Читать онлайн "Валера"

Посвящается:

колумбийскому писателю Габриэлю Гарсиа Маркесу, Нобелевскому лауреату

Всем Валерам и женщинам Валериям

Моим друзьям, которые, невзирая на политические события, а возможно, и благодаря таковым, остались со мной

1

эта история случилась давным-давно

когда не было даже DVD дисков

и в кино ногами ходили смотреть кино

нам было по двадцать, максимум двадцать пять

был самый конец девяностых

в жизни все было на порядок более просто

мы поехали отдыхать

дикарями на речку Оскол

с палатками, пенками и консервами, мешками спальными

называлось все это двусмысленным словом «слияние»

некоторые понимают сие как блядство

их категории весьма неоригинальны

ничего эротического: сливался Оскол с Донцом

когда мне было три, я лазила там с отцом

было просто прекрасно, без ливня конечно если

вечерами с чужих полянок барды пели какие-то песни

в изумрудной траве плохо прятались

салатного цвета рептилии

подставляя без страха солнцу

мордашки свои в изобилии

над водою висела сотворенная кем-то тарзанка

и Оскола течение было медленным и красивым

приезжали формально туда пацаны и пацанки

восстанавливать силы

это только так называется:

там свежий конечно был воздух

отдых телу, душе, и мозги без проблем отдыхали

повторяю, нам было по 20.

разумеется, мы там бухали!

помню нашей палатки зеленый брезент,

землю мокрую, мертвое дерево, мошек в болотной тине

город наш продолжал тогда еще делать вид,

что относится к Украине

про политику мы не знали тогда,

что это вообще такое

мы не помнили кто президент, ибо на кой нам?

и поэтому ссорились крайне редко

не считая вопросов музыкальных пристрастий

мы дышали тем воздухом, все – одним

с утра радостно пели друг другу «здрасьте»

что творило в каждом из нас

— это щас мне так кажется, тогда было по-другому

— абсолютное счастье.

со мной были Андрюха, фотограф, Слава, будущий журналист,

семейная пара Оксана и Леша — потом они

(как и наши пути) разошлись,

одинокая юная (90-е, вот они, здравствуйте!)

мама Юля со своим малышом

сидела всегда на стоянке, боялась клещей

— и поэтому впятером

мы таскались по разным местам,

не боясь за сохранность в лагере наших вещей!

и однажды — это уже начало истории

— мы выпили на берегу,

километрах в пяти выше лагеря по реке,

в романтическом, окруженном деревьями закутке

мы пришли туда в некий момент, просто гуляя

— осознав, что из виду наш лагерь мы потеряли.

я не помню, кто это предложил,

Леша скорее всего. он много читал

приключенческой литературы и в какой-то момент рассказал,

как в каком-то произведении

мужики, стесненные временем и нуждой

долго вынужденные идти пешком

не загруженные – ни в плохом, ни в хорошем смысле –

ни водой питьевой, ни едой, ни ночным горшком

нашли вдруг бревно. И вниз по реке

до пункта их назначения их довезло оно.

это было для них спасением, как в кино.

Андрюха со Славой живо заинтересовались,

мы с Оксаной махнули рукой

— можно подумать,

ни разу не видели пьяных людей,

мало ли что от них можно ждать в порядке случайных идей,

мало ли финт какой

поздно однако нервничать или допустим злиться

клетки нашей шизы к тому времени

начали уж делиться

практика показала: мы серьезно их недооценивали

они были бухие настолько, что затеяли спор непростой

можно ли в настоящее время

в конце двадцатого века

имея в руках бревно и все, на этом кончается арсенал

сделать вдруг так, чтоб сел человек на бревно

и вниз по реке попал,

и бревно одно донесло в сохранности человека.

кто-то сказал: я с радостью бы проверил,

но бревна у нас нет.

«что значит нет» — сказал Андрюха,

указав своим взглядом на что-то,

имевшее желто-бежевый цвет

и лежащее в черной земле. ну что,

поплывем на бревне будто на корабле.

и пока мы с Оксаной с опаской друг другу смотрели в глаза,

они живо посовещались, потом напряглись,

поиграли мускулатурой, откатили бревно,

глянули на него и решили что они — за.

