Читать онлайн "Плата"

Для простых обывателей наука сравнима с магией. Почти всё из того, что говорят учёные, никому не понятно. Даже когда они пытаются объяснить всё простым языком, это всё равно напоминает какие-нибудь древние манускрипты давно исчезнувших цивилизаций.

Иногда они, конечно, попадают в десятку со своим просвещением, но происходит это именно что иногда. Свои новые открытия и достижения учёные часто освещают в прессе, и, казалось бы, всё как на ладони. Вот они открыли таинственную планету, на которой может существовать жизнь, а вот доказали очередную теорию, которую достали со дна пыльного ящика.

Но иногда и им приходится молчать.

В один знаменательный для науки день учёные праздновали своё открытие. Долгие годы поисков доказательств существования вожделенной частицы наконец-то принесли свои плоды. Каждый, кто присутствовал при этом событии, испытывал невероятную гордость за себя и своих коллег.

Но к сожалению, как это обычно бывает, не все разделяли общего ликования.

Он сидел в своём кабинете и подробно изучал данные, полученные в ходе эксперимента. Казалось, что всё было именно так, как и должно быть. Однако в показателях обнаружилось отклонение, которое никак не вязалось с окончательным результатом.

Нет, конечно, теория была подтверждена, и учёным даже удалось запечатлеть момент появления неуловимой частицы. Но вместе с этим произошло ещё кое-что.

С каждой минутой, проведённой за изучением данных, мужчина всё сильнее менялся в лице. Он отказывался верить в то, что видит.

«Этого никак не должно было произойти. Это ведь бред!» - думал он, расхаживая по кабинету и нервно куря сигарету.

Он снова сел за компьютер и ещё раз прогнал данные через программу. Его лицо стало белее мела - результат оказался прежним.

Не обращая внимания на то, что фильтр обжигал пальцы, он сделал ещё одну затяжку, потушил окурок и распечатал полученные результаты. Все цифровые данные он подчистил, оставив лишь свидетельство открытия, после чего быстро покинул кабинет.

Проходя по узкому коридору, он то и дело озирался и прижимал к груди распечатку, скрывая её содержимое от посторонних глаз. По пути ему постоянно попадались счастливые коллеги. Они пожимали ему руку и поздравляли с открытием, но он старался поскорее отделаться от них, чтобы как можно быстрее добраться до кабинета начальника.

- Алексей Павлович, - неуверенно произнёс мужчина, постучав и заглянув в кабинет. - Я могу войти?

Алексей сидел за столом и что-то увлечённо просматривал на мониторе компьютера. Он слегка поправил очки и посмотрел на посетителя.

- А, Антон Николаевич, проходи. Ты чего такой взъерошенный? - он мягко улыбнулся. - Праздник удался?

Антон убедился, что за дверью больше никого нет, быстро проскользнул в кабинет и тихо запер её за собой.

- Не в этом дело. Вот, - сказал он, протягивая бумагу. - Посмотрите.

Алексей Павлович взял распечатку в руки.

- Ты присядь, присядь. - не отрываясь от текста, махнул он рукой.

На некоторое время повисла тишина. Антон Николаевич уселся в кресло напротив стола и нервно задёргал ногой.

- Кто-нибудь ещё это видел? - спросил Алексей, открывая нижний ящик стола.

- Нет, что вы. Согласно уставу я удалил все упоминания об этом событии.

Алексей скомкал отчёт и бросил его в пепельницу. Затем достал из ящика зажигалку и поднёс огонь к бумаге.

- О том, что здесь написано, - он кивнул на разгоравшийся отчёт. - Не должен знать никто. Включая нас.

В ту же секунду он достал из ящика странного вида револьвер. Оружие неприятно щёлкнуло, а затем раздался выстрел.

В общем шуме ликования никто не заметил произошедшего. Все были слишком увлечены своим маленьким праздником.

