Читать онлайн "Отель на краю страсти"

Я впервые увидела его на берегу безлюдного пляжа Пуэрто-Вальярта во время прогулки с подругой. Солнце ещё висело довольно высоко, отливая тёплым медово-абрикосовым светом.

Он стоял у самой кромки воды, спиной ко мне. Про себя я отметила, что он примерно одного роста со мной и достаточно стройный. Влажные тёмные волосы, ниспадающие до лопаток, мягко блестели в свете лучей раннего заката. Широкие плечи — расслабленные, но с едва заметной тяжестью, будто несли на себе груз невидимых забот. Линия спины между лопатками немного искривлена влево, а поза задумчивая. Он слегка наклонился вперёд, уперев руки в бока, и смотрел вдаль, туда, где небо сливалось с океаном.

Пляж окутала атмосфера покоя. Лёгкий бриз шевелил песок, оставляя на нём причудливые узоры. Волны накатывали размеренно, с тихим шелестом, и тут же отступали, оставляя после себя влажную блестящую полосу. Два орла кружили над водой, изредка опускаясь к самой поверхности в надежде на добычу.

Я застыла на месте как каменное изваяние. Стояла не слишком далеко — метрах в десяти — и пристально его рассматривала. Ветер шевелил мои волосы, песок мягко обволакивал ступни, но я не двигалась. Вдруг я почувствовала шевеление на большом пальце моей правой ноги. Я опустила голову и увидела, как что-то похожее на клешню вылезает из завитка ракушки.

— Я вскрикнула: — О боже! Что это?

— Обыкновенный рак-отшельник, — спокойно произнесла моя подруга Элис. — Океан его дом. Отпусти его в воду.

Я осторожно взяла ракушку и понесла её к воде. Опуская жильца ракушки в свободное плавание, я громко прокричала ему вслед: — Живи, дружок!

В этот момент красавчик обернулся и посмотрел прямо на меня.

Теперь я увидела его лицо и замерла ещё раз. Лицо было словно творение скульптора, выбравшего не мрамор, а тёплый песчаник, прогретый и подсвеченный закатом. Нос с небольшой горбинкой, переходящей в округлую пимпочку. Загорелое лицо обрамляла аккуратно подстриженная борода, чуть тронутая сединой. Борода придавала лицу больше достоинства, чем брутальности. Глаза скрывали очки с затемнёнными стёклами, скрывая его взгляд. Из-под дужек очков вверх и вниз расходились морщинки — «гусиные лапки». Его нижняя губа была немного пухлее верхней. Я обратила внимание на яркий и очень сочный цвет губ.

— Ну надо же. Такие яркие губы. А мои, если не пользоваться помадой, бледные, как лепестки пыльной розы.

Я ещё никогда так нагло не разглядывала мужчин. Впивалась в него глазами, как пиявка, но тогда я ещё не знала, что этот мужчина станет моей страстью, моей болью и моим уроком. Что он расскажет мне истории о своих бывших, каждая из которых — как осколок зеркала, отражающий его душу. И что я сама стану одной из этих историй.

Но это будет потом. А тогда я просто стояла и смотрела, чувствуя, как что-то внутри меня меняется навсегда.

Когда наши глаза встретились, мир на мгновение замер: закат, море, ветер — всё растворилось в этом мгновении. Он изучал меня в ответ — сначала удивлённо, потом с каким-то тихим узнаванием, будто видел когда-то давно.

— Привет! — прервал он затянувшееся молчание. — Вы здесь впервые?

— Да, я здесь провожу отпуск, — я услышала свой голос будто со стороны. Он звучал непривычно — тише, мягче. — Впервые в Мексике.

— Значит, вы пришли в правильное место, — он не отрывал взгляда от меня. — Иногда закат здесь выглядит так, будто время на миг замирает. Если хотите, могу показать точку, откуда это видно лучше всего. У той скалы… там ощущение совсем другое.

— Пойдём туда? — тихо произнёс он, кивнув в сторону скалы, чьи очертания уже начали золотиться в предзакатном свете. — Говорят, оттуда открывается лучший вид.

Я улыбнулась и сделала шаг вперёд. Расстояние между нами сократилось.

— Да, — ответила я, не отрывая от него взгляда. — Пойдём. Только со мной моя подруга.

— Ок. Пойдём втроём, — согласился он.

Мы пошли вдоль берега рядом — сначала неторопливо, потом чуть быстрее, подгоняемые предвкушением. Песок под ногами менялся: от сухого и рассыпчатого у дюн — к плотному, влажному у воды. Волны ласково лизали ступни, а солнце, опускаясь всё ниже, постепенно окрашивало небо в огненные тона.

