Читать онлайн "Дело «Vиктория»: Чудовище с душой (том II)"

Даменсток, 1045 год

1 июля, Вторник

Время 20:06

​

Завсегдатай игорного клуба Стюарт Уик зашёл в небольшое здание с расписными стенами и ярко сверкавшими во тьме улиц неоновыми вывесками, откуда играла джазовая музыка. На пороге его с лучезарной улыбкой встретил Арсений Везучев – не так давно пришедший в клуб охранник, которому в прошлом году помог Винин. Арсений ни на миг не забывал своего спасителя, молился ему, как Святому, и всем подряд рассказывал, как тот спас его от неминуемой моральной и физической гибели, потому весть об исчезновении Модеста его сильно подкосила, а клевета, обрушившаяся на писателя со сторон скандальных газет и ведомого люда, выводила из себя. Внешность Везучева была совсем непримечательной, не считая красного вздёрнутого носа и седо-русых коротких волос со слегка плешивой линией пробора. Мочки ушей его свисали, скулы прорезали почти квадратное лицо, а синяки под глазами остались как шрамы мучительного прошлого, от которого невозможно откреститься.

– Здравствуй, Уик!

– Здравствуй. Рад видеть тебя в хорошем настроении.

– А я просто рад тебя видеть! Давно ты у нас не появлялся, мы тут все соскучились!

Стюарт хмыкнул и направился к барной стойке, где заказал себе безалкогольный коктейль «Алексей Иванович» – самый дешёвый, но невероятно вкусный напиток в меню.

– Как делишки, Стю? – пробасил бариста Джо, смешивая напитки в блинном стакане.

– Неплохо.

– У тебя всегда всё неплохо.

– Потому что ничего плохого... – его голос на мгновенье дрогнул. – ...ничего плохого не происходит.

– Уверен? У тебя голос дрожит.

– Уверен. Ты сам-то как?

– Я в здравии! Вот, дочурка недавно девятый день рождения праздновала. Совсем уже взрослая становится... – он театрально утёр блеснувшую слезу с ресницы.

– Что ж, поздравляю, – Стюарт вытянул из кармана кошелёк и протянул ему купюру в пятьсот монатов (прим.: Монаты – денежная единица в Яоки).

– Ох, Стю, что ты...

– Поздравишь Китти от меня, как от знакомого с работы.

– Ой, да ладно, она тебя знает! Я ей о тебе рассказывал, и она хочет как-нибудь увидеться с тобой, потому что ты скрипач.

– Боюсь, она будет разочарована. У меня скверный характер и тёмная кожа.

– И что? Ты же знаешь, в нашей семье нет понятия чёрный или белый, у нас есть понятие добрые люди! А характер у тебя хороший, хоть и не шибко приветливый. И на скрипке ты орудуешь, как мастер!

– Спасибо.

Джо убрал купюру в нагрудный карман и протянул ему коктейль.

– Уверен, что всё неплохо? Если что, мы всегда открыты для твоей души!

– Спасибо, Джо, но я правда в порядке. Я так думаю.

Получив напиток, Стюарт присел за свободный столик и взглянул сначала на почти полную игральную сторону клуба, затем на сцену, где выступала невысокая блондинка в сине-красном узорчатом платье – давняя знакомая Уика. За ней влюблёнными глазами наблюдал крупный крепкий одноглазый мужчина в фиолетово-рыжем костюме и длинными каштановыми волосами, собранными в грузную косу – тоже его давний знакомый.

Арсений с позволения подсел к Стюарту.

– Как дела, Уик?

– Как и всегда. Ты ведь знаешь, у меня почти никогда ничего не меняется. Ты-то как? Как дочурка?

– Всё лучше некуда! Дочь на каникулах; недавно водил её в парк аттракционов. Ей очень нравится колесо обозрения и карусель...

Около десяти минут он с теплотой рассказывал о своей семье, любовь к которой прямо-таки сочилась с его уст. Стюарт слушал его, попивая коктейль, пока внезапно Арсений не прервался на полуслове. Наклонившись, он прошептал:

– Слушай, недавно кое-что произошло... Могу рассказать?

– Что случилось?

– Я недавно видел странного мужчину на улице; он помогал упавшей девушке, вроде Лизавете, подняться на ноги и...

– И что в этом такого?

– Он был ужасно похож на Винина! И родинка на губе, и волосы длинные, тёмные, и скулы... в общем, это точно был он! Только одет был в чёрно-белый костюм и шляпу с чёрной вуалью, из-за которой я не смог глаза разглядеть! И, оказывается, Лизавета тоже в прошлом встретилась с Винином: он её спас от самоубийства. И меня он тоже спас от самоубийства! Понимаешь, какой он герой?

– Да, понимаю, но что было дальше?

– Я побежал вслед за предполагаемым Винином, но он исчез за поворотом, словно призрак! Лизавета подбежала ко мне, и мы разговорились.

– И ты больше не видел того мужчину?

– Не видел! После этого мне даже кажется, что это был настоящий призрак! Хотя он помогал подняться Лизавете, и Лизавета тоже его видела, даже трогала! Не может же это быть массовая галлюцинация или?..

