Читать онлайн
"Профилактические меры"
Ветер рвал полы пальто, норовя сорвать его. Женщина куталась в шарф и держала непокорный подол руками. Нестарая женщина, тени под глазами, почти черные круги от недосыпа и плохого питания и больные глаза глубоко уставшего человека, грустно смотрящего на двух маленьких детей, которые катались на горке.
«Что же мне делать?» – все чаще и чаще задавала она себе вопрос. То, что еще вчера счастливая жизнь покатилась по наклонной, она обнаружила не так давно. Последнюю точку над «и» поставила вчерашняя стирка белья, где она обнаружила помаду на рубашке мужа. Вообще, отношения с ней у него давно были прохладными, а потом она все чаще стала замечать огонек ненависти в глазах. Любила ли она мужа? Скорее всего, любила, но так бывает, люди устают друг от друга. Получается, что ее муж устал от нее, а она нет? Двое детей на руках - это большая нагрузка. Думала пройдет, предпочитала не обращать внимания, но вот доказательство измены, так ярко бросившееся в глаза, заставило глубоко задуматься. Первым вопросом было: «Что делать?» Выгнать? Так не уйдет, квартира пополам, все равно придется терпеть. А дети? И она еще раз посмотрела на двух малышей шести и четырех лет, мальчика и девочку. «Как можно бросить своих детей?» – задавала она себе вопрос. Одинокая слеза скатилась из уголка глаза и повисла на щеке, холодя ее. Пожалуй, дети и подстегнули ее к действию. Было решено пока молчать, собрать все документы от греха подальше и деньги, потом пригодятся. Отца не заменят, но хоть с голоду не помрут. И надо найти работу, другую работу, где можно было бы заработать денег на оплату квартиры и детских садов.
- Им нужен бухгалтер? – от дум заставил очнуться разговор двух женщин.
– Наша овощная база?
Женщины стояли рядом и разговаривали между собой, не обращая внимания на тех, кто рядом.
- Я подумаю, - проговорила та, что задавала вопросы. – А ты откуда узнала?
- Сестра в бухгалтерии работает. Им срочно надо. Зарплата хорошая, сходи, за спрос денег не берут.
- Ну, ладно, подумаю, - проговорила вторая. – Завтра не смогу, а послезавтра схожу.
Разговор на том и закончился. Далее они стали обсуждать магазины, цены, обновки, но это было уже не интересно. «Значит, завтра она не пойдет, - подумала наша героиня, - а я схожу».
Утром следующего дня Татьяна Александровна Смирнова приоделась, закрасила свои круги под глазами и пошла на ближайшую улицу, где находилась местная овощная база, наниматься на работу бухгалтером. Секретаря она нашла на втором этаже вполне презентабельного двухэтажного особнячка постройки восьмидесятых годов. Та оглядела ее и заулыбалась:
- Ох, наконец-то! Мы уж не чаяли найти бухгалтера. Я вас сейчас директору представлю, - и она скрылась за дубовой дверью кабинета, где на табличке было написано: «Абгарян Вартан Владимирович».
Через минуту она уже стояла пред очами самого директора. Мужчина был ростом с Татьяну, а она не была высокой женщиной, полноват, но наружности приятной и на удивление с голубыми глазами, которые смотрели на Смирнову с веселым прищуром. Его даже не портили характерные залысины и кавказский акцент.
- Что вас заставило прийти к нам, уважаемая? – задал вопрос директор.
- От дома недалеко, да и зарплата у вас повыше, - честно призналась Татьяна.
Директор смерил ее оценивающим взглядом, что-то там подумал и спросил:
- Завтра приступить сможете?
Вот так на овощной базе номер семь появилась новая сотрудница.
