Читать онлайн "Русская сказка о Тихоне - Несмеяне (начало)"

Русская сказка о Тихоне-Несмеяне (начало)

Автор: Анна Серебреникова

В некотором царстве, в тридесятом государстве жил - был простой крестьянский парень по имени Тихон.

Он был тих да скромен, боялся проявлять себя, и все в деревне звали его «Тихон-Несмеян» — ни разу никто не видел, чтобы он улыбался и уж тем более смеялся от души.

Братья посмеивались над ним:

— Наш Тихон — ни рыба, ни мясо!

Ни в поле не помощник, ни в бою не герой!

А мать вздыхала:

— Сыночек, когда ж ты силушку обретёшь?

И сам Тихон твёрдо верил, что ему на роду написано неудачником быть. Оттого и боялся он за дело взяться, боялся вслух сказать, что на душе, что в голове.

Не умел он ни мечом махать, ни на коне скакать, ни загадки разгадывать. Руки казались ему слабыми, а сердце — робким, будто зайчишка в лесу.

День за днём шло одно и то же: ничего не радовало, ни к чему не было интереса, ничего не хотелось. И не покидало Тихона чувство, что живёт он не своей жизнью.

Но однажды в царстве случилась большая беда - Змей Горыныч похитил юную прекрасную царевну. Царь заслал гонца по всем уголкам царства с объявлением: кто спасёт царевну от Змея Горыныча, тот получит её руку и полцарства в придачу.

Собрались богатыри, устремились в путь — и старшие братья Тихона

тоже отправились, оставив его в деревне на хозяйстве.

Ночью Тихону сон приснился дивный. Видит он: сидит на берегу речки тихой, удочку в руки взял, рыбу ловит. Только вот незадача — ни одной рыбки не попадается! Час сидит, другой сидит — всё впустую.

Опечалился Тихон, собрался уж домой возвращаться ни с чем. Вдруг — глядь! — из глади водной голова щуки показалась. Да не простая щука, а волшебная: глазами блеснула и молвила вдруг человечьим голосом:

— Эй, добрый молодец! Чего пригорюнился?

Не в мышцах сила, а в сердце чистом.

Ступай, Тихон, и отыщи свой дар!

Проснувшись, Тихон решил:

— А пойду-ка и я попытаю счастье! Может, и я пригожусь.

Матушка‑то, сердечная, крепко переживала за младшего сына. Слезы тихонько смахивала, глядела на него с тревогой — не хотела отпускать в путь‑дорогу нелёгкую. Да только видела: решение в сердце Тихона твёрдо, как камень‑оселок*.

Не стала она его удерживать да отговаривать — приняла волю сыновнюю, как и должно матери доброй. Взяла хлеб ржаной, только из печи вынутый, душистый, с корочкой золотистой, хрустящей. Сама нарезала ломтики тонкие, да на печи подсушила — чтобы в пути не испортились, силы давали.

Тихон бережно принял мамин дар. Ссыпал сухарики в дорожную котомку, погладил ладонью — тепло ещё сохранилось, будто мамина забота в них спряталась. Прижал котомку к сердцу на миг, поклонился матушке низко‑низко, до самой земли:

— Благослови, родная, в путь отправиться.

А матушка лишь перекрестила его да шёпотом молитву произнесла. И пошёл Тихон в путь‑дорогу дальнюю, а в котомке его сухари мамины тихонько побрякивали, будто напутствовали: «Не робей, сынок, мы с тобой!»

Путь к подвигу

Встреча с купцом

Долго ли, коротко ли — шёл Тихон по дороге дальней. И вот на распутье трёх дорог повстречал он купца богатого.

Купец тот был хмурый, невесёлый. Оглядел Тихона с ног до головы, брови насупил и молвил с усмешкой:

— Эй, молодец, куда путь держишь? Али заблудился? Все богатыри уж давно в поход ушли, а ты, видать, опоздал.

Тихон не смутился, глянул купцу прямо в глаза да и отвечает спокойно:

— Иду царевну спасать. Может, богатырской силы во мне и нет, да зато сердце чистое, совесть прямая.

