Глава: "Глава 1"
Аннотация
В эпоху великих перемен и жестоких интриг дружба двух мужчин — будущего императора и его самого преданного друга — кажется нерушимой. Они прошли вместе через войну, детство, трудности и триумф, деля друг с другом всё: от хлеба до мечты о великой державе. Но всё меняется, когда на их пути появляется она — женщина с гордым взглядом, чья красота и воля способны потрясти даже трон.
Царь влюбляется (несмотря на то, что сам женат и женой доволен), но его «искушение» — это жена его друга. Внезапно дружба, проверенная кровью, сталкивается с ревностью, долгом и властолюбием. А у неё — свой выбор: оставаться верной обещанному или поддаться угрозам, зная, что каждый шаг может обернуться предательством… или смертью.
На фоне нарастающего бунта и теней заговора разворачивается драма, где любовь становится оружием, дружба — слабостью, а верность — роскошью, которую не каждый может себе позволить. Кто из них пожертвует собой ради другого? И стоит ли трон той цены, которую придётся заплатить за него?
P.S. моя книга — это лишь плод моего воображения и не пытается никого унизить, обидеть или задеть чувство верующих.
Глава 1. Белая голубка
Когда-то давным-давно, когда реки были шире и полноводнее в некоторых краях, на самостоятельный престол вступил молодой царь Пётр, которому прочили большое будущее, и он был уже женат на красавице Евдокии.
В это же время в Подмосковье жил крепкий парень Александр, который с детства знал царя и даже дружбу с ним водил. Вот только женат он не был. Не до этого было.
Александр был из тех, кто любил свою свободу, а потому жениться не торопился.
Петр его очень ценил, и как только стал царём, сразу приблизил его к себе, сделав своей «правой рукой» и советником.
Александр происходил из дворянской семьи. С пелёнок он не был обделён вниманием. А так как парень вырос ещё и очень видным, женское внимание также не заставило себя долго ждать.
Только вот в то время было очень строго с честью.
Поэтому Александр просто обращался за услугами в дом «древней профессии».
В тени кремлёвских стен, ещё до того как Петр стал императором, Александр Воронцов — сын скромного дворянина, чьи знания в механике и астрономии привлекли внимание царевича Петра.
Их дружба началась в 1678 году, когда десятилетний Пётр, украдкой бросивший уроки латыни, нашёл в саду Александра — того, кто собирал из обломков старых часов странную машину, будто бы способную «поймать ветер».
С тех пор они были неразлучны. И были очень похожи между собой по характеру.
Александр стал для Петра не просто другом — он был его совестью, его компасом в мире, где каждый шаг был подсчитан, а каждое слово — опасно. Когда Пётр мечтал о флоте, Александр чертил чертежи кораблей на пергаменте, пока другие смеялись.
Но вот случилось непредвиденное.
Такой случай стар как этот мир.
Однако…
Александр возвращался с охоты с добротной добычей в руках. И тут он видит: ему переходит дорогу с пустыми вёдрами девушка с длинной густой и красивой косой, в белой рубахе и светлом росписном сарафане, словно белая голубка.
- Эй, ты! — возмутился парень. - Ты зачем доброму человеку дорогу переходишь? Да ещё и с пустыми вёдрами!
- Во-первых, я тебе не эй! Во-вторых, с чего ты взял, что ты добрый? — огорошила Александра незнакомка, которая смело обратила к нему свой взор и он смог рассмотреть насколько она была красива.
- Вот это новости…, - растерянно произнёс он и продолжил, - может, объяснишь, почему ты выражаешься обо мне так резко?
- Пожалуйста. Ты, мил человек, очень грубый и безжалостный, раз позволяешь себе убивать невинных зверей ради своей забавы.
- Ты думаешь, что всё знаешь обо мне? Или ты из тех, кто не ест мясо?
- Нет, я не травоядная. Признаться, я ем мясо, но не очень часто. А вот ты, - указав пальцем на парня, девушка взглянула ему в глаза и продолжила, но всё же дрожь была заметна в её колдовских глазах, - ты их просто так убиваешь. Ладно бы, если ты для одежды. И то в меру. А ты просто делаешь из них чучела. Это дико и очень жестоко.
- Это просто мои трофеи…
- Поэтому я и перешла тебе дорогу с пустыми вёдрами. Может быть тогда ты остановишься, - отворачиваясь проронила она, направавившись куда — то вдаль.
- Как имя твоё?
- Имя моё тебе ни к чему.
- Ох, ты ж… Ты из Подмосковья?
- Всё тебе расскажи!
- Я подружиться с тобой хочу.
- Я не дружу с убийцами.
Ошарашенный Александр стоял и не мог поверить своим ушам. Выглядела девушка не старше его, а рассуждала словно мудрая старица.
Парень не стал давить на девушку и, впечатлённый ею, направился к себе домой.
Но думы про неё всё не покидали…
Хотя дел было невпроворот.
Например, нужно было собираться для переезда в Москву. Он ведь давно обещал Петру, но всё задерживался. Помогал родителям, у которых он остался одним единственным сыном. Остальных двоих не стало после русско - турецкой войны, которые храбро сражались за свою Родину.
Пока Александр находился с родителями - старался сделать всё, чтобы в первое время его отсутствия они ни в чём не нуждались.
И да, он был охотником, который иной раз коллекционировал трофеи.
Запасшись впрок, парень наконец-то добрался до своих вещей и стал собираться в путь.
- Ну, сынок… Приезжай как теперь времечко будет, - проголосил отец. — Запасов ты нам наготовил, поэтому не печалься о нас. Я ещё в добром теле, поэтому не тревожься. Мы с матерью писать тебе будем.
- Отец, если будет надобность какая - сразу пиши весточку!
- Сынок, не переживай, - обняв сына, успокаивал статный родитель. -Вот только некая надобность и впрямь есть к тебе.
- Так, слушаю.
- Сыночек, ты когда женишься, а? — ворвавшись в разговор, пришла мама Александра со свежим хлебом в руках.
- Мать, отец… Да вы чего?
- Да ничего, сын, - продолжила родительница, - у нас ведь никого не останется. А внуки? Хоть если все девочки будут!
Ефросинья аж слезу пустила.
- Фросьюшка, ну прям сырость развела, - обнял жену отец. - Но мать права, Саш. Тебе уже скоро двадцать один год стукнет, а ты всё в бобылях ходишь. А мы с матерью успокоиться не можем, что продолжения от тебя нет. И бороды нет, и продолжения рода нет.
- Будет, отец, будет. Сейчас с Петром решим некоторые вопросы и женюсь.
- Не уж - то наконец нагулялся? — облегчённо вздохнула Ефросинья.
- Нагулялся, - улыбается парень.
- М-м-м, - промычал отец, будто всё понял. - И как её зовут?
- Не знаю…
- То есть, как?!
- Не сказала просто.
- Тьфу, мальчишка! Что ж ты не догнал да не спросил её? Всему учить вас надо…
- Ладно тебе, Вась, - вмешалась жена. — Будет тебе. Ежели его судьба — сама ему встретится.
Глава 2. Поиск белой голубки
- Ну что, Санька… Сам жениться ещё не надумал? — спросил Пётр своего давнего друга.
- Ты как родители мои, ей — богу, - усмехнулся Александр. — Признаться, есть одна зазноба, которая покоя мне не даёт.
- О, как! И кто же она?
- А этого, брат, мне неведомо… Знаю только, что чертовски красива, словно белая голубка…
- Санька, ты настолько влюбился, что имя забыл спросить? И где же ты её увидел? — усмехнулся царь.
- Мы с ней в лесу встретились. Точнее, когда я уже из лесу выходил с добычей. Так она мне дорогу с пустыми вёдрами перешла, сказала, мол: ты человек не добрый, а жестокий.
- Вот это характер…
- Не то слово! Короче, я пока стоял и «переваривал» всё происходящее, она в лес начала уходить. На мой вопрос, как её зовут, ответила: «Ни к чему тебе моё имя».
- Во, девка! Так ты сам — то, что думаешь?
- Думаю, если она с пустыми вёдрами в лес пошла, значит, она либо к роднику ходила и сама из Подмосковья, либо…
- Либо?
- Либо дочь лесника.
- Почему?
- Не знаю. Просто предположил. Короче, Пётр, если у меня сейчас срочных задач нет, я бы у тебя отпросился, чтобы разыскать эту девушку.
Пётр рассмеялся.
- Добро. Езжай, ищи.
Александр поклонился и вышел прочь.
Выйдя на свежий воздух, парень насладился им, сделав глубокий вдох, и стал думать, с чего бы начать.
Обмозговав некоторые пришедшие мысли, он постоял две минуты, затем вскочил на коня и ускакал.
Погода стояла тёплая, хоть и осенняя. Листва с некоторых деревьев уже начала опадать, а виды, которыми наслаждался Сашка верхом на коне, мелькали мимо него разноцветными и яркими красками.
