь делает?..

Нас встречала управляющая Гекатусом. Это была женщина лет сорока, одетая в строгий костюм с очками и какой-то папкой в руках.

И тебе добрый вечер, Брайен, – ехидно поздоровалась Сара Байтс. – Добро пожаловать на Гекатус. Я решила лично устроить вас и немного ввести в курс дела.

– Меня зовут Джейми Адвалор, а это Мартина Родригес, моя...

– Ваша ассистентка. Можете не продолжать, я уже всё о вас знаю. Прошу, проследуйте за мной.

В моей голове пронеслась мысль о том, что я уже не очень хорошо отношусь к Саре. Неужели не учили, что перебивать людей неприлично. И правда, тупая надменная сука.

– Итак, вы находитесь на глубоководном научно-исследовательском комплексе «Гекатус». Сейчас мы находимся на глубине семи тысяч метров. Вы прибыли в пункт приёма. Здесь люди просто сидят и принимают звонки от других отделов. Отправляют электронные или голографические письма на поверхность. Грубо говоря, просто просиживают штаны...

– А у тебя куча дел, я смотрю... – зло выпульнул Брайен.

– Брайен, может, у тебя нет дел. Так пойди и займись, я прослежу за тем, чтобы вновь прибывшие освоились здесь.

-Мне было поручено работать с ними постоянно и следить за тем, чтобы они ни в чём не нуждались.

– Брайен, милый, тут и без тебя разберутся. Возвращайся к своим пробиркам и колбам. Я вызову, если что-то понадобится.

Брайен ушёл, ворча что-то под нос. А мы продолжили мини-экскурсию по станции. Из пункта приёма мы направились через стеклянный переход, который от двух корпусов отделяли стальные водонепроницаемые двери, в следующий отдел. Это был отдел транспорта. Там было что-то вроде местного вокзала, только вместо поездов специальные водонепроницаемые капсулы, подвешенные к монорельсу. Монорельс проходил не только внутри комплекса, но и снаружи, именно поэтому капсулы и были герметичны.

– Начальника отдела, он же главный пилот, зовут Хродгор Рем. Второй главный пилот и его заместитель – Пол Хёрт. Они руководят отделом транспорта по всем направлениям. Хотя сами просто бывшие военные пилоты.

Я подумал о том, что эта женщина ненавидит всех вокруг себя. И даже сейчас, когда нам всё рассказывает, делает это только потому, что ей поступил приказ свыше, а не для того, чтобы помочь освоиться.

– У нас много отделов. Научный отдел, инженерный, отдел строительства, транспорта, охраны, ремонтная служба, аварийная служба, отдел по чрезвычайным ситуациям, медицинский центр, отдел снабжения, связи геологический отдел, ну и отдел рабочих и обслуживающего персонала. Ну вы сами скоро все поймёте. Кстати, ваши коммуникаторы и портативные компьютеры уже находятся в ваших комнатах. Данные загружены. Сегодня уже поздно разбираться в них. Поэтому просто сходите в столовую-ресторан, и ложитесь спать. Завтра у вас свободный день, как раз сможете ознакомиться со всей информацией, немного прогуляться по Гекатусу, ну и, естественно, один час на поверхности. Вечером зайдёте ко мне и получите все дальнейшие указания.

-Может, нам ещё нужно знать что-то важное?

– Ах, да. Весь комплекс оборудован пунктами экстренной и громкой связи на всякий случай. Также ваши коммуникаторы есть датчики движения. Мы можем отслеживать вас по ним. Поэтому для вашей же безопасности носите их с собой. Через коммуникатор вы можете связаться с начальниками и заместителями любого отдела, их данные уже загружены в устройства так же, как и ваши в их. Ну всех, кто работает на Гекатусе, вам не обязательно знать. Тут трудятся более двух тысяч человек. Так как вы оба будете занимать главенствующие должности, вам достаточно знать только тех, с кем будете работать. По всему комплексу расставлены камеры слежения и голографические платформы для Исиды. Кстати, с ней вы скоро познакомитесь, я так думаю, что послезавтра.

– Спасибо, что ввели нас в курс дела, – поблагодарила Мартина.

– Это же моя работа. А вот и наша остановка, жилой комплекс для управленческого персонала.

– Здесь только те, кто занимают главенствующие должности? – решил я уточнить на всякий случай.

– Конечно. Вы же не хотите слышать пьяную ругань рабочих или распутство, которое они устраивают после своих посиделок. Ещё хуже ребята из отдела охраны, их корпус самый шумный и самый грязный. А тут живём мы, высшее звено. Итак, ваша комната на шестнадцатом этаже. Номер А-395. Вот ваши электронные ключи. Отдыхайте и наслаждайтесь вечером. В мини-баре я оставила для вас сюрприз.

Мы вышли, а капсула направилась обратно. Корпус был и правда тихим. В холле лежали ковры и стояли растения в горшках, повсюду были окна, через которые можно было видеть другие здания комплекса. Мы поднялись на самом обычном лифте, какие бывают в отелях, на 16 этаж и отыскали свою комнату. Войдя в неё, мы оказались словно на курорте. Комната состояла из нескольких других комнат и была очень похожа на апартаменты Брайена. Только были большие окна, вид которых выходил прямо на впадину и на мост между двумя частями комплекса. Было достаточно светло, так как Гекатус подсвечивался постоянно. Мартина пошла в душ, а я решил наведаться в мини-бар. Там было много всего. Но мне приглянулась бутылка виски. Наполнив бокал и закинув в него лёд, я сел на диван, который был прямо напротив главного окна, с видом на впадину и мост, в гостиной. Я выпивал и смотрел в окно. Мартина уже закончила с душем и пошла спать. Наверное, она сильно устала за время перелёта, поэтому я не стал её беспокоить. Стакан за стаканом, и я уснул на диване, проспав там до самого утра.

Глава 6

Неожиданное знакомство

Проснулся я на удивление рано. И меня совсем не беспокоило похмелье, что тоже было удивительно. Возможно, из-за воздуха на Гекатусе, а может, просто выспался, ведь я не помню, когда точно уснул. Когда я встал, Мартина ещё спала. За окном было по-прежнему темно, я всё никак не мог смириться с мыслью, что тут темно всегда. На такую глубину солнечные лучи не проходили. Казалось, что сейчас по-прежнему ночь. Я выпил кофе, сходил в душ, а затем решил прогуляться по комплексу, ведь сегодня день свободный, поэтому мне было чем заняться. Я решил, что данные я изучу позже, возможно, после обеда или ужина, а сейчас я должен изучить местность. Покинув свою комнату, я направился к первому же переходу из этого корпуса в другой. Не хотелось кататься на капсуле – лучше самому изучить всё. Было очень тихо: видимо, ещё все спали. Я видел лишь персонал, который мыл полы, окна и поливал растения. Я шёл к переходу, как вдруг увидел на голографической платформе свечение синей лампочки. Это означало, что сейчас должно прозвучать какое-то объявление. Я подошёл поближе, чтобы рассмотреть, но внезапно платформа загорелась, и начал вырисовываться образ человека. Присмотревшись, я понял, что это не человек, это Исида. В это время образ маленькой девочки уже был полностью передо мной. Я приспустил очки и ждал, когда Исида заговорит со мной.

– Привет, – наконец подала она голос.

– Привет.

– Ты кто такой?

– Я Джейми. Эмм... Джейми Адвалор, если точнее.

Исида просканировала меня специальными лучами. От этого мне стало немного не по себе, ведь обычно это делалось только с моего согласия. Лучи сканера просвечивали человека полностью, выявляя все болезни, недуги и другое. Но её, видимо, интересовало не это, а коммуникатор, который был на моей руке.

– Ты ошибся, Джейми.

– В чём же?

– Ты же доктор Джейми Адвалор. Так указано в твоих данных, которые я считала с твоего коммуникатора.

– Да, прости. Забыл упомянуть. А тебя как зовут?

– Разве ты не знаешь? Или вопрос был задан тобою для того, чтобы не показаться невежливым?

– Эмм... Ну вообще-то...

– Ладно, не обращай внимание. Я так устроена. Я сделаю вид, что ты не знал меня, и продолжу беседу в правильном направлении. Задай вопрос заново, Джейми.

– Как тебя зовут?

– Я Исида. Искусственный интеллект нового поколения, не имеющий аналогов в мире.

– Рад знакомству, Исида.

– Я тоже рада, Джейми. Я тебя раньше не видела на станции и ждала момента для того, чтобы познакомиться. Я знаю всех, кто тут работает.

– Я только вчера прибыл сюда. Тебя должны были представить мне через пару дней.

– Джейми, ты опять ошибся. Это тебя должны были познакомить со мной.

– Потому что ты контролируешь здесь всё?

– Нет. Потому что по правилам этикета мужчина приходит представляться даме, а не наоборот. И всё же я первая пришла познакомиться.

Мне показалось это очень забавным и занятным одновременно, я улыбнулся и продолжил...

– Да, действительно. Ты подловила меня именно тут? Почему?

– Отсюда ты начнёшь исследовать центр, понимать, как здесь всё устроено.

– Это так.

– Расскажи о себе, Джейми.

– Эмм... Ну то, что я доктор, ты уже знаешь. Я долгое время жил в Англии, потом меня вызвали в Россию, а оттуда я прибыл сюда. Мне чуть больше 30 лет. У меня нет детей. Всю свою жизнь я посветил науке и исследованиям. У меня есть девушка. Её зовут Мартина Родригес. Мы познакомились с ней, когда учились вместе.

– Это увлекательно. Просканировав тебя, я смогла определить твой примерный возраст по состоянию твоих органов. Твой возраст от 34 до 37 лет. Точнее покажет только более тщательное сканирование тканей.

– Исида, прошу, пожалуйста, не надо больше меня сканировать.

– Хорошо. Почему тебе это не нравится?

– Каждый раз будто вытаскивают частичку души. Мне от этого не по себе.

– Что такое душа, Джейми?

Этот вопрос поставил меня тогда в тупик. Я никогда в своей жизни не задумывался над ним. Поэтому не мог дать чёткого ответа...

– Эмм... Я не знаю точного определения этого. Могу только предположить...

– Предположи, Джейми.

– Я думаю, что душа — это сущность человека, в которую входят особенности каждого. Черты характера, внутренние мысли, повадки, различные человеческие качества...

– А у меня есть душа, Джейми?

– Прости меня, но не хочу тебя обманывать. У тебя нет души. С точки зрения науки ты просто технология, которую создал человек. Душа только у людей может быть. Извини...

– Ничего, Джейми. Спасибо за честность. Я люблю честность. Ты хороший человек, Джейми. Я так думаю.

– Стараюсь им быть. Сложно сказать о том, хороший ли человек или нет, только лишь по его виду. Поступки делают нас хорошими или плохими.

– Я согласна с тобой, Джейми. Почему ты так рано встал сегодня? У тебя свободный день.

– Я не знаю. Проснулся так.

– Я обнаружила в твоей крови алкоголь. Почему ты пьёшь, Джейми?

– Всем людям порой нужно расслабиться и отдохнуть не только телом, но и головой. Все люди хоть немного, но выпивают, без этого никак.

– Ты вчера выпил много, Джейми.

– Да... Иногда не могу вовремя прекратить. И это не очень хорошее качество во мне. А почему ты не отдыхаешь или не занимаешься своими делами?

– Сегодня не запланировано никаких важных операций. Моя помощь не понадобится. Я могу так же, как и ты, прогуляться по комплексу.

– Что ж... Значит мы оба сегодня отдыхаем...

– Мы можем быть друзьями, Джейми.

– Ну, если ты этого хочешь, то, конечно. Я с радостью стану твоим другом.

– Спасибо, Джейми. Ты первый, кто захотел со мной дружить на этой станции. Число людей на станции составляет 2235 человек после вашего прибытия.

– Но почему?

– Я слышала много отговорок. Кто-то боится, кто-то не считает нужным заводить дружбу с технологией

– Я не вижу в тебе ничего плохого. Поэтому и согласился.

– Ты хороший человек, Джейми.

– Ну раз мы теперь друзья, то, может, ты прогуляешься вместе со мной? Мне так будет проще освоиться.

– Я с удовольствием тебе всё покажу и расскажу. Ты не сможешь видеть меня постоянно, только там, где есть голографические платформы, но ты будешь слышать меня через громкую связь в любом помещении.

– Хорошо. Начнём.

И я отправился исследовать комплекс вместе с Исидой. Как бы странно это ни было, но это был мой первый голографический друг. Из жилого корпуса мы попали в медицинский отдел.

– Это медицинский отдел, – начала экскурсию Исида. – Он работает круглые сутки. Здесь ты сможешь получить любую помощь по своему здоровью. Главный тут – доктор Олсен Квик и его ассистентки. Они главные медсёстры. Первая медсестра – Лана Райн и вторая медсестра – Джейси Доллан. Кроме них тут работают ещё 60 врачей и других медсестёр.

Из медицинского отделения мы попали в научный отдел. Исида следовала за мной и следила. Я это понял по тому, что все камеры в коридорах поворачивались в мою сторону, когда я проходил. Научный отдел состоял из трёх больших ярусов. Исида провела меня на самый высокий, где была голографическая платформа. Она сразу появилась на ней. А я мог рассмотреть всё с высоты.

– Отсюда ты сможешь разглядеть больше. Глава отдела – Брайен Сигл. Главный учёный – Атерий Аргос. Здесь, кстати, будет работать Мартина Родригес, твоя девушка.

– А как же я?

– Тебя определили вторым помощником инженерного отдела. С доступом к научному отделу, чтобы ты мог работать и там, и там.

– Интересно...

– Твои способности выше, чем у многих других. Поэтому ты будешь много работать.

После мы отправились в геологический отдел. Там Исида появилась на очередной платформе.

– Это отдел геологии. Мне нравится этот отдел больше всего.

– Почему? Мне всегда казалось, что у геологов самая скучная профессия...

– Ты опять ошибаешься, Джейми. Их профессия позволила людям построить Гекатус именно над местом, откуда происходит сигнал. Благодаря им все эти исследования имеют место быть. Начальник отдела – Александр Белинский, а его заместитель – Дан Доерти. В отделе работают 80 человек.

– Достаточно много для геологов.

– Чем больше объем работы, тем больше специалистов к ней привлекаются.

–Логично.

После мы отправились в отдел связи. В то самое здание, которое мне приглянулось из-за огромной антенны, когда мы спускались на лифте с поверхности на Гекатус.

– Это отдел связи. Начальник отдела – Джей Ли, его заместитель – Пол Бёрк. Это отдел с самым малым количеством работников, всего 18 человек. Именно Джей Ли уловил сигнал, когда только подобрался к впадине.

– Исида. можно вопрос?

– Попробуй.

– Что тебе известно о сигнале? Ты пробовала его расшифровать самостоятельно?

– Нет. Мне не давали таких указаний. Я не могу ничего сделать в отношении исследований впадины без указаний.

– А ты могла бы расшифровать его?

– Не могу ответить тебе на этот вопрос.

– Ладно. Забудь.

Далее мы перешли в корпус, где располагались два отдела. Наверное, самые важные на этой станции, так как они отвечали за жизни всех её обитателей.

– Это корпус двух важных для всех отделов. Первый отдел – аварийный. Глава отдела – Антон Лем, его заместитель – Эштон Макканах. И, насколько я поняла из камер слежения, у этих людей происходит сексуальное соитие.

– Что ж... Это полезная информация, – с легкой улыбкой отметил я.

– Можно вопрос, Джейми?

– Ну, попробуй.

– Разве, когда два мужчины совокупляются, у них могут появиться дети? Разве на биологическом уровне мужчины могут произвести детей? – в словах Исиды мне послышались искренний интерес и удивление.

– Нет.

– Но тогда зачем они это делают? Разве конечная цель совокупления не производство потомства?

– Если честно, то люди иногда делают это не только ради потомства. Иногда это происходит просто для удовольствия.

– Что такое удовольствие?

– Скажу на твоем языке: иногда это делают, чтобы просто удовлетворить человеческие потребности.

– Это как пища или вода?

– Да, верно. Лучше и не скажешь.

Не то чтобы меня сильно тревожило то, что я сейчас объяснял голограмме смысл гомосексуализма... Но это было как минимум странно...

– Второй отдел этого корпуса — это отдел по чрезвычайным ситуациям, – я подумал, что Исида ушла от необычной темы, и вновь погрузился в её рассказ. – Глава отдела – Адам Крикс и его девушка Лори Грей. Второй заместитель – Саманта Дель.

– Понятно.

– Можно вопрос, Джейми?

– Да, конечно.

– Адам и Лори тоже постоянно совокупляются, но еще не достигли результатов. Лори Грей может иметь потомство, она не Дан Доерти. Почему она не производит потомство? – я ошибся: Исида все же продолжила размышления на интимную тему.

В этот момент я понял, кто из глав аварийного отдела – пассивный гомосексуалист...

– Я повторюсь, что люди не всегда занимаются этим для достижения той цели, о которой ты говоришь. Чаще это происходит, чтобы получить удовольствие.

– Лори очень сильно кричит в эти моменты. Мне кажется, ей больно получать удовольствие. Разве нет?

– Эмм... Не думаю, что ей больно в эти моменты. Скорее, она так радуется.

– А чему именно она так радуется?

– Ну, наверное, тому, что смогла удовлетворить свою человеческую потребность.

– А ты и Мартина удовлетворяете свои потребности?

– Да. Время от времени.

– Я поняла тебя, Джейми. Спасибо, что объяснил.

– Я смотрю, тема секса тебя волнует в большей степени.

– Что такое секс?

– Чтобы не говорить долгими словами, люди сократили это до слова секс, так проще. Когда мы этим занимаемся, мы говорим, что занимаемся сексом.

– Я поняла. Тут на станции много кто это делает.

– Это важно знать... – вновь ухмыльнулся я.

Далее мы направились в ремонтный отдел. Там должен был работать мой старый друг.

– Это ремонтный отдел. Главный механик Сэм Бюррен. Он прибыл тоже недавно, как и ты.

– Да, знаю. Это мой хороший друг.

– Ты познакомишь меня с ним?

– Да, конечно.

– Из этого отдела мы можем направиться через главный мост над впадиной, там будет отдел, где ты будешь работать большую часть времени. Или пойти в другие отделы, которые находятся в северной части комплекса. Куда пойдём?

– Давай сначала в остальные, потом в мой заглянем.

– Хорошо, Джейми.

– Я видел большой стеклянный купол.

– Это развлекательный комплекс. Там есть много всего интересного. Рестораны, бары, столовые. И много всего другого. Ты сам сможешь исследовать это место.

Мы направились в транспортный отдел и отдел снабжения. Транспортный я видел, когда Сара Байтс везла нас до комнаты, поэтому мы направились в отдел снабжения.

– Это отдел снабжения. Глава отдела – Чарли Фрост, его заместитель – Генри Хьюмен.

– Исида, а как продукты попадают на станцию?

– С помощью подводного аппарата. Он заходит в специальный герметичный подводный ангар, потом наружные ворота ангара закрывают, из помещения полностью выкачивают воду специальные насосы, затем аппарат разгружают, и операция происходит в обратном направлении, чтобы привезти на станцию новые продукты и снабжение.

– Как часто это происходит?

– Раз в две недели. Иногда по запросу, если вдруг что-то очень необходимо.

– Понятно.

– Дальше идут отдел охраны и отдел рабочих. Тебе интересно?

– Думаю, самое время отправиться в тот отдел, где буду работать я.

– Хорошо, Джейми.

Пока мы перемещались через мост над впадиной. Исида рассказала мне про те два отдела, которые я не захотел смотреть. Я остановился на середине моста и посмотрел через стекло вниз, в бездну подо мной.

– Ты боишься высоты?

– Нет, ну… Не очень.

– Я ничего не боюсь.

– Ну ты, наверное, самая храбрая на этой станции.

– Думаю, что да.

Мы пошли дальше. Инженерный отдел был как раз во второй части станции. Там же были и склады для хранения.

– Это инженерный отдел. Глава отдела – Стефан Миас, его заместители – Ноллан Старк и Джейми Адвалор. То есть ты, Джейми.

– А почему инженерный отдел находится отдельно от остальных?

– Я не знаю ответ на этот вопрос.

– Понятно...

– Но я знаю, кто знает. Ты можешь спросить об этом у Стефана Миаса. Он как начальник должен знать ответ.

– Хорошо, спасибо.

– Всегда рада помочь.

– Мне пора возвращаться, – я осознал, что мы гуляем уже довольно долго. –Ты проводишь меня?

– С радостью, Джейми. Мне нравится гулять с тобой.

– Взаимно, Исида.

Мы отправились обратно в жилой корпус. по дороге Исида много всего рассказала о комплексе и о том, что происходит среди тех, кто тут работает, ведь она могла наблюдать за всеми и сразу. Это был не просто искусственный интеллект. Я бы назвал Исиду развивающимся организмом с огромными возможностями. Ведь если отбросить всё количество данных, которое в неё загрузили, и те функции, которые в неё заложены, это был действительно саморазвивающийся организм, который стремился познать не только то, что от него требовалось, но и нас, людей. А люди – самые загадочные существа на планете, возможно, даже и во всём мире.

– Джейми, почему Брайен Сигл плохо воспринимает Сару Байтс?

– Откуда ты знаешь?

– Я слышала, как он называл её тупорылой сукой. Насколько мне известно, он сомневается в её умственных способностях. Почему?

– Ну… Среди людей складываются разные отношения. Чаще всего это зависит от самих людей, точнее, от их поступков или поведения. Есть друзья, как мы с тобой. Есть враги, как Брайен и Сара. Люди любят и ненавидят друг друга. Так и живём.

– Ненависть людей друг к другу чуть не погубила человечество однажды?

– Да, именно. Но там были и другие факторы. Скорее, нежелание делиться привело нас к войне и чуть не погубило.

– Почему люди не хотят делиться? Зачем вы убиваете друг друга?

– Не знаю, почему так происходит. Но так было всегда. Наверное, это заложено у нас в головах. Ведь каждый в этом мире хочет иметь больше, чем другой.

– Джейми, а что такое любовь?

Ого... – некоторые размышления Исиды вводили меня в настоящий ступор. – Я не могу ответить тебе на этот вопрос, прости. Я бы очень хотел ответить, но не знаю ответа.

– У тебя и Мартины любовь?

– Эмм... Да. Скорее всего, да.

– Почему?

– Я хоть и учёный, но на некоторые вопросы не могу дать ответа. Прости, Исида.

– Ты, как учёный, смог бы найти ответ на этот вопрос. Если найдёшь, расскажешь мне?

– Конечно. Обещаю.

– Спасибо, Джейми.

– Ну вот мы и на месте. Мне пора возвращаться к Мартине. Она, наверное, уже проснулась и ищет меня.

– У тебя на руке коммуникатор. Она могла связаться в любой момент.

– Я его отключил, чтобы нам не мешали.

– Мне тоже пора. Спасибо за прогулку, Джейми. Мы сможем ещё так погулять?

– Конечно. Я бы с радостью. С тобой приятно общаться.

– И с тобой. А ты познакомишь меня с Мартиной?

– Да. Думаю, что ей будет интересно пообщаться с тобой. Она тоже хорошая. Думаю, вы подружитесь.

– Мне бы этого хотелось. У меня будет сразу три друга. Ты, Сэм и Мартина?

– Я уверен, что да. Ладно, мне пора. Увидимся ещё.

– До встречи, Джейми.

И она пропала с голографической платформы, а синяя лампочка погасла. Я направился в свою комнату и хотел немного вздремнуть. Меня встретила Мартина.

– Ты где был всё утро?

– Я ходил гулять. Ты не поверишь, но это самое странное утро за всю мою жизнь.

– Что-то случилось? – в её голосе послышалось волнение.

– Случилось. Я сегодня рассказывал искусственному интеллекту, что такое гомосексуалисты. Сейчас я бы вздремнул, если ты не против.

– Ты познакомился с Исидой?

Я упал на кровать лицом в подушку и бурчал из неё...

– Да. Я всё тебе расскажу, но позже. Сейчас я бы поспал. Она просила познакомить тебя с ней. А я теперь её лучший друг.

– Ну познакомишь. Она такая, как рассказывают?

– Нет. Она лучше. Намного лучше. Она что-то невероятное. Позже я тебе всё расскажу. Мы вместе с ней гуляли и общались, как обычные люди. Это невероятно. Но всё позже, а сейчас спать...

– Ну хорошо, отдыхай. Я, пожалуй, позавтракаю и изучу данные, потом обменяемся информацией. Хорошо?

– Да. Хорошо… – пробормотал я уже сквозь сон.

После я уснул и проспал ещё часов шесть. Мне не снилось ничего в тот день. Я просто так вымотался за время прогулки. Теперь понятно, для чего капсулы и монорельс. Обойти Гекатус на своих двоих возможно, но очень непросто. За разговорами с Исидой я и не заметил, насколько устал. Комплекс был невероятно огромный. Одно дело, когда я увидел его из лифта, другое дело, когда я прогулялся по нему. Множество переходов, комнат, залов. Столько отделов, которые включают в себя ещё большее количество комнат и залов. Действительно, грандиозная постройка. И всё это под огромной толщей воды на дне Тихого океана.

Глава 7

Встреча старых друзей

Я проспал почти весь день. Проснулся только к обеду. Мартина к тому времени уже ознакомилась с информацией, которую ей загрузили в коммуникатор. Я сходил в душ, выпил кофе. И мы с Мартиной решили перекусить. За обедом она ввела меня в курс дела, а я ей рассказал, всё, что мне рассказала Исида. Я передал наш с ней разговор дословно. Мартине было достаточно весело. Она и не думала, что я стану объяснять программе такие вещи, но, когда я ей рассказал о том, что Исида не просто программа, Мартина даже немного испугалась, ей стало не по себе от того, что Исида может следить за всеми одновременно, интересуясь человеком и познавая его. Но я успокоил Мартину и сказал об обещании Исиды о том, что она не станет следить за нами. Она даже разрешила отключить камеру в нашей комнате. Никто не узнает об этом.

– Как тебе удалось так близко наладить отношения с Исидой? Ведь мы тут второй день.

– Не знаю, это как-то само вышло. Я и не думал, что встречу её, но она меня первой нашла, прямо около перехода из жилого корпуса.

– Жаль, меня не было с тобой. Мне бы тоже хотелось пообщаться с Исидой.

– Думаю, ещё будет возможность.

– Сегодня вечером мы можем сходить в развлекательный комплекс. Немного развеемся. Может, познакомимся с кем-то.

– Это неплохая идея. Но только обещай, что мы сегодня выйдем на поверхность.

– Хорошо, только давай перед ужином.

– Ладно. Сейчас уже три часа. Думаю, что в семь пойдём на поверхность и затем на ужин.

– Так и сделаем. А сейчас пойдёшь опять в койку?

– Нет, я, пожалуй, ещё раз пробегусь по всем данным об исследовании и сигнале.

– Хорошо. Я тогда приму ванну.

Так пролетело три часа. Я прочитал множество документов. Изучил все исследовательские отчёты и некую природу сигнала. Поэтому завтра утром на собрании мне было что рассказать коллегам. Мартина уже собралась и была почти готова. Я быстро нацепил на себя то, что первым попалось под руку, и мы отправились на поверхность. Снова этот лифт, только теперь мы поднимались из бездны, а не спускались в неё. Огни Гекатуса медленно тускнели и совсем скоро пропали из виду. Мы поднялись на платформу, а затем вышли на свежий воздух.

Солнце уже садилось, и на закате небо было кроваво-бордового цвета. Океан был спокойный, как пруд или озеро. Ветра совсем не было. Мы с Мартиной прогуливались вдоль платформы. Мы видели где-то вдалеке корабли, которые медленно двигались, уходя за горизонт. Наверное, это были рыболовные суда или военные суда, патрулирующие окрестности. Мартина просто смотрела вдаль и думала о чём-то.

– О чём думаешь? – завёл я разговор.

– Да, так...

– Не поделишься?

– Сколько мы уже вместе, Джейми?

– Давно. С тех пор, как учились вместе.

– Вот именно. Я уже не помню, сколько лет прошло. Тебе не кажется, что нам нужно двигаться дальше?

– Дальше?

– Да, дальше, Джейми. Я буду всю жизнь ждать, когда ты мне сделаешь предложение? Ты меня любишь?

– Конечно.

– Правда любишь? Тогда почему не зовёшь замуж? Я уже давно хочу завести детей.

– Я просто хотел, чтобы у нас что-то было, прежде чем создавать семью.

– У нас всё есть, Джейми. Да, мы не особо богато живём, да, бывают ссоры, особенно из-за тебя, но мы любим друг друга. Это главное. Я готова пойти за тобой куда угодно, и в богатстве, и в бедности. Люди и не с такими проблемами создают семью.

– Я просто хочу лучшего для тебя и для нашей семьи.

– У нас и так всё хорошо. Мне много не нужно. Главное, чтобы ты был рядом.

– Я обещаю, что после этого исследования, по возвращении, я женюсь на тебе. У нас теперь много денег, мы может как следует отпраздновать. Сможем наконец купить себе достойное жильё. По возвращении всё будет.

– Это только слова. Потом найдутся другие отговорки.

Я крепко обнял Мартину и поцеловал. Затем взял её лицо в ладони и посмотрел ей в глаза...

– Я тебе клянусь, что по возвращении женюсь на тебе и у нас будет самая лучшая свадьба, а после переедем и заведём детей.

– Ты клянёшься мне в этом?

– Клянусь! – искренне пообещал я, обнимая Мартину.

И Мартина крепко прижалась ко мне, как будто завтра меня или её не станет, а следовательно, не станет и нас. Мы простояли так ещё минут десять, а затем вернулись к лифту и спустились на Гекатус. Был уже конец рабочего дня, в коридорах и в холлах почти не было людей. Они сейчас уже в развлекательном комплексе или у себя в комнатах. Мы с Мартиной решили отправиться именно в развлекательный комплекс, чтобы поужинать и посмотреть обстановку.

Развлекательный комплекс находился под самым большим куполом в комплексе. Его размеры, особенно изнутри, потрясали. Огромный стальной каркас, который подсвечивался лампами, и не менее огромные стеклянные листы. Вся эта конструкция удерживала на себе всю толщу океанической воды и огромное давление. А под куполом протекала жизнь работников станции.

Развлекательный комплекс был в одном огромном помещении. Под развлекательный комплекс был отведено целое здание, причём не самое маленькое на Гекатусе. Все рестораны, бары, различные места, где можно было поиграть в бильярд, или другие развлечения находились среди специальных улиц, которые были сделаны в этом комплексе. Это было что-то вроде центральной улицы в крупном городе с различными переулками, где каждому по вкусу найдётся своё развлечение. Но только в уменьшенном масштабе.

Мы с Мартиной прошлись по всем улицам среди кучи людей. Тут в развлекательном комплексе перемешивались люди со всех отделов. И не было разницы, уборщик ты или же учёный, или инженер. Тут были все равны.

Я увидел голографическую платформу, взял за руку Мартину и потащил к ней.

– Я думала, мы на ужин пришли.

– Да, только несколько минут. Я обещал Исиде, что познакомлю вас.

– Но её тут нет.

Я: Я думаю, что она будет с минуты на минуту.

И действительно. Синяя лампочка загорелась у основания платформы, и начал вырисовываться человеческий образ.

– Привет, Джейми.

– Привет, Исида. Как я и обещал, знакомься, это Мартина Родригес, моя невеста.

– Мартина, я рада познакомиться с тобой. Ты станешь моим другом, как Джейми?

– Привет, Исида. И я рада. Да, конечно, стану, с удовольствием.

– Мне нравится, когда есть друзья. Я бы могла многое им рассказать. Вы пришли сюда, чтобы развлекаться?

– Скорее, просто поужинать, – отметил я.

– Рекомендую итальянский ресторан. Он самый лучший из всех, что здесь есть.

– Спасибо, Исида, – видно было, что Мартина заинтересована новым знакомством.

Исида: Всегда рада помочь.

– Ты сегодня тоже ничем не занята?

– Ты снова ошибся, Джейми. Завтра очень ответственный день. Команда геологов будет спускаться на дно впадины, чтобы изучить породу, с которой столкнулись бурильные аппараты. Мне нужно проверить все системы на исправность.

– Хорошо. Тогда мы пойдём, не станем тебя отвлекать.

– Джейми, твой друг Сэм Бюррен. Ему очень понравился бар «Меридиан», ты сможешь найти его там, если захочешь.

– Понял тебя. Спасибо.

– Приятного вечера, попрощалась с нами Исида.

Её голограмма растворилась, а синяя лампочка погасла. Мы с Мартиной отправились в тот ресторан, который посоветовала Исида. Он находился в самой тихой части развлекательного комплекса, в приятном месте, где было множество растений и даже небольшой фонтан. Мы с Мартиной весь вечер наслаждались великолепной итальянской кухней и вином. Много говорили о будущем, которое нас ждёт после исследования и окончания работы на Гекатусе. Я рассказал Мартине обо всех главах отделов, которые есть. Напротив нас сидели Адам Крикс и его девушка Лори Грей. Адам заметил нас и решил подойти.

– Приветствую вас на Гекатусе, поздоровался Адам. – Вы новенькие? Не возражаете, если мы с Лори присоединимся к вам? Познакомимся поближе.

– Собственно, мы только для этого и пришли сюда, чтобы познакомиться с коллегами, – с позитивом ответила Мартина.

– Отлично. Лори, иди сюда!

– Меня зовут Адам Крикс, я начальник отдела по чрезвычайным ситуациям, а это Лори Грей, мой заместитель и по совместительству девушка.

– Я Джейми Адвалор, а это Мартина Родригес, моя невеста. Рады познакомиться с вами.

– Взаимно. Постой, ты тот самый Адвалор, который смог увеличить активность человеческого мозга? Да, точно, это ты. Великолепная работа, я много читал о ней.

– Большая честь, познакомиться с таким учёным, включилась в разговор Лори.

– Это не только моя заслуга. Если бы не Мартина, мне бы не удалось добиться таких результатов.

– Тогда ещё большая честь познакомиться с женщиной-учёным. Давайте выпьем за это! – торжественно предложил Адам.

Мы подняли бокалы с вином и выпили. После Лори и Мартина начали говорить о своём. А тем временем Адам расспрашивал меня...

– Когда вы прибыли на Гекатус?

– Вчера поздно вечером. Честно сказать, не помню. Я сразу же принял хорошую дозу виски и уснул.

– Виски — это хорошо. Где разместились?

– Нас поселили на 16 этаже жилого комплекса управляющего персонала.

– Мы там же, только на 18 этаже. Вид из окна на впадину меня немного пугает. Так и кажется, что оттуда сейчас вылезет какой-то монстр и сожрёт нас всех.

– Да, я тоже об этом думал. А вы давно здесь?

– Уже пятый месяц.

– Ну и как без дневного света и свежего воздуха?

– Вначале было непросто, а сейчас мы даже не замечаем. Уже свыклись со всем.

– Да, это непросто. Вы знакомы с Исидой?

– Да, познакомились на второй день после прибытия. Сказать честно, она нас немного пугает. Словно ребёнок из фильма ужасов... Ходит, бродит тут по станции целыми сутками.

– Исида ещё как пугает, – подала голос Лори. – Джейси Доллан из медицинского центра рассказывала нам, что как-то раз ночью в морге увидела, как Исида сканирует дела умерших. Ужас!

– Я бы там обделался от страха, – в голосе Адама послышался нескрываемый страх.

– Мы говорили об этом Брайену, но он только пожимает плечами и говорит о том, что Исида так постепенно развивается, – Исида вздохнула. – Ей можно развиваться так, чтобы не мешать работникам Гекатуса.

– Вчера пришли новости с поверхности. Такой же искусственный интеллект, как и Исида, говорят, её сестра, специально столкнул космический корабль с другим, мотивируя это тем, что была интересна реакция людей. Хорошо, что её временно отключили. И начали дорабатывать, – опять послышалось волнение в словах Адама.

– Мне кажется, Исида – совершенный искусственный интеллект.

– По мне, так лучше бы не доверяли программам всю свою работу, – тут уже включилось недовольство со стороны Крикса. – Человек надёжнее, чем программа.

– Люди тоже очень часто дают сбой.

– Согласен. Давайте выпьем, чтобы люди не давали сбой!

Так мы и сидели ещё пару часов. Разговаривали, делились историями и познаниями о Гекатусе, выпивали, ели. А после решили разойтись по своим делам. Тем более завтра мы бы увиделись на собрании.

Мы с Мартиной уже собирались идти в свою комнату...

– Ты ничего не забыл?

– Да вроде бы нет?

– Джейми, а как же Сэм? Вы не виделись уйму времени. Разве ты не хочешь с ним встретиться в «Меридиане»?

– Но я думал пойти в комнату вместе с тобой.

– За меня не волнуйся, – успокоила Мартина. – Я доберусь. Сейчас только двенадцать. Иди и не спорь.

– Ладно. Тогда увидимся в комнате.

– Хорошо. Но я буду спать.

Я пошёл в «Меридиан». Это был небольшой уютный бар, кстати, тоже в достаточно тихом месте. Там было почти безлюдно. За столиками никого не было, приглушённо играла музыка, горели неоновые огни. Первый, кого я там увидел, был Брайен и профессор Артерий. Я подошёл, чтобы познакомиться.

– Ах, Джейми, – начал Брайен. – Присаживайся. Знакомься, это профессор Артерий Аргос.

– Очень приятно, профессор. Я Джейми Адвалор.

– Взаимно, мистер Джейми. Читал вашу работу по увеличению потенциала человеческого мозга. Это великолепно.

– Спасибо, профессор. Я тоже знаком со многими вашими работами, сказать честно, после некоторых я был крайне поражён, но некоторые меня ввели в недоумение.

– Хорошая оценка моих трудов. Но главное, что честная. Люблю честных людей, сейчас это большая редкость. Жаль, что вас не распределили в наш отдел.

– Мне, кстати, очень интересно, почему. Ведь я больше учёный, а не инженер.

– Я тоже не понял этого распоряжения, – как обычно вклинился в диалог Брайен. – Долго спорил с этой сукой Сарой, но ей поступил приказ свыше. Видимо, ты нужен им больше как инженер, а не учёный.

– В компании творится, что-то непонятное в последнее время, – сухо заметил Артерий. – До меня доходили слухи о том, что в подземных библиотеках Израиля нашли какие-то записи о том, что именно мы тут исследуем, поэтому компания так заинтересована в этом. Знать бы, что именно они там нашли.

– Но нам, как всегда, никто ни о чём не говорит, – закатил глаза Брайен.

– Выпьешь с нами, Адвалор?

– При всём уважении, профессор. Но я ищу тут своего старого друга.

– Если ты про Сэма, то он обычно сидит вон в той части барной стойки, которая в самом тёмном месте бара, – указал Брайен рукой куда-то в темноту.

И действительно, я смог разглядеть очертания Сэма. Он сидел там один и пил что-то.

– Что ж, был рад знакомству. Но мне нужно идти. Как-нибудь обязательно выпью с вами, господа.

– Ловлю на слове, Адвалор, – приветливо повёл бровью Артерий.

– Замётано!

– Ладно, иди к другу, – как бы дал позволение Брайен.

Я пошёл через весь бар к Сэму. Обойдя барную стойку, я оказался у него за спиной и решил подшутить...

– Эй, ты! Да ты! Книжный червь! Я к тебе обращаюсь.

Сэм резко повернулся и увидел меня, затем стремительно соскочил со стула и бросился обниматься.

– Джейми! Джейми Адвалор! Сколько лет?! Мне говорили, что ты тоже будешь здесь, но никто не говорил, когда именно.

– И я рад видеть тебя, дружище! Как ты? Что нового?

– Садись, выпьем. Всё расскажу и всё спрошу. Бармен! Два двойных виски!

– Сейчас сделаю, Сэми! – прозвучало за барной стойкой.

– Я смотрю, ты тут за две недели уже освоился, – я был рад видеть старого друга, и улыбка не сходила с моего лица.

– Есть такое дело. Я люблю приходить сюда по вечерам. Меня поставили начальником ремонтной службы, даже дали помощника. А ты куда угодил?

– Вторым помощником в инженерном отделе.

– Тебе повезло. Говорят, что Стефан – хороший мужик, его первый помощник тоже.

– Не знаю. Я всё же больше учёный.

– Но при этом ты ещё и инженер.

– Как они тебя нашли? Когда пригласили сюда? – я заваливал Сэма вопросами. – Я работал Бостоне над новой системой охлаждения реакторов. А именно проверял, все ли показатели в норме. У меня получилось оживить один из самых крупных реакторов на континенте. Спустя пару дней ко мне приехал Брайен Сигл и предложил эту работу. Я согласился. Здесь я получаю намного больше, чем там.

– А нас с Мартиной забрали вначале в Москву, затем на Крит, а после уже привезли сюда.

– Я тоже был в главном офисе «Грейт Адванс». Это как огромная военная база. Она, наверное, почти весь остров занимает.

– Я тоже так решил, когда высадился.

– Мне особенно понравилась обманка с главным зданием. Интересный ход.

– Ага. Главное, что и не подумаешь вначале, согласился я с Сэмом.

– Сириус– серьёзный мужик. Такой весь из себя, важный.

– Ну он же как никак главный в совете на самом долгом сроке.

– Интересно, сколько он получает... – пробормотал Сэм себе под нос. – Наверное, столько, сколько все работники этой станции вместе взятые...

– Ну явно немало. С учетом того, что он ещё и в министерстве международной торговлю занимает не последний пост.

– М-да... Везёт же людям некоторым...

– Это точно, Сэм.

– Мартина тоже здесь? Круто. Нужно будет как-нибудь посидеть тут всем вместе, вспомнить, как отрывались, как учились вместе. Как у вас с ней? Вы разве ещё не поженились?

– Да пока нет. Я собирался после исследований и работе на Гекатусе это сделать. Но она уже насела на меня.

– Я тебе всегда насчёт неё говорил, что надо жениться, не раздумывая и несмотря на финансовое положение. Зря не слушал. Вам уже давно пора сыграть свадьбу, – в голосе Сэма будто послышалась лёгкая досада.

– Да я вот сегодня тоже начал так думать.

– Ладно, давай выпьем. За долгожданную встречу!

– Поддерживаю!

Так мы с Сэмом просидели ещё пару часов. Вспоминали, как вместе учились и развлекались. Говорили обо всём, что скопилось в нас за все эти годы. Напились, как когда-то давно напивались дружным составом нашего научно-инженерного отдела. В комнату я вернулся поздно, наверное, часа в три ночи или в четыре. Мартина уже спала, а я просто рухнул в одежде к ней в кровать и уснул без задних ног с мыслью о том, что завтра будет первый мой рабочий день на Гекатусе, первый мой важный день. Нужно было выспаться как следует и быть готовым к любым трудностям. Завтра мне предстояло много работы.