Купец только усмехнулся сперва. Да пригляделся — видит: парень и впрямь не шутит, глаза ясные, речь твёрдая. Заметил купец, что у Тихона ни припасов, ни воды нет. Сжалился тогда торговец, достал из поклажи флягу с ключевой водой и протянул юноше:

— На, возьми, странник. Вода эта из чистого родника, силы придаст в пути. Только… — вздохнул купец, — не думаю, что тебе суждено вернуться.

А Тихон принял дар с поклоном, поблагодарил сердечно и пошёл дальше — навстречу неведомым испытаниям.

Встреча с Разбойниками

Долго ли, коротко ли — шёл Тихон дорогой дальней. И вот впереди замаячил лес дремучий, тёмный, будто ночь средь бела дня. У самого входа, под старой корявой сосной, трое разбойников грозных стояли.

Увидели путника — окружили, лица хмурые, глаза злые. Старший вперёд выступил, рукой махнул:

— Эй, странник! Отдавай всё, что при себе имеешь, не то свяжем да в чащу утащим!

Тихон испугался, сердце в пятки ушло. Да только вспомнил тут слова мудрой щуки, что во сне ему явилась. Не стал он спорить, не стал сопротивляться — тихо-тихо запел песню про родную мирную деревню, про поля широкие, про дом отчий.

Разбойники переглянулись, уши навострили.

— Что за чудак? — молвил один. — Поёт, словно нас и не боится вовсе.

Старший разбойник подбородок почесал, пригляделся к Тихону да и говорит:

— Спой‑ка ещё, добрый молодец. Давненько мы не слыхали голоса чистого, песни душевной.

Тихон улыбнулся и запел колыбельную — ту самую, что в детстве мать ему напевала. Голос его лился плавно, словно ручей лесной, слова тёплые, родные.

И чудное дело: суровые лица разбойников понемногу смягчились. Глаза уже не злые стали, а задумчивые; плечи расправились, руки опустились.

Когда песня закончилась, старший разбойник голову склонил и молвил:

— Спасибо тебе, добрый человек, за песню светлую. Иди с миром, не станем мы тебя трогать. А ещё… — он обернулся к товарищам, те кивнули, — укажем тебе путь короткий через лес, прямо к логову Змея Горыныча трёхголового.

Так и вышло: разбойники отпустили Тихона и дорогу верную показали — самую короткую, самую безопасную: минуя чащи дремучие и болота коварные. Ни единого лишнего шага, ни единой угрозы — всё прямо к цели, как по ниточке.

Тихон добром отплатил разбойникам: поблагодарил сердечно, поклонился низко. И двинулся дальше — с лёгким сердцем и ясным умом, зная, что путь ему указан верный.

Встреча с братьями на лесной дороге

В пути к Змееву логову на лесной дороге повстречал Тихон своих братьев — богатырей славных. Глянул — и понял: дорога их была не из лёгких. Доспехи погнуты-помяты, щиты исцарапаны-иссечены, кони усталые, едва ступают. А до змеиного гнездовья ещё путь немереный предстоит. Видно, устали братья в долгом пути, да и вести горькие их доняли — немало славных богатырей сложило головы в схватках со Змеем Горынычем.

— Ах, это ты, Несмеян! — воскликнул старший брат, прищурившись. — Ты-то что тут делаешь?

Средний брат усмехнулся, поглаживая рукоять меча:

— Куда путь держишь, братец? Царевну спасать? Да ты и меча в руках не удержишь, не то что со Змеем сразиться!

Тихон не стал спорить, не стал оправдываться. Лишь улыбнулся спокойно, поклонился братьям по-родственному и молвил:

— Доброго пути вам, братья родные. Пусть сила ваша не оскудеет, а сердце не дрогнет. Желаю вам удачи в пути и бою нелёгком.

Богатыри переглянулись, хмыкнули да и тронули коней. Удалялись они, всё ещё перебрасываясь насмешливыми словами о «непутёвом брате», а их громкие голоса долго ещё разносились по лесной дороге.

Тихон же постоял немного, глядя им вслед, да и пошёл дальше своей дорогой. И хоть слова братьев кольнули сердце, не погасили они в нём решимости. «Каждый идёт своим путём, — подумал юноша. — А мой путь — вперёд».

