Читать онлайн "Мой Жестокий Босс"

Будильник не прозвенел. Вернее, он завибрировал, жалобно звякнул под подушкой, но я успела придавить его ладонью, уткнувшись носом в наволочку. Пять минут. Еще пять, и я встану. Эти пять минут каким-то непостижимым образом растянулись на проклятые сорок.

Когда я наконец распахнула глаза, в комнате стоял серый, унылый свет московского утра. За окном громыхала старая «Газель», с улицы несло мокрым асфальтом и горелым бензином. Телефон бесстрастно высвечивал цифры — 8:00. Час до собеседования. Час, за который нужно добраться с окраины до «Москва-Сити». Час, за который я даже не удосужилась накраситься.

— Алиса, ты идиотка! — выкрикнула я хриплым спросонья голосом, сбрасывая одеяло. Холодный воздух обжёг кожу ног.

Дальше начался хаос, достойный немого кинофильма. Я металась по крошечной «однушке», наступая на резиновые тапки, путаясь в проводе зарядки, который оплел мои щиколотки. Пахло дешевым растворимым кофе, стоящим на столе, и застоявшейся пылью старых обоев.

На стуле у батареи висела она — белая блузка, моя единственная приличная вещь, купленная за бесценок на «Авито». Ее ткань, чуть жестковатая, но ослепительно белая, была моей броней. Она пахла свежестью нового нейлона и надеждой.

Я натянула ее на плечи, дрожащими пальцами застегивая пуговицы. Ткань приятно холодила спину. Жизнь налаживалась.

И в этот момент моя нога зацепилась за дурацкий тапок. Мир качнулся. Я взмахнула рукой, пытаясь удержать равновесие, и с глухим стуком смахнула со стола пластиковую чашку.

Кофе, обжигающе горячий, выплеснулся в воздух чёрной дугой — словно в замедленной съемке. Он приземлился прямо на грудь моей новой блузки. Коричневая жижа моментально впиталась в ткань, расползаясь огромным бесформенным пятном прямо в области сердца. От ткани тут же пошел запах жженого сахара, смешанный с кислотой дешевого растворимого порошка.

— Нет-нет-нет! — запричитала я, хватая со стола мокрое полотенце и яростно, почти в панике, принимаясь тереть пятно.

Но стало только хуже. Влажная ткань размазала кофе, и вместо аккуратного пятна на груди расцвела мокрая, грязная клякса, которая липла к коже, оставляя ощущение холодной липкости. Я выглядела не как претендентка на должность аналитика, а как жертва внезапного потопа в офисе.

Времени на переодевание не было. Вообще. Под рукой — только старый, серый пиджак, который я носила в универ. Я втиснулась в него, чувствуя, как жесткая, потертая ткань неприятно трется о мокрую кожу под блузкой. Застегнулась на все пуговицы до самого горла, чтобы скрыть позор, схватила видавшую виды сумку-шоппер, в которой лежало заветное резюме, и, не закрывая входную дверь, вылетела в облезлый подъезд.

— Если сегодня фортуна решила повернуться ко мне спиной, — прошептала я, сбегая по ступенькам, — я разверну ее силой.

На улице моросило. Ноябрьский ветер — сырой, колючий — пробирался под тонкий пиджак, заставляя меня зябнуть. Я влетела в метро, втиснулась в вагон, где пахло мокрой синтетикой, потом и дешевыми духами, и молилась только об одном — успеть.

Бизнес-центр «Федерация» встретил меня стерильной роскошью. На входе воздух был сухим и холодным, пахло дорогим полиролем, парфюмом и откровенным презрением охраны. Мой старый, насквозь промокший пиджак и взмокшие от бега волосы кричали о том, что я здесь чужая.

Я неслась к лифтам, сжимая в кулаке влажное от пота резюме. В ушах стучала кровь, дыхание перехватывало — я слышала, как гулко бьется сердце, отдаваясь в висках. Я почти добежала до заветных дверей, когда они начали закрываться. Внутрь шагнул какой-то мужчина. Я выставила руку, пытаясь остановить створки, — они зашипели и начали расходиться.