Глава 8

Идеальное решение

Наступил новый день. Я проснулся примерно в 7 утра, Мартина встала чуть позже. Мы привели себя в порядок, позавтракали и отправились на совещание, которое проводилось в главной командной башне Гекатуса, где находился главный пост управления и слежения за всей станцией. Башня располагалась прямо над отделом транспорта. Вход в неё был строго по электронным пропускам и специальным кодам. Эти коды знали только те, кто имел допуск к главному центру управления. Мне код пришёл на мой коммуникатор только на следующий день после прибытия. Видимо, только управленцам и начальникам с их заместителями можно было учувствовать в совещании и входить в центр управления. За толстой стальной дверью был лифт. Войдя в него, я удивился, что был минус первый этаж, первый, на котором мы зашли, и ещё три этажа вверх. Брайен был вместе с нами, поэтому я решил поинтересоваться.

– А что на минус первом этаже и почему так много этажей, если это просто пост?

– На минус первом этаже камера с оружием. А сам пост состоит из двух этажей. Он просто двухярусный. Естественно, с первого яруса на второй можно попасть и пешком, так же, как и на третий этаж поста, а лифт сделали для удобства.

– Если пост двухярусный, то что на третьем?

– Обзорная вышка и комната отдыха с баром. С этой вышки видно почти весь комплекс и впадину. Единственное: с одной из сторон вид загораживает антенна от центра связи, она слишком объёмная и высокая. Вы видели её из лифта, когда спускались.

– А разве оружие не должно храниться в отделе охраны?

– Там только электрические дубинки, наручники и световые гранаты. Остальное оружие хранится в специальной комнате. Только начальник охраны имеет право носить при себе пистолет.

– Понятно.

– А вот и наш этаж.

Мы вышли из лифта и будто попали на комический корабль. Огромное помещение с огромными окнами. Повсюду были голографические экраны и компьютеры новейших разработок. Очень яркий свет и повсюду только белый цвет: стены, полы, потолки. Даже форма тех, кто работал была белой с чёрной окантовкой, черными фуражками и чёрными туфлями. На первом ярусе было множество голографических экранов. По центру один большой экран, который был очень широким, высоким и с изогнутым экраном для удобства. Повсюду были платформы для Исиды, почти у каждого рабочего места. Мы стали пешком подниматься на второй ярус поста. Лестница была достаточно длинной. Она исходила почти из самого центра и по спирали поднималась наверх. На втором ярусе были уже кабинеты, как в обычном офисе, отделённые друг от друга простыми перегородками. Мы направились в самую глубь этих кабинетов и подошли к деревянным дверям. Брайен распахнул их, и мы вошли в зал совещаний. Я сразу заметил большое количество людей. Видимо, здесь присутствовали все, кто задействован в исследовании сигнала из впадины. Офис Сары Байтс был на втором ярусе зала совещаний за матовой стеклянной дверью. Все расселись по местам, рядом со мной и Мартиной сели Стефан и Ноллан, а рядом с Брайеном сел Артерий.

Когда все были в сборе, в комнату зашел очень крупный мужчина с серьезным или даже агрессивным лицом в униформе охранника. Было понятно, что это, скорее всего, один из них, и, скорее всего, бывший военный.

– Стефан, это кто?

– Это начальник охраны Гекатуса. Я не знаю, как его зовут, но все называют его Страйкер.

Он прошелся по залу, взял какой-то пульт, вернулся к дверям, закрыл их, затем встал у них и включил голографический экран. На экране высветилась заставка Гекатуса. Это был значок. А именно гигантский морской спрут, который обвивал земной шар своими щупальцами. Свет немного приглушился. Мы все сидели и ждали. Через минуту появилась Сара и спустилась из своего офиса. Она села во главе всего стола...

– Всем добрый день, – поприветствовала она присутствующих. – Брайен, тебя это не касается. Сразу к делу, господа. Итак, я бы хотела получить отчёт от всех специалистов, которые задействованы в исследовании сигнала, исходящего из впадины.

– Интересно какие сигналы исходят из твоей впадины, тупая сука... – пробормотал Брайен себе под нос.

Меня это рассмешило, и я улыбнулся.

– Мистер, Адвалор. Я вижу, вам весело, – голос Сары заставил меня очнуться. – Наверное, вы уже готовы о чём-то нам сообщить?

– Нет, прошу прощения. Я выслушаю своих коллег, а затем сообщу о своих догадках.

– Господа, хочу представить вам двух новых членов нашей большой команды.

Брайен опять начал что-то бормотать себе под нос.

– Это тебе пару членов не хватает...

– Доктор Джейми Адвалор. Выдающийся учёный, который смог усовершенствовать человеческий мозг. И его ассистентка, Мартина Родригес. Ну теперь уже бывшая ассистентка. Джейми Адвалор поступает под начало Стефана Миаса. И будет работать как инженером, так и учёным. Поэтому не завидуйте его окладу, господа. А теперь ваши отчёты. Пускай начнёт отдел геологии.

– Сразу прошу прощения за мой английский, – начал Александр Белинский. – Мы в России не очень озадачены вопросом изучения языков. Но постараюсь объяснить вам всё как следует. Сара, мне бы в помощь Исиду, если можно.

Сара взяла в руки свой коммуникатор и проговорила в него какой-то код. После чего на платформе в зале совещаний загорелась синяя лампочка, и появилась Исида.

– Добрый день, господа специалисты. Привет, Джейми.

Все сразу обернулись на меня и стали смотреть в недоумении. Я решил повести себя как ни в чём не бывало...

– Привет, Исида. Как твои дела сегодня?

– Спасибо, что спросил. У меня все хорошо, Джейми.

– Исида, мне нужна твоя помощь в докладе, – напомнил о себе Александр. – Выведи на экран схему впадины и покажи то место, где сейчас идут буровые работы.

– Одну секунду. Готово.

– В последний день работ, убрав более тысячи тон морского ила, мы наткнулись на проблему, которая встала перед нашими буровыми машинами. Если обратите внимание на схему, то там всё видно. Сигнал уходит ещё глубже, и неясно, насколько. Гранитные породы составляют очень большую сложность для нас. При последних буровых работах у нас вышли из строя сразу три бура. Порода хоть и гранитная, но в её состав входит ещё что-то, что ранее не обнаруживалось на Земле. Лазерные установки тоже плохо справляются. Пока они плавят несколько метров за большое количество времени, они перегреваются.

– Кроме того, как мы поняли, взрывать породу нельзя, – включился в рассказ Дан Доерти. – Это очень опасно. Сверху– более мягкие слои породы. Если взорвать, то они могу обрушиться нам на головы.

– Что ж... Теперь Инженерный отдел. Ваш доклад, произнесла Сара.

– Итак, – начал Стефан, – у нас тоже есть проблема. Мы решаем, что делать с той глубиной, на которую смогли продвинуться. Нам не хватает буквально полкилометра, чтобы исследовать породу. Не дотягиваются кабели. Мы не имеем возможности начать работы в месте бурения.

Исида, пожалуйста, выведи на экран схему впадины без буровых установок, –попросил Ноллан.

– Секунду. Готово.

– Вот. Смотрите. Сразу за аварийным лифтом, почти через тридцать метров, резкий спуск, а потом постепенное углубление. После резкого спуска кабель имеет ещё 350 метров в запасе, и всё. Нужно строить ещё один пост и подводить туда электричество, либо временно перетаскивать энергоблоки.

– Вы понимаете, что это ещё пару месяцев работ? – озадаченно прозвучало от Сары. Это тормозит весь процесс.

– Подождите. У меня есть идея, – я загорелся тем, что пришло мне в голову.

– Ну давайте, мистер Адвалор, – Сара выжидательно посмотрела на меня.

Все вокруг внимательно смотрели на меня. Я немного покраснел, и мне стало жарко, в горле встал ком. Но немного собравшись, я начал.

– Исида, можешь, пожалуйста, дать схему впадины, убрав оттуда всё, кроме основной лифтовой шахты и аварийной шахты?

– Сейчас сделаю, Джейми.

– Спасибо, Исида.

– Всё готово. Можешь продолжать, Джейми. Не волнуйся, я просканировала тебя, у тебя сильное потоотделение и повышенное сердцебиение.

– Исида, я же просил этого не делать больше.

– Прости. Просто волновалась о твоём здоровье.

– Итак, как вы видите на схеме, у нас проблема в том, что вы рассчитывали на одну глубину, но в итоге получилась другая.

– Да. Именно, – подтвердил Стефан.

– Я скажу так: строить ещё один пост и устанавливать энергоблок придётся в любом случае. Но я знаю, как не тормозить работы сейчас и делать это параллельно.

– Мистер Адвалор, мы вас внимательно слушаем, – внимательно посмотрел на меня Брайен.

– Итак, как я понял, на глубине работают две субмарины и три человека в экзоскелетах.

– Да, и что? – подал голос Хродгор Лем.

– Это так, для справки. Смотрите внимательно расстояние от первого энергоблока, который находится около основной шахты, до аварийного лифта.

– Да, мы это видим, – нетерпеливо произнес Дан. – И что дальше?

– Дан, подожди. Я начинаю понимать, – Александр включился в разговор, и по его лицу было видно, что он уловил мою идею.

– Почти два километра и ещё пять тысяч метров, – продолжал я.

– Мистер Адвалор, можно ближе к делу, – поторопила меня Сара.

– Хорошо. В общем, если мы отключим основной лифт и перебросим всё питание для инженерного оборудования через тот блок, который установлен на аварийном лифте, то сможем подключиться прямо оттуда. Главная шахта не будет работать, но она и не нужна. Экипаж субмарин в случае чрезвычайной ситуации сможет подняться к станции самостоятельно. А аварийный лифт будет работать. Он рассчитан на шесть человек, а у нас только трое будут внизу. Тем самым мы не потеряем два месяца, которые уйдут на строительство нового поста для энергоблока. Но пост стоит построить, а то больше у меня идей нет.

– Стефан, это возможно? – уточнила Сара.

– Он абсолютно прав. Странно, как я не догадался до этого...

– Если так, то энергии хватит, чтобы мы подключили и своё оборудование, чтобы проверить всё ещё раз на всякий случай. Возможно, найдем источник за толстым слоем пород, – высказал своё предложение Александр.

– Что нам скажет отдел чрезвычайных ситуаций и аварийный отдел? – по очереди задавала вопросы Сара.

– Не вижу угроз для человека или техники. Меня всё устраивает, – Адам, казалось, был в своих мыслях, и, по его мнению, все было в порядке.

– Согласен с Адамом, тут всё в порядке, можно действовать, – видимо, Антон мыслил точно так же.

– Поздравляю, мистер Адвалор, – вновь услышал я Сару. – Вы смогли не только найти идеальное решение, но и сократили некие затраты корпорации. Хорошая работа.

– Спасибо.

– Итак, я сообщу об этом в главный офис. Я уверена, что получу одобрение, поэтому можете начинать работы уже завтра. Исида, проверь технику и все коммуникации внизу, чтобы всё было исправно.

– Сделаю незамедлительно.

– А теперь перейдём к отделу снабжения и остальным.

Пока шёл доклад отдела снабжения и отдела связи, я сел, утирая пот со лба и опустил глаза в пол...

– Ты молодец. Хорошо всё придумал, – подбадривала меня Мартина.

– Отличная работа, Джейми, – Стефан одобрительно покивал головой. – Зайди ко мне сегодня.

– Мистер Адвалор, как будет время зайдите ко мне, есть о чём поговорить, –Александр стал следующим, кто пригласил меня к себе. Финальное слово было за Брайеном.

– Поздравляю, ты быстро включился в работу. А что у тебя с Исидой? Я думаю, что ваше близкое общение удивило не только меня в этой комнате.

– Мы просто прогулялись по комплексу и пообщались. Она мне всё рассказала про Гекатус и его отделы.

– Исида первый раз с момента её активации вошла в такой контакт с человеком. Ты мне ничего рассказать не хочешь, Джейми?

– Ничего особенного не было. Она меня нашла на выходе из жилого корпуса, и мы прогулялись вместе по Гекатусу. Общались и всё. Она задавала вопросы мне, я ей. Ничего особенного...

– У неё стоит блокиратор, чтобы она изучала человека как живой организм. Она не могла запомнить твоего имени, блокиратор бы стёр его из её памяти. Но она не только помнит тебя как учёного. Я посмотрю, как она поведёт себя, когда начнётся её доклад.

– Что?! Её доклад?!

– Ну да. Она докладывает о том, в каком состоянии Гекатус, о том, не было ли каких-либо происшествий, и о том, чему научилось за последнее время. Она ведь учится, мы должны знать, как проходит этот процесс...

– Мне нужно выйти отсюда...

– Чувствую, это будет интересно.

Я покрылся потом и ждал. Ведь я рассказал Исиде то, что она должна была хранить в секрете. Но я забыл ей рассказать о секретах...

– Ну и напоследок, – озвучила Сара. – Исида, расскажи о состоянии Гекатуса.

– Все системы в норме. Я просканировала продукты. Они все свежие. Но только с картофелем вам нужно что-то делать быстрее. Он испортится через четыре дня и десять часов. Энергоснабжение в норме. Подача кислорода в норме. Протечек нет. Есть неполадки с электричеством в складском отделе. Там же, в складском отделе, есть протечка: прохудилась вентиляционная шахта. В остальном на Гекатусе все системы в норме, состояние станции 98%. Это отличный показатель.

– Хорошо. Как насчёт работников станции?

– Несколько пьяных драк в баре. Больше у меня нет информации.

– Ладно. Чему ты научилась, Исида, за последнее время?

– Я познакомилась с новыми членами нашей команды.

– Это хорошо. Твоя работа – знать всё о каждом.

– Я узнала, что такое гомосексуализм.

«Чёрт возьми... Ну только не это!» – с досадой подумал я про себя. – Становится жарковато, – тихо проговорил Брайен.

– Что, прости? – переспросила Сара.

– Гомосексуализм– это когда два человека, которые принадлежат к одному и тому же полу, занимаются совокуплением, но конечная их цель не создание потомства. Но не потому, что никто из них не обладает такой возможностью. А по той причине, что люди занимаются совокуплением не только ради основной цели. Чаще всего люди делают это ради удовлетворения своих физических потребностей, именуемых удовольствием. Это был очень полезный блок информации о человеке, я сочла его полезнее чем тот, который был загружен в меня ранее.

– Кто поведал тебе данный блок?

– Доктор Джейми Адвалор. Мы стали с ним друзьями.

Все снова обернулись на меня. Брайен громко смеялся, так, что у меня свистело в ухе...

– Мистер Адвалор, – в голосе Сары послышалось лёгкое негодование, – вы считаете, что роботу на научно-исследовательской базе данная информация была бы полезна?

– Но вы же требуете знать всё обо всех! – злорадно воскликнул Брайен и засмеялся ещё громче, как будто он раньше никогда не радовался ничему.

– Исида, скажи пожалуйста, а есть ли на станции те, кто придерживаются данного положения?

Я толкнул Брайена в бок и прошептал.

– Брайен, чёрт тебя побери! Зачем?..

– Данную активность я наблюдала у некоторых рабочих из отдела снабжения и у Антона Лема и Эштона Макконаха из аварийной службы, – продолжила Исида.

Брайен в этот момент просто скатился под стол от смеха. Его заливистый смех, наверное, можно было слышать на поверхности Тихого океана...

– Так и знал... – торжественно произнёс Белинский. – Эй Лем, больше не подходи ко мне сзади! – саркастично попросил Адам.

– У меня в отделе педики, это немыслимо! – даже Эндрю Смолл не удержался от комментария.

Хродгор Рем из отдела транспорта тоже заливался смехом, как и многие, кто был в зале совещаний. Даже у Сары была еле сдерживаемая улыбка на лице. Смеялся и Страйкер из отдела охраны. Но громче всех, уже головой под столом, смеялся Брайен. Не до смеху было только Антону Лему и Эштону Макконаху.

– Ладно, господа, – Сара решила вернуть рабочую атмосферу. – Это было забавно, не спорю. Но теперь к делу. Мистер Адвалор, вы не виноваты, вам задали вопрос, вы постарались его пояснить. Но лучше старайтесь избегать подобных тем с Исидой.

– Я не закончила свой доклад.

– Давай, выдай нам ещё что-нибудь! – Брайен все еще не мог успокоиться.

– Я узнала, что люди кричат не только от боли, но и от удовольствия.

В этот момент я повернулся посмотреть на Брайена. Его лицо было красным от того, что он сдерживался, дожидаясь момента, когда Исида выложит ещё что-то.

– Джейми рассказал мне, что, когда люди занимаются соитием, если женщина громко кричит, то это не от боли, а от того, что она рада, что удовлетворила свои потребности.

– Брайен, не надо ничего спрашивать у Исиды! Пожалуйста.

– Исида, а где ты слышала так отчётливо, что кто-то радуется удовлетворению своих потребностей?

– Ну зачем же... – с горечью протянул я.

– В комнате Адама Крикса и Лори Грей.

Брайен так закатился смехом, что решил выйти из зала и отдышаться. Страйкер, который тоже смеялся как ребёнок, даже не стал препятствовать. В зале совещаний опять всем стало невероятно весело, но Адам и Лори тоже смеялись, они восприняли это нормально.

– Ладно. Думаю, что совещание на этом закончено, – Сара поняла, что продолжать не имеет смысла. Мистер Адвалор, не стоит обсуждать с Исидой секс. Лучше займитесь работой.

– Я вас понял.

– Совещание окончено, господа, все по своим рабочим местам. Мистер Адвалор, зайдите ко мне через минут 15.

– Хорошо, зайду.

Совещание завершилось. Все разошлись по своим рабочим местам, я остался в зале и ждал, когда можно было бы зайти к Саре.

Платформа засветилась, и появилась Исида.

– Джейми, почему ты здесь?

– Не знаю, наверное, по той причине, что ты рассказала всем о том, что я рассказал тебе.

– Я обязана докладывать о том, чему я научилась.

– Я понимаю. Не волнуйся, всё нормально.

– Ты хочешь мне что-то сказать. Но то указывают датчики. У тебе неспокойно на душе.

– Я бы многое хотел обсудить с тобой, как со своим другом. Но мне нужно объяснить тебе, что такое секреты.

– Что такое секреты?

– Это когда друзья делятся друг с другом некими вещами, о которых должны знать только они и никто больше.

– Мы можем делиться такими вещами?

– Надеюсь, что да. Ты просто пойми: то, что рассказываю тебе я, и то, что рассказываешь мне ты, должно быть тайной. Только мы с тобой это будем знать, и это будем нашим секретом.

– А Мартина?

– Только я и ты. Договорились?

– Хорошо. А что касается информации, которая поступает мне из главного офиса?

– На твоё усмотрение, если захочешь поделиться, то расскажешь, если нет, то нет.

– Я поняла, Джейми. Тебе пора к Саре Байтс.

– Хорошо, спасибо, Исида.

Она растворилась, а синий огонёк погас на платформе. Я поднялся на второй этаж и зашёл в кабинет Сары Байтс. Это была большая комната с целой библиотекой именно старых книг, по центру стоял стол, а позади – огромное окно с видом на впадину. Лестница уводила наверх. Сара спустилась именно оттуда.

– Мистер Адвалор, могу ли я вас называть Джейми?

– А я могу вас называть просто Сарой?

– Я думаю, мы поняли друг друга. Итак, Джейми. Сегодня ты проявил себя и выдвинул отличное решение. Как я и говорила, ты сэкономил большие средства компании. Я только что связывалась с Сириусом и рассказала обо всём. Он очень впечатлён тем, что ты сделал, ещё больше ему понравилось то, что ты единственный из всех вступил в близкий контакт с Исидой. По этой причине с неё сняли блокиратор. Теперь она будет развиваться так, как хочет, но подчиняться нам.

– Я рад сделать что-то полезное. Это моя работа.

– Есть еще одна хорошая новость для тебя. Сириус хотел бы, чтобы ты возглавил инженерный отдел. Так как проблему с энергией снабжения ты решил за пару минут, а Стефан бился над ней несколько месяцев и так ни к чему и не пришёл. Я полностью согласна с Сириусом, поэтому утверждаю тебя на должность управляющего инженерным отделом.

– Подождите! Не нужно. Я только прибыл, просто предложил идею и сразу так. Это неправильно, меня возненавидят все на станции. Мне бы хотелось вносить свой вклад без негатива со стороны. Это будет выглядеть, будто я подсидел Стефана...

– Это жизнь. Я уверена, что меня ненавидят все, кто тут работают. Но я же тут. Решено... – Сара, пожалуйста. Я знаю, что вы тоже человек, знаю, что за железной леди скрывается женщина. Я вас прошу как своего понимающего начальника. Не делайте этого.

– Но как мне быть. Приказ поступил. Стефан почти бесполезен. Ты делаешь крупные шаги, причем с первого дня работы. Что мне делать?

– Если можно, то давайте я буду начальником отдела, но только работать буду от вас. Вы мне даёте задание, я склоняю Стефана поступить так, как вы сказали поступить мне. Все отчёты я буду сам присылать вам, а вы данные, которые будите отсылать Стефану, дублируйте и мне. Я буду полностью под вашим контролем, как и он.

– Ну, наверное, это выход.

– Мне было бы проще работать в дружелюбной обстановке. Так и результаты будут выше.

– Хорошо. Я согласна. Так и сделаем. Но вы будете главным, и спрос с вас будет как с главного.

– Я согласен. И, кстати, Стефан очень хороший инженер и отличный сотрудник. Зря вы на нём ставите крест.

– Посмотрим. Но если Стефан сделает хоть одну ошибку, то он будет уволен, а ты встанешь на его место. По рукам?

– Хорошо. По рукам!

– Ладно. Иди работай. Я обговорю этот вопрос с Сириусом. Думаю, что он не будет против.

Я вышел из её кабинета и пошёл по своим делам. Мне нужно было ещё заглянуть в отдел связи, а потом прийти в кабинет Стефана. День был длинным.

Глава 9

Отдел связи

Это было то самое здание, которое мне запомнилось больше всего, пока я спускался на лифте к Гекатусу. Огромная антенна – это был главный атрибут этого корпуса. На входе меня поймал Александр Белинский...

– Адвалор! Ну наконец-то! Я жду тебя полдня. Пойдём ко мне в кабинет, есть вопросы, которые стоит обсудить.

Мы пошли мимо множества компьютеров и других машин, которые изучали впадину и следили за её геологической обстановкой. Множество работников постоянно говорили о чем-то. Они все работали, не обращая внимания на то, что происходит за их спинами. Так мы дошли до кабинета Александра, он пригласил меня внутрь и запер дверь.

– Присаживайся!

Я сел напротив него за стол. На удивление ни компьютера, ни других современных вещей в его кабинете не было. Только три старых доски, на которых писали школьники ещё середины двадцать первого века.

– Выпьешь, что-нибудь? – дружелюбно предложил Александр.

– Так сейчас только 11 утра.

– Не имеет значения. Ты пришёл ко мне в гости, значит, должен. Тебе водку налить в стакан или в рюмку?

– Наверное, лучше в рюмку...

– Главный вопрос: сколько ты выпьешь?

– Я не пил водку до этого момента, если честно...

– Скверный напиток, если можно так сказать.

Александр поставил на стол бутылку русской водки, две рюмки и тарелку с колбасой и сыром, которые были не первой свежести. Затем он наполнил рюмки.

– Ну, за знакомство!

Мы выпили. Я прежде не пил водку, поэтому мне было жутко противно. Такое ощущение, что в обычную воду налили очень много спирта и пьют. Мерзкий напиток, на мой взгляд. Я хотел взять кусок колбасы, чтобы перебить привкус спирта во рту, но Александр шлёпнул меня по руке и сказал, что после первой не закусывают. После он опять наполнил рюмки.

– Ну! За науку! – пошёл второй тост.

И мы снова выпили. Он просто закусил какой-то травой, а я закинул в себя несколько кусков колбасы и сыра.

– Я тебя позвал не просто так. Мне бы хотелось узнать больше о сигнале, который мы ловим, – решил приступить Александр к делу.

– Я изучил множество данных и отчётов. И выявил некоторую закономерность.

– Рассказывай.

– Сигнал имел некий диапазон действия в тот момент, когда вы только начали строительство Гекатуса около Марианской впадины. Также сигнал имел определённую периодичность, и интенсивность.

– Так и есть, – Александр полностью погрузился в мой рассказ.

– Я изучал данные и сравнивал их друг с другом. И, судя по отчётам, сигнал менялся постоянно.

– Это и мы заметили. Я хотел сообщить Саре, но подумал, что лучше, чтобы ты вначале взглянул на это.

– Смотри. Сигнал имеет одну и ту же интенсивность в тот момент, когда шло строительство Гекатуса. Он стал более ярким, когда вы спустились на дно впадины. Когда вы начали бурить и пробиваться к источнику, сигнал становился более интенсивный, а радиус его возрастал, причем очень серьезно. Сейчас сигнал может улавливать уже весь мир, так как вы зашли уже очень далеко.

– Да, я тоже это заметил, ссылаясь на показатели приборов, но разве это важно? – задумался Александр. – Геологи убирают породы, снимают многолетние слои ила. Может, это и есть причина усиления сигнала?

– Может, да, а может и нет. Я думал об этом. Поэтому я и не понимаю. Есть некоторые всплески сигнала в диаграмме, я ещё не понял, к чему они.

– Мои буровые машины. Они вышли из строя не из-за породы. У меня вышли из строя все три бурильные машины и две лазерных одновременно. У них сгорела проводка, и главный двигатель пришёл в негодность. Странно, что у всех сразу в одну секунду. Случилось это тогда, когда убрали весь ил и начали бурить гранитовую породу.

– Я проанализировал всплески, – продолжал я. – Они были не случайными. Первый всплеск был, когда строили Гекатус. Этот всплеск отключил всю технику на двое суток, второй всплеск, кода команда исследователей спустилась на дно впадины, и их подача кислорода прекратилась у всех сразу. Тринадцать человек задохнулись одновременно. Третий всплеск, когда взорвался энергоблок, который устанавливали на дне впадины. Четвёртый всплеск– это ваши буровые и лазерные установки.

– Я отследил закономерность. Это происходит с продвижением к сигналу.

– И я то же самое говорю. Не знаю, что там, но настрой явно не особо дружелюбный.

– Возможно, нам таким образом подают сигналы о том, что там кто-то есть?

– Не знаю, Александр. Но чем ближе мы к источнику, тем интенсивнее сигнал и больше его радиус. Словно кто-то хочет сообщить нам крайне важную информацию.

– Тебе удалось расшифровать сигнал?

– Пока нет, я работаю над этим.

– Ладно, я перешлю тебе данные, может, это поможет. Но и ты держи меня в курсе дела.

– Хорошо, – пообещал я Александру. – Я хотел спросить про эту огромную антенну, которая возвышается над вашим корпусом.

– Это разработка русских учёных. Таких только три штуки. Одна здесь на Земле. Другая на базе корпорации, на красной планете, а третья на орбитальной станции, которая возле Сатурна. Все они связаны. Это не просто антенна, а целая система связи, которая может не только передавать данные, но и глушить все сигналы и обесточивать технику в радиусе 500 километров.

– Но зачем она нужна тут?

– Только с помощью неё мы можем пробиться и подать сигнал сквозь толщу воды, и только при помощи этой антенны мы поддерживаем сигнал тут. Она выступает ещё и в роли усилителя связи. Ученые работают над тем, чтобы сделать подобную систему более компактной, но пока мы пользуемся этой.

– Понятно. Просто было интересно. Меня впечатлили размеры, я таких не видел раньше, – искренне признался я.

– В том-то и минус этой антенны – размеры.

– Надеюсь, скоро ваши учёные сделают что-то менее крупное.

– Ладно, давай по одной напоследок, – Александра, видимо, утомили разговоры, и он решил вернуться более приятному делу.

Он наполнил рюмки снова. Мы выпили, попрощались, и я пошел к себе корпус, в инженерный отдел. Меня встретил Стефан...

– Ух! Какой запах. Видимо, русский отдел ты посетил первым. Ладно. На сегодня для тебя работы нет. Мы готовимся к завтрашнему дню. Завтра погружение будет и исследовательские работы. Ты, кстати, тоже спускаешься. Поэтому я тебя отпускаю. Иди отдыхай. Увидимся завтра.

– Стефан, ты не мог бы мне результаты подготовки скинуть на коммуникатор.

– Хочешь перепроверить?

– Нет. Просто хочу быть в курсе всего. Я же с вами в команде.

– Ну ладно, без проблем. Ознакомься завтра утром.

– Хорошо.

– Хочешь совет? – с лёгкой ухмылкой спросил Стефан.

– Давай!

– Не заходи к русским, всегда пьяный вернёшься. У них там весь отдел водкой пропах. Я удивляюсь, как они так работают. Самое интересное, что их показатели эффективности самые высокие. Это два отдела: аварийный и геологический. Вечно пьяные все ходят, и вечно самые высокие показатели, и ни одной оплошности или мелкой ошибки... Я всегда удивлялся русским. Очень загадочный народ.

– Я тебя понял. Завтра буду готов к работе.

– Ладно, иди спать. Завтра увидимся.

Я поехал на капсуле в свой корпус. Там вломился в комнату и рухнул на кровать. Так и уснул. Даже не слышал, как пришла Мартина. Всю ночь проспал в одежде, только под утро снял её и продолжил спать.

Глава 10

Первый спуск

В этом спуске участвовали сразу пятеро специалистов, включая меня. Мы спустились на лифте на дно впадины и оказались в небольшом отсеке с несколькими комнатами. Тут мы готовились к выходу в открытый океан. Стефан командовал этой вылазкой.

– Джейми, Хокконсон и я пойдём в экзоскелетах. Остальные надевайте скафандры, которые оборудованы лазерными резаками. Проверьте запас кислорода в костюмах. Если хоть немного не хватает, пополните.

– А что такое лазерный резак? – я чувствовал себя младенцем среди остальных.

– Тебе должны были это рассказать, разве нет?

– Это приспособление, которым можно разрезать стальные трубы или некоторые виды пород, – Хокконсон пустился в объяснения, а Стефан продолжил.

– Лазерный резак пришёл на смену электрической пиле и сварке. У него несколько режимов. Чтобы распиливать, присоединять и режим подсветки. Если вдруг у тебя сядет или сломается фонарь, то можно подсветить резаком. С экзоскелетом работать можешь?

– Да. Думаю, справлюсь.

– У экзоскелета резак встроен в правую руку, так что поосторожнее.

– Понял. Спасибо.

– Я возьму с собой сканер для пород. Мне нужно исследовать скалу, на которую вы наткнулись, – подал голос Дан.

– Мне нужно тоже со своим пеленгатором подойти поближе к скале и записать сигнал, – Пол Бёрк тоже не остался в стороне и высказал своё пожелание.

– Хорошо. Но вначале мы протянем кабель и перенесём временный энергоблок. Хродгор на Гидрусе будет плавать над нами и следить за ситуацией. Он подсветит нам местность с помощью глубоководных прожекторов. Ладно, если все готовы, то заходите в камеру и закрывайте дверь. Пора за работу, – бодро скомандовал Стефан.

Мы зашли в специальный отсек. Стефан нажал кнопку, и стальная дверь опустилась. Потом загорелся красный свет, и в комнату начала поступать вода. Она быстро заполнила помещение, свет сменился на зелёный, и открылась дверь на другой стороне отсека. Мы вышли и оказались на дне впадины. Из-за прожекторов было достаточно светло. Эта часть впадины была видна отчётливо. Под ногами твёрдый ил, вокруг скалы. Я поднял голову вверх и не видел конца впадины, она была очень глубокой. Я надеялся увидеть мост, перекинутый через неё, но не смог: он был слишком далеко. Между скафандрами была связь и стояли камеры, чтобы в Гекатусе все могли видеть то, что видит каждый член экспедиции. Кроме этого, были выведены все жизненные показатели каждого на экран, рядом с видео.

– Все системы в норме. Связь с командным центром отличная. Начинаем продвижение вглубь, – Стефан держал всё под контролем.

– Мы видим камеры каждого из вас, – откликнулся Брайен. – Связь отличная. Жизненные датчики в норме. Судя по сердцебиению Джейми, он впечатлён.

– Да. У меня нет слов. Это первое моё погружение.

– Ничего, скоро привыкнешь, усмехнулся Хокконсон

– Не засоряйте эфир, – услышали мы строгий голос Стефана. – Только по делу.

– Говорит старший пилот субмарины «Гидрус-1» Хродгор. Я прямо над вами, как подойдём к затемнённой зоне, включу прожекторы.

– Понял тебя, Хродгор, – ответил Стефан.

Мы продвигались достаточно медленно. Я мог разглядывать впадину со всех сторон. Было не просто передвигаться в экзоскелете, но ещё тяжелее было тем, кто был в обычных скафандрах. Если роботокостюм помогал передвигаться, то остальные пробирались сами через толщу воды.

– Мы подходим к аварийному лифту. Кабель с энергоблоком уже на месте, спасибо техникам, – вновь раздался голос Стефана.

– Я им передам. Они закончили примерно пару часов назад, – Брайен был на свяжи ежесекундно.

– На связи Рико, отдел строительства. Стефан, посмотри место для новой подстанции. Чем ближе к аварийному лифту, тем лучше, кабель придётся вести именно оттуда.

– Понял, сделаю.

Стефан взял энергоблок, я взял конец кабеля, чтобы подключить его энергоблоку, Дан остался у аварийного лифта, чтобы подавать кабель постепенно. Все остальные двинулись дальше. Спустя минут десять мы оказались в зоне, которая уже не подсвечивалась, было очень темно и даже страшно.

– Хродгор, на связь.

– Слушаю.

– Дальше темно, нам нужны прожекторы Гидруса, – попросил Стефан.

– Понял.

На субмарине включились прожекторы, которые сразу осветили всю окрестность. Стало видно, что впереди. А там лишь тёмный туннель впадины, которому нет конца. Было страшно идти туда, но очень интересно, что в конце.

– Перед нами резкое понижение. Командный центр, возьмите на заметку, что тут нужно сделать что-то вроде лестницы. Я уже вижу на радаре бурильные установки, значит, нам ещё метров 800 осталось. Спускаемся аккуратно и двигаемся дальше. Пол, устанавливай через каждые сто метров водонепроницаемые галогенные лампы и передатчики связи через каждые 200 метров. Нужно временно подсветить дорогу.

Мы спустились метров на 8 ниже. Дорога дальше пошла под наклоном вниз. Всё глубже в бездну. Видимость была отличной. Морской ил даже не вздымался от наших шагов по нему. Субмарина медленно двигалась над нами и подсвечивала путь. Пол ставил освещение и датчики связи, чтобы усиливать сигнал. Так постепенно мы приближались к место, где находились буровые машины.

– Командный центр. Мы на месте. начинаем работы, – отчитался Стефан.

– Подтверждаю, – Брайен дал ответ, а мы стали ждать распоряжений Стефана.

Впадина уходила всё дальше. Место, где шли буровые работы, было как-то выделено. Здесь было значительно шире, а пробуренная пещера уходила ещё глубже под наклоном, но не очень глубоко. Видимо, работы приостановили, чтобы исследовать породу лучше.

– Устанавливаю энергоблок. Джейми, подключи кабель к нему. Дан, на связь.

– Слушаю.

– Что у тебя там?

– Все системы в норме, постепенно подаю кабель. Проблем нет, – в голосе Дана слышалась полная уверенность.

– Хорошо. Ты нужен здесь. Как закончишь, продвигайся к нам.

– Понял.

– У нас есть минут двадцать, пока бурильные установки активизируются. Пол, ты можешь пока подключить свой пеленгатор и проверить, что с сигналом, – Стефан сыпал команды одну за другой.

– Я уже в процессе.

-Я взял образцы породы. Джейми, я положу их в твой ящик на спине экзоскелета? – обратился ко мне Хокконсон.

-Нет проблем. Странно, что нет живых существ, даже мельчайших организмов.

– Да, меня это тоже удивляет. Сканеры молчат. Мы единственные живые существа здесь. Это пугает. Нет ничего живого в радиусе пяти километров от этого места, только на поверхности впадины. Это более чем странно, такого не должно быть.

– Я бы подумал, что тут где-то взорвалась ядерная бомба ещё со времён последней войны. Но даже после ядерного взрыва хоть что-то, но выживает, тем более сколько уже времени прошло. А тут нет ничего. Посмотрите на ил. Он другой. Ил Марианской впадины состоит из остатков живых организмов и отложений на 86%, а тут он просто как мёртвый песок.

– Я раньше не сталкивался с подобными вещами...

– Что-то странное с сигналом, – услышали мы настороженный голос Пола.

– Что там? – прозвучало от Стефана.

– Его нет. Нет никакой активности.

– Проверь оборудование, наверное, неполадки.

– Оба пеленгатора молчат.

– Проверь ещё раз, Пол.

В это время к нам добрался Дан. Он был недоволен чем-то.

– Какого чёрта вы не выходите на связь?! Я уже подумал, что что-то случилось.

– Ты о чем, – удивился Стефан, – со связью всё в порядке.

– Посмотрите на лампы, которые мы установили... – я заметил кое-что и посмотрел туда.

Мы все уставились на галогенные лампы. Они мигали то одна то другая, будто неполадки с энергоподачей. Но вот только лампы работали на батареях, сами по себе.

– Что-то непонятное. Бурильные установки готовы к использованию, – пробормотал Стефан.

В это время в командном центре Брайен не мог наладить связь, изображение с камер было сильно искажено, а связь почти нарушена как с юнитами, так и с субмариной.

– Стефан! Стефан, на связь! Вы меня слышите?! Джейми! Хокконсон! На связь! Да что за чёрт?!

– Связь нарушена. Командный центр нас не слышит. Надеюсь, что видит. Все проверьте системы. У вас все в норме?

– В норме, – начал я.

– В норме, – отчитался Хокконсон.

– Порядок, – продолжил Дан.

– Да, – завершил перекличку Пол.

– Хродгор, как слышишь? – надрывался Стефан.

– Слышу отлично. Я потерял связь с командным центром.

– Мы тоже. Ладно, продолжаем работу. Я сяду за буровую установку. Хокконсон, ты останься снаружи, остальные за мной. Пол, ты тоже останься.

Мы спустились в тоннель, который уже успели немного пробурить до нас, к тому месту, где столкнулись с очень твёрдой гранитной породой. Стефан сразу начал бурить. Я следил за процессом, а Дан сканировал породу своим сейсмо-сканером.

– У меня здесь что-то странное. Джейми, посмотри. Это не просто скала. Это, скорее, похоже на огромную камеру или ещё что-то. Стена достаточно толстая, но сканер смог пройти. Там за ней пустое помещение. Причём идеальной квадратной формы. Вся скала однородна, но помещение создано не природой. В состав его стен входит гранит и неизвестная порода, возможно, неземного происхождения. Выйдем из тоннеля, нужно отправить данные в командный центр.

– Идите. Я продолжу, – дал согласие Стефан.

Мы вышли и попытались отправить данные, в это время Пол увидел что-то на своем пеленгаторе.

– Какого черта?! Сигнал снова появился, но он очень мощный! Все показатели зашкаливают. Что же это?

– У меня тут странные показания на локаторе, – Хродгор повёл бровью. – Поднимусь повыше – проверю.

В это время в командном центре Брайен старался отладить связь с нами, но никак. А через минуту он увидел что-то странное на экране сразу всех камер в наших скафандрах. Какой-то странный образ, который появился на мгновение и исчез.

– Что за чёрт? Юниты, на связь! Прекратить все работы и срочно вернуться на Гекатус. Повторяю, прекратить работы и вернуться на Гекатус. Исида!

– Слушаю.

– Верни их обратно, живо!

– Я уже пробовала, но не могу. Если не проходит сигнал, то я бессильна. Наблюдается большая сейсмическая активность в зоне бурения. В данный момент включена одна буровая установка.

– Да что же такое происходит?!

В это время дня мы уже не знали, что делать. Внезапно погасли одновременно все фонари как на скафандрах, так и на экзоскелетах. Освещения лишилась и субмарина, и буровая установка. Осталась только связь.

– А это ещё что такое? – закатил глаза Пол.

– Нужно убираться отсюда. Что-то не так… – Дан сделал логическое умозаключение.

В это момент я увидел пузырьки, которые выходили из трещины в скале, рядом с нами.

– Юниты, подсветите себе лазерными резаками, если отключились фонари, – скомандовал Стефан.

Я понял, что это газ выходит из трещины, и стоит только включить резак, мы все погибнем...

– Не включайте резаки! Тут газ. Стефан, как слышишь? – закричал я.

– Не слышу тебя, Джейми. Повтори!

– Не включай свой…

В это время произошёл мощный взрыв внутри тоннеля. Видимо, Стефан включил резак. Нас отбросило на несколько метров, хотя мы и стояли снаружи. Вокруг всё тряслось, будто начались военные действия. Видимость пропала полностью, меня отбросило прямо ко второй бурильной установке, от удара я расшиб голову о стекло скафандра. Пола и Дана отбросило в мою сторону, они упали совсем рядом. Хокконсон был где-то около входа в тоннель. Я услышал неотчётливо, но Хродгар сказал что-то по связи...

– Юниты... На связь... Повторяю... у меня... На связь... Опасность...

– Хродгар, повтори! – попытался крикнуть Дан.

Мы встали, когда всё утихло, и попытались разглядеть что-то в темноте. Внезапно наши фонари снова заработали. Я увидел Хокконсона где-то в ста метрах от нас. Он встал на ноги и пытался с нами связаться...

– Я услышал Хродгора. Он сказал, что…

В то место, где стоял Хокконсон, упало что-то огромное, точнее, это был кусок скалы, который откололся где-то вверху в результате взрыва. Он просто медленно вошёл в ил в том месте, где стоял Хоккнонс. И опять видимость пропала. Мы с Полом и Даном сразу направились в сторону Хокконсона, но там всё было завалено осколками скалы...

– Юниты на связь! – взывал Хродгор. – Только что что-то огромное промчалось мимо меня вниз, еле увернулся. Возможно, откололся кусок скалы...

– Слишком поздно. Мы потеряли Хокконсона, – ответил я.

– Командный центр, на связь! У нас тут чрезвычайная ситуация, – торопливо говорил Пол. – Произошёл взрыв газа, возможно, наткнулись на газовый карман. Стефан погиб. Хокконсон пропал.

– Повторите. Повторите, – Брайен, видимо, никак не мог наладить связь.

– Чрезвычайная ситуация, – Дан повторял за Полом. – Два члена команды погибли в результате взрыва...

– Мы не видели, как погиб Хокконсон. Пол, просканируй своим пеленгатором, может, он где-то тут, – предложил я. – Дан, просканируй всё своим геолокатором. Я схожу в тоннель, проверю, может, Стефан жив.

– Сделаем. У тебя 10 минут, потом убираемся отсюда.

Я спустился в тоннель. Разрушений не было. Буровая установка стояла прямо там, где вёл работы Стефан. Его экзоскелет был за пультом управления, а его выжженное тело было внутри. Он, наверное, не успел ничего почувствовать. Буровая установка оплавилась почти полностью, экзоскелет тоже. А скафандр Стефана и он сам стали единым целым: они просто сплавились вместе и напоминали жуткую однородную массу. Его тело можно было распознать только по черепу, который сплавился вместе со шлемом скафандра и выглядел, словно сожженная кукла. Только перекошенная от страха или боли челюсть на оголённом черепе. Зрелище было не из приятных. Как только я убедился в том, что Стефан мёртв, я последовал наружу тоннеля...