Никто не услышал и второго выстрела, который несколько минут спустя прозвучал за закрытой дверью кабинета. Никто не обратил внимания на то, как один из приборов зафиксировал взрыв звезды неподалёку от Земли - словно далёкое эхо последнего выстрела.

Никто даже не догадывался, что этот взрыв не был естественным. Как не догадывался и о том, что именно учёные открыли вместе с вожделенной частицей.

***

В огромной комнате, вдоль стен которой тянулись стеллажи, плотно заставленные книгами, у камина сидел пожилой мужчина. Он расположился в большом кожаном кресле, которое совершенно не вписывалось в общий интерьер. Казалось, оно пришло из другой эпохи и прожило в этом доме гораздо дольше нынешнего владельца. Среди строгой и минималистичной обстановки кресло выглядело неуместно, но старика это ничуть не смущало.

Когда-то оно принадлежало его деду, затем отцу, а теперь стало его собственным. Его любимым креслом.

Старик был одет в строгий чёрный костюм, на лацкане которого виднелся маленький флажок. Благородная седина выдавала его почтенный возраст, однако он вовсе не выглядел человеком, которого тяготит старость. Напротив. Мужчина был довольно крепок, а блеск голубых глаз говорил о молодости духа.

Мягко улыбаясь, он аккуратно перелистнул страницу книги.

Ему нравилось читать у уютно потрескивающего камина. Сидя в своей библиотеке, он словно оставлял позади повседневные заботы. Книги уносили его далеко от обыденной и размеренной жизни. Вместе с их героями он путешествовал по иным мирам, становился свидетелем великих исторических событий и словно лично беседовал с философами прошлого, внимавшими ему со страниц своих трудов.

Ещё совсем мальчишкой он сидел на коленях у отца в этом самом кресле и слушал невероятные произведения, от которых захватывало дух.

Дверь библиотеки скрипнула, оповестив старика о появлении незваного гостя. Впрочем, его это нисколько не обеспокоило: настолько глубоко он погрузился в книгу.

Неторопливо ступая и шаркая по полу, к старику приблизился высокий молодой человек. Он уселся в кресло напротив, нервно сцепил пальцы и посмотрел на хозяина дома с недоумением.

Однако присутствие гостя, похоже, совершенно не волновало старика. Он продолжал читать как ни в чём не бывало. Молодой человек нарочито прокашлялся, но, заметив, что это не возымело никакого действия, подвинул кресло ближе. Деревянные ножки с неприятным скрипом процарапали паркет.

Старик вздохнул, но читать не перестал.

- Отец! - наконец окликнул его молодой человек.

В ясных голубых глазах Антона отчётливо читались непонимание и тревога. Его состояние выдавал не только взгляд, но и весь небрежный внешний вид: наспех причёсанные волосы, мятая рубашка, выбивавшаяся из-под вязаного свитера, грязные джинсы с пятнами соуса и потрёпанные кеды, которым самое место было на даче. Казалось, он одевался впопыхах, хватая первое, что попадалось под руку.

- Отец! Я требую объяснений!

Наконец старик сдался. Он бережно закрыл книгу, положил её на стеклянный столик, разделявший его с сыном, и скрестил руки на груди. Затем поверх очков осмотрел Антона с ног до головы.

- Во-первых, здравствуй, Антон. Воспитанные люди имеют обыкновение приветствовать друг друга. Во-вторых, что это за внешний вид? - Он указал на одежду сына.

Антон проигнорировал вопросы, поспешно достал телефон и показал отцу экран.

- Как это понимать? - Его голос балансировал на грани срыва.

Старик поправил очки, слегка подался вперёд и посмотрел на сообщение.

- Антош, здесь же ясно написано, что в финансировании проекта отказано, - совершенно спокойно произнёс он. - Что тебе тут непонятно?

Глаза Антона округлились. Казалось, ещё мгновение - и он взорвётся.

- Я требую объяснить причину!

Старик вздохнул.

- Вот ты у меня не политик, а ведь мог бы пойти по стопам своих предков.

- Политика - удел дураков! - выпалил Антон.