— Успела! — выдохнула я, переступая порог.

Но я не учла инерции. Моё мокрое плечо впечаталось не в двери, а в широкую мужскую грудь, от которой пахло дорогим деревом и мятой. Я отскочила, как мячик, и содержимое моей старой сумки — ключи, помада, упаковка таблеток от головной боли и, конечно, злосчастное резюме — вылетело наружу, рассыпаясь по идеально чистому мраморному полу, покрытому блестящей полировкой.

Сверху раздался низкий, ледяной голос. В нем не было ни капли сочувствия — только звон стали и холод арктического ветра.

— Смотри, куда прешь.

Я медленно подняла голову. И в этот момент мне показалось, что воздух в холле стал еще холоднее. Передо мной стоял мужчина, словно высеченный из скалы. Идеально скроенный темно-синий костюм облегал широченные плечи, словно вторая кожа. Темные волосы были безупречно уложены назад, так что ни один волосок не выбивался. Волевой подбородок, резкие скулы — его лицо было пугающе, почти стерильно красивым. Но самым страшным были его глаза. Светло-серые, бездонные, они смотрели на меня, как на пустое место — как на надоедливую мошку, которая случайно залетела в его идеальный мир.

Я залепетала, чувствуя, как горит лицо и на глаза наворачиваются слёзы унижения:

— Извините, я очень тороплюсь, я не хотела…

Я присела на корточки, ударившись коленями о ледяной мрамор, и судорожно начала сгребать разбросанные вещи. Мои пальцы дрожали, помада выскальзывала, ключи звенели. Я почти схватила резюме — последний, самый важный лист.

Но в этот момент дорогой черный ботинок, начищенный до зеркального блеска, опустился прямо на бумагу. На мою фотографию, где я, наивно улыбаясь, смотрела в объектив профессионального фотографа. На подошве остался грязный след от уличной воды, отпечатавшийся на моем лице.

— В этой башне не место тем, кто создаёт хаос, — отчеканил он, даже не думая убирать ногу.

Что-то внутри меня — холодное, дикое, отчаянное — щелкнуло. Я дернула лист на себя. Вместе с бумагой раздался резкий треск. Резюме порвалось пополам, моя фотография осталась под его ботинком, а список моих с таким трудом добытых достижений оказался отделен от нее.

Я распрямилась, готовая закричать на этого напыщенного хама. Внутри закипала настоящая, справедливая ярость. Да кто он такой? Местный царь?

Но в этот момент лифт мелодично звякнул — двери начали закрываться. Незнакомец, словно я больше не представляла для него ни малейшего интереса, развернулся и шагнул в кабину.

Он обернулся ко мне через плечо, нажимая кнопку закрытия створок, и кивнул в сторону — туда, где на стене висела строгая табличка с надписью «Лифт для персонала».

— Вам в другой, — коротко бросил он.

Створки сомкнулись, отсекая меня от его ледяного взгляда. Я осталась стоять в холле, сжимая в руках два обрывка резюме, с чувством гадкого, жгучего унижения. Откуда-то сбоку раздался звук каблуков, кто-то прошел мимо, с любопытством покосившись на меня.

Я глубоко вздохнула, сглотнула вязкую обиду, и подошла к другому лифту. Я не для того пробивалась через три круга телефонных собеседований, чтобы сдаться из-за какого-то грубияна. Я нажала кнопку сорокового этажа.

Прозрачная кабина взмыла вверх с легким свистом. Москва подо мной превратилась в игрушечный город, затянутый серой дымкой. С каждой секундой подъема мое состояние ухудшалось. Сердце колотилось где-то в горле, пульс отдавал в кончики пальцев. Я пыталась дышать ровно, но перед глазами стоял тот самый хам. Только бы он не работал в «Морозов Индастриз». Только бы он был чьим-то водителем или случайным гостем. Только не он. Пожалуйста.