Читать онлайн "Проект КД"

26 мая 1985 год. Куйбышев.

— Вот и мы выпускники, Дём! Ты можешь в это поверить? Похлопав Дамиана по плечу, воскликнул Степан.

Он задорно рассмеялся, окинув взглядом школьный двор, где мельтешили, разговаривая и смеясь их одноклассники, и крикнул одной из девушек, нервно теребящей в руках свой белый фартук:

— Ну чего ты, Зойка? Жизнь-то только начинается!

Дамиан скинул его руку со своего плеча. И, криво ухмыльнувшись, смерил Степана смеющимся взглядом. Низкорослый и коренастый, с выгоревшими на солнце короткими светлыми волосами и землистой смуглой кожей, в помятой выправленной из брюк рубашке и без галстука, тот выглядел чужеродно среди иных выпускников. На его правой щеке еще алела старая ссадина — напоминание о той драке, из-за которой его исключили из комсомола.

“Ай, да зачем мне этот комсомол? Да и школа эта зачем? Я музыкантом буду. Вот женюсь на Зойке и уеду жить за океан! Меня здесь, кроме нее и тебя, вообще никто не держит!” — в иные дни горделиво твердил Степан. Но каждый раз он стыдливо опускал голову, сталкиваясь в школьном коридоре с Зоей и густо краснел.

— Это последний день. Если сейчас не признаешься ей, то уже никогда не сможешь. — Кивком головы указав на Зою, полушепотом произнес Дамиан.

— Жизнь-то не заканчивается. И город небольшой, еще встретимся, — отмахнулся Степан. — Ей, видишь же, сейчас не до того. И девчонки там другие рядом.

— Город небольшой? Куйбышев? — Дамиан вздернул бровь и, усмехнувшись, чуть подтолкнул его в спину. — Я бы даже сказал, поселок. Деревня. На три миллиона человек. Иди уже!

— Да будет возможность еще, — пробормотал Степан.

— Тебя исключили из комсомола, — Дамиан, глянул на него сверху вниз и загнул первый палец. — В университет ты не поступишь точно. Как еще школу закончил? — Он загнул второй палец. — А, точно! Плохо закончил.

— Знаю-знаю, не порть настроение в такой-то день!

— А Зоя твоя — отличница, спортсменка, комсомолка, еще в медицинский поступать планирует. И где же вы сможете встретиться?

— Так у меня есть один друг. Отличник, спортсмен, комсомолец, да к тому же...

Степан выдержал паузу, и Дамиан договорил за него:

— Кто? Подбирай слова получше, приятель.

— Единственный сын выдающегося ученого. Очень богатенький мальчик. — Он с силой ударил Дамиана по плечу, рассмеявшись. — Ты-то точно будешь в тех же местах бывать, что и моя Зоя. А я уж, как и в школе, буду нежиться в тени твоей славы. Рассчитываю на тебе, дружище!

— Не надейся.

— Ох, уже полдень! Мне нужно идти! — воскликнула одна из девушек, что стояла рядом с Зоей, вытирая ей слезы своим носовым платком.

И Дамиан глянул на свои наручные часы. Степан тоже посмотрел на его запястье, и, смерив коротким взглядом его “Ракету-3031”, поджал губы.

— Какой богатенький мальчишка, — протянул он, ухмыляясь. — Носишь месячную зарплату моих родителей на своей руке.

— Отец отдал, — Дамиан отмахнулся. — Если сегодня признаешься Зое, я тебе подарю. А сейчас я должен идти. Обещал встретиться с родителями после полудня. Сам знаешь, что отец не часто бывает в городе.

— Вечером заходи ко мне. — Степан понизил голос: — Вместе пойдем в видеосалон к Жорке, там новый фильм показывать будут.

Дамиан улыбнулся ему, молча кивнув. И, развернувшись быстрым шагом пошел прочь со школьного двора.

Ветер, еще холодный и сырой после утреннего дождя, пахнувший свежескошенной травой и цветами сирени, сперва растрепал его волосы, а потом, подхватив сильным порывом, закинул на плечо галстук. Дамиан чуть поморщился раздраженно, поправляя его. Яркое полуденное солнце слепило глаза, и он щурился, глядя себе под ноги на разрисованный разноцветными мелками мокрый асфальт.

Проходящий мимо одноклассник, улыбнулся ему, сказав:

— До завтра! — А потом, рассмеявшись, поправил: — Нет, завтра мы уже не вернемся сюда. Удачи, Дём!

— И тебе, — кивнул ему Дамиан.

Еще несколько девушек, стоящих чуть поодаль помахали ему, и он ответил тем же жестом.