Сначала Татьяне приходилось несладко, но потом она втянулась, навела порядок в документах, разгребла рабочее место, добилась новых компьютеров и программного обеспечения, а заодно и приобрела хорошее реноме в глазах начальства. Да и премию ей Вартан, как его все звали, подбрасывал регулярно. Абгарян был любителем женского пола, как истый армянин, он ухаживал красиво, но замуж не звал, да и менял женщин часто. Как-то так получилось, что Татьяна с директором нашли общий язык, и более того, они даже подружились. Правда, что греха таить, сначала Вартан пытался за ней ухаживать, но Смирнова быстро пресекла поползновения на свою тушку и в открытую спросила у него, что ему важнее: бухгалтерия или очередная любовница? Вартан был не дурак и смекнул, что любовниц много, а вот хороший и честный бухгалтер один. Так и повелось, если надо спросить совета, Вартан шел к Татьяне, и та, натура она прямая, ему говорила все как есть.
На мужа Татьяна перестала обращать внимание, ей просто некогда было размазывать сопли, у нее были дети, работа, а остальное ей стало неважно. В конце года у нее начался годовой отчет, и времени перестало хватать даже на детей. Как-то раз пришлось просить мужа забрать детей из садика. Освободилась она быстро и побежала домой, по дороге заскочила в магазин за продуктами, так и пришла домой с двумя пакетами в руках и сумкой через плечо. Дома вкусно пахло готовой едой, и малыши даже и не вышли встречать маму, что насторожило Татьяну. Пакеты Смирнова внесла на кухню и остолбенела – у плиты стояла высокая красивая женщина в Татьянином переднике и что-то помешивала в кастрюле.
- О, пропажа нашлась, - проговорила незнакомка приятным голосом. – Ребята, кушать! Мама пришла, - крикнула она.
- Лариса, - представилась женщина.
Танька молча сгрузила пакеты на пол, но спрашивать ничего не стала, и так понятно – муж нанял няню, а сам где-то развлекается. Лариса накрыла на стол, покормила семейство, сгрузила тарелки в раковину, отправила детей играть, и что удивительно, те ее послушались, а сама села напротив Татьяны и, подперев рукой подбородок, спросила:
- Вопросы есть? Задавай.
- Э-э, я так понимаю, что муж нанял вас забрать детей? – первое, что пришло в голову, спросила Смирнова.
- Давай на ты, я тебя не на много старше. И почти угадала, подруга, - проворковала Лариса. – Можно сказать, что случайно твой звонок услышала. А далее ты все видела сама. У меня к тебе встречный вопрос: ты так долго жить собираешься?
- Так это как? – не полезла за словом в карман Татьяна.
- Следить за собой не пыталась? Да и с детьми надо заниматься, - Лариса била по больному.
-- Чтобы с детьми заниматься, надо время иметь, а у меня его не так много, но я стараюсь, - ответила Танька. – Выгляжу я прилично, детям нравится, а всех остальных прошу пойти лесом, - посоветовала Смирнова.
- Хм, пойти-то я схожу, только вот мужа своего все же надо интриговать, заинтересовать, женщина должна быть загадкой, - прокомментировала Лариса.
- Ты, что ли, эта загадка? – спросила Смирнова и окинула взглядом девушку.
Надо сказать, что загадочности в ней было много, да и внешностью Бог не обидел. Высокая, выше Таньки на полголовы, ноги длинные, фигура закачаешься, да и лицо красивое: кожа ровная, глаза большие карие и волосы густые каштановые, вьются замысловато в прическе, ухоженная женщина, не к чему придраться.
- Почти, - усмехнулась Лариса.
- Что ж тебя тогда мой муж бросил? – спросила Татьяна.
Женщина улыбнулась, как-то даже горько:
- На солененькое потянуло, - усмехнулась Лариса. – Димочка твой кобель знатный.
- Открыла Америку! – фыркнула Татьяна. - Значит, он тебя бросил, - протянула Танька. – Первый раз, что ли?
- Почти, - призналась гостья. – Обычно я, а тут… Слушай, в общем-то, не в этом дело, он бы все равно от тебя не ушел бы.
- Это почему? – Таньке действительно было интересно.
- А от таких не уходят, удобная ты!
Татьяна изумилась и уже было открыла рот спросить, от каких таких? Как Лариса ответила:
- Не прогоняешь, работаешь, много не требуешь, да и гулять разрешаешь. Ведь так?
