2016 год. Сирийско-Арабская Республика. Спустя семь часов после неудачной военной операции.
Не в силах пошевелиться и, будучи накрепко привязанным толстыми резиновыми жгутами к старой медицинской каталке, да ещё и с заклеенным ртом, он не имел возможности даже позвать на помощь. Да он и не сделал бы этого ‒ честь не позволяла. Офицер спецназа, как-никак.
Его медленно катили по пустому и темному коридору. Колеса противно поскрипывали, а сама каталка дребезжала так, словно в ближайшем будущем собиралась развалиться на части. Офицера вкатили в небольшое, плохо освещенное помещение. Те, кто его сопровождали, остались где-то позади, по какой-то причине не решившись пройти внутрь.
В дальней части помещения стоял роскошный диван, перед ним небольшой столик, а на нем необычной формы, явно дорогой кальян. В помещении было прохладно, а в воздухе витал ощутимый вишневый запах.
На диване восседал человек в нестандартной военной форме, чем-то смахивающей на полевое обмундирование американских войск. Он лениво закинул ногу за ногу, изредка прикладываясь к мундштуку. Заметив посторонних, он молча отложил трубку, медленно поднялся и неторопливо подошел ближе. Он был обут в ботинки песчаного цвета, с высоким берцем, на поясе кожаная кобура с пистолетом. Лицо было частично скрыто черной полумаской с прорезью для рта, явно сделанной на заказ. Короткая стильная стрижка, над правым ухом татуировка в виде скорпиона... Все это офицер отметил махом, более того, ему хватило одного взгляда, чтобы понять ‒ перед ним вовсе не араб.
Он молча смотрел на него темными глазами, при этом как бы случайно перебирая пальцами по рукоятке пистолета.
— Ну, чего вылупился, пиндос? — вызывающе произнес офицер, но из-за заклеенного рта, произнесенное им сильно исказилось. Однако любитель кальяна все понял.
Быстро осмотрев прикованного к каталке человека, неизвестный удовлетворенно хмыкнул и неопределенно махнул рукой одному из тех, кто стоял у входа.
— Подходит! Начинайте процедуру! — сухим и резким голосом произнес хозяин помещения, после чего отвернулся и направился обратно к дивану.
Каталку с прикованным офицером немедленно выдернули обратно в коридор и, прокатив по тому же коридору еще несколько метров, вкатили в довольно большое, но так же плохо освещенное помещение. Вокруг было много незнакомого оборудования, на полу разбросаны многочисленные провода...
Офицера быстро отвязали от каталки, подняли и небрежно усадили на металлический стул с высокой спинкой. Руки сунули в импровизированные петли, ноги стянули чем-то крепким, но эластичным. Возможно, теми же жгутами. Голову зафиксировали в небольшом ложе, плотно прижав затылком к спинке.
Не успел он осмотреться, как ему на голову сразу же водрузили какое-то тяжелое устройство, сплошь опутанное разноцветными проводами. К нему подошел человек в грязно-белом медицинском халате, наклонился и с любопытством заглянул ему в лицо. Коротко усмехнувшись, он похлопал офицера по спине, а затем дал знак рукой стоящему чуть в стороне коллеге...
Что-то зажужжало, запищало. Неожиданно голову прострелила острая боль и офицер, коротко вскрикнув, потерял сознание. Голова безвольно опустилась, подбородок уперся в грудь.
— Опять неудача. И этот закипел! — тот, что был в халате, разочарованно повел плечами, сплюнул на пол и резко развернувшись, удалился вглубь помещения. — Саид, ты знаешь, куда деть тело!
Менее чем через минуту бесчувственное тело вытащили из кресла, грубо выволокли в коридор, а затем бросили в кузов стоящего у выхода пикапа, закрыли борт.
Транспорт взревел мощным движком, резко тронулся с места и рванул в сторону дислокации Российских войск...
ЛитСовет
Только что
