Читать онлайн "Поле сверхъестественных чудес"

В просторном, знакомом всем зале стоял нарастающий гул. Тут уже собралось порядочное количество народа. Были все: и демоны, и ангелы, и люди. Зрители рассаживались по местам, предвкушая нечто экстраординарное.

— Дин, что это за место? — спросил Кас, не решаясь смотреть по сторонам и уставившись в одну точку.

— Ну, это такое шоу, — невнятно ответил Дин, пытаясь прожевать здоровенный кусок вишнёвого пирога. — Называется «Поле чудес».

— И мы в нём участвуем? — спросил Кас то ли с любопытством, то ли с опаской.

— Нет, мы просто зрители, — сказал Дин.

— А разве мы не должны спасать людей, охотиться на демонов? — спросил Кас. — Мне нужно…

— Кас, тебе постоянно что-то нужно, — охотник уже начинал злиться. — Расслабься! Я и сам не пошёл бы, если бы не выиграл эти билеты. Считай, к нам пришёл праздник халявы, — Дин игриво подмигнул ангелу.

— Да, заткнитесь уже! — возмутился чей-то знакомый голос сверху.

Дин и Кас обернулись и увидели сидящих позади них Бальтазара и Метатрона. Возмущался Бальтазар.

— А что вы здесь делаете? — спросил Кас.

— Да, какого хрена вы здесь делаете? Вы же умерли, — возмутился Дин.

— И не только мы, — ответил Метатрон. — Да ты не переживай, с вами всё в порядке. Сейчас сами всё поймёте.

Дин и Кас удивлённо переглянулись.

— Кстати, а где Сэм? — спросил Метатрон. — Он что, умудрился откосить?

— Да неее, — лениво протянул Бальтазар. — Вряд ли. Тут все наши и откосить не удастся, даже если не участвуешь. А он, видимо, участвует.

— В чём участвует? — спросил Кас.

— Тс-с-с! — шикнул Метатрон. — Начинается! Чтоб вы знали: у меня важное поручение — я должен снимать всё шоу, потом будем пересматривать, — Божий писарь вытащил из кармана приличную дорогую камеру и приготовился снимать происходящее.

— А почему не записывать? — не унимался Кас.

— Потому что я задолбаюсь столько писать! — рыкнул Метатрон. — Я же не робот. И уже даже не ангел! И к тому же у меня талант оператора.

Пока ангелы и охотники шепотом препирались, в центр зала вышел невысокий мужчина с седыми волосами, усами и бородой. Одет он был в костюм, в руке держал микрофон.

— Добрый вечер, дорогие зрители и участники! — бодро начал мужчина. — Удивлены, что вместо Якубовича сегодня я? Всё дело в том, что мне стало скучно, и вы всё время все умираете. Так что мне пришла в голову мысль создать эту игру, — объяснял ведущий. — Ну, вообще-то, идею мне подсказала моя сестра, — добавил он. — В общем, я хочу сыграть с вами в игру…

— Я видел фильм, который начинался с этих же слов, — вдруг послышался чей-то смутно знакомый голос. — Ничем хорошим он не закончился!

— Так, заткнитесь там, — махнул рукой ведущий. — Я вернул вас к жизни, и, если кому-то что-то не нравится, могу вернуть обратно.

Повисла гробовая тишина. Разве что Дин шуршал обёрткой из-под пирога.

— Итак, встречайте участников первого четвертьфинала! — весёлым голосом возвестил ведущий. — Наш незаслуженно обиженный и вечно сидящий в клетках — Люцифер! — проорал он. Архангел вошёл в зал с недовольным видом. Он, как и ведущий, был одет в костюм.

— Пап, что за фигня? — спросил Люцифер таким тоном, будто эта самая фигня происходила уже далеко не в первый раз и уже порядком осточертела ему. — И что у тебя с волосами? И почему ты в костюме?

— Ну, я решил, что раз я ведущий «Поля чудес», то и выглядеть должен соответствующе, — ответил Чак. — А ты почему в костюме?

