Читать онлайн "А говорят, что лед не горит"

Самая большая ошибка кладовщика на складе во время работы — это считать, что если количество позиций маленькое, то и все задание легкое. Тебе могут навязать задание на двести позиций, но состоящее из одних йогуртов и сырков, которое собирается минут за пятнадцать-двадцать, а могут на пятьдесят позиций, но три из них — коробки с двенадцатью упаковками молока по литру, и разница между ними только в процентах жирности. Только от этих процентов кладовщику ни горячо, ни холодно, а тяжело — и только тяжело. И вот количество этих коробок с молоком составляет двадцать первой позиции, шестнадцать второй, и восемь третьей, еще добавь пару десятков килограмм курицы и мяса, а также упаковки с шестью бутилированным молоком и кефиром по одной-две — на таком задании спина кладовщика-отборщика говорит “Прости, прощай”. Причем, не важно девушка ты или парень — может попасться задание любой сложности вне зависимости от пола. Как любит повторять руководитель сектора комплектации: “Неважно, парень ты или девушка — у кладовщика-отборщика нет пола. Поэтому ноги в руки и бегом за тележкой”.

Склад — это место, где напрочь стирается феминизм с его убеждением о равенстве полов. Когда ты, будучи среднестатистической девушкой, битый час не можешь поставить коробку на определенное место в тележке в конкретном положении, но в то же время щупленький паренек делает это на раз-два и продолжает собирать задание, насвистывая песенку прямо у тебя перед носом. Но в то же время формируется понимание баланса вселенной, где мужчины — это физическая сила, а женщины — эмоциональная. Вот почему мужчинам нужны женщины, а женщинам мужчины, а не только ради продолжения рода и из-за земных потребностей. Конечно, бывают исключения, и под подобные убеждения нельзя сгребать всех как под одну гребенку, но мы сейчас говорим про среднестатистических людей.

Чтобы выжить на складе девушке нужно проявлять хитрость и гибкость. Звучит, как описание злодея. На самом деле все не так уж и сложно. Где-то проявить простоту, где-то посмеяться с глупой шутки, где-то побыть жилеткой, в которую можно поплакаться, молча выслушать и сказать пару утешающих и поддерживающих слов — это больше описание чуткого человека, чем злословного интригана, не так ли? Если откинуть все предрассудки и смотреть на коллег, как на равных тебе людей, таких же живых, как и ты сам, со своими проблемами и заботами, радостями и интересами, и быть “своим в доску”, даже когда ты тихая маленькая девочка, только что окончившая колледж, а вокруг дядьки среднего возраста, то склад станет для тебя вторым домом, а работяги — второй семьей.

И что же натолкнуло меня на такие позитивные и глубокие мысли, пока я пыталась дотолкать (именно дотолкать, потому что пример тяжелого задания из начала моих рассуждений было именно то, что мне предстояло собрать, а еще в какой-то момент колесики у тележки устали и решили больше не поворачиваться, так что ржавую развалюху, полную продуктами пришлось толкать до конца ряда) свою тележку до ворот на загрузку? О, ну, пожалуй, то, что я наконец-то узнала имя понравившегося мне мальчика. Я все никак не могу заговорить с ним сама, если это не касается рабочих вопросов, потому что страх как стесняюсь, хоть и сама не знаю, чего. Я спокойно могу заговорить на любые темы с кем угодно из коллег, но когда подхожу к нему, то столбенею, и внутри все трясется, как от землетрясения. А зовут его Тема, и самое ироничное, что меня зовут Света, и мы, выходит, буквальное олицетворение мема: “Привет, я Тема. А я Света”. Вот из-за этого у меня приподнятое настроение уже несколько часов, а стоит мне сконцентрироваться на этой мысли, так я сразу же разражаюсь смехом — и так каждый раз.

С трудом я дотащила свою тележку к принтеру и сканировала штрих-код. Наклеила распечатанную наклейку на шторку и только тогда обратила внимание на получившийся вес телеги: 523 кг. В этот момент я четко ощутила, как энтузиазм оставаться на этой работе стремительно меня покидал. Но до конца смены осталось чуть больше двух часов. Так что надо еще немного поднажать, отработать, и на выходные, а после двух дней отдыха про эти тяжелые задания и неповоротливые тележки и не вспоминается. Каждый раз по пути на склад я чувствую воодушевление от того, что скоро окажусь в любимом месте рядом с коллегами, которые стали для меня так дороги, как родные. К тому же всегда можно попросить мужчин помочь засунуть тяжелую коробку в тележку (но я стремлюсь к тому, чтобы справляться со своей работой сама). Или попросить ребят, что работают на технике, довезти на вилах тележку до нужных ворот — никто никогда не отказывал. Коллектив — это лучшее, что есть на складе.