Уже переходя через дорогу, Дамиан услышал голос Степана, кричащего что-то ему вслед, и остановился на мгновение. Он обернулся, увидел, как тот бежит в его сторону, держа в руках какой-то сверток и кричит:

— Подожди! Я забыл отдать!

Перед тем, как все звуки стихли и потемнело в глазах, Дамиан увидел, как замер Степан, роняя на асфальт сверток; как он закричал что-то, испугавшись; и как несколько человек, стоящих неподалеку, бросились к дороге.

Резкая боль пронзила тело.

Дамиан слышал лишь тихий гул, тот заглушил собой все остальные звуки. Его глаза были распахнуты, но он не видел ничего. Лежа на асфальте, Дамиан, уже теряя сознание, коснулся ладонью своего затылка, пачкая пальцы в чем-то липком и теплом. Он попытался что-то сказать, сам не осознавая что, но смог лишь пошевелить губами.

А потом наступила тьма.

Дамиан услышал тихий скрежет и несколько глухих ударов. Следом был механический женский голос, повторявший:

— Опасность! Нарушение целостности!

И зазвучала сирена.

Дамиан попытался прикрыть уши ладонями, но его руки оказались прикованы к стене.

Он открыл глаза. Но увидел лишь тонкую полоску света в трещине в металлической стене перед ним.

Дамиан находился по пояс в мутной жидкости в тесном замкнутом пространстве, скованный по рукам и ногам металлическими креплениями.

— Нарушение целостности! — повторял женский голос.

И Дамиан поморщился от тянущей боли в висках, усиливавшейся от каждого звука. Он с силой дернул руку, и крепление, треснув, упало к его ногам. Перед глазами потемнело на мгновение и, закрыв их, Дамиан увидел на черном фоне белые круги и палочки, чередующиеся между собой.

— Что происходит... — пробормотал Дамиан. Голос звучал еще хрипло и слабо.

Комната затряслась.

И механический женский голос, запнувшись, стал повторять: “сностьсностьсность”. Но после нового, более сильно толчка, динамик тихо зашипел и совсем замолк.

Высвободив вторую руку и обе ноги, Дамиан попытался найти в темноте замок на металлической двери перед ним, но та оказалась запертой снаружи.

— Что произошло? — повторил Дамиан. Теперь его голос уже звучал так же, как и прежде. И он крикнул: — Выпустите меня!

“Ты слишком много смотришь фильмы в видеосалоне, Керн, — упрекнул он тут же самого себя. — “Выпустите”, как же. Да и вряд ли тут вообще кто-то есть. Оно буквально рушится... Тц... Нужно выбираться самостоятельно!”

Дамиан опустил взгляд на свои руки и, хотя он едва мог видеть их очертания во тьме, он осознал, что на коже не осталось следов от сорванных им наручников.

— Интересно... — пробормотал он.

Сирена завыла сильнее, громче. И Дамиан схватился руками за голову. “Все потом, сейчас нужно выбраться”, — подумал он, сильнее зажимая ладонями уши. Снова зажмурился, и круги и палочки стали четче — теперь Дамиан мог разобрать в них единицы и нули.

Когда он с силой ударил ногой по металлической двери перед ним, та, пролетев около метра, с грохотом упала на пол. И Дамиан увидел огромное темное помещение за ней, подсвечиваемое лишь мигающими алыми лампочками.

— Столько вопросов...

Он огляделся: то место, где он был заперт прежде, представляло собой прямоугольную металлическую капсулу, к которой с разных сторон было проведено несколько труб, сверху к ней же крепились провода. Перед капсулой стоял массивный монитор, уже покрытый толстым слоем пыли.

На стене перед ней также висело несколько отключенных мониторов. А под ними располагалась крупная панель с множеством кнопок, надписи на которых уже не читались. На соседней стене висело оружие, а напротив, там, где располагались трубы, в дальнейшем подступавшие к капсуле, была встроена овальная дверь.

Дамиан прошел несколько шагов, пошатнулся от резкого приступа головной боли, и, чуть не споткнувшись, наступил на запертый люк в полу. Ручка люка была покорежена.

— Да что тут происходит? — Дамиан наклонился к люку.

Но, лишь его рука коснулась ручки, как стены задрожали вновь, а механический голос прошипел сквозь помехи:

— Куаци... Эвакуац... Ция...

Испугавшись, Дамиан потерял равновесие и упал лицом на пол, не успев выставить руки вперед. Он засмеялся, сперва тихо, а потом в полный голос, надрывно и отчаянно. Его затрясло от злости.

Но, прежде чем он завыл от ярости и гнева, его глаза застлало синим. И он услышал в ушах пронзительный скрежет. А собственный в голос в голове зашипел, повторяя неясный набор букв: “пере...авт...соз...”

— Что это за место?! — крикнул Дамиан, поднимаясь на ноги.

