Читать онлайн "Блики маленькой провинции"

Строить маршрут в навигаторе было бессмысленно. Неля прекрасно знала дорогу, но у нее никогда получалось хотя бы примерно рассчитать время в пути - оно могло как угодно сжиматься и растягиваться, и Неля не имела над этим власти. Даже решение пойти в яхт-клуб ей не принадлежало. Просто в любое время любого дня недели она могла почувствовать, будто откуда-то поднимается ветер, наполняет грудную клетку и несет Нелю на другую сторону Волги. Ей оставалось лишь повиноваться капризам стихии, ведь ветру не прикажешь - ему свойственно постоянно менять силу и направление.

Сегодня дорога началась с “отрицания” - надписи на нижней ступеньке лестницы, ведущей на мост. Неля нахмурилась, поднялась до “злости”, вспоминая, зачем ей понадобилось сюда взбираться. Перешагнула “торг”, задержалась между “депрессией” и “принятием” и осмотрелась вокруг. Вдалеке появились знакомые черно-белые фигурки, бегающие по гофрированной поверхности реки. Неля понаблюдала за ними с любопытством, но лишь когда налетевший порыв ветра пронесся мимо, задев ее за кончик носа и верхушки ушей, она расплылась в понимающей улыбке, складка между бровями разгладилась, а щеки порозовели.

На Тверицком пляже Неля никогда не задерживалась, не присаживалась на песок, не заходила в воду помочить ножки. Она предпочитала наблюдать за отдыхающими с дорожки, проложенной вдоль кромки пляжа - с ракурса, который, как ей казалось, выбрал бы Сёра, если бы решил вместо Сены изобразить Волгу. Вот здесь посреди широкой полоски холодного бежа - голубой лоскуток полотенца, визуально рифмующийся скорее с небом, чем с более темной водой. Чуть выше и левее - две красноватые фигуры детей, брата и сестры, склонились над ярко-алым кругом, чтобы надуть его через два клапана по разные стороны круга. Жаль, что картина не передала бы того ощущения интимности, которое создает сбивчивый, но различимый ритм их горячего дыхания, наполяющего круг и придающего ему пока неровную, но уже узнаваемую форму. Впрочем, Неля и не собиралась писать картину, не собиралась даже делать фото. Она вообще никуда не собиралась, пока не поднялся ветер. Бросив последний взгляд на загорающих, Неля почувствовала, как новый порыв начал с нарастающей силой давить изнутри на ребра и ослаб, лишь когда она пошла дальше. Жанровая сцена сменилась пейзажем, песок - высокой травой, смех и голоса - кваканьем лягушек и стрекотанием кузнечиков. По другую сторону от узкой проезжей части выросла гряда особняков - от цыганских замков и стилизованных итальянских палаццо до барнхаусов и модернистских коробок. Каждый раз, проходя мимо них, Неля не могла отделаться от чувства, что кто-то наблюдает за ней через камеры на воротах. Она старалась не смотреть на ту сторону улицы и идти как можно более непринужденной походкой, которая все равно почему-то походила на модельную: пятка к носку, бедра маятником.

- Эй, девушка!
Неля остановилась, но не стала поворачиваться на голос, пока не услышала снова:

- Да, да, вы! Я здесь, обернитесь!
На балконе, водруженном поверх пары ионических колонн и ничем не прикрытом от послеполуденного солнца, сидел молодой мужчина итальянской наружности. Впрочем, итальянского акцента Неля никогда не слышала и не смогла бы определить его подлинность. Выражения лица “итальянца” было не разглядеть, но воображение почему-то нарисовало Неле довольную беззастенчивую улыбку, будто по обе стороны от мужчины были не белые колонны, а длинные женские ноги.

- Хотите кофе? - он приподнял со стеклянного столика ярко-красную гейзерную кофеварку.
Прежде, чем Неля успела ответить, щелкнул магнитный замок на воротах, и их кованые створы открылись ей навстречу.

