Читать онлайн "Сказка о приключениях деда Миши в огненном царстве"

Вдруг раздался крик: вороной бросился на одну из вереницы, схватил её,

и Левку почудилось, будто у ней выпустились когти и на лице её сверкнула

злобная радость. «Ведьма!» — сказал он вдруг, указав на неё

пальцем и оборотившись к дому.

«Майская ночь, или Утопленница». Н.В. Гоголь

Глава 1

Когда весной распускаются первые почки, в саду начинают цвести абрикосы, вишня и ранние яблони. Сразу видно, что природа пробуждается от долгого зимнего сна. Кажется, что жизнь только начинается, и это напоминает детство. Так хочется вдохнуть свежий весенний воздух, почувствовать, как оживает природа.

В одном из дачных посёлков на горизонте виднеется дача. Участок разделён на несколько линий, и ранней весной туда съезжаются дачники. Они раскрывают виноград и розы, чтобы они не прели, и подсоединяют трубы для полива растений.

Ранним утром автобус №79 останавливается на остановке напротив двухэтажных старых домов. Всего их десять, и в них живут люди. В квартале есть небольшой магазинчик, который хозяйка купила во время приватизации в 90-х годах. Теперь её малый бизнес приносит доход. За Доком виднелся посёлок Татьянка. Док-3 – это деревообрабатывающий комбинат №3. Из 79-го автобуса здесь выходили пассажиры с сумками и вёдрами, в основном пенсионеры, которые направлялись к дачам СНТ «Нефтянник».

На Доке жил старик со своей семьёй. Высокий, почти двухметровый худощавый мужчина с хитрой улыбкой и прищуренными глазами всегда что-то замышлял. Он взял вязаную сумку с продуктами, которую ему на обед передала невеста, попрощался со всеми и отправился на дачу СНТ «Нефтянник», которая находилась на линии 8. Рядом с его дачей был продуктовый магазин, где он мог купить всё необходимое. Кроме того, его дача располагалась недалеко от леса, где он любил собирать грибы и ягоды или отправляться на озеро рыбачить. Этим он и занимался всё лето прошлого года. Звали старого старика Михаила Кузьмича Астахова, пенсионера, который уже два года на заслуженном отдыхе. Почти всю жизнь он проработал на керамическом заводе. По пути на дачу он всегда слегка прихрамывал — с детства у него была травма, полученная во время Великой Отечественной войны, когда ему было пятнадцать лет. Немцы ранили его, и с тех пор он так и ходит с хромотой.

И вот, наконец, он добрался до дачи и услышал знакомый голос. Это был его сосед, Николай Сидоров, живший через дорогу.

— Привет, Кузьмич! Весна в этом году рано наступила?

— Привет, Колян! Зима была суровой, поэтому весна пришла раньше обычного. Обычно у нас весна наступает поздно, хотя мы живем в южном районе Волгограда, — дед Миша потянул правую ногу, которая ныла весь путь, чтобы хоть как-то облегчить боль. — Хорошо, что наконец-то тепло.

Дед снова вспомнил детство, проведённое в годы Великой Отечественной войны в Курске, в деревне «Дмитриево». Там он родился. Кузьмич часто вспоминает те времена, ведь нога всю жизнь напоминает о боли и страданиях.

Его окружили немцы, и в возрасте пятнадцати лет он попал под обстрел. Пуля попала в ногу. Если бы не родная бабушка, он мог бы погибнуть. Она спасла его. Благодаря ей, они смогли спастись от немцев.

У него было несколько ранений. Пуля прошла через чашечку, выскочила из стопы и вылетала то в правую, то в левую ногу. Правая нога пострадала больше, поэтому всю свою жизнь, до самой старости, Кузьмич ходил с хромотой. Левая рука тоже была ранена.

Несмотря на свой физический недостаток, Кузьмич был очень активным человеком. Он везде успевал и любил ходить за грибами осенью. А весной, вместе с другом-соседом, они почти каждый вечер проводили у Николая, смотрели телевизор и пили самогон.

— Ну что, старый, вечером на рыбалку? — предложил Николай.