— Видимо, потому же, почему и ты, мы же с пятого сезона одевались почти в одно и то же, — ответил Люцифер. — Стараюсь поддерживать стиль любимого папули.

— Ладно, становись на место, — сказал Чак. — А мы приветствуем нашего второго участника: поедатель всего, что содержит хотя бы один грамм сахара, любитель красных шёлковых труселей и поклонник вторника — Гавриил!

Под звуки бурных оваций в зале появился второй архангел.

— Кажется, у архангелов имеется что-то вроде настроек на стиль одежды, — медленно произнёс Люцифер, скептически оглядывая младшего брата, который тоже был в костюме.

— Ну, не скажи, я всё-таки иногда меняю прикид, — весело ответил Гейб. — Видел меня в медицинском халате? А в форме копа?

— Это было в выдуманной тобой альтернативной реальности для Сэма, — фыркнул Люцифер. — А так ты постоянно копируешь всё с меня.

— А ты с папы, — ответил Гейб, едва удержавшись, чтобы не показать брату язык.

— Так, дети, успокойтесь! — Чак поспешил разнять братьев. — В конце концов, у нас остался ещё и третий участник. Итак, встречайте нашего последнего четверть-финалиста, знающего все песни из рекламы и сериалов и прекрасно обходящегося без женского общества, Михаила!

Появился третий архангел, тоже в костюме.

— Ох ты ж ёлки! — воскликнул Дин, чуть не подавившись пирогом. — Я уже и забыл о нём!

— А кто это? — спросил Кас. — То есть, понятное дело, это Михаил. Кто его сосуд?

— Кас, ты чего? — удивился Дин. — Это же Адам, наш с Сэмом сводный брат.

— Ааа, — протянул ангел. — Точно он ведь попал в клетку вместе с Михаилом и Люцифером, теперь вспомнил.

— И ещё они тогда с Сэмом были похоже одеты, — задумчиво протянул Дин.

Михаил смерил Люцифера холодным взглядом, получил в ответ наглую ухмылку и недоумевающе уставился на Отца.

— Стоят с каменными лицами, как будто не развлекательное шоу, а поминки какие-то, — послышался ворчливый голос. Дин и Кас увидели среди зрителей Бобби Сингера, сидевшего рядом с Эллен и Джо Харвелл и другими охотниками. Джо весело помахала Дину рукой. Дин усмехнулся и игриво повёл бровью.

— А ну, тихо там! — снова пресёк возмущения ведущий. — Итак, слово, которое мы отгадываем, означает советский творческий коллектив, — произнёс Чак. — Десять букв. Люцифер, крути барабан.

— Что, прости? — не понял архангел. На самом деле он уже давно заметил так называемый барабан, но так как никогда не видел «Поле чудес», то и не знал, для чего эта штука нужна. Спохватившись, Люцифер щёлкнул пальцами, и барабан прокрутился. Когда он остановился, стрелка указывала на сектор «1000 очков».

— Тысяча очков на барабане! — проорал Чак.

— Тысяча — это немало, — протянул тот же голос, который раннее возмущался, что фраза «я хочу сыграть с вами в игру» не сулит ничего хорошего. Зрители и участники оглянулись на голос. Комментатором оказался нагло хрустящий попкорном Азазель, рядом с которым сидели Лилит и Мэг Мастерс. Все трое были в белых футболках с надписью: «Болею за Люцифера», чем почти растрогали самого дьявола.

— Ваша буква? — спросил Чак Люцифера, продолжая с недовольством поглядывать в сторону желтоглазого демона.

— Ээээ, — протянул Люцифер, продолжая недоумевать. Он уже собрался назвать хоть какую-нибудь букву, как вдруг Чак произнёс:

— Нет такой буквы! Участник номер два, крутите барабан, — он повернулся к Гейбу.

— Что? — удивился Гавриил. — Ах да, — он крутанул барабан.

— Эй, я не понял, мы получаем тыщу или нет? — возмутился Азазель. Со всех сторон зашикали.

— Не мы, а я! — рыкнул Люцифер, поняв, что он только что по нелепой случайности упустил тысячу очков.