Осень очень богата на цвета. Хоть и, с одной стороны, грустно, что лето закончилось, но с другой, наступила любимая пора молодёжи — свадебная. Да и осень всё же радовала глаз. Ведь каждое время года по — своему прекрасно. Александр скакал недолго. Прибыв в Подмосковье, парень слез с коня, взяв своего верного друга за поводья, и пошёл по округе.
Вдруг навстречу ему идут несколько ребятишек.
- Ребята, постойте!
- И вам здравия!
- Скажите, вы знаете девушку, очень красивую, с длинной косой, в белой рубахе и в светлом росписном сарафане? На голубку похожая…
- Мил человек, здесь много красивых девушек, - усмехнулись они. — Но именно в светлом одеянии не видели.
- Понятно, - расстроено ответил Сашка, - Благодарю.
Идёт дальше.
Он стал присматриваться к каждому дому: вдруг он мог и не разглядеть девушку, которая закралась в его сердце, и которая не попадалась ему на глаза, даже когда он здесь жил.
И как же имя — то её?
Всё не давал ему покоя этот вопрос.
Вот и правда, вроде и «давить» на неё не хотел и, в то же время, всё — таки нужно было узнать как её зовут.
Но… да если, да кабы...
Спустя некоторое время, к Александру подошла почтенная супружеская пара с вопросом:
- Сынок, ты чего здесь ищешь? Или кого?
- Здравствуйте, почтенные. Да вот, ищу девушку, которая встретилась мне как — то в лесу. Подумал, может она отсюда, да только нигде не вижу.
- А как звать — величать твою суженную?
- Не знаю, дедушка. В этом и загвоздка. Внешность могу описать: красивая до неприличия, а в сарафане словно белая голубка.
- Влюбился ты, парень, не на шутку, - улыбнулся дедушка.
- М-м-м, это небось дочка нашего лесника, - ответила бабушка.
- Лесника? Точно! А вы её знаете?
- Саньку — то? Конечно! Во девка! — ответил дедушка, показав парню одобрительный знак.
- Она тут почётом пользуется, - продолжила бабушка. — И видная она, и характер не промах. Отец её тоже человек уважительный.
- А почему я её никогда не видел здесь раньше?
- Сынок, скорее всего, потому что она в основном в лесу живёт. Сюда редко приходит. Вы могли и не пересечься.
- Не время значит ешо было, - улыбнулась бабушка.
- Верно говорите, - заулыбался парень. — Ладно, пойду я.
- Всего доброго, сынок!
Сашка довольный пошёл к родителям на минутку. А то гул уже про него небось пробежал и до родителей мог долететь. Они могли обидиться. А родителей уважить нужно.
- Надо же, - не мог успокоиться он. — Ещё и имя у нас одно на двоих… Вот это судьба!
Тук — тук — тук.
- Мама? Отец?
- Сынок? А ты чего так спешно вернулся?
- Так, за невестой я!
- Ух, ты ж! Мать, слышала? — обратился Василий к жене.
- Да, как же не слышать — то! Такая радость! — Ефросинья на радостях обняла сына. — Ну? Узнал про неё что — то?
- Да. Оказывается она дочка нашего лесника. Я раньше слышал, что у него дочка подрастает, но значения не придавал.
- Да потому что голова твоя была не тем забита, - мать слегка огорошила сына рушником. — А сейчас на место зато встала!
- Да, мать... Глядишь и продолжение скоро появится!
- Так! Давайте забегать вперед не будем, я с вами поздоровался, — отметился, теперь пойду к ней.
- Да уж такому — то красивому парню она явно не откажет!
- Только если я найду её — сразу свататься буду. Вы не обижайтесь, что отступлю от правил…
- Да ладно тебе! Пока ты настроен — действуй! А так, нам завтра спозаранку на ярмарку ехать, - объяснили родители.
- Ладно, пойду я голубку свою искать.
- Давай, сынок! Наслышаны мы о ней, ох, и хороша девица! Одобряем!
Родители обняли и благословили сына.
- Сашк, погоди! А переодеться? — спросил отец.
- А что не так с моей одеждой?
- На — ка вот, надень хотя бы как полагается, - Ефросинья заботливо протянула ему красный кафтан с сапогами, черные порты, шапку и красивую богато — расшитую телогрейку. — Давай — давай, сына, переодевайся без всяких разговоров.
Сашка переоделся и соколом вышел к родителям, которые не могли на сына налюбоваться.
- А с какой стороны леса дом лесника находится?
- Сын, а мы не знаем. Мы ведь в гостях у лесника не бывали. Поспрашивай у кого на улице, может кто погрибы или поягоды ходил, да и на чай к леснику заходил…
- Ладно, разберусь.
Сашка вышел и пошёл по интуиции. Но Подмосковье ведь не маленькое. Он приглядывался: с какой стороны разумнее всего подойти и пойти в лес искать этот дом?
И тут он вспоминает их встречу с Александрой, куда она тогда пошла с пустыми вёдрами.
Он вспомнил и пошёл.
Только вот путь оказался не столь простым, как могло показаться на первый взгляд…
Глава 3. Поиск продолжается
Пройдя некоторые дебри, Александр остановился и огляделся вокруг. Хорошо, что он оставил коня у входа в лес. Коню тут делать было б явно нечего. А оставлять его посреди леса, тоже идея ни о чём.
Сашка двинулся дальше. Немного пройдя вперёд, он чуть не увяз в болото. Взяв большую и крепкую ветку, он измерил глубину и понял, болото глубокое.
- Таак, - начал он вслух размышлять. — Сюда она явно не ходила.
Он вернулся назад. Снова осмотрелся и пошёл направо. Чтобы не заблудиться, — он повесил свою шапку на одну из веток дерева.
На всякий случай, он взял с собой ту большую и крепкую ветку, которой измерял глубину болота.
А то вдруг волки или мишки, а их угостить нечем…
Чем дальше шёл Александр, тем больше понимал, что начинает уходить вглубь леса…
Ведь даже следов человека здесь не видать, а значит о месте жительства лесника и Александры не может быть и речи.
Снова идёт назад.
Дошёл до своей шапки, но снимать её не стал. Вдруг ещё вернётся?
Как же хорошо, что осень! Потому что никаких надоедливых комаров и мошек не было. Если они где — то и летали, то в очень сонном состоянии.
Как же Александра здесь уживается с этими насекомыми?
Хотя, выход всё же есть: готовят разнообразные настои из трав, которых не любят насекомые. Настоями мажут окна, двери, проёмы, чтобы мошкара чуяла и не смела залетать внутрь дома. Также и мазаться этими снадобьями не только нужно, но и полезно: и мошкары не трогают, и организм напитывается растительным и полезным ароматом.
Сашка теперь повернул налево. Пройдя некоторые кусты и деревья, он вдруг натыкается на кого — то.
- Доброго здравия, - обратился Саша к мужской фигуре.
Тот поворачивается с ружьём в руках.
- Э-э, отец! Полегче! Я без злого умысла!
- Чего тебе, парень?
- Ружьё от меня уберите, тогда скажу.
- Ишь ты… А кто тебя знает! Сейчас времена такие, что ухо в остро нужно держать. Особенно в лесу!
- Ваша правда. Вы зверей от охотников охраняете?
- Можно и так сказать. Ну и бывает всякое. Если зверь сам может наброситься.
- Ну, если вы стоите с ружьём в руках…
- Не только поэтому. Видишь ли, если охотники испугают зверя, — он потом может кидаться на всех, кто встретиться у него на пути.
- Я понял.
- Так, чего ты шарохаешься по лесу? Уж явно не за грибами и за ягодами.
- Ваша правда. Девушку ищу.
- Тхе, - усмехнулся мужик. — Не там ты девицу ищешь, друг.
- А если она живет в доме лесника?
- А зачем тебе она?!
- Жениться хочу.
Почтенный мужчина подошёл ближе к парню, вглядываясь в его глаза.
- По глазам, вроде как, не врёшь.
- Не вру.
- Ты… местный?
- Да. Только теперь царь меня назначил своей «правой рукой», поэтому недавно переехал в столицу.
- А с дочкой моей когда успел познакомиться?!
- О! Так вы и есть лесник?
- Он самый.
- Вот так удача! А то уже и дело к ночи. Встретились мы… недавно, когда я из леса выходил, а дочка ваша мимо проходила.
- Интересно. А чего ты в тот раз в лесу делал?
- Эх… Не получилось умолчать.
- Чего?! У меня молчать не получиться, у меня ружьё! Так что не расслабляйся, малый!
- Я понял. В тот раз я охотился.
- А! Так это ты тогда мне зверей перепугал?!
- Мы об одном и том же говорим?
- Не увиливай! Ружьё…
- Ладно — ладно. Может быть и я перепугал. Дочка ваша мне и приглянулась тогда… И красой своей, и дерзостью.
- Тхе! — снова усмехнулся лесник. — И чего она тебе такого сказала?
- Ну…
- Ружьё!