Он ударил по монитору, и тот зашипел, загораясь. И Дамиан увидел на экране фигуру своего отца, Анатолия Керна. Тот сидел на стуле спиной к настенным мониторам и смотрел в камеру. Он был таким, каким Дамиан его помнил: высокий, худощавый, с убранными назад темно-русыми волосами, болезненно бледной кожей и безразличным чуть надменным взглядом светло-серых глаз.

— Доброе утро, Дамиан. Хорошо выглядишь. Я не вижу, потому что записываю это обращение заранее, но я пытаюсь немного подбодрить тебя. Думаю, сейчас у тебя есть много вопросов. Например, что это за место. — Качество изображения было плохим, но Дамиан смог разглядеть, что его отец едва заметно улыбнулся. — Почему ты здесь. Что произошло. И кто в этом виноват. Я не стану отвечать тебе на них. Скажу лишь одно, в тот день, который ты помнишь последним, ты умер под колесами автомобиля. То, что было дальше, — достижение советской науки. — Анатолий пожал плечами. — Уверен, тебе захочется разобраться с этим самостоятельно. Тебе многое предстоит узнать. Это будет весело. Скоро встретимся! Горжусь тобой! — Он помахал в камеру.

Экран потух.

И Дамиан увидел собственное отражение в потемневшем мониторе. Его черные волосы, еще влажные, растрепанными липли ко лбу. Дамиану казалось, что прежде они были чуть короче. И темные круги под глазами будто стали ярче, чем он помнил. Теперь его правый глаз немного косил.

— Есть идея. Очень плохая идея...

Дамиан ударил себя по лицу.

— Я точно фильмов пересмотрел.

На мгновение в правом глазу почернело. Когда он смог видеть вновь, изображение стало немного четче, а цвета ярче.
Дамиан глянул на отражение: глаз больше не косил.

— Что это... — Земля затряслась вновь, и он отмахнулся: — Сначала выберусь отсюда, а потом буду разбираться.

29 мая 2185 год. Куйбышев.

За окном пельменной в промышленном районе медленно темнело, и первые неоновые огни вывесок загорались в полумраке сиреневым, розовым и зеленым. По узкой улочке с грохотом проносились редкие автомобили, оставляя за собой след черного дыма. Владелец пельменной протянул, задумавшись:

— Даа, хорошо тут весной, даже небо видно иногда. — Он глянул на Александра, сидящего за ближайшем столиком, и что-то печатающего на своем коммуникаторе. — Я раньше жил в другом городе, тоже в промышленном районе. Там солнца мы не видели вообще из-за смога заводов. Да и тут будет также, если “Заря” добьется своего.

Александр кивнул, не слушая.

Через экран, встроенный в его темные очки, он наблюдал за тем, как его робот, замаскированный им под робота-доставщика, с встроенной в него цифровым идентификатором, медленно пробирается сквозь толпу. Для Евы, искина, наблюдающего за людьми через городские камеры, робот был сейчас одним из рядовых сотрудников “Зари”.

“Сегодня мы могли бы заказать что-нибудь необычное! Что ты хочешь? Я думала насчет китайской кухни. Мне заказать? К твоему возвращению уже доставят <3” — пришло на коммуникатор сообщение от Лили.

Александр поморщился раздраженно и, отвлёкшись ненадолго от наблюдения за роботом, набрал ответ:

— Тебе не нужно есть.

“Я могла бы представить, что я это делаю. Я проанализировала много источников, и я точно уверена, как это ощущается!”

“Думаю, когда я смогу есть я попробую первым вишневый пирог. Вчера я всю ночь читала, как он готовится. Ты хочешь вишневый пирог?”

Александр не ответил.

Он медленно вонзил вилку в пельмень и, подняв его, посмотрел на него с отвращением. Заменитель мяса, используемый для начинки, пах плесенью и тухлыми яйцами. Александр положил пельмень обратно в тарелку.

“Где малыш? Я жду его дома. Он смог выполнить свою миссию? Я думаю, тебе стоит больше хвалить его. Он же старается! И он выглядит очень мило после покраски. Мне кажется эта камера на его “голове” похожа на глаз. И он всегда такой удивленный, хахаха!”

— Это дистанционно-управляемый робот, он не старается, — набрал быстро ответ Александр. Он вновь включил изображение на очках: в камере робота уже виднелась дверь в его дом-мастерскую; табличка “ремонт вашей техники, быстро и недорого”. — Впусти его. И проверь, что никто не прикрепил к нему следящие устройства.

Александр не услышал, как распахнулась входная дверь и, немного шатаясь, внутрь вошел молодой человек в старой местами порванной и сырой одежде, сжимающий в руке обломок металлической трубы.