— Сектор «200 очков», — объявил Чак. — Называй букву.

Гавриил взглянул на Люцифера, усмехнулся и, видимо, решив подразнить братца, игриво протянул:

— Ыыыы…

— Откройте букву! — проорал ведущий.

Все опешили, даже сам Гейб. Дин чуть не выронил пирог из рук. Совладав с собой, охотник произнёс:

— Да ты должно быть шутишь!

Тем временем к панно, на котором красовались десять синих квадратиков, вышла рыжеволосая ведьма в длинном синем платье и открыла пятую и десятую букву. Возвращаясь, она игриво подмигнула Чаку, тот смущено отвёл взгляд.

— Я ж пошутил, — проронил Гавриил, ещё несколько секунд назад едва удерживавшийся от смеха. Он всеми силами пытался избегать взгляда Люцифера, который, казалось, вот-вот испепелит Гейба одной лишь мыслью.

— Поздравляю, Гейб, ты получаешь четыреста очков, — произнёс Чак.

— Э, чёй-то? — одновременно возмутились Люцифер, Азазель и ещё несколько зрителей, кто не знал о правилах игры.

— Ну, по правилам, если ты угадываешь букву, а их в слове две, то очки удваиваются, если три, то утраиваются, ну и так далее, — пояснил Чак. — И кстати, Гейб, крути барабан, ты ведь угадал, — обратился он к несостоявшемуся шутнику.

— Ну, ладно, — пробормотал про себя Гейб, крутанув барабан.

— Да тебе везёт, — заметил Чак. — Сектор «Плюс». Это значит, что ты можешь открыть любую букву.

— Ну, пусть будет первая, — хмыкнул архангел.

Снова появилась ведьма, вызвав восхищённое посвистывание мужской половины публики и ревностный взгляд ведущего. Хихикнув, Ровена открыла первую, третью и восьмую буквы. Это была буква «К».

— А почему три буквы? — шёпотом спросил Кас у Дина.

— Ну, потому что они одинаковые, — скомкивая обёртку от пирога, ответил Дин. Он утёр рукой губы, после чего достал ещё один пирог.

А Гавриил тем временем прокрутил барабан уже в третий раз. На сей раз стрелка указала на сектор «Б».

— Очень жаль, но в этот раз тебе не повезло, — с искренним сожалением произнёс Чак. — Сектор «Банкрот», твои очки сгорают.

— Эй, какого?.. — возмутился Гейб. Он возмущенно переводил взгляд с ведущего на братьев и вдруг заметил ухмылку на лице Люцифера, который тут же уставился куда-то в сторону, не скрывая злорадства.

— Это ты сделал? — грубо осведомился Гейб.

— Я не понимаю, о чём ты, — Люцифер сделал невинное лицо и взглянул брату в глаза.

— Не ссорьтесь, — спокойно произнёс Чак. — Михаил…

— Да понял я, — сказал хранивший хладнокровное спокойствие Михаил. — «Крутите барабан». Кручу, — прокомментировал свои действия архангел. Он многозначительно посмотрел на Люцифера.

— Что? — нагло произнёс тот.

— Ничего, — всё так же спокойно ответил Михаил.

— Михаил, — обратился к нему Чак. — Сектор «Приз» значит, что ты можешь либо выбрать приз, либо продолжить играть, и за отгаданную букву ты получишь две тысячи очков.

— То есть, если я выберу приз, то для меня весь этот кошмар закончится? — уточнил Михаил.

— Ну, почему кошмар? — обиделся Чак. — Тебе что, не нравится игра?

— Ну, Адаму нравится, он всё время жаловался, что в клетке скучно, — попытался оправдаться Михаил. — Ещё и говорит, что я плохо пою…

— Так я тебе тоже это говорил! — не удержался Люцифер. Михаил смерил его сердитым взглядом.

— В общем так, — произнёс он, вернув самообладание. — Я выбираю приз, не важно, что там.

