Читать онлайн "Моя левая сторона"

Первая встреча

— Привет, Рон! — услышал я незнакомый голос позади себя…

Был прохладный вечер ноября 1999 года. Я сидел на скамейке неподалеку своего дома, допивая бутылку дешевого виски и думая о том, насколько хуже еще может быть моя жизнь и могу ли я быть еще более никчемным, чем сейчас. И я уж точно не хотел вести ни с кем диалоги, но понял, что мне уже не избежать этого. Я даже не мог себе представить, кто может ко мне обратиться, да и было все равно…

Обернувшись, я увидел парня лет двадцати трех с белыми волосами средней длины и голубыми глазами; взгляд был широким, будто он когда-то видел какой-то ужас… Одет невзрачно: темные штаны и какая-то длинная темно-зеленая кофта с рукавами, которая закрывала его руки. Но это все я рассмотрел лишь через пять секунд. Первое, что бросилось в глаза, — это его ужасный, очень небрежно зашитый шрам на левой щеке: это были как порезы, их было около трех, а один из них заходил аж на переносицу. Выглядело это ужасающе, я даже немного испугался. В этот момент он обошел вокруг скамейки и сел…

— Не возражаешь? — спросил он.

— Да нет, — равнодушно ответил я, сделав глоток виски, — откуда ты знаешь как меня зовут?

— У тебя на рюкзаке значок, на нем написано «Рон», или это не твое имя? — спросил он со странной, но доброй улыбкой.

Этот значок когда-то подарил мне мой брат, когда я перешел в старшую школу. Это все, что осталось. Каждый раз этот значок напоминает мне, что я просто трус… ненавижу…

— Что тебе нужно от меня? Я даже не знаю, кто ты… да и плевать, — махнул я рукой и снова выпил.

— Я — Алан! — представился он, так и не поняв намека, что я не хочу общаться,

— Мне было грустно, и я решил пройтись, подышать свежим воздухом в этом новом для меня городке, осмотреться…

Этот новый для него городок назывался Блэкуэлл, Англия. Я его ненавидел всем сердцем, хоть и родился тут.

— Мне тут нравится, — продолжал он, — немного загадочный, со своей историей…

— Ну, я рад за тебя, — перебил я его, потому что мне просто не интересно.

— Сколько тебе лет? — спросил он.

— Двадцать пять.

— А мне двадцать шесть. Чем увлекаешься? — снова спросил он, игнорируя мое нежелание продолжать диалог. Я не выдержал даже пары его вопросов.

— Какая тебе разница?! Я тебя не знаю! Почему я должен тебе что-то рассказывать?! Ты видишь, что мне не до тебя!! — вскочил я, перевернув бутылку ногой, взял рюкзак и направился к дому, услышав вслед только: «Увидимся еще!».

Домой я шел очень злым и нервным, хотя понимал, что этот парень не виноват ни в чем. В этот момент я вспомнил Джека: он тоже всегда был настойчив в общении, даже если это было не вовремя. Я злился на него, но сейчас мне этого очень не хватает.

Идя, я испытывал и грусть, и гнев, и все ту же жалость к себе. Я был настолько пьян, что уже и сам не мог разобрать свои чувства… Зайдя домой, я упал на кровать, не сняв одежду, и сразу уснул, даже не подозревая, что этот вечер навсегда изменит мою жизнь…

Я проснулся около одиннадцати утра, в мою комнату пробирались лучи солнца. Приоткрыв глаза, я увидел, как вокруг всё окутал яркий свет; ощутив тепло на своем лице, на секунду мне показалось, что не всё так уж плохо. Я смотрел в окно и вспоминал яркие моменты своей жизни — в эту секунду мне впервые за долгое время было так хорошо…

— Рон, вставай! Нагулялся вчера?! Тебе на работу сегодня! Мы тебя с отцом кормить не будем! В общем, мы уходим в больницу, будем через пару часов! Поесть сам себе приготовишь и посуду помой! — крикнула мама через закрытую дверь моей комнаты, вернув меня в реальность.

— Хорошо, — ответил я равнодушно.

Когда-то давно мама была гораздо добрее, заботилась о нас, спрашивала, как дела, и я чувствовал ее любовь, но этого уже давно нет. Отцу всегда было не до нас: он инженер и много работал, вот сейчас — по больницам. Мне со временем стало так же всё равно и на них: всё, что они делают, — унижают меня, сравнивают с другими и просто ненавидят. Поэтому я часто ухожу из дома и шатаюсь где-то. Порой мне хочется, чтобы они исчезли, как бы ужасно это ни звучало.

«Хи-хи, на работу», — подумал я про себя, ведь меня уволили пару дней назад. Я работал в небольшом магазинчике на кассе, платили копейки, а я должен был постоянно выслушивать претензии, вот и поругался, не выдержал…

Не об этом я мечтал когда-то, кинув взгляд на свою гитару — уже с порванными струнами.

Помню, как Джек просил постоянно сыграть ему что-то, хотя я так особо и не научился ею владеть; он всегда поддерживал меня, в отличие от остальных.

Спустившись на кухню, на столе я увидел завтрак: это была глазунья с беконом и тостами. Да, мама всегда говорит, что сам себе приготовишь, но в итоге готовила мне очень неплохую еду. Не понимаю, зачем она так издевается, меня это еще больше выводило из себя; лучше бы уже тогда и не готовила.

Пока их не было дома, я мог насладиться тишиной и подумать о своем, но тут постучали в дверь.

— Кого принесло уже? — пробурчал я, бросив тарелку в раковину.

— Это Лэйла! Я знаю, ты дома один, видела твоих родителей!

Открыв дверь, я увидел, как она стоит с каким-то — наверное, как обычно — куском пирога, который ее мама приготовила. Одета в свое самое невзрачное платье, с слегка запутанными волосами. И с довольной улыбкой на лице, будто у нее счастливая жизнь, хотя это далеко не так.

— Привет! Заходи, — хоть я не очень сейчас был рад ее приходу.

— Как ты? — спросила она и поцеловала в щеку.

Да, мы с Лэйлой встречаемся уже пару лет, но она давно стала для меня призраком. Иногда видимся — и хорошо, мои мысли сейчас заполнены далеко не этим. Но она никогда не забывала обо мне, и даже порой ее навязчивость раздражала меня.

— Всё нормально, — ответил я, и мы пошли пить чай.

Посидели мы минут десять практически в тишине. После я проводил ее до двери.

— Погуляем сегодня? — спросила она в надежде, что я соглашусь.

— Нет, прости, сегодня нет, есть дела. Мы обязательно погуляем, обещаю, — успокоил я ее и закрыл дверь. А сам пошёл собираться, чтобы уйти из дома до прихода родителей.

Выйдя на улицу, солнце куда-то исчезло, и меня снова охватили мрачные мысли. Я шел по той же улице, по которой ходил все свои двадцать пять лет, давно перестав замечать вокруг себя что-либо, и, возможно, даже красот этого маленького, но так ненавистного мне городка. Я шел и думал: почему моя жизнь именно такая? Почему я не стал другим? Почему у меня такие родители? Почему я не гитарист и у меня нет красивой девушки? И нет даже работы? И почему нет рядом Джека? Эта мысль пробуждала во мне слезы. Я ненавидел себя и свою жизнь. Я просто существовал, но не жил.

Прогуливаясь, я снова вернулся к вчерашнему месту, где всё так же лежала пустая бутылка виски. Я положил ее в рюкзак, чтобы потом выбросить.

— Привет! — услышал я уже знакомый голос…