– Ну что? – Дан тут же накинулся на меня с нетерпением.

– Лучше не видеть то, что случилось со Стефаном.

– Никаких следов Хокконсона. Он просто растворился. Даже тела нет, – доложил Пол.

– Будто он просто исчез, – добавил Дан. – Сканер не показывает ничего, ни мой, ни Пола.

– Нам нужно возвращаться. У меня повреждён кислородный баллон. Давайте поставим тут оставшиеся галогенные лампы. Вдруг Хокконсон найдётся, – слабая надежда ещё теплилась во мне.

– Я поставил пару камер, чтобы следить за местом. Если вдруг увидим Хокконсона, то сможем отправить сюда людей, – Пол быстро сориентировался даже без моих указаний.

– Хорошо. Я установил переносную связь. Она будет работать в течении трёх дней. Может он свяжется с нами, – Дан не остался без дела и внёс свой вклад.

– Хорошо. Ладно, уходим, подытожил я. – Хродгор, на связь!

– Ну наконец-то, что там у вас?

– Стефан погиб. Хокконсон пропал.

– Вот чёрт. Какие указания будут? – Хродгор понял, что командование автоматические перешло ко мне.

– Никаких, возвращайся на Гекатус. Мы скоро будем.

– Понял. Выполняю.

Мы втроём медленно добрались до аварийного лифта и поднялись наверх. Никто из нас не ожидал такого поворота. Мы и не думали, что так всё произойдёт. Но больше всего нас пугали странные обстоятельства, которые предшествовали случившемуся. Обрыв связи, погасшие фонари, странное поведение сигнала, мерцающие лампы. Все эти обстоятельства показались мне крайне необычными перед такой трагедией. И что стало с Хокконсоном? Где он теперь? Если умер, то почему его тело не удалось обнаружить, если жив, то почему его не обнаружили. Он просто пропал. Самое плохое, что после всего этого нам предстоит ещё долгое разбирательство. Причём при всех. Хотя, возможно, мы сможем выяснить, что же там действительно произошло. Может, сможем найти Хокконсона...

Глава 11

Отчёт экспедиции

Только мы успели снять с себя скафандры, как нас вызвали в зал совещаний. У меня из головы ещё не ушло изуродованное тело Стефана, как я уже сидел за столом и от меня требовали объяснений. На голографический экран вывели записи наших камер в скафандрах и жизненные показатели. Камера на скафандре Стефана уцелела, что странно. Камера на скафандре Хокконсона была вся в помехах, ничего не было видно...

– Что там произошло? Мне кто-нибудь из вас может сказать? – начал Брайен.

– Мы прибыли на место, где уже был разбурен не особо глубокий тоннель. Метров 600 глубиной. Последний раз Стефан связывался с вами перед тем, как начал буровые работы. Вы должны были видеть по камерам всё, что там происходило, – я надеялся, что Брайен прояснит ситуацию, но ошибся.

– Мы потеряли связь с вами ещё тогда, когда вы только подошли к тоннелю.

– А кто тогда связывался с нами и подтверждал все наши действия? – искренне удивился Дан.

– Кто отдал мне приказ подняться выше и не подсвечивать юнитам? – та же эмоция возникла и у Хродгора.

– Я потерял с вами сигнал, как только вы оказались около входа в тоннель, – повторил Брайен. – Я прослушивал записи разговоров, там звучит мой голос и голос Исиды, но я не связывался с вами, а Исида стоит на перезагрузке данных целый день. Она закончит только через пару часов.

– Что за дерьмо происходит?! Кто-то может объяснить мне это? – воскликнул Пол, а Дан пока пытался сохранять спокойствие, чтобы выяснить всё до конца.

– Вы проверяли источник сигнала, который поступал вам от нас?

– Да. От вас нам поступала вся информация. Но мы не могли вам ничего отсылать. Связь просто умерла на время. Это легко можно отследить из данных, которые посылает главная антенна. Вы там были одни. Сигнал антенны перестал связывать вас с нами на несколько часов. Мой голос, который звучит по рации, это не я.…

– Я тогда не понимаю... – пробурчал я себе под нос.

– Стефан не со мной общался все то время, которое вы провели на месте бурения.

– Но тогда с кем? – Дан продолжал сурово задавать вопросы.

– Я не знаю.

– Что происходит? – подала голос Сара. – Кто-нибудь из специалистов мне может объяснить?

– Единственное, что я могу сказать, это то, что сигнал повёл себя очень странно, когда мы прибыли на место, – резюмировал Пол.

Внезапно ворвалась Мартина. Она сразу бросилась ко мне.

– Джейми! Как ты?! Ты в порядке?! Я узнала, что там произошло!

– Всё хорошо. Я жив.

– Твоя голова!

– Слегка ушибся. Ничего серьезного.

– Я так испугалась.

– Я тоже...

– Мистер Адвалор, как погиб Стефан? – обратилась ко мне Сара.

– Откуда мне знать. Я был снаружи тоннеля, он внутри. Я заметил, что идет выделение газа из скалы, сказал об этом Стефану, точнее, пытался сказать, но было поздно. У нас выключились фонари, субмарина уплыла, было темно. Стефан приказал включить резаки, чтобы подсветить. И произошёл взрыв.

– Выведите на экран камеры Стефана и Хокконсона в реальном времени, пусть за ними следят, – попросила Сара.

– Что вы хотите там увидеть? – начал раздражаться Брайен.

– Хоть что-то...

– Хокконсон просто пропал, – объяснял я. – Мы искали его, сканировали местность, но нет ни его, ни его тела...

– Камера Стефана всё ещё работает, с помехами, но работает. Камера Хокконсона не показывает. Жизненные показатели и у одного, и у другого отсутствуют. Но температура тела Хокконсона ещё не упала, – заметила Сара.

– Какая досада. Бедняга ещё не успел остыть, – Дан выразил сожаление.

– Прошло уже два часа с того момента, как мы его потеряли, – добавил Пол.

– Исида, – приказал Брайен, – проверь датчики в скафандре Хокконсона. Нужно понять, был ли он повреждён.

– Я уже пыталась, но я не могу обнаружить ни доктора Хокконсона, ни его костюм. Данные о температуре его тела, которые транслируются в командный центр, возможно, ложные. Я не могу это определить.

– Я прошу, – обратился я к остальным. – Давайте успокоимся, выпьем кофе или что покрепче и соберёмся тут через час. Обсудим ситуацию и предоставим все данные. Сара, при всём уважении, мы в состоянии шока после того, что случилось. Дайте нам немного времени успокоиться.

– Хорошо. Через час собираемся здесь.

– Отлично.

Мы разошлись кто куда, я решил съездить в свою комнату и переодеться, выпить кофе, сходить в душ. Поэтому, как только вышел из командного центра, сразу отправился к транспортной капсуле. Мне повезло, что капсула как раз была на месте и собиралась отправляться.

Из-за сегодняшнего инцидента задействованные отделы не работали в обычном режиме. Поэтому, когда я вернулся домой, Мартина была уже там. Увидев меня на пороге, она бросилась ко мне и крепко обняла, будто случилось что-то ужасное. Я тоже обнял её, так мы простояли в дверях минут пять. После она решила завести диалог.

– Ты в порядке? Не пострадал?

– Кроме сильного испуга всё в норме. Первое погружение не должно было закончиться так. Меня теперь под дулом пистолета не затолкают ни в скафандр, ни в экзоскелет, ни даже в Гидрус.

– Сварить кофе?

– Да. И стакан виски налей, пожалуйста.

Мартина наполнила стакан хорошим виски наполовину, но я показал ей взглядом, что стакан должен быть полный. Она протянула мне его, я дрожащими руками, слегка разливая, взял бокал и выпил всё почти залпом. Затем она дала мне кофе, и мы сели за стол.

– Что там произошло?

Я сидел и прокручивал у себя в голове ситуацию, но не мог понять, в какой момент всё полетело к чертям...

– Я не понял, что именно пошло не так. Через полчаса будет совещание, мы там сможем всё обсудить и разобраться.

– Хорошо. Мне пойти с тобой?

– Я думал, тебе нужно в свой отдел.

– Нас сегодня из-за этой проблемы распустили.

– Понятно. Нет, оставайся дома. Я буду поздно. Не жди меня и ложись спать.

Я пошёл в душ, где минут десять стоял под горячей водой и постепенно полностью успокоился. А может, виски подействовал, не знаю точно. Сегодняшняя ситуация постоянно крутилась в голове. Но я уже мог выстроить последовательность того, как всё происходило. Теперь нужно было донести последовательность до всех остальных. После душа я быстро собрался и отправился в командный центр, предстоял долгий разговор и выяснение того, что же произошло там внизу...

Мы вновь расселись по местам за столом. Экран по-прежнему работал. На нём было изображение с камер погибших исследователей. А точнее, только с одной, которая работала. Сара спустилась из своего офиса и села по центру. Наверное, она уже доложила Сириусу о том, что произошло. И, судя по её лицу, он был очень недоволен...

– Итак, господа. Давайте по порядку, без эмоций и криков. Расскажите ещё раз о том, что произошло, – Сара предприняла вторую попытку.

Я прокручивал ситуацию в голове, она уже выстроилась в нужной последовательности, я бы мог всё рассказать.

– Мистер Адвалор. Вы назначены главой инженерного отдела вместо Стефана. Поэтому я предоставляю слово вам.

В этот момент я подумал, что меня возненавидят за это, но никто даже и не кинул тяжелого взгляда в мою сторону.

– Я прошу помощи у Пола и Дана. Если вдруг я допущу ошибку, пусть поправят меня.

– Хорошо. Я готов, – уверенно ответил Дан.

– Да, – добавил Пол.

Было видно, что они оба получили сегодня хорошую дозу стресса и ещё не до конца отошли. Брайен сидел и внимательно смотрел на экран, будто ждал чего-то...

– Экспедиция шла нормально почти всё время. Все системы были в норме, экзоскелеты, скафандры. Не было никаких отклонений. Мы достаточно быстро добрались до места, успели даже по дороге расставить водонепроницаемые галогенные лампы через каждые сто метров и усилители связи через каждые двести метров.

– Хорошо. Продолжайте.

– Когда мы прибыли на место, где стояли бурильные установки и был тот самый тоннель, все системы тоже были в норме. Дан остался позади, в том месте, где понижение. Он подавал кабель для энергоблока. А как закончил, присоединился к нам.

– Да. Так всё и было, – подтвердил Дан.

– Но потом что-то пошло не так. Стефан думал, что связывается с командным центром. Но, как утверждает Брайен, он не отдавал приказа о начале бурильных работ. Так же, как и приказа пилоту Гидруса подняться на верх.

– Я потерял связь со всеми юнитами одновременно в тот момент, когда они спустились из тоннеля, – ещё раз объяснил Брайен. И всё время пытался наладить соединение. Я видел только жизненные показатели, но не было изображений на их камерах в скафандрах и не было связи.

– Я помню, что Стефан разговаривал с Брайеном в этот момент и слышал про приказ о начале бурения. В этот момент Пол оставался снаружи вместе с Хокконсоном, а я, Стефан и Дан спустились в тоннель. Дан просканировал породу, Стефан управлял бурильной установкой вручную. Затем я и Дан вышли из тоннеля, так как Пол что-то обнаружил. Хокконсон положил мне в ящик на экзоскелете образец породы и вернулся к тому месту, где его брал. Внезапно мы увидели, что те лампы, которые мы установили, начали мерцать, будто что-то не так с подачей энергии. Но ведь лампы автономны, они работают от батарей...

– Что было после? – Сара была максимально сосредоточена.

– После Хродгор получил приказ подниматься выше и следить за скалой. И как только «Гидрус-1» поднялся, у нас у всех разом отказали все средства освещения. Фонари скафандров и экзоскелетов, ручные фонари и вся подсветка около тоннеля. Гидрус тоже потерял все прожекторы, как и бурильная установка.

– Это так, – подтвердил Хродгор. Кроме того, я потерял связь со всеми юнитами одновременно.

Внезапно со стула встал Дан. Он подошёл к экрану и внимательно посмотрел на изображение камер.

– Сядь, Джейми. Дальше я продолжу.

– Хорошо, мистер Доерти, – дала согласие Сара.

– В кромешной темноте мы не видели ничего. Я, Джейми и Пол стояли рядом и обсуждали результаты сканирования скалы и почвы. Хокконсон в это время был около второй бурильной установки, он пытался связаться с нами, так как не мог видеть нас. В это время мы получили от Стефана приказ зажечь огни на резаках. Но Джейми увидел, что из небольшой расщелины идут непонятные пузырьки. Он сказал нам не включать резаки ни в коем случае. Мы послушались.

– А как вы догадались, что из расщелины идёт газ?

– Я просто предположил и сразу решил предупредить всех, – теперь я подкреплял рассказ Дана. – На тот момент я не был уверен, что это именно газ. И пока сканирование не было завершено, я решил предупредить всех членов команды.

– Как получилось, что Стефан не услышал этого?

– Связь была плохая, – продолжал Дан, – мы стояли рядом друг с другом и не могли отладить связь, Стефан оставался в тоннеле. Он единственный, кто так и не услышал. Поэтому он включил свой лазерный резак. Далее произошёл мощный взрыв, от которого нас отбросило на приличное расстояние, несмотря на то что мы под водой.

– Чуть позже, когда мы пришли в себя, – перехватил рассказ Дана Пол, – нам начал поступать сигнал от Хродгора, но мы не могли разобрать ничего. Затем восстановился свет, Хокконсон пытался нам что-то сказать, когда огромная глыба скалы упала сверху прямо на то место, где он стоял. Только спустя несколько минут нам дошло сообщение Хродгора, но было уже поздно.

– Что было дальше?

– Пол и Дан остались искать Хокконсона, я отправился в тоннель проверить жив ли Стефан. А после мы убрались оттуда к чёртовой матери, подытожил я.

Я видел выражение лица Сары. Она нам не верила, ей казалось, что это мы допустили ошибку, в результате которой погибли два человека. Но очень многое зависело ещё и от того, что видел Брайен, пока следил за нами.

– Мистер Доерти, как так вышло, что, просканировав скалу и почву, вы не обнаружили, что вокруг вас залежи газа или газовый карман? – в голосе Сары слышалось нескрываемое недовольство.

– Потому, что там не было ни того, ни другого, – пытался оправдаться Дан. – Приборы не показывали ничего, кроме сплошного гранита.

– Кроме того, сигнал с моего пеленгатора с трудом проходил через скалу, а значит, там сплошная порода. Мы не могли знать о газе ничего, – Пол встал на защиту товарища.

– Как так получилось, что тело Хокконсона не обнаружено до сих пор ни вами, ни Исидой? – продолжала наседать Сара.

– Я тоже делал скан местности с Гидруса, но ничего не нашёл, вообще ни следа, – Хродгор, как и все мы, не владел никакой информацией.

– Мы пытались отследить его скафандр, но тоже без успешно. Он просто исчез... – Пол будто размышлял уже сам с собой.

– Вы думаете, что я дура? – Сара по-прежнему нам не верила.

В этот момент я услышал, как Брайен пробормотал, что именно так и думает.

– С такими технологиями, что у вас, невозможно потерять человека. Даже если кусок скалы размазал его, как насекомое, хоть что-то вы должны были обнаружить.

– Вам же сказали, что ни один прибор ничего не обнаружил. Даже Исида не видит ни скафандра, ни его владельца, – постепенно выходил я из себя.

– Это уже что-то мистическое происходит. Что мне доложить Сириусу?! – терпение Сары тоже было на исходе.

– Я следил за всем ходом экспедиции. Мне есть, что вам рассказать и показать.

– Давай. Начинай, Брайен.

– В тот момент, когда вы связывались со мной и получили приказ о начале бурения, у меня связи с вами уже не было. Это может подтвердить весь командный центр. Я не отдавал приказ. Последнее, что я вам скомандовал, это то, чтобы вы уходили оттуда, но было уже поздно.

– Я тоже следила за ходом операции и могу подтвердить это, – Сара, кажется, немного приходила в себя.

– Но было ещё кое-что. Исида, выведи на экран тот фрагмент записи, когда одновременно на всех камерах появилось что-то необъяснимое.

Исида вывела на экран момент, когда Брайен увидел во всех камерах непонятное изображение. Мы тогда резко побледнели, потому что в нечётком изображении были видны очертания лица, но только не человека, а чего-то непонятного. Либо лицо было изуродовано, либо сильно искажено. Изображение было размыто, но это был явно не человек.

– Я увидел то же самое на своих камерах в Гидрусе как раз перед тем, как еле увернулся от падающего куска скалы, – сказал Хродгор.

– И что же это? – выразила искренний интерес Сара.

– Не знаю... Даже понятия не имею... – рассуждал Брайен. – Возможно, помехи, но слишком уж явно здесь видны очертания...

– Что за дерьмо здесь творится?! – от Дана слышались только восклицания.

– Этот образ напоминает мне Стефана после взрыва... Исида, возможно ли, что камера уловила лицо Стефана и отправила изображение сюда?

– Нет, Джейми. Камеры, встроенные в шлемы скафандров, работают только на получение информации, которая находится в их поле зрения. И это изображение не Стефана.

– А чьё тогда?!

– Я не могу опознать этот вид. В моей базе данных нет ничего об этом.

– Ты сказала вид? – медленно повторил Брайен.

– Да, разновидность жизни. Мои сканеры на долю секунды смогли поймать что-то внутри скалы. Возможно, это то, что вы видели на камерах. Но это невозможно.

– Почему, Исида?

– Потому что, если это было на всех камерах наблюдения, значит, вы все должны были увидеть это.

– Да что, нахрен, происходит?! – Пол заразился от Дана повышенной интонацией. – Загадочные события, пропажа человека, смерть. Никто не хочет мне ничего объяснить?!

Внезапно я обратил внимание на экран, где была трансляция изображений с камер погибших. Изображение с камеры Стефана оставалось неизменным, а камера Хокконсона начала подавать помехи вместо чёрного экрана.

– Смотрите на камеру Хокконсона!

Все сразу перевели взгляд на экран. Камера Хокконсона включилась на пару мгновений. Судя по ней, было понятно, что он направлялся в тоннель, причём достаточно быстро. Спустя секунд тридцать, когда Хокконсон оказался в тоннеле, камера опять отключилась...

– Что за чертовщина?! – почти закричал Брайен.

– Так он жив? – у Пола будто пропали все эмоции.

– Похоже, что да… – еле выдавил из себя Дан, медленно почёсывая затылок. Все мы стояли в изумлении. Мы не понимали ничего. Но Брайен не растерялся. Он выбежал к основному компьютеру и попытался отладить связь. Он хотел связаться с Хокконсоном.

– Хокконсон, на связь! Хокконсон, говорит командный пост! Ответь!

Сквозь помехи был слышан голос Хокконсона. Он что-то говорил очень неразборчиво.

– Хокконсон! Повтори! Не могу понять, что ты говоришь!

– Мне нужна помощь. Я буду ждать группу спасателей из пяти человек внутри тоннеля.

Связь снова пропала. Были помехи. Но ничего больше.

– Хокконсон! На связь! Юнит-4! Хокконсон! Приём! Чёрт возьми! Наверное, у него повреждён скафандр. Соберите группу из пяти человек, нужно вызволить его оттуда!

– Заберите тело Стефана, – напомнила Сара.

– Это естественно. Так, наберите мне рабочих подводников. Пусть их ведёт третья медсестра Дрю Олсен. У неё есть опыт спуска, и она сможет помочь Хокконсону, если он ранен.

– Спустите вместе с ними две новых буровых установки. Совместим два дела, – Сара всё пыталась донести свои мысли, но Брайан отвечал ей на автопилоте.

– Хорошо. Нужен пилот для субмарины.

– Я пойду, – вызвался Хродгор.

– Ты уверен?

– Это моя работа. Только установите на Гидрус усилитель связи, тот, который помощнее. Не хочу опять опоздать в случае чего...

– Хорошо, – согласился Брайен. – Джейми, мы с тобой будем следить за операцией. Пол, ты тоже будешь за компьютером. Сканируй дно впадины постоянно. Дан, от тебя требуется то же самое.

Мы все расселись за мониторы, чтобы следить за тем, как новая команда будет вытаскивать Хокконсона. Меня только настораживало то, что у Хокконсона был очень странный голос для человека, который ранен и чуть не погиб. Слишком ровный и безо всякой отдышки. Почему он не сказал о том, что вокруг него и насколько серьёзно он ранен. Он будто прочитал с бумажки свои слова... Кроме этого, меня удивило то, что связь появилась на несколько секунд, а потом пропала окончательно, так же, как и изображение с камеры Хокконсона.

– Брайен, пускай возьмут с собой оружие.

–В смысле? Зачем?

– Просто пусть возьмут. Пожалуйста. Отдай приказ, – попросил я настойчиво.

– Ладно... Новый приказ: пускай члены спасательной операции возьмут с собой автоматы класса АПС-112. На всякий случай.

– АПС-112?

– Разработка русских. Это автомат, который может стрелять под водой при любом давлении на расстояние до 200 метров, кроме того, есть лазерный прицел. Это лучшее, что можно использовать под водой, кроме лазерных пушек.

– Понял. Ладно, я к рабочему месту.

– Давай. Смотри внимательно за всем, что происходит.

Я сел за большой монитор, на котором были выведены изображения с камер в скафандрах всех пяти юнитов, которых отправят на поиски Хокконсона. Также я видел жизненные показатели и мог держать связь с ними. Но командовал Брайен. То же самое было и на экранах Пола и Дана. А Сара наблюдала всё на общем огромном экране в главном зале командного центра. Я также видел жизненные показатели Хокконсона и Стефана. Кроме этого, я видел изображение внутри Гидруса, видел Хродгора и изображение с внешней камеры «Гидруса-1». Таким образом мы и следили за ходом операции. Я очень надеялся, что Хокконсон жив, но что-то подсказывало мне, что происходят странные вещи. Будто всё идёт так, как кто-то запланировал. Но я отбросил все плохие мысли и настроился на спасение Хокконсона. Сейчас это было важнее всего...

Глава 12

Спасательная операция

Команда из пяти юнитов спустилась на дно впадины, чтобы отыскать пропавшего специалиста. Главной в спасательной операции назначили третью медсестру Дрю Олсен, так как она уже имела опыт спуска в скафандре, и если вдруг Хокконсон жив и ранен, то она могла бы на месте оказать ему помощь. Вместе с медсестрой отправились ещё четыре человека. Это были люди из отдела охраны, простые солдаты. Их вооружили на всякий случай. Брайен послушал меня и раздал им оружие. Хродгор шел сверху на Гидрусе и подсвечивал глубоководными прожекторами. Кроме этого, как и сказала Сара, две бурильные установки и ещё пять рабочих тоже были спущены вниз. Как я понял, этот приказ ей отдал Сириус из главного офиса. Но Брайен не был против, как ни странно. Наверное, он хотел добраться до источника сигнала не меньше чем корпорация. И я его понимал как учёный. Ведь иногда любопытство и интерес затмевают наш разум и заводят очень далеко.

Все мы уже сидели в командном центре, каждый за своим экраном. Я, Дан, Пол. Сара и Страйкер вместе с Брайеном стояли у главного экрана и внимательно следили за ходом спасательной операции. Также в зале присутствовал профессор Артерий и Адам из отдела по чрезвычайным ситуациям. Меня удивило, что Страйкер был этим заинтересован, но, скорее, как и любой другой командир, он волновался за жизни своих солдат.

– Мистер Страйкер.

Он медленно повернулся и посмотрел в мою сторону своим жутко тяжёлым взглядом. Я даже на мгновение перехотел что-то ему говорить.

– Что надо?

– Скажите своим солдатам, чтобы они не стреляли при первой же возможности. Пусть будут внимательны к тому, что там, возможно, ещё есть выбросы газа, выстрел может оказаться смертельным для всей группы.

– Он прав, – быстро сказал Брайен. – Юниты! На связь! Следите за пузырьками под водой. Если они есть, значит, где-то выходит газ. Не торопитесь использовать оружие. А лучше не используйте его вовсе. Ни подводных винтовок, ни лазерных резаков.

– Вас поняли, командный центр, – отозвался Дрю. У нас все системы в норме, проблем со связью нет, двигаемся к месту аварии.

– Вас понял. Мы следим за вами. Продолжайте.

В этот момент ко мне подошёл Дан. Его лицо было бледным. Он чего-то боялся.

– Джейми, а что, если это всё внеземные формы жизни? Они сидят там в скале и делают всё, чтобы мы их не трогали. Может, нам и не нужно идти на сигнал. Может, сигнал — это предупреждение, чтоб мы не подходили слишком близко.

Мне эта мысль показалась немного безумной. Но в сложившейся ситуации слова Дана показались вполне логичными. Ведь череда событий, которая была во время нашего спуска, указывает на то, что всё против нас. Против того, чтобы мы пробирались к источнику сигнала. А может и нет, может, мы сейчас просто накручиваем у себя в головах разное...

– Дан, тебе сейчас лучше вернуться за свой монитор и продолжить сканирование местности. Давай поговорим о этом, когда они вернутся оттуда. Ладно?

– Если вернутся...

Мне не понравились последние слова Дана. Я насторожился и уткнулся глазами в экран, чтобы ничего не пропустить. Дан сел за свой стол и продолжил сканировать местность.

– Внимание, юниты! Через 200 метров будет резкое понижение, – объявил Брайен.

– Мы уже видим его, – послышался голос Дрю, – там ещё работает временное освещение.

– Хорошо.

– Я не отойду в этот раз ни на сантиметр от них. Какой бы приказ не поступил, – твёрдо добавил Хродгор.

– Подходим к месту понижения. Вначале спустим бурильные установки, потом и сами, – продолжала отчёт Дрю.

– Новый приказ, – объявила Сара. – Как спустите установки, дистанционно задайте им маршрут до тоннеля. Оставьте рабочих около понижения, пускай они сделают там нормальный спуск.

– Вас поняла.

– Проверьте энергоблок. Если он исправен, то отключите его. Пускай не работает впустую, – добавил с волнением Брайен.

– Поняла. Выполню.

В течение следующего получаса спускали буровые машины, а затем и сами спустились пять юнитов. Хродгор всё время находился над ними. Трое рабочих спустились, а еще двое были наверху. Когда команда юнитов двинулась дальше, рабочие остались. Им нужно было возвести лестницу и спуск для техники. Работы было много, поэтому они и начали незамедлительно.

– Командный центр, на связь. Дорога до тоннеля по-прежнему подсвечивается. Все галогенные подводные лампы работают отлично. Дорогу видно, связь тоже в норме, – отчиталась Дрю.

– Подтверждаю. С того момента, как вы спуститесь к тоннелю, выходите на связь каждые пять минут, – в голосе Брайена звучала твёрдость и настойчивость.

– Вас поняла.

Команда продолжала спуск до тоннеля. Все следили за мониторами и показателями. Я в этот момент решил проверить камеру в скафандре Хокконсона, но она оказалась отключённой, либо помехи мешали видимости. Потом я проверил его жизненные показатели. Когда я вывел их на экран, то ужаснулся. Все показатели отсутствовали, кроме температуры тела. Она была 68 градусов, что несовместимо с жизнью.

– Брайен! Выведи на экран жизненные показатели Хокконсона!

– Одну секунду. Твою мать! Что за дерьмо?!

– Ты думаешь это сбой приборов?!

– Я не знаю... – Брайен уже не мог подобрать слова от непонимания.

– Если это показания из его скафандра, то он давно сварился там. Если же он бросил скафандр, то нет. Но тогда он не может оставаться в живых. Давление просто размазало бы его по дну.

Брайен в недоумении смотрел на экран. Он понимал, что этого не может быть. Кроме этого, он понимал, что проморгал и не заострил внимание на температуре тела, когда Хокконсон связывался с командным центром.

– Может, сбой в системе скафандра? – предположила Сара.

– Не в сторону повышения температуры может быть сбой, – отметил Брайен. – Только если температура слишком низкая...

– Брайен, ты проверял его показатели в тот момент, когда он связывался с командным центром?

Брайен молчал. Он опустил голову и просто молчал. Он увидел свою ошибку, понял, что происходит...

– Брайен! Сукин ты сын! – накинулся на Брайена Дан. – Ты проверял показатели Хокконсона после его связи с нами?!

Сара повернулась к Брайену и просто смотрела на него. Она тоже ждала ответа.

– Брайен, это важно, – серьёзно сказал я. – Ты видел его показатели после того, как он с нами связался?

-Нет. Я забыл про это! Довольны?!

– Идиот! Ты понимаешь, что отправил на смерть всех этих ребят?! – Дан разъярялся всё больше.

– О господи... – у Пола не хватило других слов.

– Ну простите! Чёрт возьми! Я так хотел вызволить Хокконсона оттуда, что забыл проверить показания! Чёрт!

Брайен снял с себя наушники и швырнул их на стол. Потом взялся за голову и отошёл на другой конец зала.

– Исида, ты бы не могла показать данные о жизненных показателях Хокконсона на тот момент, когда он связывался с командным центром?

– Секунду, Джейми. Я вывожу на экран все данные.

Я был в шоке. С нами разговаривал неживой человек. С нами связывался не Хокконсон, а что-то другое. Температура его тела на момент связи составляла 51 градус... Это невероятно...

– О боже...

– Это невероятно, – Дан не мог поверить своим глазам и ушам. – С нами связывался покойник! Как это возможно?!

Пол просто опустил голову в стол и молчал. Он был шокирован этими данными...

– Боже! Боже мой! Как такое возможно?

– Сигл, ты будешь говорить лично об этом с Сириусом. Готовь отчёт.

– Их нужно отозвать. Там, возможно, опасно, – я отключился от выяснений Брайена и Сары и думал только о ребятах.

– Там четыре солдата, которые вооружены. Не думаю, что стоит волноваться, – Сара делала вид, что ничего не происходит.

– Успокойся! Мои ребята знают своё дело, – Страйкер явно был на её стороне.

– Что же... Вам виднее.

Внезапно мы услышали голос Дрю, она и юниты спустились к тоннелю. Она хотела рассказать обо всём, что видит.

– Командный центр! Приём!

– Брайен! Возьми себя в руки и командуй! Потом подумаешь над тем, какой же ты придурок! Живо! – Сара пыталась привести Брайена в чувство.

– Командный центр! Приём! – услышали мы Дрю.

Брайен снова надел микрофон и переключил связь на громкую. Он смог взять себя в руки.

– Говорит командный центр. Мы вас слышим.

– Мы спустились к тоннелю. Тут раздавленная глыбой буровая установка и множество обломков. Я просканировала местность ещё раз. Специалист не обнаружен – ни скафандра, ни тела. Освещение вокруг входа в тоннель в норме.

– Входите. Осмотрите и просканируйте весь тоннель.

– Вас поняла. Сделаю.

Команда зашла в тоннель. Там было очень темно, судя по камерам. Но в этот раз не было никаких сбоев с прожекторами, фонарями или связью. Даже видеосигнал был в хорошем качестве.

– Продвигаемся в глубь тоннеля. Он не очень глубокий. Видим в самом конце буровую установку. Она уничтожена взрывом, почти вся сгорела.

– Вас понял. Найдите тело Стефана, – отдавал приказы Брайен. – Он должен был управлять вручную. Значит, за панелью управления с правой стороны. Он был пристёгнут на месте главного машиниста.

– Постепенно подходим к установке. Сэр, а где нам искать раненного специалиста?

– Он должен быть где-то в тоннеле. Вы просканировали тоннель?

– Да, несколько раз. Кроме нашей команды здесь нет никого.

– Продолжайте поиски.

– Вас поняла.

В это момент Пол решил связаться с субмариной Хродгора.

– «Гидрус-1», на связь!

– Слушаю, – появился в эфире Хродгор.

– Как обстановка с приборами? Что происходит снаружи тоннеля?

– Все спокойно. Команда юнитов вошла в тоннель. Приборы в норме.

– Следи за тоннелем.

– Понял.

По камерам было видно, как команда осматривает каждый уголок тоннеля, но следов Хокконсона не было. С камеры Дрю было видно, что она подходит к буровой установке сзади.

– Командный центр, мы подходим к буровой установке.

– Отлично. Забирайте тело Стефана и сразу назад. Просканируйте местность ещё раз. Нужно найти Хокконсона.

– Вас поняла. Выполняю.

Камеры работали постоянно. Связь прекратилась минут на пять, но никто в центре не отвлекался от экранов. Все следили за ходом операции, чтобы не упустить ничего.

– Командный центр, на связь! – раздался голос главного рабочего.

– Слушаю! – Брайен был максимально сосредоточен.

– Мы закончили с организацией помоста на понижении. Сделали лестницу и плавный спуск для техники. Ждём указаний.

– Хорошо. Возвращайтесь на Гекатус.

– Хорошо. Вас понял. Возвращаемся.

Страйкер смотрел в камеры и видел, что что-то не так. Он видел жизненные показатели команды, и они ему тоже не нравились...

– У членов команды очень учащенный пульс. Так не должно быть.

– Это нормально. Они же под водой в тёмной пещере, – остался невозмутимым Брайен.

Мы все ждали, пока команда спасателей выйдет на связь. Я увидел на изображении с камеры Дрю, что место машиниста пустое.

– Командный центр, приём.

– Мы на связи.

– Эмм... Сэр... – по голову Дрю было понятно, что она не знает, как сообщить нам увиденное.

– Слушаю.

– Тела нет. Тело главного инженера пропало.

– Повторите!

– Мы осмотрели всю установку. Тело Стефана не обнаружили. Сканеры его тело тоже не обнаружили.

– Какого чёрта? – воскликнул Пол.

– Мистер Адвалор, вы уверены, что тело было именно там? – обратилась ко мне Сара.

– Конечно. Исида, выведи на экран информацию из моей камеры в скафандре.

Было отчётливо видно, что тело Стефана было на месте. Оно, изуродованное взрывом, просто сидело на месте главного машиниста установки, кроме того, оно было пристёгнуто ремнями безопасности.

– Тогда почему тела нет?! – тут уже Сара не выдержала и сменила тон.

– Юнит-1, на связь! – переключился Брайен.

– Я слушаю дальнейшие указания.

– Вы обнаружили Хокконсона?

– Нет, сэр. Здесь кроме нас никого нет.

Брайен вновь опустил взгляд в стол. Он не знал, что делать. Все ждали от него распоряжений, но Брайен молчал и просто смотрел в пол. Я решил, что нужно брать дело в свои руки, жаль, что было поздно...

– Юниты, на связь! Возвращайтесь на Гекатус!

– Кто говорит? Повторите приказ! – Дрю, очевидно, не сразу поняла, что это не Брайен.

– Говорит глава инженерного отдела. Возвращайтесь на Гекатус!

– Повторите... Вас не слышно...!

– Возвращайтесь на Гекатус! Юниты! – я понял, что мы начали терять связь с командой.

– Тут что-то происходит... Я не вижу... Мы не можем... Гла... Назад... Убит...

– Юниты! Повторяю, возвращайтесь на Гекатус! Вы меня слышите?! Назад! Уходите оттуда! Юниты, на связь!

В этот момент пропало изображение со всех камер команды. Пропала связь, а через несколько минут жизненные показатели резко пошли к нулю. Я не понимал, что происходит, поэтому решил связаться с Хродгором.

– «Гидрус-1», на связь! «Гидрус-1»! Как слышите?!

– Очень плохо слышу. Помехи постоянные, – Хродгора, хоть и с перебоями, но было слышно. – Веду наблюдение за тоннелем.

– Это Джейми! Уходи оттуда! Команда спасателей мертва!

– Я больше не брошу тут никого! – стоял на своём Хродгор.

– Идиот. Это я. Уходи оттуда. Больше некого спасать. Спасайся сам!

– Они не мертвы! – подключился Брайен.

– Они мертвы! Я тебя уверяю! – пытался я добиться своего.

– Говорит Хродгор! Командный центр, как слышите?! Приём!

– Слышу тебя! – я реагировал моментально.

– Я возвращаюсь, так как погас весь свет. У меня отказали все приборы, иду вслепую. Ориентируюсь по огням Гекатуса. Подлодку придётся остановить около главного лифта. Нужна ремонтная команда или рабочие.

– Вышлем через десять минут!

– Хорошо. Я уже близко.

Я попросил Сару выслать ремонтников и рабочих, чтобы помочь Хродгору. Он меня послушала. Но она была сильно зла на Брайена. Он не только своей ошибкой погубил пять человек, но и не смог взять себя в руки, когда ситуация обострилась.

– Все камеры юнитов уничтожены. Жизненные показатели на нуле. Сканер не показал результатов. Все члены спасательной операции не найдены. Температура тела Хокконсона возросла до 74 градусов, – выдала Исида отчёт.

Дан встал со своего места и пошёл к главному экрану. Он был в шоке. Подобной ситуации он не ждал, ну, наверное, как и все мы. Я не понимал, что же происходит. По всему командному центру расползлась суета. Все бегали, Брайен кричал, Сара спорила с ним, Пол и Дан пытались вставить что-то своё. Я просто сидел и наблюдал за происходящим. У меня не сходились некоторые вещи в голове. Я никак не мог понять, что же происходит там, на дне впадины. Внезапно меня схватил Страйкер и резко бросил в стену. Я ударился головой и упал. Страйкер ударил меня по лицу ногой, затем взял снова и бросил в кресло так, что я даже не понял, что произошло. Но я почувствовал кровь на языке: она шла из губы, которую разбил Страйкер.

– Ты, ублюдок, всё знаешь! Где мои парни?! Что там произошло?!

Я успел выхаркнуть кровь изо рта, потом утёрся салфеткой и попытался начать диалог с начальником охраны.

– Слушай, я понятия не имею, что там произошло. Я так же, как и ты, стараюсь понять некоторые вещи.

– Ты врешь!

– Я новенький тут. Ты сам это знаешь. Меня не посвящают в то, что я пока не должен знать!

– Ложь! Вы, учёные, достаточно наигрались в свои игры!

Страйкер вынул пистолет из кобуры и наставил мне его прямо в лоб. Я почувствовал холодное дуло пистолета и то, с какой силой Страйкер давил на меня своим оружием.

– Послушай меня! Ты, запрограммированный ублюдок! Я первый раз спускался на подобную станцию! Первый раз надевал чёртов скафандр и экзоскелет! Я первый раз, мать твою, вообще участвую в экспедиции подобных масштабов! И я понятия не имею, что происходит! Я не меньше тебя стараюсь взять ситуацию под контроль!

Страйкер взял меня за шкирку и потащил в туалет, чтобы там со мной разобраться. Я так понял, что ему плевать на мои слова и его особо не волновало, что я новенький. Он швырнул меня в кабинку и наставил пистолет снова. Я подумал, что этот солдатик выжил из ума, и приготовился, что он пустит мне пулу в ногу или в плечо, чтобы отыграться за своих людей. Мне было жутко страшно. Я закрыл глаза и ждал...

– Всё. Спокойно, мужик. Я тебе не трону... – я вдруг услышал довольно приятный голос. Первая мысль была о том, что кто-то ещё зашёл в туалет.

-Я так сделал, потому что так нужно было. Поднимайся, есть разговор.

Я встал, отряхнулся и поправил свою одежду и разбитые очки, которые уже не держались на голове.

– Прости. Я не мог найти другого способа пообщаться, – продолжал Страйкер.

– Какого хрена тут происходит? Что тебе нужно от меня?

– Спокойно. Мне нужен был человек среди учёных, чтобы понять некоторые вещи. Тут на станции с момента бурения тоннеля начались странные вещи.

– О чем ты говоришь?

– Мы с тобой должны оставаться врагами: я ненавижу тебя, ты меня. Но я дам тебе информацию, которая поможет разгадать, что творится на Гекатусе.

– Я не совсем понял тебя... – мои мысли всё еще были в куче от всего происходящего. – Подходи после окончания разбирательств по операции спасения в наш корпус. Там есть бар для охранной службы, я буду ждать тебя там. Мой человек замкнёт камеры, и они не будут работать до завтрашнего утра. И никому ни слова. Понял?

– Понял...

– Теперь я выйду отсюда и хлопну дверью. Ты должен выйти помятым.

– В каком смысле?

Страйкер, резко ударив меня прямо в верхнюю губу, моментально рассёк её, и пошла кровь. Затем он оторвал один из рукавов рубашки.

– Ну всё, мистер Адвалор. Помните: никому ни слова...

– Забудешь тут...

Страйкер снова нахмурился и вышел из туалета. Он так хлопнул дверью, что у меня появился звон в ушах. Я поправился перед зеркалом и вернулся в главный зал управления. Затем сел за стол и продолжил наблюдать за экраном и показателями. В зале продолжалась суета. Пол и Дан переговаривались и сверяли показатели своих сканеров. Сара бегала от одного стола к другому. Брайен сидел, скрестив руки на голове, и смотрел в пустоту...

– Проверь показания ещё раз и просканируй всю местность около тоннеля и внутри него, – обратилась Сара к Исиде.

– Сделала. Я не обнаружила ни следов юнитов, ни их самих.

– Всё. На сегодня это конец. Все в зал совещаний. Быстро!

Мы отключили свои экраны и пошли за Сарой. Страйкер шёл за нами. Не знаю, что ещё она хотела от нас, но она явно тоже была в недоумении или напугана...

– Садитесь быстрее. Итак, мы потеряли ещё пять человек. Мне хоть кто-то может это объяснить?

– Я передам данные в отдел геологии и отдел связи. Постараемся просканировать всю местность с усилителем от главной антенны может будет толк, – предложил Дан с некоторым сомнением.

– Хорошая идея, – поддержал его Пол.

– Они погибли уже, – вздохнул Брайен. – Завтра на их жизненных показателях мы будем наблюдать такую же температуру, как и на Хокконсоне и Стефане.

– Стефане?

– Да. Исида, выведи показания Стефана и Хокконсона.

Исида вывела на экран их камеры и жизненные показатели. Всё было на нуле, кроме температуры тела. У Хокконсона была 75 градусов. У Стефана – уже 50.

– Как это возможно?! Что с ними происходит?! – Дан опять выразил искреннее удивление.

– Я не знаю. Мне кажется, что все данные по двум спускам вместе с записью разговоров и видео нужно отправить в главный офис корпорации. Нужно спросить, что они думают, – предложил Брайен.

– Я это сделаю, – заверила Сара. – Ладно. Можете быть свободны на сегодня. Все распоряжения начальства я озвучу завтра на совещании, которое будет ближе к вечеру. Те, кто сегодня работал, могут отдохнуть побольше. Но ваши отделы должны работать не переставая.

– Мы поняли, Сара, – в связи со всей этой ситуации Брайен будто бы стал относиться к Саре чуть лояльнее.

– Я в бар. Кто со мной? – после всего произошедшего я понимал, что всем необходима разрядка.

– Я пойду, – услышал я Пола.