— Хорошо, — пытаясь скрыть разочарование, произнёс Чак. — По правилам я должен с тобой поторговаться за приз. Или ты можешь выбрать деньги…

— Я же говорю, мне без разницы, что там, — плохо скрывая раздражение, повторил Михаил. — Давай, что есть, и отстаньте от меня все.

— Всё! Мне это надоело! — вспылил Чак. — Стараешься для них, а они нос воротят. Поначалу я хотел подсказать тебе, как уговорить Дина, чтобы он стал твоим сосудом, но раз так… — ведущий обернулся через плечо. — Ровена! Неси приз.

Ведьма вынесла вполне объёмную коробку, и судя по всему, очень тяжёлую. Она вручила коробку Михаилу и удалилась, с трудом сдерживая смех.

— Вот тебе супер-караоке и в качестве бонуса диск «100 лучших хитов дискотеки 80-х», — глядя куда-то в потолок, сказал Чак. — Можешь пока посидеть вместе с зрителями.

— Блиииин, Отец, — Люцифер спрятал лицо в ладонях, чтобы никто не видел отразившуюся на нём досаду. — Ты хоть понимаешь, что ты наделал? — он укоризненно посмотрел в глаза Чаку.

— Ну, зато в клетке теперь точно скучно не будет, — сказал Гавриил, разразившись громким хохотом.

— В клетке теперь будет дурдом, — холодным тоном произнёс Люцифер. Удивительно, как архангелу удавалось сохранять самообладание, учитывая его взрывной характер. — Я, конечно, планирую никогда больше не возвращаться туда, но всё-таки нужно просчитывать все варианты и быть готовым ко всему. Вдруг меня снова упекут туда… Я же с ума сойду!

— Всё сказал? — осведомился Чак. — Продолжаем. Крути барабан, Люцифер.

«Как же всё-таки замечательно, что ведущий такой отходчивый», — подумалось всем. К моменту, когда барабан перестал вращаться, он снова был в добродушном настроении. Казалось, он вовсе и не злился на своих «неблагодарных» сыновей каких-то пару минут назад.

«Одним меньше», — вдруг подумал про себя Люцифер. Как ни крути, а он любил быть на первом месте, наслаждаться всеобщим вниманием и восхищением. Он вдруг поймал себя на мысли, что если выиграет, то потом можно будет всё время доставать Михаила, напоминая о шоу. Старший архангел всегда пытался быть лучшим во всём, чтобы Отец гордился им. Но после клетки Михаил совсем расклеился, иначе даже в простой игре он бы ни за что не сдался.

Люцифер ещё раз взглянул на старшего брата, который устроился рядом с другими ангелами, чьи лица выражали недовольство и разочарование. Всё-таки и у Михаила были болельщики, пусть и не такие энтузиасты, как Азазель, Мэг и Лилит.

— «500 очков», буква? — спросил Чак.

Люцифер не торопился с ответом. «Чёрта с два, я больше не облажаюсь, тем более один на один с Гейбом», — решил про себя архангел.

— Ну, — нетерпеливо произнёс Чак. — Что молчишь?

— Думаю, — фыркнул Люцифер, сложив руки замочком. Лицо его не выражало никаких эмоций, но в голове лихорадочно крутились мысли.

— Надо гласную какую-нибудь выбирать, — шёпотом произнесла Лилит, ни к кому особо не обращаясь.

— С чего ты взяла? — спросил у неё Азазель.

— Ещё пять букв не раскрыто, — ответила Лилит. — По-любому, есть какая-нибудь гласная. Я лично уверена, что вторая буква точно гласная.

— Логично, — согласился Желтоглазый, чуть кивнув. Краем глаза он заметил, как Мэг скрестила пальцы на руках.

— Ну, пусть будет «А», — наконец, произнёс Люцифер.

— И над этим ты столько думал? — Гавриил просто не мог промолчать. — Над буквой «А»? Нет, я и сам думал её назвать, всё-таки самая популярная буква в мире, — не унимался Гейб.

— Увы, такой буквы нет, — произнёс Чак, чуть повысив голос, иначе рукоприкладства не удалось бы избежать.

— Кажется, у Гавриила голова слегка дымится, — задумчиво протянул Кас.

