Прекрасное утро. Утро вторника пробилось сквозь щель в шторах, луч бледного солнечного света падал на кровать. Алена проснулась первой, ее тело было наполнено приятными болями — нежное жжение между ног, незнакомая боль глубже и дальше в спине, приятное хриплое ощущение в горле от звуков прошлой ночи. Ян лежал на животе, положив одну руку ей на бедро. Простыни покинули его где-то в ночи. Огонь погас. Его спина поднималась и опускалась в медленном ритме спокойного сна, мышцы двигались под кожей, изгиб позвоночника вел вниз к выпуклости ягодиц. Она долго смотрела на него. Ее муж. Это слово все еще сверкало. Затем она двинулась. Осторожно она высвободилась из-под его руки. Прохладный воздух ласкал ее соски, когда она опустилась на колени рядом с ним на матрас. Она откинула волосы с его плеча, поцеловала теплую кожу там. Едва уловимые следы прошлой ночи. Он пошевелился, но не проснулся. Еще один поцелуй ниже, между лопатками. Затем поясница. Она откинула простыню с терпением, словно разворачивая подарок. Его член мягко лежал на бедре. Даже в состоянии покоя он был внушительным — восемнадцать сантиметров, которые она сотни раз измеряла глазами, легкий изгиб вверх, выступающий край головки, видимый под крайней плотью. Она опустила губы. Не к нему. Пока нет.
Ее язык скользнул по складке его бедра. Чувствительная кожа там, где бедро соединяется с пахом. Его дыхание изменилось — судорога, более глубокое напряжение. Ее рука обхватила его яички, удивительно тяжелые в ладони, кожа была рыхлой и теплой. Она осторожно приподняла их, и ее язык нашел шов под ними. Ян издал звук. Полустон, полувопрос. «Шшш», — прошептала она, прижимаясь к его коже. «Спи дальше». Ее рот двинулся вверх. К основанию его члена. Поцелуй, с открытым ртом и влажный. Она почувствовала прилив крови под губами, волнение, медленное набухание, которое было наполовину чудом, наполовину механикой. Его член утолщился, поднялся, обрел свою знакомую форму у ее щеки. Она взяла головку в рот. Вкус чистой кожи, его самого, ничего больше — теперь без смазки, без барьера. Просто Ян. Ее язык обвел гребень, опустился в щель, и ее рука медленно, скручивающим ритмом двигала членом. Над ней его дыхание стало менее сонным. «Алена» Ее имя, выцарапанное до крови. Она ответила, принимая его глубже. Ее челюсть расширилась, горло расслабилось, и дюйм за дюймом она проглотила его, пока ее нос не уперся в темные волосы у его основания. Наполненность вызвала у нее рвотный рефлекс — она дышала, глаза наполнились слезами, одна слезинка скатилась по щеке. Его рука нащупала ее волосы. Сжатые в кулак. «Просыпаться вот так, — прохрипел он, — должно быть незаконно». Она отстранилась, раздался влажный хлопок, затем она снова опустилась. Теперь быстрее. Ее голова целенаправленно покачивалась, слюна скользила по стволу, свободная рука поддерживала его бедро. Его бедра напряглись. Его желудок впал от резкого дыхания. Она чувствовала его пульс на языке — это учащенное сердцебиение в вене под головкой. Его хватка на ее волосах усилилась. «Я сейчас залью тебе полный рот» — прохрипел он. Алена не замедлила темп. Она втянула щеки, сильно сосала, и когда первый пульс его оргазма коснулся задней стенки ее горла, она проглотила. Раз, два, третий раз. Густой, соленый и полностью от него. Она оставалась с ним, несмотря на остаточные толчки, нежно облизывая его член, словно кошка, пока он не притянул ее к себе за волосы. Его поцелуй был жадным, он чувствовал свой собственный вкус на ее языке. «Доброе утро», — сказала она, прижимаясь губами к его губам. «Самое лучшее», — согласился он.
ЛитСовет
Только что
