Читать онлайн "Нулевая Планета"

Бродячая планета неслась сквозь пространство.

Она не принадлежала ни одной системе и не отмечалась ни на одной из звёздных карт. Вокруг неё не было даже обычного сияния межзвёздной пыли. Лишь глубокая чернота, смерзшийся лёд и редкие искры, пронизывавшие атмосферу в странном танце.

Планета медленно поворачивалась на лету.

Над её равнинами никогда не наступал день. Огромные кратеры сменялись серыми каменными равнинами, ледяными грядами и чёрными пещерами, уходившими глубоко под поверхность. Разреженная атмосфера не рождала облаков и почти не шевелила смерзшуюся пыль.

На краю одного из кратеров лежал корабль.

Его нос глубоко вошёл в скалу, кормовая часть была разорвана, а двигатели давно остыли. Очертания уцелевшего борта говорили о том, что это один из кораблей Х’харнов.

Из тонкой пробоины вытекал воздух.

Струйка была едва заметной. Она вырывалась наружу, мгновенно превращалась в ледяную пыль и исчезала во тьме. Так продолжалось уже несколько десятков лет.

В двух десятках шагов от корабля сидел мертвец.

Его скафандр зажало между камнями. Разбитый шлем был запрокинут к звёздам. Сквозь треснувшее стекло на окружающую тьму смотрел обнажённый череп.

Он улыбался.

Зло, тоскливо и ехидно, словно мёртвый наездник, всё ещё державшийся в седле несущейся лошади и догадывающийся, куда она его несёт.

Далеко впереди зажигались первые звёзды Империи.

Планета вступила в её пределы.

***

Зарт Арн, младший принц Средне-Галактической Империи, весело напевал, поднимаясь по винтовой лестнице западной башни императорского дворца на Трооне.

Он был младшим сыном Арн Аббаса, учёным и создателем аппарата, который некогда связал двадцатый век с далёким будущим: сначала обменял сознания Зарта и землянина Джона Гордона, а позднее перенёс самого Гордона через двести тысяч лет.

Гордон стал героем Империи и супругом Лианны, правительницы Фомальгаута. Мерн, жена Зарта, прошла вместе с ним через войны, мятежи и изменившуюся историю Галактики. Две пары оставались ближайшими друзьями.

Песенка Зарта состояла из пяти нот. Во всяком случае, других он не помнил и потому уже третий день повторял один и тот же отрывок:

— Та-та-ти-ту-та, та-та-ти-ту-та…

Он толкнул узкую дверь и вышел на залитую солнцем балюстраду.

Мерн спряталась здесь от полуденного зноя. Золотистые занавеси закрывали балюстраду от любопытных взглядов, но тёплый ветер раздвигал их, открывая сады далеко внизу, белые дворцовые крыши и огромный город за рекой.

Мерн лежала на широкой скамье и держала в руках книгу.

— Я нашёл тебя, — объявил Зарт и рассмеялся.

— Я услышала тебя ещё внизу.

— Значит, у тебя было время скрыться.

— От тебя ещё может быть. От мотива никаких шансов.

Зарт подошёл ближе и снова повторил пять нот.

— У неё должно быть продолжение, — сказала Мерн.

— Продолжение испортило бы совершенство.

— Тогда хотя бы меняй слова.

— Не сегодня.

Он сел рядом. За колоннами балюстрады безмятежно сияло голубое небо. В глубине дворца звенели сигналы, торопливо проходили слуги, офицеры и посланники. На дальнюю посадочную площадку опускался серебристый корабль, вокруг которого уже суетилась целая толпа встречающих.

На столике возле Мерн мигнул вызов телестерео.

Зарт включил аппарат.

В прозрачной глубине экрана появилось лицо Джона Гордона.

— Наконец-то! — сказал он. — Я уже решил, что принц Средне-Галактической Империи не отвечает людям ниже своего ранга.

— Ты слишком быстро потерял терпение, Джон.

Изображение расширилось. Рядом с Гордоном сидела Лианна. Они находились на открытой террасе дворца Фомальгаута. Лианна сняла тиару и распустила волосы, а Гордон держал в руке высокий бокал с чем-то холодным.

— Вы бездельничаете, — сказала Мерн.

— Мы отдыхаем после тяжких государственных трудов, — ответил за Лианну Гордон.

— Джон выгнал меня сюда, — объяснила Лианна.

— Я спас Фомальгаут от ещё одного часа её правления.

— А как же послы?

— Я же сказал: спас.

Несколько минут все четверо говорили одновременно. Гордон пожаловался на Шорр Канна. Лианна напомнила, что он сам вернул его. Мерн пообещала прилететь к ней через несколько дней. Зарт снова запел.

— Вот это и есть вся песня? — спросил Гордон.

— Лучшие её пять нот.

— Я начинаю понимать, почему ты держишься за научную карьеру.

Лианна рассмеялась.

Солнце сияло в этот день и над Фомальгаутом, и над Трооном. На дворцовой террасе тёплый ветер проходил сквозь зелень садов. За спиной Гордона над деревьями вздымались серебристые шпили Хатхира.

Из глубины дворца донёсся тройной сигнал.

Зарт перестал улыбаться.

— Что это? — спросила Лианна.

— Пограничная обсерватория.

— Случилось что-нибудь?

— Пока не знаю.

Он отключил телестерео и поднялся.

Мерн закрыла книгу.

— Они вызывают уже не первый раз.

— Третий за день.

— А ты только сейчас решил ответить?

— Сначала показания измерений казались ошибкой. Потом их повторили ещё две станции.

Они спустились с башни и прошли через длинную галерею. Огромные окна пропускали потоки солнечного света. Под ними, во внутренних дворах, двигались слуги и дворцовая стража.

В одном из нижних залов Зарта ожидал пожилой начальник пограничных наблюдательных станций. Над столом вращалась звёздная карта.

На окраине Империи мерцала красная точка.

— Сильное возмущение появилось здесь, ваше высочество, — сообщил начальник. — Затем сместилось на семь парсеков.

— Каков источник движения?

— Не установлен.

— Масса?

— При каждом измерении разная.

Зарт приблизил карту.

Точка мерцала возле широкой тёмной полосы, где когда-то прошёл луч Разрушителя. Там не осталось ни планет, ни пыли, ни даже осколков стёртых миров.

— Станции продолжают наблюдение?

— Да. Все работают нормально. Мы лишь отвели корабли от сектора, пока не установим причину.

— Возмущение опасно?

— Пока не знаем. Оно возникает на несколько минут, исчезает и появляется в другой точке.

Мерн посмотрела на красную отметку.

— Ты полетишь туда?

Зарт с интересом изучал карту.

— Нужны измерения с близкого расстояния.

— Значит, полетишь...

— На небольшом исследовательском корабле. Один проход вдоль сектора, без посадки и сближения.

Мерн кивнула.

— Хорошо. Я с тобой.

— Мерн…

— Один проход.

— Это может быть опасно.

— Поэтому ты не должен лететь один.

Зарт посмотрел на неё, потом снова на карту.

Красная точка мигнула.

— Вылетаем утром, — решил он.

***

Первые три дня полёта прошли спокойно.

Исследовательский корабль Зарта был небольшим, быстрым и набитым различными приборами столь плотно, что Мерн с трудом нашла место для двух дорожных сумок.

— Мы летим на несколько дней, — сказала она.

— Приборы занимают мало места.

— Ты снял дверь с моей каюты и поставил вместо неё гравиметр!

— Дверь не давала полезных измерений.

Они дважды связались с Трооном и один раз с Фомальгаутом. Гордон потребовал, чтобы Зарт наконец вспомнил всю песню. Лианна предупредила Мерн, что не собирается спасать её от последствий её решений.

На четвёртый день звёзд впереди стало меньше.

Корабль входил в пространство, повреждённое Разрушителем. Далёкие солнца здесь лежали редко, а между ними простирались огромные провалы черноты.

Полёт оставался совершенно обычным.

Двигатели работали ровно. Все приборы действовали исправно. Зарт продолжал что-то напевать, а Мерн читала и время от времени поправляла его.

У последних координат они дважды прошли вдоль сектора и ничего не обнаружили.

— Возмущение могло исчезнуть, — сказала Мерн.

— Могло.

— Ты разочарован?

— Я предпочёл бы понять, ради чего мы проделали этот путь.

Зарт изменил курс и повёл корабль к точке последнего наблюдения.

Стрелка гравиметра дрогнула.

Потом отклонилась снова.

— Вот оно, — сказал Зарт.

— Что именно?

— Пока не знаю.

Возмущение росло. Корабль уже входил в область, откуда приходили странные показания, хотя за обзорным экраном по-прежнему сияли только редкие звёзды.

Мерн вызвала Фомальгаут.

На экране возникла Лианна.

— Вы уже нашли…

Изображение покрылось белыми полосами и погасло.