Отец ехидно улыбнулся и посмотрел на сына.

- Так, значит, я, по-твоему, дурак?

Антон откинулся на спинку кресла.

- Нет. Прости, пап. Ты - избранный президент великой страны.

Его отец улыбнулся ещё шире.

- Лесть тебе не к лицу. Каждая страна по-своему великая. Нельзя возводить одну из них на пьедестал лишь потому, что тебе так захотелось. - Он на мгновение замолчал. - Но, справедливости ради, в правительстве и правда много дураков.

Антон упёрся локтями в колени, потёр лицо и виновато посмотрел на отца.

- Прости, пап. Ты ведь знаешь, как важен для меня этот проект. И не только для меня. Я действительно не могу понять причину отказа. - Антон тяжело вздохнул и сокрушённо опустил голову.

Старик мягко улыбнулся, подался вперёд и похлопал сына по плечу.

- Я это понимаю. Но и ты пойми: я не могу по собственной воле распоряжаться народными деньгами. Такие решения принимает Совет, а его членов трудно убедить в том, что проект такого масштаба принесёт пользу человечеству.

В дверь библиотеки постучали. Отец и сын одновременно повернули головы в сторону звука. В дверном проёме показалось миловидное лицо молодой девушки. Увидев в комнате Антона, она смутилась и слегка замешкалась, но всё же заговорила:

- Павел Андреевич, вас просят пройти в кабинет.

- Это срочно? - строго спросил он. - Очевидно же, что я занят.

Девушка вновь замялась.

- Нет. Вроде бы нет. Вас просил Кирилл Игнатьевич. Ему нужна ваша подпись.

- Передайте ему, чтобы подождал.

- Хорошо, я передам.

Робко взглянув на Антона, девушка скрылась за дверью.

- Так, о чём это я? - спросил Павел Андреевич, поворачиваясь к сыну.

- О проекте, пап, - почти жалобно напомнил Антон.

Павел Андреевич наморщил лоб.

- Ах да, точно. Понимаешь, у нашей планеты есть куда более насущные проблемы: загрязнение воздуха и воды, изменение климата. Ты и сам об этом прекрасно знаешь. А подтверждение теории о многослойности Вселенной этих проблем не решит.

- У нас есть проблема и посерьёзнее! - не выдержав, повысил голос Антон. - В двенадцати миллионах световых лет от нас взорвалась звезда!

- Ооо, - с лёгкой насмешкой протянул старик. - Но это ведь произошло миллионы лет назад, и ты сам прекрасно об этом знаешь. Нам-то до этого какое дело?

- Какое дело? Какое дело?! - Глаза Антона, казалось, вот-вот выскочат из орбит. - Да это напрямую связано с нами! Звезды сталкиваются друг с другом, одни гаснут, другие загораются, третьи бесконечно ускоряются, приборы постоянно выдают разные данные, и никто не знает, какую скорость наберёт очередная звезда в конечном итоге и что встретит на своём пути! А что, если это будет наше Солнце? Тогда всё! Все наши так называемые проблемы уже не будут иметь никакого значения! Нет людей - нет проблем!

Антон буквально кипел от злости. С последними словами он резко поднялся с кресла и подошёл к окну. Эмоции бурлили в нём, а дрожащие руки никак не могли справиться с оконной ручкой.

- Да как оно открывается?! - раздражённо воскликнул он.

Старик медленно подошёл к сыну и с лёгкостью распахнул окно, впуская в библиотеку поток свежего весеннего воздуха. Затем положил руку Антону на плечо и слегка его встряхнул.

- Да успокойся ты. Незачем понапрасну тратить нервы. Вон уже даже с окном справиться не можешь.

За окном тихо шелестели молодые листья деревьев, высаженных ровными рядами вдоль мощёных дорожек. До библиотеки доносилось журчание воды из недавно запущенного фонтана. Оно словно вторило шелесту листвы, подчёркивая лёгкость и безмятежность окружающего мира.

