Выберите полку

Читать онлайн
"Пески Марса или Долгое ожидание"

Автор: Олег Паринов
Пески Марса или Долгое ожидание

Красный цвет - не всегда это кровь,

Иногда он рождает надежду.

Из страданий появится новая жизнь,

Сбросив смерти печать, как одежду.


1

Песок был повсюду. Красный, розовый, и даже блекло-серый, в зависимости от того под каким углом на него падали солнечные лучи. Но все-таки больше кроваво-красный. Да, этот цвет подходил ему больше всего. Марс ‑ четвертая планета от Солнца, названная в честь древнеримского бога войны. И сегодня ее красные пески собрали свою кровавую жертву.

Семен крепко сжал зубы. На миг ему показалось, что на них сухо скрипнул песок. Но это было невозможно ‑ он был в тяжелом скафандре для выходов в открытый космос 1-го класса защиты. И именно это, видимо, спасло ему жизнь. Но вот только надолго ли...

Космонавт лежал на боку. Он пошевелился и посмотрел назад. В полусотне шагов от него по песку были разбросаны безжизненные обломки космического корабля «Искатель». Судя по разбитому вдребезги остову командной рубки, больше из экипажа никто не выжил. В разреженном воздухе красной планеты быстро таяли запасы кислорода из пробитого баллона скафандра.

Уцелевший космолетчик попытался встать на ноги. Одеревеневшее тело с трудом подчинилось. Семен прислушался к своим ощущениям. Серьезных повреждений ‑ переломов и внутренних травм ‑ вроде бы не было, лишь пара-тройка ушибов. Самодиагностика защитного костюма показывала, что воздуха хватит примерно на десять часов, но это если Семен сможет ликвидировать утечку кислорода из баллона. Если нет, то у него в запасе в лучшем случае минут сорок.

Космонавт нащупал на поясе техническую аптечку. Нажатием сбоку на специальную защелку открыл ее и принялся копаться внутри. Видимость через стекло скафандра была так себе. К тому же зеркальце на рукаве было разбито, что значительно усложняло задачу. Действовать приходилось больше на ощупь. Но не зря же он столько времени провел на тренировочных тренажерах. Кожух наспинного ранца скафандра был поврежден. Сквозь прореху выглядывал металлический бок баллона с небольшой вмятиной. Именно здесь была дыра, через которую кислород уходил в атмосферу.

Семен нашел в аптечке пульверизатор со специальным клеем. Сдвинув в сторону предохранительный колпачок, он навел сопло распылителя на место утечки на боку кислородного баллона. Нажал на курок и...ничего не произошло. Курок легко утопился в рукоять пульверизатора, но из него ничего не вылетело. Подняв распылитель на уровень лица, Семен увидел лишь небольшую каплю клея, выступившую из направляющей трубки. Долго раздумывать о причине случившегося было некогда. Космонавт поднес пульверизатор к пробоине на баллоне и принялся размазывать клей, заделывая щель. Через несколько минут на лицевом щитке внутри скафандра загорелась зеленая лампочка. Уровень кислорода в основном баллоне перестал падать. «Получилось!», ‑ облегченно подумал Семен и вдруг ощутил невыразимую грусть о своих погибших товарищах. Их лица одно за другим проплыли перед его мысленным взором.

Загрустивший космонавт крепко зажмурился и вновь открыл глаза. «Не раскисать ‑ приказал он сам себе. ‑ Для начала проверим обломки корабля. Остается небольшой шанс, что не один я выжил. Да и запасной баллон с кислородом мне не помешает». Развернувшись, Семен медленно пошел к месту крушения космолета.


2

В желто-оранжевом небе Марса ярко светило солнце. Светофильтр скафандра с трудом справлялся с нагрузкой. Автоматическое затенение барахлило, и время от времени Семену приходилось жмуриться от солнечных лучей. Потом автоматика срабатывала и вновь подбирала нужную степень затемнения стекла скафандра. «Зачем нужно было отказываться от простого откидного светофильтра? ‑ в который раз ругал ученых умников космонавт. ‑ К тому же лишняя трата энергии аккумуляторов...»