Однако, пройдя к крыльцу по дорожке из мелкого гравия, Неля обнаружила, что входную дверь хозяин палаццо открывать не спешил.

- Слева от вас лестница на балкон! - крикнул он, перевесившись через перила, тряхнул озорными кудрями и исчез из виду.
Неля повернулась в указанном направлении, но поначалу увидела лишь занавес из виноградных листьев. Отодвинув его рукой, она обнаружила белую винтовую лестницу со стеклянными перилами.

- Скорее, а то кофе остынет! - донесся нетерпеливый окрик сверху.

- Вы просто спасли меня, - ярославский итальянец представился Арисом и оказался старше, чем выглядел издалека, - я зачем-то сварил так много кофе. Если бы выпил его весь в одиночку, непременно заработал бы сердечный приступ.
- Зачем тогда пить весь? После одной-двух чашек остальное можно просто вылить.
- Видите ли, Эля…
- Неля.
- Видите ли, в этом мой главный грех - когда мне что-то нравится, я не умею вовремя останавливаться.
- Девушкам такое лучше не говорить.
- О грехах?
- О сердечных приступах. Женщины предпочитают мужчин, крепких сердцем.
- А вы предпочитаете гулять в одиночестве.
- Я не гуляла. Я шла в яхт-клуб.
- На тренировку? - спросил Арис с нескрываемым скепсисом. Неля была в белом платье ниже колена и замшевых кедах, а из вещей при ней был лишь телефон, висевший на шнурке через плечо.
- На закатную гонку.
- Но яхт-клуб совсем близко, а до заката еще столько времени, чем же вы собирались его занять? - Арис прищуристо посмотрел на Нелю и тут же продолжил, не дав ей ответить:
- Но это уже не важно, ведь вы пришли как раз туда, куда нужно! Вид отсюда отличный, а после заката можно смотреть на звезды, сейчас как раз лучшее время, пик звездопада, - он сделал драматичную паузу, после которой вкрадчиво продолжил, - И у меня большой выбор напитков помимо кофе.
- Хотите меня довести до сердечного приступа?
- Разве вы не крепкая сердцем?
- Не уверена, - Неля отхлебнула из чашки последний остававшийся глоток остывшего кофе, - просто дикая.
- Дикие женщины - лучшая компания, - произнес Арис с шаловливой улыбкой, которая Неле показалась похожей на демонический оскал.
- Вы позволите воспользоваться уборной? - она надеялась сбить вопросом улыбку с его лица, но вместо этого только раззадорила.
- Спальня прямо напротив.
При виде замешательства Нели Арис уточнил:

- Это мастер-спальня. С санузлом, - по его выражению было понятно, что, с легкостью заманив Нелю на балкон, теперь он рассчитывал с такой же легкостью заманить ее в спальню.
- Поищу на первом этаже, - Неля встала.
- Вы же не думаете сбежать?
- Это было бы невежливо с моей стороны.
- Именно. К тому же, ворота все равно закрыты.
Неля усмехнулась и вышла в коридор. Она прошла мимо призывно распахнутой двери в спальню, не заглядывая в нее, и оказалась на вершине лестницы, функционально необъяснимый изгиб которой повторял форму кованых побегов плюща, заменявших перила.

“А заявленный выбор напитков не иначе, как в винном погребе”, подумала Неля, с нарочитой неторопливостью отчеканивая шаги на каждой ступеньке, “И лестница туда ведет не иначе, как винтовая”.

С последней ступеньки Неля ступила на плитку, и ее шаги сразу стали бесшумны, поэтому она позволила себе пройтись по первому этажу и заглянуть в приоткрытые двери. За одной из них оказалась уборная, больше походившая на скромный филиал римских терм. Неля спустила воду из бачка унитаза, открыла кран в раковине и выскользнула обратно в коридор.

“Хотя зачем лестница, лучше сразу горка. Поездка до вакханалии, в один конец”.