- Хм. Она сначала сделала - дорогу мне с пустыми вёдрами перешла, а потом огорошила, мол: «Ты, мил человек, очень грубый и безжалостный, раз позволяешь себе истреблять невинных зверей ради своей забавы»
- А ты не ради забавы?
- В основном, нет. Для нужд. Но иногда бывает и ради забавы.
- Эх, парень. Ради забавы… И как, по — твоему, я должен тебе отдать дочь?
- Ну, она не вещь, которую просто можно взять и отдать. Я именно прошу вашего одобрения.
- Одобрения? На вашу свадьбу?
- Да.
Лесник глубоко вздохнул, пристально рассматривая парня.
- Нравишься ты мне, юнец. Видно, что ты с чистыми намерениями. Но вот за охоту забавы ради… Ты уж извини.
- А Александра вам обо мне говорила?
- О тебе? Нет. Только если вскользь, что развелось охотников нахальных.
Александр заулыбался.
- И чего ты, парень, лыбишься? Я ж ещё одобрения не дал.
- Даю вам обещание, что ради забавы своей больше не буду охотиться.
- Обещаешь?
- Обещаю!
- Обещанного три года ждут. А я буду смотреть по поступкам твоим. Но и ты помни про своё обещание, понял?!
- Понял.
- Смотри! Я строго спрошу, если что.
- Где Александра?
- Дома. Где же ей ещё быть в такой час.
- Вдруг она у подружки. Сейчас многие девушки ночуют друг у друга.
- Только не моя дочь. Я её не отпускаю. Не доверяю никому. Слишком красивой считаю.
- И я считаю, что она очень красивая…
- Что?
- Где, спрашиваю, дом ваш?
- Сейчас пойдёшь прямо от меня, потом направо повернёшь. Санька там поди поздний ужин готовит. Она всегда меня так встречает с вечерней проверки моей.
- Благодарю. А как мне звать вас?
- Степаном кличь. Папкой потом будешь величать, после свадьбы.
- Есть, понял!
Глава 4. Взаимно или нет?
- Ну, здравствуй, тёзка! Голубка моя, белоснежная!
Девушка подскочила на месте у печки от неожиданности и обернулась.
- Ты?!
- Я, - широко улыбнувшись во все здоровые и красивые зубы, Александр стоял на месте, руки в боки.
- Как ты меня нашёл?!
- О, - Сашка вскинул брови, - это было не просто! Я присяду?
- Нет.
- А я всё же не буду дожидаться твоего разрешения, - усмехнулся парень и присел на лавку.
- Нахал!
- Уж какой есть, Саша.
- Зачем пожаловал?
- По косе твоей вижу, что ещё жениха нет у тебя.
- Лента в косе ни о чём не говорит.
- Хочешь сказать, что влюблена в кого — то?!
- Влюблена прям сильно сказано. Но, скрывать не стану, приглянулся один…
- И?
- А чего это я отчитываться должна перед тобой?!
- Потому что я хочу тебя… взять себе в жёны.
Саша округлила зелёные глаза от неожиданного поворота.
- Быстрый ты!
- Продолжим. Тот парень тебе оказывает знаки внимания? Давай честно.
Девушка зарумянилась и отрицательно помотала головой.
- Всё понятно. Не твой это человек.
- Хочешь сказать, что ты мой человек?
- Хочу.
- Слишком самоуверенный ты.
- А ты разве не слишком самоуверенно себя вела, когда переходила мне дорогу?
- Это другое…
- Этим ты и понравилась мне, одним словом.
Александр встал с места и начал медленно подходить к девушке.
- Что ты делаешь?!
- Вижу… как ты волнуешься, когда я к тебе приближаюсь и меня это сводит с ума.
- Отойди!
- Нет. Я не для того шёл к тебе, чтобы находиться на расстоянии.
- Ты слишком много от меня хочешь!
- А я тебя хочу… в жёны. Саша, будь моей, - подойдя вплотную, Александр взял девушку за плечи и прижал к себе. — Выйдешь за меня?
- Нет.
Александр, видимо, расслышал «да» и сильно впился губами в нежные губы Александры. Та стала брыкаться и толкать парня в его плечи.
- Я же всё равно добьюсь своего, Саша, - прошептал уверенно парень.
- Если ты не отойдёшь от меня — я закричу!
- Кричи.
Они стояли и смотрели друг другу в глаза, но Александра так и не закричала.
- И почему же ты не кричишь? М? Может потому, что я всё — таки приглянулся тебе?
- Отец скоро возвернётся…
- Я уже с ним поговорил, и он согласен.
- Что?!
- Да, Саша. Он одобряет наш союз, - и снова парень поцеловал девушку, словно ставил отметину на ней, что с этого момента Александра принадлежит только ему.
- Ты оделся в красный кафтан, сапоги и чёрные порты, будто свататься пришёл, - освободившись от поцелуя, неуверенно подытожила девушка.
- Так и есть.
- А родители?
- Мои родители не смогли приехать. Они на ярмарке. Но они знают про тебя — я рассказывал. Так что они тоже одобрили наш союз. А то, знаете ли, ты такая прыткая, что можешь убежать. Поэтому я пришёл и сразу к делу.
Девушка стоит как вкопанная и не может проронить ни слова.
- Ну так что? Ты согласна? — задаёт он вопрос, всё больше вжимая в себя девушку.
Александра вновь посмотрела в изумрудные глаза парня, который был весьма настойчив.
- Я не оставлю тебя в покое, пока не получу желаемый ответ. По твоим красивым глазам вижу, что я тебе тоже небезразличен. Не зря же всё — таки я шёл по дебрям к тебе. И явно не за отказом, Саша.
- Я-я…
- Да скажи ты ему уже «да», Санька, а то ведь не отстанет, - вмешался лесник, который вернулся с проверки. — И не прижимайся ты к ней так, зятёк! Чай ещё не женаты, потом наприжимаешься ещё... А то до свадьбы так не дотяните, придёться прямо сейчас женить вас, - посмеялся он.
- Степан, я думал, вы ещё задержитесь.
- Ага, сейчас. Мы с тобой ни о чём не договаривались, милок. А я привык доверять, но проверять.
- Хорошая стратегия, - ответил Александр, улыбнувшись.
- Санька, ну.. накрывай на стол что ли. Отец есть хочет! Да и твой тоже.
- Отец…
- Эххе, - рассмеялся Степан. — Ладно тебе, дочка, я сам молодым что ли не был. Так, зятёк, когда свадьба?
- Хоть завтра. Но по обычаям положено хотя бы через неделю.
- Добро. Значит Саньку собрать успею.
Сашка подаёт на стол, а сама молчит.
Молчит и смущается.
- Ты смотри, молчит всё, - не угоманивается Степан.
- Да ладно вам, девица просто смущена, - ответил Саша.
- Твоя правда, зятёк. Ладно, давайте ужинать.
Весь ужин Саша не спускал глаз с невесты.
Ему не верилось, что и он остепенился всё же. Лишь иногда убирал свой взгляд от неё, чтобы она сама могла поесть спокойно и без смущения.
- Так, дочка, добротный был ужин, благодарствую! - привстав с места, начал разговор лесник. — Теперь надо спать ложиться. Порознь. Всё понятно?
- Я понял, - улыбнулся будущий зять.
- Вот и славно. Санька, постели суженному своему в соседней комнате. А лучше всего рядом с мной. Знаете ли…
Сашка не переставал улыбаться на, казалось бы, строгость и, одновременно, шутки будущего тестя.
- Давай я помогу тебе, - подошёл к девушке парень.
Та смущённо только на него смотрела, глаза вниз опустила и кивнула.
Глава 5. Скоро наступит день, который изменит всё
На новом месте парню всё не спалось…
- Чего ты там вошкаешься, а? Ты учти, я сплю чутко! Знаю я вас, парней. Сам таким был.
- Степан, у меня и в мыслях ничего буйного не было.
- Очень хочется верить. Может звёзды посчитаешь?
- Почему именно… звёзды?
- Потому что барашков считать уже преелось, - смеётся Степан. — Может про родителей своих расскажешь? А то что — то мне самому не спится.
- Родители мои очень хорошие и уважительные дворяне.
- Эва, как! Санька, значит, дворянина отхватила. Ну, с её внешностью я даже не удивлён! Так… ты, стало быть, сын Ефросиньи и Василия?
- Так точно.
- Ну вот не зря у меня к тебе душа легла. Родители твои хорошие, значит и сына воспитали достойного.
- А вы сами откуда?
- Извини, парень, не люблю о себе рассказывать. Потому что детство моё было непростым. И дело вовсе не в родителях. Они у меня были прекрасные. Если в двух словах: я — поздний ребёнок в семье, родившийся в страшное смутное время… Больше из — за него не хочу вспоминать. Потом я и родителей своих лишился, так меня соседка к себе забрала и вырастила как своего родного сына. Видишь, малец, и Санька моя - поздняя дочь. Вот как — то так сложилось в жизни…
- Зато какая дочь!
- Это да. Удалась! Одним словом. Тебе на усладу, - Степан опять засмеялся.