— По-моему, тебе не кажется, — шёпотом сказал Дин. — Но вообще-то, мне пофигу.

— После съёмок попрошу вашу рыжую подругу добавить эффектов на компьютере, а потом выложим в YouTube, — так же шёпотом добавил Метатрон.

— И мне тоже скинь потом, — попросил Бальтазар.

— Скину, — пообещал Метатрон. — Всё, тс-с!

Пока они перешёптывались, Гейб уже покрутил барабан и назвал букву «Б». Но такой буквы тоже не было.

— Почему «Б»? — довольно спокойно спросил Люцифер.

— Ну, ты ж «А» назвал, — Гейб обиженно надул губы. — Вот и пришлось говорить: «Б».

— А знаешь, это отличная идея! — весёлым голосом произнёс Люцифер, вызвав недоумение на лице Гавриила. — Букв не так уж и много, если двигаться по алфавиту, рано или поздно что-нибудь да угадаем, — он подмигнул младшему брату.

— Ай да Люцифер! Гениально же! — Азазель разразился бурными аплодисментами, и болельщики Люцифера присоединились к нему.

— Ты прав, — согласился Гейб, справившись с эмоциями. Он крутанул барабан. — «В», — сказал ангел, едва только барабан остановился.

— Во-первых, сперва я должен назвать сектор, а потом уже ты говоришь букву, — сказал Чак. — А во-вторых, ну, дети! Ну, так же неинтересно! Называйте разные буквы! — возмущался ведущий.

— «В», пап, — дав отцу выплеснуть эмоции, повторил младший архангел.

— Всё равно, нет такой буквы, — нахмурившись, сказал Чак. — Ну-ну, долго будете гадать, — понизив голос, добавил он.

Люцифер с Гавриилом многозначительно переглянулись. Так они и поступили: называли буквы по очереди, время от времени подкалывая друг друга. Наконец, Гейбу улыбнулась удача на букве «И».

— Откройте седьмую букву, — уже без энтузиазма произнёс Чак.

— Ну вот, я же говорила, — шёпотом произнесла Лилит.

— Всегда говорил, ты прям шаришь, — с неподдельным уважением кивнул ей Азазель.

«Блин, что ж теперь делать? — лихорадочно соображал Гавриил, пока барабан медленно крутился во второй раз. — Вроде договорились, что будем по порядку называть, но не думаю, что там «Л». Интересно, а что будет победителю? А если не «Л», тогда что? Всего три буквы осталось. Или всё-таки назвать «Л», вдруг повезёт? Да ну, вряд ли. Ой, да пошло оно всё, Люси бы точно так сделал».

— Буква? — спросил ведущий. — Можно и слово, если хочешь.

— О, — выпалил Гейб, не дослушав ведущего.

— Нет такой буквы, Люцифер, твой ход, — на одном дыхании произнёс Чак.

— Выкуси, — ухмыляясь, сказал Люцифер так, чтобы его мог услышать только Гейб. — Нечего идти против плана.

— Как будто ты сделал бы по-другому, — фыркнул Гейб. — Да вообще, какая разница?

— Абсолютно никакой, — не пытаясь скрыть злорадство, ответил Люцифер.

— Повезло, сынок, сектор «Плюс», — сказал ведущий. — Какую букву открываем?

Люцифер снова задумался. Но в этот раз он думал недолго.

— Вторую, — произнёс он.

— Откройте вторую букву, — прозвучал голос ведущего. — Это буква «У». Крути барабан.

— Не особо помогло, — сказал Люцифер и в очередной раз прокрутил барабан.

— Сектор «500», — произнёс Чак. — Ну что, догадался какое слово? — с надеждой спросил он.

— Ты издеваешься? — в голосе Люцифера послышались нотки гнева. — Откуда мне знать, что за творческий коллектив был при Советском Союзе? Я, вообще, в это время в клетке сидел!

— Будешь на меня орать, обратно сядешь! — так же злобно ответил Чак. — Хоть бы кто «спасибо» сказал за то, что я их всех вытащил. Давай уже букву называй!