По лужайке ходили садовники, перенося мешки с удобрениями для будущих клумб. Одни раскатывали последние рулоны газона, другие усердно подравнивали живую изгородь, тянувшуюся вдоль дорожек и подъездных путей.

- Вот смотри. - Павел Андреевич кивнул в сторону людей, работавших за окном. - Большинство из них даже не представляет, что происходит за пределами нашей планеты.

- Пап… - начал было Антон, но отец остановил его жестом.

- Дослушай. Обычные люди порой не знают даже того, как устроена их собственная планета. Скажи им, что, согласно твоей теории, наша Вселенная - лишь один из множества слоёв, или что над нами, возможно, существует кто-то, способный напрямую влиять на нашу жизнь, ускорять звёзды и сталкивать их друг с другом, - и они посмотрят на тебя как на сумасшедшего. Для них всё это граничит с фантастикой. Да и, откровенно говоря, им нет до этого никакого дела.

Он повернулся к сыну.

- Они живут здесь и сейчас. Их волнует то, что происходит с ними сегодня. Конечно, люди задумываются о будущем, но каждый - только о своём. То же самое и с Советом. Там сидят точно такие же люди. Для них важно лишь то, что можно увидеть, потрогать и измерить.

Павел Андреевич ненадолго замолчал, а затем продолжил:

- Даже если мне удастся убедить их выделить тебе грант, что произойдёт, если твоя теория не подтвердится? Что, если события в космосе - не происки существ извне, а всего лишь естественный ход вещей? Тогда и ты, и я лишимся своих должностей. Нас сочтут безумцами, потратившими огромные средства на попытку доказать существование сказки.

Он сделал небольшую паузу.

- Но допустим, ты окажешься прав. Что тогда? Ты попытаешься установить контакт с теми, кто находится за пределами нашего так называемого слоя? И где гарантия, что вы вообще сможете понять друг друга? Впрочем, существует и третья сторона этого вопроса.

Старик вздохнул и вновь отвернулся к окну.

Один из садовников заметил его и помахал рукой.

- Доброе утро, господин президент! - донеслось с улицы.

- Доброе, Сергей! - Павел Андреевич помахал ему в ответ.

Сергей улыбнулся, поднял мешок с удобрениями и понёс его на другой конец лужайки.

- Хороший парень. Наверное, лучший из моих садовников, - мягко произнёс старик, провожая его взглядом.

- Пап, послушай… - снова попытался продолжить Антон, но отец и на этот раз не дал ему договорить.

- Так вот, третья сторона заключается уже в моральной части этого вопроса, - как ни в чём не бывало продолжил он. - Насколько я понял из твоей теории, тебе необходимо подтвердить наличие некой частицы. Её существование докажет, что мы не одни, а Вселенная многослойна. Но где гарантии, что твои действия не вызовут негативных последствий для цивилизаций, живущих в других слоях, существование которых ты так стремишься подтвердить?

Он строго посмотрел на сына.

- Ты готов взвалить на себя такую ношу?

Повисло молчание. Антон растерянно смотрел на отца, не зная, что ему ответить. Он никогда не задумывался об этом с такой точки зрения. Им двигало лишь желание спасти свой мир - мир, в котором он жил.

Антон опустил взгляд, словно надеясь найти ответ где-то на полу. Несколько раз тяжело вздохнул, пытаясь ухватиться за ускользающие мысли, но так и не произнёс ни слова. Лишь шелест листвы и негромкие голоса садовников нарушали густую, почти осязаемую тишину.

Подхваченные порывом ветра тонкие белоснежные занавески плавно колыхнулись и скользнули между отцом и сыном. Прохладная ткань коснулась лица Антона, на мгновение отвлекая его от тревожных мыслей и возвращая к действительности.

- Пап, я… - Антон слегка замялся. - Я даже не знаю, что сейчас сказать. В своих размышлениях я не заходил так далеко. Я лишь знаю, что это необходимо сделать. Иначе наш мир может погибнуть.

Павел Андреевич посмотрел на часы.

