Читать онлайн "Интерлюдия 1. Месть"

Среди узких высоких улочек, лабиринта поворотов, скрытых тесных закутков и тупиков, бесконечных верениц дверей, каменных лестниц и стен, выполненных из красного песчаника, трое путников в накидках подбирались к возвышавшейся над основными постройками башне. Здание, словно длинный черный перст, указывало в нависшее небо, усеянное звездами.

Неизвестные семенили по вымощенной булыжниками мостовой. Их головы прикрывали капюшоны, а лица скрывала темень. Луна иногда высвечивала бронзовые пряжки, серебряные пуговицы и позолоченные головки эфесов, видневшиеся из-под развевающихся плащей.

Только раз им так некстати попался в переулке человек.

Грязный оборванец, лежавший у канавы на обочине дороги, не вовремя очнулся, рыгнул и почесал бок. Заметив же нечаянных прохожих, он обрадованно и беспечно, уповая на наживу, пролепетал что-то сонно-невразумительное. С трудом поднявшись из вороха вонючих лохмотьев на четвереньки, нищий присел на колени и, как водится, начал истово молить о милостыне, протягивая корявые руки над кудлатой головой и еще толком не понимая, с кем повстречался.

Путники не расщедрились на подаяние, кроме одного дара – глянцевая сталь сверкнула под лунными лучами и вонзилась в горло несчастному. Удивленный бродяга боком завалился на брусчатку, захрипел, силясь защититься и оттолкнуть от себя обидчика, но крепкий убийца купировал всякое сопротивление, ловко сминая жертву под собой. Цепкая рука в дорогой перчатке прикрыла щербатый рот горемыки, не дав ему возможности даже пискнуть.

Вскоре тихая суматоха закончилась, нищий обмяк, перестав дышать, и трое направились дальше по своим делам, как ни в чем не бывало, оставив позади себя истекающий кровью труп.

- Неужели такие предосторожности действительно нужны?- апатично протянул Ганель Хором.- Кстати, я уже устал бегать из очередного «безопасного места», как вы ранее утверждали, к другому. Когда это закончится?

- Простите, господин Ганель, но визирь Кашпата непреклонен в этом вопросе, как и великий султан Сагих. Безопасность превыше всего.

- Мне-то что от этого,- отрывисто возразил Ганель, следуя за провожатыми, один из которых вытирал дорогой кинжал о шелковый платок. - Ваши проблемы меня не интересуют! Если в этой дыре не найдется средств и достойных схронов, обеспечивающих мне будущее и безопасность, тогда зачем вы мне вообще сдались? Лучше я покину Ларинтий и двинусь дальше на восток к Сухрабу!

- Боюсь, что это… э-э… неразумная мысль, господин, ибо красные пески таят опасность! В случае вашего исчезновения мы не готовы гарантировать защиту. Такие условия изначально оговаривались, и вы, смею напомнить, на них согласились, господин.

Ганель хмыкнул, его глаза засияли белесым, во тьме это выглядело вдвойне зловеще. Говорливый спутник замер, прикусив язык.

- Угрожать мне вздумал, гаденыш! - сурово и не без надменности процедил Ганель, демонстративно кладя руку на рукоять катаны. - Владеешь магией, песочный червь, как и твои хозяева, и возомнил о себе, Предок знает что! Может, убить вас двоих, дабы неповадно было? - Ганель приблизился вплотную к резко побледневшему собеседнику и с угрозой прошипел: - Я потомок дракона, Талех! Может, мне следует напомнить тебе, что это значит?

Названный Талехом испуганно сглотнул.

- Э-э-э! Не надо, господин!- запинаясь, затараторил проводник. - Я все прекрасно помню, но и вы войдите в мое положение! Султан покарает меня и мою семью за то, что я допустил ваш уход из страны. Магистры Лунной Башни умеют колдовать, знают науки и законы природы, а также ухитряются развязывать языки пытками ничуть не хуже, чем иные из отъявленных палачей. Смилуйтесь, господин! Прошу, наберитесь терпения, борьба с кознями недругов дорогого стоит. Они тоже не сидят на месте сложа руки. Положитесь на нас.

