Читать онлайн "Моя первая работа"

Первая работа

В моей семье было принято рано работать. Мы все работали с детства. Это являлось важной частью взросления — то, как ты подходишь к своему труду, с каким уважением берёшь на себя больше обязательств.

Моя бабушка в детстве говорила: «Если берешься за работу — выполняй её честно и с совестью, тогда судьба обязательно отблагодарит тебя».

Я родом из шахтерского края, где люди суровы по своей натуре и добры лишь тогда, когда есть веская причина уважать. В пятнадцать лет меня впервые взяли в кондитерскую мыть полы на целое лето. Честно признаться, мои халтурки были ещё с 11 лет, но чтобы серьёзная работа, постоянная, в коллективе, среди взрослых — такое было впервые. Оттого моё сердце замирало, собираясь рано по утрам. В воздухе витал запах беззаботного лета, но я чувствовала себя чуть старше, чем полагается, и от этого меня брала гордость. Сверстники не понимали, для них было чуждо зарабатывать первые деньги таким «позорным трудом». Ещё бы: какой же подросток решит убираться, мыть полы и окна, чтобы заработать совсем небольшую сумму? Но мне было в радость знать, что я наравне со взрослыми. Да, я просто мою полы, но разве людям не будет приятно приходить в чистое место, если я буду делать свою работу хорошо?

В той кондитерской завтракали взрослые, мамы приходили с детьми, а я мечтала о красивой одежде, которую обязательно куплю со своей первой зарплаты. И всем, всем буду рассказывать, что это я заработала. Я не попросила, не схитрила — я сама заработала, и это моё. Ничье больше.

В перерывах от работы я читала «Тихий Дон», чтобы подготовиться к экзаменам по литературе. Коллектив уважал мое умение совмещать работу с подготовкой к экзаменам, а я каждый раз вскакивала, когда гости вдруг резко проливали чай на пол, и мне следовало привести коммерческое здание в порядок. В кондитерской витал запах свежего хлеба и сладких булок, и милые бабушки, работающие в цехе, иногда угощали меня новинками. Оттого я изрядно набрала пару лишних килограммов, что в подростковом возрасте кажется внушительным для любой девчонки.

Любила ли я свою работу? Конечно. В моей семье было стыдно ходить на работу, которую ты не любишь. Все должны быть на своих местах: при деле, при службе. Мой дядя на шахте, бабушка на заводе, мама работает в школе — и я тоже работаю. Моё детство отличается от других, и этим оно не ограничивалось, оно наполнялось.

Я с подросткового возраста любила литературу, и однажды меня заметил наш уборщик нерусского происхождения. Ему было так же, как и мне, шестнадцать, но наши судьбы отличались. В 12 лет он пересек границу и приехал из Узбекистана в Россию, чтобы зарабатывать деньги для своей семьи. Так мы оказались с ним на одной работе. Он таскал тяжелые мешки и иногда, на складе, я замечала, как он расстилает один из мешков и читает Коран на коленях. Наверное, он молился о своей семье, которую не видел, ради которой здесь. Чем заставлял меня уважать его.

Он не раз замечал, как я читаю книги для подготовки к экзаменам по литературе, и спустя месяц решился подойти ко мне.

— Ты читать? — спросил он с сильным акцентом.

— Да, я готовлюсь к экзаменам по литературе, — ответила я, стараясь не спугнуть его. — А ты умеешь читать?

— Я плохо понимать русский. Ты научить меня?

— Ты хочешь, чтобы я научила тебя чему-нибудь?

— Ты много читать, ты знать русский.

Я постаралась сдержаться от смеха на этом моменте. Мне было так приятно от его настоящего желания постичь русскую культуру, находясь далеко от своей Родины. Смогла бы я сама пересечь тысячу километров, найти работу в чужой стране и работать так рано, чтобы помочь моей семье с деньгами? Ответа на этот вопрос я не знала, оттого еще сильнее мне хотелось поддержать его.

Я предложила ему выучить стихотворение Есенина. У меня как раз был сборник. Я с трудом выбрала подходящее и выбрала о любви, чтобы ему было легче. Есенин в том стихотворении сравнивал невесту с природой, и я объясняла ему сложность образа, который поэт пытается передать нам через стихи.

Мой новый друг нерусского происхождения готовился всю ночь, задавая вопросы о новых словах, которые он встречал в тексте, а я с радостью отвечала. Подумать только: мне пятнадцать, ему шестнадцать, но он совсем не знает язык и культуру, о которой так много знаю я. Я чувствовала ценность своих знаний и с любовью посвящала его в русскую хтонь и образ поэта, которому тяжело с женщинами.

Когда лето закончилось, я подарила ему этот сборник стихов и сказала, что русское слово — великое, потому что может описать всё что угодно: любую тоску, любую любовь и даже жертву, которую мы приносим ради семьи. Помнит ли мой бывший коллега слова, которые я ему сказала? Вернулся ли он на родину или пожертвовал тем, что ему было суждено? Я не знала. Я гордилась тем, что рассказала чужеземцу о величии русского слова, и искренне надеюсь, что это не было зря.

Такой была моя первая работа.