Телестерео отключилось.

Зарт проверил настройку и повторил вызов. Экран ответил ровным белым шумом.

Затем из динамика неожиданно донёсся женский голос:

— Пассажиров, следующих на Фомальгаут, просят пройти к четвёртому выходу…

Мерн обернулась.

Зарт быстро проверил частоту.

— Это не наш канал.

— Тогда чей?

— Не знаю.

Зазвучала весёлая музыка.

— …рейс задерживается по не зависящим от космопорта причинам… не оставляйте детей без присмотра…

Передача оборвалась.

Снова зашипел белый шум.

Зарт попытался поймать сигнал ещё раз, но аппарат молчал.

— Старая запись? — спросила Мерн.

— Возможно.

— Чья?

— Не знаю.

Он выключил телестерео.

За обзорным экраном сияли звёзды. Гравиметр показывал, что впереди находится крупная масса, но пространство казалось пустым.

Мерн подошла ближе.

— Зарт.

Одна из звёзд впереди погасла.

Через несколько секунд исчезла вторая.

Потом третья.

На их месте возникла огромная чёрная окружность. Она не отражала света и почти не отличалась от пустоты, но заслоняла собой звёзды.

Неизвестная планета выросла перед кораблём.

Она была ближе, чем показывали приборы.

— Мы должны изменить курс, — сказала Мерн.

— Уже меняю.

Зарт развернул корабль.

Чёрный круг остался прямо впереди.

Он увеличил тягу. Планета продолжала расти.

— Она движется за нами?

— Нет.

— Тогда почему не меняется направление?

Зарт не ответил.

Его пальцы быстро пробежали по панели.

Корабль дрогнул.

Сначала едва заметно, затем сильнее.

— Нас притягивает, — сказал он.

— Уходим.

— Пытаюсь.

Двигатели набрали полную мощность. Корпус завибрировал, но скорость удаления не увеличилась.

Наоборот.

Из тьмы проступили кратеры, серые каменные равнины и горные гряды. Ни один участок поверхности не был освещён. Звёздного света не хватало, чтобы разогнать мрак.

Зарт вёл корабль вверх, но высота продолжала уменьшаться.

Корабль вошёл в разрежённую атмосферу.

Корпус задрожал и сразу рванулся вниз.

Зарт развернул судно носом от поверхности и дал полную тягу. Двигатели взревели. Падение замедлилось на мгновение, затем невидимая сила снова потащила их к планете.

Серыми искрами шипела тьма за бортом.

— Зарт! — воскликнула Мерн. — Не стоит нам опускаться сюда!

— Я знаю, — произнёс он. — Но я уже ничего не могу ей противопоставить. Нам не хватает мощности двигателей.

Он удерживал рычаги обеими руками. Корабль дрожал и стонал. Чёрная поверхность неудержимо неслась навстречу.

Обшивку объяли рои мельчайших вспыхивающих частиц. Поначалу Зарт принял их за светляков, рождённых разрежённой атмосферой.

Потом погасла наружная камера.

На втором экране металл тускнел, истончался и исчезал под серыми вспышками. Сама тьма скребла корабль бесчисленными когтями.

Завыла тревога. В корме лопнула переборка, и давление начало падать.

— В спасательную шлюпку!

— Вместе!

— Она повреждена. С двумя не оторвётся!

Корабль резко перевернуло. Мерн ударилась о переборку. Багровый свет тревоги заметался по рубке.

Поверхность была уже совсем близко.

Зарт поднял Мерн и силой потащил к спасательному отсеку.

— Нет! Мы уйдём вместе!

— Ты уйдёшь сейчас!

Он втолкнул её в шлюпку и захлопнул люк.

Мерн ударила ладонью по бронестеклу шлюпки.

— Зарт!

Он ударил по пусковой клавише.

Шлюпка выстрелилась почти параллельно поверхности притягивающей планеты. Её закрутило, но вспомогательные двигатели выровняли полёт и понесли над кратерами.

Зарт пристегнул к скафандру спасательный трос и бросился в разгерметизированный переход.

Корабль разваливался вокруг него. Серые пятна расползались по стенам, кабели рвались, а за пробоинами мелькала мёртвая поверхность.

Впереди вспыхивал и гас отблеск перегруженного двигателя.

Зарт успел отпрянуть в тот миг, когда белое сияние раздулось внутри отсека.

Перегруженный двигатель разорвало.

Ударная волна швырнула Зарта вперёд . Спасательный трос натянулся, удержал его над пробоиной и едва не переломил пополам.

Он подтянулся, сорвался с крепления и бросился к разведывательному зонду.

Люк захлопнулся.

Зарт ударил по аварийному пуску.

Зонд сорвался с креплений и понёсся прочь.

За кормой одна за другой полыхнули топливные ячейки. Белый огонь пронёсся по корпусу и достиг реактора.

В тот же миг над планетой расцвела вспышка адского пламени.

Корабль взорвался.

Белые и багровые обломки пронеслись над мёртвой поверхностью метеоритным дождём и рухнули в кратеры. Расплавленный металл зазмеился по чёрным склонам, как жидкое олово.

Зонд ударился о серый камень.

Зарта швырнуло на ремни.

Мир погас.

***

Он пришёл в себя от звука собственного дыхания.

Вдох.

Выдох.

Вдох.

В тесной кабине зонда было темно. Панель не работала. Только возле левого плеча мигал маленький красный индикатор.

Зарт отстегнул ремни и включил фонарь на шлеме.

Белый луч выхватил разбитые приборы, смятую обшивку и трещину в обзорном стекле. За стеклом лежал обледеневший серый камень.

Он проверил скафандр.

Герметичность сохранялась.

Кислорода оставалось на восемь часов.

Зарт попытался запустить двигатель зонда. Автоматика ответила короткой вспышкой и погасла.

Передатчик тоже молчал.

— Мерн.

Тишина.

— Мерн, ответь.

В наушниках зашипел слабый шум.

Зарт повторил вызов.

Ничего.

Он открыл люк.

Разреженный воздух вышел из кабины тонкой струёй. Наружного звука почти не было. Только вибрация передавалась через металл и подошвы скафандра.

Зарт выбрался наружу.

Фонарь осветил участок земли диаметром в десяток шагов. Серые камни. Лёд. Пыль. Глубокая борозда, оставленная зондом.

За пределами света начиналась абсолютная темнота.

Горизонта не существовало.

Звёзды сияли над головой, но поверхность оставалась чёрной, словно свет не достигал её.

Зарт повернулся вокруг своей оси.

Ничего.

Он поднял мощность передатчика.

— Мерн!

Ответа не было.

Где-то далеко прошла слабая дрожь.

Камень под ногами качнулся.

В свете фонаря появилась тонкая трещина. Она быстро пробежала по земле, достигла зонда и исчезла под ним.

Корпус аппарата тихо задрожал.

Зарт отступил.

Трещина остановилась.

Несколько секунд ничего не происходило.

Потом камень сомкнулся. След разлома исчез так, будто его никогда не было.

Зарт смотрел на гладкую поверхность.

— Очень хорошо, — пробормотал он.

Он вернулся к зонду и включил локальный сканер. Прибор работал с перебоями, но сумел построить карту ближайших нескольких миль.

Слева находилась гряда.

Справа располагался край большого кратера.

Где-то впереди сканер показывал слабый сигнал аварийного маяка.

Зарт вскочил.

— Мерн!

В наушниках что-то щёлкнуло.

— …Зарт…

Её голос был настолько слабым, что он сначала принял его за помеху.

— Мерн! Где ты?

— Не знаю. Здесь темно.

— Включи маяк.

— Он включён.

— Я вижу сигнал. Не двигайся.

— Зарт…

Связь оборвалась.

— Мерн!

Только шум.

Он взял аварийный баллон, переносной сканер и двинулся на сигнал.

Через пять минут красная отметка исчезла с экрана.

Зарт остановился.

До предполагаемого места оставалось меньше мили, но в темноте оно могло находиться где угодно — за грядой, на дне трещины или внутри кратера.

Он продолжил идти.

Круг фонаря плыл по камням. Каждый шаг поднимал лёгкое облако пыли, которое медленно оседало в слабой тяжести.

Справа что-то мелькнуло.

Зарт резко повернулся.

Луч выхватил два высоких камня.

Между ними никого не было.

Он постоял несколько секунд и снова двинулся вперёд.

Из темноты донёсся щелчок.

На этот раз ближе.

Зарт поднял оружие.

Фонарь прошёл по земле, скалам, краю неглубокой впадины.

Ничего.

Индикатор кислорода показывал семь часов двенадцать минут.

— Мерн, ответь.

Тишина.

Ещё один щелчок раздался позади.

Зарт обернулся.

В световом круге находились только его следы.

Он сделал шаг назад.

Под сапогом хрустнул тонкий камень.

Тот самый звук.