- И чем вы мне поможете?

- При непредвиденных обстоятельствах мы хотя бы предупредим вас об опасности и примем меры для немедленного укрытия!..

- Я и не сомневался, что вы бесполезны, - с презрением плюнув на дорогу и отстраняясь от колдуна, произнес Ганель, - надеюсь, ваши старшие хозяева не такие размазни!

Талех вздохнул и двинулся дальше. Возобновлять спор не имело смысла. Упрямый чужеземец из сказочного народа вряд ли проявит сострадание и станет слушать его надуманные оправдания.

Второй спутник, давно закончивший чистку ножа, наконец-то убрал оружие в ножны, с облегчением переведя дух.

Бесконечные стены неисчислимых домов расступились, открывая просторную площадь, покоившуюся в тени. Магические фонари отключили, а возле главного входа стоял маг-привратник с дюжиной хорошо вооруженных солдат за спиной. Не менее тридцати солдат бродило по окрестности, стояло на страже всех выходов и входов, выискивая нарушителей.

- Переживать не стоит, господин, ближайшая территория, в том числе дома и строения, принадлежат последователям Лунной Башни, кроме того везде установлены следящие артефакты, поэтому незамеченным сюда никто не проникнет.

Ганель только фыркнул в ответ.

- Посмотрим!

Добравшись до дверей башни, они предстали перед немолодым мужчиной в темно-синей мантии. На груди у привратника красовалась золотая цепь с каким-то символом, походившим на изображение месяца в новолуние, видимо, указывающим на его место в иерархии волшебников.

- Старший маг Овиста, гость сопровожден! Происшествий не произошло!- Талех поклонился.

- Отлично, - бодро и звонко ответил магистр-привратник, хлопая в ладоши.- Тогда разрешите вас сопроводить далее, господин Ганель! Прошу пройти за мной в здание!

Глаза Ганеля зажглись светом. Он скрупулезно осмотрел говорившего, не обращая внимания на немедленную суматоху, образовавшуюся из-за его действий. Выстроенные в боевой строй солдаты заметно напряглись. Талех опасливо попятился в сторону, предусмотрительно отступая подальше от Ганеля, их молчаливый «убийца бедняков» нервно заерзал под полами накидки, на всякий случай выискивая оружие.

- Посмеешь вытащить клинок, и я тебя прикончу, придурок! Выпотрошу голыми руками, как песчаного зайца, - грубо заявил сын племени Дракона, покосившись на бывшего соратника. Тот мгновенно перестал копошиться под плащом, вняв угрозе.- Красиво, конечно, но уж много ловушек! - сухо заметил Ганель, оглядывая башню через технику «Пронзающие глаза».- Хм! И ты думаешь, что я добровольно войду в эту западню? Видимо, вы тут совсем из ума выжили, чертовы колдуны! Надышались испарениями от алхимических отрав и несете какую-то бредятину!

- Ловушки находятся в спящем режиме, господин Ганель. Они безвредны для гостей, которые не нарушают порядка. Только старшие маги способны их активировать при нападении на башню. Вам опасаться нечего, уверяю, ведь с вами заключен договор кровью. Нарушение плачевно скажется на магистре Атце и визире Кашпата, а умирать они, по крайней мере, в ближайшее время, не собираются, как мне кажется. Мы ценим условия скрепленного соглашения.

- Кхм!- Ганель недоверчиво повел плечами, снова бросая беглый взгляд на громоздившееся перед ним здание, а затем на лицо говорившего. Он понимал, что деваться некуда и ему придется вступить в эту ничего хорошего не сулящую цитадель.- Так и быть. Показывай путь, маг.

