Читать онлайн "Квартира, в которой тебя нет"

Июнь 2019. Солнечный день, в котором я пришла в твою квартиру. Стены кухни голые, почти лысые. Пол скрипит от чужих, пока что моих длинных ног. В спальне роскошная люстра и обои, так отражающие тёмные стороны комнаты.

В квартире светло, и ты пьешь пиво на кухне, рассказываешь смешные истории и называешь меня «кривляка описторх» или «маленький мо». А я смеюсь, потому что смешнее прозвищ ещё не получала. Моё сердце бьётся, как куранты перед Новым годом. У нас ещё столько времени впереди, хоть бы это никогда не закончилось.

Ты рассказываешь о работе, коллегах, как они глупо поступают, а я слушаю, будто бы интереснее собеседника не существует. И если бы мне тогда сказали, что это продлится недолго, я бы впитывала всё, что ты говоришь, с такой жадностью, с которой обычно люди, любящие друг друга, слушают в первый раз.

Ты громко кашляешь. Интересно, что за химический ожог, о котором ты говоришь? Ты работаешь на предприятии и врёшь мне, что ты засланный шпион, а я и рада обмануться. Твоя особенность красноречиво рассказывать удивляет меня. Ты приукрашиваешь истории, а наши знакомые потом объяснят, что ты так шутил.

Однажды я попросила тебя меня обнять. Ты скривился, потому что телесная любовь есть наказание для тебя. Однако ты всё равно обнял меня. Это объятие было короткое, его я почти не помню. Таких объятий будет всего три. Запоминай каждое, мой читатель, так же, как запоминаю их я.

В июле мы впервые вместе танцевали на твоей кухне. Такая роскошь была мне доступна всего пару раз, оттого еще горячее мои маленькие слезы. Если бы маленький Мо мог любить кого-то сильнее, Бог обязательно меня познакомил бы с кем-то другим, а не с тобой.

Но вся моя любовь пришлась на тебя, и ты хранил её, как мог.

Июнь 2020 года.

Мы обсуждаем сложную ситуацию в мире: какой год настиг нас и нашу любовь. Как все сидят по домам и как я беспокоюсь о тебе. Ведь ты всё чаще пьёшь, чаще куришь, чаще делаешь то, что не следует, а я только смотрю на тебя.

Мы привыкаем друг к другу и вместе с тем бесконечно ссоримся. Ты хочешь и умоляешь меня о свободе, а я только плачу, что нашего времени мне не хватает. В этот год ты нашёл новых друзей, новую перспективу на работе, новую влюблённость, а у нас, кажется, ничего не получается, и мы решаем снова отступить. Снова дать друг другу то пространство, от которого отказались во имя сильной влюблённости.

Наша любовь тогда была похожа на короткое замыкание: мы замыкались и снова питали друг друга. Ты говорил, что напишешь книгу, а я сейчас пишу о тебе в надежде, что какой-нибудь читатель испытывал то же самое. Ту же любовь, которая не повторяется.

Мы игнорируем друг друга месяцами, чтобы доказать друг другу, что нам хорошо и так. Оборачиваясь назад, я вспоминаю, какая же это великая глупость. Как много времени мы тогда потеряли, чтобы доказать друг другу то, что не было правдой.

Ты заикнулся, что твоя бывшая сделала тебе плохой ремонт. Тогда я помогла сделать хороший. Голые стены твоей кухни обрели знакомый сюжет. Мы нарисовали героев твоих любимых мультиков, а меня только позабавило, что взрослый мужчина остался ребёнком на своей кухне.

В твоей квартире мы собираемся чуть реже, однако я представляю себе, что мы видимся чаще. Что ты любишь меня той любовью, которую я всегда жду.

Я помню твои слова: «Если я буду переезжать, я заберу собой эту стену, она прекрасна, Маленький мо, дзонгара бымб», — и ущипнул меня в бок так сильно, что я скривилась.

Я довольствовалась малым, как если бы голодному предлагали одну и ту же кашу каждый день. И эта каша непременно стала бы самой любимой, потому что ты голоден как никогда.

Июль 2021.

Твоя квартира стала пристанищем для меня. Единственным местом, где меня могут понять. Мы станцевали второй раз на кухне, обнялись второй раз, и вот та каша превратилась во второе блюдо.

Однажды мы вышли в дождь, и я попросила поцеловаться. Ведь если поцелуешься под дождём, то ты всегда будешь вместе с человеком. В глубине души я надеялась, что наша любовь будет вечной.

Мы продолжаем ссориться и кричим. Выгоняем, угрожаем и кидаем самые громкие слова о нашей взаимной ненависти. Ты ревнуешь, будто у тебя нет ещё женщин, с которыми тебе не одиноко. Я начинаю произносить вслух мольбы о твоей кончине. Всё потому, что у меня больше нет сил сопротивляться твоему накалу.