Дверь в конце коридора оказалась заперта на ключ, выйти через парадную не стоило даже пытаться, поэтому единственным вариантом оставалось французское окно в кухне-гостиной. На месте Ариса Неля бы уже устроила там засаду, но его нигде не было видно. Возможно, она переоценила его заинтересованность. Одно дело - заставить жертву подняться к нему и совсем другое - самому бегать за ней. Успокоив себя такими рассуждениями, Неля отодвинула створку окна, вышла во двор и заскользила вдоль увитой плющом стены, ступая по бетонной отмостке и перешагивая места, где она раскрошилась, чтобы шорох от мелких камешков случайно не выдал ее. Достигнув угла дома, она попыталась осторожно заглянуть за угол.

Арис щелкнул ее по лбу. От неожиданности Неля попятилась, оступилась и едва не упала, но удержала равновесие, схватившись за лиану плюща.

- Так-то вы платите за мое гостеприимство, - сказал Арис укоризненно и подал ей руку. Неле оставалось только покорно подать свою в ответ, но она продолжила словесное сопротивление:
- Не спать же мне с вами только из-за того, что вы угостили меня кофе.
Арис скривился.

- Не спать же мне с каждой девушкой, что соглашается выпить со мной кофе.
Позади дома оказалось тенистое патио с маленьким прудом и садовыми качелями.

- Спишем это недоразумение на перегрев, - держа Нелю под руку, Арис подвел ее к качелям и жестом предложил сесть.
- Тогда, может, вы принесете мне воды?
- Я бы предпочел принести вам вина, но вы еще недостаточно остыли.
- Он явно больше не собирался оставлять Неле шансов на побег. Она послушно села на качели, и Арис, продолжая держать ее руку, опустился рядом. Цепочки неожиданно громко застонали под его весом - то ли конструкция не была рассчитана на двоих взрослых, то ли худощавый на вид Арис был тяжелее, чем казался.

- Я не отпущу вас… - начал он, и Неля почувствовала, как паника сковывает дыхание и иссушает горло. Она безуспешно попробовала вырваться - Арис держал ее мягко, но крепко.
- Я не отпущу вас, - повторил он с лукавой улыбкой, пока вы не расскажете мне о своей татуировке.
Неля обмякла и рассмеялась. Арис рассмеялся вместе с ней, но руку так и не выпустил.

- Вам интересно это? - она приподняла левую ногу, на которой из-под носка выглядывала россыпь тонких семян одуванчиков.
Арис серьезно покачал головой.

Значит, он заметил ту, что на спине. Неля вспомнила, как специально выбирала платье с достаточно глубоким вырезом, чтобы татуировка была видна.

- Это просто татуировка, - она пожала плечами и непринуждённо улыбнулась.
Арис не собирался так легко сдаваться.

- Почему хвост русалки?
Он сосредоточенно смотрел Неле в глаза. Едва она встретила его взгляд, как поняла, что он распознает любой заготовленный ответ и не примет ни один из них.

- В детстве моей любимой сказкой была “Русалочка”. Не диснеевская, Андерсена. Когда я прочитала её в первый раз, она разбила мне сердце - Русалочка ведь сделала все, что могла, чтобы жить среди людей вместе с принцем, но он ее отверг. А когда выросла, я поняла, что даже будь у неё, помимо длинных ног, и прекрасный голос, и лучшие сиськи в королевстве, это бы ничего не изменило. Она отдала самое дорогое и отказалась от собственной природы ради того, кто все равно женился бы на девушке с деньгами и родословной.
Арис отпустил её руку. Он выглядел разочарованным.

- Очаровательно. Но не отвечает на вопрос, зачем вам татуировка.
- Татуировка - это одновременно напоминание и сообщение.
- О чем же? - спросил Арис нетерпеливо.
- Напоминание - не быть чёртовой русалкой. Сообщение - я вам не чёртова русалка.

У поворота на яхт-клуб асфальтированная дорога заканчивалась и начиналась грунтовка. Город изнывал от духоты и ждал дождя, но Неля порадовалась, что не надо на цыпочках скакать между луж. Горячий ветер поднимал в воздух вихри пыли, оседавшей на замшевых кедах и перемешанной с воспоминаниями, готовыми осесть на раскрытом жарой сердце.