— После «Время» соберемся, — согласился Кузьмич. Было видно, что он давно ждал этого предложения.

— И побольше рыбы наловить, — усмехнулся Кузьмич.

— Ты старый хитрец, — шутливо пригрозил Николай пальцем. — Кстати, вспомнил: мне пора. Вечером загляни ко мне, — сказал он, прощаясь.

— Хорошо, — махнул рукой дед Миша. Он открыл калитку и вошел в свой старенький двухэтажный домик. Недавно его прибрала сноха Татьяна Ивановна. В руках дед держал плетеные красные сумки, сделанные своими руками. Внутри лежали еда на весь день: полдник, обед и ужин.

Дед Миша прошел по саду, вернулся в дом и открыл дверь. Внутри царила тишина. В комнате было чисто и уютно. Из темного угла, где спал дед Миша, пробивались утренние лучи. У входа он поставил корзину с едой и пошел переодеваться.

2

День пролетел быстро, и запас продуктов закончился. Вечером пришёл сын деда Миши, Григорий, и принёс еду. Он положил продукты в холодильник и покопался в гараже. Время уходило быстро. Дед Миша поговорил с сыном, и не прошло и часа, как Григорий сел в машину и уехал домой.

Дед Миша, как обычно, поужинал остатками еды, попил чай. Перед отъездом он попросил сына привезти пачку чая, индийский кофе и ложку. Он забыл взять эти вещи с собой и не собирался возвращаться домой. На часах было уже девять вечера, пора было идти к Коляну смотреть новости по телевизору.

Дед собрался, намазал ноги кремом, который сам делал по рецепту: смешивал сырое яйцо с уксусом, затем настаивал и использовал как мазь. От боли свело мышцы, но дед Миша продолжал натирать ноги.

«Терпи, Кузьмич, терпи, скоро станет легче», — прошло минут двадцать. Дед намазал ещё крем «Капсикам», и колено обожгло ещё сильнее.

«Уф, как же хорошо, теперь можно пойти к Коляну», — подумал он, взяв бутылку самогона. Он направился к нему, а Николай Александрович в это время кипятил чайник. Для него это было любимым занятием перед встречей гостей — вечерний чайный ритуал. Для лучшего друга деда Миши он готов был на всё, тем более тот всегда приносил свежевыжатый самогон.

Вдруг что-то скрипнуло за дверью, и в темноте возникла высокая фигура. Она словно вышла из преисподней — туман, облака дыма... На дворе уже почти девять вечера, как раз когда по Первому каналу начинаются новости. Скрип половиц, звук копыт, скольжение по полу — всё это создавало ощущение безумного страха. Любой другой на месте Николая Александровича испугался бы от такого шороха, но он не дрогнул. В тени стоял дед Миша.

— Мишка, заходи! — весело позвал Николай Александрович.

— Иду, иду, — дед Миша вошел в комнату, откуда только что доносились новости.

— Время идет, пора садиться, — заторопился дед Миша.

— А я уже чай заварил с юбилейным печеньем, — дядя Слава поставил на стол чашку. Они расположились: дед Миша сел в кресло, Николай Александрович устроился на диване. Дед Миша налил по рюмке самогона, они выпили и закусили солеными огурцами.

— Как же хорошо, будто огонь в душе разожгли, — наслаждался дед Миша.

— Да, точно, будто все калории сжигает.

— Опять про похудение? — с улыбкой спросил дед Миша.

— Ты же видишь, я толстый.

— Ну и что? После передачи пойдем на рыбалку, я удочку и прикормку с собой взял.

— Ну что ты, я давно приготовил, теперь давай выпьем по второй. И чайку заодно.

Снова чокнулись и закусили. Николай Александрович налил ароматный чай, каждому добавил по кусочку лимона. Дед Миша, большой любитель сладкого, получил четыре ложки сахара, а себе дядя Слава — всего одну. Прошло уже почти десять часов с начала просмотра.

— Пора на рыбалку, — напомнил дед Миша.

— Сейчас, старый, — ответил Николай Александрович, взял удочку с прикормкой, закрыл дверь, и они направились в лес. Ночь была сладкой и тихой, напоминала сказочный мир. Каждый шорох казался таинственным, каждый легкий дуновение ветра — как будто природа сообщала о том, что здесь обитают эльфы, гномы, ведьмы и даже водяной.