Александр только добро улыбался в ответ.
- Санька! Ты чего тама притихла? Подслушиваешь, что ли?
- Степан, зря вы так. Сашка спит небось во всю.
- Ага, знаю я её. Поверь мне, у неё сердце сейчас чечётку бьёт. Санька?! — не унимался лесник.
Вдруг послышалось цокание языка, и дочь всё — таки ответила:
- Отец, сам не спишь и мне уснуть не даёшь.
- Да не спишь ты, лиса хитрая. Так… ладно, молодёжь, пойдёмте выпьем чаю с мёдом! Всё равно сон не идёт.
Александр умилялся будущему тестю и его чувству юмора.
Зато не скучно с ним.
Чай с мёдом и впрямь угомонил бесконечные думы и, когда все вдоволь наговорились во время чаепития, пошли дружно спать.
Наутро Александр стал прощаться с Александрой:
- Суженая моя, - начал он, целуя ей руки, - я поеду в Москву — обустраиваться и готовиться к нашей свадьбе. Ты не волнуйся и не переживай, всё будет хорошо. Тебе со мной понравится.
Александра только улыбнулась ему ласково и кивнула.
Саша прильнул губами к ней, крепко — крепко, властно — властно, чтобы губы не забыли спустя семь дней силу его поцелуя, как знак его чувств.
Александр ускакал, а девушка не могла поверить, что всё это происходит именно с ней.
Что ещё одна неделя и всё! Её жизнь изменится, как это бывает со всеми порядочными девушками, которые покидают родной дом, не переставая помнить о нём всю жизнь с благодарностью.
Место, в котором они выросли.
Несмотря на то, что Саша осталась без мамы в переходном возрасте, они с ней успели много чего состряпать для приданного. Даже после «маминого ухода» Александра в свободное время не переставала пополнять сундук и оттачивать приобретённые навыки.
Отец, хоть ему было и грустно, но всё же не спешил отчаиваться, ведь это жизнь. Так и должно происходить. А он в состоянии ещё следить за лесом, за домом и варить обед. Зато не будет скучно. Ведь отдыхать много он не мог и не любил.
Постоянно что — то делал.
В конце концов, у него теперь появились сваты из Подмосковья, вот и будут приглядывать друг за другом.
* * *
На улице дождик
Силен поливает.
Ой, лёли, лёли
Силен поливает.
Кидалась, бросалась
К матушке на ручки.
Матушка говорит:
«Тут тебе не место»
«Тут тебе не место,
Дитя не с поместья»
На улице дождик
Силен поливает.
Ой, лёли, лёли
Силен поливает.
Кидалась, бросалась
К батюшке на ручки.
Батюшка говорит:
«Тут тебе не место»
«Тут тебе не место.
Дитя не с поместья»
Кидалась, бросалась
К милому на ручки.
Ой, лёли, лёли
К милому на ручки.
Милый мой говорит:
«Тут тебе и место.
Тут тебе и место,
Дитя с поместья!»*
Эту песню пела Саша, готовясь к предстоящей свадьбе, прощаяясь с девической жизнью.
Время проходило незаметно и, в то же время, очень медленно. Спустя три дня нежданно приехал Сашка с дорогим гостинцем в руках, а ещё с маленьким хорошеньким щеночком.
- Здравствуй, голубка моя! - подошёл он к девушке, нежно обнял и приподнял её. — Вот, смотри, что привёз тебе.
И протягивает ей сундук.
- Что это? — с интересом спросила Санька.
____________________________________
* Текст песни не полностью приведен, автор которой является группа FOLKBEAT.
- Я хочу, чтобы ты надела это на нашу свадьбу. Своей красой ты затмишь даже царицу.
- Саш, я не стремлюсь кого — то затмить…
- Не спорь со мной. Пожалуйста.
- Аааа, зятёк! Уже соскучился?! — вышел из дома отец Саши. — Ой! А кто это тут у нас за щенок такой?
- Это вам, чтобы помощником хорошим был.
- М-м-м, Сашка, ну, благодарствую! Удружил! Таак, как же мне тебя назвать…
- Думаю, чем проще, тем лучше будет, - улыбнулся Сашка.
- Верно. Значитца… будет он… или она? Девочка или мальчик?
- Девочка.
- Ага, значит будешь ты Лапой!
- Чего? — рассмеялась Санька.
- Чаво смеёшься, дочк? Ну ты только посмотри на эту неприлично милую Лапу! Лапочка же! Эй, Лапа, дай лапу!
Щеночек послушно подала свою лапку, радостно высунув язык.
- Да ты ж моя хорошая, - погладил её лесник. — Сашка, можешь смело забирать Саньку!
- Отец…
- Санька, не обижайся, - поцеловал дочь в затылок лесник. — Конечно же я шучу. Да и сваты мне не дадут заскучать без тебя, дочка. Да и всегда дел хватает. Я же знаю, что кручинишься из — за скорого отъезда своего.
- За дочку свою не переживайте, Степан. Как будет возможно — будем навещать и вас, и моих родителей.
- А вот это добре, сынок. Так, ладно! Хорош лясы точить. Санька, накрывай на стол!
Санька зашла в дом, а Александр вошёл за ней следом.
- Саша… Саш! Сейчас отец увидит! Пусти! — сопротивлялась девушка нахлынувшим ласкам парня.
- Не увидит. Он радуется подарку, - не думал отступать Александр, закрывая губы Саши поцелуем и не хотел её никуда отпускать. Так сильно он соскучился по ней.
- Я выбрал этот наряд в соответствии с твоей чистотой и красотой, голубка моя.
- Ладно… Надену, - улыбнулась Санька, глядя ему в зелёные глаза. — Ты оброс. Так быстро, - провела она нежно своей рукой по щетине и волосам Сашки. — Возмужал больше…
- Не нравится?
- Нравится. Очень...
Глава 6. Верность или предательство?
- Тебе очень к лицу это немецкое платье, - обходя девушку вокруг, начал полушёпотом и с приятным тембром голоса Пётр. — Тебе идёт и простой русский наряд, и немецкий, - император остановился напротив девушки, бессовестно разглядывая её декольте.
- В русском сарафане мне было гораздо удобнее. Я была гораздо свободнее, чем сейчас. А нынче... мне даже дышать трудно, - сетоватала она.
- Давай снимем его тогда, - продолжил император.
- Ваше Императорское Величество, вы хотите меня соблазнить?! — опешила она.
- Ты только сейчас это поняла? — усмехнулся он.
- Я подозревала. И всё же, отгоняла эти мысли от себя, так как надеялась, что вы не станете иметь виды на замужнюю женщину. Вы ведь тоже не свободны!
- Брось ты все эти правила приличия, Александра… Я возжелал тебя сразу, как только увидел…
- Но Александр — ваш лучший друг!
- Увы. Когда приходиться выбирать между другом и понравившейся женщиной, я нераздумывая выберу её.
- Вы уже это делаете… Вы безчестны! И вы думаете явно не головой.
- Умница какая, - проговорил император, подойдя к Александре сзади, обхватив её за талию и поцелуем коснулся её плеча.
Александра отпрянула.
- Вы изменились после Европы Пётр, - прошипела она и отошла от него подальше. — Я так понимаю, эта хвалёная Европа только побудила вас к опрометчивым поступкам.
- Своими выражениями ты только больше меня воспламеняешь, Саша.
- Я не стану вашей!
- Это мы ещё посмотрим, но этой ночью ты не выйдешь из этих покоев, пока не уступишь мне.
- И что же вы сделаете, если я не поддамся? М? Что это у вас ко мне?
- Влечение, Саш.
- И это не любовь, Пётр! Это только желание! А любовь помимо страсти сопровождается ещё и уважением друг к другу и значимостью интересов каждого!
- Моей цели это никак не мешает.
- Вы предлагаете отдаться вам, словно я последняя уличная девка!
- Нет, Саш. На последнюю уличную девку я даже и не посмотрел бы. Побрезговал. А вот ты — совсем другое дело.
- Я не желаю становиться вашей любовницей. Это низко!
- Саша, отнесись к жизни проще.
- Вы безчестный. Поэтому вы и отослали Сашу так надолго… Вы ведёте себя как последний…
- Осторожно со словами, - накрыв своей рукой нежные губы Саши, Пётр подошёл к ней вплотную и обвил её своей второй рукой так, чтобы Саша больше не убежала.
В глазах молодой женщины была брезгливость, стыд и позор, а по щекам уже катились слёзы.
Она не знала, что делать.
Этот человек, который держит её сейчас в тисках, может позволить себе всё, что захочет.
А вот она — будет чувствовать себя последней дрянью и с тяжёлым сердцем будет жить дальше.
Ну, как жить... Существовать.
Ведь её прежняя жизнь будет разбита вдребезги.
- Ты всё мечешься? — прервал её мысли Пётр. — Поверь, до тебя Саша тоже разбивал девичьи сердца. Он не лучше меня.
