Читать онлайн "Дисонанс"

— Лера, проснись!

Громкий женский голос врезался в сознание, выдергивая из пустоты. Я вздрогнула и открыла глаза. Передо мной проплывали пятна света, которые сложились в знакомые очертания: парта, доска, карта мира на стене. Школьный класс. Сердце бешено заколотилось, пытаясь выпрыгнуть из груди, отскакивая от рёбер.

— Значит, пока я объясняю тему, ты спишь? — у доски стояла Наталья Петровна, и ее взгляд, полный презрения, прожигал меня насквозь.

Я инстинктивно отвернулась к окну, ища спасения в привычном виде, и застыла. Небо было залито густым, ядовито-красным светом, будто кто-то выплеснул на горизонт ведро крови. В классе повисла тяжелая, давящая тишина, воздух стал густым и сладковато-приторным. Пахло, как в заброшенной оранжерее, где цветы давно сгнили. От этого сдавило виски.

Я медленно перевела взгляд обратно на учительницу. И почувствовала, как по спине побежали мурашки. Вместо глаз у Натальи Петровны были две черные, бездонные впадины, втягивающие в себя свет. Я метнула взгляд на одноклассников. То же самое — у всех вместо глаз зияли черные дыры, а их лица начали расплываться, терять форму, превращаясь в размытые, невыразительные маски.

Откуда-то издалека донесся оглушительный грохот.
И я проснулась.

Резко села на кровати, пытаясь поймать рваный ритм дыхания. В ушах стоял звон. Он постепенно отступил, уступив место голосу, который мерно доносился из блютуз-колонки на тумбочке. Не музыка, а аудиокнига. Теперь понятно, откуда такие кошмары. Как вообще можно было уснуть под мрачный детектив и проснуться под его же озвучку?

Снова грохот. На этот раз четкий, материальный — будто что-то тяжелое упало в прихожей, а следом раздался глухой удар в дверь.

Сердце екнуло. Я сбросила одеяло и, крадучись, словно грабитель в собственной квартире, вышла в коридор. Прильнула к глазку.

За дверью стоял папа.

Выдох облегчения застрял в горле. Что-то было не так.

— Пап? Ты чего? У тебя же ключи были! — крикнула я, не отрываясь от маленького обзорного стеклышка.

— Похоже, потерял, — его голос прозвучал ровно, слишком монотонно. — Открывай, замерз.

— Сейчас, только ключи возьму.

Я потянулась к трюмо, заваленному мелочью. В дверь снова ударили. Не стук, а именно удар — резкий и злой, будто били не кулаком, а чем-то твердым и тяжелым.

— Пап, подожди, я сейчас! — бросила я через плечо, сгребая ключи в ладонь.

Рука сама потянулась к замку, но внутри всё сжалось в ледяной ком. Что-то было не так. Неправильно. Голос? Поведение? Эта дурацкая дремота всё ещё клубилась в голове, смешивая сон и явь. Металл холодно брякнул о металл. Я вставила ключ в замочную скважину, и тут по спине пробежал ледяной, пронизывающий до костей холод. Древний инстинкт, глубже разума, орал: «Стой! Не поворачивай!»

Я выдернула ключ и снова прильнула к глазку. Отец стоял на месте, ожидая. Но у меня не покидало ощущение, что в слепой зоне, за пределами обзора, притаилось что-то еще. Что-то большое.

И тогда с губ сорвался вопрос, который, я чувствовала, изменит всё.

— Пап…, а там нет еще кого-то?

Он на секунду замер. Слишком долгую секунду.
— Доча, о чем ты? Здесь только я. Открывай давай, побыстрее!

В этот момент я увидела, как дверная ручка сама по себе, плавно и почти невесомо, начала опускаться вниз, а потом так же медленно поднялась обратно. Будто кто-то невидимый просто попробовал ее на вес.

Ледяной ужас сковал меня. Я отступила от двери, не в силах отвести взгляд от дрожащей руки.

— Доча, ну открой дверь! — его голос сорвался на крик.

И тут ручку затрясло с неимоверной, бешеной силой. Она выгибалась и дергалась, скрипя и лязгая, словно за дверью бушевал не человек, а разъяренный зверь, рвущийся внутрь.

— Да открой ты эту чертову дверь!

Я снова подскочила к глазку. И вгляделась в его лицо. Из его пустых, как в том сне, глазниц, по щекам медленно стекали две густые алые струйки. Кровь.

Я отпрянула, зажав рот ладонью, чтобы не закричать. По спине градом покатился ледяной пот. В горле встал соленый ком.
В дверь ударили с такой силой, что металлическое полотно прогнулось внутрь, издав душераздирающий скрежет. Отчетливый отпечаток — не кулака, а чего-то сжатого, шипастого — на мгновение отпечатался на металле. Я повернулась, чтобы бежать в самую дальнюю комнату, но ноги стали ватными, предательски подкосились, и я тяжело рухнула на холодный пол прихожей.

Над головой раздались несколько быстрых, металлических щелчков. Замок. Он возится с замком. Сейчас он его откроет.

Но вместо лязга открывающейся двери я услышала до боли знакомый, старческий голос с лестничной площадки:

— Что тут у вас происходит? Шум, грохот…

Бабушка Лиза, наша соседка. Нет. Только не это.

Я хотела крикнуть, предупредить ее, но из пересохшего горла не вырвалось ни звука. Уже было поздно.

Его сменил короткий, обрывающийся на самой высокой ноте, душераздирающий крик. Крик, в котором был и ужас, и боль, и полное непонимание.

Потом наступила тишина. Гробовая, давящая.

Прошло несколько минут, может, часов — время потеряло смысл. Я собрала всю свою волю в кулак, заставила дрожащие, непослушные ноги поднять меня. Подошла к двери, еле дыша, прислонилась к холодной поверхности и, затаив дыхание, заглянула в глазок.

Я надеялась, что монстр ушел. Но он был там.

Существо цвета запекшейся венозной крови, с мокрой, лоснящейся кожей, стояло спиной к моей двери. Кожа на его спине пульсировала, как у жабы, и с каждым пульсом длинные, словно бритва, иглы приподнимались, словно жала. Огромные, непропорциональные руки с громадными серповидными когтями были расставлены в стороны. Оно издавало звуки — не только хриплое, булькающее дыхание, похожее на работу сломанных механизмов, но и тихий, непрерывный скрежет, будто кости терлись о сухожилия.

Я замерла, боясь пошевелиться, боясь даже моргнуть. Существо медленно повернуло свою безглазую голову и уставилось прямо на мою дверь. Прямо на меня.

Я почувствовала, как мое тело цепенеет, разум затуманивается паническим, животным страхом. Оно знает. Оно точно знает, что я здесь.

И тогда оно рванулось с места. Не к моей двери, а прочь, с такой чудовищной скоростью, что превратилось в размытый алый шлейф. Я услышала оглушительный грохот где-то внизу, на лестничной клетке.

Напряжение, которое все это время свинцовой тяжестью держало меня на ногах, исчезло одним мгновением. Ноги подкосились, я осела на пол, прижавшись спиной к холодной двери. Перед глазами поплыли черные пятна, сливаясь с тенями в коридоре. Последним, что я успела осознать, был далекий, затухающий грохот с лестничной клетки. Мое сознание, не в силах вынести больше ни секунды этого ужаса, безвольно потекло вниз, увлекая за собой в бездну.