Танька кивнула, все верно: и разрешает, и работает, и стирает, и готовит. И правда, зачем уходить?
- Как-то я и не подумала, - пробормотала она.
- Слушай, а давай его проучим! – вдруг предложила Лариска.
- Побьем, что ли? – удивилась Танька.
- Если и побьем, то он того стоит, - ответила Лариска.
- А тебе какая от этого польза? – удивилась Смирнова.
- Руки чешутся, - лаконично ответила Лариска.
Татьяна рассмеялась, впервые за многие месяцы ей стало легко.
- А давай!
- Вот мы что сделаем, - предложила Лариса, – я к тебе завтра на работу приду, там все и обсудим.
На том и порешили.
***
На следующий день в Татьянину контору было «явление Христа», то есть Лариски, народу. У подъезда светло-серого особняка остановилась темно-синяя Ауди, и из нее вышла длинноногая дива в норковой шубе и сапожках на одиннадцатисантиметровых каблуках. Охрана проводила ее, открыв рот. Дамочка поднялась на второй этаж и попала как раз в приемную.
- Я к Смирновой, - сообщила она секретарше, та, вытаращив глаза, стала набирать номер на телефоне.
И надо же так случиться, что в это же время в приемную вышли Вартан с Татьяной. Танька привычная, она Ларису уже видела, а вот Вартан завис конкретно. Его мировоззрение перевернулось с головы на ноги и встало тем самым концом, которым иногда думают мужчины. Лариска улыбнулась, легким движением руки поставила отвалившуюся челюсть Абгаряна на место и мило проговорила:
- Вартан Владимирович, не отпустите ли Смирнову сегодня пораньше?
- Это кто? – почему-то шепотом спросил Вартан.
- А я ее сестра, родная, - вместо Татьяны ответила Лариска. – Так как? Мы можем идти?
Вот тут Вартан вспомнил, что он все же директор, да еще и мужчина:
- При условии, что завтра вы пойдете со мной на свидание.
- Свидание? – удивилась Лариска. – А что? Это даже интересно, - проговорила она воркующим голоском. – А давай! – согласилась она. – До завтра, - и она подхватила Смирнову под локоток и уволокла за собой.
- Какая жэнщина, - мечтательно проговорил Вартан, глядя на дверь. – Так, что стоим, каво ждэм? Гдэ отчет мне? – обратился он к секретарше.
***
Лариска взялась за Таньку мертвой хваткой. Магазины, салоны, массажи. И между делом просвещала женщину о премудростях секса. Танька краснела, бледнела, а потом прямо спросила:
- А мне это зачем?
- Дорогая, - не терпящим возражения тоном сказала Лариска, - чтобы покорить и удержать мужчину, одной готовки мало, надо быть куртизанкой в постели. Так, вторую половину мы уже сделали, осталась первая, - закончила мысль Лариска.
- Первая это? – спросила Татьяна.
- Это секс, милая! Надеюсь, что бревно в постели все же не ты, - задумчиво проговорила Лариска. – Пойдем дальше.
- Это куда? – Танька уже стала бояться.
- В бордель, - спокойно ответила Лариска. – Учиться никогда не поздно. Так что вперед!
И действительно приволокла ее в бордель, а по совместительству дорогой ночной клуб, хозяином которого был Ларискин близкий знакомый. Вот там Танька и «просветилась».
- Боже ж ты мой! – шептала Татьяна, сидя в машине рядом с Лариской. – Это как он у нее во рту уместился? А эти двое что вытворяли? – продолжала изумленно комментировать Смирнова.
- Попробовать не хочешь? – усмехнулась Лариса.
- Нет! – взвизгнула Танька.
- Ну как хочешь, - рассмеялась Лариска. – Не дрейфь, прорвемся. Вот скажи мне, дорогая, КАК ты умудрилась родить двоих детей и не уметь делать минет?
Танька покраснела.
- Научим, - вздохнула Лариска. – Не можешь - заставим, - прошептала она себе под нос.
Следующий их поход был в тематический клуб. Оттуда Танька вышла в полной прострации, с горящими глазами и порывами к действу.
