Читать онлайн "Талвин Осколки странствий"

Талвин

Осколки странствий

Каждый день похож на предыдущий. Бесконечно длинные многоуровневые коридоры, по которым приходится ходить. Хотя бы немного теплее их сделали, а то практически везде плесень. Как обычно, у меня мысли лезут в голову. Вспоминаю, что было в прошлом. Гермил, мой друг, всё никак не проснётся: идёт да зевает. Сегодня снова вливать магическую энергию, ведь день — до последней капли. А потом без сил возвращаться домой. И это всё ради спасения родной планеты.

За последний месяц — одна радость: смогу увидеть издалека новую разработку — робота‑защитника. Поскорей бы их запустили в массовое производство! И можно будет не бояться ходить по этим подземным коридорам. Надеюсь, они не будут провальными, как предыдущая модель. Почти каждый день гибнут жители. Плохо, что это пока только прототип робота. Пока пройдут проверки, наверное, ещё полгода пройдёт. Сотрудникам завода обещали их дать для безопасности.

Ещё не так давно наша планета была такой прекрасной, а теперь на поверхности — одна чёрная жижа. Она съела всё на поверхности, а теперь пробивается к нам под землю. Вот бы расщепить на атомы тех уродов, которые сбросили эту дрянь на нашу планету! Свою они практически уничтожили, а теперь и наша непригодна для нормальной жизни. Ненавижу их! Буквально недавно всё было хорошо: я гулял с родными и друзьями, а теперь их больше нет. От населения планеты осталось, наверное, миллион, если верить слухам.

— Стой! Хватит, Талвин! Опять забыл, что, если продолжишь, вся магия вокруг тебя исчезнет? И мою тоже заберёшь. Всю потратишь впустую, несмотря на то что и так её почти нет. Перестань это делать!

— Прости меня, Гермил. Просто… я не могу это забыть. Каждый раз, как закрою глаза, вижу, как эта дрянь ползёт по улицам. Мысли об этом всё лезут, не прекращая. А также всё никак не привыкну, что магию нужно экономить теперь.

— Как маленький себя ведёшь. Опять тебе напомнить, что нас осталось всего пятнадцать, кто может пользоваться магией? Нужно поскорее избавиться от чёрного вируса: рано или поздно он до нас доберётся. Я чувствую, как с каждым месяцем магии становится всё меньше. Эта чёрная жижа не только наши дома съела, но и пожирает всё хорошее, что в нас есть, даже на расстоянии. Сам чувствуешь это или только мне это кажется? В груди всё больше давит, словно там образуется дыра.

— У меня похожее чувство. Нам нельзя поддаваться влиянию. Давай поторопимся, а то опять опоздаем.

Мы шли по слабо освещённым коридорам подземного города, разговаривая о том, что будем делать на работе. Проходя мимо огромных роботов, похожих на червей, — они делали новые проходы. Каждый раз удивляюсь их размерам: некоторые из них огромные, словно небольшой дом.

Был слышен шум постоянно работающих механизмов, который обеспечивал выживание города. Мы проходили мимо рабочих зон, где трудились те, кто выжил. Они улыбались, подбадривали друг друга. Казалось, для них ничего не произошло. «Вот везёт им», — думал я.

— Скажи, Гермил, ты помнишь что‑нибудь о своих родственниках?

— Опять ты о грустном?

— Я совсем не об этом. Мне просто непонятно. На тебя действует прибор забытья, а на меня нет. Всем потом хорошо после него: забудут тот день и спят спокойно. А я всё думаю о том дне практически всё время. Может, мне к другому целителю обратиться, как думаешь?

— Это новый прибор, возможно, его ещё не до конца настроили, — ответил Гермил.

В коридоре сверху послышался странный шум, будто что‑то рушится.

— Бежим! — крикнул Гермил.

Мы бежали на адреналине, со всех сил.

— Быстрее! Нужно добежать до безопасного отсека!

Часть коридора обвалилась. Сработала магическая защита от обвалов, и груда камней и породы медленно опустилась, оставив узкий проход — в него едва можно было протиснуться.