- Гораздо важнее, кто как сейчас себя ведёт: достойно или нет. И то, что было до меня — уже неважно.
Император лишь усмехнулся в ответ.
- Мне нехорошо. Правда…
- Я тебе не верю, Саша. А если это и так, уступи мне, и тебе сразу станет легче. Думаю, Александр примет этот факт… за честь.
От такого напора Саша не могла больше сдерживаться!
И...
Хрясь!
Это был удар во всю силу по лицу императора, который возомнил о себе и о своей вседозволенности нечто.
Рука Саши горела.
Щека Петра тоже.
И что же теперь будет?!
Красивым девушкам бывает очень сложно в жизни.
Ведь большинство мужчин желают их. И только единственный, кто может полюбить по — настоящему, а остальные… Либо уважают, либо желают.
А если это ещё и влиятельный человек, который может сломать жизнь — это дело далеко не местного масштаба! Хоть Александра и думала: уступит или не уступит, а её жизнь и без того не будет уже прежней. Так уж пусть жить будет с чистой совестью!
Она, не медля, ринулась к окну, пока Пётр стоял в недоумении, которому до этого момента никогда не отказывали.
Тем более, не раздавали пощёчину!
Александра быстро взобралась на подоконник большого окна и открыла одну его часть.
- Стой! — опомнился Пётр, который не понял, зачем он медлил?! Надо было её не отпускать!
Он подбежал к ней.
- Не подходите ко мне! — словно львица, прорычала Александра, скинув с себя туфли и…
- Если ты сейчас прыгнешь — я лишу твоего мужа всех жалований и выселю из города, - грозным тоном прошипел император.
Александра в ответ только улыбнулась и… прыгнула!
Ошарашенный император резко выглянул в окно и видит: девушка приземлилась со второго этажа не совсем удачно, подвернув левую ногу.
- Дмитрий! Иван! — обратился царь к стражникам спальни. — Графиня выпала из окна и ушиблась. Срочно приведите её ко мне! Не дайте ей убежать!
Услышав этот рёв, Саша подорвалась, найдя в себе силы, особенно от удивления, что она более не пострадала, хотя могла бы, и прихрамывая пустилась в сторону парка, который украшал дворец.
Пустившись вперёд, она размышляла, что было бы, если б эта спальня оказалась этажом выше? Она тогда вряд ли смогла выпрыгнуть. А на провокации Пётр не повёлся бы. Да и повезло, что парк рядом, за любым кустом можно спрятаться.
Глава 7. Испытание на прочность
- Дура ты, Саша. Знаешь сколько баб хотят оказаться на твоём месте?
- Вот с ними и разговаривайте, им и предлагайте. Я вам не навязывалась!
- Ох, и строптивая же ты. Но, чёрт! Заводит же…
- Вы меня не троните! — глядя грозно в глаза императору прорычала Саша, совершенно бесстрашно.
- Знаешь, я думал ведь, что ты моей вот — вот окажешься тогда. А ты взяла и сиганула… Но теперь ты определённо должна мне возмещение за ту сильную пощёчину.
- Если бы этот момент вернулся, я бы, не раздумывая, повторила бы снова! Вы чуть не овладели мной тогда… Вы поступили бы как самый ничтожный человек, втай от моего мужа!
- Значит, поставим его в известность.
- Что? Что вы задумали?!
- А это уже не твоя забота, дорогая. Зато ты уяснишь, что слово и желание императора — закон!
Проговорив эти слова, Пётр вышел из покоев, оставив Александру под замком.
Она не сдержалась…
Саша опустилась на колени и разрыдалась так, что её вопли доносились до другого этажа дворца.
К тому же, у неё начало болеть и ныть бедро… Саша подняла платье и посмотрела на это место. Оно покрылось желтизной, что означало скорое появление синяка на бедре.
Она прокручивала в голове недавние события, осознавая, что стоило бы спрятаться в более укромном месте, чтобы эти царёвы псы не нашли её.
Но, чёрт возьми, куда ещё она могла деться?!
Она и так сделала всё, что могла.
Спряталась внутри не слишком обстриженного дерева, пробежав достаточно, от места падения.
И эти слова Петра прожигали в ней дыру… Ведь он мог сделать всё, что угодно и добиться своего! Но больше всех Александра переживала за своего Сашку. Она любила его так же сильно, как и он её.
А если Пётр доберётся и оклеветает её перед Сашей? Поверит ли он? Нет, не поверит. Не должен!
Сашка ведь знает её, как облупленную. Ещё там, когда свататься к ней приходил, сразу всё понял про неё.
Только император всё равно мог искусно добиться своей цели.
Но уж нет!
Даже если Саша-муж Петру и поверит, она всё равно не уступит! Всё!
Александра подумывала объявить голодовку, но если силы иссякнут, это наоборот будет на руку кое — кому.
Значит, нужно действовать по — другому…
Саша подошла к закрытой двери и через замочную скважину обратилась к страже:
- Эй, вы здесь?
- Да, госпожа, - ответил кто — то из стражей.
- Скажите, а вы можете передать письмо одному человеку?
- Нам не велено что - либо передавать и этот пост покидать.
- А если один из вас будет на страже, а другой доставит письмо?
- Всё равно. Далеко уходить нельзя.
- Пустите тогда меня в туалет.
- Не велено. В ваших покоях есть горшок.
- Вы серьёзно?! И что мне делать с ним потом?
- Его вынесут.
- Уж не вы ли?
- Нет. Мы позовём нужного человека.
- Вот! Так почему же не можете доставить письмо?! Если бы вашу жену склоняли к сожительству, даже с императором, вы смирились бы?
- Ладно, давай я доставлю письмо, - сказал один стражников другому, который отвечал графине.
- Ну, вот и славно, - обрадовалась Саша. — Эм, а бумага и чернила… есть?
- Должны быть в покоях.
Александра отошла внутрь комнаты и, действительно, нашла: бумагу, перо и чернила. Она написала послание, свернула его и снова подошла к дверям.
- Вот письмо, - обратилась она к страже и просунула бумагу под дверцу. — Отнесите его к указанному адресату. Только очень прошу передать это письмо, когда адресат будет находиться в одиночестве!
- Сударыня, вы уверены?
- Абсолютно. Я не вижу другого выхода.
- Хорошо.
- Благодарю вас.
Послышались уходящие шаги.
- А если бы пера и бумаги не было?
- Мы бы нашли их для вас.
- Отрадно слышать. Очень вам признательна. А у вас был приказ не разговаривать со мной?
- У нас приказ — вас не выпускать.
- Понятно.
Саша вернулась внутрь комнаты и подошла к окну, которое было намертво закрыто. Она смотрела на ночное прекрасное небо и любовалась луной, которая ярко освещала территорию дворца.
Красиво.
Сказочно.
Вот бы ещё это недоразумение разрешилось бы!
Боже… Саша чувствовала себя будто в гареме султана...
Глава 8. Начало семейной жизни
Сашка привёз жену в Москву, глядя на которую многие ахнули. Сам царь, увидев её, встал со своего места и, подошедши к другу, похлопал его по плечу, сказав:
- Молодец, Сашка. Весьма достойный выбор! — повернувшись к своей жене Евдокии, он подмигнул ей. — Уверен, что наши жёны подружаться!
Евдокия и Александра действительно поладили, тем более, когда их мужья дружат с детства.
Саньке было непривычно жить в столице. Хоть город тогда был не таким чересчур шумным, как в наше время, но всё — таки. Когда живёшь посреди леса, в природной и спокойной обстановке, то даже небольшой посёлок уже кажется огромным поселением с бешенным ритмом жизни, отчего начинает кружиться или болеть голова.
Зато с любимым мужем. Ведь это счастье. Жили они с Александром в хорошем доме и в достатке. Иной раз Александра навещала Евдокию по дороге на базар, чтобы разгрузить её девичьими разговорами, которые уже потом переставали быть девичьими. Ведь они уже замужние, а это севершенно другой статус, и, соответственно, разговоры становились другими.
Санька занималась домашним хозяйством и с подругой виделась раза два в месяц. Этого было достаточно, особенно после тех взглядов, которые она ловила на себе, если к Евдокии внезапно заходил Пётр. Санька смущалась и под любым предлогом возвращалась домой.
И вот однажды…
- И куда ты так торопишься? — вдруг послышалось за спиной. Санька повернулась, а перед ней стоял царь.
- Прошу меня простить, мне нужно домой.
- Домой? Дети плачут?
- Пока нет, но есть другие неотложные дела.
- Может на чай меня позовёшь?
Александра выпрямилась перед царём и серьёзно ответила:
- Я чужих мужей в дом не вожу. Прощайте!
Едва повернувшись, Санька услышала смех за спиной.
- Какой же я чужой? Я — друг твоего мужа, значит и твой тоже.
- Пётр Алексеевич, всего хорошего! — едва проговорив это, Санька ушла, даже не оборачиваясь, посчитав, что дальнейшее продолжение диалога будет куда более бесполезным.