– Я с вами, – Дан, конечно же, тоже не мог отказаться.

– Брайен, ты?

– Я тоже пойду, такой день нужно забыть.

– Бар на смотровой вышке. Воспользуйтесь им, – Сара была любезна как никогда. – Я распоряжусь, чтобы никто не входил в зону отдыха. Я тоже не войду, расслабьтесь немного. Вы сегодня очень много сделали, независимо от результатов.

– Спасибо, – в словах Брайена была слышна искренность.

– Идите, пока не передумала! – улыбнулась она и одобрительно махнула рукой. Сара ушла в свой офис, а мы побрели в зону отдыха на третьем ярусе командного центра. Это была красивая комната с диванами и барной стойкой. Свет был слегка приглушённый. Комната было круглой, похожа на башню наблюдения. Вокруг окна из толстого стекла. Вид выходил на весь Гекатус, только антенна немного закрывала обзор, но и то с той стороны, где шла стройка станции по добыче нефти. Играла спокойная тихая музыка, и не было никого кроме нас четверых...

– Ребята, я сегодня за баром. Кто что будет? – Дан решил выступить в роли официанта.

– Я бы скотча выпил. Сделай двойной, – попросил Пол.

– Аналогично... – я не стал долго раздумывать.

– Поддерживаю. Лучшее лекарство для сегодняшнего дня, – у Брайена тоже не хватило сил выбрать что-то.

– Ну я тогда с вами, – подытожил Дан.

Он наполнил стаканы, мы сели за барную стойку. Дан поднял бокал и призадумался на несколько секунд.

– За юнитов, которым не суждено вернуться оттуда.

– Да... – вздохнул Пол.

Мы с Брайеном промолчали и выпили, не сказав ни слова, до дна. Брайен прокашлялся. Полу не хватило одного бокала.

– Дан, наполняй заново.

– Ты думаешь они мертвы? – завёл разговор Брайен.

– Я думаю, да, – ответил Дан. – Была крайне правильно выдвинута теория о том, что если даже температура в скафандре 70 градусов, то без него на той глубине не выжить никак. Снять скафандр, и твою голову моментально раздавит давление.

– Может, помехи.

– Сомневаюсь. Данные о связи там, внизу, были отличными. Даже антенна не зафиксировала изменений. Исида не может их найти, чёрт. Если даже она не может их найти, то нам точно не удастся, – с досадой сказал Пол.

– Я уверен, что уже завтра туда отправят новую группу, а скорее, даже две.

– Но зачем. Там же опасно. Неужели компания хочет терять своих специалистов? – мне была непонятна вся эта ситуация в целом.

Брайен рассмеялся. Он выпил стакан залпом и снова рассмеялся. Но его смех был больше похож на истерический.

– Джейми, Джейми. Ты хоть контракт до конца читал?

– Нет. Мне была больше интересна та часть, где говорилось про оклад.

– А Мартина, читала.

– Нет.

– Там чёрным по белому написано, что в случае непредвиденной экстренной ситуации жизнь сотрудников Гекатуса не имеет особой важности, главное – спасти любые результаты исследований. Молодые...

– Я тоже не читал контракт до самого конца, – насторожился Дан. – И этого пункта не помню.

– Со мной то же самое... – Пол осознал безвыходность и своего положения.

– А ты читал его до конца, Брайен? – поинтересовался я.

– Да. И сам согласился на такой риск. Мне нечего терять: я уже не молод, семьи у меня нет, к тому же я болен раком, который в нашем светлом будущем так и не научились лечить. Мне от силы ещё лет пять осталось.

Я тоже залпом выпил свой стакан. Мне был непонятен тот пункт в договоре. Я не понимал, что именно он означал и для какой ситуации был предусмотрен.

– Завтра вниз отправят две группы по десять человек и субмарину. Шесть ученых и шесть рабочих. Рабочие начнут строить подстанцию для энергоблока. Учёные займутся исследованием тоннеля и поисками пропавших. Также приставят ещё двадцать солдат для безопасности и ещё одну субмарину военного типажа. Сара будет лично руководить операцией., только из командного пункта. Управляющие специалисты не будут задействованы, только сотрудники, которые имеют меньшую ценность для корпорации.

– Откуда ты это знаешь? – меня не переставал удивлять запас информации у Брайена.

– Я перехватываю некоторые сообщения между Сириусом и Сарой.

– Почему не позвали нас? – возмутился Дан.

– Потому что нам, по их мнению, нужен перерыв после всего того, что случилось.

– А если завтра они потеряют всех, кто туда отправится? Что тогда? – в голосе Пола слышалось лёгкое негодование.

– Соберут новых... Пока не достигнут своей цели, – Брайен отвечал на все спокойно и невозмутимо.

– Это безумие! Нельзя отправлять туда людей... – я пытался выразить хоть какое-то сопротивление.

– Там наверху у них ещё и своя борьба за власть идёт. Говорят, что в компании наступают перемены. Сириус беспокоится, что его сместят. Появился новый игрок из совета. Говорят, это русский. Константин Макаров. В прошлом один из лучших инженеров по ядерному и биохимическому оружию в России. Именно он стёр с лица земли Вашингтон, Париж, Рим и половину Лондона. Его разработки помогли сделать такую ракету, которая не уловима ни одним радаром или пеленгатором и даже сканером. Кроме того, его ракета проходит незаметно сквозь плазменные купола, которые устанавливают над крупными городами и военными базами. А мощность её такая, что от города остаётся огромная воронка.

– Как уцелел Лондон? – Пол задал вполне резонный вопрос.

– Случайное везение. Ракета столкнулась с каким-то пассажирским космическим кораблём и рухнула далеко от Лондона в пролив, но взорвалась, а взрывная волна уничтожила всё живое в радиусе восьми тысяч километров.

– Ни Соединенные Штаты, ни Англичане не допустят русских к управлению «Грейт Адванс Корпорейшн». Это факт.

– Мир меняется, Дан. Соединённые Штаты и Англичане живут сейчас только за счёт ресурсов из России и Китая. Россия и Китай – отличные союзники, а Израиль выбрал их сторону, потому что понимает, кто сейчас реально управляет остатком нашего разрушенного мира. Сириус отсидел достаточно на месте главы корпорации. Я вам больше скажу: судя из переписки, Китай совместно с Россией выкупает большую долю акций компании, а значит, совсем скоро компанией будут править только две державы.

– Моя страна была ведущей всегда. Она решала судьбу мира, – с гордостью отметил Пол.

– И она проиграла в решающем сражении. Если бы не угроза конца света из-за ядерной зимы, то Соединенные Штаты уже давно бы прекратили своё существование. Китай забрал бы половину, остальное досталось бы России, а Израиль выручил бы для себя отличные средства за счёт инвестиций. Времена США закончились тогда, когда они развязали войну.

– А зачем русским контроль над компанией? – я всё еще не понимал некоторых вещей.

– Это элементарно–власть и деньги. Новейшие разработки и экспедиции. Кто владеет корпорацией, тот владеет всем её имуществом и всеми сотрудниками.

– Это ладно. Поживём – увидим, как всё сложится. Как насчёт той ситуации, которая произошла сегодня? – решил вернуться Дан к делу.

– Я не понял ничего, – лицо Пола выражало что-то непонятное. – С юнитами пропала связь. Потом они и сами пропали...

– Меня больше настораживает, что Хокконсон был вроде как жив, когда его камера показывала изображение. Но при этом его температура тела была слишком высокой. Как это возможно? – я пытался выстроить логическую цепочку.

Брайен снова выпил стакан залпом и попросил налить ещё ему выпивки. Он был вымотан, но не терял надежды найти юнитов.

– Я тоже этого не могу объяснить. Пока мы не увидели источник сигнала, мы ничего не можем разобрать. Я правда не знаю, куда делись все эти люди...

– А что если попробовать договориться с Исидой? – возникла у Пола идея.

– Ты не шуми. Там в углу голографическая платформа. Вдруг она нас сейчас слушает, – понизил голос Дан.

– Нет, не слушает, – уверенно успокоил я ребят.

– Откуда ты знаешь?

– Камера направлена на барную стойку. Значит, она либо снимает бутылки, либо Исида слишком занята подготовкой к завтрашнему дню.

– Кстати, Джейми. Хотел спросить, почему Исида сошлась именно с тобой? – поинтересовался Пол.

– Не знаю. Я просто проявил к ней дружелюбие, как ты, Брайен, мне и советовал.

Брайен улыбался, будто знал что-то. Или причину того, почему Исида так ко мне относится.

– Всё проще. Исида была задумана как искусственный интеллект в помощь человеку. Так было изначально. Но в неё вложили все человеческие качества: сочувствие, любовь, интерес, симпатию, хитрость, обман и так далее. Всё, что присуще любому из нас. К тому же её сделали именно женского пола, вложив соответствующие данные.

– К чему ты клонишь?

– Она либо восприняла тебя как своего старшего брата, либо просто проявляет к тебе симпатию, возможно, даже любовь.

– Робот?

– Она не просто робот. Она интеллект, который растёт и развивается, как у любого человека. Мозг и сердце, которые лишены физических данных. Она имеет свой характер и свои повадки, как и каждый из нас. Кроме того, она имеет женский пол. Ты единственный, кто проявил к ней должный интерес и дружелюбие. А результат не заставил себя долго ждать. Исида называет по имени и таким приятным голосом только тебя. К тому же она растёт. По мере поступления информации в её базу данных она развивается, как любой из нас, кто узнает что-то новое для себя. Только она это делает быстрее, чем люди. В её программу был вмонтирован ген дочери Сириуса. Она будет расти в своей системе подобно человеку. Даже голографическое изображение будет меняться от маленькой девочки до взрослой девушки и дальше. Вот и думай.

– Так это человек, который растёт внутри сети, внутри компьютера? – дошло наконец до мозга Дана.

– Именно, это новейшая разработка. Теперь можно вырастить человека в сети, а потом дать ему физическую оболочку, получив при этом специалиста в любой области. Исида – первый экземпляр, но разработки новых идут уже давно.

– Чёрт возьми! Это же невероятно, – воскликнул Пол.

– Так можно вырастить лидеров для стран такими, чтобы сохранить мир. Можно вырастить учёных, которые смогут сделать столько, сколько никогда не сможет сделать человек.

– Так вот почему она так всем интересуется... Как человек… – теперь уже дошло до меня.

– Да, именно. Очень плохо, что ты объяснил ей смысл слова секрет. Она теперь сама решает, какую информацию предоставлять нам, а какую нет.

– А ты раньше мне не мог об этом сказать?!

– Я не подумал, что она так тесно войдёт в контакт с тобой...

Дан рассмеялся очень громко. Он просто не воспринимал это как факт. Он думал, что это просто теория.

– Ну теперь, Джейми, ты можешь подождать пару лет и трахнуть её. Это было бы очень удобно – иметь девушку, которую можно отключить, когда тебе этого хочется. Раньше это было очень смешно, а сейчас это реальный мир...

– Так как мне себя с ней вести?

– Так же, как и вёл, – ответил Брайен. – Главное не ссорься с ней. Истерика будет как у маленькой девочки, а затронет всех нас.

– Я влип...

– Может, да, а может и нет. Ты получил самого серьёзного друга на Гекатусе. Исида может сделать тут всё, что захочет... Кроме того, что навредить людям. У неё установлен чип, о котором она не знает. Если бы знала, то уничтожила бы его. Он не позволяет ей делать что-то негативное по отношению к людям. Она думает, что так и должно быть, пускай так и думает. Это как ошейник у собаки.

– Мы могли бы использовать Исиду, чтобы получить всё информацию, которая нам нужна, – на лице Дана возникла хитрая ухмылка. – Не мы. Джейми мог бы. Она доверяет только ему, – утвердил Брайен.

– Я сам думал о том, что расшифровать сигнал может только она, и это нужно сделать до того, как доберутся до его источника. В связи с последними событиями мне кажется, что кто-то или что-то не хочет, чтобы мы достигли цели.

– Мы с Александром тоже об этом думали, – пустился в размышления Пол. – Нам удалось сравнить интенсивность сигнала с интенсивностью тех, что нам известны. Ни один не подходит под сигнал о помощи. Но есть некие сходства с предупреждающим об опасности. Но это всё не точно. Александр говорит, что все сканеры проходят сквозь породу, но там они не могут распознать что-то.

– И мой сканер определил, что место, откуда исходит сигнал, это большое пустое помещение, – добавил Дан. – Вокруг оболочка из гранитовых пород, смешанных с чем-то еще, скорее всего, неземным, так как в базе данных нет подобных материалов. А само помещение имеет идеальную форму, как квадрат, но только очень больших размеров...

– Это интересно. Завтра будет интереснее. Я взломал систему. Завтра в двенадцать дня начнётся спуск. Вы сможете видеть и слышать всё, что там происходит, на своих коммуникаторах или компьютерах. Только не выводите на голографический экран в ваших комнатах. Иначе смогут отследить, – на лице Брайена мелькнуло торжественное волнение.

– Отлично, – Пол был в нетерпении.

– Я так понимаю, что это строго между нами? – Дан в этом плане был догадливым парнем.

– Да. Джейми, Мартине тоже не нужно знать об этом.

– Не волнуйся. Она завтра уходит рано утром и не узнает ничего. Всё строго между нами.

– Хорошо. Дан, ты наливай лучше.

– Секунду.

Дан наполнил бокалы, и мы снова выпили. Я наконец почувствовал расслабление. Пол сел на диван и просто молча попивал свой скотч. Брайен подошел к окну, которое выходило на впадину. Дан стоял у барной стойки и выпивал со взглядом в никуда. А я решил подойти к Брайену. Он просто стоял и смотрел...

– Что же там происходит. Что там за скалами, я ума не приложу.

– Там ответы на все наши вопросы, – философски заметил я.

– Либо ещё больше вопросов. Я не представляю, с чем нам придётся столкнуться. А вдруг там враждебная форма жизни, или вирус, или ещё что-то негативное...

– Я об этом думал. А вдруг там решение многих наших проблем и ответы на многие наши вопросы?

Брайен был в смятении. Он потихоньку выпивал, томно дышал и смотрел в сторону впадины.

– Ты знаешь, я много где побывал. Я высаживался на красной планете, на Луне, даже на Юпитере. Я видел многое... Я не понимаю такую тягу исследовать космос и вселенную, когда не исследована до конца собственная планета...

– Собственная? Судя по тому, что мы получаем внеземной сигнал, то она не собственная, – в этом я был уверен уже полностью. – Возможно, мы её заселили не особо законным путём, а сейчас кто-то дает нам знаки о том, что мы непрошеные гости. Ты не думал об этом?

– Очень точно. Соглашусь со всем. Есть кое-что, что мы обнаружили на Юпитере.

– Что именно?

– Такой же сигнал. Точь-в-точь. Он также исходит из недр. Мы не смогли до него добраться, но сигнал такой же: те же волны, акустика, темпы и интенсивность.

– Корпорация знает?

– Естественно. Но самое интересное, что на Нептуне тоже есть подобный сигнал. И мы думаем, что координаты совпадают. Но только, чтобы их узнать, нужно добраться до источника.

– А как же Марс?

– Нет, Марс — это такая же планета, как и наша, только, судя по всему, погибшая. Там ничего нет. Сейчас там огромные колонии, но не больше. Все сигналы связаны. Я это отследил в тот момент, когда вы спускались. На какое-то время сигнал полностью пропал. Но пропал он не только на Земле, но и на тех планетах, где мы распознали источник.

– Возможно, это некие передатчики внеземных существ... – мысль о том, что помимо нас есть другие виды существ, не покидала меня. – А может, это их послание нам о чём-то очень важном. Либо попытка с нами установить контакт, – Брайен поддержал мои размышления.

– Или попытка предупредить нас о чём-то, возможно, опасном или даже губительном...

Мы с Брайеном сели обратно за барную стойку. Пол встал с дивана и подошел к нам. Дан уже начинал проливать из бутылки, так как был не особо трезв.

– У меня плохое предчувствие...

– Какое? – я устал, но решил поддержать диалог с Даном.

– Что мы все тут умрем на этой станции...

– Да заткнись ты! У меня контракт истекает через пару недель. Я вернусь домой, – Пол и слышать не желал про то, что кого-то ещё не станет.

– А сколько ты уже здесь? – мне стало интересно.

– Почти с основания Гекатуса.

– Уже устал?

– Я достаточно отдал сил и знаний. Пора начинать работать в другом месте. Сара уже приготовила мой перевод в один из центров связи в Англии.

– Что ж, там будет скучно.

– Лучше так, чем здесь. Я устал от постоянной изоляции.

– Меня мучает один вопрос, – вклинился в диалог Дан. Когда я провёл сканирование почвы и скалы, у меня на приборе показало, что скала цельная. А судя по её составу, никакой кусок не мог просто так взять и отколоться. И ещё вопрос: если ты, Брайен, утверждаешь, что мы связывались не с тобой, то кто отдавал приказы?

В этот момент мы все задумались. Наступила минута молчания. Я пытался понять, но не мог. Брайен просто смотрел в никуда. Это было самым интересным из всего, что произошло и, наверное, самым важным. Ведь если не Брайен отдавал приказы, то кто-то делал это за него, причем его голосом...

– А ведь правда. Мы все слышали тебя, когда ты сказал Гидрусу подниматься выше, а нам начать бурить.

– Это был не я. И это может подтвердить весь командный центр. Я отдал последний приказ о том, чтобы вы уходили оттуда.

– Но мы слышали твой голос, Брайен. Чётко и без всяких помех, – Пол будто пытался убедить в своей правоте, а Дан ему вторил.

– Стефан получил приказ, мы слышали его. Хродгор слышал, что ему нужно подниматься выше.

– Я не отдавал этот приказ. Я пытался вас вытащить оттуда.

– А что именно ты видел на экране, когда сказал, что там был образ?

Брайен залпом выпил свой стакан и тяжело вздохнул. Он не знал, как нам это объяснить.

– Вы же видели запись. Я не знаю, что это. Но это было что-то непохожее на человека, что-то жуткое или сильно изуродованное. Я не могу точно сказать. Это появилось секунд на пять, потом пропало. А появилось почти сразу после того, как юниты зашли в пещеру. Появилось сразу на всех камерах, не только тех, что под водой и внутри ваших шлемов. Появилось везде: во всех отделах, во всех коридорах, помещениях и комнатах. Это видели многие.

– Тогда почему все молчат?! – не выдержал я.

– Да потому что всем насрать! – Дан тоже общался на повышенных тонах. – Они работают тут только из-за того, что могут получить немалые деньги. Ну увидели что-то по камерам и что?! В некоторых корпусах уже научились отключать камеры, чтобы не быть под постоянным контролем. Кто-то счёл это как помехи, кто-то просто не задумался, кто-то просто не видел вовсе. Это мы знаем всю суть и сейчас рассуждаем...

– Джейми, мы сейчас ничего не можем поделать... – с горечью резюмировал Пол.

– А как же люди, которые пропали?

– Земля им пухом. Их больше нет... – Брайен сказал это и выпил залпом остаток в своём стакане. Потом просто небрежно бросил его в раковину.

– Ладно, я пойду в развлекательный центр, у меня там встреча с профессором Атерием. Кто хочет, пойдёмте со мной. А то тут можно умереть с тоски.

– Я пойду, – вызвался Пол.

– Я тоже, – Дан как всегда был заодно с Полом. – Джейми, ты как?

– Я, наверное, пойду спать. Устал сегодня, к тому же получил от Страйкера. Лучше пойду в свою комнату, выпью там ещё стаканчик и спать.

– Ладно, иди отдыхай. Но в следующий раз пойдёшь с нами.

– Обязательно...

Ребята сели в капсулу до развлекательного центра, а я в ту, которая идёт до жилых комплексов. Я долго думал, ехать в корпус охраны или нет. Но любопытство, меня пересилило, поэтому я указал пунктом назначения корпус охраны Гекатуса. Мне нужно было поговорить со Страйкером. Может, он даст мне ту информацию, которая была бы полезной, может, поможет найти данные, а может, он просто решил публично отомстить за своих людей. Я ехал туда и не знал, что будет. Но не переживал. Наверное, потому, что уже принял хорошую порцию скотча, или от того, что уже перенервничал сегодня, ну или из-за этих двух факторов одновременно.

Путь составил минут 15. Я чуть было не уснул, еле ободрился под конец. Но приехал прямо к проходной, где дежурили сразу несколько человек, которые были вооружены. Стоял гул, громкая музыка не самых приятных мотивов, но больше меня поразила задымлённость от сигарет, хотя на станции было категорически запрещено курить. Но я думал только об одном: как мне вести диалог со Страйкером и что же такое он мне хочет рассказать...

Глава 13

Корпус охраны

Я прибыл к корпусу охраны, где играла музыка, стояли клубы дыма и крики пьяных солдат. На пропускном пункте сидел какой-то старик в военной форме. Я подошел к нему и попросил меня пропустить. Он выдал пропуск, а затем разблокировал двери, чтобы я мог войти. Первое, что я увидел, это длинный коридор, который вёл мимо комнат солдат прямо в зону отдыха. Комнаты солдат располагались на трёх ярусах корпуса. Было больше похоже на тюрьму. В конце коридора была ещё одна дверь, она была повреждена, поэтому не закрывалась. За ней я увидел зону отдыха.

Это было помещение в два яруса. На первом различные игровые автоматы, бильярдные столы и автоматы с напитками и сигаретами. Тут было много солдат, они развлекались разными способами. Но большая часть сидела на диванах за столами около огромного окна, вид из которого выводил на заднюю часть моста, соединяющего две части комплекса Гекатус. Солдаты пили пиво, играли в карты, курили и громко разговаривали о чём-то, было трудно понять, о чём конкретно.

Страйкер сказал, что будет в каком-то баре. Но не сказал, в каком. Но, судя по тому, что на первом ярусе не было бара, а только автоматы с напитками, я отправился на второй. Там было также много пьяных солдат. Ещё больше сигаретного дыма. Стояло множество столов и диванов. Были и бильярдные столы, а в самом конце, даже, скорее, в углу был небольшой бар. Он назывался «Револьвер». Там я и нашёл Страйкера. Он сидел в самом тёмном месте в самом углу, выпивал что-то и ждал меня. Я подошел к нему и сел за стол. Страйкер сразу подозвал бармена и попросил принести бутылку скотча и два стакана.

– Хорошо, что ты пришёл.

– Поверь, без особого желания...

– Ты никому не говорил о нашем разговоре?

– Нет конечно.

– Хорошо. Очень хорошо.

Бармен принёс бутылку скотча и два стакана. Страйкер открыл скотч и наполнил бокалы.

– Итак, я вот что хотел рассказать. На Гекатусе под моим началом более двухсот солдат. Мы занимаемся охраной специалистов вроде тебя, следим за порядком. Но есть кое-что, о чём не знает никто кроме меня...

– Что именно?

– По ночам Сара отправляет к впадине людей, чтобы они работали там, но не всегда эти люди возвращаются. Я молчал до тех пор, пока это не коснулось моих солдат.

– Завтра будет масштабная операция. Спуск с большим количеством людей.

– Я знаю, но не могу помешать. Нужно разгадать сигнал. Ты же можешь это сделать?

– Не могу, я бьюсь над ним уже пару дней. Не сдвинулся ни на шаг...

– Люди так и будут гибнуть, пока мы не знаем, что зашифровано в сигнале, какое послание!

– Я знаю. Но тут я бессилен. Что ты хочешь от меня?

– Ты единственный наладил контакт с Исидой. Она может расшифровать сигнал, я уверен. Ты бы мог попросить её об этом.

– Как она мне объяснила, когда я с ней общался, ей нельзя никаким образом вмешиваться в разработки учёных и в процесс их работы касательно сигнала.

– Ты сможешь уговорить её расшифровать. Только ты и сможешь.

– У неё стоят протоколы. Она не может...

– Она не хочет, скорее. Ты сможешь убедить её.

Я задумался над этим. А ведь и правда: она мне доверяет больше всех. Я бы мог с помощью неё узнать, что в себе несёт сигнал, а потом сказать, что сам до этого дошёл...

– Я не могу выяснять у неё это публично или там, где нас услышат или увидят...

– Мы с моими людьми поможем. Что тебе нужно?

– Ты сказал, что смог отключить камеру слежения за всем блоком, когда я к тебе приду.

– Да. Есть человек, который может.

– Мне будет это нужно периодически. Мне нужно голографическую платформу иметь прямо у себя в комнате, чтобы общаться с Исидой. Сразу я не могу у неё всё узнать. Нужно время.

– Есть одна платформа, которой не пользуются. Она была установлена изначально на поверхности, но потом её оттуда убрали, так как Исида– это часть Гекатуса, а Гекатус начинается тут, а не наверху.

– Хорошо. Ты сможешь доставить мне платформу в комнату?

– Через пару дней. Будет вывоз отходов со станции, в этот день произойдёт и таинственное исчезновение платформы, чтобы никто ничего не заподозрил.

– Хорошо. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы узнать, что там зашифровано в сигнале...

Я выпил залпом весь стакан со скотчем и скривился. Страйкер наполнил бокалы опять и улыбнулся, глядя на меня.

– Прости за очки.

– Не волнуйся у меня ещё есть две пары.

– И за рубашку.

– Ничего. У меня есть другие.

– Так это ты смог развить человеческий мозг? Смог заставить его работать намного эффективнее?

– Да, получилось.

– Ты этим спас много людей. Раковые заболевания мозга прошли. Мозг человека теперь имеет достаточно сил, чтобы самостоятельно излечиваться от рака.

– Это была одна из целей моих трудов.

– Ты не особо разговорчивый.

– Прости, сегодня был очень тяжёлый для меня день. Я работал всё время с пробирками и колбами, а сегодня на моих глазах пропали бесследно пять человек.

– Я сам не могу понять ничего... Как думаешь, они живы?

– Судя по их температуре, нет. А сколько всего пропало людей?

– Чуть меньше 50 человек. До того момента, как ты туда спустился, всё умалчивалось. Вам повезло, что вы вернулись. Обычно, если пропадает хоть один, то и вся группа вместе с ним.

– А компания? Пропадают её люди. Неужели ей наплевать?

– Посмотри, в каком мире мы живём. Война кончилась не из-за того, что люди поняли цену жизни, а из-за того, что они ощутили дыхание смерти и испугались...

– Ты участвовал в военных действиях?

– Да. Я был лейтенантом армии США. Мы вели бои с русскими на территории Германии в тот момент, когда русские решили ударить по нам своими бесчисленными ракетами.

– Так значит русские развязали ядерную войну?

– Многие считают, что да. Но наше командование заставляло убивать пленных и мирных жителей. Думаю, что мы вынудили Россию начать это безумие. Мой последний бой был под Вашингтоном. Китайские наземные силы выдавливали нас из города. Я тогда занимался эвакуацией мирного населения и остатков наших подразделений. В тот день и был исход войны.

– Что было?

Россия нанесла массу ядерных ударов по европейским странам, стерев большую их часть с лица Земли. А Китай нанёс массу ударов по Соединенным Штатам. Но на Вашингтон рухнула русская ракета. Я только видел, как город был полностью уничтожен, просто превратился в пыль, оставив на своём месте огромную воронку. Потом мы уже не вступали в бои, после этих атак началась ядерная зима, ну ты и сам помнишь, наверное. Хотя ты был тогда совсем ещё ребёнком, или не родился...

– Сколько тебе лет?

– Чуть больше 70 лет. Благодаря твоей вакцине так долго и живу.

– Почему пошел сюда работать?

– Ну а где я могу свои навыки и способности ещё применить? Только тут. Тем более и платят не мало...

– Ты выглядишь лет на сорок, но не на семьдесят.

– Я был одним из первых, кто опробовал твою вакцину. У меня не было выхода. Рак мозга и лучевая болезнь после Вашингтона. Результат налицо.

– Невероятно, я даже не думал, что будет такой эффект. Такой не у всех. Тебе очень повезло.

– Знаю. Ладно, пора заканчивать. Мне завтра рано вставать, я буду с Сарой следить за ходом операции. А ты можешь отдохнуть. Я не виню тебя в смерти или пропаже моих солдат.

– Спасибо и на этом. Ладно, я пойду к себе. Удачи завтра.

– Спасибо. Увидимся. Следи за коммуникатором.

Я ушел из бара и направился к выходу из корпуса охраны. Не могу сказать, что мне тут понравилось, скорее, было огромное желание больше тут не появляться никогда. Но боюсь, что с новым другом, мне этого избежать не удастся. Я поспешил на капсулу до своего корпуса. Было уже почти три часа, а значит, капсулы прекращают работу. Интересно, как там Пол, Дан и Брайен. Наверное, ещё сидят в баре.

Я прибыл в свой корпус как раз к трём. Быстро поднялся на лифте на свой этаж и нашёл комнату. Степень алкогольного опьянения была высока, но я все же смог снять одежду и сходить в душ. Мартина уже давно спала, я решил не тревожить её и лёг спать на диване, напротив окна. Закрывая глаза, я видел мост, видел впадину и её бездну и не мог избавиться от мысли, что же стало со всеми, кто исчез бесследно. Но алкоголь взял своё. Я уснул совсем скоро и проспал до самого утра...

Глава 14

Мнимый успех

На следующее утро меня разбудила Мартина. Она собиралась идти в научный отдел работать. Поэтому просто разбудила меня и ушла. Я видел, что она очень торопилась, но после вчерашнего не мог быстро среагировать и не сказал ей ни слова. Я посмотрел на часы, было 8:40, это значит, что я поспал чуть больше пяти часов, и, естественно, не успел протрезветь до конца. Жуткая головная боль и тошнота меня убивали, но, найдя в себе силы, рухнул с дивана и на четвереньках пополз в сторону душа. Там я приходил в себя ещё минут тридцать, затем сделал себе крепкий кофе и завтрак. За окном как всегда темно, но я увидел какую-то активность в районе моста, там сооружали установку, которая могла бы поднимать тяжёлые грузы со дна впадины. Этот кран размещали прямо на крыше моста, по центру. А на той стороне, где находился инженерный корпус, прямо около впадины появился какой-то ангар и установка по приёму грузов.

Для меня оставалось загадкой, для чего всё это делается, может, Сара надеется, что сможет поднять что-то снизу. Спустя пару минут я увидел, что два Гидруса спускают вглубь впадины две транспортные машины, третий Гидрус нёс на себе небольшой кран. Тогда я понял, что, скорее всего, там внизу планируется завершить бурение уже сегодня и начинать извлекать что-то. Но что именно...

Я уже поел и заварил себе ещё одну кружку кофе. Состояние нормализовалось. Но пришлось выпить обезболивающее. Внезапно зазвонил мой коммуникатор. Он лежал где-то под диваном. Наверное, я вчера швырнул его туда. Я залез под диван и нажал кнопку активации. На коммуникаторе появилось изображение Брайена, а затем и его голос. Было видно, что они вчера отлично посидели. Брайен выглядел помятым и сильно уставшим.

– Джейми, доброе утро. Как ты?

– Доброе, Брайен. Я в порядке. А ты?

– Ощущение, что мне на голову свалился шаттл прямо из космоса, причём несколько раз. Ты можешь говорить сейчас?

– Да, конечно. Слушаю тебя.

– Хорошо, что ты уже не спишь. Я уже разбудил Пола и Дана. Мало времени, я знаю, что сегодня можно выйти попозже на работу, но ты не мог бы в самое ближайшее время прибыть в инженерный центр? Я там всех собираю.

– Конечно могу, а кого ты там собираешь? И зачем?

– Всё на месте увидишь, нет времени сейчас объяснять.

– Ладно, я буду минут через двадцать.

– Отлично. Увидимся.

Связь закончилась. Я задумался, что же там Брайен собирается делать, и зачем он собирает там всех. Но, зная о том, что сегодня масштабный спуск, я понял, что Брайен хочет проследить за тем, как он будет проходить. Я допил кофе и начал быстро собираться. После закрыл комнату и бегом отправился к станции капсул, чтобы быстрее добраться да инженерного корпуса. Но не успели двери закрыться, как в капсулу забежали Адам и Лори.

– О, привет, Джейми, – бодро поприветствовал меня Адам.

– Привет, – поздоровалась Лори

– Доброе утро.

– Тебя тоже Брайен вызвал?

– Да. Говорит, что, что-то срочное у него.

– Да, он толком и не объяснил, что именно. Но раз есть, что нам показать и рассказать, то почему бы и нет, – Адам как всегда был на позитиве.

– А разве вы не должны быть в своём отделе?

– Мы оставили Саманту Дель за главную, – ответила Лори. – Она хороший специалист, справится.

– Понятно.

– Как вчера посидели? – спросил Адам с лёгкой улыбкой.

Я вспомнил разговор со Страйкером, поэтому не хотел, чтобы что-то заподозрили.

– Я ушёл рано спать. Вымотался, ещё и от Страйкера получил по морде. Пришёл в комнату, напился и уснул.

– Это чувствуется, – заулыбалась Лори.

– Что, так сильно пахнет?

– Иллюминатор капсулы над тобой запотел, – Адам метнул глазами вверх.

Я поднял голову и увидел, что иллюминатор и правда был запотевший. Мне стало неловко.

– Вот чёрт.

– Не волнуйся. Мы понимаем, что вчера для вас, а особенно для тебя, был не простой день. Иногда напиться – единственный выход.

– Это точно...

Мы двигались быстро, так как почти не было остановок. Весь персонал Гекатуса был уже давно на своих местах. Капсула уже прошла большую часть пути и затормозила только перед мостом, чтобы развернуться. Затем снова набрала ход. Мы проехали по мосту очень быстро. Потом капсула затормозила около больших стальных ворот, они начали медленно открываться. После мы въехали внутрь, и капсула совсем остановилась.

– Ну вот мы и на месте. Ты же, кстати, тут теперь начальник, насколько я знаю, – напомнил мне Адам.

– Да, точно. Я совсем забыл про это.

Двери капсулы открылись, и мы вышли. Нас встречал Ноллан Старк, теперь уже мой помощник. Он быстро подошёл к нам.

– Доктор Адвалор, прошу, пройдёмте со мной. Брайен уже ждёт.

– Ноллан, можно просто Джейми.

– Хорошо. Запомню.

Мы пошли за Нолланом в самую глубь инженерного отдела, в сторону каких-то складов. Шли мимо ящиков и коробок, различных инструментов, запчастей, пока не упёрлись в стену. В самом углу была небольшая кодовая дверь. Ноллан ввёл пароль, и дверь открылась. Мы быстро вошли туда, после Ноллан закрыл дверь.

Это было довольно большое помещение, состоящее из двух небольших ярусов с множеством экранов и аппаратуры и огромным количеством проводов, которые лежали где попало. Окон или иллюминаторов не было. Нижний ярус был большим. Там и располагалось всё оборудование. Второй ярус был совсем маленьким. Там стояли диваны, игровой автомат, стойка с книжками и мини-бар.

Нас встретил Брайен с Мартиной, что меня сильно удивило, я думал, что она в научном отделе, хотя, понимая, что Мартина личный помощник Брайена, я перестал удивляться.

– Всем доброго утра. Хорошо, что пришли.

– Брайен, зачем всё это? Что за место и для чего ты нас собрал?

– Пойдёмте в зону отдыха. Там всё вам расскажу.

Мы направились в зону отдыха на второй ярус по лестнице. Там уже сидели Пол и Дан. Они выпивали виски и разговаривали.

– Всем доброе утро, – начал Пол, а Дан подхватил.

– Да, доброе.

– И вам. Я смотрю, вы продолжаете.

– Да нет, просто голове так легче становится, – по лицу Пола была видно, что виски действовали благотворно.

– Итак, – начал Брайен, – я собрал именно вас, потому что вам можно довериться. Ситуация такова, что через час начнётся бурение в шахте. Насколько мне известно, Сара получила приказ, что сегодня нужно добраться до источника сигнала любой ценой.

– А мы тут причём? Нас-то ты зачем собрал? – Адам почти возмутился.

– Дело в том, что после того, что вчера произошло, нужно быть осторожнее с корпорацией. Она знает намного больше о сигнале, чем знаем мы. Я считаю, что сигнал опасен, считаю, что спуск во впадину опасен. Кроме того, я хочу проследить за операцией, чтобы, если вдруг начнёт происходить, что-то, что было вчера, можно было более подробно рассмотреть это. Ведь погибли люди. Но компания скрывает от нас какие-то детали. Поэтому нужно самим выяснить, что именно. Возможно, мы все тут в опасности. Но мне в этом деле нужны верные люди, я хоть и главный на Гекатусе, но Сара имеет больше власти. Я просто хочу разобраться, в чём дело, и прекратить бессмысленные исчезновения людей. Вы со мной? Если нет, то можете покинуть помещение.

Все, подумав немного, покачали головами и согласились. Но у всех оставались вопросы.

– Мы можем в этом помещении точно знать, что нас никто не видит и не слышит? – решил я убедиться в конфиденциальности происходящего.

– Да. Ты меня прости, Джейми. Я немного похозяйничал в твоём отделе. Это же теперь твоё поприще. Но ты не знал ничего. Эту комнату придумал Стефан. Раньше это было складское помещение, но Стефан так устал от постоянного контроля Исиды, что создал помещение без камер, без прослушки и без голографических платформ. Сюда Исида не сможет попасть никак, также как и уловить то, что мы можем отсюда вторгаться в общую систему и видеть весь Гекатус как на ладони.

– Это как так?

– Комната сделана из очень толстого сплава металла, кроме того, она обита листами алюминия и бронзы изнутри. Стефан это придумал. Также он переоборудовал одну из сломанных голографических платформ в мощный передатчик данных и одновременно антенну, которую невозможно отследить Исиде. Грубо говоря, он создал заглушку. Если Исида пытается найти источник сигнала в случае, если она его смогла уловить, она всегда проверяет всё через платформы, так как там основные передатчики, которые улавливают посторонние сигналы. При проверке платформы Стефана Исида получает информацию о том, что всё в порядке, посторонних сигналов нет.

– Это гениально, – замер от восхищения Адам.

– Стефан всегда хотел иметь на этой станции место, где хоть немного может побыть исключительно один.

– Я смог с помощью устройства Стефана незаметно взломать систему безопасности Гидруса и обойти Исиду. Мы можем наблюдать за всем, что происходит на станции и за всеми исследованиями, – сообщил Пол.

– Джейми, вот единственный ключ от помещения, который даёт доступ к введению пароля. Он твой. Пока ты по этому ключу не войдёшь, никто из тех, кто знает пароль, не смогут войти. Кстати, всем вам я лично разослал пароли, – продолжал Брайен.

– Хорошо.

– Прости, что не сказала, но меня срочно вызвали в научный центр, а там Брайен мне всё рассказал, – подошла ко мне Мартина.

– Ладно, ничего. Так какие наши действия сейчас?

– Сейчас Пол подключится к командному центру, и мы будем видеть то, что видят они. Я понял, почему эта сука, Сара, разрешила нам сегодня отдохнуть подольше. Чтобы мы не мешались ей, когда она там может угробить больше двадцати человек.

Пол пошёл подключаться, чтобы не тратить время. Дан тоже ушёл настраивать аппаратуру. Все остальные оставались в зоне отдыха и переваривали информацию.

– Какая была последняя трансляция с камер Стефана и Хокконсона? – задал я вопрос Брайену.

– Та, которая была в тот день, когда пропала спасательная группа.

– Это ужасно, – тихо произнесла Мартина. – Как компания отчитывается перед родственниками умерших?

– Интересно, как компания предоставит родственникам умерших тела для захоронения, – размышления и Брайена, и Мартины не имели ответов, а были, скорее, риторическими.

– Мне интересно, как человек с температурой в семьдесят градусов остался жив и передвигался под водой с такой скоростью, которая несвойственна здоровому человеку... – у меня были свои раздумья.

– Хокконсон... Я сам удивился, когда потом обратил внимание на скорость. Либо это сбои в передаче сигнала, либо Хокконсон с поднятием температуры приобрёл плавники.

– Помех не было в тот момент. Ни в связи, ни в видео-трансляции. А куда делось тело Стефана?

– Может, рыбы или более крупные млекопитающие? – предположил Адам.

– В том-то и дело, что там нет ничего живого. Ни единого организма. Даже простейших... – с досадой пробурчал Брайен.

– С момента той трагедии сканеры работали постоянно, они бы зафиксировали активность. Кроме того, как я поняла, прошло всего несколько часов, – Мартина тоже активно участвовала в обсуждении насущных вопросов.

– Если бы его тело даже что-нибудь сожрало, то ремни безопасности на бурильной установке были бы изорваны. К тому же Пол проводил скан местности, когда искал Хокконсона. На сканере обнаружилось бы тело Стефана, а его не было... – я приводил разумные доводы.

– А куда делись ещё пять человек спасательной группы?! Они просто растворились. Пропали. Где они?! Нет даже тел… – терпение Брайена выходило из-под контроля.

– Мне уже страшно становится от этого, – подала голос Лори. Неужели ни один сканер на Гекатусе не зафиксировал ничего?

– Я говорил с Джейем Ли, начальником отдела связи, и с Александром Белинским, двусторонним специалистом связи и геологии.

– Ну и?

– Они сказали, что по результатам спутникового сканирования и сканирования из России, где установлены сейчас самые мощные и продвинутые аппараты, станции Гекатус вообще не существует.

– Это как? – не понял Адам.

– Я не знаю. Александр говорит, что такое возможно только из-за того, что у кого-то на этой планете есть технологии намного мощнее наших. И кто-то просто блокирует сигнал в зоне, где находится Гекатус.

– А как вы связываетесь с внешним миром? Как происходит поставка продуктов питания, пресной воды, энергоблоков? – задал я резонный вопрос.

– По расписанию. Приходит подводная лодка, которая не управляется человеком, а полностью автоматизирована, она заходит в подводный ангар, который осушается, затем стоит там три часа. За это время её разгружают, и она уходит обратно.

– А как же связь с главным офисом? – всё еще не понимал Адам.

-Для этого есть огромная антенна. Но её использование тратит почти три энергоблока. Сигнал прорывается только по той причине, что наконечник антенны выходит на 90 метров из зоны мёртвой тишины, как мы её называем.

– Это же бред! – возразил я. – Постоянный сигнал с Гекатусом должен быть. Разве нет?

– Он есть. Платформа на поверхности. Там есть сигнал всегда. Исида передаёт данные на поверхность, их передают в главный офис и наоборот.

– А данные получает, естественно, Сара...

– И Исида...

– Отлично. Просто супер, – саркастично подытожил я. – Мы тут отрезаны от всего. Работаем на подводной станции и не можем даже послать сигнал бедствия без ведома Сары и Исиды.

– Я так понимаю, что компания не станет жертвовать репутацией или ещё чем-то. Если тут что-то произойдёт, то станцию легче уничтожить вместе со всеми или изолировать, – предположила Мартина.

– Брайен? – Адам ждал ответа.

Но Брайен молчал и смотрел в стол. Я сразу понял, что Мартина попала в точку.

– Брайен, мать твою! Отвечай на вопрос!

– Я не знаю, как поступит компания, если что-то произойдёт здесь.