– Галлюцинация не галлюцинация, призрак не призрак, но это занимательная история...

– Вот-вот! А ещё он был бледный и улыбался так блаженно, так умиротворённо, что я невольно подумал: именно так улыбаются трупы!

– Что Лизавета сказала на этот счёт?

– Он ей тоже показался трупом, а, значит, это неспроста! Говорит, ладонь его была холоднее льда, а глаза, которые она мимолётно увидела под вуалью, напугали её своей пустотой! Как думаешь, это действительно был призрак или?..

– ...или что-то страшнее призрака.

– Да, страшнее! Может, это был Бес?..

– Вряд ли, – он придержал паузу. – Как думаешь, куда пропал Винин?

– Без понятия! Надеюсь, он в порядке... но у меня закрадываются мысли о том, что он, скорее всего, труп! И так страшно становится от этого осознания, потому что я с ним общался, я жал ему руку, я даже обнимал его, а сейчас он, может, где-то глубоко под землёй и... бр-р! Я всё же надеюсь, что всё с ним хорошо... А ты что думаешь?

– Я не знаю. Я уже ничего не знаю.

Позже Арсений вернулся на рабочее место, а Стюарт, отдав стакан Джо, подсел к тому крупному влюблённому мужчине, что наблюдал за своей белокурой мадонной.

– О, Стюарт! – улыбнулся во все свои острые зубы Лев Черисский. – Давно тебя здесь не видел, дружище! Как ты?

– Дела были. Сам-то как поживаешь?

– Я в порядке, как видишь, – он метнул взгляд на певицу и ухмыльнулся.

– Рад, что у вас с Марьям всё хорошо.

Они замолкли, слушая очаровательное пение блондинки:

​

Бьётся сердце в такт сердцу твоему

И я не знаю, как долго здесь продержусь, но

Помни о том, что с тобою я,

Помни о том, как любовь сильна.

И та колыбельная, что я пела тебе,

Прольётся по небу мириадами звёзд, и

Я знаю, услышишь однажды меня

И поймёшь, как мы счастливы были...

– Кажется, ты не в настроении, – заметил Лев.

– Нет, всё в порядке.

– Не ври.

– Я же говорю, что всё в порядке.

– Не в порядке. Думаешь, мы живём в вакууме? Я слышал от знакомых, что у тебя умерла мать. Мне очень жаль, дружище.

Стюарт опустил голову и с силой потёр лицо.

– Да, спасибо...

– Если хочешь, можешь высказаться. Ты слишком много держишь в себе – это твоя самая плохая черта! Что тогда, что сейчас ты скрываешься и из-за этого ужасно страдаешь! Не таи эмоций, дружище!

Тёмные губы дрогнули; Стюарт обречённо смотрел куда-то вдаль. Наконец, он, вздохнув, выпалил:

– Я... Господи, прости... Я видел её смерть и ничего не смог сделать. Как всегда, я мог что-то предпринять, чтобы спасти дорогого мне человека, а я не смог и потерял. Почему жизнь так жестока ко мне?.. А если она захочет отнять у меня ещё и Уайта? Я же не смогу больше жить нормально! Столько моих родных людей находятся под угрозой и каждую ночь я представляю их смерти, чтобы быть готовым к такому печальному исходу, но к такому попросту нельзя быть готовым! Сколько бы я ни готовился, смерть настигнет их быстро и неожиданно, и я снова не успею, не смогу что-либо предпринять. Жизнь наказывает самым дорогим, но за что меня наказывать?

– Дружище... – Лев похлопал его по плечу. – Мне правда жаль, что ты проходишь через такие испытания.

– Ладно, ничего... Пора возвращаться в строй; от уныния мозг отекает. У тебя-то как дела обстоят? Никто не умер?

– Нет, к счастью. Только меня волнует одно... Я за тебя беспокоюсь.

– Не стоит...

– Нет, ты не понял! Я, конечно, и в этом плане за тебя беспокоюсь, но у меня есть беспокойство пострашнее. В Даменстоке орудует новоиспечённый маньяк. Слышал?

– Маньяк?

– Ага! Говорят, он на мужчин охотится, поэтому и переживаю за тебя. Ты, это, будь аккуратней, тем более ты часто по ночам шатаешься. Я не хочу потерять такого друга, как ты. Ты же не хочешь, чтобы я плакал?

– Не хочу.

– Тогда не гуляй по ночам и береги себя и родных! Брата тоже предупреди и сам будь настороже, хорошо?

– Хорошо, буду иметь в виду... Ты тоже будь осторожен.

– Да я-то чё? Ты видел, какая я груда мышц? Ни один маньяк на меня не пойдёт, если он не сумасшедший!

– Не зазнавайся и тоже береги и себя, и Марьям. А мне пора.

– Уходишь, даже не сыграв со мной партию в дурака?

– Нет. Что-то совсем не ничего хочется.

– Ладно! Тогда, на днях приходи, сыграем, отвлечёмся от этих ужасов!

– Хорошо.

Он хмыкнул и вышел из «Игрока».