жизнь предельно несправедлива:

запланируешь что-то толковое — все варианты мимо

а когда какую-нибудь фигню

— под руками всегда есть все, что необходимо

если ангел чего-то захочет, то вечно нет комплектующих:

нет спеца, реквизита, денег и мест для съемки

Дьявол — сразу приносит все на тарелке с красной каемкой

итак, впятером и гуськом

мы сидим на этом бревне верхом

муравьи, кто вовремя не свалил — увы, потонули,

а бревно оказалось частично покрыто мхом

пока можете – учите нормально биологию-физику,

в сотый раз повторяю вам тем единственным

что нормально я все-таки знаю — русским своим языком

муравьев было жалко конечно,

они работящий народ —

но на войне извините как на войне,

хотя войны тогда еще не было, йошкин кот

во-первых, поняли мы, когда поздно что-то менять —

если сидишь на бревне впятером

то оно опускается в воду, ядрена мать

они думали, если бревно деревянное,

это уже победа —

помните Архимеда?

тело, в жидкость груженое, ее вытесняет живо

особенно если жидкость сорокоградусная

а тел – в нашем случае – пять

проседает бревно всегда вместе

конечно же, с пассажирами

среди нас еще слава аллаху, не было никого,

заплывшего жиром

мы плыли по пояс в воде

между ног у всех пятерых находилось бревно

но поскольку оно просело под нашим весом под воду

не видно снаружи было оно

смотрелось все так, будто пять человек

очень высокого роста идут по дну

преследуя цель хоть неясную, но — одну

зрелище было снаружи не скажу даже

скорее всего — странное запредельно

вот к чему иногда приводит

сочетание алкоголя, юности и безделья

в общем, плывем. а что делать? сели — значит, плывем,

главное — вовремя лагерь заметить, слезть,

ибо если его пропустить

— потом подниматься вверх по течению,

это нельзя допустить,

поскольку мы в мокрой насквозь одежде

короче, плывем как прежде,

и тут по левую руку, или по правую, это неважно пока,

на берег выходят в штанах спортивных два очень худых мужика

на берегу темно, свет поглотили

кроны деревьев и листьев массы

две небольшие фигурки стоят и смотрят

прямо на нас

нам видны лишь их силуэты, обычные мужики,

самые тривиальные, они смотрят на нас в упор

и потом какого-то хера

кричат в нашу сторону имя одно: Валера

мы все впятером вопросительно переглянусь

сидящие впереди на бревне — обернулись

ничего мы не поняли, молча продолжили путь

мужики попытались второй раз это ввернуть

они снова кричат «Валера», снова хотят контакта

мы, естественно, жмем плечами, мы ж не Валера как-то

думайте двадцать раз если вам двадцать лет

перед тем как на речке

в незнакомом месте бухнуть

проведу перекличку еще раз: были Слава, Оксана,

Андрей, Алексей и я

не было никакого Валеры у нас нихуя

и пока течением дальше несло нас —

ведь речная вода всегда движется, ни для кого не секрет

— они крикнули в третий раз: мужики, не видели вы Валеру?

среди вас его нет?!

к этой минуте течение нас уже далеко унесло

и в голову Славке в этот момент пришло:

с точки зрения тех мужиков

если уж пятерым молодым долбоебам

по реке на одиноком бревне сплавляться пришлось

видимо без Валеры, кто бы он на хер ни был — тут точно не обошлось

и любой подобный сюрреализм —

тоже всегда на совести у Валеры

но все-таки интересно, для утоления любопытства,

для закрытия тайных знаний этих пещеры,

для сохранения (если еще получается) в человечество веры —

кем этот был Валера?