- Ууу, мне уже пора. Кирилл там из-за своего компоста весь изведётся, если я не подпишу бюджет на этот сезон. Говорит, что урожай нынче будет хорошим.

Он уже собирался уйти, но, сделав несколько шагов, остановился.

- Ты, Антош, обдумай всё хорошенько. И если окончательно решишь, что готов провести эксперимент и принять его возможные последствия, сообщи мне. А я уж как-нибудь добьюсь разрешения Совета.

С этими словами Павел Андреевич поспешил выйти из библиотеки, оставив растерянного сына одного у окна.

***

В своей квартире, которую Антон бесконечно любил, он не мог найти себе места. Ещё в студенческие годы он, вопреки всем, купил её без помощи отца и потому особенно дорожил ею. Однако теперь всё вокруг казалось неправильным, лежащим не на своём месте и каким-то чужим.

Антон то и дело переставлял чашки, сложенные башенкой на рабочем столе, менял местами книги, пытался убраться, навести порядок. Но пылесос предательски загудел, а затем и вовсе задымился.

Ни кофе, ни сигареты, ни телевизор не помогали ему хотя бы на мгновение отвлечься от мысли о том, что его теория была продумана не до конца. Возможно, стоило пересмотреть её практическую часть.

Он посмотрел на доску, где было подробно расписано всё необходимое для доказательства теории. В порыве необъяснимого гнева Антон стёр почти половину написанного, а затем, охваченный паникой, скрупулёзно восстановил всё по памяти.

«Душ», - подумал он и направился в ванную, на ходу стягивая с себя одежду и разбрасывая её по сторонам.

Но сегодня Вселенная явно была не на его стороне.

Спустя пять минут горячая вода внезапно закончилась, окатив Антона ледяным потоком. Пытаясь как можно быстрее закрутить вентиль, он слишком сильно повернул его, и тот остался у него в руке. Пришлось перекрыть воду во всей квартире.

Сантехник приехал вовсе не через десять минут, как обещал, а только спустя час. Он провозился с краном около пятнадцати минут, после чего запросил с Антона такую сумму, словно заменил всю систему водоснабжения в квартире. Спорить не было ни сил, ни желания, поэтому Антон расплатился с наглецом, выпроводил его за дверь и рухнул на кровать.

Глядя в белый потолок, он вновь обдумывал каждую деталь своей теории. Возможно, существовал другой способ узнать, есть ли жизнь в соседнем слое Вселенной. Мысли накладывались одна на другую, и вскоре у Антона разболелась голова. Он хотел было потянуться за обезболивающим, но подкрадывавшийся сон оказался сильнее. Через несколько мгновений Антон уснул.

Утро выдалось прекрасным. Всё вокруг вновь встало на свои места: книги стояли там, где нужно, вода текла из крана, а башня из чашек снова радовала глаз.

Антон вышел на балкон в халате, держа в одной руке чашку кофе, а в другой - хрустящий тост с колбасой, и с наслаждением вдохнул свежий весенний воздух.

На улице торопливо шагали люди, вечно куда-то спешащие и опаздывающие. Шелестела листва, а птицы продолжали выводить свои серенады - одной Вселенной известно, кому они были посвящены. На детской площадке играли дети, а из-за соседних домов доносился непрерывный гул машин, днём и ночью проносившихся по оживлённой дороге.

Жизнь продолжала двигаться вперёд.

Антон закинул в рот последний кусок тоста, запил его остатками кофе и поставил чашку на очередную башенку, уютно возвышавшуюся на столике у окна. Он твёрдо решил, что и ему пора двигаться дальше.

Собираясь прогуляться по парку неподалёку от дома, Антон надел свежевыстиранную одежду и сунул телефон в правый карман джинсов. Но стоило ему убрать руку, как телефон проскользнул через дыру в кармане, скатился по ноге и с глухим стуком упал на пол.