Яхт-клубы в кино и на страницах глянцевых журналов - это элегантные дорогие места для элегантных богатых мужчин. Широкие подъездные дорожки и просторные парковки. Аккуратно подстриженные газоны. Всегда чистые и тихие, не позволяющие себе лишнего скрипа доски на причалах. Белые лодки, белые паруса, белые люди - от подошв до козырьков. Такие места Нелю не привлекали.

Ярославский яхт-клуб не стали бы снимать - ни для кино, ни для журнала. Лучше места в городе для Нели не было.

На площадке рядом с администрацией несколько кресел-шезлонгов были расставлены вокруг костровой чаши, над которой колдовал рослый лохматый парень в белой футболке с логотипом яхт-клуба - Даня. Услышав шаги у себя за спиной, он поднял взгляд на Нелю. Она улыбнулась и кивнула. Даня кивнул в ответ и продолжил возню с кочергой.

Тут Нелю заметила девушка, на вид еще старшеклассница, тоже одетая в футболку яхт-клуба.

- Здравствуйте! Вы к нам на пикник? Располагайтесь, отдыхайте, у нас тут все очень по-свойски.
“Новенькая”, - подумала Неля и опустилась в кресло, аккуратно поставив рядом плетеную авоську с бутылкой от Ариса. Он наказал приберечь её до исключительного - не просто особенного, а исключительного - случая, но Неля не верила в исключительность будущего и была готова наградить этим титулом каждый момент, приносивший ей удовольствие.

На шезлонгах напротив в позах утомленного удовлетворения развалились три девушки в спортивной одежде, явно только что вернувшиеся с тренировки. Неля знала их в лицо, но не по именам, ведь они не были друг другу интересны: она ничего не понимала в парусном спорте, все шкоты для нее были просто веревками, паруса - большими кусками ткани, а бульба - ну, ясное дело, Тарас, в школе проходили. Город с воды Неля тоже видела только в школьные годы, всего пару раз, когда их с классом возили на экскурсию на теплоходе. В общем, с яхтсменками ей обсуждать было нечего, и те смотрели на нее свысока, как на групи, вьющуюся рядом со звездными парнями. Вот только Неля понятия не имела, были ли среди мужчин яхт-клуба звезды, ей просто нравилось с ними болтать, и некоторые отвечали ей взаимностью.

На соседний шезлонг присел парень, больше похожий на бариста, чем на яхтсмена. Смуглая кожа, высветленные волосы, белоснежная футболка. Неля мысленно прозвала его “флэтуайтом”.

- Вы тоже здесь впервые? - спросил Флэтуайт.
Даня усмехнулся, но сразу же осекся и, старательно избегая взгляда Нели, скрылся в подсобке.

- Нет, я часто здесь бываю.
- Ходите под парусом?
Об этом Неля никогда не врала.

- Просто тусуюсь на берегу. У ребят классно, - она улыбнулась новенькой с видом богатой благодетельницы, только что уговорившей приятеля-миллиардера на щедрое пожертвование.
- И что, даже ни разу не пробовали?
- В ответ на подобные расспросы Неля обычно рассказывала легенду, будто ей не интересны водные развлечения, ведь она родилась прямо в Волге - якобы ее мама, когда отошли воды, не захотела ехать в больницу и вместо этого пошла на пляж. Приезжих эта история шокировала и завораживала, но местные на нее не велись. Даже те, кто решался купаться в Волге, ни за что бы не решились в ней рожать.