2

есть направление в литературе латиноамериканской:

магический реализм

колумбийский писатель Маркес

Габриэль Гарсиа

бессмертный рассказ написал однажды,

году в 68-м, он назывался «утопленник самый красивый»

его не проходят по причинам понятным

(в Колумбии есть свой Роскомнадзор)

дети в младшей и средней школах

это рассказ для взрослых, там нет алкоголя-наркотиков

мужчин или женщин голых, но там есть смерть

переходящая плавно в символ величия

в бессмертие, устремлений людских высоту

потому что утопленник тот принес

в самое тривиальное рыбацкое поселение

где люди просто хотели жрать и мало читали книг —

благородство и красоту

сначала его нашли дети, не поняли ничего

просто лежит огромный мертвый мужик

позвали кого-то из взрослых, и взрослые видят —

на берегу лежит

человек с большой буквы, чье тело не тронуто тленом

на нем нет признаков разложения

в мире реальном нельзя угадать его социальное положение

но он огромен, красив, у него мужественное лицо

и видно, при жизни он не был ни предателем, ни подлецом

никогда не практиковал он магию черную или даже простой обман

но никто, конечно, не знал его имени

женщины той колумбийской деревни

решили назвать его Эстебан

ведь чтобы похоронить человека

со всеми почестями, имя его стоит знать

если имени нет, его срочно следует дать

а прекрасного столь человека, лишь видом своим

возвышающего и селение, и односельчан —

назвать нет больше никаких вариантов

кроме как прекрасным испанским именем Эстебан

литературоведы, историки, критики

эксперты по Южной Америке с этим возились долго

придя в конце концов к мысли, что люди в этом поселке

все-таки догадались, кем Эстебан был при жизни

казненным хунтой был Эстебан левым идеалистом

военные диктатуры, все без исключения

казнили людей давно обкатанным способом

они убивали тихо, тайком и ночью

тело бросали в море как бы про между прочим

типа мы ни при чем, не имеем к этому

ни малейшего отношения

он просто пропал, мы даже не в курсе кто это был, утонул, бывает

— согласитесь, выгодное решение

тело не выплывет: в океане много акул

но Эстебан их как-то представьте минул

в деревне все жители все это быстро вкурили

и так совершенством его они тронуты были

что всем селением сшили огромный саван

в общак снесли все — у кого что было —

религиозные символы, кольца и амулеты,

и в море похоронить решили

на шею его и на руки было все это надето

пусть плывет сколько сможет

или сколько получится

и ни якоря, ни камней к ногам не цепляли

чтоб покойный на дне не мучился

и когда он пропал в зеленой морской пучине

они поняли, что всю жизнь теперь будут помнить

об этом прекрасном мужчине

эта память теперь возымеет материальное воплощение

они всегда теперь станут дочиста убирать свои помещения

содержать в идеальном порядке дома, церкви, детские садики, школы

не пить, не курить, не играть в азартные игры, грамотно оформлять протоколы

не давать, не брать взяток

заниматься любовью

лишь по огромной любви

и теперь — селяви! — у них это будет в крови

там, в Колумбии, Маркес мертвого выбрал героя

такого его авторское решение волевое

ибо к мертвым какие претензии?

ведь покойник

не сотворит ни хорошего

ни плохого более ничего

он был свят, бесконечен, как любой благородный символ —

но у нас-то была река, а не море, и Валера-то был живой!

и поэтому наша история будет в корне другой

3

я задумалась спрыгнув с бревна потом

берегов достигнув едва

мужики те стояли где нет стоянок

в темном месте и в зарослях — ясно как дважды два

там ведь не было ни полянки, ни палаточного городка

это было какое-то тайное место, неизвестное людям пока

может, это дыра во времени, пространственная река?!