Бормоча что-то себе под нос, Антон полез в шкаф за нитками и иголкой. Конечно, он вполне мог позволить себе купить новую одежду, но не принадлежал к тем, кто при первой же обнаруженной прорехе списывает вещь со счетов и отправляется в магазин. Обычно он тянул до последнего. И на этот раз его скупость неожиданно сыграла ему на руку.

Стоило Антону взять маленькую подушечку, утыканную иголками, как его словно окатило кипятком. Глаза расширились, а разум судорожно ухватился за мысль, уже готовую юркнуть обратно в ту тёмную нору, из которой она появилась.

Он резко бросил подушечку на место и схватил с пола телефон.

- Лёша, возьми трубку, - приговаривал Антон, нервно постукивая ногой и вслушиваясь в гудки.

Ждать пришлось недолго.

- Да? - послышался в трубке сонный, слегка гнусавый голос.

- Лёха! - резко крикнул Антон, расхаживая взад-вперёд по комнате. - Помнишь проект «Монолит»?

- Какой, к чёрту, «Монолит»? Шесть утра, Антон, - в голосе Алексея слышалось явное недовольство.

- Ну тот, на который у нас ушло десять лет и который мы так и не испытали. Ну? Вспомнил?

В ответ повисла тишина.

- Лёха! Ты опять уснул?

- Да Вселенная тебя дери! - выругался Алексей. - Дай хотя бы встать. Кофе выпить. Ты чего всполошился в такую рань?

- Так я тебе и говорю: «Монолит». Вспоминай.

- Кофе, душ, потом позвони! - Недовольство в голосе Алексея только нарастало.

Антон сел на пол, зажал телефон плечом и принялся стягивать джинсы.

- Давай, занимайся своими процедурами. Я пока повишу на линии.

- Ты меня пять дней в неделю достаёшь. Я могу хотя бы в выходной обойтись без твоего присутствия? А?

Антон стянул джинсы до колен и тут вспомнил, что так и не взял нитку с иголкой. Он неуклюже поднялся и мелкими шажками побрёл обратно к шкафу.

- Ладно, - согласился Антон, снова доставая всё необходимое для шитья. - Через пятнадцать минут перезвоню.

- Через час. Через час! - сквозь зубы проговорил Алексей и бросил трубку.

***

Парк, на удивление, был почти пуст. Антон медленно шёл вдоль искусственного пруда, то и дело поглядывая на телефон. Он отсчитывал каждую минуту до того момента, когда сможет снова позвонить. Время тянулось предательски медленно, и это раздражало его даже сильнее, чем недовольство коллеги.

Антон, конечно, понимал, что звонок в шесть утра, да ещё и в субботу, кого угодно мог вывести из себя. Но ведь речь шла об их общей работе.

Он поднял с земли плоский камень и запустил его по поверхности воды. Камень несколько раз подпрыгнул и долетел почти до противоположного берега.

Дождавшись, когда истекут последние минуты, Антон снова набрал Алексея.

- Да? - Голос в трубке всё ещё звучал недовольно.

- Час прошёл. Ты готов? - восторженно спросил Антон.

- В принципе, готов тебя выслушать.

- Отлично. Помнишь, о чём я спрашивал тебя? Ну, про «Монолит»?

- Ну, допустим. На кой он тебе сдался?

- Будем его испытывать.

- Чего?! - Из трубки донёсся кашель. - Мы же с тобой отказались от этой затеи. Ты забыл почему?

Антон поддел носком ботинка лежавший в песке камень, поднял его и бросил в пруд. Тот дважды отскочил от поверхности воды и пошёл ко дну.

- Конечно, помню. Действовать пришлось бы практически наугад и всё такое. Но у нас нет выбора.

- Да мы до старости можем тыкать этими иголками в протон! Гораздо проще разогнать частицы и столкнуть их.

- Понимаю, - кивнул Антон. - Но перспектива погубить гипотетическую цивилизацию ради подтверждения теории меня пугает.

- Ты с отцом что ли говорил? Финансирования не будет?