- Знаете, - Неля всмотрелась в лицо Флэтуайта, старясь определить его городское гражданство, - просто все никак не соберусь.
- Понимаю. Я сам много лет живу в Ярославле и часто слышал про это место, но вот дошел только сегодня. Решил сначала просто посмотреть. Если честно, думал, что яхт-клуб прямо на берегу.
- На пляже неудобно делать базу, - деловито заметил вернувшийся к костру Даня. Он подбросил в пламя еще дров. Огонь разгорелся ярче, и воздух наполнился запахом горящего дерева. Неля распустила косу, представляя, как потом заплетет ее снова и унесет этот запах с собой не только на одежде, но и в волосах.
- Да, наверное, - рассеянно ответил Флэтуайт, завороженно разглядывая Нелю.
Даня усмехнулся своему поражению в битве за внимание гостя. Неля услышала, как, снова удаляясь в сторону подсобки, он пробормотал:

- Ну, русалка.
Теперь она пожалела, что они не на берегу. Макнуть бы его разок головой в воду.

- А флот вы видели?
- Да, наверное, - Флэтуайт, похоже утратил остатки сосредоточенности.
- Они весь день тренируются. Такие небольшие лодки о чёрных парусах, очень заметные и эффектные.
- Как пиратские? - не отрывая взгляда от Нели, Флэтуайт полез в карман и хотел было достать пачку сигарет, но осекся.
- Как китайские, - у костра снова появился Даня, - курить можно, только отойдите на пару шагов.
Флэтуайт встал, положил сигарету в рот и попятился в сгущающиеся тени, лишь на мгновение отогнав их от своего лица щелчком зажигалки.

- Паруса мы заказываем в Китае, - продолжил объяснять Даня, обращаясь к оставшейся в кресле Неле, - у них белый - цвет траура, а черный - цвет праздника. Вот они и поставляют нам чёрные.
- Почему не красные? - подал голос Флэтуайт, - они же тоже праздничные?
- Все красные уходят на Неву, - Даня ответил Флэтуайту, но смотрел на Нелю, стараясь поймать её взгляд.
Знал бы он, какую школу гляделок она прошла с Арисом, не стал бы даже пытаться. Неля встала и подошла к уже докуривавшему Флэтуайту.

- Не угостите?
Не успела она заметить оказавшуюся в руках сигарету, как зажигалка перед её носом уже извергалась пламенем со звуком огнемета. Она не сомневалась, что Даня пристально наблюдает за этим интимным и со стороны совершенно бесшумным поцелуем Прометея.

- Никогда бы не подумал, что вы курите.
- Только когда пью.
- Не заметил, чтобы вы пили.
Неля подошла к костру, подхватила авоську с бутылкой Ариса и вернулась к Флэтуайту.

- Это поправимо.
- А здесь можно? - оживился он, но покосился на Даню, как замысливший шалость школьник - на завуча, - или надо еще отойти?
- На берегу мы точно никому не помешаем. Если сможем её открыть.
- Инструмент у меня найдётся.
- Неля, - окликнул её Даня, когда они с Флэтуайтом сделали первый шаг в сторону пляжа.
Она обернулась и едва успела поймать пару сложенных друг в друга бумажных стаканчиков прежде, чем они бы ударили её по носу.

- Необычное вино, - заметил Флэтуайт после первого глотка, - хотя я не знаток.
- Вы больше по кофе?
- Я больше по пиву. Моя бывшая была бариста, пыталась приучить меня ко всяким фильтрам да воронкам. Но меня и растворимый вполне устраивает.
Неля снисходительно улыбнулась и тоже попробовала вино. Это было ошибкой. Она поняла это, едва пригубив его и ещё не успев проглотить. Это было ошибкой - пить его так, здесь, сидя в кустах с незнакомым пивным хипстером. Когда Арис наказывал приберечь вино для исключительного случая, он не имел в виду: чтобы отметить исключительный случай. Он имел в виду: чтобы его создать. Эта бутылка могла бы изменить её жизнь, открой её Неля в нужный момент. Но Арис не объяснил, а она не догадалась. Точнее, догадалась слишком поздно.