параллельное поселение, инородное измерение

и реальности неподвластный

мистический городок, истории тайная точка

эти два мужика охраняли ее непрерывно —

ни один бы не смог в одиночку

их история может сложна быть и может — проста

они жили годами, никто не знал про эти места

жили бедно и плохо, к алкоголю имели склонность

дети книг не читали, катились вперед по наклонной

и не знали в унынии том ни спасенья, ни меры

пока к ним не забрел Валера

он случайно пришел

заблудился или как мы забухал

он быть может кого-то иль что-то

долго и тщетно искал

он вообще жил нормально, доволен был в принципе миром

он как Коля Герасимов, просто шел за кефиром

но случайно под черную ветку, корягу

второпях заглянул

и в бермудскую тайную сферу нечайно

сквозь этот портал нырнул

там увидел людей этих бедных

сакральное это селение

где народ деградировал с пивом в руках поколениями

где не ведали книг и науки

где единственным развлечением

им служил свальный грех

была полностью черной судьба их примерно всех

питьевой воды не было, собирали остатки дождя

неизвестно чего ожидая от жизни,

но скорее лишь смерти бесславной ждя

происходит антиутопия. все, что случается тут —

люди под ноги ссут и тварям взятки несут

не имея понятий про высший, верховный суд

и Валера решил: уж раз я сюда попал

то всех их спасу

он прожил там десяток лет

по теории относительности

ничего не случилось

в нашей привычной действительности

не прошло и секунды

пока не был Валера в миру

он ходил, мож, за чем-то на рынок

бывает. вернулся к утру

ни семья, ни друзья Валерины ничего не заметили

но в селении тайном делами великими этими

так Валера запомнился

что когда он внезапно пропал

люди сон потеряли и каждый себя потерял

ведь Валера возвел там больницы, школы

детские строил сады

он наладил техническое водоснабжение,

электричество, транспорт

питьевой доставку воды

открыл десять библиотек

программу помощи неимущим слоям

юридическую реформу провел

колдунов и шаманов выгнал к хуям

и построил концертный зал

неебического размера

вот на что оказался способен Валера

открыл центр технической подготовки

и бесплатный показ кина

сколько сделать за 10 лет можно

если ты не в реальном мире

и тебе не мешают ни друзья ни работа ни извините жена

дети часто годами не видели там

ни мам своих, ни, тем паче, пап

в общем, it was totally fuckin’ down,

but he finally moved it up

люди были готовы сожрать друг друга

и нельзя было сказать нет

но Валера пришел, и неточно, по слухам

— но вроде нашел там нефть

и не счесть изменений в финансовой,

законодательной

и коммунальной сфере

неподвластных Валере

но однажды Валера прогуливался

по селению ночью. думал, как им

наладить машиностроение

подписать еще сотню декретов

облегчить беременным

жизнь в непростом положении

как улучшить систему соцобеспечения

и ускорить оперативный ремонт

интернет-кабелей

ведь в поселке погода не очень

а без связи становишься злей

он ходил и усиленно думал,

как мыслитель Родена

приставив палец ко лбу

и за долю секунды вдруг вылетел

в пространственную трубу

ботинком задев ту самую ветку, корягу без намерéния

в нашем мире он в миг оказался, в нашем родном измерении

я клянусь вам — он 100% этого не хотел

мы не знаем судьбы своих

душ, тем более — тел

все хорошее в жизни и все плохое — всегда происходит случайно

и наутро люди рыдая и бьясь в отчаяньи

все селение прочесали, пытаясь его найти

может просто устал, отдыхает он в точке тайной?

но Валера очнулся в нашей, слиянской реальности

и в себя попытался прийти

почесал в затылке протер, конечно, глаза

и без лишних формальностей

сделал вывод — фигá себе долбаная крезá!

хрен поймешь, что вообще приснилось!

как я тут оказался, куда направлялся и что со мной блин случилось?!

а, да, вспомнил. я же на рынок шел.

там семья моя хлеба хотела, картошки, вина

и стиральный, не помню какой порошок

и домой он вернулся. никто ничего не узнал.

только там, в том селении, как только Валера пропал

все скатилось почти за неделю как было — к нищете и бухлу

все реформы исчезли

подонки вернулись поближе к любимому их баблу

грех их свальный занял мгновенно позицию прежнюю

жизнь восстала во всей своей мерзости

мрак налег на глаза людей

потерянных безнадежно

и тогда те кто трезвым еще оставался

и памятью не обделен

те назначили двух мужиков

чтоб при помощи тайной коряги

выйти в квантовый этот циклон

и дежурить без отдыха сна и усталости

рыбалку им разрешили, но только на крайний случай

и лишь самую малость

часовые в спортивных штанах должны были спрашивать

каждого шедшего мимо

реагировать на все всплески, вздохи, нечаянные шумы

наблюдать за всеми моторными лодками и резиновыми

под страхом вечной тюрьмы

за плотами

покрышками

байдарками

бревнами даже

и дежуря на страже спрашивать

без исключения, каждого:

где Валера? Валеру именно ищем мы

пусть вернется, пусть сделает все как было в лучшие времена

обсуждая промеж собой что прошло уже дохрена

уже лет как полста

там другой режим времени

хоть идея в целом проста:

они ждут его как евреи Машиаха

или как христиане повторно Иисуса Христа

и тогда, когда мы надрались вверху по реке

непонятно какого хера

откопали бревно и все пятеро сели на

— мужики те из той чужеродной нам квантовой сферы

параллельного мира

в надежде сигналили нам

чтоб найти наконец Валеру

он был всем для этих людей

без него они с горя выли

и вообще, кто-то видел его когда-нибудь со спины?