- Да, говорил. Он сказал то же самое. И ещё добавил, что Совет упёрся и не понимает ценности нашего исследования. Хотя мне кажется, что выделение средств заблокировал именно отец. После разговора он сказал, что сможет как-нибудь убедить Совет, если я окончательно решусь.

- Вот ведь… - Алексей осёкся. - Но «Монолит» тут чем поможет?

- Отец предложил мне подумать об ответственности.

- О какой, к чёрту, ответственности? - В голосе Алексея зазвучало крайнее раздражение.

- Лёха! Я ведь уже всё объяснил! - Антон швырнул в пруд очередной камень, но не рассчитал силу, и тот перелетел на другой берег.

- Да плевать мне на цивилизацию нижнего слоя! Она существует только в теории! А на кону стоит наш мир, понимаешь? Я не готов искать компромиссы такой ценой!

- Ну ты у нас, я смотрю, прямо злодей, - ехидно улыбнулся Антон.

- Я учёный. Кстати, как и ты! «Монолит» - пустая трата времени. А ты сам знаешь, что приборы постоянно выдают разные данные, и мы не можем наверняка сказать, есть у нас на это время или нет. Но я предпочитаю исходить из того, что времени нет!

- Лёш, я понимаю твои опасения. - Антон вздохнул. - К тому же я знаю, как сократить время поиска нужной частицы.

- И как ты собираешься это сделать?

- Нам нужно найти протон, температура и масса которого после пересчёта будут соответствовать параметрам нашей звезды.

Алексей нервно рассмеялся.

- И это, по-твоему, сократит время? Шанс всё равно ничтожно мал.

- Но согласись: перенастроить ловушку под заданные параметры гораздо проще, чем бесконечно сталкивать частицы в надежде на чудо.

- Тут не поспоришь. - В динамике послышался глубокий вздох. - Хорошо, давай попробуем. Но если не справимся за год, перейдём к варианту со столкновением. Это как минимум быстрее.

- Договорились. Увидимся в понедельник.

- Удачи.

***

После двух недель ожидания и подготовки Совет наконец одобрил проект Антона. Поиски нужного протона и полная перенастройка ускорителя заняли почти полгода. Порой казалось, что проект обречён на провал, но однажды учёным всё же удалось поймать подходящую частицу.

Ускоритель, теперь скорее напоминавший замедлитель, снизил её скорость до необходимого значения. Уже первые наблюдения подтвердили, что Антон был прав. Пойманная частица действительно увлекала за собой более мелкие объекты - подобно тому, как Солнце удерживает возле себя планеты.

Определив координаты нужного объекта, учёные направили к нему тончайшие радиоантенны размером меньше атома. Они имели форму вытянутых прямоугольников, благодаря чему устройство и получило своё название - «Монолит».

Какое-то время прибор молчал, заставляя всю команду нервничать. Тишина давила, становясь почти физически ощутимой. Казалось, каждая секунда замирала на месте, не желая уступать дорогу следующей.

Алексей уже собирался остановить эксперимент, решив, что тот окончательно провалился, но Антон не позволил ему этого сделать. Отступать было нельзя.

Все молча ждали, затаив дыхание.

И вот на «Монолит» начали поступать первые данные. Учёные возликовали, принялись поздравлять Антона с успехом и подтверждением его теории. Но в тот же миг произошло именно то, чего он так боялся: Солнце столкнулось с другой звездой.

Взрыв колоссальной силы мгновенно уничтожил всё живое. Никто не успел испугаться, почувствовать боль или прошептать последнюю молитву. Никто не бросился искать родных, не набрал знакомый номер и не произнёс слов, которые так долго откладывал на потом. Всё произошло настолько быстро, что между жизнью и небытием не осталось даже мгновения, в котором человечество могло бы осознать собственный конец.

Жизнь во Вселенной Антона оборвалась, став научным прорывом для тех, кто, ликуя, столкнул в своём коллайдере две невидимые частицы. А эксперимент Антона, в свою очередь, помог обитателям другого слоя Вселенной найти ответ на вопрос, который он сам когда-то задавал.