- Та-ак, девушка созрела, - проговорила Лариска. – Ну, что ж, с экзекуцией мы определились. Действовать будем смело и без предупреждения.
План они составляли вдвоем.
***
Димочка Смирнов мужчиной был видным, красивым. Женщины слетались на него, как мухи на г… пардон, варенье. Вот он этим и пользовался. Решив, что тридцать пять это уже возраст и от жизни надо брать все. Вот он и брал, пока давали. А давали многие и охотно, в надежде подцепить красивого и богатого мужа. Только Димочка от жены уходить не собирался. И как была права Лариса, жена была «удобной» во всех отношения, главное, необременительной.
Смирнов открыл своим ключом дверь, зашел в квартиру и, увидев перед собой Ларису, был безмерно удивлен, но дверь за ним с грохотом захлопнулась. Дима с изумлением узрел позади себя девушку в красном латексном боди, с длинным хвостиком на конце с кисточкой, чулками на подвязках, маской на лице и маленькими черными рожками на голове. Он расплылся в улыбке, но дамочка взмахнула кнутом - и ремень охватил тело Смирнова повыше локтей, плотно фиксируя их. Вторая дама приложила маску к лицу Смирнова, и тот, вдохнув пару раз, потерял сознание.
Очнулся он связанным на кровати. Его руки были прикручены наручниками к спинке кровати, которую он сам и выбирал. Спинка была из кованого железа, а наручники держали крепко. Димочка подергался, но железо крепко держало его руки в своих объятьях, тем более что чем сильнее он дергался, тем больнее впивались наручники в кожу. Но это было еще не все. Он оказался причудливо связанным. И не просто причудливо, а очень даже неудобно. Поза была странной для Димы, его колени были разведены и привязаны к телу, а ступни - к спинке кровати. Даже если он освободит ноги, то ступни все равно будут фиксированы. И он был голым! «Что за хня?» - хотел было сказать Дима, но во рту у него был кляп – шарик, который крепился на его голове. «М-м-м-м», - замычал Дима и задергался.
- Освободиться хочешь, любимый? – ласково спросила блондинка.
- Хорошо связала, качественно, - сказала шатенка так, словно принимала экзамен. – Ну, я пошла, далее ты справишься сама, - и она развернулась, оставляя блондинку наедине со Смирновым.
Блондинка выложила на тумбочку перед кроватью, где лежал Смирнов, непонятные приспособления, последним она достала большой силиконовый член. Смирнов замычал и бешено завращал глазами, обещая муки небесные, если блондинка его не развяжет.
- Не сейчас, любимый, - и достала тонкий стек, бережно провела пальцами по длине, и повернулась к Смирнову.
Внимательно изучила лежащего перед ней мужчину в раскрытой позе и провела концом стека по мошонке и далее между половинок. Мужчина задергался и замычал. Блондинка сузила глаза и хлопнула стеком по правой половинке. Мужчина замер с вытаращенными глазами, а Татьяна хлестала Смирнова по заднице, чередуя половинки, и приговаривала:
- Не будешь шляться, кобелина!
Надо отдать должное, хлестала его Татьяна не сильно – стукнет вскользь с оттягом, погладит половинку, все же свое, пусть блудное, но родное, и опять стукнет, погладит, стукнет. Дима каждый раз сдвигался, ерзал, слегка стонал, не желая проявлять свою слабость. На последнем ударе он дернулся и изогнулся. Инстинктивно он зажмурил глаза, ожидая последующий, но девушка лишь нежно, чуть касаясь, провела кончиками пальцев по покрасневшей коже, вызывая боль. Но вместо отвращения и желания прекратить непонятные игры он, хоть и чувствовал себя униженным, ощущал болезненное возбуждение. В результате такой экзекуции Смирнов с удивлением обнаружил, что его дружок стоит по стойке смирно, готовый к дальнейшим действиям.
- Э-э, так не пойдет, - сказала Татьяна и надела какое-то приспособление на член, которое перетянуло его у основания.