Покопавшись среди обломков корабля, Семен нашел слегка помятый, но сохранивший герметичность баллон с кислородом и медицинскую аптечку. Из технических приборов уцелел управляемый зонд. Как раз его Семен сейчас и запускал, настроив передачу изображения на экран своего скафандра. Летательный аппарат стремительно взмыл вверх и повис в сотне метров над местом падения корабля. На экране скафандра появилась картинка окружающей местности. Как и ожидал Семен, вокруг был сплошной песок вперемешку с мелкими булыжниками. Лишь кое-где из песчаного моря островками выступали каменные пустоши. По направлению к северному полюсу на самом горизонте виднелись пологие возвышенности. На востоке в километрах трех-четырех по земным меркам ровной полосой тянулась глубокая впадина. Парящий в оранжевом небе зонд определил ее примерные размеры: километр в ширину и пятисот метров в глубину. «Ну и куда мне теперь податься?», ‑ подумал космонавт.

Семен щелкнул тумблером встроенного в скафандр передатчика, и некоторое время вслушивался в шум помех. «Что я хочу услышать?» ‑ грустно спросил юноша сам себя. На всей планете он был один.

Задачей их экспедиции было исследование южной части одной из обширнейших песчаных равнин Марса. Планировалось совершить посадку, взять пробы грунта, изучить состав атмосферы и провести еще кучу разнообразных научных экспериментов. Но все пошло не так уже на околопланетной орбите. Оборудование корабля сбоило, как будто что-то прерывало снабжение приборов энергией. Системе управления время от времени приходилось переключаться на резервные источники и перезагружаться. Главный компьютер корабля долго не мог определить причину нестабильной работы оборудования, а потом вдруг выдал заключение о воздействии на приборы электромагнитного излучения неизвестной природы. Марс приготовил для незваных гостей весьма неприятный сюрприз. Предыдущие экспедиции не спускались столь низко к поверхности красной планеты, ограничиваясь наблюдением с высокой орбиты. Теперь стало понятным, почему пропала связь с тремя разведывательными зондами, отправленными накануне в марсианскую атмосферу. Видимо, зона действия излучения покрывала планету, словно скорлупа яйцо. Но ближе к поверхности его воздействие должно было прекратиться.

Правда, оставался вопрос: почему прошлогодней научной экспедиции удалось запустить разведывательные зонды к поверхности Марса? Может быть, все дело в том, что сейчас корабль находится над другой областью планеты?

При очередном сеансе связи о случившемся сообщили на Землю. Центр управления полетами (ЦУП) оставил решение за командиром корабля. Экипаж «Искателя», состоявший из пяти опытных космонавтов, понимал, что возвращаться домой, не выполнив поставленную задачу, граничило с трусостью. Командир космолета при молчаливом одобрении экипажа принял решение садиться на планету в ручном режиме. Главный компьютер произвел необходимые расчеты, и «Искатель» устремился навстречу неизвестности.

Как и ожидалось, в самом начале снижения к марсианской поверхности отключилось бортовое оборудование. Выждав какое-то время, командир корабля произвел перезапуск системы управления. Экипаж облегченно выдохнул, увидев, что приборы и датчики знакомо замигали лампочками. Дальше какое-то время полет проходил в штатном режиме. Но когда до поверхности оставалось порядка десяти километров, корабль сильно тряхнуло, как будто они натолкнулись на невидимую стену. Произошла разгерметизация грузового отсека. Вслед за этим отказали рули, и космолет свалился в неуправляемый штопор. Энергетическая система полностью отключилась. Связь с ЦУПом пропала. Главкомп заявив о быстрой разрядке аккумуляторов тоже умолк. Казалось, что планета непостижимым образом высасывает из корабля все запасы энергии. Члены экипажа растерянно переглядывались, сидя в перегрузочных креслах. И тогда командир отправил Семена в грузовой отсек за резервными аккумуляторами. А кого еще он мог отправить? Это были прямые обязанности самого молодого члена экипажа ‑ инженера-механика бортового оборудования Семена Михайлова.