Зарт опустил оружие.

— Прекрасно.

Сигнал маяка снова появился.

Теперь совсем близко.

Впереди мигнула красная точка.

Раз.

Погасла.

Через несколько секунд вспыхнула снова.

Зарт ускорил шаг.

Луч фонаря скользнул по скалам и внезапно выхватил светлую фигуру.

Мерн стояла у края низкого обрыва.

Она первой увидела его и пошла навстречу. Потом побежала.

Они столкнулись между камнями и прижались шлемами друг к другу.

— Ты жив, — выдохнула Мерн.

— Пока да.

— Корабль…

— Его больше нет.

Она закрыла глаза.

Несколько секунд оба молчали.

Затем Зарт проверил её скафандр. Запаса кислорода оставалось меньше четырёх часов.

— Шлюпка?

— Разбита. И кислородный блок повреждён.

— У меня восемь часов в основном баллоне и один аварийный.

— Значит, у нас немного времени.

— Локальный сканер что-нибудь показал?

Мерн протянула ему свой прибор.

Карта была ещё хуже, чем у зонда. Несколько сотен ярдов вокруг места посадки и тёмное пятно впереди.

— Металл, — сказал Зарт.

— Наш корабль?

— Слишком далеко от места падения.

— Сколько идти?

— Около двух миль.

Мерн посмотрела в темноту.

— А если там ничего нет?

— Тогда вернёмся и умрём возле шлюпки.

— Обнадёживает.

— Стараюсь.

Они соединили запасные баллоны и двинулись к металлической массе.

Через полчаса начались новые толчки.

Сначала задрожала поверхность. Потом впереди с сухим треском появилась трещина. Она пересекла круг фонаря и ушла в темноту.

Мерн остановилась.

— Мне здесь не по себе.

— Мне тоже.

— Тебе интересно.

Зарт посмотрел на сканер.

— Совсем немного.

— Это и раздражает.

Они обогнули трещину.

Металлический сигнал становился сильнее. Теперь сканер показывал крупный объект у края кратера.

Луч фонаря выхватил что-то белое.

Зарт замер.

На камнях лежал шлем.

Нет.

Не шлем.

Череп.

Он смотрел прямо на них из разбитого прозрачного колпака.

Мерн тихо выдохнула.

Фонарь поднялся выше и осветил старый скафандр, зажатый между скалами. Мертвец сидел, запрокинув голову к звёздам, и скалился им навстречу.

За ним из темноты выступил разбитый корабль.

По очертаниям он напоминал корабли Х’харнов — серых телепатов, некогда вторгшихся в Империю.

— С виду он здесь уже несколько десятилетий, — сказала Мерн.

Зарт подошёл ближе.

Возле пробоины в корпусе мерцала тонкая серебристая струйка. Воздух всё ещё выходил из корабля и замерзал в разреженной атмосфере.

— Там сохранилось давление, — сказал он. — Странно.

— И запасы?

— Кто знает.

Они вошли через аварийный шлюз.

Внутри царила такая же тьма, но прибор показал остаточное давление и пригодный для переработки воздух. Главные системы корабля не работали, зато часть резервных накопителей сохранила заряд.

Зарт подключил переносной блок.

В коридоре моргнули и резко вспыхнули редкие тусклые лампы.

Мерн вздрогнула.

— Предупреждай.

— Я и сам не знал, что они включатся.

Они нашли склад аварийных запасов. Несколько контейнеров были пустыми, в других хранились вода, кислород и ящик с смерзшейся пищей.

Через час баллоны были заполнены полностью.

Мерн сняла шлем в герметичном отсеке и сделала несколько глотков воды.

— Теперь у нас есть время.

— Несколько суток.

— Звучит почти роскошно.

Зарт исследовал рубку.

Основные двигатели были уничтожены при падении. Х’харн пытался восстановить их: панели были сняты, кабели заменены, часть приборов разобрана. Возле пульта лежали разбросанные инструменты.

Он не сидел здесь, сложа руки и ожидая смерти.

Х’харн отчаянно пытался выжить.

На навигационном экране вращалась карта — узкая неровная полоса поверхности, отсканированная перед крушением. Большая часть данных отсутствовала. Были видны только несколько кратеров, горная гряда и цепь пещер к северу.

— Это всё? — спросила Мерн.

— Всё, что он успел увидеть при падении.

— Что находится за пределами?

— Темнота.

— Сама вижу.

Зарт приблизил изображение пещер.

Приборы когда-то зафиксировали там слабый металлический отклик, но данных было недостаточно, чтобы определить его природу.

Он уже хотел сказать об этом Мерн, когда за его спиной щёлкнул переговорный динамик.

Оба обернулись.

Радио было отключено.

Из решётки донёсся треск.

Затем раздался крик, от которого кровь застыла в жилах.

Он был таким громким и страшным, что Мерн выронила флягу.

Кричал Х’харн.

Не отдавал приказ. Не звал на помощь. Он вопил от дикого, животного ужаса, захлёбываясь собственным дыханием. Крик превратился в хрип, потом в бульканье, затем оборвался коротким ударом.

Наступила тишина.

Зарт медленно подошёл к пульту.

Динамик захлебнулся треском. Спустя несколько мгновений пугающе спокойный голос Х’харна произнёс:

— Высота пятьсот футов. Выполняю маневр посадки.

Радио умолкло.

За стенами корабля по мёртвой планете прошёл новый толчок.

Толчок оказался сильнее предыдущих.

Корабль Х’харна качнулся, хотя половина его корпуса была намертво вбита в камень. С потолка посыпалась пыль. Где-то за переборкой протяжно застонал металл.

Мерн подняла флягу.

— Совсем рядом.

Зарт смотрел на молчащий динамик.

— Похоже на то.

— Я не о толчке.

Он протянул руку и отключил от пульта кабель питания.

Изнутри него снова донёсся тихий треск.

Зарт выдернул второй кабель.

Треск прекратился.

Несколько секунд они стояли неподвижно.

Потом из обесточенного динамика донёсся короткий предсмертный хрип.

Мерн отступила к двери.

Зарт сорвал решётку, вырвал динамик из гнезда и швырнул его на пол. Тот ударился о металл и раскололся.

Из него торчали катушки, мембраны и старые провода.

— Достаточно, — сказала Мерн.

— Согласен.

Он раздавил динамик каблуком.

Больше тот не издал ни звука.

***

Они провели на корабле пять часов.

Два часа ушло на осмотр. Ещё два — на зарядку скафандров, переработку воды и перенос запасов. Последний час Мерн заставила Зарта спать.

Он улёгся прямо на полу герметичного отсека, подложив под голову свёрнутый защитный костюм. Мерн сидела рядом с оружием на коленях.

— Разбуди через тридцать минут.

— Спи.

— Через тридцать.

— Обещаю.

Он закрыл глаза.

Почти сразу ему показалось, что кто-то идёт по наружной обшивке.

Шаг.

Пауза.

Ещё шаг.

Зарт открыл глаза.

— Ты слышишь?

Мерн не ответила.

Она смотрела в потолок.

Шаги продолжались. Медленные, тяжёлые. Кто-то двигался от кормы к центральному отсеку, ставя ноги прямо над ними.

Шаг.

Шаг.

Потом остановился.

Зарт бесшумно поднялся и взял оружие.

— Снаружи почти нет воздуха, — прошептала Мерн.

— Звук может передаваться через корпус.

— Я не об этом.

Над их головами что-то медленно провели по металлу.

Раздался долгий пронзительный скрежет.

Зарт показал Мерн оставаться на месте и вышел в коридор. Свет фонаря лёг на стены, разобранные панели и старые следы работы Х’харна.

Скрежет повторился дальше по кораблю.

Он глубоко вдохнул и осторожно направился туда.

В соседнем отсеке никого не было. По потолку шла глубокая вмятина. Зарт осветил её, затем поднялся на носки и коснулся края.

Металл был холодным.

За обшивкой послышался короткий удар.

Он вскинул оружие.

Второй удар пришёлся прямо напротив его лица.

Зарт отступил.

Третий раздался уже позади.

Он резко обернулся.

Коридор был пуст.

— Зарт! — выкрикнула Мерн.

Он вернулся в отсек.

— Что там?

— Никого.

— Ты врёшь хуже, чем обычно.

— Возможно, корпус оседает после толчков.

— Возможно?

— Да.

Мерн посмотрела наверх.

Но шагов больше не было.

Она всё же заставила его поспать тридцать минут.

Когда Зарт проснулся, внутри царила мёртвая тишина.

***

Главный реактор восстановить не удалось.

Ещё будучи живым, Х’харн, очевидно, добрался до него раньше. Половина защитных плит была снята, управляющие контуры заменены, а возле вскрытого кожуха лежали инструменты. Кто-то работал тщательно и долго, но центральный преобразователь оказался разрушен при ударе.