Встреча с Бабой Ягой

Долго ли, коротко ли шёл Тихон, как путь привёл его к дремучему лесу, за семью болотами, за девятью оврагами, где стояла избушка на курьих ножках. А в той избушке жила-была Баба-Яга мудрая - ведала она тайны древние, силы природные.

Баба-Яга выглянула из своего маленького оконца, прищурилась:

— Чего надобно, молодец?

— Нужна мне твоя помощь великая, бабушка. Надобно мне пройти через густой лес и найти логово Змея Горыныча, что царевну похитил, — ответил Тихон.

Баба-Яга хмыкнула, скрестила руки на груди:

— Ха! Все богатыри просили, да я не пускала. А ты, видно, не силой славен, а смекалкой. Ну-ка, докажи, что достоин леса моего ступать!

Она вытянула сухонькую руку, в ладони мерцал тусклый огонёк:

— Есть у меня загадка, древняя, как сам лес. Отгадаешь — путь укажу. Ошибёшься — станешь слугой моим, доколе не искупишь вину.

И проговорила нараспев, будто заговор:

«Мнут и катают, в печи закаляют,

А потом за столом ножом нарезают.

Что это, скажи, да не ошибись,

Ибо лес не любит тех, кто глуп и несмышлён.»

Тихон задумался, но не испугался. Вспомнил, как мать пекла хлеб, как тесто дышало в её руках, как аромат заполнял избу. Улыбнулся:

— Хлеб, бабушка. Это хлеб.

Баба‑Яга всплеснула руками, и огонёк в её ладони вспыхнул ярче:

— Верно! Не обманул глаз мой старый. Вижу, что сердце твоё доброе, душа светлая, да и ум не пустой.

После этих слов Яга вышла к Тихону из избушки, погладила костяной посох, глубоко вздохнула и неспешно молвила:

— Ох, добрый молодец, есть у меня дивная вещь, что давно ждала своего хозяина.

С этими словами достала она из-за пазухи ларец невеликий, а из ларца — дивный перстень. В золотой оправе изумруд сияет, словно живой огонёк. Переливается камень всеми цветами радуги, а в глубине его искорки пляшут, будто звёзды в ночном небе.

Не простая то вещь — Перстень силы преображения! Сила в нём великая сокрыта: может он природу исцелять, жизнь возвращать, добро умножать. Три дара несёт он, три чуда хранит.

Первый дар — власть над природой. Сможешь ты с лесами-полями беседовать, зверями-птицами повелевать, стихии усмирять. Ведь в камне этом — сама душа земли живёт, дыхание её, тепло её!

Второй дар — исцеление и омоложение. Изумруд — камень жизни, а оправа его — круг-защита, оберег нерушимый. Коснёшься им больного — хворь как рукой снимет, прикоснёшься к старому — молодость к нему вернётся, словно весна к замёрзшей земле.

Третий дар — защита от нечистой силы. Ни колдовство лукавое, ни чары тёмные, ни духи злобные не смогут тебе вреда причинить, покуда перстень на руке твоей сияет.

Тихон слушал, затаив дыхание, а изумруд в перстне будто ярче засветился, словно внимал словам старухи.

— Возьми, Тихон, — молвила Яга, протягивая перстень. — Этот Перстень силы преображения. Семьсот лет назад нашла я его на самой высокой горе нашего леса — там ныне логово Змея Горыныча.

Замолчала старуха, будто в прошлое заглянула, и поведала Тихону древнюю быль:

— Было это в те времена, когда маги великие по земле ходили. Три дня и три ночи бились они в небесах над той горой. Белый маг с Чёрным магом сошлись в схватке не на жизнь, а на смерть. День был похож на ночь — тучи чёрные небо затянули. А ночь была как день — молнии без остановки сверкали, озаряли всё вокруг.

И хотя Зло в той битве победу одержало, перстень сей — частица силы Белого мага — уцелел и схоронился, дабы вновь добро и мир воцарились в наших краях. Долго ждал он того, чьё сердце доброе, чьи помыслы чистые, кто верой непоколебимой в себя и в силу добра одарён.

Тихон смотрел на сверкающий перстень, не смея прикоснуться.