Время шло на минуты. Корабль беспорядочно вращался вокруг своей оси. Семен с трудом, через специальный люк в спине, влез в громоздкий скафандр для выхода в открытый космос. Затем, тяжело ступая в магнитных башмаках, прошел в грузовой отсек и успел подключить к энергосистеме корабля резервные аккумуляторы. Включились тормозные двигатели. И почти сразу корабль потряс удар страшной силы...

Очнулся Семен далеко в стороне от космолета. Командная рубка с членами экипажа своевременно отстрелилась, но из-за потери системой управления корабля пространственной ориентации вместо того, чтобы взлететь вверх, со всего размаху врезалась в песчаные дюны. Все товарищи Семена погибли мгновенно. Сам космолет ударился боком о поверхность планеты и развалился на части. Не ясно как, но Семена выбросило наружу. Возможно, открылся грузовой люк... Просто чудо, что он остался жив.

Связи с Землей у выжившего космонавта не было. Передатчик в его скафандре имел весьма слабую мощность. Оставалась надежда на сигнал аварийного маячка скафандра. Но кто мог прийти к нему на помощь? Космолет «Решительный», который они сменили на орбите Марса, должно быть уже преодолел половину расстояния до Земли. Других космических кораблей поблизости не было. Очередной исследовательский корабль «Дракон Востока» прилетит к красной планете не раньше чем через два месяца. Столько Семен здесь точно не продержится. Одна надежда, что когда-нибудь его тело найдут, и записи с приборов скафандра и зонда помогут человечеству в познании тайн коварной планеты. «Давно хотел посмотреть на марсианские каналы», - внезапно принял решение Семен и, подхватив запасной баллон с кислородом, отправился в сторону далекой впадины.

На гребне ближайшего бархана шевельнулось облачко белого тумана. Оторвавшись от песка, оно заскользило вслед за удалявшейся фигурой космонавта.

3

Идти было трудно. Тяжелый скафандр плотно облегал тело. Основное неудобство представлял баллон. Увесистый, гладкий, он был крайне неудобен для переноски, и так и норовил выскользнуть из захвата. На мелком, больше похожем на пыль, марсианском песке за космонавтом оставалась цепочка неровных следов, а в сотне шагов за ним неотступной тенью летело облачко тумана.

Погруженный в свои мысли, Семен раз за разом перебирал в памяти детали крушения и свои действия. Снова и снова он приходил к заключению, что сделал все, что мог для спасения корабля и экипажа. Внезапно космонавт почувствовал на себе чей-то взгляд. Он остановился и развернулся назад.

Облачко тумана мгновенно поменяло свой цвет на розовый и прижалось к песку.

Космонавт внимательно оглядел бескрайнее море красного песка. «Померещилось, ‑ подумал Семен. ‑ Не хватало еще здесь миражей, как в земной пустыне». Неуклюже повернувшись, он продолжил свой путь.

Разведывательный зонд упал в пески через три часа после начала похода к впадине. «Хорошо еще, что не на голову», ‑ с мрачной иронией подумал космонавт. Что послужило причиной падения аппарата отказ автоматики или внешнее воздействие, с ходу определить было невозможно. Поковырявшись в обломках, Семен забрал карточку памяти зонда с данными датчиков и спрятал ее в аптечку. Космонавт почувствовал, что проголодался. Он втянул через специальную трубочку в шлеме скафандра питательную смесь. Желудок довольно заурчал. Чувство голода отступило.

Далекое солнце приблизилось к линии горизонта, когда впереди показалась широкая впадина, прорезавшая песчаную пустыню с запада на восток. Вскоре одинокая фигура космонавта остановилась на самом ее краю.