Даже Зарт не мог собрать новый из запасных частей.

Передатчик дальней связи был расплавлен. Двигатели были мертвы. Остаточной энергии хватало лишь на освещение, переработку воздуха и несколько часов работы приборов.

Ни один из аварийных аппаратов не был цел.

— Значит, остаёмся здесь? — спросила Мерн.

— Пока реакторы накопителей не разрядятся.

— А потом?

— Потом корабль остынет, давление начнёт падать, и мы снова окажемся в скафандрах.

— Через сколько?

— Дня три. Возможно, четыре.

Мерн взглянула на старый навигационный экран.

— А пещеры?

На карте узкая полоса поверхности тянулась к северу и заканчивалась цепью тёмных пятен. Возле одного из них мигала слабая отметка металлической массы.

Зарт увеличил изображение.

— Корабль мог уловить залежи руды.

— Или обломки.

— Или другой корабль.

— И насколько далеко?

— Если карта не врёт — около восемнадцати миль.

— Она уже врала нам?

— Она построена во время падения. – Он вздохнул. – Здесь половина данных повреждена.

— Значит, около восемнадцати миль могут оказаться сорока.

Зарт нехотя кивнул.

— Могут.

Они молча посмотрели на карту.

Оставаться было безопаснее.

Но лишь до тех пор, пока корабль сохранял воздух.

— Выйдем после отдыха, — сказала Мерн.

— Я собирался предложить то же самое.

— Нет. Ты хотел ещё несколько часов разбирать реактор, а потом торжественно сообщить мне, что он окончательно сломан.

Зарт неспешно закрыл панель.

— Он окончательно сломан.

— Вот видишь.

Они взяли четыре баллона кислорода, воду, концентраты, медицинский набор, пару атомных пистолетов, переносной сканер и несколько ремонтных инструментов. Зарт прихватил небольшой преобразователь, снятый с научного блока Х’харна.

Мерн посмотрела на тяжёлый прибор.

— Он нам действительно нужен?

— Не знаю.

— Тогда оставь.

— Он может нам пригодиться.

— Для чего?

— Узнаю, когда пригодится.

Она не стала спорить.

Перед выходом Мерн задержалась возле наружного шлюза.

Мёртвый Х’харн сидел в нескольких шагах от корабля и, скалясь пустым черепом, смотрел в звёздное небо.

Мерн поёжилась.

— Он ведь тоже куда-то ходил, — сказала она.

Зарт проследил за её взглядом.

На поверхности старого скафандра Х’харна сохранились царапины и смерзшаяся пыль. На поясе не было инструментов. Один крепёжный ремень был перерезан.

— Возможно.

— И всё равно вернулся сюда.

— Здесь были воздух и запасы.

— Или он обнаружил что-то, после чего решил вернуться.

Зарт включил наружный шлюз.

— Мы не обязаны повторять все его решения.

— Хорошо бы не повторить последнее.

Створки разошлись.

За ними терпеливо ждала тьма.

***

Корабль Х’харна исчез из виду через двести шагов.

Свет фонарей больше не доставал до его корпуса.

Зарт обернулся.

Позади лежали только серые камни и две цепочки следов.

— Не нравится мне это, — сказала Мерн.

— Что?

— Что всё исчезает сразу, как только мы перестаём на него светить.

Они шли на север.

Сканер показывал направление, но расстояние постоянно менялось. Сначала до пещер было семнадцать миль. Через час уже девятнадцать. Потом вдруг четырнадцать.

В какой-то момент Зарт перестал придавать значение цифрам.

Поверхность постепенно поднималась. Каменная равнина сменилась ледяными холмами. Лучи фонарей скользили по серым склонам, выхватывая острые выступы и глубокие впадины.

За пределами света не было ничего.

Иногда Мерн поднимала голову к звёздам, пытаясь определить направление. Но созвездия выглядели неправильными. Некоторые звёзды медленно перемещались, хотя этого не могло быть заметно за несколько часов.

Через два часа они остановились у неглубокого провала.

Зарт проверил кислород.

— Ещё двадцать один час в основных баллонах.

— До пещер?

— Сканер показывает девять миль.

— Но всего полчаса назад было одиннадцать.

— Вероятно, мы всё же приближаемся.

Мерн села на камень.

В свете её фонаря появилась вторая тень.

Она лежала под другим углом, чем первая.

— Зарт!

Он посмотрел.

Одна тень падала вправо, от фонаря Зарта.

Вторая тянулась прямо назад, в темноту.

Мерн медленно подняла руку.

Обе тени повторили движение.

Она опустила руку.

Первая тень опустилась вместе с ней.

Вторая немного задержалась.

Совсем чуть-чуть, на доли секунды.

Но оба это заметили.

Зарт направил фонарь вверх, потом в стороны, в поисках источника света.

Вокруг были только звёзды.

— Это может быть отражение льда, — сказал он.

— Льда?

Он осветил камни.

Они были матовыми.

Мерн встала.

Вторая тень исчезла.

— Идём, — сказала она.

— Тебе нужно немного отдохнуть.

— Я уже отдохнула.

Они двинулись дальше.

Через несколько минут у Зарта появилась двойная тень.

Мерн ничего не сказала.

***

Первый сильный толчок настиг их на гребне.

Земля вздрогнула под ногами. Зарт потерял равновесие и упал на колено. Мерн успела схватиться за каменный выступ.

Где-то впереди раздался треск.

По склону пробежала тонкая чёрная линия.

Она стремительно бежала, извиваясь между камнями, затем резко свернула к ним.

— Назад! — крикнул Зарт.

Они бросились вниз.

Трещина пересекла гребень в нескольких шагах позади и мгновенно раскрылась. Камень разошёлся, обнажив узкую бездну.

Из неё вырвался поток серой ледяной пыли.

Он поднялся на несколько ярдов и застыл в воздухе, несмотря на слабую тяжесть.

Зарт направил на него фонарь.

Пыль свернулась длинным жгутом.

На секунду ему показалось, что в ней обозначилась ухмыляющаяся пустыми глазницами голова Х’харна.

Потом поток рухнул обратно.

Трещина сомкнулась.

Камень снова стал цельным.

— Ты видел? — спросила Мерн.

— Видел.

— Это была пыль?

— Да.

— Я не об этом.

— Видел.

Они обошли место разлома по широкой дуге.

Зарт несколько раз проверял сканер. Теперь металлическая отметка находилась в шести милях.

Внезапно прибор погас.

Он ударил по корпусу. Экран вспыхнул, показал бессмысленный набор линий и снова заработал.

На карте появилась новая точка.

Она находилась позади них.

Зарт остановился.

— Что?

— Ещё один металлический объект.

— Корабль Х’харна?

— Нет. Слишком близко.

Они обернулись.

Тьма.

Зарт направил сканер назад.

Точка двигалась.

Медленно, но уверенно, следуя за ними.

— Нас кто-то преследует? — спросила Мерн.

— Прибор обнаруживает металл.

— В скафандре?

— Возможно.

Они погасили фонари.

Темнота сомкнулась мгновенно.

Зарт перестал видеть даже стекло собственного шлема. Остались только зелёные цифры индикаторов и дыхание Мерн в наушниках.

Сканер показывал приближающуюся отметку.

Пятьсот ярдов.

Четыреста.

Триста.

Мерн нацелила в её сторону атомный пистолет.

Двести.

Зарт включил фонарь.

Белый луч ударил в пустоту.

Никого.

Сканер пищал всё громче.

Сто ярдов.

Пятьдесят.

Точка была прямо перед ними.

Из темноты показался небольшой металлический цилиндр. Он катился по склону, подскакивая на камнях, и остановился у ног Зарта.

Это был один из контейнеров, которые они взяли с корабля Х’харна.

Крепёжный ремень оборвался. Контейнер, очевидно, выпал ещё на гребне и всё это время скатывался по наклонной поверхности вслед за ними.

Мерн несколько секунд смотрела на него.

Потом опустила оружие.

— Я чуть не расстреляла эту консервную банку.

— По крайней мере, мы бы знали, что внутри.

Она наклонилась и подняла контейнер.

В их наушниках раздался тихий смех.

Оба замерли.

Смех продолжался всего две секунды.

Детский голос произнёс:

— Она всё ближе.

Треск и белый шум вернулись.

Мерн медленно положила контейнер в сумку.

— Это тоже было внутри?

Зарт проверил передатчик.

— Нет.

— Хорошо.

— Что хорошего?

— Я уже начала опасаться, что банка с нами разговаривает.

Они пошли дальше.

***

Часы показывали, что с момента выхода прошло семь часов.

Пещеры всё ещё не появились.

Ландшафт становился всё более изломанным. Приходилось обходить трещины, спускаться в ложбины и карабкаться по склонам. Каждая миля отнимала больше времени, чем предыдущая.

Зарт заметил первую фигуру на дальнем гребне.