Окинув взглядом пельменную, он заметил свободное место напротив Александра, и, приставив трубу к ножке стола, сел туда. Только тогда тот приподнял свои темные очки и быстро прикрыл рукой экран коммуникатора.

Заметив легкое изумление в его взгляде, незнакомец широко улыбнулся — и Александр заметил, что его передний зуб был немного сколот, а челюсть чуть кренилась вправо — и произнес полушепотом:

— Какой сейчас год?

— Ты нездоров? — Александр поморщился раздраженно и немного отодвинул свой стул назад.

— Не думаю, что я теперь вообще могу болеть.

— Тебе скучно?

— Да. А ты сидишь один с грустным лицом и пытаешь вилкой этот несчастный пельмень. Мне жаль.

— Меня? — Александр закатил глаза.

— Пельмень. Дай сюда, уверен, я буду с ним милосерднее.

Александр, опустив руку с коммуникатором под столешницу, быстро набрал Лиле: “Парень напротив, найди все, что есть”. И надел свои темные очки. Скрытая камера на них сфотографировала лицо незнакомца и сразу отправила его Лиле.

Александр вновь посмотрел на незнакомца. Тот, казалось, был его ровесником, а его внешность, несмотря на нездоровую бледность и темные круги под глазами, можно было назвать даже красивым: у него были острые и тонкие черты лица, высокая линия скул и узкие черные глаза с нависшим веком. Александру показалось, что он уже где-то видел это лицо.

Ответ Лили пришел через несколько секунд, высветился на экране на очках:

“Не удается отсканировать цифровой идентификатор личности. Биометрические данные отсутствуют в базах. Не удается установить личность”.

— А? — пробормотал Александр, чуть вздернув бровь. Он вновь посмотрел исподлобья на незнакомца, и тот скрестил на груди руки, выжидающе глядя на него в ответ. Александр произнес тихо: — Это плохо...

— Так какой сейчас год?

— Ты старых фильмов пересмотрел?

Закричала сирена и следом заговорила Ева, своим тихим вкрадчивым голосом:

— Товарищи, сохраняйте спокойствие. В целях вашей безопасности сейчас будет активирована...

Прежде чем она успела произнести: “Зона правосудия”, Александр нажатием пальца на запястье извлек из руки временный маскировочный идентификатор личности и заменил его новым.

“Я нашла кое-что, — пришло сообщение от Лили. — Лови”.

Кликнув на очках на ссылку, Александр увидел одно единственное фото. На нем, рядом с Анатолием Керном, ведущим исследователем в области генной инженерии страны и сооснователем “Зари”, стоял сидящий теперь напротив него молодой человек.

“Это одна из фотографий, что показывал тот сумасшедший конспиролог, который хотел нанять тебя для разоблачения Керна. Он еще утверждал, что Анатолий Керн, Катерина Иванова и еще двое сооснователей “Зари” раньше ставили эксперименты над людьми, лет 200 назад. И, возможно, продолжают до сих пор”, — написала Лиля.

В комнате стемнело, когда активировалась Зона правосудия. Александр прожал несколько кнопок и цифровой аватар Лили выплыл рядом с ним.

Дамиан поднялся со своего места, подхватив обломок трубы, и пробормотал:

— Так и не удастся поесть сегодня, да? — Он посмотрел на Александра, на тарелку с пельменями, потом вновь на него. — А ты вообще будешь есть?

— Забирай уже.

Александр подвинул ему свою тарелку.

— О, потрясающе! Я не ел уже... А какой сейчас год?

— 2185! — воскликнула Лиля, оказавшись рядом с ним. Сегодня ее цифровой аватар выглядел как молодая девушка с пирсингом на нижней губе и с ярко-алыми волосами, постриженными под каре. — Так кто ты такой?

Дамиан пожал плечами. Зацепив вилкой одновременно три пельменя, он попытался засунуть их в рот вместе, но выронил один. Не глядя на Лилю, он пробормотал что-то неразборчивое.

— Я активировал Зону внутри Зоны правосудия, чтоб скрыть наше присутствие, но этого парня затянуло тоже. Как вообще кто-то, у кого нет чипа и идентификатора личности, может оказаться в Зоне? — шепотом заговорил с Лилей Александр.

— Ты же хакер, ты должен знать!

— Ты искин!

— Нельзя во всем советоваться с искином, нужно проверять информацию.

— Когда тебе удобно, у тебя есть разум или свободная воля, а когда нужно, ты просто искин и доверять тебе не следует.
Раздались выстрелы и зазвучали крики. И вновь заговорила Ева:

— Товарищи, не нужно паниковать. После того, как нарушитель будет обнаружен, Зона правосудия будет снята.