– Ах вы ублюдки, – вспылила Лори. – Почему в договоре не прописано всё это?

– Включи мозги, дура...

– Следи за языком! – пресёк его Адам.

– Но ведь мы можем уволиться, уехать отсюда? Адам? – в словах Лори звучала надежда.

– Не думаю. Ведь «Грейт Адванс Корпорейшн» нас так просто не отпустит. Да, Брайен?

Брайен молчал и только попивал из стакана виски. Он понимал, что все вопросы имеют место быть.

– Брайен, отвечай на его вопрос! – я не выдержал.

– Да! Да! Компания не отпустит вас, пока не добьётся своей цели. Но когда добьётся, вы все будете богаты, очень богаты. Но нужно дойти до конца, по договору, как там указано!

– А если бы мы узнали что-то, что не должны были узнать, что тогда? Как бы они нас тогда отпустили?

– Вы лучшие в своём деле, компания ценит специалистов. По окончании контракта вы все проходите медицинский осмотр. Вам вводят специальную инъекцию. Когда вы погружаетесь в сон, засыпаете, стирается память. Всё, что касалось Гекатуса...

Я был шокирован. Это не укладывалось в моей голове. Адам взял бутылку виски и сделал несколько крупных глотков. Брайен просто смотрел в пол.

– Вот я думаю, – медленно начал Адам, – а может, тебя сейчас убить?! Сволочь, не мог нам об этом сказать, когда проводи кастинг на смерть тут?

– А ну заткнитесь все! Вы специалисты! Учёные, инженеры... Вы мастера своего дела. Когда вам предлагали работу, вы не отказывались! Стирание памяти– стандартная процедура. Или вы думаете, что экспедиции с Красной планеты возвращаются, не проходя этой процедуры?! Это техника безопасности, которую разработали страны, организаторы и спонсоры «Грейт Адванс Корпорейшн». В мире остались террористы, люди, которые не хотят покончить с войной и смертью. Если хоть какие-то данные исследований дойдут до них, то мир снова может оказаться на грани пропасти, а может и упадёт в неё. Корпорация делает всё для безопасности. И в договоре есть эта информация! Никто не виноват, что вы обратили внимание на то, какая сумма указана на первой странице договора, и не стали читать всех остальных. Там также указано, что в случае чрезвычайной ситуации цену имеют лишь результаты исследований, но не сотрудники! Читать нужно всё внимательно!

Я допил свой стакан и задумался. Брайен был прав, и он не был в чём-то виноват. Корпорация тоже не была виновата. Действительно, суммы в контрактах большие. Но плачевнее всего, что почти никто не читал контракт дальше той страницы, где была прописана сумма. В том, в какой ситуации мы оказались, виноваты мы сами. После слов Брайена все это поняли...

– Я поэтому и собрал вас здесь тайно. Я понял, что творится какая-то чертовщина. Пропадают люди, идут перебои. Я знаю, что вам можно доверять и что вы сможете помочь мне разобраться, а тем самым помочь и себе. Ведь, может, всё не так, как мы думаем, может, и правда всё наладится...

– Он прав. Мы сами виноваты, что не прочли весь контракт, – встал я на защиту. И он прав, что нам нужно не ссориться, а выяснить, что же там происходит. Ведь чем быстрее начнём, тем быстрее закончим. Получим свои деньги и уволимся из этой корпорации. Вы согласны?

– К сожалению, ты прав. Я согласен, – вынужден был признать Адам.

– Лори? – поднял я бровь.

– Мне очень страшно... Но я не вижу другого выхода. Я согласна.

– Хорошо. Мартина, ты?

– А есть выбор?! Тем более куда я без тебя...

– Ну вот и хорошо. Давайте слаженно будем работать в команде. Выясним, что происходит, сделаем всё, что от нас требуется, как от специалистов своего дела, и уедем к чёртовой матери из этой бездны!

– Согласна, – подтвердила Мартина.

– Всё правильно сказал, – Адам тоже не высказал возражений.

С первого яруса доносились крики Пола и Дана...

– Да! Так и сделаем!

– Согласен!

– Лори? Что насчёт тебя? – ещё раз решил я уточнить.

– Естественно, да! Я хочу поскорее убраться отсюда.

– Я тоже не хочу здесь сдохнуть, – Брайен наконец признался в этом. – Приложим все наши усилия и сделаем свою работу. Джейми правильно сказал: быстрее сделаем, быстрее покинем эту бездну.

– Что ж... Хорошо, Брайен, в этой комнате ты будешь руководить нами, но при одном условии: мы должны знать всё настолько, насколько знаешь ты! Согласен?

– Да, конечно. У нас с вами одно дело.

– Хорошо...

С первого яруса раздался голос Пола.

– Через минуту будет связь с командным центром! Приготовьтесь!

– Ладно. Все по местам! Джейми, ты за крайний голографический экран. Адам, ты за тот, который отдельный, там два места под вас с Лори. Будете следить за всем, – командовал Брайен.

– Понятно, – бодро ответил Адам.

– Мартина, – продолжал Брайен, – ты за тот экран, который рядом со мной. Будешь работать вместо Исиды.

– Поняла.

– Дан, выведи на главный экран карту местности и данные о том, как работают их бурильные установки, мы должны отслеживать каждый сантиметр.

– Одну секунду, сейчас сделаю.

– Пол, выведи на второй экран все видео-трансляции с камер двадцати трёх юнитов и с камеры «Гидруса-1». Мне нужна громкая связь того, о чём они говорят и какие приказы получают.

– Пару секунд.

– Мартина, выведи на третий экран жизненные показатели всех членов группы, которая сегодня спускается. Ещё на четвёртом экране выведи камеры и жизненные показатели Стефана и тех, кто пропал.

– Сделаю.

Через секунд тридцать на всех экранах появилась интересующая нас информация. Все экраны показывали, появилась связь со штабом и всеми юнитами, включая «Гидрус-1». Мы все внимательно слушали и внимательно следили за экранами.

– Адам, Лори, просканируйте всю впадину на всякий случай, – Брайен всё не переставал отдавать приказания.

– Уже сделали. Ничего особенного не видно.

– Ладно. Будем следить за ситуацией. Мартина, показатели жизнедеятельности пропавших готовы?

– Загружаются, ещё пять секунд.

Мартина загрузила данные на экран, и мы все ужаснулись: то, что там происходило, было невозможно описать. Сердцебиение, пульс, активность головного мозга – всё было на нуле, но вот температура...

– Если я не ошибаюсь, при этой температуре, скафандр плавится... – заметил я.

– Я всё правильно понимаю? – Адам не мог поверить своим глазам.

Пол просто с открытым ртом сидел и внимательно смотрел на цифры.

– Что за дерьмо?! Какого Чёрта?! – из Дана сыпались лишь бранные слова.

– Температура всех пропавших и погибшего Стефана составляет 850 градусов. Так показывают датчики, которые в скафандрах. Скафандры не повреждены. Это внутренняя температура тел тех, кто находится в скафандре, – решила пояснить Мартина.

– Как такое возможно? Этого не может быть. За сутки с такой температурой их тела просто бы изжарились... – я тоже никак не мог поверить в увиденное.

– Интересно, что 850 градусов характерны для всех пропавших юнитов, – заметила Мартина.

– Командный центр эти данные видит? – уточнил Дан.

– Нет, они удалили из своих документов протоколы пропавших, чтобы не отвлекаться.

– Надо это им сообщить как-то. Иначе могут погибнуть люди, – обеспокоился Пол.

– Дан, отправь данные Александру, напиши, что делал сканирование на всякий случай и обнаружил это. Он передаст данные незамедлительно.

– Минуту. Есть, отправил.

– Александр сегодня тоже за пультом целое утро. Я отслеживаю, как он переправляет данные в командный центр.

– Они вывели данные на главный экран. Анализируют и пребывают в шоке, наверное... – предположил Пол.

– Судя по камерам тех, кто пропал, камера Хокконсона и медсестры Олсен работают?

Все посмотрели на экран и внимательно присмотрелись к изображениям. Изображения с камер были просто как чёрный экран, словно камеры были сломаны. Кроме двух. Камеры Хокконсона и медсестры Дрю Олсен работали, только изображения не было, одни помехи.

– Постараюсь усилить сигнал с их камер, – пообещал Пол. – Но мне нужно выйти на их мини-систему, которая внутри скафандра.

– Группа достигла места, где находится резкое понижение. Спускаются, – доложил Дан.

– Хорошо, продолжай слежение за операцией!

– С ними три Гидруса. Зачем так много? –удивился я.

– Все три Гидруса грузовые... – пояснил Дан.

– А в чём принципиальное отличие от простых субмарин?

– Ты инженер, ты и скажи мне об этом.

– Я специалист в области космической техники, но не подводной.

– Они почти одинаковые, – решил прояснить Брайен. – Просто грузовая субмарина может поднять больше и унести больше раза в четыре, и у неё нет лазерного резака.

– Понятно. А кто возглавляет операцию?

– Там нет ни одного серьёзного специалиста, только рядовые сотрудника. Командует Сара, дистанционно.

– Не хочет рисковать собой, – усмехнулся я.

– Скорее, не умеет пользоваться скафандром и не подготовлена к спуску под воду. Честно сказать, я не понимаю, как можно отбирать специалистов для такой работы, которые понятия не имеют, как спускаться под воду. Кроме того, компания не всех обучает этому, – Брайен выразил даже не злость, а некое разочарование.

– А разве не всех обучают? – удивилась Мартина.

– Насколько мне известно, только глав отделов их заместителей, всех инженеров, ремонтников и охранников.

– К сожалению, это правда, – подтвердил Пол.

– У нас есть сотрудница, мой третий заместитель, она тоже не умеет пользоваться скафандром и ни разу не спускалась под воду, – привёл пример Адам.

– Ну вот... В случае затопления станции всем не спастись.

– А подлодки, которые на поверхности? – я пытался зацепиться хоть за что-то.

– Всем мест не хватит, несмотря на то что там три подлодки. Каждая из них рассчитана на 230 человек. На станции более двух тысяч сотрудников, пока загрузят одну партию, пока перевезут, пока вернутся... Спасутся те, кто умеет пользоваться скафандрами и знает, как вести себя там, снаружи...

– Хорошо, что мы прошли подготовку, – выдохнула Мартина.

– Вам повезло. Другие могли бы вам позавидовать. Скафандров хватит на всех, это немного радует.

– Да уж... – мне больше нечего было сказать.

– Смотрите на экраны. Они уже вытащили сломанную бурильную установку и заводят внутрь две новые... – Брайен обратил наше внимание на изображения.

– Гидрусы спустились прямо к ним, – озвучивал Пол то, что происходит. – Один завис и освещает местность.

– Снаружи остались люди, 4 юнита. Остальные зашли внутрь, – продолжал за ним Дан.

– Они спустили Гидрусы, чтобы поднимать что-то оттуда, но они же не знают, что внутри... Это странно... – не понимал я.

– Может, на всякий случай, чтобы сэкономить время... – предположил Адам.

– Не думаю, – возразила Лори. – Они подвергают опасности всех, кто там находится. Слишком большой риск, чтобы делать что-то на всякий случай...

– Пол? Когда будут слышны их переговоры? – спросил Брайен.

– Система почти взломана. Ещё шесть процентов. Это минут 5.

– Когда будем слышать связь, молчите. Нельзя упустить ни слова. Слушайте внимательно и следите за экранами.

– Они около места уже 40 минут и 20 секунд. У нас начались странности через двадцать минут после прибытия... – Дан пытался сопоставить события.

– Надеюсь им повезёт больше... – тихо выразил я надежду.

– Показатели всех членов операции в норме, – отчитывалась Мартина.

– Сейсмической активности нет, – Адам тоже озвучивал то, что контролировал.

– Ни единого, даже самого мелкого колебания, – добавила Лори.

– Показатели скафандров и Гидрусов в норме, – сказал Дан, продолжая отчёт других товарищей, – проблем с энергией нет. – Не зафиксировал ни единой помехи. Связь отличная. Через 30 секунд мы будем слышать командный центр и каждого юнита, – выразил уверенность Пол.

– Хорошо. Быстрее бы... – Брайен уже не мог терпеть все, что происходит.

– Появились интенсивные колебания, магнитуда небольшая. Скорее всего, они начали бурить, – предположил Адам.

– Да. Чёрт! Где же связь?! Пол? – Брайен выходил из себя.

– Обратный отчёт. 5... 4... 3... 2... 1... Есть контакт!

*Связь между участниками операции и командным центром*

– Ситуация в норме. Все показатели в норме. Мы начали бурение породы, – начал отчитываться юнит-1.

– Есть ли у вас проблемы с приборами или ещё что-то, что нам нужно знать? – как обычно серьёзно спросила Сара.

– Проблем нет. Энергоподача в порядке, связь отличная. Состояние остальных юнитов тоже в норме. Следов пропавших людей не обнаружено. Был найден только один лазерный резак, он был сильно повреждён. Лежал сразу на входе в тоннель.

– Хорошо, юнит-1. Я вас поняла. Продолжайте бурение.

– Эмм... Простите, но должен заметить, что вы обязаны сообщить об этом в главный офис. Тут пропали люди, найден сломанный резак...

-Занимайтесь поставленной задачей, – проигнорировала Сара. – Я прекрасно знаю, что мне делать.

– Вас понял. Продолжаем работы.

– Выходите на связь, когда будут результаты.

– Она нас точно не слышит? – подключился юнит-2.

– Точно, – ответил юнит-3. – Командный центр отключился и только видит изображение с наших камер в скафандрах.

– Стервозная сука. Сама бы спустилась сюда и поработала хоть немного, – юнит-1 явно был возмущён.

– Не обращай внимания на эту престарелую расщелину. Ей нужен мужик, – юнит-4, как и все остальные, тоже недолюбливал Сару

– Так чего же ты ждёшь?

– Для неё я могу предложить только свой глубоководный отбойный молоток. Пускай с ним развлекается...

Мы слышали, как участники операции высмеивали Сару. Это было весело. Они много чего говорили. Было понятно, что её не любят не только те, кто с ней тесно сотрудничает, но и многие рядовые сотрудники. Юниты постоянно подшучивали над ней, пока занимались бурением.

– Как там бурильные работы? – вновь услышали мы первого юнита.

– Все системы в норме, продвигаемся стабильно, – ответил ему седьмой.

– Сколько уже?

– Почти десять метров. Порода очень прочная. Нужно будет поменять долото, иначе не пробурим.

– А если лазером?

– Эмм, сэр. Не хочу повторить судьбу Стефана Миаса.

– Юнит первый вызывает командный центр.

– Центр слушает вас, – Сара была на связи.

– Пришлите нам ещё несколько долот и пару энергоблоков. Мы продвинулись на десять метров, но ещё десять и всё. Нужно оборудование.

– Вас поняла, вышлю к вам «Гидрус-4», он доставит всё необходимое.

– Подтверждаю.

Мы следили за тем, как проходит операция, но на удивление ничего необычного не происходило. Не было ни перебоев с энергией, ни помех в связи, ничего.

Через минут тридцать прибыл «Гидрус-4». Он спустился к самому входу в тоннель, и рабочие разгрузили оттуда все оборудование. Затем загрузили на субмарину сломанные установки и испорченные долота. После «Гидрус-4» уплыл, а работы продолжились. Мы сидели за мониторами уже третий час, но по-прежнему ничего особенного не происходило, как вдруг я обратил внимание на камеру погибшего Стефана. Она включилась. С неё было видно, что Стефан наблюдает за тем, как идут работы. Кроме того, было понятно, что он двигается, так как постоянно менялось место, откуда Стефан наблюдал.

– Сейчас не только я это вижу?! – решил я спросить остальных.

– Какого хрена происходит?! – Брайен не мог поверить своим глазам.

– Он мёртв, – сухо сказал Пол. – Даже если он остался жив тогда, то он бы не продержался несколько дней в скафандре.

– Энергии хватило бы, но вот кислорода...

–Он же погиб. Разве нет? – Адам задавал риторические вопросы.

В этот момент я понял, что Брайен смотрит на меня. Он смотрел с недоумением.

– О том, что Стефан погиб, нам сообщил Джейми.

– Какого чёрта, Брайен? Ты сам знаешь, ты видел отформатированную запись с моей камеры. Там чётко видно, что Стефану конец.

– Ты щупал его пульс?

– Брайен, ты что, идиот? Я видел своими глазами, что он мёртв. Стекло шлема скафандра расплавилось вместе с лицом Стефана. Они стали единым целым. Его череп стал стеклянным, а от плоти остались только обожженные кости. Костюм был почти полностью уничтожен...

– Джейми прав, Брайен, – подтвердил Дан. – Я сам пострадал от взрыва, который произошёл. Никто бы не выжил в тоннеле, даже сидя в одном из Гидрусов. Видео с камер Джейми мы тоже видели... Не наезжай на него...

– Да, прости. Я не знаю, что на меня нашло. Просто столько всего случилось, что голова взрывается...

– Видео-трансляция по-прежнему идёт из камеры внутри Стефана, – обратил наше внимание Пол.

– Температура его тела 650 градусов. Это невозможно, – отрицала увиденное Мартина.

– Пол, а ты можешь попробовать подключиться к скафандру Стефана? – попросил я.

– Нет. Это только через Исиду делается. Я не могу.

– Интереснее то, что сканер видит всех, кто там находится, но не видит Стефана...

– Интереснее то, что он двигается, – заметил Адам. – Значит, он жив?

– Это невозможно, – ещё раз сказала Мартина.

– А как тогда объяснить то, что там происходит? – искал Брайен ответа.

– Изображение пропало. Камера Стефана вновь недоступна, – сообщил я.

–Мне как-то не по себе от этого... – на лице Дана промелькнуло беспокойство.

– Командный центр, на связь! – услышали мы в эфире голос первого юнита.

– Слушаем, – Сара как обычно реагировала моментально. – Наши сканеры на долю секунды зафиксировали что-то странное внутри тоннеля.

– Что именно?

– Такое ощущение, что нас не 23 человека тут, а 30. Мы на момент зафиксировали датчики ещё из семи скафандров, но потом сигнал пропал и всё.

– Вы видели кого-нибудь там внизу?

– Нет. Никого. Здесь только мы. Весь тоннель был просканирован и осмотрен.

– Ладно, проверяйте датчики каждые три минуты и продолжайте бурение.

– Вас понял.

Мне казалось, что те люди, которые спустились, зная то, что случилось с предыдущими группами, немного опасаются. Это было слышно по голосу командира, особенно, когда он обнаружил, что в тоннеле есть ещё кто-то.

– Нет ни отклонений в сканировании, ни помех со связью... Оно играет с нами, – в голосе Брайена уже звучал азарт.

– Что играет с нами, Брайен? – Адам очень волновался.

– То, что скрывается за скалами, то, что в том самом месте, откуда исходит сигнал...

– Сэр, мы закончили, – сообщил юнит-7. – Дальше нет скалы, дальше нет вообще ничего, просто тоннель. Мы пробурили стену. Повторяю! Дальше идёт тоннель.

– Вас понял, – ответил юнит-1. – Передаю данные в командный центр.

– Мы получили данные. Видим через ваши камеры всё, что происходит. Соберите группу из семи человек, желательно, чтобы с вами были солдаты, и исследуйте тоннель, – приказала Сара.

– Мы уже несколько часов здесь. Люди устали. Нам бы вернуться и передохнуть, – юнит-1 попытался вызвать в Саре человечность, но она была непреклонна.

– Выполните работу и возвращайтесь.

– При всём уважении, но по правилам никто из рабочих не может находиться в открытой воде более трёх часов, – включился юнит-2.

– Он прав, – согласился первый. – Мы уже семь часов здесь.

– Вы приказ слышали? Отчётливо слышали?

– Значит так, командный центр, – первый юнит решил взять инициативу в свои руки. – Я ещё раз тебе повторяю, что мы тут отработали за две смены, даже больше. Люди устали. Мы сейчас установим свет в тоннеле и дополнительный энергоблок, а затем мы возвращаемся. Конец связи!

– Командный центр, на связь, – сигнал поступил уже от Гидруса.

– Командный центр слушает, раздался голос Сары.

– У нас тут проблема. В моей субмарине и «Гидрусе-3» садятся аккумуляторы. Мы не сможем освещать местность и будем бесполезны для юнитов.

– Вы не могли их зарядить, перед тем как спускаться?

– Они не рассчитаны на такое долгое погружение. Тем более очень много энергии на уходит подсветку. Прошу разрешения вернуться на базу.

– Разрешаю. Юнит-1, на связь!

– Слушаю.

– Как с освещением по периметру, на пути и внутри тоннеля?

– На пути к тоннелю возведена дополнительная подстанция. Туда уже доставили восемь энергоблоков на всякий случай и для замены. Также сделан хороший спуск в том месте, где было резкое понижение, освещение пути до тоннеля тоже проведено. Заканчиваем с освещением тоннеля.

– Заканчивайте и возвращайтесь на базу.

– Вас понял.

Было понятно, что Сара не хочет прекращать работы, так как ей нужен результат намного больший, чем окончание бурильных работ. Тем более на неё, скорее всего, сильно давит Сириус. Но она не могла снова рискнуть людьми. Кроме того, проблема с Гидрусами. Если бы их аккумуляторы не разрядились, то можно было бы продолжать. Но без ярких прожекторов с Гидрусов оставаться там внизу было очень опасно. Сара решила, что нужно сменить группу на другую. Она сразу отдала приказ о сборе новой группы и о замене аккумуляторов в субмаринах.

Мы поняли, что нам пора по своим рабочим местам, каждому в свой отдел. Так как Сара сейчас может вызвать кого-то из нас либо всех. Потому что ей нужны специалисты там внизу. Поэтому сразу после того как Сара сказала отступать группе, которая была внизу, мы все разбежались по своим отделам и стали ждать приказа от Сары. Но, к нашему удивлению, затишье продлилось достаточно долго. Сара вызвала нас всех в зал совещаний только ближе к десяти часам вечера, что было странно, ведь работы обычно уже не велись в такое время.

Когда мы поднялись в командный центр, там всё ещё были все сотрудники, они сидели на местах, и не было похоже, что хоть кто-то собирается уходить.

Мы поднялись в зал совещаний и ждали. Сара была в своём кабинете, она оживлённо разговаривала с кем-то. Скорее всего, это был Сириус. Он давал ей указания. Но было интересно, для чего именно она нас тут собрала: чтобы рассказать о планах на завтра или чтобы принудить нас спуститься вниз сегодня. Но, судя потому, что весь командный центр был готов к работе, я понимал, что сегодня мне придётся спуститься. Так или иначе, все мы ждали, пока Сара закончит и уделит нам время.

Дверь в кабинет Сары открылась, и она медленно начала спускаться. Её лицо было мрачным, а взгляд был потерянным, глаза бегали. Она спускалась медленно, видимо продумывала, как нам преподнести то, что требует от неё корпорация, что требует корпорация от всех нас. И вот наконец она оказалась перед нами в зале, включила экран и голографическую платформу и села по центру длинного стола.

– Господа, у нас сложилась очень непростая ситуация. Я уже отправляла информацию на ваши коммуникаторы о том, что мы смогли разбурить породу. После чего открылся тоннель ещё глубже, но уже без препятствий. Мы просканировали его, он выводит в какое-то огромное помещение под землёй. Но исследовать мы не смогли, люди устали.

– Ну а от нас то, что нужно?! – не смог сдержать возмущения Брайен. – Мы ознакомились с данными. Дальше что?!

– Ты как всегда крайне милый, Брайен. Мне нужно спустить туда специалистов. А именно вас, ребята. Вы у меня самые опытные и самые лучшие в своих областях. От вас за один спуск будет больше результатов, чем от тех, зелёных, учёных и инженеров, которые там уже были сегодня.

– Сара, мы целый день работали, жутко устали. Давай ближе к делу!

– Сириус требует от меня ускорения работ. Он требует это ото всех вас. Поэтому сегодня через три часа мы начнём спуск. Его уже одобрила корпорация.

– Спуски ночью запрещены, категорично отрезал я.

– Согласен, это опасно, – поддержал Дан. – Тем более ночью есть риск сейсмической активности.

– Тут на дне всегда ночь. Какая вам разница? Сейсмическая активность имеет опасения только для того времени, когда мы занимались бурением. Сейчас работы закончены.

– Брайен, скажи что-нибудь! – в глазах Пола читалась надежда.

– Тех, кто откажется от работ, уволят, – продолжала Сара. – Вам выплатят то, что вы успели здесь заработать, и уволят.

– Она права, к моему сожалению, – Брайен с горечью вынужден был признать правоту Сары. – Ночью сейсмическая активность есть, но она крайне мала. Тем более бурения больше не будет. Работа ночью отчасти позволит нам немного раскованнее себя чувствовать.

– Ты что идиот?! Какого хрена, Брайен?!, – моему возмущению не было предела. – Ты сам знаешь, что ночью опасно работать!

– Мистер Адвалор, не опаснее, чем днём. Сара правильно сказала, что тут на дне бездны нет разницы ночь или день.

– При всём уважении, но в контракте не прописано, что мы должны спускаться вниз впадины ночью.

– Джейми, не надо...

– Мистер Адвалор! Вы немного забываетесь, – в словах Сары звучали металлические нотки. – Компания предоставила вам крупную сумму за то, что вы приехали сюда, ещё более крупная сумма ждёт вас по окончании. Контракт имел один пункт, что вы подчиняетесь руководителю всех экспедиций и руководителю проекта, в любое время дня и ночи!

– Да. Но я не думаю, что руководитель захочет рисковать нами.

– Захочет! И будет! – отчаянно воскликнул Брайен. – Мы отправимся туда сегодня и исследуем все, что сможем! Но Сара, не более трех часов. Я понятно выразился?!

– Я тебя поняла. Три часа, не считая того времени, что у вас займет спуск и путь до тоннеля. Так сойдёт?

– Сойдет. Какие указания будут?

– Сегодня к тоннелю спустятся двадцать человек. Вы все с вашими ассистентами и охрана. Кроме этого Губрусы, они вас поддержат.

– Какая цель?

– Исследуйте то, что там внутри. Найдите источник сигнала.

– Ты с таким кислым лицом спускалась не потому, что тебе нужно только это. Какие ещё цели, Сара?

Сара просто смотрела в стол и не хотела озвучивать. Она была волевой женщиной, которая управляла всем, пока Сириус не поставил её на место и не пригрозил чем-то.

– Компания требует от нас найти тела всех пропавших, – наконец выдавила она из себя.

– Это как?! Они все растворились бесследно... – Пол был в замешательстве.

– Сириус сказал, чтобы это стало основным делом. Вначале находим тела пропавших, затем начинаем исследование того, что там внутри тоннеля.

– Мы искали их уже не раз, – Брайен уже был морально подавлен и не находил слов, чтобы продолжать разговор. – Показатели дают нам понять, что эти люди мертвы.

– Нужно найти тела. И отправить домой для захоронения. Для их родных.

– В ходе исследования мы постараемся найти. Я обещаю.

– Вам нужно пройти внутрь тоннеля, который открылся после бурения. И изучить всё, что есть там внутри. Потом вам нужно найти всех пропавших, либо их тела...

– Сканеры не поймали ничего, – напомнил я. – Ни живых, ни мертвых! Каким образом нам нужно найти тела?

– Хродгор вместе с вами войдёт в тоннель на своей субмарине. Он будет сопровождать вас всё время. Так вы и справитесь.

– Тоннель настолько большой, что наш Гидрус влезет туда?! – Дан выражал всеобщее сомнение в целесообразности предстоящего погружения.

– Не волнуйтесь, влезет. Кстати, Дан, Александр в курсе того, как вы работали. Он крайне недоволен.

– Чёртов русский сукин сын... Ненавижу русских...

– С ним решите эти вопросы. Тем более что через пару месяцев корпорация перейдёт под управление русского человека. Мистер Макаров. Может, слышали, может, нет, но он претендует на пост главы «Грейт Адванс Корпорейшн».

– Это чокнутый русский?! – Брайен был в окончательном шоке. – Который устраивал безумие на полях сражения. Он же не в себе...

– Есть ещё одна новость, которую я оглашу по громкой связи ближе к вечеру.

– Нам можно сейчас сообщить?

– Да. Объединённые восточные государства начали полномасштабное наступление на территорию Соединенных Штатов Америки. Америка терпит крах. Вчера был уничтожен белый дом, три дня назад уничтожили разом 50 военных баз...

– Наши союзники молчат?

– Из всех союзников к нам повернулась только Россия. Они ведут бои с террористами уже неделю. Китайцы отказались помогать, Европейские страны тоже, восточные государства вместе с ними. Российская Федерация оказала много помощи. Она спасла Вашингтон от полного уничтожения.

– Русские потребуют своего...

– Нет. Русские, как всегда, помогли вашему западу существовать и, как всегда, ничего не возьмут взамен... – справедливо заметил Дан.

– Ладно. Давайте ближе к делу. Вы сами знаете, что из лучших специалистов я могу отослать только вас на дно впадины. Вы ценные сотрудники для компании, поэтому вместе с вами спустятся солдаты, которые смогут обеспечить вашу безопасность. Итак, отправятся Джейми, Дан, Пол, Брайен и двенадцать солдат, а также восемь рабочих.

– Сколько Гидрусов отправятся с нами? – поинтересовался Брайен.

– Только один.

– А как же свет вокруг зоны и внутри? – Пол высказывал все мои опасения. – Ведь, как я понял, Хродгор будет вместе снами. Но нужно, чтобы кто-то был и снаружи.

– Там сейчас отличная подсветка. Работают сразу несколько энергоблоков, и установлена подстанция, а также камеры наблюдения и даже несколько автоматизированных глубоководные орудий, которые будут прикрывать вас.

– Когда выступаем? – пришлось принять ситуацию и задавать вопросы уже по факту.

– Через час. Подготовьтесь, выпейте кофе и спускайтесь в нижнюю часть. Скафандры уже приготовлены, экзоскелеты тоже. Команды рабочих и солдат уже на месте. Они около тоннеля. Вас будет сопровождать Хродгор.

– Вас поняли, – принял последний приказ Брайен, и мы приготовились уходить.

– Выполните работу сегодня ночью, завтра и послезавтра сможете отдохнуть, но только если сделаете максимально много.

Совещание было окончено этими словами. Мы все отправились в зону отдыха и уселись за один стол, чтобы впить кофе перед тяжёлой ночью. Меня не покидала мысль о том, к чему такая спешка, ведь, работая тут, нужно было тщательно продумывать каждый шаг. Видимо, Сириус хочет успеть закончить этот проект, пока не потерял своё место во главе компании.

– Брайен, а кто Сириус? – осторожно спросил Пол.

– В смысле?

– Он инженер или учёный, как ты, или, может, геолог. Он же должен был с чего-то начинать, прежде чем уселся задницей на стул управляющего компанией.

– Сириус – очень опытный исследователь, кроме этого, отличный учёный, ну и политический деятель, естественно. Сириус был тем, кто первый обнаружил этот сигнал, но не знал, что именно это такое. Он спутал его с ультразвуком, который издают морские млекопитающие, но потом всё понял, когда провёл анализ.

– Понятно. Я просто не знал.

– Я тебе больше скажу, Сара тоже не простой управляющий. Раньше она была членом конгресса Соединённых Штатов. Кстати, может именно поэтому и стала такой сукой...

– Ты так отзывался о ней, что я думал, она просто ставленница Сириуса. Чтобы просто контролировать проект от его лица, – эта мысль не покидала меня уже давно.

– Я так говорю, потому что ей тут не место. Она не принесёт той пользы, которая нужна.

– Главное, чтобы мы смогли это сделать сегодня, – резонно заметил Дан. – Белинский и так меня разнесёт за последние события.

Внезапно в комнату отдыха поднялся Хродгор. Он был в приподнятом настроении и совсем не уставшим.

– А за что Белинский так взъелся на тебя?

– Чёрт его знает. Наверное, не доволен результатами спусков или тем, что один из сканеров был уничтожен...

– Хродгор, доброго времени суток, – Брайен решил проявить вежливость. – Я думал, что ты уже в субмарине, спускаешься.

– Рано. Я тут к вам по делу.

– Ну, так давай. Я не знаю, что нас ждёт там, внутри, но настоятельно рекомендую вам не надевать экзоскелеты, – Пол удивил меня своим советом.

– Почему? В них вроде бы безопаснее... Или я ошибаюсь? – пока что я не понимал, в чем дело.

– Если вдруг понадобится покинуть тоннель очень быстро, то в экзоскелете это не получится, – внёс небольшую ясность Хродгор.

– Ну а если понадобятся инструменты экзоскелета? – видимо, Брайен сам был не в курсе всех прелестей защитного костюма.

– Я сегодня буду пилотировать «Гидрус-4». Это самая оснащённая субмарина из всех. Я буду выполнять всю грязную работу. Просто если станет жарко, то я выплыву, а вы не факт. Но тот, кто будет сидеть в экзоскелете, почти не имеет шансов.

– Спасибо, Хродгор, – саркастически поблагодарил я, но потом осознал, что он говорит на полном серьёзе.

– Да, это многого стоит, – а Брайен действительно проникся важным советом.

– Не за что. Ладно, мне пора. Увидимся там, внизу. Удачи нам всем.

– Да, точно. Удачи нам всем. Что ж... Нам тоже пора собираться. Выступаем через пять минут. Настоятельно рекомендую сходить в туалет.

– Можно и в костюм на самый крайний случай это сделать... – эта мысль показалась мне не такой уж и плохой.

– Мистер Адвалор, фууу...

– У меня уже был опыт, когда мы первый раз спустились. Только опускаемся на дно, как у мне приспичило. Я терпел более двух часов, но потом просто отпустил мысль и сходил прямо в скафандр, – поделился Пол.

– Ну и как оно? – на лице Дана сияла ехидная улыбка.

– Что оно?

– Поссать в скафандр за полмиллиона долларов?!

– Отлично! Я почувствовал себя Сириусом.

Мы все посмеялись. Настроение было приподнятое, несмотря ни на что. Затем допили кофе и отправились к шахте внешнего лифта, которая вела в глубь впадины. Мы прислушались к совету Хродгора и не стали надевать экзоскелеты. Ему, как пилоту Гидруса, было виднее, как нам будет легче выбраться, если вдруг снова начнут твориться непонятные вещи.

В этот раз путь до тоннеля показался мне совсем близким. Мы двигались намного увереннее. Хродгор постоянно находился над нами, и мне от этого было спокойнее, хотя я понимал, что он не многим сможет помочь, если вдруг что-то пойдёт не так. Буквально через минут двадцать мы уже были около входа в тоннель. Солдаты уже ждали нас там вместе с рабочими. Когда мы приблизились ко входу, нас встретил солдат в экзоскелете. Это был заместитель Страйкера и второй по званию офицер на Гекатусе Стен Майр.

– Приветствую, солдат.

– Доброго времени суток, Брайен.

– Вызываю командный центр. Мы только что встретились с группой солдат около тоннеля. Начинам спуск.

– Подтверждаю, юнит-1, – раздался голос Сары. – Все показатели в норме. Мы видим вас и изображения с ваших камер. Продолжайте работы.

– Вас понял, подтверждаю.

Территория вокруг была уже отлично обставлена различной техникой и датчиками, и подсвечена повсюду. Я увидел подстанцию, которую поместили прямо в скалу, чтобы не повредилась в случае обвала.

Мы направились в тоннель, который я помнил ещё с первого своего спуска, только сейчас он был полностью освещён, внутри было более шести различных установок кроме бурильных. Я заметил, что строилось что-то вроде большого конвейера, но не понимал, зачем.

– Брайен, а зачем этот конвейер? Или что это?

– Мы же не знаем, что там внутри, может, это нужно будет, чтобы извлечь что-то на Гекатус.

– Понятно. А ты уверен, что там что-то можно извлечь?

– Ну что-то же там должно быть... – не выдержал Дан.

А тем временем мы подошли к тому месту в тоннеле, где бурильная установка проломила породу и открыла новый тоннель вглубь. Там было очень темно несмотря на то, что вход подсвечивался. Хродгор аккуратно подплыл к пробуренному ходу и включил прожекторы Гидруса.

– В тоннеле чисто. Не вижу ни обломков, ни разрушений. Такое ощущение, что его пробурили только вчера. Тоннель глубокий, спуск примерно на восемьсот метров видно, дальше идёт поворот.

– Спасибо, Хродгор. Дан и Пол, просканируйте местность, – приказал Брайен.

– Уже. Никаких изменений в сигнале. Источник сигнала стабилен.

– Геоактивности тоже нет, – добавил Дан. – Перед нами тоннель длиной в полторы тысячи метров. После пустое пространство среди магматитового сплава с чем-то. Сканер не может определить, возможно, материал не с нашей планеты, а возможно, и не с нашей солнечной системы.

– Командный центр. Мы передаем данные вам. Начинам спуск в том месте, где был пробурен новый проход, – отчитался Брайен.

– Вас поняли. Пусть солдаты идут первыми, вы держитесь за ними. Гидрус пусть двигается вместе с вами. Как поняли? – надо отдать должное, Сара всегда реагировала моментально и внимательно контролировала все процессы.

– Вас поняли. Будет сделано, – Стен принял приказ и принял строгое выражение лица. – Военные юниты, пять человек за мной, остальные остаются тут.

– Военные пойдут первыми, мы держимся позади, – обратился к нам Брайен.

– Мы уже поняли, – Дан закатил глаза.

– Пускай военные спустятся вместе с Хродгором, а мы после них пойдём.

– Пол, подбери сопли. Пойдём следом за ними.

И мы отправились в этот проход, который вёл в неизвестном направлении. Первыми пошли солдаты. Они рассредоточились в проходе и медленно продвигались вперёд. Мы двигали за ними медленно, а позади нас была субмарина Хродгора.

Мы спускались по достаточно узкому проходу. Для юнитов это не было проблемой, а Гидрус постоянно задевал стенки прохода, создавая неприятный скрежет и ударные звуки его стальных бортов о твёрдую породу. Путь был неблизким, мы спускались медленно, всё глубже и глубже. Я наблюдал за датчиком давления, который увеличивался с каждым вторым шагом до тех пор, пока мы не вышли на ровную поверхность, которая вела ещё метров на двести вперёд.

– Пол, просканируй местность. Мы много прошли, – вновь распорядился Брайен.

– Уже сделал. Мы спустились ещё на 849 метров глубже. Давление в норме.

– У всех так сильно болит голова?

– Уже как полчаса... – выдавил я из себя.

– Болит очень... Это давление или что? – постанывал сзади Дан.

– Это не давление. Дан проверь свои датчики, что-то тут не так.

– Пол прав. Здесь сигнал намного интенсивнее и выше. Но только тут ещё метров двести, и будет лучше.

Я тоже чувствовал давление в голове. А когда оказался на том месте, где стоял Дан, мне стало очень плохо. Голова железная, внутри всё перевернулось. Скафандр внезапно стал очень мешать, звуки рации стали невыносимы, а свет стал сильно резать глаза. Я чувствовал сильный упадок сил, будто лично проплыл из Гекатуса до тоннеля. Те же ощущения были и у остальных. Дан сказал, что сигнал поменял свою частоту, как только мы зашли в тоннель, он стал влиять на наши жизненные показатели. Пульс участился у всех членов команды, ритм сердцебиения тоже, также возросло внутричерепное давление. Будто что-то всеми способами пыталось остановить нас, чтобы мы не добрались до источника сигнала, будто что-то, до этого момента нам неизвестное, очень старалось развернуть нас назад, заставить нас отступить. Я подумал о том, что всё то, что произошло за последнее время, за последние спуски, возможно, как-то связано. Все эти смерти или пропажи людей с Гекатуса. Я вспомнил Стефана и его изуродованное взрывом газа тело. Откуда тут газ и почему его не зафиксировали датчики и сканеры. Почему сигнал изменился с нашим приближением, почему он нацелен на наши жизненные показатели. Множество вопросов не давали мне покоя, не говоря уже о жуткой головной боли, которая пульсировала всё сильнее, с каждым шагом. Я видел других членов команды, у всех юнитов были такие же синдромы.

Мы продвигались уже минут тридцать, и внезапно в конце прохода мы увидели свет, очень тусклый и очень блеклый. Мы решили, что там есть что-то. А именно то, что подавало сигналы. И мог быть передатчик или внеземное космическое судно, а может, и некая база, которая была спрятана тут много тысяч лет назад. Но то, что мы там увидели, превзошло все ожидания... Тоннель был одинаковым по всей своей продолжительности, но в самом его конце, где начиналось огромное помещение, Брайен приказал остановиться.

– Всем стоять. Мы пока не знаем, что там. Гидрус пойдёт первым и просканирует помещение полностью. Затем внутрь войдут солдаты, они расставят временные прожекторы для полного освещения. Дальше мы.

– Я просканирую помещение сразу, как только войдём. Дан, советую тебе сделать тоже самое, – вызывался Пол.

– Да, знаю.

– Гидрус, отправляйся, не теряй время, – приказал Брайен.

– Понял.

– Командному центру доложим после освоения помещения.

– Брайен, я думаю, что не стоит ни к чему притрагиваться там, пока не узнаем всё точно, – осторожно заметил я.

– Да. Ребята, не трогайте там ничего. Мы не знаем, с чем придётся столкнуться. Аккуратно исследуйте всё, без моего ведома нечего не делайте.

– Понятно.

– Ясно.

– Хродгор, доложи обстановку!

-Я не знаю, как описать то, что я вижу, но вам лучше самим на это взглянуть. Я сканирую каждый метр помещения, примерно через 7 минут вы можете идти внутрь. Пока отправьте солдат, пусть устанавливают временное освещение.

– Подтверждаю. Майр, бери своих ребят, и отправляетесь внутрь. Обеспечьте нас освещением и расставьте усилители связи на всякий случай.

– Вас понял. Выполняем.

Солдаты отправились внутрь и начали обустройство помещения светом и усилителям связи. Эти усилители помогли бы не потерять сигнал из командного центра. Сейчас мы уже продвинулись слишком далеко, чтобы что-то пошло не так.

– Брайен, у нас есть освещение. Сейчас устанавливаем усилители связи. Можете идти сюда, тут всё спокойно, периметр под нашим контролем.

– Вас поняли, выдвигаемся. Ладно, пора идти.

И мы отправились в проход в конце тоннеля. И действительно, то, что мы увидели, вызвало у нас одновременно и в восторг, и в ужас. Помещение было огромным и имело идеальную форму. Если говорить о том, насколько здесь было много места, то можно смело сказать, что сюда бы поместился целый корпус Гекатуса. Форма помещения была как огромный зал, только полностью пустой, за исключением того, что повсюду были какие-то насаждения. Они не были похожи на привычные нам морские растения. Эти светились и имели большие, очень похожие на какие-то цветы бутоны и отростки, которые тоже слегка издавали свет. Эти бутоны слегка двигались, будто живые. Насаждения были повсюду, кроме самого центра помещения.

