Читать онлайн "Полигон: Абсолютный Рейтинг"

Глава 0. Последний урок

Воздух в кабинете физики стоял плотный, как кисель. Пахло въевшимся мелом, пылью и старым лаком, которым ещё в прошлом веке покрыли парты.

Марк сидел на самом отшибе, у стены. Его правая рука недвижно лежала на тетради в клетку, а пальцы левой вслепую возились под столешницей. Там, чуть ниже края, светился экран. На миниатюрном дисплее в четыре дюйма разворачивалась очередная фаза финала. Правый наушник Марк скрыл воротником толстовки, спрятав провод под светлыми пакляными волосами. В ухо орал комментатор, заглушаемый ревом арены: «...он заходит в зону через фланг, у него осталась одна граната, таймер на нуле...»

Под глазами Марка темнели синеватые полукруги. Всю ночь до четырёх утра он вытягивал катку, а в восемь уже сидел на первой паре.

— ...и, как мы видим, закон сохранения энергии не работает без учёта сил трения, — донесся сухостойный голос с переднего фланга.

Людмила Сергеевна замерла с кусочком мела над доской. Мел скрипнул, крошка посыпалась на её тёмную юбку. Учительница резко обернулась. Очки в роговой оправе блеснули в лучах тусклого осеннего солнца.

— Марк! Ты меня слушаешь?

Марк дёрнулся. Палец судорожно смахивал приложение, телефон вслепую втискивался в щель между тетрадью и краем парты. Левая рука выдернула наушник из уха — тот змейкой скользнул под толстовку.

— Да, Людмила Сергеевна.

Учительница не стала слушать. Подошвы её туфель застучали по паркету. Она подошла, наклонилась и ловко выудила из-под тетради заляпанный пальцами смартфон.

— Опять твои стрелялки? — Она брезгливо подержала аппарат за торцы, будто это была дохлая мышь. — Думаешь, тебе за это зарплату будут платить, Ильин?

С задних рядов донёсся сдавленный смешок. Кто-то зашипел над самым ухом: — Миллионер, блин...

Марк почувствовал, как к щекам приливает душная волна жара. Он сжал кулаки под партой так, что ногти упёрлись в ладони. — Я просто...

— Просто выйди к доске и реши задачу, — перебила Людмила Сергеевна, указывая мелом на испещрённый формулами щит. — Не решишь — два. А телефон завтра отдам лично матери.

Марк тяжело поднялся. Ноги казались ватными. В суставах пальцев стоял хруст, пока он шёл по проходу между рядами под взглядами двадцати пар глаз.

Дверь кабинета скрипнула.

В щель заглянула секретарь директора — женщина в строгом тёмном костюме с неизменно застёгнутой на все пуговицы блузкой. Запахнула шаль, бросила беглый взгляд по рядам и остановилась на Марке.

— Марк Ильин? Вам нужно пройти в приёмную директора. Срочно.

Задние ряды перестали шептаться. Людмила Сергеевна опустила руку с мелом, недоверчиво нахмурившись.

— Прямо сейчас? У нас идет урок.

— Прямо сейчас, — повторила секретарь, даже не глянув на учительницу. — Вас ждут.

Марк замер у доски. Желудок коротко сжался в холодный узел.

— А... зачем?

— На месте узнаешь. Быстрее, Ильин.

Марк не стал возвращаться за портфелем. Выскочил в коридор, затворив за собой тяжелую двухстворчатую дверь. Шумы класса мгновенно отсеклись. Гулок был каждый шаг по пустой рекреации. Пахло хлоркой из туалета и супом из столовой. Шаги секретаря чеканили строгий ритм впереди, а Марк плёлся следом.

Мозг по инерции продолжал сканировать пространство, как в игре. Четыре шага до поворота. Слепая зона у лестницы. Запах хлорки отсекает остальные запахи. Руки мелко тряслись, но он машинально просчитывал траекторию движения секретаря, ощущая, как липкий пот начинает проступать вдоль позвоночника.

Приёмная встречала полумраком. Тяжёлые бордовые шторы полностью перекрывали дневной свет, а включённый бра отбрасывал тусклые жёлтые круги на полированный паркет. Пахло не обычным школьным кофе, а чем-то дорогим, терпким — сигаретным дымом с примесью вишни и сухой кожи.

Директорское кресло пустовало.

У высокого окна, заложив руки за спину, стоял мужчина. Тёмно-серый пиджак сидел на нём безупречно, без единой складки. Когда дверь закрылась за секретарём, он медленно повернулся.

Лицо у него было гладкое, суховатое, без единой морщины, но глаза — абсолютно выцветшие, серо-стальные, безжизненные. Такие бывают у аквариумных рыб или хищных птиц.

— Садись, Марк, — произнёс он. Голос звучал низко, без вибраций, словно звук шёл из динамика. — Меня зовут... для тебя — просто Связной.