Первый этаж, самый просторный и пустой, потому что обучение в Башне еще не началось, состоял из сумрачного зала, слева от которого тянулись лектории, справа кабинеты для обособленного обучения и практики, а впереди, перед огромной винтовой лестницей, ведущей на второй этаж, стойка для регистрации. За стойкой находились пустующие кресла работников, которые в дневные часы первыми встречают учеников и полноценных магов. На полках рядом покоились громадные гроссбухи с именами и данными гостей, вносившими плату за обучение, пользование библиотекой, артефактами и зачарованными кабинетами.

- Прошу, уважаемый Ганель, - вежливо предложил привратник Овиста, забирая из рук подчиненного светильник и указывая на винтовую лестницу. - Нам на третий этаж.

За ними, словно тень, следовал угрюмый Талех, а солдаты и их третий спутник-убийца остались позади, у входа.

- Магистр Атце уже в лаборатории и готов, как и несколько неофитов из младших,- продолжал пояснять Овиста по дороге. - Я, являясь старшим магом, буду ассистировать.

Ганель устало и безразлично вздохнул.

- Да делайте что хотите, колдуны треклятые, только выполните свою часть договора!

- Всенепременно, господин Ганель, всенепременно!- Овиста кривовато осклабился, будто извиняясь за неудобства.- Сюда!

Ганель все больше и больше хмурился. Ему не нравилась эта дальняя жаркая страна с красными пустынными пейзажами вокруг, не нравился сам пыльный город и его жители, хитрые и угодливые, не нравилась тихая башня и ее «заботливые» работники, но деваться было некуда, он уже согласился укрыться за непробиваемыми стенами Ларинтии.

На втором этаже располагалась библиотека с читальными залами. В центре среди господствующего мрака Ганель разглядел освещенный магией участок. За громадным столом сидел работник, древний старец, заботливо ремонтировавший дрожащими пальцами ветхие фолианты, пергаменты и глиняные дощечки. То, что он не мог собственноручно исправить, складывалось в отдельную стопку, чтобы поутру ее забрали в мастерскую помощники или ученики.

Островок жизни, окруженный морем тьмы, где одиноко трудился библиотекарь, выглядел утерянным клочком пространства, навеки оторванным от остального мира.

Седой заросший мужчина в серой рубахе-власянице оторвался от своего занятия, проводив путников недобрым взглядом, от которого стало не по себе. На груди старца висел круглый медальон.

Овиста, на мантии которого также красовалась эмблема ордена магов Ларинтия,- круг полной луны, который разделяла на два равных кусочка копия знакомой остроконечной башни, - брел дальше по винтовой лестнице, не обращая внимания на неудовольствие потревоженного коллеги. Ганель и Талех двигались за ним.

Перед входом на третий этаж была установлена тяжелая, окованная железом дверь с каким-то магическим рисунком в центре: концентрические круги, треугольники, прямоугольники и квадраты; где-то на точках их пересечения сверкали желтые, фиолетовые и синие кристаллы, заряженные чем-то опасным.

Ганель сразу почувствовал неладное, не имело смысла даже активировать технику, чтобы разобраться в очевидном – от конструкта веяло жуткой энергией. По спине безотчетно пробежали мурашки, сын народа Дракона напрягся и неуверенно отступил подальше от вредной игрушки. Овиста и Талех удивились робости гостя, подмечая про себя новый нюанс для изучения и обсуждения с магистрами.

Маги совершенно спокойно приблизились к изображению и принялись подбирать ключи к оригинальному замку. Несколько пасов руками - и механизм внутри двери наконец зашевелился, защелкал и зазвенел, застучали невидимые цепи, заскрипели шестеренки, несколько кристаллов потухло, и дверь открылась.

- Господин,- Овиста окликнул Ганеля и вошел в помещение.- Осталось пройти немного. Кабинеты лаборантов-учеников и магов-исследователей, потом комнаты пациентов, и мы придем в лабораторию.

Горели факелы на стенах длинного коридора, украшенного гобеленами, вазами в человеческий рост, мраморными скульптурами и картинами в золоченых рамах. Под ногами расстилался крупноворсный серо-синий ковер. В прохладном помещении пахло, помимо сгораемого дерева и жира, чем-то неуловимо резким и сладким - химикатами.