Он шёл чуть впереди, и морской бриз заставил меня почувствовать слабый запах соли и кокосового масла, исходящий от его кожи. Подруга шла рядом со мной, периодически толкая меня в плечо и пришептывая мне на ухо:

— А он ничего. А вдруг это судьба?

— Меня зовут Стив, — сказал парень, не глядя на меня, но в его голосе уже звучала улыбка.

— Лила, — ответила я.

— А я Элис, — вставила подруга.

По дороге он вдруг остановился и повернулся ко мне. Его рука что-то сжимала. Он разжал кулак, и я увидела лежащие на его ладони три камня.

— Так странно: я нашёл их на берегу. Ровно три штуки. Хотя их здесь быть не должно. Это ведь песчаный пляж.

Мы стояли и смотрели друг на друга. Где-то вдали кричала чайка.

Океан, вместе с накатившей волной выбросил на берег ещё один камень — четвёртый, чуть крупнее остальных.

— Может, это знак? — тихо спросил он.

— Знак чего? – удивилась я.

— Что нам пора перестать терять тех, кто нам дорог?

Я взяла один камень. Он был тёплым, и мне показалось, что он хранит в себе чьё-то желание.

— Или знак, что пора начать всё сначала, — ответила я.

Он улыбнулся.

— Тогда давайте начнём. С самого первого камня. С вашей истории.

— ОК, только сначала я покажу вам то, что обещал, — он кивнул на скалу вдалеке. — Пойдёмте. И давайте уже на «ты».

— А давай, — игриво произнесла я.

— Тогда идём быстрее, пока свет не изменился. Это окно всего на пару минут — если опоздаем, придётся ждать до следующего раза.

Стив дотронулся своей горячей ладонью до моей спины в районе поясницы и слегка подтолкнул меня вперёд.

От этого прикосновения вдоль моего позвоночника пробежала волна мурашек — неожиданная, но отчего-то совсем не пугающая. Я невольно выпрямилась, ощутив, как напряглись мышцы спины, а дыхание на долю секунды сбилось с ритма.

Тепло его руки будто отпечаталось на коже даже сквозь тонкую ткань платья. Оно не просто грело — оно передавало мне его уверенность, лёгкую игривость, едва уловимый посыл: «не бойся, я рядом».

Подтолкнув меня вперёд, Стив не отнял ладонь сразу — она задержалась на пару мгновений дольше, чем требовалось для простого жеста, и это заставило сердце пропустить удар.

Внутри меня всколыхнулось сразу несколько давно позабытых мной чувств:

— сначала удивление — я не ожидала такой непосредственности, такой… телесной близости после всего нескольких минут знакомства, да и, в принципе, я не люблю, когда до меня дотрагиваются незнакомцы;

— потом волнение — внутри будто распустился невидимый цветок: лепестки мягко толкались в рёбра, а стебель тянулся куда-то к горлу, наполняя грудь непривычным теплом;

— и, конечно же, любопытство — а что будет дальше? Что кроется за этим простым, но таким многозначительным касанием?

Я сделала шаг вперёд — не столько из-за толчка, сколько повинуясь внутреннему порыву. Взгляд всё ещё был прикован к золотому сиянию на воде, но теперь картина мира словно разделилась надвое: одна часть — завораживающее зрелище слияния солнца и моря, другая — пульсирующее ощущение там, где только что была его рука.

Воздух вдруг показался гуще, насыщеннее: в нём смешались запахи соли, нагретых камней и едва уловимый аромат кокосового масла. Я глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в пальцах, и тихо произнесла:

— Спасибо, что решил показать нам это… место.

Фраза прозвучала тише, чем я планировала, почти шёпотом — но в тишине, нарушаемой лишь шумом волн, она, кажется, прозвучала достаточно отчётливо.

Мы шли дальше, а впереди уже была видна та самая скала. Я невольно ускорила шаг — любопытство разгоралось внутри, как маленький огонёк.

— И давно ты знаешь это место? — спросила я, стараясь не споткнуться о подвернувшуюся под ноги корягу.

— Лет пятнадцать, — ответил Стив, оборачиваясь через плечо.

— Я сам родом из Лондона. Пятнадцать лет назад я приехал сюда в поисках места для строительства своего отеля. А ты откуда приехала?

— А я из Виндзора – ответила я.

— Уж не королевских ли ты кровей случайно? А то я-то простой парень —усмехнулся Стив.

— К сожалению или счастью я тоже не родилась с серебряной ложкой во рту.

— Так а что за скала то? – спросила Элис.