Таща свою тележку к воротам, я обернулась и увидела диспетчера по загрузке Женю с рулоном стретч-пленки в руках — его густая рыжая борода не скрывала улыбку. Что ж, эти ребята уже привыкли к моим “петухам в молоке” (так я называю куриное мясо, на которое протекло молоко, потому что в моих тележках курица лежит под молоком. Да, вы скажете, что это не очень рационально, но по заданию кладовщика сначала отправляют на ряд с пресервами, а там помимо сыров и рыбы в масле находится еще и мясо, и только потом отправляют в охлажденку, где находятся молоко, колбаса и прочие охлажденные продукты от йогуртов до листьев салата. А так как я — девушка-кладовщик и физически не могу туда-сюда вертеть товарами, то у меня как упало в тележку, так и поехало на магазин. Но я стараюсь над этим работать, правда, я стараюсь).

— Здоровский фитнес, да, малышка? Мало того, что тебе за него платить не надо, так наоборот, платят тебе!

Я не обижаюсь, когда они зовут меня “малышкой”. По сути, я и есть малышка среди здоровых мужиков, а на правду, как принято, не обижаются. Главное в такой ситуации, чтобы глубокие воды слухов не утянули на дно темной бездны. Слухи вокруг молодых девушек на складе плодятся быстрее кроликов. Все нормально, пока они витают эфемерной аурой где-то там, далеко, лишь изредка доходя до ушей объекта обсуждений. Только когда они начинают рьяно досаждать или ставить препятствия в работе — вот тогда следует предпринять меры. Но до тех пор можно позволить себе беззаботно расслабиться и хихикать с глупых шуточек.

— Ну если посмотреть под таким углом, то правда, одни плюсы!

В этот раз моя тележка не сделала “ромашку” и осталась целой. Иногда я не без иронии замечаю, что получаю цветы только от работы, и то, только ромашки — но и на том спасибо. Всяко лучше, чем совсем ничего. Еще один повод держаться за эту работу — на другой у меня и таких цветов не будет. Я отпикала ворота, взяла новое задание и пошла на сектор вторсырья за пустой тарой. Пока я выбирала тележку, меня окликнул знакомый диспетчер вторсырья Влад. Но прежде, чем мы начали говорить, боковым зрением я заметила шевеление около стены. Туда-сюда бегал наш руководитель сектора комплектации, а в руках у него был огнетушитель. Руководитель то бросал его в сторону и брал другой, то бросал уже новый и хватался за старый. К нему подбежал его напарник, руководитель сектора диспетчеризации, который отвечает за загрузку. У обоих было взволнованное лицо; они побегали вокруг друг друга, напоминая при этом мошек на болоте, что-то покричали и скрылись в глубине экспедиции, ориентировочно, в каком-то из рядов.

— Что-то случилось? — Спросила я у Влада, наблюдая за этим представлением. Он пожал плечами.

— Кажется, что-то загорелось.

— На основняке? — Так мы называли теплую зону склада, где располагался сухой товар, газировка, вода и все такое прочее.

— Да не, вроде в холодильнике.

— А, ну тогда ничего серьезного. Не может же в холодильнике вспыхнуть полноценный пожар, — Влад пожал плечами. Он, вообще, был из говорливых, но болтать без умолку мог только о чем-то о своем. — Ладно, я буду возвращаться к работе. Увидимся!

Скомкано попрощавшись с другом я схватила тележку и пошла в сторону своих рядов. С Владом мы хорошо общались, но он слишком явно показывал свою симпатию ко мне. Но я с ним общалась не ради нее — для меня он только хороший друг и не больше. К тому же мне симпатичен другой парень. Пусть у меня еще и не было отношений, но и бросаться на первого встречного, кто проникся симпатией — тоже плохое дело. Как-то это все неправильно. Я понимала, что со временем нашу дружбу с Владом придется свести на нет.

В этот раз задание попалось без курицы, но мимо молока пройти не удалось. Расправившись с молочкой, я принялась складывать колбасу как почувствовала, что моя тележка двигается, а это означало только одно!

— Засранец! — В такие моменты я забывала, что Тема мне нравится, и я с ним и слова не могу вымолвить.

Этот слотчик — любитель скрасить рабочие смены какой-нибудь шутливой пакостью. Вот и сейчас он подхватил мою тележку на вилы своей рохли и потащил ее в сторону.