Она стояла неподвижно на фоне звёзд.

Человеческий силуэт.

Он остановился и поднял оружие.

— Что там?

— На гребне.

Мерн посмотрела.

Фигура исчезла.

Они подождали какое-то время.

Ничего не появилось.

— Камень, — сказал Зарт.

— Конечно.

Через двадцать минут фигура возникла снова, уже справа.

Теперь их было две.

Одна выше, другая ниже.

Зарт направил на них усиленный луч.

Свет не доставал.

Две фигуры медленно повернулись и скрылись за гребнем.

— Камни не ходят, — сказала Мерн.

— Я знаю.

Они изменили курс, уходя левее.

Сканер показывал пещеры прямо впереди.

Через час они увидели входы.

Чёрные провалы открывались в основании длинной горной гряды. Их было не меньше десятка. Одни едва позволяли пройти человеку, другие уходили в скалу огромными арками.

Металлическая отметка находилась где-то внутри.

Земля снова задрожала.

На этот раз толчок не прекратился.

Камни заходили под ногами. Со склонов посыпались обломки. В темноте раздался грохот. Поверхность загрохотала. Сквозь разрежённый воздух звук почти не проходил, но камень и скафандры передавали его дрожь.

Позади вспыхнула длинная трещина.

Она неслась к ним.

— В пещеру! — крикнул Зарт.

Они побежали к ближайшему входу.

Разлом догонял.

Камень расходился в нескольких шагах позади, выбрасывая вверх пыль и обломки. Мерн споткнулась. Зарт схватил её за руку и с силой дёрнул вперёд.

Они влетели под свод пещеры.

Трещина прошла мимо входа и ударила в скалу.

Весь проход качнулся.

С потолка рухнул камень, перекрыв половину выхода.

Зарт и Мерн отбежали глубже.

Через несколько секунд дрожь прекратилась.

Они стояли, тяжело дыша, и смотрели назад. Сквозь узкий проход виднелись звёзды.

— Мы можем выйти? — спросила Мерн.

Зарт осветил обвал.

— Если не начнётся новый толчок.

Она повернулась к глубине пещеры.

— Здесь что-то есть.

Луч её фонаря отражался от гладкой поверхности.

Не от камня.

Зарт направил свет туда же.

Из темноты выступил серебристый борт корабля.

Он стоял в глубине пещеры на посадочных опорах, ровный, чистый и почти не повреждённый. На корпусе поблёскивали незнакомые знаки, а возле шлюза горел слабый зелёный огонёк.

Мерн медленно приблизилась.

— Он как новый.

Зарт провёл рукой по металлу.

На перчатке не осталось пыли.

— Совсем новый.

— Тогда где экипаж?

Зелёный огонь возле шлюза мигнул.

Створки медленно разошлись.

Изнутри корабля хлынул свет.

На пороге никого не было.

Зарт поднял оружие.

— Оставайся сзади.

— Даже не надейся.

Они вошли.

Внутри была нормальная атмосфера.

Свет горел во всех коридорах. Тихо шуршала вентиляция, и на стенах не было ни пыли, ни следов повреждений. Казалось, экипаж покинул корабль несколько минут назад.

В рубке сидел пилот.

Он был пристёгнут к креслу и держал руки на управлении.

Мерн шагнула к нему.

Зарт направил свет на прозрачный шлем.

Изнутри на них смотрел голый череп.

На потемневших зубах ещё висела полоска высохшей кожи.

На форме пилота блестел знак Талларны.

И в тот же момент за их спинами с тяжёлым металлическим ударом захлопнулся шлюз.

Мерн резко обернулась и подняла атомный пистолет.

— Зарт!

Он скачком оказался у панели и ударил по кнопке открытия.

Ничего.

Нажал ещё раз.

Над кнопкой загорелся красный знак.

— Блокировка?

— Автоматическая герметизация.

— Открой её автоматически обратно!

Зарт сорвал крышку панели и добрался до проводов. Система корабля работала, но отвечала на команды с задержкой, словно сначала долго раздумывала, стоит ли их выполнять.

За их спинами что-то скрипнуло.

Оба повернулись.

Талларнец в кресле медленно опустил голову.

Череп, ещё секунду назад смотревший прямо перед собой, теперь скалился в пол.

Мерн выстрелила.

Заряд попал в кресло, разорвав ремень. Мертвец повалился набок, кости с сухим стуком посыпались на палубу.

Несколько секунд ничего не происходило.

Зарт подошёл ближе и поднял обгоревший обрывок ремня.

— Крепление лопнуло.

— Оно лопнуло именно сейчас?

— Возможно, мы потревожили кресло.

— Конечно.

Одна из костей покатилась по полу и остановилась у сапога Мерн.

Она с испугом отпрянула.

— Открывай шлюз! — Голос Мерн дрогнул.

Зарт вернулся к панели.

Через минуту створки разошлись.

За ними оставалась пещера, заваленный проход и полная темнота.

— Значит, сработала автоматика, — сказал он.

— Меня это не успокоило.

— Всё это странно.

— Ты издеваешься?

— Исследую.

Они осмотрели рубку.

Корабль принадлежал талларнским облачникам — вольным пилотам, торговцам и искателям удачи, которые добирались до мест, куда даже имперские разведчики предпочитали не залетать. Судно было небольшим, рассчитанным на экипаж из четырёх человек, но ни в жилых отсеках, ни в машинном отделении других тел не обнаружилось.

Не было и признаков борьбы.

Постели аккуратно убраны. Шкафчики закрыты. В пищевом блоке стояла открытая чашка, наполненная засохшей тёмной массой. На стене возле одного из спальных мест, изрядно покосившись, висел плакат.

Часы корабля продолжали отсчитывать время.

Согласно им, посадка произошла двенадцать часов назад.

Согласно состоянию пилота, он умер много лет назад.

— Может быть, корабль долго летел на автоматике, — сказал Зарт.

— С мёртвым пилотом в кресле?

— Такое возможно.

— И приземлился в пещере?

Зарт не ответил.

Основной журнал был повреждён. Последняя сохранившаяся запись состояла из нескольких секунд изображения.

На экране возникло лицо талларнца — ещё живого, широкоскулого, с короткими тёмными волосами. Он сидел в том же кресле, где теперь лежали его кости.

— Мы вышли из прыжка не там, — говорил он. — Звёзды не совпадают. Приборы показывают близкую планету, но…

Изображение дёрнулось.

Талларнец посмотрел куда-то за камеру.

На этом запись закончилась.

Зарт попытался восстановить продолжение, но получил только чёрный экран.

— Что он увидел? — спросила Мерн.

— Возможно, планету.

— Он уже говорил о планете.

— Очевидно, что-то ещё.

— Великолепно.

Корабль был почти полностью исправен.

Реактор работал. Запасы воды, воздуха и пищи сохранились. Даже двигатели отвечали на проверку.

— Кажется, это наш шанс, — сказала Мерн.

Зарт не разделял её уверенности.

Он сел к панели и запустил диагностику. Системы одну за другой зажигались зелёным. Навигация не могла определить положение, но ручное управление работало.

— Поднять его можно, — сказал он.

— Тогда поднимаем.

— Выход завален.

— Разберём.

— И потолок пещеры низкий.

— Пробьём!

Зарт посмотрел на сканер корпуса.

— На корпусе корабля нет следов от серых искр.

— Он уже находился в пещере, когда они появились.

— Или, по какой-то причине, искры его не тронули.

Мерн замолчала.

Зарт включил наружные камеры.

Одна камера демонстрировала заваленный вход.

Другая уткнулась в тёмную стену пещеры.

Третья была направлена в самый низ, под корпус.

На экране появилась глубокая трещина.

Она проходила прямо под посадочными опорами и уходила в темноту. Её не было, когда они входили.

— Новый разлом, — сказала Мерн.

— Или мы не заметили старый.

— Он шириной в десять футов.

Зарт увеличил изображение.

В глубине трещины что-то блеснуло.

На мгновение.

Будто далеко внизу зажёгся фонарь.

— Видел? — спросила Мерн.

— Да.

Свет появился снова.

Теперь он медленно поднимался.

Мерн взяла оружие.

Зарт переключил камеру в другой диапазон. Прибор ничего не показал: ни источника тепла, ни движения, ни металлической массы.

Но свет продолжал приближаться.

Он был уже достаточно близко, чтобы отбрасывать слабое сияние на стенки разлома.

— Закрывай наружные шлюзы, — сказала Мерн.

— Они закрыты.

— Тогда поднимай корабль.

— Потолок…

— Зарт!

Свет исчез.

Разлом снова стал чёрным.

Они ждали.

Ничего не происходило.

Зарт откинулся в кресле.

— Возможно, отражение от нашей камеры.

— Отражение поднималось к нам?

— Камера могла менять угол.

— Она была неподвижна!