Они молча зашагали вдоль коридора, иногда встречая по дороге закрытые дубовые двери с табличками, которые вели в личные покои работников лаборатории. Дошли до очередных железных врат, правда не таких увесистых, как прежние, и с помощью чар открыли и их.

Небольшой прямоугольный зал, больше походивший на тюрьму с решетками, встретил прохладой и сыростью, затхлым запахом пота и крови. Два надзирателя почтенно поклонились вошедшим, затем отдельно поприветствовали привратника. По бокам помещения сквозь металлические прутья слышалось бормотание людей, их визг, плач и пробирающий смех.

- Там располагаются комнаты умалишенных, - пояснил Овиста, видимо, уловив тень недоумения на лице Ганеля. - Мы используем дурачков для экспериментов. Ничего особенного. Родственники иной раз рады избавиться от обузы, а мы к тому же еще и платим. Порой даже удается излечить некоторых, но это редкость, чем правило.

- Помогите,- вдруг завопил какой-то чумазый бородатый мужчина. Он припал к прутьям решетки и с безумными глазами стал шарить по новоприбывшим. - Я не помню, кто я такой! Кто я?! КТО?! Ответьте мне! А-А-А!

Дежурный маг подошел к нарушителю спокойствия, к этому моменту разрыдавшемуся, как дитя, и использовал сонное зелье. Изможденному мужчине, походившему на скелет, с силой влили в рот жидкость, отчего он почти сразу упал на пол без чувств. Дежурный маг отволок пленника к кровати.

- О, данный экземпляр особенный, - продолжал вещать Овиста между делом, проходя пост дежурных к заранее отворенной решетчатой двери, за которой виднелась высокая зала с каким-то странным инвентарем, похожим на пыточные приспособления.- Он уже у нас давно. Массовое помешательство, как утверждают некоторые, выразившееся в потере памяти. Да, нам удалось заполучить один такой редкий образец для себя, но вернуть воспоминания субъекта не получилось, впрочем, как и у наших конкурентов из других школ. Ни магия, ни обряды, как нарочно, не возымели нужного эффекта, а между тем это сотворил кто-то по-настоящему могущественный, но что за способ он избрал и применил, мы до сих пор не знаем и вряд ли когда-нибудь догадаемся. Причем мы не ощутили воздействия магии на организм пациента. Возможно, из-за примененного колдовства, возможно, из-за времени. Эх! Провал-провал! Такое часто случается в нашем ремесле. Исследования – дело тонкое. Пациент раньше служил в Саурме, был, кажется, командиром кавалерийского отряда. Из благородных, чтоб вы понимали. И вот так низко пал…

- Да начхать мне!

Лаборатория в самом деле чем-то походила на пыточную комнату. Повсюду цепи, крюки, кандалы и крепежные приспособления, острые инструменты и оборудование, которое уместнее бы смотрелось в мастерской у какого-нибудь кузнеца или палача. Антураж также составляли множество неуютных деревянных столов, запачканных пятнами от засохшей крови, а также от чего-то коричневого или желтого. И Ганель догадывался, от чего именно. Воняло здесь соответствующе.

Ведра с тряпками размещались в отдельном углу, между бочками с водой и обитым медью столом, на котором лежало развороченное тело какого-то подопытного. Половина органов у мужчины отсутствовало, как и голова. Кверху торчали окровавленные ребра, обрамлявшие непристойную пустоту грудной клетки.

Странно, но ни одной мухи тут не водилось. Ганель решил, что они так же, как и он, чувствовали угрозу от давящих стен Башни, иначе говоря, опасались и облетали защитные барьеры стороной.

- Умные гадины, не то, что я, - в сердцах подумал «гость».

Ганель быстро нашел место, куда убрали изъятые части бедолаги. На противоположном конце зала справа находились стеллажи, тянувшиеся к потолку. На полках хранились помутневшие банки с формалином и образцами глаз, сердец, легких, мозгов, позвоночников, рук, ног, эмбрионов и тому подобным безобразием.