— Назад, давай! — кричал Гермил.

Коридор рухнул сзади, а потом и над нами, и я оказался на полу. Дышать было нечем из‑за густой пыли, вокруг стояла кромешная тьма. Левая рука вдруг стала ватной, не слушалась, будто чужая, — и от этого накатила паника. В голове быстро пробежала мысль, что энергии защиты не хватит и нас скоро раздавит.

— Ты жив? — прокашлявшись, спросил Гермил.

— Да… Нужно скорее выбираться.

— Можешь двигаться?

— Вроде бы да, — ответил я, пытаясь ползти.

Из проёма пробивался слабый свет. Гермил полез первым — он был ближе. Сердце бешено колотилось, а в голове — только бы выжить. Он медленно пробирался сквозь узкий проём. Когда наконец выбрался, настала моя очередь.

С одной рукой двигаться было невыносимо тяжело; пару раз мне казалось, что я вот‑вот потеряю сознание. Гермил подбадривал, радуясь. Коридоры и защита от обвалов спроектированы так, что остаются полости для спасения.

Мне удалось выползти наполовину, и Гермил стал тянуть сильнее. В этот момент сверху потекла ледяная вода. Магическая защита ослабевала, и стало давить на ноги. Следом рухнул чуть дальше коридор, недалеко от нас. Я вливал свою магию на поддержание защиты, чтоб нас не придавило. Сверху слышались взрывы, словно там шло сражение. Было трудно удерживать обвалившуюся породу: сил не оставалось.

— Нам не выбраться! Нужно ждать подмоги! — кричал Гермил.

Но вода, ещё недавно ледяная, вдруг стала обжигать, словно кипяток.

— Это чёрный вирус! — заорал Гермил. В глазах его читался страх и желание бежать.

Чёрная жижа медленно и противно стала обволакивать меня со всех сторон. Навалилась странная апатия — будто уже не имело значения, выживу я или нет.

Гермил тянул со всех сил, и, казалось, он оторвёт мне руку. Он стал светиться и смог вытащить меня. Как же хочется жить, ведь я так молод. Голова уже не работала вовсе, и перед глазами показались яркие искры, а потом тёмные пятна.

И вдруг вспыхнул ослепительный свет.

— Я умер?

Моё тело лежало, всё покрытое чернотой. Всё это я наблюдал со стороны, будто смотрю какой‑то фильм‑катастрофу. Чуть вдалеке Гермил рыдал и бормотал, что не смог уберечь и помочь. Его руки были все в чёрной жиже, которая медленно стекала на пол. Гермил вливал магию, чтобы отогнать от себя эту гадость. На помощь мне уже сил не хватало. Та, в свою очередь, медленно перемещалась к нему, словно живая, но не решалась близко подойти из‑за света.

Хотелось сказать, что не нужно переживать, что со мной всё в порядке, что я рядом.

В то же время было так легко и свободно. Ощущение, будто ты в волшебном сне. Только что я не хотел умирать, а теперь радуюсь? Не хочу так, и в то же время — куда возвращаться? Всё тело в черноте, от которой очень быстро умирают.

Я подлетел к своему телу и с силой стал пытаться снова войти в него, от чего моя душа стала сильно светиться. В том месте, где я старался пробиться, неспешно стал отступать тёмный вирус.

«Убирайся с моего тела!» — тут хотелось материться, но ничего не выходило. Я никак не мог вспомнить слова, чтобы ругаться. «Ещё немного», — думал я. И вот открылся участок без этой черноты, и мою душу стало засасывать. Вот только не в тело, а совсем в другую сторону.

— Жить хочу! Жить!!!

Я стоял, а если быть точнее, левитировал, и был похож на надувной шарик — абсолютно круглый и светящийся, словно фонарь. Напротив меня был такой же шар. Вот только он светился гораздо сильнее меня и был немного больше.

«Где я?» — первое, что пришло на ум. «И как мне вернуться назад?»

Я решил левитировать чуть дальше, чтобы осмотреться, но ничего не вышло.

«Подожди немного», — возникли в моей голове мысли.