— Тогда я не знаю.

— Наконец-то честный ответ.

Они включили корабельные прожекторы и начали разбирать завал у выхода. Два малых манипулятора переносили камни в стороны. Работа шла медленно, но через час в обвале появился проход, достаточно широкий для носовой части корабля.

Зарт вышел наружу осмотреть потолок пещеры.

Мерн осталась в рубке.

— Здесь трещины, — сообщил он. — Если дать двигателям полную тягу, свод может рухнуть.

— Тогда половинную.

— Нам может не хватить.

— Будем обсуждать проценты, когда закончится кислород?

— Здесь его теперь много.

— Что не делает это место более приятным.

Зарт поднял фонарь.

Высоко над кораблём каменный потолок уходил в темноту. По нему тянулись свежие трещины.

Одна из них медленно удлинялась.

Сухой треск передавался через подошвы.

— Мерн, запускай двигатели.

— Наконец-то.

Корабль ожил.

По пещере прошла вибрация. Маневровые двигатели вспыхнули тусклым синим огнём. Пыль поднялась со дна и закрутилась вокруг посадочных опор.

Зарт вернулся к шлюзу.

Не успел он войти, как земля качнулась.

Одна из опор провалилась в трещину.

Корабль резко накренился.

Зарт ударился плечом о стену шлюза и повис на страховочном тросе.

— Держись! — крикнула Мерн.

Двигатели взревели.

Корабль приподнялся, вырывая опору из камня.

И тут из глубины трещины ударил тот же свет.

На этот раз не слабый.

Ослепительно белый луч вырвался снизу, прошёл вдоль борта и погас.

Все приборы корабля одновременно отключились.

Двигатели замолчали.

Судно рухнуло обратно.

Зарт влетел в шлюз. Створки автоматически сомкнулись за ним.

В рубке горели только аварийные лампы.

— Что случилось? — спросил он.

— Реактор работает, но управление не отвечает.

Зарт сел к панели и попытался перезапустить системы.

Экран вспыхнул.

На нём появилось лицо талларнца.

Тот же пилот из журнала сидел в кресле и смотрел прямо в камеру.

Но теперь его лицо было перекошено страхом.

— Если вы слышите это, — быстро произнёс он, — не включайте двигатели. Оно чует…

Запись оборвалась.

Из всех динамиков корабля раздался глухой удар.

Потом другой.

Потом третий.

Мерн медленно повернула голову к потолку.

— Снова корпус оседает?

Зарт не ответил.

Удары шли снизу.

Что-то стучало по днищу корабля из глубины разлома.

Три удара.

Пауза.

Ещё три.

Пауза.

Потом один.

Мерн подняла оружие.

— Это сигнал?

— Не знаю.

— Очень похоже.

Один удар повторился.

Зарт включил наружную камеру.

Экран показал чёрную трещину.

Ничего больше.

Затем в центре изображения появилось широкоскулое лицо.

Совершенно белое, без глаз и рта.

Оно прижалось к объективу снизу.

Мерн выстрелила в экран.

Стекло разлетелось.

Изображение исчезло.

— Это была камера! — крикнул Зарт.

— Я знаю!

— Ты стреляла в панель!

— Я тоже знаю!

Снизу раздался новый удар.

На этот раз металл днища вогнулся внутрь.

Они оба увидели это.

Удар повторился.

Вмятина стала глубже.

— Запускай всё, что можешь! — крикнула Мерн.

Зарт бросился к управлению.

Он замкнул цепи вручную. Реактор взвыл. Двигатели вспыхнули разом, без плавного набора мощности.

Корабль подпрыгнул.

Потолок пещеры начал рушиться.

Огромные камни падали вокруг, ударяли в корпус и раскалывались. Нос корабля вошёл в завал, раздвигая его.

Снизу что-то снова ударило.

Посадочная опора оторвалась.

Корабль дёрнулся вперёд и почти вырвался из пещеры.

Почти.

Земля под ним раскрылась.

Разлом мгновенно расширился во все стороны, поглотив посадочную площадку, завал и половину пещеры. Каменные стены разошлись. Корабль потерял опору и провалился вниз.

Мерн закричала.

Зарт вцепился в управление, но приборы показывали только хаос. Высота росла и уменьшалась одновременно. Направление падения менялось каждую секунду.

Вокруг корабля мелькали стены.

Потом исчезли.

Они падали в абсолютной черноте.

Двигатели работали на полной мощности, но не замедляли движение.

— Мы что, внутри планеты? — испуганно спросила Мерн.

— Не знаю!

— Тогда где мы?

Свет в рубке погас.

Остались только экраны.

На одном появилось звёздное небо.

На другом — поверхность планеты.

На третьем — они сами, сидящие в рубке.

Но изображение было снято сзади.

Мерн медленно обернулась.

За креслами никого не было.

На экране другой Зарт повернул голову и посмотрел прямо на неё.

Он поднял палец к губам.

Экран погас.

— Ты видел?

— Да.

— Это были мы?

— Да.

— Почему ты так спокойно отвечаешь?

— Потому что не могу придумать ничего получше.

Корабль тряхнуло.

Радио затрещало и из него полилась весёлая музыка.

Снова треск. Предсмертный вопль Х’харна.

Треск. Талларнец:

— Не включайте двигатели!

Затем прозвучала Мерн:

— Зарт, нас переворачивает!

Она ещё не произносила этих слов.

Зарт рванулся к передатчику и выдрал его из панели.

Голоса продолжали звучать из оставшихся динамиков.

Казалось, звук шёл из стен.

Из пола.

Из его собственного шлема.

— Зарт, нас переворачивает!

Корабль перевернулся.

Их бросило на ремни.

Впереди, посреди черноты, появилась точка.

Она не светилась.

Напротив, она выгляделачернее всего вокруг.

По мере приближения точка росла, пока не заняла весь обзорный экран.

Звёздный свет изгибался вокруг неё тонкими дугами.

Мерн смотрела вперёд, забыв дышать.

— Что это?

Зарт не ответил.

Впервые с момента посадки огонь исследовательского азарта, до сих пор теплившийся в глубине его глаз, погас.

Корабль падал прямо в чёрное ядро.

Сначала растянулся свет.

Потом звук.

Крик Мерн стал длинным, низким и бесконечным. Лицо Зарта одновременно находилось перед ней, справа и далеко позади. Его руки двигались в разных направлениях.

Стены рубки вытянулись в тонкие серебряные линии.

Мерн увидела через них каменные оболочки планеты — десятки, сотни, тысячи слоёв, вложенных один в другой.

В каждом слое падал корабль.

В каждом корабле сидели они.

На одном экране Зарт был уже мёртв.

На другом Мерн смеялась.

На третьем рубка была пуста.

На четвёртом в кресле пилота сидел Х’харн и скалился живым лицом.

Затем всё сразу исчезло.

Не было ни корабля, ни тел, ни времени.

Осталось только падение.

И чей-то шёпот совсем рядом:

— Она всё ближе.

Удар вернул мир.

Корабль вылетел из расселины, пронёсся над поверхностью и врезался в склон.

Металл завизжал.

Корпус несколько раз перевернулся и остановился.

Наступила тишина.

Зарт открыл глаза.

Аварийные лампы мигали. Воздух был наполнен дымом. Где-то шипела пробитая труба.

— Мерн!

Она лежала в соседнем кресле, без сознания.

Зарт расстегнул ремни, добрался до неё и проверил пульс.

Жива.

Он включил наружный экран.

Планета оставалась прежней: все те-же камни, то-же чёрное небо, и рассыпанные по нему звёзды.

Но на гребне в нескольких сотнях шагов стояли два человека.

Один поддерживал другого.

Зарт приблизил изображение.

Фигуры медленно повернулись.

Даже на таком расстоянии он узнал их скафандры.

Это были он и Мерн.

Двойники посмотрели на разбитый корабль и неспешно скрылись за каменным выступом.

Мерн пришла в себя.

— Что случилось?

Зарт не ответил.

Над планетой внезапно вспыхнул свет.

Высоко в чёрном небе ярким лепестком распустился их старый исследовательский корабль.

Тот самый, который взорвался много часов назад на другой стороне мира.

Огненный цветок раскрылся беззвучно. Горящие обломки пронеслись над ними метеоритным дождём.

Но на этот раз не упали.

Они растаяли в воздухе.

Свет погас.

Мерн поднялась и посмотрела на пустое небо.

— Мы это уже видели.

— Да.

— Значит, мы вернулись назад?

— Нет.

— Тогда что это было?

Зарт посмотрел на гребень, за которым исчезли их двойники.

— Не знаю.

За корпусом разбитого корабля по земле пробежала новая трещина.

Трещина промчалась вдоль борта, разделилась надвое и исчезла под камнями.

Корабль качнулся.

Зарт схватился за кресло. Мерн прижалась к стене, ожидая нового провала, но поверхность успокоилась.

