Читать онлайн "Заставь меня замолчать"

Дверь в редакцию Ирина открыла с ноги — руки были заняты: в одной помятая папка с распечатками, в другой — стакан остывшего кофе.

— Мартинес! — рявкнул кто-то из новостников из-за монитора. — Притормози! Дверь с петель снимешь!

— Сенсация! — выдохнула Ирина, с размаху швыряя папку на стол главному редактору. Тот как раз меланхолично вычитывал чью-то статью с заголовком «Как выжить, если вас игнорирует ЖЭК». Поднял глаза. Медленно, как человек, у которого закончились антидепрессанты и вера в человечество.

— Мартинес, — сказал он голосом, которым обычно отпевают надежды. — Твоя последняя «сенсация» была про то, что мэр — скрытый оборотень, потому что чешет за ухом на совещаниях. Пресс-служба мэрии до сих пор шлет нам открытки с блохастыми собаками.

— Да он линял прямо на трибуне! — Ирина нависла над столом так, что стакан с кофе угрожающе накренился. — Но сейчас — другое. Настоящее, Сергеич. Я раскопала такое, от чего наш сайт рухнет от трафика.

Сергеич откинулся в кресле, сложил руки на внушительном животе и приготовился страдать.

— Город кишит бесами, — выдала она, понизив голос до заговорщического шёпота. — Прямо у нас под носом. Под видом закрытых элитных клубов. «Лилит», «Бафомет», «Шёлк и Пепел» — и это не вип-кальянные, Сергеич. Это вербовочные сети! Они вытягивают из людей эмоции и жизненную силу... либидо, в конце концов!

Пауза.

Сергеич медленно протер очки краешком галстука.

— Ира. У нас издание «Городские будни». Мы пишем про прорыв теплотрассы на Ленина и куда делся бюджет на озеленение. Какие на хрен бесы, скажи на милость? Ты фэнтези перечитала?

— Это схема! — Она ткнула ногтем с облупленным красным лаком в верхний лист. — Аренда одних и тех же подвалов, гости — только по личным приглашениям, ни одной фотки в инсте, владельцы — фирмы-однодневки. И главное — посетители. Золотая молодёжь, бизнесмены... Входят туда полными сил, а через месяц выглядят так, будто их пропустили через соковыжималку.

— Я в пятницу вечером тоже так выгляжу, — фыркнул редактор.

— Ты выглядишь так же, потому что у тебя трое детей и дача, — парировала Ирина. — А там — магия. Тёмная! Мне слили инфу что ночью будет ритуал. Привезут кого-то очень важного! Я иду туда.

Сергеич посмотрел на неё взглядом человека, который уже мысленно пишет некролог.

— Мартинес. Не вздумай.

— Завтра принесу материал, который порвёт интернет! — Она уже летела к выходу, наматывая на шею шарф.

— Ирина! Ира, мать твою, я тебя уволю! Верни корпоративный диктофон!

Дверь захлопнулась. В редакции кто-то страдальчески вздохнул: «Испанский стыд, опять она за своё...»

Ночь опустилась на город мокрой, промерзшей тряпкой. Ветер с реки принёс запах сырого асфальта и чужой тревоги.

Клуб «Лилит» притворялся заброшенным складом. Ни вывески, ни неона — только глухая металлическая дверь и мигающая красная лампа над ней. Ирина стояла в тени через дорогу, настраивая технику. Скрытая камера в пуговице кожаной куртки. Вторая — в пряжке ремня. Диктофон во внутреннем кармане тихо писал стук её собственного сердца.

— Давай, Мартинес, — прошептала она себе. — Пулитцер сам себя не выиграет.

Проскользнуть внутрь оказалось пугающе просто. У чёрного входа топталась кучка людей в тёмном — все молчаливые, бледные, дерганые. Ирина натянула капюшон, вклинилась в толпу и на входе бросила огромному, похожему на шкаф охраннику:

— Я от Андрюхи из «Шёлка».

Охранник моргнул пустыми глазами и молча отступил в сторону.

Слишком просто, — царапнуло интуицию. Никакого досмотра, никаких списков.

Но журналистский азарт уже перекрыл голос разума. Ирина шагнула во тьму.

Внутри пахло расплавленным воском, пылью и чем-то душно-сладким, от чего мгновенно закружилась голова. Огромный зал был декорирован в стиле «бордель для вампиров»: кровавый бархат, позолота, сотни оплавленных свечей. Люди жались по углам в полной тишине.

В центре зала, в круге, начерченном на полу чем-то блестящим и тёмным, стояли пятеро в балахонах. Шестой, в центре, монотонно читал что-то из ветхой книги. Звук его голоса давил на барабанные перепонки.

Ирина чуть выпятила грудь, чтобы камера в пуговице взяла лучший ракурс.

А потом воздух лопнул.

Резкий перепад давления заложил уши. Пламя свечей вытянулось к потолку и поменяло цвет на синюшно-белый. В центре круга тьма начала уплотняться, закручиваясь воронкой.

Из этой воронки, медленно, словно нехотя разрывая пространство, шагнул ОН.

Высокий. Немыслимо широкий в плечах, затянутый во что-то чёрное и строгое. Его лицо казалось высеченным из мрамора, но от него веяло таким первобытным, давящим ужасом, что люди вдоль стен рухнули на колени. Волосы стянуты на затылке, резкие скулы, а глаза... Ирина забыла, как дышать. Глаза были абсолютно чёрными, но в самой их глубине тлело что-то багровое, словно остывающие угли.

Она не опустилась на колени. Стояла как вкопанная, чувствуя, как дрожат пальцы.

— Отличный кадр, — прошептала она одними губами. — Просто отвал башки.

И в этот момент он повернул голову.

Сквозь густой от благовоний воздух, сквозь коленопреклоненную толпу, он посмотрел прямо на неё. Прямо в объектив её скрытой камеры.

Ледяная рука страха сжала внутренности Ирины. В этом взгляде не было ни ярости, ни удивления. Только холодный интерес хищника, который заметил в кустах необычно наглую мышь.

Тишину разорвал его голос — низкий, вибрирующий, отдающийся прямо в позвоночнике:

— Добрый вечер. Как я понимаю... пресса?