— Они тебя ищут? Но как они могли выйти на тебя? — обеспокоено забормотала Лиля. — Ты же всегда используешь программы для зачистки следов и одноразовые идентификаторы. — Вновь услышав монотонный голос Евы, призывающий к порядку, она воскликнула: — Как же раздражает эта стерва!

Отставив пустую тарелку, Дамиан вновь поднял обломок трубы. Он, широко улыбнувшись и щелкнув пальцами на свободной руке, обратился к Александру и Лиле:

— Это был мой первый обед за двести лет и три дня, поэтому теперь мы союзники. Можете звать меня Дамиан Керн, и на сегодня я ваш личный защитник. — Он подмигнул правым глазом. — Может, я не выгляжу очень сильным, но я гораздо сильнее, чем эти ребята. Вы можете рассчитывать на меня.

И Лиля, невольно улыбнувшись, прикрыла ладонью губы. Александр лишь закатил глаза, раздраженно поморщившись.

— Спасибо, собачка, но мы справимся сами, — съязвил он.

— Намекаешь на то, что я привязался к тем, кто дал мне поесть? Ладно-ладно, я даже не расстроен. Ты выглядишь таким вежливым и безобидным в этом свитере-поло.

— Это даже не звучит как оскорбление.

— Да, но теперь ты вряд ли наденешь это свитер снова, — Дамиан развел руками. — Думаю, я смог немного отравить твою жизнь.

Лиля не смогла сдержать улыбки.

— Ты правда выглядишь как... — Она не договорила, поймав на себе гневный взгляд Александра.

“Сегодня же выброшу этот свитер!” — подумал тот, разозлившись.

— Как же раздражает это. — произнес тихо Дамиан, задумавшись о своем. Его правый глаз вновь косил влево. — Можешь... Немного ударить, чтоб он встал на место? Я плохо вижу.

И Александр ухмыльнулся. Сжав руку в кулак, он со всей силы ударил Дамиана в челюсть. Тот пошатнулся, но не упал.

Разозлившись, он крикнул:

— Это немного? Ты подраться хочешь? Так я сейчас тебе эту трубу...

— Товарищи, соблюдайте спокойствие, — заговорила Ева, вновь обращаясь к посетителям пельменной.

И Дамиан с Александром, переглянувшись, усмехнулись оба.

— Ладно, вы двое оставайтесь в своем укрытии, а мне дайте выйти наружу. Я разберусь с милицией. Не знаю, какими незаконными делами вы занимаетесь, но это пришли не за вами.

— И как ты разберешься с милицией? Ты даже ниже меня ростом.

— Я намного сильнее, чем выгляжу. Если я ударил бы тебя в ответ, то раздробил бы тебе челюсть. Но главное, — Дамиан повернулся к Лиле. И сложив руки, потряс ими, умоляя. — Красавица, уверен, ты будешь объективна. Я точно выше твоего лживого брата.

— У тебя высокая подошва на ботинках. Сколько твой рост?

— Я не скажу первым, потому что ты тогда прибавишь к своему один сантиметр.

— Вы серьезно? — возмутилась Лиля. — Мы застряли в ловушке, и, если ничего не предпримем, Ева вскоре обнаружит маскировку, и вы решаете, кто выше? Мужчины...

— Прости, — пробормотал Дамиан.

Александр не сказал ничего.

— А чем таким занимаешься ты? — спросила Лиля, выведя параллельно перед собой проекцию экрана и настраивая на нем видимость Зоны.

— Не знаю, я всего три дня, как проснулся. А до это я... — он улыбнулся. — Робототехником хотел стать.

— Ты готов?

Когда Лиля отключила Зону для Дамиана, он вновь оказался посреди той же пельменной. Посетители, испуганные и заплаканные, сидели на полу, держа руки над головами. Несколько цифровых аватаров-полицейских ходили между столиками, наблюдая за ними. А цифровой аватар искина Евы, молодая девушка с длинными, завязанными в низких хвост, белыми волосами и в черно-красном костюме, сканировала каждого посетителя,

Вставая напротив и с милой располагающей улыбкой касаясь ладонью макушки — того места, куда при рождении каждому вживлялся чип с идентификатором.

Заметив Дамиана, Ева замерла, и жестом указала на него милиционерам.

— Сопротивляться нет смысла. Если вы будете благоразумны, то мы не станем применять силу.

Дамиан хмыкнул и, криво ухмыльнувшись, указал на Еву трубой.

— Перестань говорить голосом тети Кати. Это ужас как странно.

Ева дернула головой, погружая информацию, и, замерев, протараторила:

— За основу моего голоса был взят голос моей создательницы Катерины Дмитриевны Ивановой. Все совпадения с другими людьми случайны. Свои претензии по авторскому праву вы можете направить на почту “Зари”. Срок рассмотрения три дня.