Где-то далеко за гребнем раздался глухой удар.

— Нам нельзя здесь оставаться, — сказала она.

— Корабль не взлетит.

— Я не предлагаю лететь.

— Тогда что?

Мерн указала на экран.

На гребне снова появились две фигуры.

Теперь они стояли ближе.

Одна из них подняла руку и поманила их за собой.

Экран мигнул.

Гребень опустел.

— Тебе показалось? — спросил Зарт.

— Нет.

— Мне тоже.

Он взял оружие и направился к шлюзу.

— Зарт.

— Они знают, где мы находимся.

— Они — это мы.

— Тем более.

— Хуже довода я от тебя ещё не слышала.

— Оставим дебаты на потом.

Они вышли наружу.

После яркого света рубки темнота казалась ещё плотнее. Фонари выхватывали острые камни, свежую борозду от падения и разорванные пластины обшивки.

Корабль лежал на боку. Один двигатель был смят. Второй наполовину ушёл в землю. За кормой тянулся след, заканчивавшийся у края нового разлома.

Зарт обошёл корпус.

Серых искр не было. Броня казалась холодной и гладкой.

Он приложил к ней анализатор. Прибор коротко завыл и погас.

— Что?

— Показания невозможны.

Зарт поднял с земли небольшой камень и осторожно поднёс его к обшивке.

Камень исчез в короткой белой вспышке. На броне осталась круглая выемка.

Мерн отшатнулась.

— Что это было?

Зарт посмотрел на перчатку, в которой только что держал камень.

— Не знаю.

Из корабля донёсся треск радио.

Даже через закрытый корпус они услышали приглушённый голос.

— …сектор семь просит подтверждения…

Зарт и Мерн переглянулись.

Голос был знакомым.

Это говорил Зарт.

— …не пытайтесь приближаться к планете…

Передача захлебнулась треском.

Затем изнутри корабля раздался крик Х’харна.

На этот раз короткий.

И тишина.

Мерн направила оружие на шлюз.

— Он мёртв.

— Да.

— Его корабль на другой стороне планеты.

— Я знаю.

— Тогда почему он орёт из этого?

Зарт ничего не ответил.

На гребне вспыхнул свет.

Две человеческие фигуры стояли там, где только что никого не было.

Одна поддерживала другую.

Высокая фигура подняла руку.

Фонарь в её ладони мигнул трижды.

— Это сигнал, — сказал Зарт.

— Или ловушка.

— Для кого?

— Для нас.

Фигуры скрылись за камнями.

Зарт пошёл к гребню.

Мерн дрожала. Она выругалась и последовала за ним.

***

За выступом никого не оказалось.

Только две цепочки следов.

Они начинались прямо посреди ровного камня и уходили вниз по склону.

— Наши подошвы, — сказала Мерн.

Зарт присел.

Следы действительно совпадали с рисунком их обуви.

В одном месте человек, шедший справа, поскользнулся. Второй подхватил его. На камне осталась длинная борозда.

Мерн посмотрела на повреждённый шарнир своего скафандра.

— Это я.

— Может быть.

— Не говори «может быть», когда видишь очевидное.

Они пошли по следам.

Тропа спускалась в узкую ложбину. В ней было темнее, чем на открытой равнине. Стены с обеих сторон поглощали свет, и фонари освещали только несколько шагов впереди.

Следы внезапно оборвались.

Зарт остановился.

— Они исчезли.

— Нет.

Мерн осветила стену.

На камне, на уровне человеческой груди, виднелись два отпечатка ладоней.

Будто те, другие, упёрлись в скалу.

Зарт коснулся одного отпечатка.

Стена дрогнула.

Изнутри донёсся глухой стук.

Один раз.

Пауза.

Ещё раз.

Мерн подняла оружие.

Зарт отступил.

Третий удар расколол камень.

Из трещины вырвался поток чёрной ледяной пыли. Он ударил в фонари, на секунду погасив свет.

Мерн вскрикнула.

Зарт схватил её и потащил назад.

Пыль рассыпалась.

Свет вернулся.

В стене открылся узкий проход.

За ним лежал пустой отсек корабля.

Того самого корабля, который они покинули несколько минут назад.

Только теперь он стоял целым.

Он находился внутри скалы, как будто стены сомкнулись вокруг него после посадки.

— Нет, — сказала Мерн. — Нет, пожалуйста, нет...

Зарт направил фонарь внутрь.

На полу рубки лежали два тела.

Их тела.

Один Зарт сидел у панели, запрокинув голову. Другая Мерн лежала возле шлюза. Стёкла скафандров были покрыты изнутри инеем.

Настоящая Мерн попятилась.

— Закрой это.

Зарт не двигался.

На груди мёртвого двойника мигал аварийный индикатор.

Раз.

Два.

Три.

Мертвец поднял голову.

Мерн выстрелила.

Заряд атомного пистолета ударил в край прохода.

Каменная стена взорвалась осколками.

Когда пыль осела, за трещиной не было корабля.

Только узкая пустая пещера.

— Ты видел, как он поднялся? — спросила Мерн.

— Да.

— Это был ты?

— Не знаю.

— Тогда давай считать, что нет.

Позади раздался стук.

Они обернулись.

В нескольких шагах стоял Зарт.

Другой.

Его скафандр был разорван на груди. Из-под шлема вытекала тёмная кровь. Он смотрел на них несколько секунд, затем перевёл взгляд на настоящего Зарта.

— Не чини корабль, — сказал двойник.

Голос шёл не через радио.

Он звучал прямо внутри шлемов.

— Почему? — спросил Зарт.

Двойник открыл рот.

Вместо ответа раздался предсмертный вопль Х’харна.

Фигура выгнулась, её тело вытянулось тонкой полосой и исчезло.

Мерн схватила Зарта за руку.

— Назад.

На этот раз он не спорил.

***

Они вернулись к разбитому кораблю.

В рубке по-прежнему работали аварийные системы. Радио молчало. Труп талларнца снова находился в пилотском кресле, хотя после выстрела его кости остались лежать на полу пещеры.

Теперь череп был повёрнут к двери.

Зарт остановился на пороге.

— Мы его сбросили.

— Я помню.

— Возможно, это другой момент.

— Или другой труп.

Мерн подошла к пилоту и выдернула из крепления талларнский знак.

Под ним оказалась надпись, выцарапанная на металле кресла:

НЕ ВЗЛЕТАЙТЕ.

— Х’харн? — спросила она.

Зарт осмотрел царапины.

— Нет. Талларнец.

— Значит, он тоже понял.

— Что именно?

Мерн указала на череп.

— Думаю, ответ ему не понравился.

Зарт вернулся к анализатору. Показания оставались бессмысленными, но исчезнувший при соприкосновении с кораблём камень подсказал достаточно.

— Мы изменились вместе с кораблём, — сказал он.

— Это всё из-за падения через центр планеты?

— Я полагаю, проход через центр изменил полярность вещества корабля. Возможно, и наших тел — но иначе.

Мерн посмотрела на выцарапанную надпись:

НЕ ВЗЛЕТАЙТЕ.

— Что произойдёт, если мы поднимемся?

— Первым камнем станет межзвёздная пыль. Она начнёт понемногу разъедать корпус. При входе в атмосферу реакция станет лавинообразной.

— Значит, судно исправно, а выхода всё равно нет.

— Да.

Череп талларнца тихо щёлкнул зубами.

Они оба повернулись к нему.

Нижняя челюсть лежала неподвижно.

Щелчок повторился.

Теперь из динамика.

Затем раздался детский голос:

— Она всё ближе.

Зарт отключил питание.

Динамик продолжал шипеть.

— Кто? — спросила Мерн.

Из радио донёсся её собственный голос:

— Она.

Передача оборвалась.

***

Зарт поднял навигационные данные.

Сначала они казались бессмысленными. Звёзды прыгали по экрану, расстояния менялись, время не совпадало ни с одним из бортовых часов.

Затем он заметил общую закономерность.

— Она движется.

— Планета?

— Да.

— Куда?

Он вывел на экран карту окраин Империи.

Чёрная траектория пересекала несколько пограничных систем.

— Через двадцать дней она выйдет из сектора, где был применён Разрушитель, и войдёт в первую населённую систему.

— Мы должны их предупредить.

— Как? Связи нет.

— Но радио иногда что-то ловит

— Оно ловит всё подряд. Прошлое. Будущее. Возможно, места, которых уже нет.

— Значит, заставь радио передать им предупреждение. Погоди… Зарт!

Зарт посмотрел на неё.

— Что?

— Помнишь, однажды ты построил прибор, который перенёс к нам Гордона через пространство?

— Это был другой аппарат.

— Но ты и только ты его построил.

— У меня было время, лаборатория, источники энергии, материалы.

Мерн обвела рукой рубку.