Ты кричишь, злишься на меня, мы отвергаем друг друга и снова сходимся. Но когда мы вместе, я думаю лишь о том, что та разрушительная сила, которая нас скрепляет, — последнее, что у меня есть. Последнее, что мне осталось, это быть с тобой ровно до тех пор, пока Господу будет угодно. В то лето я поняла, что не смогу никуда деться.

Наша любовь разрушает обоих, но я бессильна, потому что больше ничего я не умела. Наша любовь: кричит, дерется, ругается, проклинает, предаёт и медленно убивает. А я только смотрю, потому что знаю: это дорога в один конец. Ты говоришь: «Дзонгора бымб мооо, ты предатель описторх», — а я смеюсь, ведь нет лучше прозвищ, чем те, что ты произносишь.

Ты любил меня за то, что ни у кого не было причин любить тебя, кроме меня. О такой любви снимают фильмы, потому что она красочна, но способна ли такая любовь быть вечной? Ответ очевиден. Вопрос лишь в том, как это закончится.

Июль 2022.

Твои вредные привычки усилились так, что ты поверил в Бога. А я не нашла ничего сказать, кроме: «Я буду рядом, хоть моё сердце рвётся на части». Мы всё реже в твоей квартире, потому что у тебя появилась женщина, с которой ты хочешь связать жизнь. Однажды я вошла в твою квартиру, и вся мебель была переставлена. Она заявила о себе так громко, что моё сердце разорвалось на куски. Как же глупо общаться с бывшей, зная, что она всё еще тебя любит. Слёзы подступили в тот день, и приходить я стала всё меньше и меньше. Твоя квартира поменялась, и я вместе с ней.

Июль 2023.

Наше очередное лето, которое я плохо помню. Ты проводишь время с ней, а я только жду, что ты напишешь. Я нашла кого-то, кто заткнёт эту дыру, но предателя вроде тебя можно заменить только другим предателем. Хорошими людьми дыру не заткнешь: рана всегда будет кровоточить, какой бы хороший человек рядом с тобой ни был.

И вот весь год мы стоим на разных берегах. Ты на своём, я на своём, а между нами пустота, которая вынуждает меня на тоску. Каждый день всуе я произношу твоё имя и всё жду, что ты услышишь. Но я не в твоей квартире — как ты можешь услышать?

Мы видимся где-то, но не в твоей квартире. Я уже не помню ту стену, которую мы разрисовали вместе. Я уже не помню, как скрипит пол. Я прохожу мимо твоего подъезда и знаю, что не зайду в гости, потому что не звали. Я не тороплюсь в твою сторону, потому что не получала приглашение. Я не покупаю по дороге что-то в дом, потому что незачем. И внутри так пусто, а я только жду, как собака, которую бросили хозяева от того, что она выросла.

Июль 2024.

Наше лето, которое мы проводим вместе, и ссоримся на удивление редко. Дама, затыкающая дыру в твоём сердце, предала тебя. Ты хотел сделать предложение, но не сделал. А я знаю, что никогда бы его не дождалась. Она не воспользовалась своим шансом, потому что никогда не любила, а я знала, что мне нечем пользоваться, потому что шанса нет.

Я попросила потанцевать и обнять меня. То был последний раз — короткий, как сгоревшая спичка. Последний раз.

Быть второй, быть всегда после кого-то — это быть скрипучим полом, по которому ходят грязными ногами. Это стоять шкафом, который никогда не откроют, чтобы проверить, что испортилось внутри. Это быть антресолью, на которую складывают всякий хлам в надежде, что «когда-нибудь пригодится». Но главная шутка в том, что антресоли всё равно больно, шкаф всё равно пылится, а пол — это просто пол, и в этом нет ничего уважительного.

Июль 2025.

Наше последнее лето. Ты говорил, что тебе приснилась своя смерть: как тебя выносят из квартиры. Я тогда подумала: «Прекращай же вредные привычки, они разрушают тебя». Но ты не остановился. Ты делал всё, что убивает тебя, но уже с меньшей силой, потому что даже они оставили тебя. Мы уже не ссорились, а наоборот — ты искупал свою вину передо мной. Только позже я поняла, что так ты прощался. Твой последний громкий смех, последний наш совместный ужин. Последний танец — это всё, что мне осталось. Как же я любила тебя. Как же я любила того, чего нет. Того, кого теперь нет.

На твоих похоронах я вижу слёзы матери, слезы той дамы и не знаю, как им сказать, кто я была для тебя. Ты точно любил меня, но достаточно ли этого было?

Июнь 2026.

Я прихожу в твою квартиру, открываю её ключом. Никто не встречает. Никто не кашляет. Никто не шутит, не кричит, не ткнет меня в бок. Стены голые и разрисованные. Но их больше никто не любит сильнее меня. Никто.