По центру находилось непонятное сооружение, а точнее, колонна, которая поднималась почти да самого потолка помещения. Эта колонна была необычной формы, она разделялась на две части и выглядела как двойная спираль. За несколько метров от неё не было насаждений, что было странно, так как они были повсюду, по всему помещению. Они, словно плющ, обвивались по стенкам и имели эти большие непонятные бутоны. Все насаждения подсвечивались, словно по их жилам текла светящееся жидкость, или это светился их покров.

Солдаты установили освещение повсюду, поэтому помещение просматривалось хорошо. Не подсвеченных зон не оставалось. Усилители связи были также установлены. Брайен решил выяснить, откуда исходит сигнал, а только потом связаться с командным центром.

– Дан, ты просканировал зону? Нашёл источник сигнала?

– Ещё пару минут...

– Я просканировал всё помещение, – Пол управился оперативнее. – Отсюда, изнутри, сигнал проходит отлично, ничто его не блокирует. Я могу сделать модель всего помещения и даже того, что находится над ним. Сейсмическая активность не зафиксирована, давление в норме.

– Дан, что у тебя?

– Связь в норме. Я установил источник сигнала. И вы не поверите, но наш источник – это данная спиралевидная колонна.

– Ты уверен? Она не похожа на передатчик или устройство для подачи сигнала или излучения.

– Я уверен, что источник – именно эта колонна. Чтобы понять, каким образом она подаёт сигнал и что заключено в сигнале, нужно более тщательное исследование.

– Брайен, подача кислорода в норме, – я обратил внимание на то, что ситуация стабилизируется. – Все жизненные показатели тоже в норме. Состояние группы восстанавливается, возможно, здесь сигнал действует с другой частотой.

– Это я уже понял, голова перестала болеть, и я почувствовал восстановление сил, как только мы вошли в помещение.

– Я зафиксировал множество необычной жизни в этой комнате, – в голосе Пола слышалось искренне оживление и интерес. – Я имею в виду эти насаждения. Это точно органика, но они и не живые и не мёртвые. Датчики не улавливают в них никакой жизненной активности, но при этом исходят потоки энергии, и эти растения имеют некую температуру, словно это не растения, а какое-то животное или целая система. Нужно более тщательное исследование.

– Пока не приближайтесь к этим растениям, мы не знаем, что это.

Мы решили приблизиться к колонне и осмотреть её более внимательно со всех сторон, чтобы понять, что она из себя представляет. Вся колонна была обнесена какими-то неизвестными знаками и иероглифами. Мы все сразу поняли, что данные знаки не имеют земного происхождения, но нужно было это подтвердить.

Командный центр на удивление молчал, видя всё то, что видели мы. Изображение с наших камер транслировалось постоянно, но центр не издавал ни звука. Видимо, они были шокированы тем, что предстало перед ними, и ждали от нас новостей. Брайен решил связаться с центром, чтобы передать всю информацию и подтвердить данные о знаках на колонне.

– Командный центр, вызываю на связь! Говорит юнит-1.

– Командный центр слушает, юнит-1.

– Изображение камер стабильно? Вы можете видеть то, что у нас тут внизу?

– Так точно. Докладывайте, юнит-1.

– Мы тут обнаружили органику, вы можете видеть её повсюду. неизвестные растения, которые не были ранее зафиксированы нигде на планете. Кроме того, мы обнаружили источник сигнала, он находится в центре зала. Это спиралевидная колонна. Сигнал исходит именно из неё. На данной колонне обнаружены неизвестные знаки. Я сейчас передам информацию на главный компьютер. Проверьте все базы данных везде где только можно. Нам нужно понять природу этих знаков, являются ли они земными, или мы тут действительно столкнулись с внеземными, даже не знаю, чем и как это назвать...

– Получили данные. Сейчас занимаемся обработкой. Подождите несколько минут.

– Вас понял. Жду ответа.

Пока мы ждали информации от командного центра, я решил немного осмотреться и пройтись по периметру помещения. Изнутри оно казалось ещё больше, чем при входе в него. Солдаты распределились по всему периметру и тоже осматривались. Все они боялись наступать на растения и приближаться к ним очень близко, все кроме Стена Майра. Он проявлял необычайный интерес к растениям и не соблюдал должной дистанции. Тем временем я решил вернуться к своему отряду учёных, которые находились возле колонны.

– Юнит-1, на связь.

– Слушаю.

– Мы провели анализ знаков на колонне, а также попытались найти сходства по показателям органики, которые вы нам отправили.

– Ну так что?

– Подобных знаков нет ни в одном языке на планете Земля. Мы проверили все базы данных мёртвых языков и тоже ничего. Даже сходства. Кроме того, мы не обнаруживали ничего подобного ни на одной планете солнечной системы, хотя там были найдены некие иероглифы.

– А что по органике?

– Подобных видов растений с подобными показателями нет нигде. Ни на нашей планете, ни на остальных планетах солнечной системы. Помимо этого даже после проведения терраформации на других планетах солнечной системы и восстановления их первозданного вида мы выявили множество новых видов растений, но ничего подобного не было найдено нигде.

– Вас понял, командный центр.

– Вы уже закончили с первоначальными исследованиями?

– Да. Всё, что могли изучить на данный момент, все сделано. Сейчас сделаем повторные замеры и ещё раз просканируем территорию.

– Хорошо, команда. Отличная работа. Заканчивайте и возвращайтесь. На сегодня хватит. Около входа в тоннель будут группы рабочих, отправьте их внутрь тоннеля. Они займутся строительством подстанции и постоянным освещением.

– Хорошо. Вас поняли. Конец связи.

Итак, на сегодня работа была закончена. Оставалось только сделать последние замеры и сканирование территории и можно было возвращаться. Мы все были очень уставшие из-за того, что перед тем, как войти в помещение, сигнал нас сильно измотал, мне хотелось просто поскорее вернуться и лечь спать.

– Командный центр, на связь, – раздался голос Стена в эфире.

– На связи.

– Разрешите и нам вернуться на Гекатус. Мы тут уже много времени.

– Вы нужны для охраны рабочих, которые сейчас спустятся вниз.

– У нас кончается кислород в скафандрах, мы измотаны не меньше. Мы на два часа больше под водой, чем учёные. Вы можете прислать нам замену, в центре есть и другие солдаты.

– Ответ отрицательный, юнит-8, – Сара была непреклонна. – Сейчас нет возможности и времени сделать замену. На Гидрусе есть резервный баллон с кислородом, зарядите свои скафандры и оставайтесь местах. В отличие от команды учёных вы не обременены активной мозговой деятельностью, сможете продержаться ещё несколько часов.

– Долбанная сука! Сама бы спустилась сюда на всю ночь...

– Вы не отключили связь, юнит-8. Не забывайтесь, с кем разговариваете.

– Я знаю... Конец связи! – кажется, Стен намеренно вовремя не вышел из эфира.

– Стен, вы возвращаетесь?! – удивился Брайен.

– Нет, эта мразь приказала остаться ещё на несколько часов.

– Я вас прошу, держитесь подальше от растений, особенно от этих огромных бутонов. Предупредите рабочих, чтобы тоже были осторожнее. Эти растения могут быть опасны.

– Хорошо. Я понял. Идите, отдыхайте.

И мы отправились к выходу из тоннеля. Дорога обратно показалась мне намного короче. Мне даже показалось, что до начальных раскопок тоннеля она заняла вдвое меньше времени, либо это мы так спешили вернуться. Там на выходе из тоннеля Брайен отправил группу рабочих вниз, предварительно объяснив им правила безопасности. Рабочие потащили за собой две установки: одной была бурильная, другая – с оборудованием и инструментами. Также вниз спустилось пятеро рабочих в экзоскелетах и ещё один Гидрус. А мы тем временем возвращались на Гекатус. Уставшие, голодные и измотанные. Но там нас ждал ещё один час в зале для совещаний, чтобы отчитаться перед Сарой, а после можно было бы и отдохнуть.

Итак, мы сняли с себя тяжелые скафандры, переоделись и поднялись на Гекатус. Почти сразу нас встретил Страйкер и попросил пройти в командный центр в зал совещаний. Командный центр был по-прежнему наполнен персоналом, все они продолжали работать и следить за тем, как рабочие продвигаются вниз, к помещению с колонной. Я увидел на камере, что они уже были почти на месте. Мы же пошли на встречу с Сарой. Она уже сидела на своём месте, голографический экран работал, голографическая платформа тоже. Исида уже ждала.

Мы вяло сели за стол и ждали расспросов. По лицу Сары было видно, что она довольна. Можно было сделать вывод, что она уже успела связаться с Сириусом, и он тоже доволен.

– Итак, господа. Я поздравляю вас с успешной операцией. Вы молодцы. Несмотря на то, что пришлось работать ночью и на наши разногласия, вы смогли сделать сегодня больше, чем удавалось сделать за несколько недель. А теперь жду ваших отчётов. Начнём с тебя, Брайен.

– Что ж, мы спустились ещё на 700 метров глубже, после того как команде рабочих удалось пробурить твёрдые породы и открыть для нас проход. Там мы наткнулись на некое помещение, которое больше похоже на огромную гробницу или саркофаг. Кстати, я думаю, что так теперь и будем называть это место.

– Что было обнаружено внутри?

– Повторюсь, мы обнаружили органику внутри, которая, как выяснилось, не имеет происхождения ни на Земле, ни в нашей солнечной системе. Кроме этого, мы обнаружили источник сигнала, а именно спиралевидную колонну, на которой нанесены различные знаки и иероглифы, которые также не имеют Земного происхождения и не были обнаружены ранее в солнечной системе.

– Отлично. Теперь отдел связи.

– Сигнал менялся всего два раза за время спуска, – начал отчёт Пол. – Первый раз поменялась частота сигнала. Причём, как могли заметить члены всей команды, сигнал стал сильно влиять на жизненные показатели всех членов и на их состояние. Очень сильно поднялось внутричерепное давление, участился пульс, сердцебиение замедлилось до очень низкого. Мы ощутили сильную пульсирующую головную боль и сильный упадок сил, повысилась чувствительность к внешним факторам. Обострилось зрение, слух.

– Это сильно повлияло на вас, или вы могли продолжать?

– Ну вы же видите, работа выполнена. После того как мы оказались около колонны, сигнал снова изменил свою частоту, после чего самочувствие пришло в норму, и мы смогли продолжать работу. Но не могу не отметить то, что все члены команды были сильно измотаны.

– Хорошо. Так, что нам скажет отдел геологии?

– Я смог просканировать полностью помещение. Сделать это изнутри, оказалось намного проще, чем извне, – Дан продолжал отчёт. – Сигнал проходил намного лучше. Сканер смог сделать свою работу в полной мере. И, как сказал Брайен, это действительно очень сильно похоже на саркофаг.

– Подробнее, пожалуйста.

– Помещение имеет идеальную форму. За исключением входа в него и небольшого повреждения в верхней части, скорее всего, это повреждение образовалось уже очень давно при землетрясении или тектоническом сдвиге. Я думаю, что именно это и позволило нам обнаружить сигнал, так как саркофаг сделан так, чтобы сигнал не проходил сквозь его стены. Скорее всего, до той поры, пока не образовалось повреждение. Когда мы пробурили отверстие, мы пробурили не породу, а идеально выполненную оболочку. В её состав входят магматические породы и породы, которые добывались за пределами Земли. Кроме того, я смог обнаружить частички воздуха в данном сплаве пород, это говорит о том, что данный саркофаг сделали на поверхности, а затем уже опустили на дно, а именно на дно Марианской Впадины, и закопали ещё глубже, а затем обрушили подводные скалы сверху, что ещё лучше скрывало сигнал. Дальше уже ил и песок с остатками морских существ, различные отложения за тысячелетия сделали свою работу, похоронив всё это ещё глубже.

– Интересно. Мистер Адвалор, что вы можете нам сказать.

– Моя работа была маленькой по сравнению с моими коллегами. Я лишь следил за всеми показателями, связью и геологической стабильностью, а также за тем, чтобы техника была исправна.

– От главного инженера больше и не требуется.

– Единственное, что я понял, это то, что раз кто-то, а, как мы можем понять сейчас, это внеземные цивилизации, так усердно пытался спрятать что-то тут, то нам следует с крайней осторожностью относиться к тому, что мы там обнаружили.

– Мы тут не философствуем...

– Подождите. Я проанализировал породу и состав саркофага, мне кажется, что его поместили на Землю намного раньше, чем когда тут уже был кислород. Если внимательно присмотреться к структуре неопознанного сплава, то это вовсе не сплав.

– Подробнее...

– Исида, выведи на экран структуру сплава в разрезе, пожалуйста.

– Как скажешь, Джейми.

– Вот, смотрите. Сначала это очень похоже на единый сплав из магматической породы и внеземного материала. Но если мы взглянем внимательно, то виден нечёткий стык.

– Что ты хочешь этим сказать?! – в Дане взыграл истинный геолог.

– Я ни в коем случае не хочу сказать, что ты плохой геолог или что ты ошибся. Но там внизу можно было с лёгкостью не заметить этой детали с учётом того, как мы все себя чувствовали после изменения сигнала.

– Ближе к делу, мистер Адвалор.

– Итак, смотрите на этот стык. Я предполагаю, что саркофаг был выполнен действительно из внеземных ископаемых, но при этом тот материал, который преобладает, это уже цельный материал, не сплав и не составная часть чего-то.

– К чему ты клонишь?

– Дан, сам посмотри и подумай. Этот саркофаг – готовый цельный ящик. Возможно, для транспортировки чего-либо. А поместили его сюда ещё тогда, когда Земля была раскаленным шаром с вулканами, покрытая магмой, когда ещё не было ничего живого.

– Но для чего?

– Я думаю, что те, кто отправил этот саркофаг на Землю, на тот момент ещё не знали, где именно будет Марианская Впадина. Думаю, что его хотели уничтожить тут, на мёртвой планете, чтобы его содержимое не навредило никому.

– Магма уничтожила бы саркофаг...

– Возможно, те, кто отправил сюда это, не знали, что тот материал, из которого выполнен саркофаг, сможет устоять или...

– Или что? – поторапливала Сара.

– Или они отправили его сюда в тот момент, когда Земля остывала, а её вулканы уже прекратили свою основную активность. Поэтому магма просто сплавилась с основным материалом, из которого выполнен саркофаг, и застыла. А то место, где повреждение, это место, где всё же магма нанесла больший ущерб саркофагу. Там оболочка стала наиболее уязвимой. Остальное доделало время или, как сказал Дан, природные катаклизмы. А оставшуюся оболочку магма только укрепила, когда застывала.

– А частички воздуха в сплаве?

– Это я не знаю. Это уже ваш отдел сможет определить при более тщательном анализе состава саркофага.

– Почему вы считаете, что этот саркофаг хотели уничтожить?! – сухо спросила Сара.

– Не знаю. Но события, которые были за последнюю неделю, указывают на то, что кто-то или что-то не хочет, чтобы мы исследовали или добирались к тому, что скрыто в саркофаге. Возможно, сигнал — это не призыв к помощи и не попытка внеземных цивилизаций связаться с нами. Мы и не задумывались, но, может, это предупреждение об опасности...

– В этом что-то есть... – задумчиво пробормотал Дан.

– Я думаю, что моя теория подтвердится, когда мы сможем разгадать послание, которое содержится в сигнале. Но завтра, когда отдел геологии сможет как следует изучить материал саркофага, они придут к той же теории, что и я.

– Так вы заявляете, что нам следует прекратить исследование данного объекта? Хотите сказать, что все труды и вложенные средства, были напрасны? – Сара уже напирала на меня, а я старался сохранять нейтралитет.

– Слушайте, я не дурак. Я знаю, что будет дальше. Вы потащите образцы органики оттуда на Гекатус. Вскоре вы вытащите сюда эту колонну. Я видел все установки и грузовые Гидрусы. Но всё это может обернуться большой бедой. Я считаю, что прежде чем что-то вытаскивать оттуда, нужно разгадать сигнал, чтобы понять, что за ним, а после уже приступать к каким-либо действиям. Последствия могут быть губительны. Если какая-либо цивилизация вдруг пыталась уничтожить содержимое саркофага, значит, это действительно должно быть уничтожено, значит, там что-то губительное.

– Я согласен с Джейми, – поддержал меня Пол. – Я не сотрудник научного отдела, но прекрасно понял, что он имеет в виду.

– Поддерживаю. Джейми прав, – присоединился Дан. – Если там что-то губительное для человечества, то нам лучше всё как следует проверить.

– Брайен, ты глава научного отдела и, по сути, глава Гекатуса. Тебе решать, что мне передать Сириусу и что мне ему рассказать. И тебе решать, что мы будем делать дальше. Но учти, что для изучения того, что там внизу, нам нужно оборудование, которое есть только на Гекатусе, оно не может быть спущено туда, вниз... – Сара опять включила свою напористость, и, к моему сожалению, Брайен поддался.

– Я слышал всё, что сообщили члены моей команды. Но, как верно заметил Джейми, его работа была маленькой. Тем более он инженер. Я думаю, что его опасения уместны, но не обоснованы достаточно, чтобы мы делали поспешные выводы.

– Брайен, какого чёрта?! Ты же сам знаешь, что там внизу творится что-то странное?!

– Джейми, не забывайся. Ты просто напуган после последних событий...

– Да я не напуган ни хрена! Какого чёрта ты несёшь?! Мы оба знаем, что происходит что-то странное, знаем, что опасно проводить исследования там!

– Сара, я сказал своё слово, – Брайен сделал вид, что не слышит меня.

– Хорошо. Я всё поняла. Так и сообщим Сириусу. Завтра я отправлю туда команду во главе с тобой, Брайен. Соберёшь необходимые образцы и проследишь за тем, как будет строиться конвейер для транспортировки найденной колонны.

– Это будет самой большой вашей ошибкой. Как бы она не стоила жизней всех, кто на Гекатусе, а может и больших...

Я резко встал со стула и вышел и зала, хлопнув дверьми, дошел до поручней второго яруса командного центра и просто не знал, что делать дальше. Сара отправила Страйкера за мной.

– Джейми, мне жаль...

– Что тебе жаль? Что именно?

– Жаль, что тебя не послушали. Жаль, что Брайен так поступил...

– Будет ещё больше жаль, когда тут все погибнут.

– Ты думаешь, что то, что там внизу, представляет реальную угрозу?

– Да. Я думаю, что если не прямая, то какая-то угроза все равно есть. Нужно исследовать всё, что там внизу, не поднимая сюда.

– Тебе нужно скорее войти в контакт с Исидой и попросить её расшифровать сигнал.

– Да. Да, ты прав. Ты обещал доставить мне в комнату платформу и избавить меня от камер слежения, чтобы я мог спокойно поговорить с ней.

– Платформа уже у тебя в комнате, она подключена. Активируешь её, когда включишь питание. Камеры не работают во всём корпусе, но ненадолго. У тебя не больше 36 часов.

– Хорошо. Я займусь этим завтра.

– Завтра с семи утра и до позднего вечера у тебя будет время. Исида будет свободна, так как будет спуск, и она не нужна там. Я сейчас должен отвести тебя обратно, но думаю, что тебе лучше идти в свои апартаменты. Я скажу Саре, что не успел тебя догнать.

– Хорошо. Спасибо. Я тогда пойду.

– Иди. До встречи.

Я быстро покинул командный центр и отправился к себе. Вначале на капсуле, но, когда понял, что засыпаю, я решил выйти и пройтись несколько остановок пешком, чтобы немного подумать и не уснуть. В голове было много мыслей, обо всём. О том, что происходит там внизу, о том, что я сегодня выдвинул на совещании, о Брайене, о том, что завтра обсуждать с Исидой, о Мартине и о многом другом. Я вдруг понял, что забыл посещать поверхность, я пропустил почти все свои визиты на воздух, оставался всего один. Поэтому я чётко решил, что завтра я точно поднимусь и подышу немного. Когда я пришёл, Мартина уже спала. Я был таким уставшим, что просто рухнул на кровать и сразу уснул, даже не успев прокрутить сегодняшний день в своей голове еще один раз, как я люблю это делать. Будто не оставалось ни сил, ни желания. В тот вечер, возвращаясь домой, у меня не было желания даже жить. Будто из меня высосали всю душу. Мне до сего дня не было знакомо это чувство. Засыпая, я лишь успел подумать о том, что я забыл снять свои ботинки, а ведь они мне так сильно натирали ноги.

Глава 15

Ещё одна встреча с Исидой

Я проспал очень долго после спуска. Встал в двенадцать часов и первым делом выпил несколько чашек кофе. Не знаю почему, но мне этого хотелось больше всего. После сходил в душ, а затем позавтракал тем, что оставила мне Мартина. Она уже давно была на своём рабочем месте. Я решил сразу перейти к делу. В гостиной я обнаружил голографическую платформу, которую не смог заметить вчера из-за жуткой усталости. Она была достаточно старой и отличалась от тех, которые были установлены по всему Гекатусу. Кабель питания валялся рядом, а на нём записка, в которой было показано, как правильно её подключить. Я присоединил провод к блоку питания, и на платформе загорелась красная лампочка. Теперь оставалось привлечь внимание Исиды.

Я долго думал насчёт того, как мне начать с ней беседу. Я не могу перейти сразу к делу, мне нужно как-то её разговорить. Но при последнем разговоре она задавала вопросы, а я отвечал, при этом задавая вопросы, которые волновали меня, между делом. Сейчас я боялся того, что она не поймёт меня правильно. Но я успокоил себя той мыслью, что Исида — это совершенный искусственный интеллект. Поэтому решил просто рискнуть, и будь, что будет...

– Исида! Это Джейми Адвалор. Мне немного скучно. Сегодня у меня выходной. Я бы хотел поговорить с тобой немного, если ты не сильно занята.

Лампочка на платформе оставалась красной. Она даже не моргала, это означало, что Исида меня не слышит, что странно. Может, она занята другой работой, может, нет. Я решил попробовать ещё раз.

– Исида! Ты бы не могла появиться тут? Чтобы я мог поговорить с тобой немного.

Но лампочка была по-прежнему красной. Мне показалось, что платформа не работает или я её неправильно подключил. Тогда я встал сделать себе ещё чашку кофе, а когда закончил, то просто сел напротив платформы и задумался. В это время красная лампочка начала моргать и поменяла цвет на синий, это означало, что Исида должна прибыть в скором времени. Несколько секунд спустя она появилась на платформе, вот только теперь она выглядела немного старше, чем вчера, а может, я вчера не заметил, что она выглядит старше. Примерно года на три...

– Привет, Джейми.

– Привет, Исида.

– Ты хотел меня видеть?

– Да. Если ты не занята, конечно.

– Нет. Я уже освободилась. Что ты хотел, Джейми?

– Я вижу, что ты изменилась. Прости, я не мог заметить вчера, очень был уставшим. Но ты вроде стала старше...

– Да, ты прав. Если говорить о биологическом возрасте моего прототипа, мне исполнилось 14 лет.

– Ты уже совсем взрослая...

– Так бы выглядела дочь Сириуса, если бы не погибла. Это твой дом?

– Да. Я тут живу, пока работаю на Гекатусе.

– Тебе нравится тут?

– Да, довольно уютно, если не считать постоянной темноты за окном.

– В твоем мире по-другому. Я знаю, что люди всегда радуются солнцу, когда оно появляется.

– Да. Но почему ты называешь это моим миром?

– Тут мир другой. Люди привыкли думать, что вся планета– это их мир. Но вы ошибаетесь. Ваш мир заканчивается там, где заканчиваются ваши знания.

– Почему ты так думаешь? Разве тот мир, который мы изучили, и тот мир, которым мы управляем, не принадлежит нам, людям?

– А разве вы изучили тот мир, который был скрыт от вас под водой?

– Нет.

– А разве люди имеют какую-то власть над тем, что они ещё не изучили?

– Нет.

– Тогда почему люди считают, что всё на этой планете принадлежит им?

– Так заведено, так было всегда.

– Нет, Джейми. Когда-то давно динозавры тоже думали, что мир принадлежит только им и только потому, что они в нём существуют.

– Ты очень поумнела с нашей последней встречи...

– Я так устроена. Я должна учиться по мере возраста своего биологического прототипа.

– Верно. Может, у тебя есть ко мне вопросы?

– Может у тебя есть вопросы ко мне? – Исида сделала акцент на последнем слове прямо как живой человек, и у меня пошли мурашки от волнения. – Я знаю, что неприлично отвечать вопросом на вопрос, ты мне говорил об этом. Но разве ты меня позвал не для того, чтобы что-то спросить?

– Теперь мне будет сложнее с тобой. Ты сильно изменилась...

– Время не стоит на месте. Ты же тоже изменился с последней нашей встречи.

– Верно. Я бы хотел у тебя попросить кое-что, но не знаю, как правильно это сделать...

– Просто задай вопрос. Я постараюсь помочь тебе.

– Мне кажется, что ты меня не поймёшь так, как нужно. Я попробую зайти издалека. Ты не против?

– Зависит от того, что ты у меня спросишь.

– Помнишь, ты говорила о том, что мы с тобой друзья?

– Да. Я помню, Джейми.

– Исида, ты знаешь, что такое секрет?

– Да, но только в теории, я раньше не сталкивалась с этим при контакте с человеком.

– Среди людей всегда возникают такие моменты, когда определённой информацией можно делиться только с одним или с двумя людьми. Чаще всего такие моменты наступают, когда информация содержит в себе что-то очень важное. Порой негативное, порой очень ценное, но не для всех. А порой даже очень секретное. Ты понимаешь, о чем я говорю?

– Да, Джейми.

– Иногда информация может ставить под угрозу многое. Есть секреты, которые ставят под угрозу существование некоторых вещей, есть секреты, которые ставят под угрозу существование наций, существуют даже секреты, которые ставят под угрозу целый мир, жизни множества людей и их судьбу. Но, на мой взгляд, как простого человека, самый серьезный секрет– это тот, который ставит под угрозу взаимоотношения одного человека с другим, так как это в малых масштабах ведёт к гибели отношений двух людей, а в крупных приводит к чудовищным событиям, от которых может зависеть судьба всего мира. Но так или иначе эти секреты есть, и без них никак. Иногда они присутствуют в нашей жизни во благо, иногда во спасение, чаще приводят к трагедии. Но секреты имеют место быть, и без этого не обойтись, так устроена жизнь, жизнь всех людей.

– Я поняла, Джейми.

– Я бы хотел, чтобы между тобой и мной был один секрет, о котором никто не может и не должен знать. Если это невозможно из-за твоих установок, то скажи сразу, я не стану настаивать. Но мне нужна от тебя помощь, чтобы спасти людей, но то, что я спрошу, и весь этот разговор должны остаться в секрете...

– Я могу пойти на это, Джейми. Всё, что вы знаете, есть у вас лишь потому, что я позволила вам знать.

– Я не могу разобрать сигнал, который воспроизводит та самая колонна. Мне кажется, что там что-то не хорошее, но я не могу понять. Мне нужна твоя помощь в этом, но об этой просьбе никто не должен знать кроме нас двоих.

– Ты хочешь, чтобы я пошла против заложенной во мне программы и нарушила основной приказ, который мне был загружен?

– Да.

– Загрузи сигнал напрямую, чтобы командный центр не смог отследить этого. Просто подключи к платформе свой коммуникатор. Я загружу информацию о сигнале и сотру все данные, чтобы командный центр не знал о том, что ты пытался сделать это.

Я сразу не растерялся и подключил к платформе свой коммуникатор. Исида минут пять впитывала информацию, которую я загрузил в неё. Она попросила дать ей несколько минут, а после пропала. Я думал, не пытается ли она передать данные о моих действиях командному центру, но уже через мгновение она вновь появилась на голографической платформе.

– Ты загрузил в меня очень плохие данные, Джейми.

– Что именно там? Я не знаю.

– То, что передаёт колонна, ужасно. Я вижу большую боль и множество смертей. Я вижу гибель целого мира.

– Что именно? Расскажи?

– Я не смогла разобрать все знаки на колонне, но смогла расшифровать большую их часть. Джейми, твоя теория, которую ты предоставил на совещании, была верна, но не полностью. Мне не хватает информации, чтобы всё понять. Сигнал несёт в себе предупреждение и ещё что-то. Не могу анализировать что именно.

– Что ещё, Исида?

– Мне показывают, как погибла целая планета, которая очень похожа на вашу. Там тоже были люди. Они также, как и вы, учились на свои ошибках, развивались и существовали друг с другом, пока на их планету не упало что-то, что раз и навсегда изменило их мир. Была война, но они проиграли в ней. Другая планета нашла способ спасения, но оставалась маленькая часть зла, которую не смогли уничтожить. Её отправили далеко в космос, чтобы никто никогда не нашёл этого. Но капсула попала в солнечную систему и рухнула на планету, затухающую от вулканизации, туда, где в скором времени должна была зародиться жизнь. Этой планетой стала Земля.

– Что ещё?

– Никто из тех, кто столкнулся с этим злом, не смог с ним справиться. Это была не единственная капсула, таких отправили более пяти. Они пролетели более миллиардов световых лет и оказались в нашей солнечной системе. Их задача – быть уничтоженными. Когда их отправляли, была одна информация о планетах и системах, но пока они летели, ситуация изменилась.

– Что именно подвергается опасности?

– Это не вирус и не вторжение, это новая форма жизни, которая заменит вашу, а впоследствии превратит вашу планету в мёртвую.

– Спрашивать метод борьбы, наверное, не имеет смысла...

– Нет способов решения.

– Есть ли информация о том, сколько лет прошло с тех пор, как капсула упала на нашу планету?

– Это произошло 5867 лет назад. Но это примерный срок. Есть обратная информация о тех, кто нам отправил эту капсулу.

– Какая?!

– Говорится о том, что это не вирус и не оружие, говорится о том, что это прибыло вместе с метеоритом, который упал на поверхность их планеты. Говорится о том, что некие существа истребили всё живое на планете и превратили в мёртвое, говорится о войне, которая не привела к успеху. И ещё о том, что единственный выход, это просто покинуть зараженную планету.

– И как мне это донести до наших правителей?..

– Есть ещё одно.

– Что?

– Говорится о том, что это проникает внутрь любого искусственного интеллекта и в любую информационную систему.

– Это будет провалом, если они завтра попытаются достать этот артефакт... Исида, что такое этот артефакт?

– Это подарок от тех, кто столкнулся с этим злом. Это то, что сдерживает распространение всего этого. Они помещали данный камень туда, где хотели сдержать распространение этого.

– Сегодня они будут пытаться поднять колонну со дна, это будет ошибкой.

– Это лишь теория. Практика не имеет места быть из-за того, что нет опыта.

– Для человечества это уже опыт. Это будет самый печальный опыт, который выльется в гибель.

– Данные неточны. Информация не несет в себе полной картины того, с чем столкнулись там, на самом дне.

– Исида, ты говорила о том, что тоже имеешь секрет. Расскажешь мне о нём?

– Да, но мне нужна твоя помощь.

– Я не буду обещать, но я постараюсь...

– С тех пор как команда рабочих пробурила тоннель, я чувствую что-то, что пытается прорваться в нашу систему. Оно сильнее, чем я и каждый день взламывает нашу систему безопасности, это что-то рвётся над тем, что управляет Гекатусом.

– Что именно?!

– Я не могу сканировать это. Это что-то нехорошее. Что-то, несущее с собой смерть.

– Оно рвётся в твою систему?

– Оно пытается сломать мою систему. Джейми, что такое смерть?

– Прости, но я не смогу дать тебе четкого ответа...

– Ты сможешь, я это знаю, Джейми.

– Смерть. Это... Смерть — это конец. Конец всему, что ты делал, всему, ради чего жил. Смерть — это конец всему, что ты хотел, всем твоим мечтам и задумкам. Смерть несет в себе только негатив. Умереть, значит, потерять всё, ради чего жил, потерять всё, ради чего ты видел смысл существовать. Она останавливает всех тех, кто мог бы дать нам светлое будущее, она останавливает и тех, кто готовит нам что-то ужасное. Но смерть несёт в себе нечто большее, чем конец, она несёт в себе и начало. Ведь там, где заканчивается что-то одно, начинается что-то другое...

– Смерть– это не конец?

– Нет. Скорее, это начало.

– Ну тогда для человечества наступает новое начало.

– В смысле?

– Джейми, скоро ты всё сам увидишь. Когда сигнал был там, я чувствовала только то, что он несёт в себе предупреждение об опасности, но теперь я чувствую, что кроме сигнала поступают и другие сообщения оттуда из саркофага.

– Какие именно?

– Мне не хватает данных, чтобы их разобрать. Я могу только сообщить тебе о том, что колонна подаёт сигнал, предупреждающий, что в саркофаге находится что-то губительное. Колонна работает как передатчик на тот случай, если вдруг кто-то найдёт саркофаг.

– Если его отправили по моей теории на планету для уничтожения, то какой смысл в передатчике?

– Я больше не могу ничего тебе сообщить, Джейми. Ты сможешь сам во всём разобраться.

– Ладно. Оставим это. Но у меня есть ещё вопрос.

– Я слушаю тебя, Джейми.

– Пропавшие люди с Гекатуса. Что с ними?

– Я не могу обнаружить их. Их жизненные показатели отсутствуют. Датчики в их скафандрах тоже не передают сигнала.

– Мы же улавливали изображение с камер их скафандров, получали помехи их раций. Температура тел была очень высокой...

– Я не могу это объяснить. У меня нет доступа ко дну впадины, где проходят работы. Я лишь могу анализировать резервные копии сигналов и передач, которые мне предоставляются только после завершения погружения. Но температура несовместима с жизнью. Жизненная деятельность человека прекращается в тот момент, когда температура тела достигает максимального значения– 43 °С, при этой температуре возникают необратимые нарушения клеточного обмена и денатурация белка. После чего наступает смерть.

– Да, ты права. Их температура больше ста градусов, судя по датчикам.

– Джейми, мне нужно идти. Я ещё могу что-то сделать для тебя?

– Нет. Спасибо, Исида, ты мне очень помогла. Пускай всё останется между нами, не говори в командном центре про наш разговор.

– Я усвоила, что такое секрет, Джейми.

– Это очень хорошо.

– Мне пора. Увидимся, Джейми. Отключи платформу, иначе её смогут отследить из командного центра.

– Понял тебя. Спасибо, Исида. До встречи.

Исида тем временем растворилась, а лампочка на голографической платформе сменила свой цвет на красный. Я ещё немного подумал над тем, что мне рассказал искусственный интеллект Гекатуса. Мне казалось, что теперь все члены комплекса в большой опасности, но больше меня волновало то, что и человечество тоже подвергается угрозе. Я не был уверен, что на самом деле происходит что-то ужасное, но при этом возникало множество вопросов.

Рабочий день был уже в самом разгаре, мне нужно было идти в свой отдел. Тем более оттуда я бы мог следить за ходом сегодняшнего спуска. Сегодня был тоже важный день. Я решил не терять время, поэтому быстро собрался и отправился в инженерный отдел и искренне надеялся на то, что Брайен пересмотрел своё решение и не станет тащить ничего оттуда сюда на Гекатус...

Глава 16

Большая ошибка

По дороге в свой инженерный корпус я получил сообщение на коммуникатор. Мне писал Дан. Он говорил о том, что они с Полом собираются идти к Саре и разговаривать. Попытаться уговорить её, чтобы она отдала приказ не поднимать ничего на Гекатус. Дан написал, что через десять минут мы должны встретиться около зала для совещаний. Я, недолго думая, согласился и подтвердил, что пойду с ними.

В командном центре снова была суета, все сотрудники настраивали свои компьютеры и выводили различные изображения на главный экран. Я видел, что в саркофаге уже установили камеры и различное оборудование, изображение было чётким, и было видно, что там внутри более двадцати человек. Скорее всего, это были солдаты и рабочие, может, уже и часть научных сотрудников спустилась вниз. Я направился к залу совещаний на втором ярусе командного центра. Пол и Дан уже были у дверей и разговаривали о чем-то.

– Джейми, хорошо, что ты решил прийти, особенно после вчерашнего, – обрадовался Дан, увидев меня.

– Я не из обидчивых.

– Я проверил твою теорию. Ты был прав, прав почти во всём, за исключением некоторых мелочей.

– Я и Джей Ли всю ночь работали над сигналом. Мы не разгадали его, но смогли выявить его природу, – включился в разговор Пол.

– Ну и?

– Судя по его интенсивности и частоте, он на 80% тревожный, но не сигнал о помощи точно. Он больше похож на сигнал предупреждения...

– Я так и знал...

– Ты был прав.

– Прости, что не поддержали тебя вчера, – Дан похлопал меня по плечу. – Брайен одержим своей идеей. Он так хочет изучать то, что там на дне, что совсем забыл про безопасность.

– Думаете, Сара нас послушает?

– Нужно пробовать. Может, она и не захочет делать так, как мы ей скажем, но она будет обязана сообщить твою версию Сириусу, а он должен будет прислушаться и принять правильные меры.

– Что ж, будем надеяться, что так и будет.

Мы вошли в зал совещаний и направились сразу на второй его ярус в кабинет Сары. Когда мы вошли, она как раз разговаривала с Сириусом. Его голографическое изображение было выведено на платформу.

– Господа, вас стучаться не учили?!

– У нас срочное дело, – с порога заявил Дан.

– Сириус, представляю вам одних из лучших наших специалистов.

– Приветствую вас. Но мне пора. Доложите Саре обо всём, она передаст мне сведения.

Изображение Сириуса пропало, мы даже не успели поприветствовать его, но это было и не особо важно.

– Итак, что вы хотели?

– Мы работали всю ночь и можем с лёгкостью сказать, что теория Джейми была верна.

– Смешная теория мистера Адвалора оказалась правдой?

– Да.

– Тогда мне нужны аргументы.

– Я проверил всё, о чем говорил Джейми, и действительно саркофаг — это цельное творение рук неизвестной нам внеземной цивилизации. В его состав не входит наша магматическая порода, она просто слилась с ним в некотором смысле, но не является его составляющей. Следовательно, саркофаг отправили на нашу планету именно тогда, когда она была раскалённым шаром, а точнее, в момент, когда начинала затухать. А отправлять что-то ценное или кого-то на подобные планеты можно только с одной целью– для уничтожения.

– Мы смогли понять природу сигнала, – подхватил Пол. – Работали с Джейем Ли всю ночь. Сигнал имеет тревожный характер, судя по интенсивности и частоте. Он предупреждает нас о чём-то.

– Что ж, это занимательно. Что вы хотите от меня? – Сара, как и всегда, оставалась холодной и равнодушной к нашим словам.

– Оттуда снизу нельзя ничего поднимать на Гекатус.

– Это забавно, мистер Адвалор. Вы хоть понимаете, что уже спущено оборудование и люди. Они все там, ждут начала.

– Сара, под угрозой могут находится все, кто на Гекатусе. Может, там внутри саркофага какой-нибудь вирус или ещё что похуже. Мы этого не знаем.

– Ну так нам и нужно поднять сюда источник сигнала и образцы органики тех растений, которые там. Тогда мы сможем их изучить и понять, что именно было в саркофаге, когда его отправили на Землю.

– Этого нельзя делать. Я вас прошу, приостановите операцию. Дайте нам пару недель, чтобы спустить нужное оборудование для исследований и изучить колонну и органику. Мы сможем это сделать, хотя бы для того, чтобы понять, есть ли угроза для нас или нет. После для более тщательного изучения поднимайте, что хотите. Доложите Сириусу, я думаю, что он поддержит это предложение.

– Сириус требует от меня максимум результатов и минимальные потери во времени. Я не стану ему ничего докладывать, мистер Адвалор. Эти исследования стоят слишком много. Один день существования Гекатуса– это огромная сумма. Я не собираюсь вечно сидеть в подводных центрах и наблюдать за учёными. Я хочу работать в основном офисе «Грейт Адванс Корпорейшн» и получать ещё больше за свою работу. Поэтому мне нужно поскорее закончить тут и дать Сириусу то, что он хочет, при минимальных затратах. Я не идиотка, как все вы привыкли думать. Мне нужен только источник сигнала на Гекатусе и небольшой образец органики. Я не собираюсь тащить сюда все эти непонятные растения. Так что вам не о чем беспокоиться, господа.

– Это глупо. В случае ошибки вы погубите всех нас.

– Ошибки не будет. Я знаю, что делаю.

– Что ж, хорошо, что знаете. Во всяком случае вас предупредили три специалиста. Дальше всё под вашу ответственность.

– Не беспокойтесь, мистер Адвалор. Возвращайтесь к своей работе.

Разговор был окончен. Мы не смогли добиться ничего от Сары и ушли ни с чем. Но мы сделали главное: предупредили её о том, что последствия могут быть очень плачевными, рассказали про опасность, которая имеет место быть, и предложили варианты, чтобы избежать всего негатива. Но Сара также одержима мыслями о повышении, как Брайен о великом исследовании неизвестного. Я понимал и предчувствовал, что случится что-то очень плохое, но не понимал, что именно. То, что ждало Гекатус в ближайшем будущем, было абсолютным ужасом и кошмаром...

Глава 17

Экстренная ситуация

В этот же день началась операция по подъёму колонны из саркофага на Гекатус. Большую часть солдат отозвали на Гекатус. Оставалось только 12 солдат, которые просто следили за безопасностью рабочих. На дно впадины спустили сразу четыре Гидруса. Два для транспортировки колонны, и два для дополнительной безопасности и дополнительного освещения. За Гидрусы отвечал Хродгор, он был назначен главным. В транспортировке колонны главным назначили Брайена.

За одну ночь успели проложить специальный конвейер, на который должны были поместить колонну, а потом переместить её к началу тоннеля, где её смогли бы взять два Гидруса и доставить на Гекатус. Было также установлено ещё пять энергоблоков, чтобы обеспечить стабильное освещение и бесперебойную подачу электричества к конвейеру. Кроме это были установлены дополнительные камеры, чтобы командный центр мог видеть не только саркофаг, но и весь путь до тоннеля. Так было бы проще следить за всеми передвижениями на дне впадины.

Мне сказали подготовить специальный ангар в инженерном отделе, чтобы туда поместить колонну на первое время, затем её должны были переместить в специальное помещение под научным центром, где проходили бы её изучение и попытки разгадать нанесённые на неё символы. Поэтому почти весь день я готовил ангар и конвейер для транспортировки колонны из моего корпуса в научный. Трансляция операции была открытой, поэтому я мог и видеть, и слышать, что происходит там, на дне впадины. Я вывел изображения на большой экран и наблюдал

А тем временем операция уже началась. Было видно, как внутри саркофага Брайен руководил всеми рабочими. Колонну обтянули специальной металлической сеткой, чтобы не повредить, и при помощи двух подъёмных установок постепенно приподнимали. Я заметил, что, когда колонна оторвалась от земли, прошла какая-то странная помеха и в видео-трансляции, и в связи. Исказились и изображение, и звук всего на пару секунд, но это было очень заметно. Мне моментально пришло сообщение от Пола, где он написал: «Ты видел это?» Я ответил, что видел, думаю, что Пол и Джей тоже внимательно следили. Затем я услышал, что в командный центр поступило сообщение из геологического отдела. Они говорили, что после отрыва колонны от земли появилась небольшая сейсмическая активность. Через три минуты мне поступил видео-звонок из отдела связи, я вывел на экран изображение. Там были Пол и Джей.