— Здесь у тебя есть корабль.

— Чужой.

— Два корабля. Зонд-разведчик. Шлюпка. Оборудование Х’харна… — Она запнулась. Всё, кроме талларнского корабля, осталось на другом полушарии планеты.

Мерн с надеждой взглянула на него:

— У нас есть талларнский корабль, и запас в пару суток. Ты же всегда жаловался, что на Трооне тебе мешают работать.

Зарт неожиданно усмехнулся.

— Ладно.

— Что значит «ладно»? — Голос Мерн внезапно ослаб.

— Попробую.

***

На локальном сканере появилась новая отметка.

Зарт увеличил изображение.

— Что там? — спросила Мерн.

— Металл.

— Наш корабль?

— Он под нами.

— Тогда что там?

Зарт не ответил.

Металлическая масса, судя по показаниям сканера, находилась за гребнем, менее чем в миле от них.

Прежде этой отметки на экране не было.

***

За гребнем ещё не успел сомкнуться разлом.

Он пересекал равнину и заканчивался у края кратера.

Теперь там стоял корабль Х’харна.

Старый корпус наполовину ушёл в серую пыль. За кормой тянулась глубокая борозда. Несколько пластин обшивки были смяты.

Х’харн сидел в нескольких шагах от корабля.

Только теперь его череп смотрел не на звёзды.

Он был повёрнут к кораблю.

Мерн остановилась.

— Он ведь остался на другой стороне планеты?

— Да.

— Вместе с кораблём?

— Да.

Она посмотрела на сужавшийся разлом.

За их спинами лёд и камни тихо ссыпались в темноту разлома.

Они обошли мертвеца.

На внутренней стороне разбитого шлема появилась свежая надпись:

НЕ ЕЙ.

Буквы были процарапаны изнутри.

— Это ты написал? — спросила Мерн.

— Нет.

— Тогда кто?

Из корабля донёсся вопль Х’харна.

Он начался тихо, как далёкий крик, и быстро приблизился. Последние секунды казалось, будто мертвец орёт прямо за их спинами.

Зарт обернулся. Ему стало не по себе.

Череп снова смотрел на звёзды.

— Внутрь, — сказал Зарт.

— Надпись…

— Внутрь!

Они закрыли шлюз и включили герметизацию.

Зарт принялся разбирать приборы Х’харна.

Мерн осматривала его последние работы. В одном из отсеков она нашла каркас устройства — кольцо из неизвестного металла, соединённое с разрушенным генератором.

— Зарт.

Он подошёл.

На полу лежали расчёты. Большая часть символов была выжжена, но общая схема напоминала ранний вариант его собственного аппарата переноса.

— Он пытался сделать нечто подобное, — сказала Мерн.

— Да.

— Получилось?

Зарт осмотрел оплавленные контакты.

— Аппарат был запущен.

— Тогда почему Х’харн остался?

В дальнем углу лежал ещё один скафандр.

Пустой.

Только на стене за ним темнело пятно, похожее на человеческий силуэт.

Зарт подошёл ближе.

Пятно было выжжено в металле.

Оно подняло руку к лицу, словно пыталось защититься от вспышки.

— Он пытался, — сказал Зарт.

— И тот погиб.

— Или вернулся таким.

Мерн посмотрела на надпись, выцарапанную на панели:

НЕ ЕЙ.

— Возможно, это предупреждение тебе.

— Возможно.

— Тогда выберем тебя.

— Нет.

— Почему?

— Потому что я должен управлять аппаратом.

— Его можно настроить заранее.

— Мы не знаем, выдержит ли он даже одну передачу.

— Поэтому ты решил, что должна рискнуть я?

— Нет, поэтому я решил, что должна выжить ты.

Мерн отвернулась.

В корпус ударило землетрясение.

С потолка посыпалась пыль. Свет мигнул. В полу появилась тонкая чёрная линия.

Она быстро побежала через отсек.

— Зарт!

Трещина прошла под устройством Х’харна и исчезла в стене.

Кольцо загудело.

На его поверхности вспыхнуло изображение.

Солнечная терраса.

Зелень садов.

Серебристые шпили Хатхира.

Мерн шагнула ближе.

На террасе стояла она сама.

Другая Мерн смотрела прямо в аппарат.

Её лицо было залито кровью.

Она подняла руку и закричала:

— НЕ ОТПРАВЛЯЙ МЕНЯ!

Изображение исчезло.

Мерн отступила.

— Вот теперь я согласна с надписью.

— Это может быть фальшивка.

— Очень удобное объяснение.

— Мы видели собственные трупы. Потом они исчезли.

— А если именно это будущее настоящее?

— Тогда мы его изменим.

— Ты говоришь как исследователь?

— Я говорю как человек, у которого стоят над душой.

Он вернулся к работе.

***

Аппарат переноса был полностью готов через девять часов.

Он выглядел уродливо. Кольцо Х’харна крепилось к генератору талларнского корабля, управляющий блок Зарт собрал из приборов обоих судов, а кабели тянулись через весь отсек. Энергии хватало на один импульс.

— Куда? — спросила Мерн.

— На Фомальгаут.

— Почему не на Троон?

— Терраса уже несколько раз появлялась в поле. Кажется, будто между нею и планетой установилась какая-то связь.

Мерн посмотрела на кольцо.

— И это вернёт меня в обычный мир?

— Я надеюсь. Луч пройдёт через искажённое ядро планеты. Если изменение повторится в обратную сторону, ты снова сможешь соприкасаться с обычной материей.

— А если нет?

— Проверить заранее невозможно.

— Хорошо.

— Хорошо?

— Я устала бояться.

Земля снова задрожала.

На этот раз толчок не прекратился.

По стенам корабля побежали трещины. Аварийные лампы вспыхнули красным.

Из радио раздался голос Зарта:

— Дай руку!

Она посмотрела на него.

— Что?

Пол раскололся.

Корабль накренился. Кольцо передатчика сорвалось с одного крепления. Зарт бросился удерживать его.

Мерн подхватила кабель.

Новая трещина прошла между ними.

— Отойди! — крикнул Зарт.

Пол под Мерн провалился.

Она успела схватиться за край.

— Зарт!

Он бросился к ней.

Камень крошился под её пальцами.

— Дай руку!

Мерн протянула ладонь.

Между ними оставалось меньше фута.

Край обломился.

Она закричала и рухнула в разлом.

— Мерн!

Зарт схватил передатчик.

Кабели рвались из панелей. Кольцо гудело. Внутри него на мгновение появилась солнечная терраса.

Мерн падала всё глубже.

Он навёл устройство вниз.

— ЗАРТ!

Из радио одновременно раздались крик Х’харна, детский смех и голос мёртвого двойника:

— Не ей.

Зарт нажал пуск.

Белый луч ударил в разлом.

Мерн вспыхнула.

На мгновение вокруг неё появились десятки других Мерн: падающая, мёртвая, стоящая на Фомальгауте, сидящая рядом с Зартом в солнечной башне.

Все исчезли одновременно.

Аппарат зашипел и взорвался.

Зарта отбросило к стене.

Разлом сомкнулся.

Наступила тишина.

***

На Фомальгауте был полдень.

За краем дворцовой террасы колыхалась зелень садов, а над ней вздымались серебристые шпили Хатхира. На каменной скамье искрилась в солнечных лучах оставленная тиара.

В воздухе появилась чёрная линия.

Она раскрылась ярким лепестком.

Мерн выпала из сияния и рухнула на плиты.

Её скафандр задымился, но не исчез.

Она сорвала шлем.

Вдох обжёг лёгкие. Второй вдох оказался легче. Из её груди всё ещё рвался наружу пронзительный крик.

Мерн подняла голову. Высоко над ней сияло солнце.

В саду кричали птицы. Где-то внизу смеялись люди. Из дворца к ней уже бежали торопясь слуги.

Зарта рядом не было.

На столике вспыхнуло телестерео.

Экран наполнился белым шумом.

Мерн подползла к нему.

— Зарт?

Шипение.

— Зарт, ты слышишь?

На мгновение среди помех возникло его лицо.

Изображение было очень слабым и искажённым. За его спиной находилась полная темнота.

— Мерн…

— Я здесь! Ты сделал это!

Зарт попытался что-то сказать.

Шум усилился.

Позади него появилась высокая фигура.

Она протянула руку и положила её Зарту на плечо.

Экран погас.

***

На Нулевой планете снова стало тихо.

Корабль Х’харна раскололся напополам. Обломки аппарата переноса лежали среди камней.

Зарт Арн не двигался.

Несколько минут спустя он шевельнулся и с трудом поднял голову.

Вокруг никого не было.

Только радио, лежавшее среди камней, повторяло голос Мерн:

— Я здесь… Я здесь… Я здесь…

Высоко над горизонтом уже разгоралось солнце населённой системы.

Нулевая планета входила в её пределы.