Смирнов взвыл, не то чтобы ему было больно, но кончить хотелось до безумия. Татьяна же профилактику продолжила. В ход пошли те самые чудные приспособления, что лежали на тумбочке у кровати. И на соски она ему что-то нацепила, это что-то Смирнов не рассмотрел, но результат был поразительным – член стоял, от сосков шла вниз цепочка, которая натягивалась, казалось, что еще чуть-чуть и взорвутся и член, и тело, и сам Смирнов. Казалось бы уж куда? Ан нет! Татьяна решила, что ее блудный благоверный познал еще не все превратности любви – остался еще анальный секс.
Изначально Татьяна задумывала, чтобы неверный супруг опробовал анальный секс в полной мере. Но сейчас, глядя на него такого беспомощного, развратного, раскрасневшегося, она передумала. Все ушло на задний план. Перед ней лежал любимый, которого хотелось приручить, привязать страстью, наполнить одними пороками на двоих. Она уже забыла, когда в последний раз думала о нем как о своем мужчине. Внутри нее просыпался демон, требовавший заполучить Диму. Сделать своим и ничьим больше. Она напряглась и резко втянула в себя воздух, в нос ударил знакомый аромат мужского парфюма и горький запах мускуса. Запах возбуждения. Смирнов желал ее. Это внезапная мысль прогнала последние крохи смущения. Она облизнула сухие губы. Вид истекающего смазкой члена ласкал женское самолюбие и вызвал животную похоть. Желать и владеть. Татьяна медленно наклонилась и, не сводя взгляда с Димы, лизнула головку. Этот зрительный контакт подстегивал ее к действиям. Мужские глаза горели огнем страсти и вожделения, они затягивали в свой водоворот жаркого пламени.
Тело Димы вздрогнуло, когда женская рука прикоснулась к животу, медленно скользя вверх по торсу, пока пальцы не нащупали зажим. Татьяна на миг замерла, внимательно наблюдая за реакцией мужа. Он с усилием сглотнул, ощущая, как головка погрузилась в жаркий влажный рот. А затем девушка сняла зажим – волна боли затопила мужчину, и осознание того, что девушка следит за каждой его эмоцией, взбудоражило его чувства. Он сильнее сжал кляп: кровь прилила к соску, посылая болезненные разряды по всему телу, член еще больше напрягся так, что казалось его разорвет. Он выгнулся и громко промычал, когда сняли второй зажим. Дима прикрыл глаза, наслаждаясь минутной слабостью. Его тело словно было разорвано на куски, отзывающиеся болью и удовольствием. Одна рука незнакомки массировала покрасневшие соски, а другая легла на его бедро и скользнула к незащищенному паху. Пальцами провела по члену, надавила на кольцо, напоминая кто здесь Госпожа, а после, не обделив вниманием потяжелевшие яички, остановилась в расщелине, а затем последовал несильный шлепок ладошкой. Дима почувствовал жжение, кровь прилила к месту удара, но настоящей боли не было. Почему-то в этот момент мужчина представил, как это выглядело со стороны: он лежит, полностью открытый со стоящим членом, а почти одетая незнакомка прикасается к нему где пожелает и делает с ним тоже что пожелает. Эта мысль должна была вызвать страх, но, вопреки здравому смыслу, она рождала лишь желание отдаться, получить долгожданную разрядку, испытать ошеломляющий оргазм. Он приподнимал зад, чтобы встретить следующий удар, и ощущал, как тепло наполняет всю нижнюю часть. Девушка шлепала, и нежно успокаивала, отгоняя жжение, и оставляла шлейф приятного тепла. Дима потерялся в этом огне и не сразу заметил палец, который только потирал дырочку, а после надавил на нее, проникая внутрь. Дима резко дернулся и застонал. Сам до конца не понимая, то ли он хочет прекратить это, то ли продолжить. Пока мужчина терзался сомнениями, девушка, осторожно водя пальцем взад и вперед, с каждым движением продвигалась все дальше и дальше.
Мужчина дернулся, когда палец незнакомки задел что-то внутри, что послало удивительно приятное ощущение прямо в член. Дима никогда не чувствовал себя настолько возбужденным. Он едва мог дышать.