«Я почти изучил твою историю жизни. И меня зовут Ладис. Я помогу тебе освоиться в этом пространстве. И, конечно же, ты умер».

«Ты, получается, божество?»

Я левитировал секунд, как мне показалось, 15, а потом мысли стали снова появляться.

«Нет, конечно. Я лишь встречающий. Можешь не переживать: это не конец твоего существования как личности, и скоро ты сам в этом убедишься».

В голове было столько вопросов… Или в теле? Ведь головы у меня не было. И вообще, я запутался и хочу обратно.

«Конечно же, если ты настаиваешь, — перебил мои мысли Ладис, — то мы тебя можем вернуть обратно. Благодаря твоим последним усилиям ты смог сохранить своё тело, и сейчас оно находится в коме. Когда ты вернёшься, то сможешь наблюдать со стороны, как оно лежит себе спокойно. Иногда будет приходить твой друг. Через полгода ты проснёшься, но будешь как овощ: сможешь только мычать и смотреть в одну точку. Ещё через полгода, примерно, ты снова вернёшься к нам. Все усилия целителей вернуть тебе нормальную жизнь будут напрасными. Если ты желаешь — ведь тебе можно выбирать, — то мы тебя отправим обратно. И ты сам убедишься в том, что я тебе рассказал».

«Неужели ничего нельзя сделать? Влить магии в тело, чтоб оно исцелилось. Я помню: своё тело после такого не выживают. Только если чудо произойдёт».

«Можешь послушать меня и выбрать. У тебя будет шанс сейчас выбрать другую жизнь из предложенных. Но прежде нужно кое‑что сделать. Будет немного непривычно, но не переживай: с тобой ничего плохого не произойдёт. Просто из тебя выйдет всё нехорошее, что ты накопил за жизнь на планете».

Из меня стал выходить чёрный пар, и с огромной скоростью летели мысли, воспоминания — чего плохого я натворил за жизнь. Переживания и грусть с большой скоростью выходили. Пар постепенно сформировался в чёрный шар, а потом развеялся. Стало намного легче, вот только часть меня бесследно пропала.

«А теперь ты готов и можешь выбирать».

Буквально мгновение назад я хотел вернуться, а теперь понимаю, что мне говорят правду. Я решил выбрать другую жизнь.

«Отлично! — воскликнул Ладис. — Я в этом не сомневался. Именно тебе разрешено выбирать из большого количества вариантов. Но я бы предложил тебе пять из них, а если быть точнее — три самых подходящих».

Я раньше уже читал про подобное: судьба попаданца, где будут море возможностей и силы, словно у непобедимого героя. Потом он выиграет всех плохих. Или сразу дадут возможность чуть ли не быть богом.

«Я слышу все твои мысли, — перебил меня Ладис. — И всё, что ты там нафантазировал, к реальной жизни не имеет отношения. Иначе каждый второй бы ходил в героях, как ты там представлял, или божествах. Это ещё нужно заслужить».

«У тебя на выбор — стать пушистым разумным зверьком, который умеет летать. У тебя будет много друзей, беззаботная жизнь без стрессов и приключений. Ты не будешь бояться, как тебе выжить, потому что на этой планете всё очень хорошо. А также можно изучать магию. Живи себе, да порхай, и пей нектар из цветов. В общем, не жизнь, а сказка. Живи в спокойствии 300 лет, не напрягаясь».

Конечно, заманчиво звучит после того, что со мной было. Вот только, кажется, в этом есть подвох, который мне не говорят.

«Вторая жизнь начнётся с того, что ты родишься в хорошей, богатой семье. Проживёшь жизнь как в отпуске. Вот только рано уйдёшь из жизни — примерно в 17 лет».

«А почему так мало?»

«Это связано с обещанием самому себе, что сделаешь определённые дела. Какие — сказать не могу, иначе будет неинтересно».

«Первый вариант, значит, что я отказываюсь от своих обещаний?»

«Всё верно».

«Какой же третий вариант?»