Сама же она постеснялась сказать Александру о предположительных намёках его друга детства. Но она старалась меньше показываться на глаза царю, а Евдокии отговаривалась неотложными делами, которых насчиталось непочатый край.
Дома всё же спокойнее. Да и Александр пылинки сдувал с жены.
Тем временем, Пётр собирался заграницу, а заодно и прихватить с собой Александра.
- Саш, как я без тебя — то? Насколько эта поездка продлится?
- Санечка, не знаю… Пока думы на месяц, мы же не всю Европу колесить будем, а частями. В конце концов, у Петра у самого жена, да ещё и родить скоро должна.
- А к чему тогда все эти поездки?
- Ну, с визитным интересом посмотреть, как живут люди в тех местах и сравнить. Насколько я понял, Пётр нацелен на какие — то реформы.
- Поменять что — то?
- Может быть.
- Так наша же культура какая прекрасная! А там… я вообще слышала, что люди не моются!
- Санечка, моя ж ты любимая! — Александр обнял жену. - Давай сделаем так: во время моего отсутствия поживи со своим отцом, ну и про моих родителей не забывай. Навещай их как сможешь, они будут рады. Глядишь и время быстро пройдёт, а я тебе буду отписываться. Да и ты отдохнёшь в лесу, соскучилась небось по дому.
- Есть такое… А куда мне писать?
- Я буду. Сам. Мы же не будем сидеть на месте, поэтому знать точно где я буду находиться — ты не сможешь.
- Саш, а у Петра всё ладно с Евдокией?
- Не знаю, а почему ты спрашиваешь? Разве тебе Евдокия ничего не рассказывала? Вы там секретничаете.
- Нет, про мужей мы не говорим. Просто мне показалось, что её муж на других может заглядываться.
- Ну, душа моя, они сами разберутся. Или ты конкретного человека знаешь?
- Я просто поинтересовалась.
- Тогда пойдём прогуляемся. На вечернее небо посмотрим, там такие звёзды! Да и погода хорошая, хочешь?
- Хочу.
Они прогуливались до самого утра, рассматривая звёзды и наслаждаясь друг другом. Тяжело даётся разлука, пусть даже и временная, любящим людям.
Александр уехал с Петром, обещая писать.
Санька осталась сама с собой наедине, но не отчаялась, потому что ей всегда было чем заняться. Она прибрала в доме, потом пошла на базар купить чего — нибудь эдакого и навестить Евдокию. Ведь сейчас им никто не помешает.
Тук — тук — тук.
- Евдокий, ты дома?
- Дома, Саш, заходи.
- На — ка тебе гостинцы, вот, - протянув связку с баранками и банки с вареньем, улыбнулась Санька.
- Ты с базара, что ли?
- Ну а как же, душенька.
- А чего ты давно не заходила ко мне?
- Дунь, дела были, правда. В последнее время навалились. А сейчас зашла как раз, когда наши благоверные в отъезде. А сама чего не заходишь ко мне?
- Да что — то тошно мне да тревожно…
- Не волнуйся, скоро родишь и хандру как рукой снимет. Тем более повитуха у нас очень ловкая, вон сколько жемчугов на кокошнике*.
__________________________
*Жемчуг давали бабкам — повитухам после успешных родов. Если жемчуга было много на сарафанах или головных уборах, это значило, что повитуха очень умелая и ответственная.
- Да я не только про это…
- А чего ещё?
- Ты знаешь, у нас с Петей всё хорошо было, так были счастливы! А как я забеременела, у меня стали закрадываться мысли, что он на других заглядывается.
- Да ты с чего же это взяла?
- Потому что Петя — очень страстный. А в беременность «жить» церковь не разрешает. А я вижу, как он не знает куда себя деть. Хоть мы, иной раз, и балуемся, но только осторожно.
- Дунь, ты из — за беременности накрутила себя дальше некуда. Ты ведь знаешь, что бабы у нас порядочные, а Пётр с тебя глаз не спускает.
Я же вижу, как он на тебя смотрит.
Евдокия улыбнулась подруге.
- Ты только священнику ничего не говори.
- Ну вот, уже улыбаешься! Мужчины… Они, конечно, любят ласку от жены, но когда она носит ребёнка под сердцем — это дело нешуточное, а ответственное. Ребёночек родится и ты возместишь ему всё, - успокоила подругу Санька, рассмеявшись.
- Хорошо, что ты у меня есть, Санечка. Ладно, давай свои гостинцы!
Подруги чаёвничали и никуда не торопились, ведь видятся они редко, не то что в девические времена, когда нет ещё мужа и детей.
Александр же с Петром были на полпути к Швеции.
- Как твоя жена, не заскучает без тебя?
- Петь, ты о своей беспокойся. Не моя ведь на сносях и должна вот — вот родить.
- Это да! Ох, как я сына хочу! Но рядом с моей - то няньки, а твоя совсем одна.
- Санька, скорее всего, у родителей будет гостить, пока меня не будет.
- Правильно! Думаю месяц — два и точно вернёмся домой. Посмотрим, как люди обустраиваются там, а потом вернёмся и я начну внедрять реформы. Кстати, тебя ко двору возьму, особенно жену твою.
- Что?!
- Я имею в виду, что ты с Александрой перейдёшь к моему двору.
- Так и мы и так в столице живём, да и недалеко от вашего терема.
- А я буду из терема делать дворец. Я много читал: много комнат и бальные залы в огромном дворце. Красиво жить не запретишь. Пора внедрять Европу к нам.
- Чем тебя наши расписные и величественные терема с наличниками не устраивают? По — простому, по — русски?
- Красиво всё это, но по — моему уже не то. Да и я подумываю столицу перенести…
- Куда?
- Думаю ещё над этим.
- Ну, ты император, тебе и решать.
Глава 9. Расставить все точки над «И»
Приближались шаги к тем покоям, где находилась Александра.
- Марта Самуиловна Скавронская! — сообщил один из стражников.
- Ой, не надо так кричать, друг мой! Я ещё не императрица, - коснувшись своего виска, ответила Марта. — Она там?
- Так точно.
- Отопри.
Двери распахнулись и Марта вошла внутрь. Александра подорвалась с кровати, чтобы поприветствовать её.
- Хм…, - разглядывая сверху донизу девушку, Марта недовольно хмыкнула. — Так это ты вскружила голову государю…
- Я не собиралась и не хотела ничего ему вскруживать! Я и поводов — то не давала никаких!
- Зато я наслышана о тебе. Может, конечно, ты и не давала сама повода, но я очень хорошо знаю Петра. Твоя внешность — это уже вызов, дорогая. И просто так государь от тебя не отстанет.
- Марта Самуиловна, если бы я была перед вами грешна — я бы никогда не обратилась к вам. Я верна своему мужу, который даже и не знает, что я в этих скверных покоях! Поэтому мне нужен ваш совет или помощь! Я не собираюсь Александру изменять!
- Ты знаешь нашу женскую природу, голубушка?
- О какой именно природе вы изволите говорить?!
- Мы, женщины, очень ранимы и чувствительны, а ещё у нас чувство соперничества в крови. Если за нами ухаживает очень статный кавалер, трудно ему не поддаться - это ведь очень льстит нам и заставляет задуматься о том, что его жена, если таковая имеется, не достаточно хороша.
- Если такие мысли и приходят в голову девушке или женщине, то только потому, что у неё либо нет мужа, либо она его не любит.
- Напротив, есть очень любвеобильные дамы.
- Только не я!
- Я вижу твоё рвение сохранить достоинство, что очень похвально. Только вот, что мне делать с тобой… Ведь я не императрица, которая может тебе помочь. И то, даже у многих императриц такого права нет... Заграницей, например, есть официальные фаворитки и ничего поделать с этим нельзя.
- Но мы ведь не заграницей!
- Да, но Пётр три шкуры с меня сдерёт, если по моей милости тебя увезут отсюда. А портить отношения я с ним не хочу.
- Прошу простить меня за такой дерзкий вопрос, но как вы с ним живёте, зная о его увлечениях?!
- А это, голубушка, не твоё дело. Но должна признаться, что я ценю твою чистоту и бесстрашие, что не желаешь ранить меня и обратилась ко мне за помощью. Поэтому скажу только одно: когда ты прачка и нет никаких видов на будущее, то быть хотя бы любовницей любвеобильного императора не очень плохая инициатива.
Выждав немного времени, с пониманием к Марте и с грустью вспомнив про Евдокию, Александра продолжила:
- Так что мне делать? Попытаться ещё раз сбежать? Изуродовать себя, чтобы император не позарился на меня боле?
- Хорошая идея, - усмехнулась Марта. — Но это вряд ли поможет, Пётр сразу поймёт подвох. Где сейчас твой муж?
- В полку. Туда же, вероятно, отправился император. Он, наверно, думает всё обставить перед Александром так, будто я ему уступила. Да и в принципе, император нарочно услал Александра на неопределённый срок в полк, из-за меня.