— Все, работа окончена! Всем приказано эвакуироваться из здания! — Проговорил он.

— Что?

— Говорю, шагом марш на выход — склад горит.

Прежде чем послушаться его я для достоверности обернулась на второго слотчика Рустама.

— Да-да, сказано всем выйти.

— Не, ну если ты так хочешь, то можешь продолжить работать, — подхватил Тема.

— Ну уж нет.

Главное правило склада: если выкраивается возможность похалтурить — воспользуйся ею не задумываясь. Так что я быстро скинула с руки ТСД и сканер, бросила их в тележку с товарами и направилась в сторону выхода вместе с парнями. Передо мной на рохле ехал Рустам, а позади меня Тема, соблюдая ту скорость, с которой он не наедет на меня и не обгонит.

— А что загорелось-то?

— Заморозка.

— Это как?

— Да карщик снимал паллет с баффера и задел коробкой кабель. Вот коробка и полыхнула.

Парни продолжали общаться друг с другом, их слова летали через меня, как теннисный воланчик по корту. Они смеялись, вспоминая, как на другом складе кладовщики продолжали собирать задания, не смотря на пожар. Ведь “пики” — главнее огня! Я решила вставить свои пять копеек и сказала:

— Самый сюр, что загорелась именно заморозка!

Я сказала это, обернувшись к Теме, как бы обращаясь прямо к нему с надеждой, что это даст толчок нашему общению в будущем. Но мои слова потерялись в общем шуме и непрекращающемся движении на складе, улетели под потолок и скрылись в вентиляции, и меня, как мне показалось, никто не услышал. Поэтому я съежилась и постаралась слиться с балками. Что было сложно, ведь балки были красного цвета, а моя спецодежда — серого. И вряд ли кто-то бы счел меня за большой комок пыли.

— Что? — Переспросил Рустам.

— Да это очень смешно, что загорелась заморозка! — Крикнул ему в ответ Тема.

И тогда мое сердце пропустило удар — он услышал! Остаток пути меня сопровождало бешеное сердцебиение. Ребята поставили свою технику на положенное ей место, и мы также шеренгой вышли через турник. В какой-то момент Тема наступил мне на пятку, непонятно, специально или случайно, но я обернулась и сказала ему:

— Чего пинаешься?

Но он промолчал. Вот и думай, игнорирует он меня, потому что не всегда слышит, или я ему неинтересна, или наоборот тоже нравлюсь, и он стесняется со мной заговорить не меньше, чем я с ним. Ох уж эти любовные домыслы! Не было бы их, и жизнь была бы так прекрасна и беззаботна.

Мы вышли через главный вход во двор территории склада. Глаза радовали рассветные лучи солнца, означающие конец ночной смены. Те, кто вышел раньше, вовсю снимали на телефоны склад, надеясь запечатлеть вспыхнувший пожар, но пламя все не появлялось. К ним подтягивались ребята из дневной смены. Позади людей стояла пожарная машина, и пожарные сновали из стороны в сторону, но по их поведению было понятно, что ничего серьезного не случилось. С дальнего конца склада шеренгой шли диспетчеры вторсырья — при эвакуации они выходят через свою дверь, которая расположена на их секторе. Если эвакуация учебная, то через нее же они заходят обратно на склад и продолжают работать, если как сегодня, то ребята пошли ко всем остальным через улицу. Видимо, сегодня нас отпустят пораньше. Но развозку, наверное, придется ждать как обычно до восьми-тридцати, завтракая в столовой.

Я посмотрела на Тему. Свой бушлат я сняла, когда вышла на улицу, а он только приспустил с плеч, и теперь было видно его шею. Его растрепанные волосы в солнечных лучах были похожи на перья. Что-то внутри меня подтолкнуло сделать шаг.

— Привет. Мы с тобой раньше не общались кроме работы. Меня Света зовут. Знаю, что тебя зовут Тема, так что мы буквально олицетворяем мем “Привет, я Света. А я Тема”.

Он немного замялся, а потом рассмеялся, и его смех звучал как маленькие колокольчики.

Вот так для счастья порой необходим один шаг. Одно “привет” для семьи. Один звонок в отдел кадров для получения работы своей мечты. Одна покупка билета и договоренность с арендодателем о просмотре квартиры для переезда в город, где исполнятся твои мечты. Путь к счастью проходится маленькими шагами. И жизнь не обходится без препятствий, но смелый не тот, кто не боится, а тот, кто не смотря на страх идет и делает. В конце концов, случается даже так, что и лед может загореться.