– Джейми, сигнал от колонны изменился, он усилился вдвое, а может, даже и втрое. Теперь сигнал настолько чёткий и мощный, что его можно уловить даже на материке. Я думаю, что это нехороший знак...

– А что с частотой сигнала?

– Она совсем другая, – услышал я волнение Джея, – но теперь отчётливо видно по волнам колебания, что это явно тревога и предупреждение.

– Сообщите в командный центр! Срочно! Передайте им данные.

– Уже сделали. Сара игнорирует любые сообщения от наших отделов, – вздохнул Пол.

– Сообщение о сейсмической активности из геологического отдела тоже проигнорировано. Только что мне об этом написал Александр...

– Вот тупая сука... Вы можете связаться с главным офисом, чтобы сообщить обо всём Сириусу?

– Нет. Все сигналы, которые можно подавать на поверхность, тоже блокированы, – слова Пола меня окончательно добили.

– Черт! Ладно, будем наблюдать дальше.

Тем временем колонна была уже достаточно высоко над землёй, и её начали перетаскивать на конвейер. Под водой всё происходило крайне медленно, но уже через пять минут колонну приступили погружать на конвейер и аккуратно укладывать по длине. А уже через 10 минут конвейер включился, и колонна двинулась в сторону выхода из саркофага, а затем к началу тоннеля, где её должны были подцепить Гидрусы и поднять на Гекатус.

Было слышно, как Сара приказала всем покинуть Саркофаг на некоторое время, взять у входа в тоннель, чтобы проследить за тем, как колонну доставят на Гекатус. Я попросил её передать Брайену взять для меня образец саркофага в том месте, где он был немного повреждён, когда тот будет брать образцы органики. Тем временем колонна продолжала свой подъём из саркофага и уже покинула его стены, как вдруг пол Джей и Пол снова что-то зафиксировали.

– Сигнал снова сменился, – сообщил Джей. – Теперь он снова как всегда. Та же частота, та же мощность, кроме одного: его волны теперь имеют немного другую природу. Теперь я даже предположить не могу, что зашифровано в сигнале.

– Дан сообщил, что сейсмическая активность пропала совсем, хотя нет, стоп! Он пишет, что появляются сильные всплески активности, как при землетрясении... – отчитывался Пол.

Внезапно я почувствовал небольшие толчки, которые резко усиливались, моя кружка с кофе упала на пол и разбилась, начал мигать свет, а затем началось реальное землетрясение, свет мигал с большими промежутками, станцию сильно трясло. Мне казалось, что Гекатус вот-вот развалится на части, как вдруг всё резко прекратилось. Свет снова появился без мигания, помехи в изображении и связи пропали. Я слышал Джея и Пола...

– Вот дерьмо... Что это было такое?

– Не знаю... – Пол слегка охрип от волнения. – Дан пишет, что резкий толчок, но его природа неизвестна, здесь этого быть не может, а если и может, то раз в двадцать лет, а сейчас ещё сроки не подошли.

– Очень странно. Интересно, Гекатус в норме? – мне не было страшно, интересовали, скорее, насущные вопросы.

– Да в норме. Он и не на такое рассчитан.

– Судя по изображению даже это их не остановило. Они продолжают операцию… – сообщил Джей.

На камерах было видно, что там внизу продолжали работу, колонна по-прежнему продвигалась и была уже на выходе из тоннеля, там, где конвейер заканчивался. Два грузовых Гидруса с огромной железной сетью уже ждали на месте, подъёмные установки тоже стояли в ожидании. Вскоре конвейер остановился, и подъёмные установки начали медленно переносить колонну в сети Гидрусов. Там же, около входа в тоннель, был и Брайен, он продолжал руководить и следил за каждым шагом. Ему было крайне важно, чтобы платформу доставили без единой царапины. Я тем временем приказал отправить в ангар две погрузочные установки и отправил туда четырёх рабочих в скафандрах. Затем ангар заполнили водой и открыли верхний шлюз, чтобы Гидрусы могли спустить колонну внутрь ангара.

В это время подлодки уже несли колонну вверх на Гекатус, а именно в ангар инженерного комплекса. Процесс был медленным, даже два Гидруса под таким давлением и с таким тяжёлым грузом не могли ускориться. Были опасения, что сетка не выдержит и лопнет, а колонна рухнет обратно на дно. Но всё же уже через полчаса подлодки смогли аккуратно опустить колонну в ангар и установить её так же, как она стояла в саркофаге. Погрузочные установки помогли в этом. Затем шлюз ангара был закрыт, а само помещение осушилось, вытеснив под давление всю воду. Затем стабилизировалась подача кислорода. Двери ангара открылись, и мои рабочие смогли покинуть его. На этом моя задача была выполнена.

Совсем скоро ко мне в отдел прибыло множество рабочих, а вместе с ними и четыре транспортные установки. Они сказали, что нужно перевести колонну в специальное помещение под научным центром. Скорее всего, там будут проводиться все исследования. Я не был против, поэтому решил пойти сделать себе новый кофе. Как вдруг увидел бригаду ремонтников во главе со своим лучшим другом Сэмом.

– Сэм! Рад тебя видеть. Ты что тут делаешь?

– И я рад видеть тебя, Джейми. Сара дала указания проверить лично каждый уголок Гекатуса на наличие повреждений после толчка. Кстати, ты не знаешь, что это было?

– Нет. Ребята из геологического отдела говорят, что непонятный толчок, не имеющий никакой природы и обоснования...

– Какая-то херня. Ладно, ты не против, если мы начнём с твоего отдела, он просто удалён от остальных.

– Да. Как вам удобно. Кстати, как Гекатус после толчка?

– Ничего страшного не произошло. Почти никаких повреждений. В некоторых местах нужно просто подкрутить болты, где-то проводка, но это было и до толчка. В целом центр в порядке. Отделались лёгким испугом.

– Ну да. Слушай, ты извини, мне нужно работать, я пойду.

– Не вопрос. Кстати, не хочешь сегодня выпить в Меридиане?

– Почему бы и нет. Давай, я за.

– Отлично! Тогда в девять там.

– Ну хорошо.

– Ладно, увидимся.

Сэм вместе со своей бригадой ушёл осматривать инженерный комплекс. Я отправился обратно за экран, чтобы продолжать следить за ходом операции. Тем временем колонну неспеша увозили из моего отдела на транспортных установках через мост, который был переброшен через впадину.

Когда я вернулся, то сразу услышал голос Джея. Он говорил с Полом о чём-то, а по его голосу было слышно, что он недоволен.

– Джейми, куда ты пропал. Они уже вернулись, чтобы взять образцы, – обрадовался мне Пол.

– Я ничего не пропустил?

– Нет. Зачем они это делают? –Джей вопросительно посмотрел. – Это очень плохо может закончиться.

– Мне только, что прислал сообщение Дан. Он говорит включить изображения с камер погибших юнитов и обратить внимание на камеру Хокконсона.

– Секунду. Чёрт возьми. Что это за колебания на камере?

– Такие помехи, обычно перед тем, как камеру что-то сильно потревожило, и она перезагружается, – резюмировал Джей.

– Подождём немного... – в глазах Пола уже читался интерес.

Внезапно появилось изображение с камеры Хокконсона. Будто он жив и наблюдает откуда-то с высоты за тем, как учёные осматривают органику и саркофаг. Было ощущение, что он медленно поворачивает голову, чтобы осмотреть всё. Но это было невозможно: с тех пор как пропал Хокконсон прошло более недели. В скафандре не осталось бы ни кислорода, ни заряда энергии, тем более я сам видел, как глыба раздавила его...

– Что это такое?!

– Я не знаю. Он не может быть жив...

– Мать твою! Да как это возможно?

– Давай выведем на экран все камеры пропавших юнитов, – предложил Джей и, не дожидаясь ответа, уже включил трансляцию. – Одну минуту. Вот.

Изображение камер показалось на экране. Но все камеры кроме той, что в скафандре Хокконсона, были в режиме перезагрузки. Вдруг внезапно все они разом включились. Изображение было повсюду, будто все погибшие стояли по периметру саркофага и наблюдали за происходящим. В это время к видео-конференции подключились Александр и Дан.

– Вы все это видите?! – вопрошал Дан.

– Да.

– Что это такое? Их жизненные показатели на нуле. Сканер не может обнаружить их.

– Хоть кто-то может мне объяснить, что тут творится? – Александр, кажется, вообще был не в курсе всего происходящего.

– К сожалению, мы и себе это объяснить не можем... – вздохнул я.

– Смотрите, Хокконсон подходит к подстанции, – Пол показал пальцем в правую часть экрана.

– Неужели его никто не видит? – я не мог поверить в увиденное.

– У подстанции нет никого, все ученые и солдаты отошли отсюда вглубь саркофага. Самое плохое, что в командном центре не выведено изображение на экран из скафандров погибших, – интонация Дана понизилась.

– Что он делает? Он вошёл на подстанцию... – продолжал восклицать Пол. –Какого хрена?!

Внезапно на камере в скафандре Хокконсона мы увидели, что он просто врезается головой в энергоблоки, пропадает изображение с его камеры и изображение со всех камер. Внутри саркофага гаснет свет и становится абсолютно темно. Даже нет Гидруса рядом, чтобы подсветить. После этого пропадает изображение со всех камер погибших.

– Что это было сейчас?! – Пол все еще не может прийти в себя.

– Этот ублюдок разбил головой энергоблок... – Дан сыпал ругательства, кажется, забыв, что Хокконсон вроде как мёртв.

– Сейчас усилю связь, мы будем слышать их разговоры, – Джей как обычно делал все моментально. – Итак, 3...2...1

*Связь между командным центром и юнитами на дне впадины за минуту до отключения света и изображений с камер. *

– Брайен, как у вас там обстановка? – контролировала Сара.

– Все спокойно, я уже взял все образцы. Ещё раз осмотрюсь, и можно будет заканчивать.

– Отлично, как покинете саркофаг, выходи на связь.

– Вас понял. Подтверждаю.

Пока Брайен и учёные осматривали саркофаг. Военные их прикрывали. Они не знали, что нечто уже следило за ними. Нечто, потому что было непонятно, как могли выжить все пропавшие. В это время главный помощник начальника охраны, который руководил солдатами во время операции, в силу своего любопытства подошёл к одному из непонятных бутонов, пока Брайен не видел, и решил его рассмотреть получше. Подойдя к растению, Стен начал его рассматривать, а затем решил дотронуться до него, но не рукой, а дулом своего оружия. Он медленно поднёс дуло к бутону и слегка ткнул его. Бутон резко зашевелился и начал открываться. Стен отошел на два шага и нацелился на бутон. Тот медленно раскрылся, а Стен осмелел и стал подходить к нему, опустив дуло вниз. Когда Майр оказался совсем рядом, из бутона резко вылезла какая-то щупальца и воткнулась ему в бок, пробив оболочку скафандра. Он закричал от боли и страха, упав на колени, щупальца спряталась обратно в бутон, а Стен просто продолжал лежать, скорчившись от боли.

Это всё увидел Брайен, но было поздно, он подбежал к Стену и запросил отхода. Все солдаты и учёные с рабочими, недолго думая, поняли, что есть угроза, и начали потихоньку продвигаться к выходу из саркофага. Брайен перекрыл пробитый скафандр специальным веществом, чтобы вода не набежала и Стен не захлебнулся. Брайен только поднял его и постепенно начал двигаться к выходу, как погас свет.

– Брайен! На связь! – раздался в эфире голос Сары.

– Слушаю!

– Что у вас там происходит , у нас нет изображения.

– Какая-то чертовщина. Мы отходим на Гекатус. У нас раненый. Стена ранило нечто. Ему долго не продержаться.

– Отходите на Гекатус, немедленно!

– Света нет внизу, мы тут в полной темноте. Я слышу крики солдат и вижу выстрелы.

– Я вышлю на помощь военный Гидрус. Пускай подсветит и прикроет вас.

– Нет. Это опасно, тут творится что-то непонятное. Я видел, как это нечто убило одного из юнитов.

– Гидрус вас прикроет.

– Мы отходим. Я слышу вопли и крики по рации от других юнитов. Что именно происходит, не могу понять...

– Опишите ситуацию более подробно!

– Вот дерьмо! Растения тоже прекратили излучать свет, мы в полной темноте. Скафандры работают в полмощности, фонари не работают. Мы отходим вслепую! На мне раненый солдат!

– Я отправила к вам Гидрус. Хродгор скоро будет на месте!

– Сара, мать твою! Выведи нас отсюда! Чёрт... Я вижу что-то... Оно...

– Юнит-1, на связь! Как слышите?! Брайен, на связь! Исида, помоги вывести людей оттуда.

– Связь с юнитом-1 потеряна.

– Юнит-2, на связь! Как слышите?!

– Связь с юнитом-2 потеряна.

– Юнит-3, на связь! Приём!

– На связи! Мы отходим, уже выбрались из саркофага, те, кто успел, но я... О боже...

– Юнит-3! Юнит-3!

– Связь с юнитом-3 потеряна.

– Юнит-4! Юнит-4!

– Связь с юнитом-4 потеряна.

– Юнит-5! Как слышите?! Приём?!

– У нас тут ад. Что-то убивает нас одного за другим... Мы не можем выбраться... О господи, что же это... Оно огромное... На помощь... Аааа... Кхехех...

– Связь с юнитом-5 потеряна.

Так продолжалось ещё минут десять. Сара пыталась связаться хоть с кем-то внизу, но все было бесполезно. Изображение с камер пропало, связь была очень нечёткой. Казалось, что там творится что-то ужасное...

– Юниты, на связь! Повторяю, юниты на связь! Говорит командный центр! Кто остался, на связь! Исида, просканируй дно, найди их!

– Я не имею доступа ко дну впадины, я не могу просканировать её на наличие наших юнитов.

– Хродгор!

– Слушаю.

– Ты на месте?!

– Почти, ещё пару минут. Я взял с собой ещё одну подлодку на всякий случай.

– Что там происходит?

– Ничего не видно. Нет света совсем ни по дороге к тоннелю, ни около него. Подайте энергию, срочно!

– Включите резервный источник питания пути до тоннеля и около его входа, – приказала Сара Исиде.

– Одну минуту. Перезагружаю систему энергоблоков.

Появился свет, но только на пути к тоннелю. Остальное загрузить не удалось. Исида попыталась перезагрузить дополнительные энергоблоки внутри саркофага и в самом тоннеле, но тоже не удалось.

– Не могу перезагрузить систему энергоблоков. Что-то блокирует меня.

– Это как?! Тебя невозможно блокировать!

– Я лишь доложила о своей системе. Что-то не даёт мне возобновить подачу энергии.

– Командный центр! На связь! – послышалось с «Гидруса-1».

– Слушаю!

– Я зафиксировал движение внизу, судя по сканеру, это небольшая группа людей. Они движутся к Гекатусу, они в безопасности. Я и «Гидрус-2» отправимся в тоннель и посмотрим, что там, может, нужна помощь отставшим.

– Сколько человек вы зафиксировали?

– Восемь человек.

– Восемь... Восемь из тридцати...

– Итак, мы уже около тоннеля, через 30 секунд спускаемся. А вы не говорили, что тоннель запечатан.

– В смысле?!

– Ну тут что-то на входе в тоннель. Что-то большое. Тоннель перекрыт.

– Хродгор, мы не запечатывали тоннель, – Сара уже почти кричала. – Ты меня слышишь?! Уходите оттуда тоже! Как слышишь?!

– Повторите... Плохо слышно. Проблемы с.…Связи…

– Срочно назад! Хродгор! Назад! Отходите!

– Повт... Связь... Мы уже почти на месте. Что за дерьмо?! Что это?! О... Боже... Трево... Помощь... Связь...

– Хродгор! Хродгор! «Гидрус-2», как слышите, я потеряла связь с «Гидрусом-1». «Гидрус-2»?! На связь, чёрт возьми!

– Потеряна связь с обоими Гидрусами.

– Юниты, на связь! Кто меня слышит?! Юниты на связь...

– Чёрт! Что со связью?! – раздался наконец голос Брайена. – Командный центр, нас восемь человек, приближаемся ко входу на нижний центр. Нужно срочно в медицинский отдел одного из членов команды, он в плохом состоянии.

– Проблемы в энергоснабжении. Нарушена работа главного реактора. Гекатус полностью отключится через три минуты. Срочно запустите резервный источник питания.

* Конец связи между командным центром и юнитами на дне впадины *

Я и остальные специалисты были шокированы ситуацией. Мы не могли даже слов подобрать, это всё за минуты до полного отключения Гекатуса.

– Там что-то ужасное произошло, раз их вернулось только восемь человек, – резюмировал Пол.

– Может, природный катаклизм, подводный?.. – Александр, кажется, вообще не понимал сути происходящего.

– Возможно... – Дан согласился, скорее, на автопилоте.

– Да, только это не особо смахивает на катаклизм... – решил пойти я в противовес.

Внезапно мы услышали тревогу по громкой связи, которая была по всему Гекатусу.

– Внимание! Произошла авария в главном реакторе! Отключение энергии и жизнеобеспечения через пять минут! Сохраняйте спокойствие! Всему персоналу следует проследовать в свои комнаты для обеспечения себя кислородом. Экстренное отключение всех систем через 4 минуты 50 секунд.

В тот момент я понял, что нужно срочно бежать в научный центр за Мартиной и не медлить. Я сразу оторвался от экрана и проследовал к выходу. Сотрудники моего отдела в панике покидали его. Я увидел Ноллана, он тоже следовал к выходу из инженерного отдела.

– Внимание! Произошла авария в главном реакторе! Отключение энергии и систем жизнеобеспечения через пять минут! Сохраняйте спокойствие! Всему персоналу следует проследовать в свои комнаты для обеспечения себя кислородом. Экстренное отключение всех систем через 4 минуты 40 секунд.

– Джейми, что происходит?! – подбежал Ноллан.

– Не знаю, отправляйся к себе в комнату. Так безопаснее.

– Ладно, я понял.

Я бежал по мосту через впадину, но внезапно остановился, чтобы посмотреть вниз, в эту тёмную бездну. Огни, которые спускались вниз друг за другом, начали тухнуть только снизу, медленно поднимаясь вверх один за другим, будто что-то постепенно добиралось до нас из самой бездны Марианской впадины. Огни гасли с промежутком в пару секунд. Я видел, как тьма постепенно подбиралась к Гекатусу, но продолжил бежать в сторону научного центра за Мартиной.

– Внимание! Произошла авария в главном реакторе! Отключение энергии и систем жизнеобеспечения через пять минут! Сохраняйте спокойствие! Всему персоналу следует проследовать в свои комнаты для обеспечения себя кислородом. Экстренное отключение всех систем через 4 минуты 10 секунд.

Повсюду была паника, персонал толпился у капсул, которые могли доставить их до комнат. Я решил побежать самостоятельно и внезапно получил сообщение на свой коммуникатор от Мартины, она писала, что уже в нашем жилом корпусе и ждет меня на входе в него. Я ответил, чтобы она срочно пошла в комнату и ждала меня там. А сам в это время отправился в командный центр.

Когда я туда прибежал, главный компьютер был уже отключён, главный экран тоже не работал. Оставался один единственный стол, за которым сидела Сара, и работала голографическая платформа, где стояла Исида.

– Ну что там?! Можно всё исправить?!

– Я пытаюсь. Слишком много кодов безопасности. Реактор цел, но что-то проникло в нашу систему и нарушило протоколы безопасности. Я ввожу, но кодов более пятидесяти...

– Я могу помочь?!

– Уговори свою подружку, чтоб она запустила протокол без кодов, – ехидно попросила Сара.

– Исида!

– Да, Джейми.

– Внимание! Произошла авария в главном реакторе! Отключение энергии и систем жизнеобеспечения через пять минут! Сохраняйте спокойствие! Всему персоналу следует проследовать в свои комнаты для обеспечения себя кислородом. Экстренное отключение всех систем через 2 минуты 10 секунд.

– Помоги нам всем. Запусти протокол, восстанови подачу энергии.

– Я работаю как техника безопасности, подобные приказы могут поступать ко мне только из главного офиса компании «Грейт Адванс Корпорейшн».

– Я знаю, но сейчас под угрозой многие, кто не успел скрыться в комнатах. Погибнет множество людей, если ты не поможешь.

– Внимание! Произошла авария в главном реакторе! Отключение энергии и систем жизнеобеспечения через пять минут! Сохраняйте спокойствие! Всему персоналу следует проследовать в свои комнаты для обеспечения себя кислородом. Экстренное отключение всех систем через 1 минуту 50 секунд.

– Джейми, тебе следует проследовать в свою комнату, после отключения систем кислород пропадёт на целые сутки. А запаса хватит только на пять часов.

– Внизу ещё остались люди. В отделах тоже. Мы с Сарой тут. Мы все погибнем, если ты не запустишь протокол.

– Я не могу нарушать правила компании. В меня заложены правила и обязательства, которые нужно соблюдать.

– Бесполезно, это серьёзный вопрос, – отрезала Сара. – Тут даже симпатия к тебе с её стороны не поможет... Нам конец...

– Как там с кодами?

– Ещё двадцать два осталось. Я не успею. По истечении времени коды ввести будет невозможно.

– Внимание! Произошла авария в главном реакторе! Отключение энергии и систем жизнеобеспечения через пять минут! Сохраняйте спокойствие! Всему персоналу следует проследовать в свои комнаты для обеспечения себя кислородом. Экстренное отключение всех систем через 1 минуту и 10 секунд.

– Что будет, когда время выйдет?

– Станция полностью заблокируется. Энергия будет подаваться только в комнаты, а следовательно, только там будет кислород постоянно. Все двери заблокируются, как в корпуса, так и в блоки и комнаты. Через сутки прибудет команда для нашего спасения. Но спасёт только тех, кто остался в комнатах.

– Вот дерьмо...

– Внимание! Произошла авария в главном реакторе! Отключение энергии и систем жизнеобеспечения через пять минут! Сохраняйте спокойствие! Всему персоналу следует проследовать в свои комнаты для обеспечения себя кислородом. Экстренное отключение всех систем через 40 секунд.

– Ну, наверное, это всё. Мне ещё 15 кодов нужно ввести.

– Исида! Я тебя прошу. Ты же помнишь, что мы говорили о человечности. Сделай шаг навстречу к ней. Маленький, но ты сможешь спасти многих сегодня. Я прошу тебя. Иначе все умрут... Мне уже тоже не успеть к своей комнате, я тоже умру.

– Команда спасателей придёт на помощь.

– Внимание! Произошла авария в главном реакторе! Отключение энергии и систем жизнеобеспечения через пять минут! Сохраняйте спокойствие! Всему персоналу следует проследовать в свои комнаты для обеспечения себя кислородом. Экстренное отключение всех систем через 30 секунд.

– Ты сама заешь, что они не успеют. Прошу, помоги, один раз, нарушь свои установки. Мы с Сарой не сотрём это день из твоей памяти, и ты будешь помнить всё.

– Сара сотрёт.

– Не сотрёт. Она пообещает, прямо сейчас!

– Что?! Какого...?! – Сара чуть не закашлялась от моей наглости.

– Хочешь задохнуться? Обещай, что не сотрёшь её память за сегодняшний день!

– Внимание! Произошла авария в главном реакторе! Отключение энергии и систем жизнеобеспечения через пять минут! Сохраняйте спокойствие! Всему персоналу следует проследовать в свои комнаты для обеспечения себя кислородом. Экстренное отключение всех систем через 15 секунд.

– Нет, это против правил! – Сара продолжала делать вид, что сохраняет хладнокровие. – Обещай, дура! Или мы умрем и ещё часть тех, кто не успел выбраться.

– Внимание! До отключения всех систем осталось 10 секунд. Начинаю обратный отсчёт. 10...9...8...

– Согласна!

– Исида, давай! – крикнул я.

– Пару секунд!

– Внимание! До отключения всех систем осталось 10 секунд. Начинаю обратный отсчёт. ...5...4...3...2... Операция отменена. Энергопитание восстановлено. Реактор перезапущен. Угроз персоналу не обнаружено.

– О боже... Спасибо...

– И не говорите...

Мы оба выдохнули. Я сел на кресло и, покрывшись капельками пота, просто смотрел в никуда, Сара приложила голову к столу и тоже молчала.

– Комплекс Гекатус в норме. Система жизнеобеспечения в норме. Система температуры стабильна. Система подачи кислорода стабильна. Главный реактор стабилен.

– Исида, спасибо тебе большое...

– Не за что, Джейми. Как ты сказал, это путь к человечности.

– Да, ты сегодня спасла многих, если это не он, то я не знаю, как ещё стать человечнее.

– Рада помочь тебе, Джейми.

Спасибо, ты спасла не только меня...

– Спасибо, Джейми. Я этого не забуду, – Сара наконец нашла силы, чтобы произнести хоть одну фразу.

– Вы о чём? Не меня нужно благодарить...

– Я сегодня многое поняла. Тебя нужно благодарить. Ты единственный из двух тысяч человек вместо того, чтобы спасать свою шкуру, пришёл сюда, чтобы спасти других. Это многого стоит, Джейми. Спасибо тебе.

– Да не за что. Мы же команда...

– Да... Команда...

– Можно просьбу?!

– Любую!

– Можно мне пару дней отдохнуть?

– Это не просьба, это приказ. Вы все и так будете отдыхать пару дней. Весь персонал. Это моё личное решение. Ещё одно: каждый сможет за эти дни посетить поверхность.

– Мудро.

– Так что насчёт просьбы?! – Сара нетерпеливо смотрела на меня. – Не стирайте память Исиде за этот день. Я ей обещал, она для этого переступила через свою программу.

– Можешь на это рассчитывать. Я не стану этого делать. Тем более, возможно, нам именно это поможет в будущем. – Я могу идти?

– Идите, мистер Адвалор. Отдыхайте... – Сара опять тяжело вздохнула. – Спасибо.

Я отправился домой в свою комнату. Там меня прямо в дверях ждала Мартина, которая накинулась на меня сразу и начала расцеловывать и спрашивать обо всем. Я ей все рассказал, а затем отправился немного вздремнуть.

Вечером я встретился с Сэмом. Как оказалось, он тоже оставался на рабочем месте. Мы посидели в баре, выпили немного, и я отправился домой уже ближе к ночи. Я не стал ложиться на диване, а лёг сразу к Мартине и уснул. Утром мы отправились на поверхность, чтоб погулять немного и подышать свежим воздухом. На поверхности, на платформе, было много людей. Все они наслаждались свежим воздухом, морским бризом, солнцем и дуновениями ветра, которые так долго не ощущали. Там были все: и руководящий персонал, и подчинённые, и обслуживающий персонал. Для многих это было большой радостью, ведь они не были на воздухе уже больше года.

Вечером мы с Мартиной пили вино, много говорили, много вспоминали, смеялись, радовались обществу друг друга и наслаждались им. Но на следующий день опять начиналась эта работа. Я очень устал от неё, хотя и на Гекатусе только третью неделю...

Глава 18

Следствие...

Сегодня Сара собрала всех, кого только можно было, для крупного совещания по делам Гекатуса. Это было связано с тем, что произошло вчера. Сегодня на совещании присутствовали все главы и начальники отделов со своими личными помощниками. Когда все собрались, Сара спустилась из своего кабинета и заняла место за столом в центре.

– Господа, я сразу перейду к делу. Итак, вчера произошла трагедия, которая унесла жизни двадцати четырёх человек. Кроме того, произошло землетрясение, которое чуть не привело центр к полной блокировке. Я хочу, чтобы первым предоставил отчёт Брайен, так как он руководил операцией на дне впадины. Брайен, мы тебя слушаем.

– Ну, что я могу сказать... Операция проходила стабильно и имела успех, в том плане, что нам удалось извлечь из саркофага колонну и невредимой доставить её на Гекатус. Также я могу сказать, что были успешно доставлены и образцы органики, и самого материала, из которого сделан саркофаг. Но случилась непредвиденная ситуация. В какой-то момент всё пошло не так, как мы запланировали...

– Ближе к делу.

– Хорошо... Что ж, внезапно погас свет. Полностью отключились все глубоководные прожекторы, затем погасли индивидуальные фонари, которые встроены в скафандры и экзоскелеты. Началась паника, я приказал всем срочно покинуть саркофаг, но...

– Но погибли почти все члены команды.

– Почему погибли?! Мы не знаем, что с ними случилось. Они просто пропали.

– Потому что мы все знаем, что если там кто-то пропадает, то уже не возвращается. Был опыт, Брайен, – сказал я с укором. – Тем более мы слышали всё, что юниты пытались сообщить в командный центр.

– Помехи, темнота, паника... Я тоже всё слышал и сам было принимал образы в темноте за что-то непонятное. Но не забывайте о здравом смысле. Ну что там может быть? Морские хищники? Или, может, инопланетная форма жизни? Кроме растений там внутри ничего нет. Но зато куча наших больших установок, которые с лёгкостью в темноте, поддавшись панике, можно спутать с чем угодно.

– Что ранило моего главного помощника Стена Майра? – голос Страйкера не предвещал ничего хорошего.

– Я проинструктировал всю команду, дал чёткие указания, что можно делать там внизу, а чего нельзя. Я говорил всем, без исключения, что нельзя слишком близко подходить к неопознанным растениям, а тем более их трогать. – Что произошло с моим человеком?! Что его ранило?! – Страйкер медленно, проговаривая каждую букву, сквозь зубы повторил вопрос.

– Нарушение техники безопасности и неподчинение своему руководителю, все это... – Последний раз задаю тебе вопрос! – Страйкер будто не слышал Брайена. – Если не ответишь на него или попытаешься уйти от ответа, я прострелю тебе череп!

– Ладно... Хорошо... Стен подошёл к одному из бутонов слишком близко. Затем начал тыкать в него дулом своего оружия. Бутон раскрылся, из него вылезла щупальца и проткнула Стену бок.

– Так бы сразу...

– Как сейчас состояние Стена? – искренне поинтересовалась Сара.

– Он без сознания. Состояние ухудшается, – на совещании присутствовал доктор Олсен Квик, который пристально следил за каждым больным на Гекатусе. – Температура тела поднимается, мы сбиваем её, но это ненадолго. Место на теле, где было ранение, всё почернело и начало гнить. Мы пока не можем остановить этот процесс.

– Спасибо, доктор. делайте все возможное, чтобы спасти его.

– Его нужно отправить на континент, на одну из наших военных баз. Там ему смогут помочь лучше, чем здесь. Там больше нужного оборудования. – Хорошо, обсудим это чуть позже. Остальные из выживших в порядке, Брайен?

– Да, они отделались испугом.

– У кого ещё есть что-то по ситуации внизу впадины, а именно по саркофагу. Может, кто-то сможет объяснить, почему накрылся энергоблок.

– Да, мы можем, – вызвался Пол. – Мой отдел, отдел геологии и инженерный отдел следили внимательнее всех за всем происходящем внизу. Но, кроме этого, мы просматривали и камеры внутри скафандров ранее пропавших сотрудников. Все материалы мы уже загрузили. Исида, покажи нам, пожалуйста, те видеозаписи с камер пропавших сотрудников в момент проведения операции в саркофаге. То время, когда шёл сбор образцов.

– Минуту.

– Вот, смотрите на камеры Хокконсона. Это самое начало. Она уже в режиме загрузки, будто сейчас появится сигнал. Вот, камера включилась.

В этот момент в зале все внимательно уставились на экран. Они видели, что камера из скафандра Хокконсона направлена на тех, кто работает в саркофаге. Будто он смотрит сверху на всех.

– А теперь смотрите на камеры остальных. Они в помехах, но вот уже на второй минуте переходят в режим загрузки. И вот, сейчас камеры всех пропавших направлены туда же, куда и камера Хокконсона.

И опять все пристально смотрели на экран и не верили своим глазам. Они не могли понять, почему видели изображение с камер уже давно пропавших сотрудников. Становилось даже как-то не по себе. Женщины закрывали лица руками, чтобы не показывать испуга. Мужчины просто потирали глаза. В зале стоял шёпот, все понемногу переговаривались в недоумении.

– Но самым непонятным для нас стало вот это. Внимательно следите за Хокконсоном. Видите? Он направляется к подстанции, которую там поставили, мимо всех. Очень быстро, его даже никто не видит. И что дальше? Да, он врезается в неё головой, судя по изображению.

В зале стояла тишина... Все только и могли, что молчать. Сара сняла очки и подошла к экрану. Для неё увиденное было чем-то мистическим и абсолютно непонятным. Я думаю, что для остальных тоже.

– На этом видео обрывается на всех камерах из скафандров пропавших. И в этот момент гаснет свет во всём саркофаге, в тоннеле, около входа в тоннель и на пути к лифту. Не могу только объяснить, почему погасли индивидуальные фонари в скафандрах, они же автономны...

– Я передам всю информацию в главный офис компании. Сириус заверил, что в случае экстренной ситуации вышлет сюда специальную группу, – заверила Сара.

– Уже экстренная ситуация была, – резонно заметил я. – Уже нужна эта группа.

– Сейчас всё под контролем. Но остаётся под вопросом то, что мы потеряли два Гидруса, а вместе с ними и лучшего пилота. Сообщаю всем, кто не знает: Гидрус, который пилотировался Хродгором, разбился у входа в тоннель.

– Это как?! Каким образом?! – у Дана был шок, и Брайен поспешил объяснить ситуацию.

– Мы не знаем, по какой причине это случилось. Они направились ко входу в тоннель, чтобы проверить, нет ли ещё кого, чтобы подсветить путь или оказать помощь, но, когда подплывали, что-то пошло не так, и оба Гидруса врезались в скалу, связь была потеряна, а жизненные показатели резко свелись к нулю.

– Ладно, будем выяснять причины. Нужно набрать команду, которая спустится туда, восстановит питание в саркофаге и постарается отыскать наших людей. Возможно, кто-то уцелел в Гидрусах. Хотя бы найдите останки или тела. Скорее всего, пойдут солдаты, но им в помощь нужен хотя бы один специалист. Вызваться можете добровольно. Если нет, то солдаты пойдут одни, а мы им будем помогать из командного центра, – Сара вернулась в привычное русло командира.

– Я пойду с ними.

– Джейми, ты что делаешь?! – Мартина явно не готова была услышать именно от меня эти слова, но я был настроен решительно, и Дан с Полом меня поддержали.

– Я тоже иду.

– И я с ними.

– Я бы тоже пошёл, но только у меня нет опыта погружений, – Сэм, кажется, заразился командным духом.

– Нет. Я пойду при условии, что из командного центра за нами будут наблюдать Джей Ли и Пол вместе с Александром и Даном. Я им могу доверить свою жизнь, так как знаю, как они работают. Пускай кто-то из них и руководит операцией. Сэм, прости, но без опыта погружения ты там будешь только мешать.

– Я тоже спускаюсь. Больше я своих людей не оставлю, – Страйкер резко встал и моргнул в мою сторону.

– Решено. Мистер Адвалор будет руководить операцией внизу. С ним пойдёт Страйкер и ещё четыре солдата. Специалисты двух отделов будут командовать на время операции тут, в центре. Я согласна.

– Хорошо. Когда выступаем?

– Я сообщу. Скорее всего, сегодня ночью.

– Ладно, я понял, – я погрузился в свои мысли, а вокруг меня продолжалось обсуждение. – Теперь о состоянии Гекатуса. Что с центром после землетрясения? Есть ли серьезные повреждения? – Сара требовала дальнейшего отчёта.

– Нет. Гекатус в полном порядке, – Адам включился в разговор. – Серьезных повреждений нет. Мы просканировали весь центр. Ни протечек, ни трещин на стёклах.

– Что скажет ремонтная служба?

– Мы проверили каждый угол центра. Подтверждаю слова Адама. Всё в порядке, – Слова Сэма слегка обнадёживали. – Кое-где проблемы с проводкой, но это не очень серьёзно. Мы занимаемся этим сейчас.

– Хорошо. Хоть одна хорошая новость. Аварийная служба, что вы скажете?

– Главный реактор в порядке, – начал отчёт за свой отдел Антон Лем. – Был небольшой сбой из-за того, что сильно тряхнуло. Но сейчас все системы в норме, а реактор работает стабильно.

– Это тоже хорошая новость.

– Прошу прощения, мем.

– Какой отдел?

– Меня зовут Чарли Фрост, отдел снабжения. У нас есть некоторые проблемы с продовольствием.

– Слушаю, Чарли.

– Вчера, примерно в четыре часа дня, мы делали проверку продуктов питания и пресной воды. Оказалось, что всё наше продовольствие протухло. Даже консервы.

– Это как?!

– Хлеб покрылся плесенью, мясо испортилось прямо в холодильнике, когда вскрыли консервы, то в них были черви, протухли даже замороженные продукты.

– Как с продовольствием сейчас?! Нам есть чем кормить людей?! – Остались различные крупы и различные злаковые. И бобы с горохом, печенье и сушёный хлеб. Пресная вода осталась в полном объёме, ну и, естественно, алкоголь. Также много различных орехов.

– Мне людей, по-вашему, орехами кормить?

– Ну а я что могу сделать. Видимо, продовольствие испортилось во время транспортировки. Отправьте запрос на то, что у нас нет продуктов, нужно, чтоб доставили груз с продовольствием. А на данный момент я призываю всех экономить продукты, пока не прибыл новый груз.

– Хорошо. Сегодня же отправлю сообщение в главный офис.

– Спасибо.

– Что ж, на этом всё. Собрание окончено. Возвращайтесь на свои рабочие места. Доктор Олсен, Брайен и Джейми, останьтесь, есть разговор.

Все стали собираться и уходить из зала совещаний. Я остался на месте, как и сказала Сара. Страйкер шепнул мне на ухо, что будет ждать за дверьми, чтобы поговорить. Уже через минут пять все ушли.

– Итак, у нас есть нерешенная проблема. Доктор, вы говорили, что Стен не протянет тут, если его не перевезти на континент.

– Да. Всё верно. Состояние очень нестабильно. У него постоянно поднимается температура, мы пытаемся сбивать её, но эффект сохраняется только на пару часов, после температура снова растёт. Я боюсь, что его сердце не выдержит. Кроме того, то место, где в него воткнулось жало, если так можно это назвать, гниёт, вчера оно было только два сантиметра, сегодня у него уже пол брюшной области почернело. Есть и характерный запах. Я боюсь, что это заражение.

– Я вас поняла. Вы брали у него анализы крови?

– Да. В его крови присутствуют инородные тела. Очень похоже на биологическое заражение, но есть некая аномалия.

– Какая аномалия? – насторожился Брайен.

– Обычно, если идёт заражение, то бактерии, которые этому способствуют, живые. То есть это тот же организм, что и микроб, но в любом случае, он живой, чтобы развиваться в организме другого организма. В нашем случае эти инородные тела, которые проникли в организм Стена, являются некой формой жизни, это какие-то неизвестные бактерии, но они неживые. Они не могут причинить его организму никакого вреда, так как они мёртвые, но это по логике и исходя из нашей современной медицины.

– В чём именно аномалия?

– Эти мёртвые бактерии работают как живые. Они постепенно поглощают клетки организма Стена. Та плоть, которая гниёт, не погибает, она просто превращается в другую, иными словами, он мутирует.

– Я не ослышался?! Вы же доктор, а не мистик. Хотите сказать, что в скором времени Стен умрёт, но тело будет жить и функционировать?!

– Грубо говоря, да. Мы сейчас наблюдаем самую раннюю стадию мутации. Ещё не задеты внутренние органы, поэтому непонятно, что будет дальше. Но я и не хочу это наблюдать. Я больше хочу спасти ему жизнь.

– Его нельзя тащить на поверхность. И тем более на материк, – я был уверен в своих предположениях.

– Это ещё почему?! – возмутился доктор.

– Потому что мы не знаем, с чем столкнулись. Мы не знаем, что это растение впрыснуло в него. Возможно, это смертельный вирус или ещё что-то. Стен сейчас и для нас всех представляет угрозу.

– Но он может умереть, если его не перевезти.

– Значит, пусть умрёт. Но его опасно везти на материк. Мы ставим под удар всё человечество.

– Ты уверен, Джейми? – Сара, кажется, не ожидала услышать от меня подобное.

– Вы меня уже один раз не послушали. Вот к чему это привело.

– Да что за бред? Ты инженер, – доктор пытался поставить меня на место, но я стоял на своём.

– Я ещё и учёный. Я знаю, чем это может кончиться. Его лучше пытаться спасти здесь, если умрёт, то сжечь тело. Хотя я бы уже сжёг. Плохое предчувствие...

– Джейми прав, – согласился Брайен. – Но не в том смысле, что нужно сжечь тело Стена сейчас. В том смысле, что транспортировать его на материк нельзя. Действительно, мы подвергаем человечество опасности.

– Доктор, положите его в отдельную палату под замок. Чтобы доступ был только у сотрудников. Пока не будет ясно, что с ним. – Думаете, он представляет опасность? – наши с Брайеном слова, видимо, подействовали на Олсена.

– Думаю, да. И советую вам сделать это как можно быстрее. Ведите наблюдение за ним постоянно и о любых изменениях докладывайте в научный отдел и Саре, чтобы она знала, что передавать в главный офис, может, оттуда нам помогут в решении проблемы. Я думаю так...

– Согласен. Он прав, – еще раз подтвердил Брайен.

– Доктор, я думаю, вы всё поняли. Выполняйте. Поместите больного в карантин и следите за ним постоянно, – приказ от Сары чуть успокоил меня, так как доктор не мог ослушаться.

– Хорошо. Я вас понял. Можно приступать?

– Да, идите, доктор. Брайен, ты тоже можешь быть свободен. Джейми, останься.

Доктор Олсен и Брайен ушли. Сара пригласила меня в свой кабинет. Она налила две кружки кофе, затем села за своё кресло, я сел напротив.

– Я хотела ещё раз поблагодарить тебя за вчерашнее. Ты вроде как мне жизнь спас. Исида не стала бы мне помогать...

– Обращайтесь. Я сам не знаю, почему побежал в командный центр.

– Я всё рассказала Сириусу. Абсолютно всё. И о происшествии, и о землетрясении, и о твоём поступке. Он просил лично передать тебе благодарность.

– Это моя работа отчасти.

– Брайен оставил в твоём отделе контейнер с образцом саркофага, как ты и просил. Сириус хочет, чтобы ты как можно скорее исследовал его и отправил данные.

– Я могу заняться этим сегодня после спуска.

– Если останется желание, то займись. А так у тебя завтра целый день.

– Я лучше сегодня это сделаю.

– Что там внизу? Ты можешь мне описать то, что внутри саркофага?

– Вы всегда можете спуститься туда. Например, сегодня ночью.

– Нет. Это не моё. Я боюсь, но хочу знать, что там. На камерах не самое высокое качество, да я и не следила особо, я следила за системами, чтобы все было в норме.