Представшая взору первого человека с Земли глубокая ложбина поражала воображение правильностью своих форм. Ее ровные, одинаковой высоты стены прямыми линиями уходили далеко за горизонт. «Как будто какой-то гигант провел по песку лопаткой», ‑ подумал космолетчик. Он представил себе этого великана. Как тот, высунув кончик языка, старательно ведет детской лопаткой по песку, часто вытирая свободной рукой выступающий на лбу пот. Семен невольно улыбнулся и посмотрел вниз на покатый склон, покрытый розово-серым песчаным одеялом. Нужно было принимать решение, куда двигаться дальше. Юноша проверил показания уровня кислорода в основном баллоне. Его должно было хватить еще на полтора часа, а потом придется подключать резервную емкость. «Пожалуй, для осторожности уже не остается времени, ‑ с внезапным азартом подумал космонавт. ‑ Эх, где наша не пропадала!» Он крепко прижал к груди запасной баллон и, оттолкнувшись двумя ногами, прыгнул вперед. Приземлившись ниже по склону впадины на пятую точку, Семен стремительно заскользил вниз по песку, словно по снегу в горах Земли. Его ноги в металлических башмаках каблуками бороздили песок, притормаживая скоростной спуск. Красная пыль лениво взмывала вверх и подолгу кружилась над бороздой, оставленной отчаянным первопроходцем.

Достигнув дна впадины, Семен спружинил ногами и завалился набок. Он немного полежал неподвижно, отдыхая. Дыхание сбилось. Воздуха не хватало. В ушах били неумолчные молоточки. Сквозь стекло шлема был виден песок, лежавший прямо перед глазами космонавта. «А здесь он совсем другой, чем наверху, ‑ с удивлением отметил юноша. ‑ И больше похож на земной». На самый первый взгляд песок был такой же, как на одном из морских пляжей Земли. Лишь внимательно присмотревшись, можно было заметить, что марсианские песчинки имеют строго пропорциональную форму. Семен выделил три разновидности: «звездочка», «столбик» и «шарик». Некоторые более крупные песчинки представляли собой соединения двух или трех основных форм. «Как интересно! ‑ подумал космолетчик. ‑ Не слишком большое разнообразие. Будет над чем поразмыслить нашим академикам...»

Космонавт с усилием поднялся и сел на песке. Он находился на самом дне впадины. Отсюда было видно, что поверхность здесь ровная как стол. Ширина и глубина впадины в одну и другую сторону там, куда достигал взгляд первопроходца, были абсолютно неизменными. Внизу было намного темнее. Марсианский день угасал. Скоро совсем стемнеет. «Какие еще чудеса прячет эта планета? ‑ подумал Семен, поднимаясь на ноги. ‑ Ну и куда теперь налево или направо?»

Сверху за космонавтом пристально наблюдало розовое облачко.

Наконец, чужак внизу принял решение и пошел в правую сторону. Облачко вместо того, чтобы спуститься вниз за преследуемым, вдруг стало всасываться в песчаный грунт. Через несколько мгновений оно в нем полностью растворилось.

На склоне впадины неслышно осыпался песок, и наружу показался шар из материала, похожего на стекло. Шар скатился на дно впадины и, мягко подпрыгивая, поспешил вслед за удалявшимся пришельцем.

4

Дза Тлуен Цва был Наблюдателем 3 ранга Северного скопления Туманных Шаров. Конечно, на земном языке его имя звучало бы по-другому. Строго говоря, оно вообще бы никак не звучало, поскольку Песчаный народ между собой общался без помощи звуков, обмениваясь мыслеобразами. Это было очень удобно. И не составляло никаких препятствий при беседе на больших расстояниях. Можно было подключиться к «Большому разговору», где постоянно бурлили обсуждения последних новостей. Или заглянуть в один из Лепестков, в которых проходили бесконечные диспуты по различным темам об устройстве Мироздания. А можно было в одиночестве заняться обдумыванием теоретических построений перед очередной Всепланетной сессией. И тогда только личные друзья могли достучаться до ушедшего в себя Мыслителя. Но чтобы достигнуть этого ранга и получить право на Независимое Уединение, необходимо было много потрудиться. Сначала Дитя, за ним, по мере взросления, вечно бегающий по поверхности Наблюдатель, дальше Страж, затем, после долгих лет преданного служения, Член Совета и лишь потом Мыслитель. Кстати, далеко не все стремились к самому высокому и почетному рангу. Некоторым из Шаров нравилось быть Стражами, другие до конца Цикла оставались Членами Совета.