Два пальца вошли в него, и он сам подался, желая почувствовать себя наполненным, хоть и застонал от боли, когда узкое кольцо мускулов натянулось. Но он достаточно сильно хотел ощутить то прикосновение глубоко внутри, претерпевая острую боль, чтобы заработать удовольствие.
Татьяна нарочно медленно проникала пальцами в мужа, сводя его с ума, поглаживая дырочку изнутри и время от времени поворачивая пальцы. Он был раскаленным внутри, словно ад, и шелково-гладким.
Дима застонал от слишком сильного удовольствия, он принялся раскачиваться, насколько позволяла поза, и каждый раз, когда подавался назад, глубже насаживался на ее пальцы. Девушка ласкала его член одновременно изнутри и снаружи. Он никогда не испытывал подобного наслаждения, и его экстаз нарастал, и движения ускорялись.
Незнакомка нагнулась и прошептала Смирнову на ухо:
- Кончи для меня!
Вместе со словами она – сняла «ацкую машинку» с члена, и Смирнов наконец кончил. Его выгнуло так, что казалось кости вывернутся наизнанку, он кончал долго с подвыванием, а потом его накрыло.
- Нет, милый, так не пойдет, - проговорила Татьяна и взялась за стек.
Смирнов пришел в себя от поглаживаний и шлепков. Прямо перед ним качалась полуобнаженная грудь жены, которая так вошла во вкус, что не заметила сей непотребный факт оголения. От такого вида у Смирнова встал во второй, причем даже более охотно, чем в первый. А Танька так вошла во вкус, что уже и сама возбудилась: муж, лежащий в позе лягушки на спине, член, торчащий, как пионер на линейке, мужнины охи и стоны. От такого действа она вошла в такой раж, что опомнилась только тогда, когда уже вовсю скакала на мужнином члене с такими же охами и стонами. Кончали они долго с криками и ахами. Сие непотребство продолжалось всю ночь до утра.
Утром Димочка очнулся в своей кровати в родной квартире при свете дня и один, жены рядом не было. Встать и пойти на работу он не мог, тело все болело, а задница горела огнем. Он завернулся в одеяло и, наплевав на все, уснул.
***
На работе Татьяну ждал большой сюрприз. Мало того что Вартан опоздал, так и выглядел весьма странно – говорил невпопад, задумчиво и долго смотрел в окно, а под вечер ошарашил Татьяну заявлением:
- Женюсь я, Танечка, - причем сказал это без акцента на чисто-русском языке, отчего и Татьяна впала в ступор.
- Э-э, - успела она промычать, но ее перебил знакомый женский голос.
- Вартанчик, солнышко, ты где? – и в кабинет влетела Лариска.
- Вот на ней и женюсь, - сказал он, улыбаясь во все свои тридцать два.
- Эм, - прокашлялась Танька, - на свадьбу пригласите?
- А то! – Лариска сияла не меньше Вартана. – Ты самая первая и приглашена! Без тебя я такое счастье не нашла бы, - и они посмотрели друг на друга.
Танька тихонечко вышла из кабинета, дабы не мешать молодым. Странная они пара, но чего не бывает, когда любовь взаимная и искренняя?
А что Димочка? А Дмитрий Петрович Смирнов стал примерным семьянином и оказался весьма ревнивым мужем. Сначала для профилактики хотел «набить морду» Вартану, но когда его оттащили Татьяна с Лариской от начальника и мужа, а жена пообещала наказать, вот после этого он успокоился. Похоже, что семейная жизнь у них наладилась. Ходить налево он перестал, зато за женой ухаживал исправно, что самое удивительное, кроме нее никого не видел и с презрением смотрел на тех, кто пытался с ним заигрывать. А когда их никто не слышал, он называл ее «Госпожой» и преданно смотрел в глаза. В общем, жизнь наладилась, из блудного мужа он превратился в любящего мужчину и отца семейства. Видно профилактические меры помогли.
.
Книга находится в процессе написания. Продолжение следует…