- Немыслимо…
Две женщины стояли посреди спальни, отчаянно пытаясь найти выход из положения, хотя внутри у них кипели самые настоящие страсти.
- А Пётр очень оригинален! Знаешь Александра, если бы ты ко мне не обратилась через то письмо, я бы не на шутку подумала, что могу лишиться своего места. Ты действительно правильно сделала, что обратилась ко мне. Иначе…
- Иначе… что?
- Я бы стала твоей угрозой и врагом. Я поняла как тебе помочь. В этом деле нужна смекалка, чтобы провести государя, а ты могла бы вернуться к своему мужу, если пообещаешь мне соблюсти некие секреты, которые мы сейчас с тобой обговорим.
- Я готова!
- Что для тебя важнее: сохранить титул или верность мужу?
- Разумеется, верность.
- Браво! Итак, чтобы все остались довольны, а не при бубновом интересе, мы сделаем так… Но для начала, давай присядем, потому что лично я уже устала стоять на ногах.
Две женщины присели на кровать и долго беседовали, аж до самого утра. Зато потом Марта вышла довольная утром из покоев и направилась к себе.
Глава 10. Коварство превыше всего
Тем временем, Пётр прибыл в полк и сразу направился к Александру.
Зайдя в палатку друга, император начал свой неприятный разговор.
- Друг мой! Приветствую тебя!
- Ваше Императорское Величество! Вы чего так внезапно?
- Решил навестить друга и проверить обстановку в полку.
- У нас всё стабильно, государь. Скоро начнём наступление на Выборг.
- Прекрасно! Да, кстати… Я хотел ещё поговорить с тобой, Саша.
- Весь во внимании!
- Ты любишь свою жену?
- Пётр, отступлю от формальностей, но… ты к чему спрашиваешь? Ты ведь знаешь, что да!
- Я спрашиваю не просто так, Саша. Если ты любишь Александру, стало быть желаешь ей счастья.
- Ну, разумеется!
- Значит, ты будешь рад узнать, что твоя жена согласилась стать моей.
Молчание повисло в воздухе. Минута за минутой, а потом…
- Ваше Величество, вы издеваетесь надо мной или разыгрываете?! Или тебе чулки вены пережали?! — ответил злостно Сашка, сжимая большие кулаки.
- Отнюдь. Совсем нет!
- Ты прекрасно знаешь, что Саша любит меня и верна только мне!!
- Я бы с этим поспорил, дорогой друг. Признаться честно, я давно положил глаз на твою жену. Несмотря на то, что ты мой лучший друг с детства, я всё равно считаю, что она слишком хороша для тебя. К тому же, она не слишком сопротивлялась, когда ты отбыл в полк.
- Врёшь!!
- Давай проверим? Вот прямо сейчас поедем во дворец и ты найдёшь её в спальне для свиданий.
- Ты наглец, Петя… Я должен был понять твои намёки давным — давно, учитывая тот факт, как ты низко поступил с Евдокией, которая любила тебя всем сердцем! А ну, иди сюда! Я тебе твою императорскую башку поставлю на место!
- Тронешь меня — и тебя тут же увезут в тюремную крепость! А я хочу, чтобы прежде ты увидел Александру в моей спальне и понял, что я тебе не вру.
Александр вылетел из палатки, словно вихрь. Пётр же, стоял с довольной ухмылкой на лице и, взяв бумагу и перо, начал писать письмо во дворец своим двум подхалимам, которые приводили тайным проходом к императору девиц, приглянувшихся ему:
«Приведите Александру в порядок. Передайте ей, что Александр знает «правду» и едет со мной во дворец. Если она не хочет, чтобы её мужа разжаловали, посадили в каменную крепость и нацепили кандалы — она должна мне подыграть, а потом ждать меня в той же спальне»
У Александра же земля из — под ног уходила, бешено стучало сердце. Даже божественный рассветный воздух не мог его отвлечь от жара в груди. И всё же, он не верил ни одному слову бывшему другу, но нехорошее предчувствие его тоже не покидало. Особенно, зная повадки Петра и каким он мог быть!
Сашка понимал, что если отчасти Пётр и сказал правду, то Александра могла согласиться только в том случае, если тот угрожал или того хуже.
При этом, любящее сердце говорило, что у его любимой ничего не было с императором, иначе он бы это почувствовал.
Ну, какой же этот Пётр… Даже не взирая на взятие Выборга, он решил явиться, словно гром среди ясного неба, и поставить перед «фактом». Александр осознавал: хоть он и правая рука императора, но военачальников смышлёных всё равно хватает. Поэтому-то Пётр расчитил усы и так уверенно себя ведёт, передав поручения по Выборгу тем военным стратегам.
«Ладно. Будь, что будет. А пока подыграю этому чёрту, но как только удостоверюсь, что всё это ложь — я ему вдарю!», размышлял про себя Сашка, когда они с Петром вскочили на коня и направились в сторону Петербурга.
Пётр же продолжал ехидно улыбаться, предвкушая победу. Причём не только по части Александры, но и по части Выборга.
Наступило утро. Прибыв во дворец, Александр шёл к тем злосчастным покоям на несколько шагов впереди императора.
- Сань, да не беги ты так! Александра никуда не денется! — будто издеваясь, а может быть не будто, усмехался государь.
- Если ты не заткнёшь свой императорский рот, клянусь своей честью, которая у меня есть, в отличие от тебя, я за себя не отвечаю и начищу тебе физиономию прямо здесь!
И вот стражники у дверей.
- Почему они здесь?! Может потому, чтобы Сашка не убежала от тебя?!
- Дорогой мой человек! Ты же знаешь женское коварство! Я поставил стражу для безопасности Александры.
- Ага…, - ответил Саша скептически. - Откройте двери, живо!!
Стража открывает покои, куда первым поспешно вбегает Саша.
- Санька! Санька, ты где?
Тишина.
- Саша?!
Снова молчание.
Пётр уже сам зашевелился, предчувствуя подвох. Они с Александром осмотрели спальню вдоль и поперёк — нет нигде красавицы. Оба посмотрели друг на друга с подозрением, и:
- Где девушка? — спрашивает Пётр у стражи.
- Ваше Императорское Величество, мы не знаем.
- То есть как?! На какой чёрт я тогда приставил вас сюда?!
- Петь, а чего ты так закипел - то? М? Саши здесь нет, стало быть твои наговоры бессовестная ложь.
- Марта…
- Что?!
- Это Марта! Бегом к ней!
Два мужчины поспешно направились к покоям Марты Скавронской. Войдя бесцеремонно туда, Пётр начал с порога:
- Где Александра?
- Петруша, дорогой мой!
- Марта, не зли меня, отвечай!
- Хорошо, я отвечу тебе. Отвечу без упрёков и скандалов.
- Ну!
- Александре после падения стало плохо.
- После какого падения? — вмешался в разговор Александр.
Марта повернулась к нему и ответила:
- После того, когда ваша супруга спрыгнула из окна от нашего настойчивого государя.
- Что?! Она жива?!
- Жива, голубчик, жива. Просто ей потом стало дурно, а так как я шла мимо тех свиданных покоев, я же неподалёку была сама, услышала, как кто — то выл от боли. Я велела открыть мне спальню — а там Александра. Кажется она сильно повредила бедро, возможен перелом.
- Перелом?!
- Да, Петруша, перелом. Я посылала за лекарем, он и поставил диагноз. Так как наша медицина ещё не дошла до таких уровней лечения — Александру пришлось увезти заграницу.
- Ты что такое говоришь, Марта?! У нас есть прекрасные и опытные врачи! Какая заграница?!
- Петруша, ну ты ведь сам ярый поклонник заграницы. У нас весь двор кишит иностранщиной, включая меня. Разве нет?
- Допустим, но куда её повезли?!
- А этого мне не ведомо.
- Ты издеваешься?!
- Напротив, Петя. Придворный лекарь обмолвился лишь, что Александру нужно срочно и безотлагательно доставить заграницу и произвести операцию, пока не наступила горячка и дикая боль, которая может отразиться на всём организме! И это не мои слова, а лекаря! Да и, за срочность этого дела, мне пришлось заплатить хорошую сумму. Так что, лучше скажи мне спасибо, что Александра, возможно останется в живых, хотя у меня совершенно был другой выбор!
Ошарашенный такими новостями, Пётр медленно направился в свой кабинет, иногда взлохмачивая себе волосы на голове.
- Мой друг, я вижу, вы не спешите уходить? — обратилась женщина к Александру.
- Я вижу, Марта Самуиловна, что вы разыграли комедию перед Петром.
- Ваша правда. И да, вам беспокоиться не о чем.
- Так, Александра в порядке?
- Максимум, что с ней случилось, — это ушиб и синяк на бедре.
- А откуда вы знаете подробности происшествия?
- Так Александра мне сама и рассказала, голубчик. Она осталась вам верна. Да и к тому же, многие во дворце видели, как ваша жена выпрыгивала из окна, откуда выглядывал мой… Ну, вы поняли, пока ещё не муж.
- Где она?!