Чтобы скрыть от Флэтлагера слезы досады, Неля отвернулась. Хотя даже сядь они лицом друг к другу, вплотную, соприкасаясь кончиками носов, он вряд ли смог бы увидеть, как покраснели и замерцали ее глаза - кусты загораживали выбранный ими бархан от освещения яхт-клуба, и открывать и разливать вино им пришлось наощупь. Ещё несколько минут назад это казалось хорошей идеей.

Неля посмотрела в сторону прибрежных вилл, гадая, какое из размытых пятен света вдалеке - палаццо Ариса. Знал ли он, вручая ей бутылку, как бездарно Неля ей распорядится? Она-то сначала решила, что бутылка - награда за искренность, а та оказалась жестоким розыгрышем. Наверняка за хитрой улыбкой, которой Арис провожал гостью, скрывался восторг от жестокости придуманной им шутки.

Неля принялась шарить рукой по песку в поисках бутылочного горлышка. Она была полна решимости вылить все оставшееся вино в реку, закинуть бутылку следом и убежать. Желательно - прямиком по воде, сразу на другой берег.

Но бегство по воде требовало лёгкости, а вместо неё Неля почувствовала, как ноги тяжелеют. Она не смогла бы не то что убежать - даже встать без посторонней помощи.

Продолжая вслепую искать бутылку, вместо прохладного стекла Неля нащупала горячую влажную кожу и не сразу поняла, на какую часть тела Флэтлагера наткнулась. Она проскользила пальцами, пока не почувствовала под ними частые ритмичные удары. Неля одернула руку, но Флэтлагер успел поймать её и вернул себе на грудь. Ритм ударов участился, они стали тяжелее, и теперь Неля ощущала их отчетливее, всей ладонью. Сначала её охватило недоумение: когда он успел снять футболку, и главное - зачем? Оно быстро сменилось ужасом: Неле показалось, что если она сейчас же не уберёт руку, её ладонь расплавится и навечно сольется с его торсом. Будто услышав мысли Нели, Флэтлагер отпустил её, но только чтобы сразу перехватить другой рукой за плечи, прижать к себе, утянуть в песок, который тут же забился ей под платье, в волосы, в уши.

- Русалка, - прошептал Флэтлагер, и Неля разглядела, как в темноте сверкнула его улыбка.
- Если бы я была русалкой, - процедила она, сглатывая скрипевшие на зубах песчинки, - задушила бы тебя.
Но дыхание почему-то перехватило у неё.

Позади Нели скрипнула доска. Понтон зашатался.

- Тебе сюда нельзя, - знакомый голос скорее констатировал факт, чем упрекал. Неля не посчитала нужным отвечать.
Несколько досок разом простонали жалобный аккорд. Рядом с босыми ногами Нели над водой свесилась пара белых “кроксов”.

- Ты его утопила или просто опоила?
- Спит.
- Не замерзнет? Песок ночью остывает.
- Раз так беспокоишься, сам его и буди.
Даня усмехнулся.

- Странная ты всё-таки, Неля. И имя у тебя странное. Давно хочу спросить, какое полное - Нелли?
Не получив ответа, Даня продолжил перечислять варианты:

- Елена? Неонилла? Петронелла?
- Пенелопа.
- Корнелия? Стой, что?
Неля сидела неподвижно, глядя в сторону заброшенного баркаса.

- Тебя правда зовут Пенелопа?
- Вскоре после того, как мама забеременела, папа ушёл во флот. Война закончилась, а он так и не вернулся. Найти его мама не смогла, оставалось только ждать. Эта честь досталась уже мне, вместе с именем. Маме это показалось красивым жестом.
Неля замолчала, и несколько минут Даня не решался нарушить тишину.

- И ты в это веришь?
- Что? - она повернулась так резко, что едва не врезалась в него лбом.
Даня немного отодвинулся, но расспроса на прекратил.

- Ты правда веришь в эту историю? Про отца, пропавшего на войне? Никогда не думала, что он ушел к другой женщине или просто ушел, а твоя мама придумала…
Неля отвесила ему настолько громкую пощёчину, что лягушки в камышах у берега прервали концерт и с плеском ускакали в воду.

