Читать онлайн "3/6 и рассвет"

Мне надоела серая бездушная череда повторяющихся дней. В чем смысл если жизнь состоит из одного терпения и молчания? Сколько шума вокруг. Если бы я мог заткнуть уши и выколоть глаза, просто чтобы не видеть того, кто постоянно маячит, шумит, переставляет вещи с места на место и задает вопросы. Но я не могу сделать этого. Поэтому я решил покончить с жизнью.

Но как это сделать? Следующий вопрос. Наглотаться таблеток? Но каких? Я понятия не имею. А выяснять слишком долго и нудно. Я решил уйти из жизни потому, что меня достала её муторность и тягостность и что, даже умереть нельзя без этой мороки? От самой этой мысли становилось неприятно.

К тому же, я не хочу умирать в квартире своих родителей. Этого ещё не хватало! Они приходят с работы, а я лежу в полутьме на диване, зелёный в вечереющем свете и холодный. Тут они бросаются меня обнимать и приводить в чувства, плакать. Доставать моё и так уже безобидное, недвижное тело даже после смерти! Зачем вся эта суета?

Конечно можно, когда их не будет дома, воспользоваться помощью мыла, верёвки и стульчика… Но дело в том, что я никогда не знал как выстроить эти магические предметы в очередь, чтобы всё сработало. Противно мельтешить, суетиться ,словно муравей, встраивая свою лестницу смерти. Ты испортишь люстру. А не на люстре как-то не парадно… Хоть умереть-то с роскошью я могу себе позволить,а не забившись в каком-то тёмном, пыльном углу! Повеситься в дурацком коридоре! Просто восхитительно! К тому же этот страх когда ты соскальзываешь… Страх в последнюю минуту портит всё! Я боялся и зажимался слишком долго, чтобы теперь, задумав сделать широкий жест, болтаться дохлой, трусливой крысой! То же самое, как смотреть в дуло пистолета и последним рывком заставлять себя нажать на курок. Какая-то дурацкая спешка получить то, что в конце концов всё равно придёт. В нашем доме пистолета не было, но тем не менее… Другое дело выброситься из окна… Легко и без напряга. И это лишит родителей шанса на последние нежности. Пусть попробуют сначала соскрести с асфальта! Я не хочу насолить им, пусть просто оставят меня в покое в кое-то веке!

Просто удивляюсь, как иногда приходят в голову такие светлые мысли!

Я вмиг успокоился и был безгранично собой доволен, теперь когда всё было решено и разложено по полочкам. Надо было только найти место, где можно было бы осуществить план лишения жизни. Но и с этим мне повезло! Сегодня.пришло сообщение от одной моей знакомой. Иногда все козыри идут в одни руки! Мы не были друзьями, но однажды вместе участвовали в школьном проекте. Она пригласила меня присоединиться к ней и её подругам за настольной игрой. Потому, что одна из подружек заболела. А есть такие люди которые на верят в Бога! Тогда я ей сразу не ответил. Теперь мои пальцы быстро печатали ответ. Она жила в моём доме на 15 этаже. Возможно вы спросите почему я не решил воспользоваться пожарным балконом. А я вам отвечу, что это подходило по атмосфере и всё бы испортило!

Когда стемнело, вся семья собралась за столом. Надо ж им было исполнить родительский долг: вторгнуться в самый подходящий момент и оторвать меня от приятных мыслей!

Папа сидел в телефоне, мама мыла посуду. Он время от времени бросал отрывочные фразы, комментируя новости до которых мне было, как до лампочки. “Хорошо он хоть со мной не говорит.”- устало подумал я. Но тут он обратился ко мне, вынеся на рассмотрение какой-то факт, само существование которого как и всё то что даже отдаленно было с ним связано, вызывало во мне тошноту. Подводя черту он спросил, не встречаюсь ли я с какой-нибудь девочкой. Я посмотрел на него с отвращением, которое я, с сизифовым усилием, почти сразу, попытался скрыть, растянув уголки губ до правильной ширины. Я думаю, что он не заметил ни то ни другое. “Меня пригласила в гости одна подруга”. “Ну бывают же чудеса!”- расхохотался он и хлопнул себя по ноге. Он очень любил привлекать ко всему чудеса. “Оставь мальчика в покое”- донесся мамин голос из глубины кухни,- “он сам сделает всё, что нужно!” В этот момент я мысленно пожал ей руку: иногда она говорит очень поддерживающие вещи, не специально конечно. Я действительно хотел сделать всё, что нужно.

И на следующий день, под вечер я отправился на лифте, гипнотически отсчитывающем расстояние до 17 этажа, чтобы слететь оттуда на землю. Эта мысль пьянила меня и заставляла испытывать приятную дрожь.

61 квартира

Я позвонил. дверь открыла моя знакомая с широкой деловито-добродушной улыбкой. Она провела меня в комнату и познакомила со всеми девочками. Их было там всего три: блондинка, брюнетка и ещё одна с длинными кучерявыми волосами. Я их не очень рассматривал, а волосы были первое что бросалось в глаза. И ещё белые зубы последней.

