Птичка, сидя на тонкой ветке рябины, увидела жука, который лежал на спине. Жук, блестящий, будто кусочек черного янтаря, перебирал всеми шестью лапками, стараясь перевернуться обратно. Он лежал так довольно долго и птичке стало жаль его. «Бедняга, — прошептала птичка, — нужно ему помочь». Она спустилась ниже, огляделась и нашла у корня дерева тонкую палочку — прочную и легкую. Осторожно взяв ее в клюв, она подлетела к жуку и легонько подсунула палочку под его бок. Еще одно аккуратное движение — и жук зацепился лапками за землю. «Вот и славно», — подумала она и довольная вернулась на свою ветку.
Но только посмотрела вниз на землю, как увидела того же жука, который опять лежал на спине беспомощно цепляясь лапками за воздух. Как же так?
“Тебе нужно быть осторожнее, - строго сказала птичка, снова переворачивая жука, ведь меня может не оказаться рядом.” Жук лишь понуро опустил усики, он был очень расстроен. Птичка присела рядом, склонив набок голову. Она больше не сердилась, раздражение уступило место любопытству и сочувствию. Птичка старалась утешить жука, и они разговорились. Оказалось, что жука зовут Жу Кин Кун, он лежал на спине чтобы рассмотреть небо, он очень завидовал птичке, ведь она видела небо каждый день. Огромное, голубое, с облаками, да что там видела, она жила в нем.
“Какое оно? — спрашивал жук.” И птичка рассказала ему, как выглядит лес с высоты и как сверкает вдали река. О небе — прекрасном, широком, бескрайнем, как огромный купол. “А я вижу только землю, траву и листья, — пожаловался жук.” Однажды я целый день поднимался по травинке и забрался так высоко, что смог увидеть лоскуток неба, но такой крошечный, как комариное крылышко. А мне просто необходимо увидеть небо, говорят оно высокое, светлое, божественное, поэты пишут о нем стихи, это самое прекрасное, что есть на свете и такое недосягаемое.
“Небо можно увидеть во всем, в капле воды, в лепестке василька, в спинке жука, нужно только постараться, — прощебетала птичка и улетела. “ Жук вытягивал голову, привставал на лапках и даже медитировал, он так старался, что у него заболела голова, но так и не смог увидеть небо. “Что ж, уже поздно, — подумал он и пошел домой.” Он зашел в свою комнатку, она была маленькой и тесной, в ней стояли только кровать, стол да табуретка, которую давным-давно сделал его отец. Жук посмотрел на нее, на грубоватые ножки, неровное дерево, под слоем потертой белой краски была голубая, и увидел небо.