- Теперь и будить никого не придётся, - пробормотал Даня, растирая щеку, - на том берегу было слышно.
- Это не важно, - Неля снова отвернулась в сторону баркаса.
- Но ты все ещё его ждёшь?
- Это. Не. Важно.
- Ты поэтому сюда приходишь? Яхты напоминают тебе об отце?
Задав вопрос, Даня поспешил отодвинуться, но Неля не стала замахиваться на вторую пощёчину.

Вместо этого она молча встала и, сделав вид, что уходит, с силой толкнула ногой Даню в спину. Но он, казалось, только этого и ждал. Упершись руками в край понтона, он толкнулся спиной назад. Неля потеряла равновесие и повалилась на доски. Прежде, чем она успела подняться, Даня сгреб её и вытянул руки над водой, с трудом балансируя на раскачавшемся понтоне.

- Будешь брыкаться, полетишь в воду!
Неля перестала извиваться.

- Последний вопрос. Ответишь честно - пойдёшь домой сухой. Соврешь - отправишься собирать кувшинки.
- Да что вы все пристали со своими вопросами! - закричала Неля капризно, - далась вам моя честность.
Даня сделал вид, что разжимает руки, и Неля взвизгнула.

- Спрашивай уже!
- Хочешь, я покатаю тебя на лодке?
Неля опешила.

- Сейчас?
- Я задал вопрос, ты должна ответить. Думай быстрее, долго держать тебя не смогу. Хочешь на лодку?
- Да!
Даня сделал шаг назад, но Нелю не опустил, а пошёл по понтону и остановился около одной из пришвартованных лодок. Поставил Нелю, шагнул на борт и подал ей руку.

- Я могу просто убежать, и ты меня не догонишь.
Даня пожал плечами, но руку не опустил.

- А тебе можно её вот так брать? Посреди ночи, без спроса?
- Главное - вернуться до рассвета.
Неля с опаской взяла Даню за руку и ступила на борт.

- И куда мы поплывем?
- Если не будешь чудить, то никуда. На лодках не плавают, а ходят, Пенелопа.
- Не называй меня так.
Даня принялся возиться с веревками, и Неля удивлялась, как он не путается в них в темноте.

- Извини, - сказала она тихо, но отчётливо, когда они отчалили.
- За пощёчину? - усмехнулся Даня. Он подрулил на центр затона, вложил руль Неле в руки, - Держи пока прямо, - ушёл ближе к носу и начал тянуть за верёвку, раскрывая большой парус.
- За то, что выпила вино не с тобой, - сказала Неля уже громче.
Даня вернулся на корму и забрал у неё руль. Лодку резко качнуло и потащило вперед.

- Ну, - зловеще улыбнулся он, - до рассвета у тебя есть время это искупить.
У Нели перехватило дыхание. Мимо них плыла темная форма песчаной косы, которую днем занимали нудисты, пока вдруг впереди не открылась освещенная набережная и широкая темная полоса Волги, испещренная мелкой рябью светлыми пятнами. Даня перескочил на другой борт и потянул за какие-то верёвки. Хотя глаза уже давно привыкли к темноте, Неля не успевала уследить за его движениями. Она попробовала смотреть не на Даню, а на его отражение. Изменчивые линии пририсовали ему вторую пару рук, и Неле стало ещё страшнее от этой иллюзии.

- Голова!
Неля успела наклониться, но почувствовала легкий подзатыльник. Паруса перекинулись на другой борт, лодку снова качнуло. Отражение расплылось, и Неля потеряла водного Даню из вида. Но вдруг что-то опустилось ей на колени. Она вздрогнула. Это оказалась рука Дани, державшая руль.

- Ты правда раскаиваешься? - Неля ощутила его сухое горячее, с запахом золы, дыхание. Она медленно кивнула.
- Тогда рули, - Даня отпустил руль, пригнулся под большим парусом и оказался на носу.
-А я буду командовать! - крикнул он через плечо.
Его отражение задрожало, и темные тени парусов наполнились смехом.