- Оригинальное увлечение, - иронично пробубнил Ганель, впрочем ничего оригинального в этом не находя и не скрывая своего отвращения.- Маги всегда слыли не более чем бездушными мясниками, которым нет надобности скрывать свои извращенные склонности и помыслы, как обычным людям! Простых граждан за такое ждало бы общественное порицание да плаха, но не ученых мужей, конечно же.

- О, господин, данное тело всего лишь объект для изучения и ничего более, - мелодично ответил Овиста, словно презентуя личную коллекцию, предмет его неоскудевающей гордости. - Маленькое допущение к жестокости в целях постижения такого обширного понятия, как бытие. К тому же наука и магия требует жертв для постоянного развития.

- Вы это ему скажите, - Ганель мотнул головой в сторону трупа. - Думаю, он с вами бы не согласился, если бы смог!

Они остановились. Овиста просиял, метнув быстрый взгляд на человеческие останки.

- О-о! Младший маг Орекут был не против и даже, наоборот, - только рад! Он лично завещал свои органы на благо бесценных исследований, которые сам когда-то и проводил!

Ганель ошеломленно воззрился на Овисту.

- То есть он сам пошел на это? Добровольно?!

- Ну конечно же, дорогой гость, конечно же! А как иначе! Ах, заиметь свежее тело одаренного - самое настоящее испытание. Брат Орекут понимал данный факт, как никто другой, и, умирая от болезни, лично распорядился о передаче себя в надежные руки товарищей из Лунной Башни. Такой вот подарок напоследок, которому нет цены. По-настоящему преданный делу коллега, каких поискать!

Ганель скривился от омерзения и от понимания того, что в голове у этих чертовых магов творится невесть какая сумятица. По его личному мнению, привратник и его «товарищи» неплохо бы смотрелись в камерах рядом с теми умалишенными, которых они так преданно коллекционируют и… мучают.

Не в силах больше видеть блаженно-одухотворенного лица Овисты, он промямлил в ответ что-то невразумительное, после чего двинулся дальше.

- Ублюдки любят диковинки,- между тем размышлял Ганель, подходя к центру лаборатории.- Как бы не попасться к этой шайке на крючок и не расположиться на соседнем столе возле чрезвычайно «щедрого» брата Орекута или тем, что от него останется к тому времени. Тушку представителя из народа Дракона, разумеется, они бы хотели получить с куда большим рвением, чем простого одаренного!

Помещение освещалось здесь достаточно, чтобы без проблем проводить разнообразные опыты, причем в любое время суток. У стены слева располагались скамьи для учеников в виде секции амфитеатра, где каждый задний ряд возвышался над передним.

У трибун, на помосте, имелась кафедра с небольшим столом, обтянутым темно-серым сукном, и с шестью удобными креслами за ним; на четырех сидели люди.

- О, господин Ганель, как я счастлив вас видеть! - зычно провозгласил полный мужчина, вставая с седалища, отчего оно подозрительно скрипнуло. - Вы наконец-то нас почтили своим присутствием!

Холеное и выбритое дружелюбное лицо загорелого магистра Атце заколыхалось, когда он спустился по трем ступеням к гостю. Затем толстяк неожиданно прильнул к Ганелю и обнял его, словно давно не видевшего родственника.

- Как я рад, как рад! - промурлыкал нынешний владыка Башни, отстраняясь от Ганеля. – Надеюсь, без происшествий? - Безжалостный, прожигающий взгляд тут же метнулся в сторону Талеха, который неосознанно вжал голову в плечи. На ум приходила одна аналогия: птенец застыл от страха перед змеей.

Перемена была такой стремительной, что Ганель даже растерялся от неожиданности. Перед ним на секунду предстал какой-то другой человек, не хлебосольный хозяин, а жестокий надзиратель.