Марк остался стоять у входа, пальцы цеплялись за лямку толстовки.

— Я не понимаю... Где директор?

— Директор временно решает хозяйственные вопросы в другом крыле, — Связной сделал шаг к столу и жестом указал на кожаное кресло напротив. — У нас с тобой личный разговор. Пожалуйста.

Марк подошёл и опустился на самый край, готовясь в любой момент вскочить.

Связной сел напротив. На полированную столешницу лег прямоугольник черного планшета.

— Мы наблюдали за тобой, — ровно проговаривал мужчина. — Твой игровой ник «Sharky». Сервер Европа. Твоя статистика в PUBG за последний сезон — топ-0.1% по выживаемости и тактическому мышлению. Для твоего возраста — редкое сочетание холодной головы и моторной памяти.

Марк выпрямился, плечи одеревенели.

— Вы следили за мной? Через аккаунт?

— Мы ищем таланты, — Связной чуть наклонил голову. — Не для киберспортивных лиг с их детскими призами и рекламными контрактами. Для настоящей игры. Для реальной королевской битвы.

Марк коротко выдохнул носом, попытавшись выдавить ухмылку, но губы не послушались.

— Это розыгрыш? Видео для хостинга? Где скрытая камера?

Связной не ответил. Нажал пальцем на стекло планшета.

Экран вспыхнул. Никакого глянцевого логотипа, никакого трейлера на движке. Кадры были дергаными, снятыми на ночную камеру с зернистым фильтром.

Лес. Грязь. Человек в разорванной куртке бежит, спотыкаясь о корни. Сзади — вспышки выстрелов, сухой короткий треск автомата. Человек падает на бок, его ноги судорожно сучат по мокрой траве. Слышен хриплый, захлёбывающийся крик, который тут же обрывается тяжелым ударом. Камера заваливается набок, показывая, как из темноты выступает чья-то тяжелая обувь.

Марк отшатнулся, спина упёрлась в жесткую кованую ковку кресла.

— Это не кино, — спокойно прокомментировал Связной, глядя не на экран, а на лицо Марка. — Это «Квалификация». Нейросимулятор выживания нового поколения. Боль, страх, физиология — на сто процентов. Мозг считывает всё без остатка. Нам нужны люди с твоим восприятием микропространства и реакцией.

— Вы... вы предлагаете мне... — Марк замялся, горло пересохло, слова застряли. — Играть в это?

— Пройти отбор. Соло-матч. Призовой фонд — десять миллионов долларов для первой десятки. Твоя доля, если зацепишься за топ — от миллиона. Аванс — пятьдесят тысяч сразу после того, как поставишь подпись.

Марк уставился на темнеющий экран планшета. Сердце колотилось в ребра, как пойманная птица, отдаваясь гулом в висках. Пятьдесят тысяч. Прямо сейчас. Это больше, чем мать зарабатывает за три года на своем складе.

— А если я откажусь? — выдохнул он.

Связной слегка пожал плечами, складывая длинные сухие пальцы домиком.

— Тогда ты вернёшься в класс. Людмила Сергеевна поставит тебе двойку. Ты будешь слушать, как тебя называют бездарем. Через пару лет пойдёшь в местный железнодорожный техникум или в армию, если комиссия не сбракует. — Мужчина паузой отсёк предложение. — Если согласишься — прямо сейчас на твой счет упадут пятьдесят тысяч. Без налогов. Без условий возврата. Если пройдёшь — заберёшь минимум миллион.

Он подвинул планшет ближе. На экране появилось соглашение — мелкий, сплошной массив текста, набранный шрифтом без засечек. Внизу светилось окно для электронной подписи.

Марк смотрел на стилус, лежащий рядом. Пальцы левой руки непроизвольно дёрнулись, копируя привычное движение на игровой мыши. В голове стоял гул. Осенний дождь за окном, вонь мела в классе, вечная серка за окном квартиры, пустой холодильник...

Он взял стилус. Металл был холодным и тяжелым.

Марк расписался размашисто, не прочитав ни единой строчки из мелкого текста.

Связной сразу забрал планшет. Экран коротко пикнул. В кармане толстовки Марка не было телефона — его забрала учительница, но Связной словно прочитал мысль:

— Транзакция прошла. Деньги на твоем виртуальном счете. Завтра в восемь утра у твоего подъезда будет стоять машина. Возьми только паспорт. Никому не говори. Ни матери, ни друзьям. Если узнаем о утечке — контракт аннулируется, аванс отозвут через блокировку счетов.

Мужчина поднялся, одёрнул полы пиджака и направился к выходу, даже не глянув на подростка.

Марк остался сидеть в полумраке дирекции. В тишине было слышно только, как снаружи капли дождя стучат по металлическому отливу окна, и как бешено, рвано колотится его собственное сердце. Пальцы сжатой правой руки все еще хранили ощущение гладкого, холодного пластика стилуса.