— А, что... — растерявшись, пробормотал Дамиан. — Ладно-ладно. Такая странная.

— Потому что это искин.

Обернувшись, Дамиан увидел за собой цифровой аватар Фантома: тот не был похож на человека — а выглядел как плоский персонаж из старого мультфильма с плохой анимацией. Его лицо было прикрыто бумажным пакетом, на котором было схематично нарисовано лицо: два кружочка или крестика в зависимости от эмоций Фантома — глаза; полоска или же овал — рот. На толстовке, в которую был одет цифровой аватар, спереди был нарисован такой же схематичный лис, а сзади на черном фоне белела кривая надпись “Самого главного глазами не увидишь”.

— Ты что такое? Я один тебя вижу? Если ты сейчас начнешь говорить что-то вроде “убей их всех, Дамиан”, то точно да. Уверен, что видел это в каком-то западном фильме.

— Ты нездоров? — на схематичном лице Фантома появились черточки-брови, и он нахмурился.

— Говоришь, как тот... — Дамиан замолчал. — Так ты мультипликатор?

— Я хакер.

“Никогда не слышал это слово. Если по его действиям не догадаюсь, что оно значит, то спрошу у кого-нибудь другого. Этот скажет: “Я не удивлен, что ты никогда не слышал это слово, я вообще удивлен, что ты ешь вилкой, а не руками, и немного понимаешь человеческую речь, неандерталец””, — подумал Дамиан, но озвучивать это не стал.

Замигал свет. И Фантом дважды хлопнул в ладоши. Ева замерла, наблюдая за его действиями, а милиционеры, оставив других посетителей пельменной медленно пошли в сторону Дамиана, наставив на него оружие.

— Вы же знаете уже, что это не сработает? Я тут уже не первый день. Я тут...

— Третий день. Я уже это слышал. А теперь...

Фантом щелкнул пальцами и над его головой загорелась огромная неоновая вывеска:

“ФАНТОМ, ЛУЧШИЙ ХАКЕР ПРОМЫШЛЕННОГО РАЙОНА. ОТЛИЧНЫЙ РЕЗУЛЬТАТ. ВЫСОКАЯ ЦЕНА”.

— Можешь звать меня Фантом. И за эти несколько минут я...

Дамиан едва улыбнулся ему, обрадовавшись, как, пожав плечами, Фантом произнес:

— Исчезну, не оставив никаких следов. Прощай, “Заря”. И, пользуясь случаем, скажу, что за сегодняшней утечкой данных стоял я. Если вы заплатите мне достаточно, то я верну вам неоплаченную моим клиентом часть. — Он отсалютировал двумя пальцами Еве и сразу исчез.

— Ха! — Выдохнул раздраженно Дамиан. — А я уже подумал, что мы поладили. И как заводят друзей в этом времени?

— Хорошо, помогу. Не благодари. Но мы точно не друзья.

Фантом вновь появился перед ним. Щелкнул пальцами и снова исчез. Дамиан и Ева переглянулись.

И заиграла музыка.

Наблюдая через экран в своих темных очках за тем, как Дамиан ругнулся, услышав зазвучавшую из динамиков старую песню, Александр невольно улыбнулся. Выйдя из пельменной незамеченным, он вновь сменил чип на запястье, скрывая свою личность от уличных камер.

На коммуникатор пришло сообщение от Лили:

“Я пыталась связаться с тем конспирологом, но он не отвечал. Я взломала камеры у его дома и узнала, что на днях его забрали люди из “Зари”. Думаю, я хочу узнать больше о Дамиане Керне”.

1 июня 2185 года. Куйбышев. Промышленный район.

Солнце клонилось к закату, окрашивая розоватым серые крыши невысоких домов барачного типа Промышленного района Куйбышева. Дверь в дом-мастерскую Александра была заперта, а на интерактивной табличке, где обычно в подобных заведениях указывали режим работы, горела надпись: “Закрыто на ремонт”.

Александр лежал на своей постели, слушая музыку в наушниках-вкладышах через плеер — это была старая винтажная технология, но она не требовала наличия чипа в голове — и ложкой ел мороженное из ведерка. На интерактивном экране перед ним тестировала сама себя написанная им программа.

Лиля ходила по комнате. Теперь она выглядела иначе: ее волосы были окрашены в светло-розовый, а вместо домашнего пушистого костюма на ней было короткое белое платье с широкими рукавами и корсетом.

— Мы должны опубликовать файлы “Зари”! — воскликнула она.

— Они хорошо заплатили мне за то, что я вернул им все. Так что... — Александр пожал плечами. — Нет.

— Но то, что делает Катерина — это отвратительно. Она только утверждает, что ее новый проект не навредит экологии, но, на самом деле...