Когда они прибыли на место, лодка начала шататься, будто утопленница играла с ней. Но когда они приблизились, качка прекратилась. Над озером, покрытым гладкой гладью, казалось, все спали, только они нарушили покой. Николай Александрович и дед Миша залезли в лодку и поплыли.

Вдруг дед Миша заметил женский силуэт на берегу. На самой вершине сидела дива с распущенными рыжими волосами, кудрявыми, как у коня. Она приветливо помахала ему. Дед Миша почувствовал, как страх просыпается где-то глубоко внутри, и понял, что перед ним дива-утопленница. Она была в белом одеянии и вся светилась.

3

От увиденного дед Миша чуть не упал с лодки.

— Ты чего творишь, старый? — испугался Николай.

— Видел, видел, — сказал дед Миша, указывая на берег.

Николай Александрович обернулся, но там никого не было.

— Ты что, старый, уже после самогона черти мерещатся? — усмехнулся Николай.

— Утопленницу видел, — ответил дед Миша.

— Там никого нет, — повторил Николай.

Дед Миша снова посмотрел на берег, но там действительно никого не было. Может, показалось? — подумал он.

Время тянулось медленно. С собой взяли фонарь, чтобы освещать лодку и видеть, что ловят. Николай что-то бормотал себе под нос, а дед Миша, как всегда, рассказывал свои истории. И вдруг удочка начала дергаться. Один за другим дед Миша вытаскивал ершей.

— Ох, какая рыбка попалась! — воскликнул он. А следом и дядя Слава поймал щуку, окуня, сома.

— Сегодня удачный день для рыбалки, — улыбнулся дед Миша, продолжая высматривать добычу.

— Но впереди еще ночь, — заметил Николай Александрович. — Как мы с тобой донесем улов до дома?

— Донесем, Колян, — уверенно ответил дед Миша.

Вдруг стало так тихо, что озеро покрылось гладью. Дед Миша забыл о случившемся. На берегу сидела утопленница с очень знакомым лицом.

Проходит время. На часах почти двенадцать ночи. Фонарь от зарядного устройства стал тускнеть.

— Колян, скоро лампа потухнет, — сказал дед Миша.

Малой не ответил. Дед Миша часто называл своего друга Коляном или малым. Только он мог так обращаться, хотя Николай Александрович никогда не был малым. Он был высоким, как и дед Миша. Дед Миша старше Николая на три года. Из-за этого Николай Александрович называл его «старым», хотя разница в возрасте была невелика. Николай Александрович не ответил. Дед Миша забеспокоился: «Куда исчез Коля?» Он обернулся и увидел, что друга нет. Дед Миша испугался и бросил удочку. Она упала в воду, но он не обратил на это внимания. Ради друга он пытался его найти. «Может, он утонул?» — подумал дед Миша. Но если бы Коля утонул, то он услышал бы плеск воды. Однако ничего не произошло.

Дед Миша запаниковал и начал звать лучшего друга: «Коля! Коля! Коля!» Его голос эхом разносился по всему тёмному лесу. Но в ответ раздавался лишь зловещий смех, который передразнивал его слова. «Коля! Коля! Коля!» — снова кричал дед Миша. И каждый раз перед его именем раздавался противный смех: «Хи-хи-хи! Хи-хи-хи! Ха-ха-ха!»

Дед Миша испугался не на шутку. Он не понимал, куда исчез его друг. Дед Миша крутился вокруг лодки, но ничего не обнаружил. Всё пропало, и он остался один. Он сидел в лодке посреди тёмного леса, на берегу озера.

Внезапно Миша услышал плеск. Ему показалось, что это Николай Александрович барахтается в воде. Но, оглянувшись, он никого не увидел. Перед ним простиралась спокойная тёмная гладь воды. И вдруг, откуда ни возьмись, появилась голова с распущенными огненными волосами, которые были запутаны зелёным илом. Это была та самая утопленница. Она сладко посмотрела на деда и улыбнулась ему в ответ...