— Боишься? — усмехнулась Баба‑Яга. — Не бойся, молодец. Я давно за тобой наблюдаю, вижу: ты тот самый, кто достоин владеть этим перстнем.

Осторожно взяла она руку Тихона, надела перстень на его палец. И едва коснулся изумруд кожи, вспыхнул он мягким светом, будто признал своего хозяина.

— Помни, внучек, — наставляла Баба‑Яга, — сила перстня пробуждается лишь при трёх условиях:

Первое — намерение чистое. Не смей использовать силу ради корысти или зла. Лишь когда сердце твоё открыто, как рассветный небосвод, а помыслы светлы, как роса на траве, — тогда камень откликнется, заговорит с тобой.

Второе — огонь живой. Не тот, что губит и испепеляет, а тот, что согревает и пробуждает. Огонь должен быть с добром направлен, с любовью сердечной — тогда станет он силой исцеления, жизнью новой.

Третье — слово заветное. Нужно произнести заклинание древнее, что хранители природы из уст в уста передавали, из века в век берегли:

«Изумруд‑камень, сила живая,

Землю исцели, жизнь возвращая.

Огнём согревай, сердцем направь,

Чтоб расцвела природа опять!»

Тихон повторил про себя слова, стараясь запомнить каждое, словно вырезал их в сердце своём.

— А как понять, что перстень пробудился? — спросил Тихон, не отрывая взгляда от мерцающего изумруда.

— О, это сразу увидишь! — улыбнулась Баба‑Яга, и в улыбке её мелькнуло что-то доброе, древнее, как сама земля. — Изумруд засияет ярче солнца полуденного, по краям его ореол золотистый появится, словно венец небесный. А ты почувствуешь, как тепло по рукам разольётся, мягко, ласково, будто весеннее солнце. Это сила перстня с душой твоей соединяется, воедино сливается.

— А если что-то пойдёт не так? — засомневался Тихон, и тень тревоги скользнула по его лицу.

— Не бойся, — успокоила его Яга, и голос её стал тихим, как шёпот ветра в листве. — Перстень сам чувствует, когда человек не готов. Просто не откликнется, и всё. Но ты… я вижу, сердце у тебя доброе, как утро ясное, намерения чистые, как родник горный. Сможешь ты лес исцелить, силу перстня пробудить, добро великое сотворить!

Тихон с благоговением посмотрел на перстень, что теперь красовался на его пальце, и произнёс:

— Благодарю тебя, бабушка. Клянусь использовать эту силу лишь во благо, лишь для добра великого!

И в тот же миг изумруд вспыхнул ярче, будто одобряя его слова, а в лесу пронёсся лёгкий ветерок, словно сама природа вздохнула с облегчением.

— Ну что ж, иди. Но помни: лес — не игрушка, а живой. Леший его охраняет, и он не каждому помогает. Только тем, кто лес уважает, кто дары приносит да слова мудрые знает, — сказала Баба-Яга и протянула Тихону клубок, сияющий, как утренняя роса:

— Этот клубок путь укажет, но лишь до той поры, пока ты сам не потеряешь уважение к лесу. Если Леший увидит в тебе доброго гостя — поможет. А если нет… — она замолчала, многозначительно подняв палец. — Дары не забывай оставлять: кусочек хлеба, горсть ягод, слово тёплое. Лес всё слышит, всё помнит.

Тихон поклонился низко-низко, до самой земли:

— Благодарю, бабушка. Я не подведу.

— Смотри, — проскрипела Баба-Яга, — Горыныч лес наш потревожил: огнём палил и деревья губил. Леший этого не простит. Если сумеешь с ним по-доброму говорить — он тебе союзник. А нет — сам знаешь, чем закончится.

Тихон ещё раз поклонился, взял клубок и шагнул в чащу. За спиной послышался шепот Бабы‑Яги:

— Помни: сила — в уважении, а мудрость — в слове.

При встрече скажи лешему заветные слова:

«Лес — не пустота, лес — живая душа,

В каждом листочке — мудрость веков.

Я не гость, я — часть тебя,

И прошу: открой мне путь».

Продолжение следует… Читайте полную версию «Русской сказки о Тихоне - Несмеяне», Сборник сказок для детей 7-10 лет «Серебряный сундучок», Анна Серебреникова, 2026 год