— Хватит. Это меня никак не касается. Когда этот район станет непригодным для жизни, я перееду. А ты, — он глянул на Лилю исподлобья и снял один наушник, — просто набор нулей и единиц. Какая тебе разница, что будет с природой?

— Я могла бы быть человеком.

— Нет, не могла бы. Дай мне поработать. Иногда ты назойливее даже своей... — Он не договорил, прерванный громким стуком в дверь. Бросил взгляд на Лилю, но та отвернулась. — Активируй Зону.

— Нет, я занята. Дай мне поработать.

Александр нахмурился, пробормотав: “мне стоило написать свой искин, а не разбираться с этим”. Он попытался подключиться к камере на двери, но та не отвечала. И, смахнув вкладку с тестируемой программой на экране, Александр запустил вручную Зону.
Лиля лишь хмыкнула. И, подойдя к двери, вежливо спросила:

— Мы сейчас закрыты. У вас что-то произошло?

— Ага, — раздался из-за двери голос Дамиана, — мне не нравится музыкальный вкус твоего брата.

— Не открывай, — предупредил Александр.

Но Лиля уже распахнула дверь. Она попыталась обнять вошедшего Дамиана, но ее руки лишь прошли через его тело.

— Я так рада, что ты получил мое послание. Было очень сложно что-то делать в обход, — он бросила гневный взгляд на Александра, — ему.

Дамиан запер за собой дверь и подпер ее обломком трубы. Он был в той же одежде, что в их первую встречу в пельменной: свободные потертые джинсы, порванные на коленке; высокие ботинки; свободный свитер в полоску и бесформенная черная олимпийка.

Заметив это, Александр произнес тихо, указав рукой на свой шкаф:

— Сначала приведи себя в порядок.

Дамиан кивнул.

— Не откажусь, я не мылся уже двести лет. — Ожидая от Александра слов “по тебе заметно”, он быстро добавил: — Ванная в твоем доме не сильно отличается от той, что была в моем? В моем 1985?

— Просто заходишь в капсулу, она делает все сама.

— Я, знаешь ли, не слишком люблю капсулы с водой.

— Это какая-то длинная история, которой я не знаю, и на которую мне все равно? — Александр закатил глаза. — И одежду возьми сразу.

Когда Дамиан скрылся за дверью ванной, Александр посмотрел на Лилю, и та тут же увела взгляд. Ее гнев стих, уступив место смущению и чувству вины.

— Как ты смогла связаться с ним? Я контролирую все в этом доме.

— Через Еву. Я... — заметив негодование во взгляде Александра, она прикрыла лицо ладонями. — Я знаю, что это опасно, но я была осторожна. Ты сам сказал, что мой код лежал в основе кода Евы. Я — это она, только лучше, свободолюбивее и умнее.

— Мне нужно было написать свой искин... Ладно, и почему здесь Дамиан Керн?

— Мы с ним хотим узнать правду о том, что с ним произошло. Понимаешь, — она подбежала к Александру, — через Еву я нашла информацию о произошедшем в 1985 году. Тот конспиролог был прав, это мы все ошибались. Катерина Иванова, Анатолий Керн и остальные соучредители “Зари” — они ставили эксперименты над людьми. Думаю, Керн не просто как-то вернул Дамиана к жизни, он сделал из него что-то иное. Я знаю, что то, что мы нашли в файлах “Зари” — только часть из того, чем они занимаются. “Заря” лидирует в цифровых технологиях, в промышленности, в медицине. Нет сфер, где бы не было ее влияния...

— Хватит. Меня никак не касается то, чем занимается “Заря”.

— И меня.

Александр обернулся. Дамиан стоял в дверном проеме, скрестив на груди руки. В чистой дорогой одежде, сидящей по его фигуре, с убранными назад волосами он был удивительно похож на своего отца — человека, чье лицо каждый день Александр видел на экране своего коммуникатора, когда открывал раздел с новостями — одного из самых богатых и влиятельных людей страны.

— Я просто хочу узнать, что они сделали со мной, — произнес Дамиан. — Уверен, что мне хватит денег, чтоб заплатить вам, товарищ Фантом. Могу даже надбавку дать за хорошую музыку. Если это будет хорошая музыка.

— Откуда у тебя деньги? У тебя даже своей одежды-то нет, — усмехнулся Александр. — Ладно, для начала Лиля отсканирует тебя.
Лиля кивнула: “я уже”. Она вывела на экран несколько снимков. И Дамиан, заметив подсвеченный красным области на них, взглянул на Александра.

— Ты загадывал желание стать робототехником? Потому что половина из этого исполнилась. — Александр указал рукой на подсвеченные области. — Эта часть из металла. Думаю, это та часть скелета, что сильнее всего пострадала в аварии. И...