Сегодня весь Песчаный народ был встревожен. Появление чужаков и их высадка на Планету несли серьезную опасность их существованию. Невежественные пришельцы могли ненароком нарушить хрупкое равновесие, установившееся между Стихиями после Большого Удара. Тогда в древние времена огромное небесное тело столкнулось с Марсом. Случившееся катастрофа едва не погубила жизнь на Планете и коренным образом изменила правила существования выживших ее обитателей.

Дза Тлуен Цва внимательно следил за двуногим существом. Полученная с его рецепторов информация, мгновенно передавалась всем Членам Совета. Глава Совета координировал и направлял каждый шаг Наблюдателя и других разведчиков.

5

Семен приблизился к огромному песчаному валуну, возвышавшемуся посередине между склонами впадины или «канала», как про себя окрестил эту ложбину космонавт. Запасы кислорода быстро таяли. Дойдя до валуна, он подключил резервный баллон. Идти теперь будет легче. Но возникла новая проблема: а, собственно, нужно ли куда-то идти? Пейзаж вокруг не менялся. Вылезти наверх у Семена уже вряд ли получится. Конца «каналу» также не было видно. А здесь у подножья одинокого камня вполне можно расположиться на последнюю стоянку.

Семен подошел вплотную к валуну и попытался влезть на него. Но песчаные края крошились под пальцами, не давая твердой опоры. Космонавт обошел камень вокруг, но нигде не обнаружил выступов, с помощью которых можно было вскарабкаться наверх. «Кажется, моя марсианская одиссея подходит к концу, ‑ с грустью подумал Семен. ‑ Остается только наговорить на запись свое завещание потомкам...» Нет, угроза близкой смерти его не страшила. Жаль было умирать, не сделав чего-нибудь действительно полезного для науки и человечества.

В расстроенных чувствах юноша схватил пустой баллон и с силой бросил его в сторону валуна. Вращаясь вокруг своей оси, баллон достиг песчаного камня и беззвучно ударил в него. Внезапно валун покрылся глубокими трещинами. Песок медленно осыпался вниз и глазам изумленного космонавта предстал странный предмет, похожий на вагончик из детского парка аттракционов на Земле. Вот только колес у него не было видно...

Как завороженный Семен подошел к неизвестному устройству. Проведя рукой по его блестящему боку, он залез внутрь и сел в маленькое, почти детское кресло. Прямо перед ним располагалась крохотная панель с непонятным отпечатком, а далеко впереди на дно марсианского «канала» опускалось тусклое Солнце. Семен положил ладонь в перчатке на панель.

И вдруг внутренности вагончика засияли серебристым светом, а его стенки затянуло чем-то прозрачным, похожим на тонкое стекло. Через сидение Семен почувствовал внутреннюю вибрацию. Юноша испуганно отдернул руку. Сияние тут же погасло, стекла исчезли. «А, будь что будет!», ‑ решил отважный космонавт. Он вернул руку на управляющую панель, и вагончик вновь ожил. «Что дальше? ‑ задумался Семен. ‑ А что если...» И он мысленно представил, что вагончик покатился вперед.

Внутренняя вибрация усилилась. Устройство дернулось и пришло в движение. Чуть приподнявшись над песчаной поверхностью, вагончик плавно заскользил по «каналу» вдогонку за садившимся за горизонт светилом.

Прозрачный шар-преследователь запрыгал было вслед за вагончиком, но вскоре безнадежно отстал.


6

Дза Тлуен Цва в смятении раз за разом запрашивал Совет, что ему делать дальше.