«Тут всё не так просто. Постараюсь объяснить по‑простому. Представь, что ты — сверхдуша. Представь, что ты играешь в компьютерную игру, вот только тебе неинтересно играть только в одну игру. Ты можешь играть сразу в 12 игр одновременно. Это какая должна быть голова, — параллельно думал я. — У меня бы от такого голова взорвалась».

В основном в жизни происходит одно и то же, тебе будет неинтересно смотреть, как твои персонажи кушают, делают рутинные действия и т. д. Думаю, ты понимаешь. Интересно смотреть только на успехи. От неудач твоих персонажей ты будешь грустить. Вмешиваться нельзя сильно в игру, потому что есть свобода выбора у персонажа. Он может слушаться того, что ты ему советуешь, а может и нет. В основном, конечно, персонажи не слышат, потому что не хотят. Всё это сделано в качестве эксперимента и интересной игры.

«Как‑то не очень звучит, что я игрок. Я не игрушка, чтоб со мной играли».

А самое интересное, что эти игроки — это и есть ты. «Что‑то я совсем запутался во всех этих играх. Расскажи подробнее».

«Так ты не перебивай своими мыслями, и всё поймёшь. Если быть точнее, целое разделилось и отправилось в приключение, чтоб стать лучше в итоге. У каждого персонажа есть свой план действий, который нужно сделать. А также у всех разные личности. Если кто‑то не справляется с задачами, то другие персонажи должны будут попытаться доделать дела. Перед каждым воплощением игрок выбирает, как ты сейчас, план, который нужно сделать. В основном никто не справляется, если много на себя берёт. Награда велика, поэтому выбирают потруднее. Когда игрок воплощается, он всё забывает и начинает с чистого листа, чтоб не повторять прошлых ошибок. Мы пробовали давать память — только от этого всё хуже становится. Не нужно злиться, что игра ужасная, как в твоём случае. Просто ты не справился. Ты, конечно, можешь посмотреть сейчас свои ошибки, только третий путь будет закрыт».

«Думаю, выберу первый вариант, — думал я, — и пусть они сами играют в свои игры без меня».

Так вот, третий вариант. Ты окажешься в теле одного из 12 игроков, который не справился. Что он выбрал, тоже тебе будет неизвестно. Но ты будешь помнить многое, о чём мы говорим, и не забудешь свою многострадальную прошлую жизнь.

«А какая награда, если выбрать третий вариант?»

«Конечно же, это счастье, которого все желают! Вот только для всех счастье разное, и ты сможешь выбрать именно своё в пределах разумного. Будешь богат, если захочешь. В первом варианте ты захочешь сбежать через год от скуки, вот только не сможешь. Понимаешь разницу в счастье?»

«А других нет вариантов?»

«Они, конечно, есть, но ты ещё не дорос до них».

Чуть дальше показались два экрана, которые светились так сильно, что было плохо: на них просто невозможно было взглянуть.

— Вот ещё два других варианта. Если сможешь приблизиться к ним, я расскажу подробнее.

Я направился прямиком к ним, и чем ближе подходил, тем невыносимее становилось. В одно и то же время мне было очень хорошо — казалось, там моё счастье. С другой стороны, ощущалось сильнейшее давление. А потом появилась невидимая стена, которая меня не пускала. Сколько бы я ни пытался, ничего не выходило.

— Ответь мне, почему я не могу подойти к ним?

— Всё оттого, что маленький ребёнок не сможет понять и жить в тех условиях, что там. Стена, что тебе мешает, — это как защита от тебя самого. Детей оберегают, чтобы они сами себе не навредили.

«Ты, наверное, думаешь, что твоя цивилизация добилась успехов в науке и магии. Там, откуда ты, практически все считали, что они очень умные. Если сравнивать, то ваша планета — на уровне детского сада».

Эти все странности меня достали! «Ты меня тупым считаешь?» — это сильно злило, настолько, что хотелось ударить, вот только нечем. А тело не слушалось, хотя я пытался разогнаться и врезаться в Ладиса. Дурацкое место: нельзя выражаться и драться.

«Времени не так много», — перебил он снова меня.

— Давай скорей, решай, — спокойно проговорил Ладис, делая вид, что не слышал моих мыслей.