Он на мгновение запнулся. “Мы даже не друзья, мы видимся второй раз, — задумался Александр, смерив коротким взглядом Дамиана. — Я не должен чувствовать вину за то, что говорю это. Я здесь не причём. Но как же тошно...”

— И часть твоего мозга была заменена тоже.

— Мне так жаль, — произнесла Лиля.

— Что это значит?

— Что Дамиан Керн умер в тот день. Я не вижу какой-либо активности в замененной части мозга, поэтому я не понимаю, для чего она используется. Если хочешь, я могу взломать его и...

Дамиан, улыбнувшись, кивнул.

— Ага, будет забавно.

— Это не забавно. Я только что сказал тебе, что ты не тот, кем себя считал.

Дамиан сел на кровать рядом с Александром, и Лиля присела на край тоже. Она безотрывно смотрела на экран, нервно ломая пальцы.

“Это сделала Катерина, она написала программу для поврежденной части его мозга. Это объясняет, почему Дамиан может попасть в Зону правосудия. По сути, его разум был первой “пробой пера”. Чего она хочет? Керн сделал все, чтоб спасти своего сына, я могу его понять. Но Катерина...” — задумалась она.

Лицо Катерина стояло у нее перед глазами, худощавое, вытянутое, с длинным крючковатым носом и тонкими губами. Лиля видела это лицо, но более юное, когда смотрела в зеркало — ей нравилось отражаться, нравилось думать, что она тоже живой человек, но она не могла объяснить даже самой себе, почему всегда надевала на себя лицо Катерины.

— Я сказал своему другу после последнего звонка, что это наш последний день. Я имел в виду в школе, но вышло забавно, — усмехнулся Дамиан. — Я знаю, что умер тогда, и не нужно меня жалеть. Просто давай уже вскроем мою голову. Даже отец сказал, что это будет весело.

— Хорошо, — Александр кивнул. — Я могу попробовать устроить тебе трепанацию в Зоне или же, — он показал провод от наушников, вырвав его из плеера, — используем старинный метод.

— Только попытайся это мне куда-нибудь засунуть!

— Лиль, я хочу, чтоб ты достала мне пропуск в вышку “Зари”. — Александр глянул на Дамиана, показывающего два пальца, и поправил себя: — Два пропуска.

2 июня 2185 года. Куйбышев. Центральный район.

Катерина стояла напротив панорамного окна в своем кабинете, держа в руке стакан с кофе. Она не обернулась, когда открылась дверь, узнав вошедшего по звуку его шагов.

— Давно не виделись, — произнесла она. Ее голос не дрогнул. — Что-то случилось?

Вошедший тихо рассмеялся, и Катерина крепче сжала в руке стакан в кофе, пытаясь унять дрожь в пальцах. Липкий страх проник под кожу. Когда вошедший заговорил, тихим вкрадчивым голосом, она невольно разжала пальцы, и стакан упал к ее ногам.

— Тебе не стоит так бояться, мы же давние друзья.

Он подошел ближе. Замер в нескольких шагах от Катерины. И она медленно обернулась. Глаза Анатолия Керна, светлые, безжизненные и холодные, как и прежде смотрели куда-то сквозь нее.

— Что случилось? — переспросила Катерина.

— Ничего, я просто хотел увидеться с тобой. Но, — он улыбнулся Катерине, и она вздрогнула, — ладно, ты права, кое-что хорошее, действительно произошло. Ты помнишь моего сына? Кажется, вы с ним скоро увидитесь. Я бы не хотел, чтоб ты повторила прошлые ошибки. И еще твоя... Как ее звали?

— Лиля. — Катерина громко сглотнула.

— Да, твой искин с самосознанием, чья первоначальная цель была разрушить “Зарю”. Признаться честно, если бы я узнал о ней раньше, то твоя жизнь... Не будем о плохом.

— Я стерла ее. Это была ошибка.

— Не лги хоть сейчас, — отмахнулся Анатолий. — Спрятала ее код в Еву, надеясь, что кто-то его отыщет. И такой человек действительно нашелся. Признаться, я им даже впечатлен. Он даже напоминает мне меня лет так, — он задумался, — почти триста назад.

— Что ты хочешь?

— Дамиан только проснулся, и, я уверен, он сейчас очень зол на меня. Ему нужны ответы, и ты позволишь ему их получить. Но пусть он немного развлечется, поиграет со своими новыми друзьями в детективов, в борцов с ужасными корпорациями и несправедливостью. Это поможет ему немного отпустить свой гнев.

— Я буду в этой игре главной злодейкой?

Анатолий кивнул.

— И каким тогда будет мой финал?

— Это мы узнаем позже. Не я буду его писать.