у него там, возможно, крылья?

он был Бэтменом их страдающей нации

Человеком был Пауком

он был тем, чего они в жизни не видели

и о чем до его появления не имели никакой информации —

ответственным мужиком

может, он пропал вовремя

ведь хороших политиков убивают гораздо чаще

чем плохих. но разве он был политиком?

он пришельцем был. попаданцем. посланцем. неважно кем —

главное —

не спившимся сифилитиком

не предателем, не засранцем

исчез так же внезапно, как появился

дематериализовался

перед этим впервые открыв сверхгуманизма эру

это сделал Валера, и мог сделать только Валера

они были расстроены в частности тем

что он резко так, вдруг пропал

и они не успели сделать наброски

чтоб потом написать мурал

нет иного для всех нас выхода

им сказали тогда, беднягам

не в Колумбии все-таки,

другой человеческий материал

так что первый-второй пошел,

вот удочки. вот коряга

и еще (это ценное знание) мы поняли, где портал

и кто знает, может до сих пор они там стоят

терпеливо Валеру ждут

мимо лодки идут

и пловцы-экстремалы плывут

а они то рыбачат

то смотрят грустно на воду

добавляя вопросов туристам, пловцам, пешеходам

…когда в памяти все утряслось, осело,

и времени много прошло

мы вдруг поняли: нам кровь из носу надо было

свалить с бревна вовремя, на стоянке

пока Оскол не вошел в Донец

и нас не перевернуло и к дьяволу не унесло

4

мы заметили вовремя лагерь, палатки и Юлю

соскользнула с бревна я

как с дохлой, вонючей лошади

в ледяную воду июля

добралась до стоянки

как те четверо все еще пьяных людей

и промокшие до костей

речным обдуваемы ветром

мы повесили шорты футболки сушиться

находя гнилую траву на каждом своем сантиметре

смыли в речке затем речное с себя говно

поплыло было дальше без нас

желто-бежевое бревно

но случайно одним из концов зацепившись за берег

на стоянке навечно осталось, впоследствии сгнив, оно

а Андрюха как ясно стало потом

утопил в том трипе свой Никон

он потом себе, правда, лучше камеру взял и дороже

денег славных ему... заплатили…

интересно, за что же?

30 лет подождав, под собственным именем

без всякого левого ника

наш Андрюша, будучи в Киеве, снял кино про Херсон

с укропских позиций

в 20 лет не всегда понятно, человек ты или гондон

и когда я узнала об этом в своем заграничном «раю»

то услышала вдруг как сама заорала

хрипло, будто бы водку день третий пью

неестественным птичьим криком

«утопил ты что-то совсем другое,

что важнее всего и ценней чем твой чертов Никон»

Слава тоже тогда слинял в Киев

свою прикрывая жопу

от алиментов четырем женам

пятерых девчонок сделал которым

похоже, в беспамятстве

ведь тогда уже сильно пил

найден в Сумах, на лавочке

сердце ему разбил

алкогольный инфаркт в 45

тело жаждало опознания

долго думали, кто же

станет опознавать

в комнате его съемной

ни одного телефона, ни записной книжки

батарея пустых бутылок и без простыней кровать

решили дернуть детей, что было уже нереально

война шла уже давно

и военных больше чем мирных было вокруг полно

Оксана вполне нормально

пишет в фейсбуке, живет в Лондоне

как украинская беженка

ишачит в доставке в инет магазине

транслирует вымученный оптимизм

такой вот магический мать его реализм

муж ее бывший Леша полностью перешел на украинский

косит мобилизацию

боится встретиться с ТЦК

может, в Молдавию дернул — никому не сказал пока

Юлька со своим мелким — в Израиле

вышла замуж, сын ее — мощный сотрудник хайтека

пишет — все хорошо, проблем почти нет

дайте вот только — просит — Киеву больше ракет

я же… а что я.