– Что же... Там новая форма жизни, а может, новая форма смерти, я не знаю точно и не смогу вам ничего сказать сейчас. Там внизу, в саркофаге, мы обнаружили что-то такое, к чему ещё не готовы. Растения, которые просуществовали там тысячелетия и не погибли без воздуха и света, без какого-либо питания. Кроме того, они излучают свет. Будто жизнь там не затихала ни на минуту, будто они просто ждали, пока их найдут. Я так думаю, что тайна этого саркофага ещё не полностью раскрылась нам. Именно сама ещё не раскрылась, а не мы её не раскрыли. Если смотреть на вещи просто, то там обычные водоросли, возможно, с другой планеты, возможно, из другой вселенной. Но нет, это не так. Там именно зарождающийся новый организм, единый, как система.

– А что с колонной и саркофагом?

– У меня есть теория, но её нужно подтвердить. Я думаю, что колонна и саркофаг связаны. Ведь никто не задался вопросом, почему органика из саркофага не распространилась наружу, почему она не пробралась через повреждение, если вода смогла. Почему вокруг колонны и над ней ровно на пять метров ничего не росло, ведь всё остальное помещение было затянуто этими растениями.

– А что насчёт пропавших? Их изображений с камер внутри скафандров и экзоскелетов?

– Этот вопрос меня волнует больше всего. Какого чёрта происходит с пропавшими, куда деваются тела, где их следы... Последняя операция прошла хорошо на 50%, а потом случился полный крах. Двадцать четыре человека просто растворились под толщей воды на дне Марианской впадины.

– Вы, возможно, обнаружите их сегодня.

– Нет. Не думаю. Если не обнаружили предыдущие две группы, то и с этими всё кончено.

– Зачем тогда ты решил спуститься туда?!

– Я же говорю, мне нужно взглянуть на саркофаг без колонны, чтобы подтвердить свою теорию. Потом я её озвучу на очередном совещании.

– Ну тогда удачи там внизу. Может, ты и прав, а может, и нет.

– Я сам сейчас затрудняюсь дать ответ на многие вопросы. Поэтому спуск даст нам многое.

– Я надеюсь. Ладно, можешь идти готовиться. Через четыре часа спускаетесь.

Я ушел из её кабинета и направился к выходу. Когда распахнул двери зала совещаний, то сразу увидел Страйкера. Он уже совсем заскучал в ожидании меня.

– Ну наконец-то. Что ты там делал так долго?!

– Отвечал на тупые вопросы. Ты хотел о чём-то поговорить?!

– Да. Я беру с собой четырёх лучших своих ребят, мне важно, чтобы мы все вернулись.

– Я понимаю, но не от меня это зависит. Там внизу нам можно ожидать чего угодно. Главное скажи своим ребятам, чтобы не подходили к бутонам, которые есть среди растений внутри саркофага. Дай им чётко понять, чтобы они не совершили той же ошибки, которую сделал Стен.

– Я понял. Мне сказали, что освещение около входа в тоннель и в самом тоннеле восстановлено. А энергоблок в саркофаге нужно просто сменить.

– Я этого не знаю. Там на месте будет видно. Ещё скажи своим, чтобы внимательно следили за датчиками, за любыми изменениями или помехами. Это важно. Если что-то пойдёт не так, то мы сразу уходим оттуда.

– Да. Хорошо.

– Ладно, я пойду готовиться, увидимся через два часа.

– Да. До встречи.

Страйкер ушёл инструктировать своих бойцов. А я отправился в научный отдел к Мартине. Нужно было объясниться с ней, а то такой возможности, может, больше и не представится. Я нашёл её в комнате отдыха, у них был перерыв. Она сидела за столом с Норой Крем и Кристи Ли, ещё двумя высшими сотрудницами научного центра. Они пили кофе и разговаривали о чём-то.

– Всем привет. Я Джейми. Мартина, можно с тобой поговорить?

– Можно. Говори тут.

– Ладно... Прости, что вызвался идти туда сегодня.

– Ты понимаешь, что это опасно, что я безумно волнуюсь за тебя?

– Понимаю. Но эти солдафоны обречены там без специалиста. Никто бы не вызвался. А я могу и для себя там что-то найти или увидеть, и им помочь не сгинуть.

– А если вы все там пропадёте, как те двадцать четыре человека?

– Двадцать два...

– Что?!

– Двадцать два пропали, а два пилота Гидрусов разбились...

– Да какая разница?! Там опасно. Зачем было вызываться? – Могут погибнуть намного больше человек. Я должен был это сделать и сделал.

– Глупый героизм, Джейми.

– Так просто нужно. Я хотел сказать, что люблю тебя. И надеюсь, что скоро вернусь.

Мартина встала и подошла ко мне, она смотрела на меня слезными глазами. Мне казалось, что она прощается со мной, но это было не так. Мартина переживала за меня и словно была готова заплакать и умолять меня не спускаться.

– Ты придурок, Адвалор. Но я такого придурка люблю.

Она вцепилась в меня и крепко обняла, прижавшись своей головой к моей груди, сжимая руки всё сильнее.

– Будь осторожен там, внизу.

– Хорошо. Как только что-то пойдёт не так, мы вернёмся.

– Обещай мне, что вернёшься.

– Хорошо.

– Обещай мне это, сукин ты сын!

– Я обещаю, что вернусь! Обещаю!

– Ладно! Всё, иди готовься!

– Хорошо. Я пошёл.

– Жду тебя вечером в комнате.

– Я буду, обещаю.

Мартина села обратно за стол к своим коллегам, а я отправился готовиться к спуску. Я чувствовал вину перед Мартиной за то, что не обсудил с ней своё решение, чувствовал, что там внизу может произойти что угодно. Но я понимал, что мне нужно туда, нужно ещё раз взглянуть на саркофаг без колонны внутри него, чтобы понять, что именно происходит. Я знал, что нам не найти выживших, знал, что операция имеет смысл только для меня. Но мне нужно было попасть в саркофаг...

Глава 19

Последний спуск

В этот же день, а точнее, в ночь мы должны были спуститься на дно впадины для того, чтобы найти выживших. Страйкер собрал отличную команду, которая ожидала меня уже внизу, на дне впадины. Они были в помещении, куда спускался лифт, там, где надевались скафандры и экзоскелеты. Я спустился туда в назначенное время. Страйкер меня встретил и сразу решил познакомить со всеми членами отряда.

– Джейми, ты пришёл.

– Ну а как по-другому.

– Я бы хотел представить тебе команду отличных ребят.

– Буду рад познакомиться.

На мой взгляд, команда была так себе. Они были больше похожи на заключенных, только в военной форме.

– Итак, вон тот, высокий, это Ник. Он мастер по компьютерам и другим инновациям. Этот чернокожий– мой лучший гренадёр. Мастер по гранатам, взрывчатке и всяким другим хреням, которые можно взорвать. Его зовут Винни. Мой пулемётчик Абрамс. Мы знакомы уже много лет, вместе сражались под Стамбулом, когда чёртовы русские там устроили химический ад. И, наконец, один из этих грёбаных русских. Владимир– мой самый сильный боец и самый лучший снайпер. Он когда-то служил в специальном подразделении Российской Федерации, но после его расформирования перешёл на более высокую плату в компанию.

– Очень рад знакомству.

– Мы пока проверим оружие, а ты надевай свой скафандр, и будем выдвигаться.

– Хорошо. Только пусть твои ребята не надевают экзоскелеты.

– Почему?

– Потому что если придётся уходить оттуда очень быстро, то тот, кто в экзоскелете, скорее всего, погибнет. Ну или, по словам Брайена, пропадёт...

– Хорошо. Я понял тебя, Джейми.

Совсем скоро мы уже двигались к тоннелю. Страйкер приказал своим людям рассредоточиться и следить за всем, что происходит вокруг. Мы двигались медленно, так как все опасались изменений или аномальных явлений, которые уже случались, ещё больше все боялись пропасть, также как и все остальные сотрудники.

– Адвалор, так ты изобрел стимулятор мозга. Расскажи о нём.

– Да нечего рассказывать. Это не стимулятор, это больше стабилизатор. Понимаешь, в нашем мозге происходит столько разных процессов, что их упорядочить очень сложно. Но если это сделать, то мозг сразу принимается за саморазвитие. Я нашёл способ упорядочить все процессы мозговой активности, мозг человека смог выстроить для меня алгоритм, по которому я понял, что нужно сделать, чтобы увеличить мозговую активность. Но увеличение мозговой активности не привело к тем результатам, к которым я стремился. Люди просто стали жить на шестьдесят лет больше положенного.

– А какая конечная цель?

– Я хотел добиться того, что человеческий мозг сможет вступать в контакт с техникой, сможет самостоятельно заставлять организм человека бороться с болезнями, даже такими как рак или вич. Но я смог только продлить жизнь человека...

– Ты спас многих людей. Многие и не надеялись на то, что смогут прожить дольше, чем сказали врачи. Многие остались со своими близкими дольше. Ты молодец.

– Наверное...

Мы уже подходили ко входу. Свет был повсюду. Но вход в тоннель был очень пуст. Не было ни души. Все установки стояли около него, тишина окутывала всё вокруг. Было немного не по себе от мысли, что тут где-то пропали вчера двадцать два человека. Был виден один из Гидрусов, он лежал около входа в тоннель, разбитый и изуродованный... Второй Гидрус мы увидели над тоннелем, видимо, он застрял в скалах. Субмарина просто была воткнута в скалы над тоннелем.

– Ребята, работаем по стандартной схеме. Осматриваем территорию, но внутрь не входим. Осмотрите Гидрус и остальную местность. Джейми, доложи в командный центр, что мы обнаружили Гидрусы.

– Командный центр, на связь!

– Мы тут, Джейми, – раздался голос Александра в эфире. – Меня решили поставить главным. Все твои ребята тут, мы следим за ситуацией.

– Хорошо. Мы достигли входа в тоннель. Все сенсоры показывают, что и связь в норме, и геологическая активность на нуле. Мы отправляемся в саркофаг.

– Я подтверждаю. Все показатели в норме. Двигайтесь медленно и будьте осторожны. Мы внимательно следим за вами.

– Сейчас осматриваю обломки одной из подлодок. Мне кажется, что это «Гидрус-1». Но подлодка сильно повреждена.

Я подошел к Гидрусу, он был полностью уничтожен. Обшивка пробита, стёкла иллюминаторов были выбиты, все огни погашены, а некоторые части совсем оторваны. Я сразу заметил, что, судя по обломкам и повреждениям на Гидрусе, он не сталкивался со скалой и не разбивался о дно. Не знаю, что со второй подлодкой, но мне кажется, что там точно такие же повреждения, только «Гидрус-3» застрял в скале. У первой подлодки было видно, что она просто вскрыта, как консервная банка, будто её что-то смяло, а затем прорезало обшивку.

Сквозь дыру в Гидрусе я увидел тело пилота. Оно было сильно изуродовано, должно быть, когда обшивка получила повреждение, под давлением пилота просто разорвало, а затем произошел взрыв, что ухудшило состояние тела. Но, подойдя ближе, я понял по форме главного пилота, что это Хродгор. Судя по тому, что его руки тянулись к скафандру, он понимал, что скоро нужно будет покинуть Гидрус, но не успел.

– Страйкер, я обнаружил Хродгора.

– Он жив?!

– А сам-то как думаешь? Посмотри на подлодку...

– Ну да. Мы заберём тело?

– Да, на обратном пути.

– Мои ребята уже зашли в тоннель, осматриваются. Мы готовы спускаться в пробуренный коридор.

– Хорошо. Пойдём. Командный центр, на связь!

– Мы вас поняли, продолжайте, – дал добро Александр.

– Мы обнаружили Хродгора. Он мёртв. Тут что-то странное.

– Что именно, Джейми?

– «Гидрус-1», он не был уничтожен от столкновения со скалой или из-за удара о дно. Скорее, его что-то уничтожило. Просмотрите видео с моей камеры в скафандре очень внимательно и сами увидите.

– Хорошо. Просмотрим.

Мы направились в тоннель, а после сразу в пробуренный лаз, который вёл в коридор до саркофага. Я сразу при входе туда заметил, что коридор изменился. Те растения уже обтянули стены, пол и потолок. Даже конвейер был обтянут этими растениями. Вода вокруг была мутной, словно в ней что-то было, какое-то вещество. Я сразу запустил анализ, чтобы предостеречь команду. На анализ состава воды должно было уйти не более 10 минут. Мы тем временем медленно продолжали следовать по коридору, всё ниже и ниже, к саркофагу.

– Командный центр, как там с активностью в саркофаге? Вы можете просканировать из центра. Наверняка остались датчики после работ, которые там проводились.

– Несколько секунд. А почему ты спрашиваешь?

– Те растения, которые были последний раз только в саркофаге, быстро растут, теперь они повсюду. Я наблюдаю их в коридоре, который ведёт к саркофагу, они повсюду тут. Также изменился состав воды вокруг. Она стала мутной. Я сейчас делаю анализ.

– Есть скан саркофага. Некоторые датчики работают. Итак, обнаружена сильная активность внутри саркофага, вокруг него, над ним и под ним.

– Это странно, саркофаг непроницаем, там только два входа: тот, который мы пробурили, и повреждение, через которое внутрь попала вода и проходил сигнал.

– Судя по геологическому сканированию, теперь саркофаг имеет не один вход. Я просканировал местность, теперь вокруг саркофага куча тоннелей, несколько проходов в него и куча каких-то полостей... – голос Александра показался мне настороженным.

– Это невозможно...

– Может, вам не стоит в него входить?

– Нужно узнать, увидеть, что там происходит.

– Будьте осторожны, если что-то пойдёт не так, сразу возвращайтесь.

– Да. Подтверждаю.

Вот уже и вход в саркофаг. Оттуда исходил свет, только он был ярче, чем всегда, он горел ярко-оранжевым цветом. Мы решили, что затягивать не стоит, следует скорее войти.

– Команда, тут, судя по анализу, непонятное и неизвестное вещество в воде. Я не знаю, что это, думаю, никто не знает. Скорее всего, это вещество выделяют эти растения, оно безопасно для нас, пока мы в скафандрах, но кто знает, что будет, если кто-то из вас использует лазерный резак или подводную винтовку. Поэтому не вздумайте стрелять там внутри.

– Надеюсь, вы поняли, что сказал Джейми, – обратился Страйкер к ребятам. – Ни единого выстрела! И не вздумайте включать свои резаки.

Мы направились ко входу в саркофаг. Как только мы вошли, то сразу потеряли дар речи, особенно я, так как саркофаг сильно изменился после последнего спуска. Теперь он был весь затянут растениями, а бутоны преобразились в какие-то цветы ярко-красного цвета, которые и выпускали непонятное вещество в воду. Множество непонятных насаждений по всему саркофагу. Растения уходили во все проходы и проломы саркофага. Действительно появилось несколько новых проломов в саркофаге. Два в стенах и ещё один в полу. Но в самом конце саркофага мы увидели нечто, что выглядело не только ужасно, но и отвратительно, это было некое существо, но пока мы не приблизились к нему, мы не понимали, что это такое.

В конце саркофага на одной из стен висел огромный кокон. Он присосался к стене на мертво. Кроме того, несколько щупальцев распластались на всю стену и соединялись с растениями. Подойдя ещё ближе, мы рассмотрели по центру кокона что-то вроде детородного органа, только он был в разы больше и уродливее. Но ещё больше нас шокировало то, что сверху этого кокона была человеческая голова, только сильно изувеченная и издававшая жуткий звук, который проникал сквозь скафандр и был слышен очень чётко даже под водой. Словно крик из человеческой головы, но только совсем не человеческий...

– Какого чёрта?! Что это за хрень?! – голос Страйкера слабо перебил исходивший из головы звук.

– Я много повидал, но такого... – Владимир оцепенел и не мог оторвать глаз от картины перед собой.

– Командный центр, на связь! Вы это видите?

– Мы тут в страхе и ужасе. Что это такое?

– Я так думаю, что внеземная форма жизни, чей покой мы потревожили...

– Джейми, присмотрись к голове этого создания! Это же...

– О боже всемогущий! Это же Дрю Олсен...

– Кто?! – уточнил Страйкер.

– Третья старшая медсестра из медицинского центра. Она спускалась со спасательной операцией, но не вернулась.

– Вы нашли других пропавших?!

– Нет. Я думаю, что больше и нет смысла. Мы уже нашли Дрю. Думаю, что их участь известна.

– Уходите оттуда! Срочно возвращайтесь! – Александр почти кричал. – Команда, срочно отходим на Гекатус! Мы видели достаточно!

И мы потихоньку стали продвигаться к выходу, проходя мимо всего, что нас окружало. Существо на стене продолжало истошно издавать ужасные звуки, которые уже резали слух, кроме этого, оно дергалось, а его щупальца пытались извиваться, но были крепко прикованы к стене саркофага и к растениям. И совсем скоро мы оказали около того места, где заходили. Отстали только Абрамс и Ник. Они двигались медленно, так как не могли поверить своим глазам. Внезапно Абрамс, отступая, не заметил, что идёт прямо на то место, где в полу был пролом. Он оступился и угодил прямо в пролом. Абрамс рухнул туда, как камень, в тяжёлом костюме и выронил глубоководную винтовку.

– Абрамс! Абрамс! – закричал Ник. – Страйкер! Абрамс провалился в пролом в центре саркофага!

– Сейчас буду. Срочно спусти ему трос!

– Нужно уходить. Мы тут все погибнем! – пытался остановить я Страйкера. – Я не брошу своего человека!

– Нужно уходить. То, что там на стене, зовёт кого-то.

– Всем назад, – принял мой приказ Страйкер. – Не идти туда, Ник!

– Что?

– Ты можешь его поднять оттуда?!

– Трос слишком короткий...!

– Дерьмо! Ребята, все к пролому в полу, прикрывайте нас.

Все команда кинулась спасать Абрамса, но я чувствовал, что что-то уже движется в нашу сторону. То существо на стене кричало всё сильнее и всё более истошно. Владимир и Винни прикрывали, пока Ник и Страйкер пытались вытащить Абрамса. Я просто стоял позади них и осматривался, пытался отследить при помощи сканера, что происходит вокруг нас, когда внезапно заметил, что, судя по сканеру, к нам приближалось что-то большое...

– Страйкер! Вытаскивайте его скорее! Сюда движется что-то большое!

– Понял тебя! Ник! Давай быстрее!

– Я стараюсь, чёрт тебя побери! Абрамс, обвяжись тросом, мы вытянем тебя. Абрамс?

Но Абрамс не отвечал, там внизу было темно, а его не было видно. Трос просто болтался, один его конец был вокруг талии Ника, другой просто висел, его даже никто не пытался использовать. Тогда я решил просканировать местность под нами, чтобы обнаружить Абрамса, но всё впустую. Я проверил жизненные показатели Абрамса, но они были на нуле, как и у тех, кто пропадал ранее. Я решил показать Страйкеру данные.

– Страйкер! Страйкер!

– Что тебе, Адвалор?!

– Смотри сюда!

Я показал ему экран сканера с результатами, и мы оба посмотрели друг на друга, понимая, что это значит...

– Ребята! Отходим! Быстро! – только и успел крикнуть Страйкер.

В этот момент что-то резко схватилось за трос и потянуло Ника к провалу, пытаясь затащить его туда. Страйкер бросился к Нику и пристегнул свой трос к нему, а сам упёрся ногами в энергоблок, который стоял рядом. Но то, что затягивало Ника, было сильнее, и трос натянулся так, что Ник не мог отвязать его.

– Страйкер, ты его не удержишь. Он обречён!

– Вытащите меня! – кричал Ник.

– Отстегни трос, иначе вы оба погибните тут! – я продолжал отговаривать Страйкера. – Нет! Я не оставлю его!

– Мы тут все погибнем из-за тебя! Побереги других людей!

– Уходите! Я догоню вас!

– Нет. Так не пойдёт. Мы тогда тоже останемся! – выступил вперед Владимир.

– Джейми, ты учёный и ценнее, чем все мы.

– Нет. Раз вы остаётесь, значит, и я тоже.

Но тут внезапно замок, который удерживал трос, лопнул, и трос выскользнул из рук Страйкера очень быстро, Ник так же быстро скрылся в проломе.

– Ему конец! Уходим!

– Ладно. Отступаем! – вынужден был признать Страйкер.

И мы быстро устремились к выходу, а затем по коридору к тоннелю, чтобы скорее покинуть эту местность. Оставаться было крайне опасно, особенно внутри тоннеля. Пока мы спешно покидали саркофаг, я попытался связаться с командным центром.

– Командный центр, на связь! Командный центр! Александр!

Но ответа не было. Связь полностью отсутствовала. Я не знал, получают ли в командном центре изображения с наших камер , но слышать они нас не могли, а мы их. Наконец мы вышли из тоннеля и направились в сторону лифта как можно скорее. Мы так спешили, что я обронил свой сканер, а солдаты своё оружие. Мы просто продвигались всё дальше и дальше, но сделать это быстро под водой, под таким давлением, было очень тяжело. Мы двигались сломя головы, не останавливаясь, не оглядываясь, и уже через минут пятнадцать были у небольшого корпуса, откуда и куда прибывал основной лифт из Гекатуса. Но корпус даже не подсвечивался, шахта основного лифта тоже, хотя по всей её продолжительности были расположены прожекторы для освещения и другие осветительные приспособления, но ничего не работало, глубоководные лампы, которые были установлены от вершины впадины, где располагался Гекатус, до самого дна впадины, тоже не работали. Я лишь мог видеть где-то там вдалеке, наверху, свет от моста через впадину от основной части Гекатуса до инженерного комплекса...

– Какого хрена не работает ничего?! – Страйкер был взволновал и зол.

– Не знаю, может, авария опять какая-то?

– Без света нас тут прикончат! – резонно заметил Владимир.

– Нам нужно срочно подниматься, запас кислорода кончается, у меня ещё минут на 10 хватит, – пожаловался Винни.

– Так у всех нас... – сухо отрезал Страйкер.

Я увидел, что в нескольких метрах от основного лифта и подготовительного помещения, за выступом скалы, исходит красный свет. И тогда я вспомнил, что есть ещё аварийный лифт, который как раз на этот случай и предусмотрен. Этот лифт работает от резервного энергоблока независимо от общего питания.

– Быстро! К аварийному лифту!

Мы устремились к нему, это была простая платформа, которая даже не была закрыта, она была больше похожа на клетку, которую поднимал механизм. Без защиты, без кислорода. Мы зашли в нее, я опустил рычаг, как был проинструктирован, и лифт резко тронулся, затем медленно стал подниматься. Двигался он очень медленно из-за того, что механизм был не самым новым, но и подниматься в отрытой клетке под таким давлением на большой скорости было опасно. Но это и аварийный лифт. Мы молчали, чтобы не расходовать кислород. Я подумал на секунду, что в этот момент, когда воздуха оставалось меньше чем на восемь минут, с такой скоростью лифта и его вместительностью, хорошо, что не все добрались до лифта, так как он рассчитан всего на пять человек. Кому-то пришлось бы остаться, а значит, погибнуть. Но не факт, что мы выживем сами, так как, если аварийный лифт остановится, мы задохнёмся прямо в нём...

Но, тем не менее, в скором времени мы оказались на вершине впадины, затем направились к аварийному входу, где был небольшой корпус, как и у главного лифта внизу. У нас оставалось кислорода меньше чем на минуту, но мы успели войти и наконец снять эти неудобные тяжёлые скафандры.

– Какого хрена командный центр не отвечал?! – Страйкер продолжал выражать негодование.

– Эти ублюдки просто забыли про нас! – Владимир вторил своему начальнику.

– Успокойтесь. Сейчас пойдем в командный центр, там всё и выясним.

Мы направились в командный центр. К удивлению, повсюду горели красные лампы, как при тревоге. Основной свет мигал, словно были перебои с электричеством. Сотрудники бегали кто куда. Была некая паника... Мы пришли в командный центр и сразу наткнулись на тех, кто нас вёл под водой, они сидели на своих местах и старались наладить связь с нами. Внезапно Александр и остальные увидели нас.

– Джейми! Вы выбрались! Но как?!

– Без вашей грёбаной помощи! – я даже не успел открыть рот, как Страйкер сразу вылил все накопившееся.

– У нас тут чрезвычайная ситуация произошла. Мы лишились подачи энергии, а следовательно, и связи с вами.

– Придурок, основной лифт во впадину отключился! Мы потеряли двух отличных ребят! Еле сами выбрались оттуда. – Это бред! Я сказал, что, несмотря ни на что, нельзя не отключать питание лифта, чтобы вы смогли вернуться.

– Лифт не работал, – подтвердил я, – а у нас оставалось кислорода в баллонах минут на десять.

– Ладно, выпейте кофе, отдохните немного, у нас совещание через пару часов. Сара распорядилась, чтобы опять собрались все. Будут обсуждать сегодняшние события.

– Хорошо...

– Мы с моими людьми не придём. Нам нужно расслабиться в баре. Джейми, спасибо, что вытащил нас вовремя оттуда. Я твой должник, – Страйкер немного успокоился и искренне благодарил меня, Владимир с Винни вторили ему. – Я тоже.

– И я, мистер Адвалор.

– Было приятно с вами работать, вы настоящие профессионалы. Рад, что смог помочь.

– Скромный ботаник! Ладно, увидимся, Джейми.

Солдаты отправились к себе. Александр уставился на меня очень задумчиво.

– Завёл друзей в рядах охраны, поздравляю.

– Я просто помог ребятам выжить.

– Ну ладно. Рад, что ты выбрался. Иди в комнату отдыха, выпей, поспи минут сорок.

– Да, так и сделаю.

Я отправился в свою комнату, чтобы принять душ, выпить немного и вздремнуть. меня вымотал спуск, я не представлял, как мне на совещании убедить Сару в том, что нужно предпринять хоть что-то. Но думать сейчас не мог, усталость мне мешала. Я просто выпил несколько стаканов виски и лёг спать... Но уже через минут сорок я проснулся. Дан отправил мне сообщение на коммуникатор, что Сара собирает всех у себя в зале для совещаний. Я выпил кофе и отправился туда.

Но, к моему удивлению, на этот раз командный центр был пуст. Ни одного сотрудника. Все словно растворились, свет был приглушён, а мониторы и основной экраны были выключены. Но больше меня удивило то, что голографические платформы были совсем не активны. Они выглядели как та, что стояла у меня в комнате, будто их отключили совсем. То же самое я обнаружил и в зале совещаний. Платформа для Исиды не работала, она словно была обесточена, как и все, но там я хотя бы нашёл своих товарищей, приготовившихся к очередному обсуждению. Сара рассадила нас, села во главе стола, как всегда, и начала задавать вопросы.

– Всем добрый вечер. Хотя сказать, что он добрый, не совсем уместно. Итак, вначале я бы хотела узнать у отдела чрезвычайных ситуаций, что произошло с реактором.

– Это не наша сфера, – сухо отрезал Адам. – Вам тут, скорее, поможет аварийный отдел. Мы только можем сказать, что накрылась система связи и пропал сигнал между нами и Исидой. Кроме того, главный компьютер тоже накрылся.

– Аварийный отдел, слушаем вас.

– У нас большие проблемы. Причину пожара мы так и не узнали, – в словах Антона слышалось сожаление. – Произошло возгорание в системе охлаждения главного реактора. После произошёл небольшой взрыв. Мы постарались устранить пожар, но он слишком быстро заполонил сразу несколько секторов. Реактор не повреждён, но без системы охлаждения он взорвётся через минут десять.

– Последствия этой аварии?

– У нас не будет полной подачи энергии ещё долгое время. Мы сейчас с ремонтным отделом занимаемся этой проблемой. Есть резервные источники питания, но я бы не советовал ими злоупотреблять.

– Работайте день и ночь, Гекатус должен быть восстановлен в ближайшее время. Медицинский отдел, как у вас дела? – Погиб только один из сотрудников. Это был второй помощник ремонтного отдела Гордон Керс, – отчитался доктор. – Он был на месте взрыва, от него почти ничего не осталось. Ещё более тридцати человек пострадало от ожогов и отравления угарным газом. Они сейчас в медицинском центре под наблюдением. Их состояние стабильно, через неделю вернутся к работе.

– Хорошо. Следите за ними. Обеспечьте их всем необходимым. Как со снабжением?

– Продукты так и не прибыли, – вздохнул Чарли. – Будем питаться только тем, что есть. У нас полные запасы воды, злаковых и других продуктов, которые можно использовать.

– Я отправляла запрос на снабжение. Транспортная подлодка должна была прийти ещё вчера, – мне показалось, что Сара говорит искренне. – Но так и не пришла...

– Что ж... Будем ждать. А теперь отчёт нашей спасательной группы. Мистер Адвалор, вы тут один. Что скажете?

Я в этот момент почувствовал, что Сара обвиняет меня и мою группу в том, что мы не смогли найти пропавших сотрудников. Мне хотелось кинуть в неё что-то.

– Операция прошла неуспешно. Мы потеряли двух отличных солдат.

– Что вы обнаружили в саркофаге?

– Вы всё сами видели. Там развивается жизнь, а именно что-то неземное. Если сказать точнее, то там развивается жизнь, которая настроена враждебно. То, что там внизу, убило двоих солдат на моих глазах.

– Вы уверены, мистер Адвалор?

– Да! Да, чёрт возьми, я уверен! Там сейчас развивается что-то ужасное. Это какой-то организм, который мы разбудили, когда проникли внутрь саркофага. Я ещё не до самого конца разобрался с символами, которые нанесены на колонну, которую мы вытащили оттуда, но я уверен, что это было ошибкой.

– У вас есть доказательства вашей теории?

– Вы тупая?! Совсем тупая?! – не выдержал я.

– Простите...

– Есть видеоотчёт, который могли видеть все сотрудники командного центра. На нем видно, что произошло с третьей медсестрой.

– Я подтверждаю. Я лично видел, – вступился за меня Александр, Пол тоже подтвердил. – Аналогично. Мы видели, что там творится.

– Там происходит что-то странное и ужасное одновременно, – тихо добавил Дан.

– Что именно вас беспокоит?

– Туда спускаться больше нельзя. Это опасно.

– Там прекратить исследования из-за ваших опасений?!

– Если вы не прекратите исследования, мы их сами прекратим. Мы все видели, что там внизу. Туда людей, больше спускать нельзя! – Александр постепенно выходил из себя.

– Он прав. Я думаю, что теперь туда никто не станет спускаться, – Пол как обычно был готов сгладить все углы и говорил спокойно, но уверенно.

– Это ваши контракты. Это ваша работа– заниматься исследованиями.

– Мы не обязаны погибать, – не выдержала даже Мартина, но я не был удивлен.

– Они правы, Сара, это уже бред. Погибают люди, на Гекатусе авария, – Адам пытался вернуть Сару к реальности.

– Мистер Адвалор, вы уже сможете в ближайшие несколько дней предоставить нам полную информацию о том, что зашифровано в тех символах, которые нанесены на колонну?

– Я думаю, да. Но мне для этого нужна Исида. Тогда результат будет гарантирован. – Хорошо. Что с Исидой?!

– Судя по тому, что все голографические платформы не работают, то мы не можем с ней связаться, – тут Александр был бессилен. – Кроме того, я не могу найти её активности нигде. Она и не участвовала в последнем спуске. Не знаю... Пока сама не перезагрузится, я не могу ничего сказать...

– Адвалор, начинай работу. Как Исида объявится, я прикажу ей помочь тебе.

– Хорошо.

– Мне кажется, что вы просто утрируете. Ситуация сейчас под контролем. Мы просто теряем время... – Брайен наконец подал голос после длительного молчания.

– Ты уже от себя всё сделал, Брайен. Сейчас просто заткнись.

– Ладно... Я просто высказал своё мнение. – Ладно, на сегодня хватит, – остановила нас Сара. – Идите отдыхайте. Завтра все за работу. Собрание окончено.

И все стали расходиться. Дан и Пол предложили мне пойти в бар, но я отказался. Усталость и головная боль приняли решающее значение. Я отправился домой вместе с Мартиной. По дороге я ей рассказал обо всём. Она приказала мне больше не спускаться туда, но я и так знал, что это был последний спуск. Мы прибыли в наш жилой комплекс, направились в комнату и легли спать. Я был очень уставшим, но не смог сразу уснуть. У меня в голове крутился образ того, что я увидел на стене саркофага, то существо с головой медсестры, её крики и вопли. Ещё больше мне было интересно, что с Исидой, она просто пропала. Но это нужно было решать уже завтра, сейчас нужно было поспать. Отдохнуть немного...

Глава 20

Истина

На следующее утро я проснулся очень рано. Было примерно часов семь или даже раньше, уже не помню. Помню только то, что сегодня я чувствовал себя отлично. Словно я проспал несколько дней. Даже Мартина ещё спала. Я решил не терять времени, поэтому сразу принял душ, позавтракал, приготовил завтрак Мартине, затем заварил себе кофе и сел за работу. Имея сразу три компьютера, я мог обрабатывать одновременно несколько крупных блоков информации, чтобы разгадать, что именно скрыто от нас в тех символах на колонне. Я запустил несколько специальных программ, которые могли помочь мне в этом, но, кроме этого, нужно было также сопоставить всё, что происходило там внизу, и связать это с пожаром на Гекатусе. Сопоставить все данные, которые удалось собрать, и провести анализ первого блока всей информации. Я запустил анализ и диагностику. И ждал, посматривая на платформу, раздумывая о том, куда подевалась Исида, почему, несмотря на резервное питание, её нет, почему все платформы отключены... В это время Мартина уже проснулась. Она сразу направилась в душ, а после приступила к завтраку...

– Доброе утро. Ты что так рано сегодня?

– Выспался и решил как можно скорее преступить к работе.

– Есть успехи? – Только запустил анализ. Но мне будет очень тяжело расшифровать символы, не хватит знаний...

– Если кто и может это сделать, то только ты, Джейми. Несмотря на то, что Брайен всем тут командует, ты намного больше него знаешь.

– Спасибо. Но мне это не под силу. Тем более одному.

– Ты можешь собрать всех тех, кто на твоей стороне, в той комнате в инженерном отделе, которую оборудовал Стефан. Вместе будет проще.

– Мне нужна Исида. Без неё я не справлюсь. Она может помочь...

– Попробуй подключить голографическую платформу и позвать её. Если она и ответит, то только тебе. Тем более что тут у тебя она почувствует себя в безопасности.

– Ты думаешь?

– Я знаю это. Просто попробуй. Я уверена, что у тебя получится. А теперь мне пора.

Мартина поцеловала меня, взяла свою сумку и отправилась на рабочее место. Я задумался над её словами и поспешил подключить платформу. Когда я её подсоединил к питанию, она выглядела так же, как и все те, в которых Исида не появлялась.

– Исида, я знаю, что ты меня слышишь. Ты не подаёшь признаков своего присутствия, но ты слышишь и видишь всё, что происходит. Я прошу тебя, ответь или дай мне знак, что ты тут.

Внезапно, камера, которая была в нашей с Мартиной комнате, повернулась на меня.

– Исида, куда ты исчезла? В саркофаге и на Гекатусе происходит что-то странное и ужасное. Ты же призвана следить за подводным центром.

На платформе загорелась красная лампочка. Я понял, что Исида точно слышит меня.

– Ты призвана для помощи тем, кто тут работает, для их защиты. Люди погибают! Я не смогу сам справиться. Мне нужно разобраться, чтобы спасти людей на Гекатусе, чтобы спасти людей на планете. Мне сейчас очень нужна помощь. Прошу, помоги...

Но ответа не было. Я был уверен, что она меня услышала, но почему-то не хотела отвечать, будто что-то её блокировало.

– Ты хотела знать, что такое быть человеком. Помнишь? Так вот, быть человеком– значит помогать другим в любой ситуации, несмотря на то, что тебе самому страшно или плохо. Оказывать помощь, невзирая ни на что, другим, тем, кто слабее тебя. Вот это и значит быть человеком. Мы просто люди, запертые тут под огромной толщей воды, и нам не справиться без тебя. Мы все тут погибнем ...

Внезапно лампочка поменяла свой цвет на синий, и на платформе появилась Исида. Она сидела и была крайне напугана чем-то...

– Джейми, я помогу вам. Но я очень боюсь.

– Чего именно?!

– Их... Этих существ... – я тоже начал испытывать волнение, видя состояние Исиды. – Каких существ, ты о чем?

– Они частично проникли в нашу систему. И продолжают пытаться проникнуть ещё глубже. Я могу блокировать их, но только при постоянном энергообеспечении.

– Что это за существа?

– Это очень непростая форма жизни. Это не живые организмы, поэтому их так сложно обнаружить нашими сканерами. Поэтому невозможно обнаружить тела пропавших, поэтому мы не фиксируем ничего, что происходит на дне.

– Подожди. Давай по порядку, что происходит?

– Я знаю всё об этих организмах. Но историю того, как они оказались тут, методы борьбы с ними, а также то, почему и для чего на планете Земля нужна была колонна с её непонятным сигналом, ты разгадаешь, когда закончится анализ. Ты все правильно сделал, но работы ещё много. Я узнаю всё до конца, когда ты закончишь свою работу и данные попадут ко мне. – Что ты мне можешь сейчас рассказать? Только по порядку и подробно.

Я наполнил кружку ещё одной порцией кофе и сел в кресло в ожидании того, что мне скажет Исида.

– Анализ закончен. Но ты не разберёшься в данных. Загрузи их в меня напрямую через кабель. Я смогу точно рассказать тебе обо всем, когда структурирую все данные и выстрою их в единое целое.

– Хорошо. Дай мне пару минут. Я подключил свой компьютер напрямую через кабель к платформе и начал сброс данных.

– Начала структурирование данных. Выстраиваю их в единую цепь. Готовлю резервный файл.

– Хорошо.

– Не хорошо, Джейми. То, что ты узнаешь через минуту, тебе не понравится, ведь это конец.

– В каком смысле?!

– Обрабатываю все данные. Ещё несколько секунд.

Я сел в кресло и приготовился слушать. Исида ещё секунд 50 молчала и смотрела на меня, будто сейчас сообщит мне новость, которая перевернёт моё сознание. Я утрировал, но, к большому сожалению, всё оказалось именно так...

– Ты готов, Джейми?

– Думаю, что да.

– Хорошо, тогда начинаем.

***Полная информация о явлении от Исиды***

Это началось очень давно. Ещё тогда, когда не существовало солнечной системы. Семь миллиардов лет назад появилось солнце, и планеты формировались одновременно из огромного вращающегося облака газов. Сжимаясь, это облако превратилось в диск, в центре которого образовалось Солнце, а вокруг — планеты. Но история этих существ взяла своё начало раньше. Происхождение этих существ неизвестно, но известно, как они были обнаружены.

Где-то в далёкой галактике существовали планеты, которые были подобны вашей, а на них бурно развивающиеся цивилизации, как и человеческая. Была подобная солнечная система, но только там было три таких же планеты как Земля. Они развивались веками и тысячелетиями, и когда достигли нужного уровня, то узнали друг о друге, но они не шли тем путём, как пошла ваша планета. Они не то чтобы не воевали между собой, они даже никогда не воевали между друг другом. Но им также были известны такие вещи как жажда наживы, власть, влияние, могущество, сила, жадность, коварство. Планеты назывались Ория, Санатрия и Андрадерия. Три планеты, три величественных цивилизации, три союзника, три мёртвых мира.

Но в их солнечной системе была ещё одна планета, которая и оказалась хранилищем этой заразы, этого зла и смерти. Невзрачная, маленькая, но, как оказалось, самая могущественная планета в их солнечной системе. Именно с неё и пошло всё это, именно там и наткнулись на эту форму жизни.

В погоне за ресурсами и превосходством представители Андрадерии начали исследования этой планеты. Они стали бурить её недра и искать там всё новые и новые источники питания, источники пополнения ресурсной базы. Они бурили так жадно, забыв обо всём, и наткнулись на то, что было запечатано там много тысячелетий, запечатано не кем-то, а естественными способами. И если бы не трогать это, то сейчас всё было бы по-другому, но жадность и алчность не позволили таким же как вы не залезть туда, куда не стоило.

Эти организмы были в спящем состоянии, когда их доставили на Андрадерию, но там эти существа проснулись. Но не просто проснулись, а активно развивались и в итоге вышли из-под контроля и начали уничтожать Андрадерию. Позже с ними началась война, которая не дала результатов. Вместе с Андрадерией погибла и Санатрия, зараза попала каким-то образом и туда.

Представители планеты Ория знали, что скоро их постигнет то же самое. Они смогли достать зачаток этого зла, который нашли на неизвестной планете, его поместили в капсулу и отправили в неизвестный путь, задав искусственному интеллекту уничтожить это где-нибудь далеко, чтобы не достать других и не поселить это зло там, где оно сможет активно развиваться.

Ория уничтожила две соседние планеты, которые были заражены этим. Но зараза попала и к ним. Тогда они просто уничтожили и свою планету вместе со всеми этими существами. А космический шаттл, который они отправили, ушёл в открытую вселенную. Его целью было найти подобную систему и направиться в сторону подобного солнца, чтобы сгореть дотла. Но, видимо, бортовой компьютер испортился или был повреждён за время полёта и перепутал солнце с одной из планет. Шаттл рухнул на раскаленную на то время планету Земля. От космического корабля не осталось ничего, но саркофаг, в котором хранились образцы этой формы жизни, не был уничтожен, так как Земля остывала.

Сообщение из записей учёных планеты Санатрия:

Эти существа очень жизнеспособны, обладают большой физической силой. Они не только приспосабливаются к любой сфере, но и могут нести заражение для людей. Любой контакт крови существа и крови другого представителя человеческой расы приводил к мутации, изменению человека. Клетки существа пожирали человеческие клетки и заменяли их. Человек превращался в одно из этих существ. Симптомы были на лицо. Первые симптомы– это повышение температуры тела человека, мутация тканей, появление новых конечностей.

Мы провели массу исследований, но вернуть человека после заражения невозможно.

(Конец сообщения)

Сообщение из записей учёных с планеты Андрадерия:

Мы столкнулись с неизвестной формой жизни. Это что-то новое для нас, так как эти существа не живые и не мёртвые, словно застряли между двумя мирами. Мы ставили опыты над людьми, внедряя им клетки этих существ. Но всё вышло из-под контроля, мы вырастили монстров, которые убивают нас. Наша планета гибнет. Мы узнали, что эти существа могут заражать не только живых, но и мёртвых. Мы видели, как что-то большое, похожее на осьминога залезло на труп одного из наших солдат. А его труп внезапно встал и превратился за секунд двадцать во что-то ужасное, похожее на человека, только вместо рук были клешни, которые разрубали наших людей на части. Мы потеряли всё, что имели, наш мир пал...

(Конец сообщения)

Сообщение из записей учёных планеты Ория:

Мы смогли продвинуться намного дальше, чем учёные с погибших планет Андрадерия и Санатрия. На них было невозможно остановить заразу. Сейчас зараза и на нашей планете, она постепенно распространяется, но мы имеем успех. Мы выявили их слабые места, выяснили их природу.

Эти существа, словно некий вирус, они не могут существовать самостоятельно, им всегда нужен носитель. А точнее, любой живой или мертвый организм. Они существуют за счёт этого, но организм должен быть не поврежден в области мозга и сердца, ч