Талех сбивчиво поведал о пути в Башню. Удовлетворившись рассказом, суровый Атце стал прежним – добряком с вкрадчиво-веселым голосом. Он увлек Ганеля за собой на кафедру, где их терпеливо ожидали три мага из старших. Привратник тоже устроился в одном из кресел, деловито беря в руки лист бумаги, пододвигая ближе чернила и перо, чтобы вести запись «процедуры».

- Располагайтесь на моем месте, господин Ганель. Сейчас мы начнем. Вы не сердитесь, но это очень важный день, - Атце взглянул на небольшое зарешеченное окно у потолка, используемое для вентиляции, за которым проглядывало темное небо. - Или ночь. Не суть важно, главное, что вы пришли, нам никто не помешал, и мы можем спокойно трудиться.

- Надеюсь, вы не забыли о контракте, - напомнил Ганель, неуклюже плюхнувшись на предложенное седалище. - Если со мной что-то случится, то вы и визирь умрете.

- Хо-хо-хо! О таком даже если захочешь, никак не позабудешь. Ну, бросьте, будет вам, господин Ганель! Зачем нам эти ненужные пересуды. Они только нервируют. Кровный договор, - магистр холеной левой рукой одернул ворот своей дорогой белой рубахи, показывая какой-то вычурный знак на шее, вытатуированный красным,- прекрасно действует. Самовольно ни я, ни наш достославный визирь Кашпата разорвать его не в состоянии. Я не против неукоснительного соблюдения условий, ведь за это причитается кое-какое вознаграждение, а ценнее того материала, который вы собираетесь нам преподнести, я, честно признаться, мало что могу себе представить. Хо-хо-хо! Нашей Башне оказана великая честь и особая привилегия! А теперь к делу. Я пригласил для работы магистра Элли. Дорогуша, подойдите-ка.

Единственная девушка среди собравшихся мужчин улыбнулась и встала с кресла. В руках она держала ларь без крышки. Волшебница была одета в мантию магистра, правда выцветшую, слегка запачканную и изношенную. В некоторых местах можно было заметить химические пятна, а в некоторых и жженые прорехи. Магистр Элли явно относилась к той категории членов Лунной Башни, которые проводили все рабочие и свободные часы за алхимическими изысканиями.

Миловидное лицо уже немолодой женщины, непослушные кудри которой торчали во все стороны, располагало, но ровно до той поры, пока вы не встречались с ее безумным глазами над темными полукружиями нижних век; в них угадывалось наваждение.

- Мисс Элли - наш лучший эксперт в области медицины, алхимии и травоведении. Она возьмет пробы крови. А остальные будут вести запись мероприятия. Магистр…

- Женщина? - презрительно бросил Ганель, перебивая магистра. - Не нашли кого получше, чем бабу?

- О, она профессионал, господин Ганель, - добродушно возразил Атце. - Мастер своего дела, будьте уверены! За нее я могу поручиться, как за себя. Так же, как и за остальных магистров – Сизарио, - Атце указал на сидящего за столом лысеющего мужчину, - и за Колео, - второй мужчина с хитрым прищуром кивнул в ответ. - Они все всё знают, в них вы можете не сомневаться.

- Да-да, будь по-вашему! Пусть приступает уже, - огрызнулся Ганель.

- Ну что ж, начнем с пиявок, - упоенно произнесла Элли, подходя ближе и ставя на стол дорогой ларь, из которого вытащила аспидную тварь размером с ее ладонь.- Позвольте, господин?

Она демонстративно поднесла сокращающегося и удлиняющегося червя к скривившемуся Ганелю.

- Больно не будет.

- Ага, только мерзковато, - простосердечно прокомментировал Атце. - Хо-хо-хо! Гнусные липкие поганцы, как ни посмотри, но чрезвычайно полезные. Некоторые из людей ведут себя так же… Хо-хо-хо!

Ганель с подозрением глянул на хозяина Башни: не имел ли он в виду чего-нибудь оскорбительного, завуалировав посыл? Тот в ответ разразился добродушным хохотом, без намека на какое-либо лукавство. Мясистая морда Атце безобразно подергивалась и колыхалась при смехе, Ганель не выдержал и отвернулся.