я ничего, у меня спокойная жизнь

ношу дорогой пиджак, на работе зовут на вы

пытаюсь привыкнуть к участи иностранной вдовы

но если кто спросит, какой я сделала вы-вод

из той поездки — то все будет просто:

неважно, что рядом

материк, океан или остров

огонь, вода или воздух

главное, чтобы в легких он был

чтоб работали руки и ноги

и скользкое это бревно

стоит тут же бросать

если есть малейший намек

что тебя подведет оно

хоть шампанского ящик

хоть лексус на это ставь

неважно, если подводит база —

прыгай, спасайся бегством

если нет вариантов — то вплавь

и все эти 30 лет я примерно так и живу

спасает меня лишь то, что с детства хорошо плаваю

у меня был первый разряд, я довольно резво плыву

и в любой ситуации

если кабзда с работой

и друг если лучший ушел

то плаваю я если что — пока еще хорошо

если слов моих не понимают

если пипл чего-то не хавает —

первым делом я вспоминаю, что офигенно плаваю

пользуюсь тем, что есть — водой и ее упругостью

чтоб не наделать других, куда более страшных глупостей

даже если вокруг вода и только вода

даже грязная если, и если там даже акулы,

я все равно гребу

хоть часто не знаю куда

даже когда я при смерти, и по жизни еле тащусь —

я вспоминаю, что я же отлично плаваю

и этим я отомщу

5

из головы тем временем не идут

те бедные мужики

готовые информировать центр обо всех переменах в ландшафте

стоят они, сжав кулаки

и вне понимания, вне логической сферы

все еще ждут Валеру

мы грустим, говорят они всем нам живущим

и не сможем — мы проверяли

— смириться с этой потерей

если вдруг его помните, видели, знаете как найти —

передайте это Валере

он придет пусть, вернется

наладит нам сгнившее в муках земных

кина производство

мы снимем о нем сериал в 2000 серий

что ведь был тут у нас

один благородный мессия

и имя ему — Валерий

возможно, ему без нас тоже хотя бы немного грустно

он просто стесняется выразить это устно

но в минуты печальные думает

надо найти корягу, надо смотаться в портал

я там столько всего не доделал

даже не начинал

он же просто король, просто мастер организации

без него умерла наша первая цивилизация

она в той же все жопе,

в нуле, даже в минусе

в ночи, где все кошки серы

и сплошная пришла чума, сплошная холера

при нем — расцветали цветы

и женщины хорошели без всякой меры

он вернется — родят на радостях много мальчиков, много девочек.

всех назовем Валера.

а что? английское value — ценность

el valór означает мужество, valiente — смелый, а слово vale — стоит

тогда, в 90-х, страшных, диких и безобразных в коих —

жрать и курить было нечего, мы не вспоминаем просто

но жизнь все равно подозрительно смахивала

на яркий сказочный остров

но теперь наш Валера не сможет ни пнуть корягу

ни даже присесть на землю

чтоб вновь ощутить

забытой легенды картину

он уже повзрослел, отслужил и знает:

под корягой с большой вероятностью прячется мина

и теперь даже воздухом тем единым

мы демонстративно не дышим

но те два мужика на темном речном берегу…

эй, мужики

у меня для вас нет Валеры

но я до сих пор вас слышу

[постскриптум]

а всем остальным сказать мне особо и нечего,

кроме того, что есть на свете люди-Валеры, мужики с удочками, люди по жизни не тонущие, то есть люди-говно

люди-Маркес, люди-утопленники, плывущие люди, колумбийские рыбаки

и даже люди-бревно

и тому, кто скажет сейчас, что гребущий равен не тонущему

лично врежу в табло

поскольку где же вы милые мои видели, чтобы говно гребло?

кроме того, что да, я рассмотрела версию

«двое ждут третьего собутыльника»

но это пошло и скучно

и хуже, чем опера мыльная

кроме того, что дни и часы

бесстыже быстро бегут

но где-то есть точка, портал, коряга

где вас искренне все еще ищут,

все еще ждут.

__Донецк, Россия. 2025 г.