Мы сели вкруг и главный инициатор раздал карточки. Игра началась. Мне объяснили правила. Лениво, наподобие метронома, полу понимающе - полу на отвяжись, я кивал головой через каждый пункт. Светловолосая сделала особый акцент на получение очков. Наверное хотела, чтобы я выиграл. Это было мило. Как будто кто-то кричит тебе с горы, а звук никогда не долетит, и если как следует прищурится в подзорную трубу, ты сможешь рассмотреть как она машет руками. Но мне было всё равно.

Начался бесконечный и непонятный процесс обмена и передачи. Это меня утомило, тем не менее я не переставал в нём участвовать. Чтобы скоротать время до моего момента, я начал рассматривать ухо своей соседки справа. Её светлые локоны, которые время от времени поправлялись, красиво лежали за ушами. Когда они выбились из сил после очередного изнурительного обмена вперемешку с то останавливающимся, то прерывающимся неприметным разговором, наша хозяйка сказала,что можно продолжить веселиться на кухне. Я вздохнул и улыбнулся: наконец представится возможность. Все обрадовались, правда по разным причинам.

Одна за другой девочки вышли из комнаты. Я подошёл к окну и открыл его. На меня пахнула свежесть и темнота ночи. Звезды мигали мне. Я почувствовал такую свободу и счастье от осознания того, что свершаю то, что задумал. Один шаг в один вздох, я и падение… Приподнял ногу, собравшись занести её на подоконник… “Ты идёшь?”-блондинка вернулась. Я повернулся. Закрыл окно и поплёлся за ней на кухню. Как мило было меня оторвать от такого важного дела! Потом все пили колу, а я уныло жевал печенье.

Так кончилась моя первая попытка расстаться с жизнью.

***

Несколько дней ничего не происходило. Но я терпеливо ждал и надеялся.

Когда есть то, что ты решился выполнить, живётся намного легче.

Следующий шанс представился через два дня, хоть для меня это и была вечность.

Квартира 63

На днях меня попросила зайти помочь с цветами одна старушка. Так случилось, что она была мамой знакомого моего отца, и точно знала, что ей не откажут.

Я снова поднялся на лифте, постучал в дверь. Звонок был сломан. Послышались шаги, она открыла. Стоя на пороге, я почувствовал запах нафталина. Старушка провела меня внутрь. Ещё один шаг - шаг к осуществлению следующей попытки. Не хотелось думать, что будет третья. Это делало мое старание монотонным и безрадостным, лишённым всяческого ощущения свободы.

Я прошёл вглубь комнаты. Квартира, казалось, была вся пропитана ей -странный автономный организм преданно служащий только хозяйке. Сама старушка напоминала сморщенный гриб с жидкой седой паутиной волос на голове.

Она разъяснила мне положение дел: надо было пересадить пару цветов и полить остальные. Я впрягся в работу без особой радости, но с готовностью перенести всё что угодно, чтобы достичь желаемого. Растения уже были переставлены на пол и проходили стадию поливки. Я недолго буду ждать освобождения: цветы политы и пересажены. Старушка вышла из комнаты и направилась на кухню. Я слушал её медленно удаляющиеся, шаркающие шаги, Удостоверившись, что она ушла, я быстро подошёл к окну. Когда она уходила в другую комнату, казалось: вот-вот и шкафа вылезет такая же гриб-старушка и начнёт стирать пыль с полок, большой фикус в углу вдруг распрямится, насколько позволяет старческая сутулость и, опираясь на стену она подойдет и станет жаловаться на погоду и халат, висящий на бесхозной вешалке, обернётся и окажется очередной копией с седым клубком волос, закреплённым на голове спицей.

Я отвернулся и погрузился в созерцане белого неба - олицетворения свободы. Ветер подул мне в лицо свежестью. Я почувствовал радость, как от встречи со старым другом - самим собой, которого ты уже считал навсегда утерянным. Хотелось немного помедлить наедине с ним. Я закрыл глаза и разом опустил взгляд - мокрый чёрный асфальт. И я разобьюсь о него как маленькая сахарная фигурка. Я выглянул в окно, подавшись лицом в небо.

”Мальчик, идём пить чай!”- Она всё-таки незаметно подобралась.- “Чайник вскипел”. Скорее всего другие старушки-копии донесли: в доме происходит что-то важнее, её историй за чаем и она перенеслась сюда, чтобы воспрепятствовать этому - выдернуть меня из приятной реальности. Я отвернулся от окна.

Своими морщинистыми руками она надела мне на шею ярмо, и мы отправились на кухню. Я передвигал за старушкой ноги, выполняя примитивные функции человеческого организма. Желание жить отсутствовало, а существование оставалось. Противно, как иногда будят в школу, теребила за рукав и заглядывала в глаза пошлая, низкая, по-детски глупая надежда. Может ещё не поздно вписаться в нормальное общество? У них всё хорошо. Они спокойны и счастливы. В глубине души я окончательно разуверился в этом. Мираж счастливой семьи с рекламного постера диванов. Никто не застрахован от разочарований, как бы прилично они не жили. Мозг больше не мог успокаивать себя этим, кажущимся незыблемым, обманом. Стабильность счастья вещь иллюзорная.