— Рррр! — Люцифер передразнил отца. Он хотел было по привычке показать язык, но его остановил голос ведущего:

— Откройте букву!

Буква «Р» оказалась на четвёртом месте.

— Отлично, недолго уже осталось, — гнев архангела сменился самодовольством. Не дожидаясь команды ведущего, он прокрутил барабан.

— Двести очков, — произнёс Чак, глядя на стрелку на барабане.

— Ну-с, я думаю назвать букву «П», — протянул Люцифер с явным нетерпением в голосе.

— Нет такой буквы, — просто ответил ведущий.

— Я хотел сказать: «Л»! — поспешил исправиться Люцифер.

— Без разницы, всё равно нет, — Чак надменно вскинул бровь. — Гейб, твоя очередь.

Гавриил смотрел на вращение барабана с лёгким волнением. Вообще-то, ему было всё равно, что там будет с игрой, но какая—то часть его, безусловно, хотела выиграть, а какая-то другая часть понимала, что Люцифер может взбеситься даже из-за такой мелочи. «А, впрочем, какая разница? Я ведь уже мёртв — решил про себя младший архангел. — Ну, что можно мне сделать? Будь, что будет!»

— Буква «Н», — сказал Гавриил. Ему внезапно пришла в голову идея называть буквы по порядку через одну, с одной стороны, как и хотел Люцифер, а с другой — как решил сам Гейб.

— Ровена, буква «Н», — крикнул Чак. — Я уже не буду спрашивать, догадался ли ты, что это за слово, — ведущий с трудом удерживался от того, чтобы не закатить глаза, для чего и сконцентрировал всё своё внимание на ведьме. — Одна буква осталась, быстро отгадаете.

Пока Чак не отрывал глаз от Ровены, он и не замечал, какое напряжение повисло в воздухе. Или делал вид, что не замечает. А Гейб уже покрутил барабан, предвкушая окончание раунда.

— Буква «Т», — выпалил Гейб.

— Гейб, вообще—то, тут сектор «0», — сказал Чак. — И всё равно неправильно.

— Похоже, кто-то продул, — Люцифер ехидно расхохотался, крутя барабан.

— Сектор «100», — произнёс Чак без каких-либо эмоций на лице.

— Спорим, я сейчас назову правильную букву? — ухмыльнулся Люцифер.

Весь зал затаил дыхание.

— «С», — тихо, но отчётливо произнёс архангел.

— Правильно, — с неподдельным удивлением сказал ведущий. — Ты угадал. Откройте букву! — Чак встретился взглядом с Ровеной, но ведьма, казалось бы, не была удивлена. — Загаданное слово было «Кукрыниксы»[1].

— Какое-то очень странное слово, — произнёс Кас. — Ты слышал когда-нибудь о таком творческом коллективе?

— Нет, но я вот думаю, есть ли здесь Wi-Fi, может, можно погуглить? — сказал Дин, смахнув с колен крошки.

— Как? Как ты догадался? Ты сколдовал что-то? — орал Гейб не в силах поверить в победу Люцифера.

— Честно? Да, я просто подбирал оставшиеся буквы по звучанию, и больше всего мне понравилось «С», — больше Люцифер не мог сдерживать смех, глядя на смесь различных эмоций на лице младшего брата.

— Так, тихо все! — ведущий повысил голос, перекрикивая нарастающий гул среди зрителей. — Мальчики, вы можете сесть к зрителям. Люциферу придётся ждать до финала, где он встретится с следующими финалистами. Сейчас небольшой перерыв, а после мы начинаем второй раунд!

[1] Кукрыниксы — творческий коллектив советских художников—графиков и живописцев, в который входили действительные члены АХ СССР (1947), народные художники СССР (1958), Герои Социалистического Труда Михаил Куприянов (1903—1991), Порфирий Крылов (1902—1990) и Николай Соколов (1903—2000). Псевдоним «Кукрыниксы» составлен из первых слогов фамилий Куприянова и Крылова, а также первых трёх букв имени и первой буквы фамилии Николая Соколова.