— Она называется Рока-дель-Диабло – Скала Дьявола. Местные рассказывают много разных легенд о ней и считают, что тени от этой скалы очень схожи с профилем сатаны.

Мы начали подниматься по узкой тропе, вьющейся между невысоких кустов с серебристыми листьями. Воздух наполнился запахом соли и тины.

— Почти пришли, — Стив замедлил шаг и протянул мне руку. — Здесь немного скользко после вчерашнего дождя.

Я вложила ладонь в его — тёплую, немного влажную, но удивительно надёжную. Он слегка сжал мои пальцы и кивнул вперёд:

— Смотрите туда, под тот выступающий камень. Встаньте вот так, чуть левее…да, идеально. Теперь закройте один глаз и выровняйте линию горизонта с краем скалы.

Мы с Элис последовали его указаниям. На мгновение мир в моей голове распался на фрагменты — песок, море, небо, — а потом сложился заново в удивительную картину.

Солнце, опускаясь к воде, будто зависло в дюйме от поверхности, отбрасывая длинную золотую дорожку. Казалось, ещё миг — и огненный шар мягко коснётся волн, оставив на них отпечаток своего тепла.

— ВАУ! — выдохнула я, забыв обо всём на свете. — Это… невероятно.

Стив встал рядом, чуть позади. Его голос прозвучал тихо, почти шёпотом:

— Теперь понимаешь, почему я захотел показать это именно это?

Я обернулась и встретилась с его взглядом — в нём было что-то такое, от чего внутри всё затрепетало. Море шумело где-то далеко, а время, казалось, остановилось в этом маленьком чудесном мгновении.

Я глубоко вдохнула, пытаясь справиться с волнением. Воздух пах солью и чем-то неуловимо тёплым — может, последними лучами заходящего солнца.

— Понимаю, — наконец ответила я, не отводя взгляда. — Это… как будто другой мир.

Мы стояли втроём на скалистом выступе, откуда открывался вид на архипелаг Лос-Аркос: гранитные острова с природными арками поднимались над бирюзовой водой, их силуэты мягко размывала лёгкая дымка. Волны разбивались о подножия скал, рассыпаясь брызгами, а в просветах арок то и дело проскальзывали силуэты птиц.

Стив сделал шаг ближе, но всё ещё сохранял дистанцию, будто давая мне время осознать увиденное.

— Я впервые увидел это место на старой фотографии у своего друга, — тихо заговорил он. — Он говорил, что если встать в определённом месте на закате, можно услышать шёпот тех, кто был здесь раньше. Глупо, наверное…

— Не глупо, — я покачала головой. — Я верю в мистику и в то, что место может хранить чьи-то истории. И теперь одна из них — наша.

Он кивнул, и на мгновение его взгляд скользнул к самой большой арке — той, что напоминала гигантские ворота в открытое море.

— Знаешь, — продолжил Стив, — местные говорят, что когда-то давно здесь прятались пираты. Будто бы в одной из пещер до сих пор лежит сундук с сокровищами, спрятанный под камнем с выбитой птицей. Конечно, никто его не нашёл… но мне нравится думать, что он всё ещё там. Ждёт, пока кто-то разгадает загадку.

Я невольно улыбнулась:

— И ты привёл нас сюда, чтобы… что? Предложить отправиться на поиски?

Стив рассмеялся — негромко, но искренне, и этот звук слился с шумом волн.

— Может быть, — он подмигнул. — Но сначала просто посмотри ещё раз. Видишь, как солнце проходит сквозь арку? Оно окрашивает воду в цвет расплавленного золота. Такое бывает всего несколько минут в году.

Ветер подхватил мои волосы, а я вдруг осознала, что больше не чувствую ни тревоги, ни сомнений. Только безмерную благодарность за этот миг — и за человека, который им со мной поделился.

— Спасибо, — прошептала я. — За то, что показал мне это. За то, что привёл сюда.

Стив молча протянул мне руку. Я взяла её. Его пальцы были тёплыми и мягкими, и мы остались стоять так, глядя, как последние лучи заката гаснут над арками Лос-Аркоса, оставляя после себя россыпь первых звёзд.

Я почувствовала, как его пальцы слегка сжимаются в моей руке, и поняла, что пора. Воздух стал прохладнее, а тени удлинились, намекая на наступление ночи.

— Пора, наверное, — тихо сказала я, не отрывая взгляда от мерцающих в небе точек.

Стив кивнул, его взгляд тоже устремился к горизонту, где уже почти не осталось следов заката.

— Да, — ответил он, и в его голосе прозвучала нотка лёгкой грусти. — Пора возвращаться.