После продолжительной паузы пришло указание погрузиться в Сон. Заботу о чужаке теперь возьмут на себя другие.


7

Сидя в движущемся вагончике, Семен впал в дремотное оцепенение и совершенно потерял счет времени. Пришел в себя он, почувствовав удушье. Кислород закончился. Стараясь не поддаваться панике, юноша сделал то, к чему уже давно внутренне приготовился. Не убирая ладони с панели управления, он одной рукой отсоединил клапаны, а затем снял шлем скафандра. Но вместо смертельного холода в лицо ему неожиданно пахнуло теплом. Семен глубоко вдохнул. Приятно пахло фиалками и еще чем-то давно забытым. «Наверное, так пахнет парное молоко», ‑ почему-то решил космонавт. Дышалось легко и свободно. Снаружи стояла глубокая марсианская ночь. Высоко в черном небе ярко светились незнакомые созвездия. Глядя сквозь стекла вагончика, космонавт вполне отчетливо видел на фоне неба проплывающие мимо стены «канала». Незаметно для себя он заснул. Проснувшись, Семен увидел, что уже рассвело. Вагончик продолжал резво бежать вперед. Солнце вставало за спиной космонавта, освещая ему путь. Длинная тень бежала перед вагончиком по песку, постепенно уменьшаясь в размерах.

Внезапно дорогу преградила сияющая на солнце гирлянда. Десятки «стеклянных» шаров вытянулись цепочкой от одной до другой стены «канала».

Вагончик сам собой остановился.

От цепочки отделился один шар и, переливаясь на солнце, покатился к замершему неподвижно устройству. Приблизившись, он подпрыгнул и, без труда преодолев стеклянную преграду, вкатился внутрь. Шустро запрыгнув на панель управления, шар переместился по руке ошеломленного космонавта и вдруг оказался у него на голове.

Точнее, голова Семена оказалась внутри шара. Края прозрачной сферы плотно обхватили горловину скафандра. Космонавт испуганно схватился руками за шар. Тот оказался очень прочным и сидел на скафандре, как влитой. Неожиданно стенки вагончика исчезли, но Семен теперь вполне мог дышать внутри шара. Юноша облегченно выдохнул.

Тем временем оставшиеся шары запрыгали на месте, а потом, подпрыгивая, покатились к левой стене «канала». Здесь их прыжки приобрели большую амплитуду. И вдруг все они, как по команде, впечатались в стену, образовав правильный круг. Песок внутри круга начал быстро таять, и вскоре там образовался тоннель.

На поверхности шара, окружавшего голову космонавта, появилась красная точка. Она немного подвигалась и расположилась точно напротив входа в тоннель. Затем принялась часто мигать. Семен наклонил голову. Пятнышко тут же сместилось и опять наложилось на отверстие тоннеля. «Кажется, меня приглашают в гости, ‑ ощутив легкий холодок в груди, понял Семен. ‑ Почему бы не прогуляться…»

Внутри тоннеля было темно, но красноватое свечение от шара на голове космонавта разгоняло темноту. Неожиданно под ногами что-то задвигалось. Посмотрев вниз, Семен понял, что это струится песок. Песчаные струи быстро понесли гостя по тоннелю. Через некоторое время впереди появился яркий серебристый свет, и космонавт «въехал» в огромное куполообразное помещение. Все его пространство заполняли колонны различной высоты, выполненные из материала похожего на стекло.

‑ Это наши дома, ‑ вдруг раздался голос в голове у космонавта.

‑ Вы общаетесь с помощью мыслей? ‑ решив ничему не удивляться, спросил Семен.

‑ Да, чужанин! ‑ громко ответил ему тот же голос.

Вскоре Семена вынесло на открытое пространство.

‑ Площадь собраний, ‑ пояснил космонавту голос «гида».

Здесь собралось огромное количество шаров. Они высоко подпрыгивали, создавая различные фигуры, а затем рассыпались беззвучными волнами в стороны. Вверху под самым куполом стайками реяли облачка белого тумана.