- Она в надёжном месте, Саша. Ваше сердце вам подскажет.
Глава 11. Возвращение из Европы или все по своим местам
Когда у Евдокии начались роды, Александра была рядом. Даже когда пришла повитуха, Саша не отходила от подруги и подавала бабке всё, что было нужно. Евдокия разрешилась от бремени, подарив жизнь прекрасному и здоровому мальчику. Имя пока не давали, так как крестины должны были состояться через сорок дней, как раз Пётр должен был вернуться к тому времени.
Александра провела целый день у кровати подруги, а потом пошла к родителям мужа, у которых ночевала, пока её отец проверял лес в очередной раз.
Придя в дом родных свёкора и свекрови, Александре стало нехорошо.
- Дочка, ты перетомилась, поди! Ну, разве можно себя так не беречь!
- Матушка, я сейчас поем и посплю, а наутро мне полегчает. Я Евдокии была нужна, пока царь в отъезде.
- Смотри мне, Санечка. А то наш Сашка нам голову сымет за тебя!
Александра улыбнулась и загрустила.
- Соскучилась я уже по нему, матушка… Два месяца без него, а будто целая вечность.
- Скоро уж возвернется, доченька. У вас такая любовь сильная, что никто ей не помешает.
Вдруг резко Санька позеленела и её стошнило прямо на пол.
- Простите…
- Я тебя умоляю! Дочка, малыша ты ждёшь по всей значимости.
- Да?
- Да! Чай не первый год на свете — то живу! И не извиняйся. Я всё уберу, а ты лежи и отдыхай. Василий!
Василий колол дрова во дворе и не сразу услышал зов жены.
- Вась!
- А! Ефросиньюшка, душа моя. Ты чего выбежала?
- Да, за Санечкой убираю, да и новость тебе сказать.
- А что с ней? И новость какая?
- Санечка малыша ждёт!
- Ох, мать! Дождались мы с тобой! — Василий крепко обнял жену и приподнял от радости.
- Васенька! Ой, я так рада! Ладно, побегу, может Сашеньке что — нибудь понадобится.
Прошли два дня.
Александр вернулся с Петром из — за границы. Оба, пока ещё были в отъезде, писали оттуда своим жёнам ласковые и сердечные письма.
Пётр обрадовался новорожденному сыну, которого после крестин назвали Алексеем, и, не переставая, целовал и обнимал Евдокию, которая была счастлива.
Александр заходит в дом к своим родителям, а там: за накрытым и вкусным столом сидят Ефросинья и Василий, отец Александры Степан и, собственно, сама Александра. Как только она увидела мужа в дверях, - тут же кинулась его обнимать, а он поднял её на руки и закружил так сильно!
Соскучился.
- Так, Воронцов! Ты Саньку — то так не закруживай! — обратился тесть Степан к зятю.
- А чего? — не доумевал тот, улыбаясь.
- Да, потому что беременна она, сынок! — ответила Ефросинья, сияя от счастья.
- Санька!!
- Сашенька, не обнимай меня так сильно, а то дышать тяжело, милый!
- Конечно, любимая моя.
Пётр же, несмотря на радость пополнения в семье, - дома задерживаться не собирался и через месяц снова захотел уехать познавать заграницу дальше.
- Я не поеду, - ответил Сашка Петру, когда тот вызвал его на аудиенцию.
- Прости?
- Не поеду я, Петь.
- Саш, ты по жене так соскучился, что уезжать не хочешь? Понимаю. Я вон тоже от своей отлипнуть не могу, но всё — таки, дела нужно доделать.
- Петь, я понимаю, что я — твоя правая рука… Но все же, я никуда не поеду, потому что эта поездка может дольше обычного затянуться, а я хочу увидеть рождение своего ребёнка.
- Александра беременна?!
- Да.
- Брат, ну, поздравляю! А когда же вы успели?
- Ну, ты маленький что ли? — рассмеялся Сашка. — Перед отъездом мы успели, да так сильно, чтобы во время разлуки я об этом и не думал. Вот и результат.
- Ну, ты прямо весь светишься, брат. Смотри, сейчас ослепну ведь! — расхохотался царь. — Ладно. Так и быть, я тоже отложу тогда поездку. Мою тоже оставлять не хочу.
- Ну, вот и славно.
Через семь месяцев у Александра родился сын. Назвали Егором. Так, день за днём, прошло несколько лет, и Пётр уже совершенно точно собрался продолжить путешествие заграницу. Александр в этот раз снова не поехал, потому что захворал его отец, и нужно было помочь матери по хозяйству.
Пётр уехал и отсутствовал достаточно долго. А когда вернулся…
Поговаривали, что его будто подменили, потому что Пётр вернулся словно другим человеком. Мало того, что и внешне изменился, так ещё и Евдокию без объяснений отправил в монастырь, так и не повидавшись с ней. Александра не раз навещала подругу в монастыре и утешала её, как могла.
Только Евдокии легче не становилось...
Сына Пётр тоже не пожалел и заключил в тюрьму. А те, кто сопровождал Петра во время поездки, - вернулся только один человек, остальные все были иностранцами. Да и, в придачу, он привёз свою любовницу — прачку Марту Самуиловну Скавронскую, которой приписали, будто она — дочь иностранного дворянина.
Все недоумевали и быстро введённым реформам царя, точнее, уже императора. Так и получилось, что столица, действительно, была перенесена в Петербург, а Александр с женой и сыном жили во дворце у императора.
Когда Пётр начал оказывать знаки внимания Александре более настойчиво, — она избегала его. Тогда он перешёл к «контратаке», выслав Александра в полк на неопределённый срок, а Александру вызвал в «покои свиданий», сославшись на то, что есть срочные новости, касательно её мужа, которые нужно обсудить те-а-тет, без посторонних ушей. Александра, серьёзно испугавшись, побежала в покои, в надежде на то, что не услышит плохие новости о жизни и здоровье любимого.
Но Пётр стал сразу настаивать на «другом».
Сынишка Егор был с няньками, но как же болело сердце Александры за него, когда она подумала, что Пётр может пойти на всё и шантажировать её сыном.
Когда Александра договорилась с Мартой, та заплатила лекарю за помощь, а Егора отправили к дедушкам и бабушке в Подмосковье.
* * *
Санька вспоминала все эти минувшие события с тревогой и трепетом. Задумавшись, она стояла у окна отчего дома, одновременно наблюдая, как Егорка играет с Лапой, которая стала ему лучшим другом.
И вдруг!
- Санька! Санечкая моя!
Она обернулась и не поверила своим глазам… На пороге стоял Александр, весь измотанный дорогой, растрёпанный, но счастливый, потому что он увидел свою жену в отчем доме, с сыном, а главное — верной ему. Санька, не раздумывая, кинулась мужу на шею, который подхватил её своими сильными руками и кружил, прижав сильно к себе. Они целовались так крепко, словно не видели друг друга сотни тысяч лет.
- Сашенька! Сашенька мой! Пётр тебе ничего не сделал?
- А что он мне сделает? Когда сам виноват в своих поступках.
- Ну, он не раз мне угрожал тобой, если не уступлю ему, и…
- Не плачь, свет очей моих. Всё позади. Нам помогла Марта.
- Она помогла, потому что я отказалась быть императорской любовницей.
- Знаю. Она мне всё поведала, радость моя.
- А как же теперь? Твой чин и место во дворце?
- Теперь это всё неважно.
- Почему?
- Я отказался от своего места. Мой статус дворянина сохранился, потому что он мне достался по — наследству, а не от Петра. Поэтому жить мы будем у моих родителей, а выходные проводить у твоего отца. Согласна?
- Конечно, согласна! Мне дороже семья, чем вся эта блажь. Я не французская Анжелика…
- Знаю, - Сашка улыбался, глядя на свою Санечку. Видя её счастливые изумрудные глаза, он забывал обо всём.
Хорошо, что у них так удачно всё сложилось. Как аукнется, так и откликнется. Что мы отдаём, то мы и получаем. Всё происходит неслучайно и вовремя. Ведь в императорском дворце началась ужасная неразбериха и подковёрные игры. Хоть отчасти, это и распространялось на народ, но люди, они дома, зато в спокойствии, без угроз, решали свои проблемы в семейном совете.
Вскоре у Сашек родилась девочка София. Егорка ходил в школу и хорошо учился. Александр не пожалел, что отказался от придворного места у императора. Будучи дворянином, он служил в чине военного офицера.
За много лет Александра толком не изменилась внешне, только больше хорошела рядом с любящим и любимым мужчиной. Александр стал более статным, бороду отрастил вопреки Петровским реформам. Ну что же… Они ведь с Александрой не во дворце уже.
Александра помогала Ефросинье по хозяйству, занималась детьми и вязала. Этот вид рукоделия пришёлся ей по душе, с помощью которого у семьи Воронцовых всегда была заначка.
Лучше быть дома в спокойствии и любви, чем занимать высокопоставленные посты и быть несчастным.
ЛитСовет
Только что