На смену надежде пришла бодрость. Всё крутилась вокруг меня и радостно, громко говорила. “Ничего, в этот раз не получилось, значит получится в следующий раз! Нужно просто продолжать бороться!” разбавляя свои слова примитивной мотивирующей улыбкой на лице. Боже! Из всех жителей моей головы, эта, пожалуй, самая ненавистная! Мы сели за столик в кухне.

Старушка была жертвой семейного нарциссизма, почетным членом неунывающего общества словесной инквизиции и виртуозом бескровных мучений. “Я тебе уже рассказывала, что мой внук устроился на работу?”- я мотнул головой - ей не обязательно было дожидаться ответа. И она начала. Первые несколько раз мне было правда интересно, но постепенно её рассказы начали наводить на меня неотвратимую тоску. Именно рядом с такими людьми понимаешь, что значит слово долго. Долго в два раза дольше, чем ты думаешь ты сможешь выдержать, а потом когда кажется,что хуже дальше просто не может быть, наступает принятие и долго растягивается в ещё более пространную величину, петляющую между в сток и слов в бесконечность. Я сидел и давился чаем, пока она рассказывала мне про всех своих родственников, их детей, внуков, их мужей и жен, тётушек. Время от времени я улыбался. Эти улыбки были вялыми попытками отмахнуться от постылых мух-слов. Словно уствля корова, только меньше и без хвоста и копыт.

Я вернулся домой уже вечером. Бросился на кровать и заплакал. Я чувствовал себя таким одиноким и беспомощным. Попытка номер два оказалась тоже неудачной. Я ждал следующего раза с надеждой и упоением. Ожидание жизни которой для меня являлась смерть

Через три дня мамина подруга с детского сада попросила меня посидеть с её маленькой дочкой. Я сразу согласился. Финальный раз:

Квартира 69.

Женщина впустила меня. Объяснила что к чему и сказала звонить, если что-то срочное. Потом быстро собралась взяла зонт и ушла. Маленька девочка взяла меня за руку и потащила в комнату, вовлекая в игру. Она играла лисой, а я медвежонком. Своей беготнёй дети не так раздражают как взрослые. Но одновременно ты понимаешь насколько вы далеки друг от друга. Они бегают и радуются, а если нет, ты должен их рассмешить, успокоить - если плачут. Следить за ними чтобы они не ударились или не порезались. И, пока всем этим занимаешься, осознаёшь, что это не навсегда. Когда-нибудь они вырастут и станут озабоченными и грустными. А сейчас им так хорошо потому,что они ничего не понимают. Лучше ли чтобы они оставались такими или чтобы скорее произошёл перелом и они наконец-то стали несчастными?

Я бы хотел,чтобы со мной в детстве случилось что-то ужасное. Во всяком случе жить бы было интересней. Но моё проклятье заключается в том, что я буду тянуть жизнь в ожидании чего-то ужасного или чего-то неземно прекрасного, и первое наступит скорее, чем второе. Если вообще что-то наступит. Хуже всего это забвение в имитации жизни со всеми, кто жужжит над твоими ушами, приказывает, указывает, рассказывает, рассуждает, теребит, наставляет на путь истинный, изгрызывая мозг до основания. И ещё, и ещё, и ещё… Я хочу освободиться, я хочу жить своей жизнью или смертью. В полёте от неба до земли - мои секунды жизни, мои моменты решений!

Хлопнула дверь. Милое создание с бантиком поскакало встречать свою маму. “Я пойду.”- бросил я. Женщина заглянула в комнату и отправилась вместе со своей дочуркой на кухню распаковывать сумки. Я распахнул окно и встал коленями на подоконник. Раскинул руки перед прыжком в белый океан неба. В этот момент во мне смешалось всё: радость, страх, адреналин, желание продлить и оборвать этот миг и желание броситься в него с головой. Как долго я… “ Не надо снимать там паутину! Иди сюда, хоть печеньками тебя угощу!”- мама девочки мимоходом заглянула в комнату. Я отвернулся от проёма. Сердце билось так, словно хотело вырваться из грудной клетки, дыхание было порывисто. На глаза наворачивались слёзы. Голова кружилась. Не в силах выговорить ни слова, соскочил с подоконника и выбежал из комнаты в дверь. Я был вне себя. Слёзы жгли щёки. Пока лифт монотонно отсчитывал этажи. В туманном сознании то возникала, то потухала мысль: Почему? Почему? Лифт остановился, я вылетел из кабины в дверь слетел со ступенек и побежал. Потом остановился и мир остановился вместе со мной. Мы стояли и долго смотрели друг другу в глаза, пока наши губы не сомкнулись в поцелуе. Мы стояли как пара влюбленных на фоне рассвета, для которых не существует ничего кроме этого момента. Всё остальное пусть катится к чертям! С каждым вздохом, болью, хрупкостью и ударом моего сердца.