‑ Песчаный народ приветствует тебя, чужанин! ‑ ровным голосом прозвучало в голове у Семена.

‑ Я приветствую Песчаный народ от лица жителей Земли! ‑ торжественно ответил космонавт.


8

Через две недели космический корабль «Решительный» приземлился на месте крушения космолета «Искатель». Корабль срочно вернули к Марсу для проведения спасательной миссии. При спуске и посадке на поверхность планеты никаких проблем с работой бортового оборудования не наблюдалось.

Обломки потерпевшего крушение космолета были наполовину занесены песком. Рядом с ними на каменном гребне лежал похожий на мумию человек в тяжелом скафандре без шлема. Когда спасатели приблизились к нему, то стало отчетливо видно, что его губы что-то шепчут. Выжившего быстро доставили на корабль. Вскоре была установлена личность спасенного космонавта: инженер-механик бортового оборудования Семен Михайлов. Организм прошедшего через суровые испытания юноши был полностью обезвожен и сильно потерял в весе. Спасенный космонавт все время что-то бормотал, не приходя в сознание. Как он смог выжить две недели в условиях почти полностью лишенной кислорода атмосферы Марса оставалось загадкой. Когда же корабельный врач установил, что выживший космонавт вообще не дышит, но остается живым, его поместили в карантин и до самой посадки на Землю усиленно вводили в тело питательные препараты.

По прибытию на родную планету выжившего в крушении космолетчика подвергли всестороннему обследованию. По истечении трех месяцев международный консилиум вынес единогласное решение: космонавт подвергся ураганному воздействию неизвестного науке вируса, который полностью перестроил человеческий организм. В качестве рекомендации было указано, что высадка на поверхность Марса теперь должна проводиться с особой осторожностью.

Еще через месяц Семен Михайлов пришел в себя. Но его речь трудно было назвать связной. Он все время рассказывал о каких-то разумных шарах, сыпал ничего не значащими формулами и пускался в глубокие теоретические рассуждения о строении Вселенной. Тронувшегося умом космолетчика поместили в закрытую психиатрическую лечебницу, где уже через год он скоропостижно скончался. Лишь через много лет после его смерти одному известному ученому совершенно случайно попалась на глаза видеозапись «сбрендившего» космонавта, на которой тот делился «полученными от марсиан знаниями». Оказалось, что рассказанное Семеном Михайловым полностью подтверждается последними открытиями в области космонавтики и космонавигации. Ученые принялись поспешно изучать архивные материалы, оставшиеся после бесед врачей с умершим космонавтом.


9

Песчаный народ радостно праздновал установление контакта с новой цивилизацией. По своему строению чужаки были так похожи на ушедших Хозяев, что пси-контактерам почти не пришлось перестраиваться для установления прямого общения. И теперь «Первый Хозяин» был постоянно подключен к «Большому разговору». Его круглосуточно снабжали информацией, скрупулезно накопленной за долгие столетия без «Преданного Служения». А вскоре состоялся Торжественный перенос Сознания Хозяина в Хранилище. Там его уже с нетерпением ждали Мыслители.


Хочешь - верь, а хочешь – нет,

Но порой на свете этом

Чуду можешь ты помочь

Благодатным вспыхнуть светом.


Нужно быть лишь храбрецом

И с судьбой-злодейкой споря,

Мечте следовать своей

Сквозь страдания и горе.

.
Информация и главы
Обложка книги Пески Марса или Долгое ожидание

Пески Марса или Долгое ожидание

Олег Паринов
Глав: 2 - Статус: закончена
Настройки читалки
Размер шрифта
Боковой отступ
Межстрочный отступ
Межбуквенный отступ
Межабзацевый отступ
Положение текста
Лево
По ширине
Право
Красная строка
Нет
Да
Цветовая схема
Выбор шрифта
Times New Roman
Arial
Calibri
Courier
Georgia
Roboto
Tahoma
Verdana
Lora
PT Sans
PT Serif
Open Sans
Montserrat
Выберите полку