Читать онлайн "Издевка разума"

Издевка разума.

Михаил Стоиков

Предисловие.

Несомненно, достижения человеческой цивилизации грандиозны. Наследия ушедших культур – величайшие произведения искусства. Невероятный технологический прорыв все еще ускоряется начиная с середины девятнадцатого века. Однако, в одном ряду с колоссальными успехами, естественно, соседствуют и гигантские ошибки и просчеты. Поэтому направление развития не столь прямолинейно как кажется в перспективе. В исторических архивах находится много свидетельств тернистых событий и фактов. До сих пор такие кризисы удавалось обходить или преодолевать, а последствия их исправлять. Но всегда ли найдутся приемлемые выходы из неизбежных будущих ошибок? Что, если однажды разум все-таки подведет или сыграет против нас самих? И что, если наше представление о сознании является не тем, что мы о нем думаем? Кто знает?

1. Заурядное летнее утро.

Ночь еще не закончилась, но небо на востоке уже приобрело фиолетово-розовые тона. Вначале лета в средних широтах самые короткие ночи, а вечерняя заря постепенно сменяется утренней, не оставляя шансов природе полностью погрузиться в ночную темноту.

Мужчина как обычно проснулся настолько рано, что весь город еще видел сладкие невероятные сны. Для него в этом не было ничего необычного – он всегда вставал очень рано, и это его сильно тяготило. Уже днем, находясь на рабочем месте в конструкторском отделе, его начинало клонить в сон. Но, понятно, что спать в рабочее время недопустимо и ежедневное напряжение воли в бессмысленной борьбе с неразумными гормонами все больше подрывало и истощало эмоциональные и физические силы. В голове непрерывно гудело и шумело, в теле ощущалось постоянное недомогание. Короче говоря, человек банально выгорал. Это состояние усугублялось его высокой ответственностью перед порученными заданиями. Мужчина осознавал, что ему необходимо равнодушней относиться к поручениям, выполнять их не так тщательно, но, имеющийся психологический изъян, вероятно приобретенный в результате чрезмерно строгого воспитания, постоянно напоминал, что что-то недоделано, а текущие дела идут слишком медленно. Другими словами, это был точно такой же человек, как и все, но со своими особенностями и пороками.

Подобное положение вещей определило его взгляды и отношение к окружающему миру. Мужчина выискивал все больше аргументов, отрицающих технический прогресс и цивилизованное общество, которое, по его мнению, являлось причиной всех его страданий, в чем отчасти он был прав. Он презирал лифты в высотных домах и городской транспорт, которыми при любом удобном случае отказывался пользоваться, противопоставляя этим техническим устройствам пешие передвижения. Соответственно сам он вел скромный образ жизни и пренебрежительно глядел на пышнотелых лежебок, самозабвенно наслаждающихся комфортом и утопающих в роскоши, сетующих при этом на дефицит денежных средств.

У Мужчины, конечно же, было имя, но теперь это не имеет существенного значения, потому что его уже никто не может вспомнить. Важно, что он был человеком – существом из отряда приматов, относящимся к группе антропоидов. Поэтому мы так и будем его звать - просто Антропом.

Итак, проснувшись Антроп приступил к обычному утреннему ритуалу. Необходимо было как-то зарядиться энергией, которой катастрофически не хватало, чтобы выдержать еще один тяжелый рабочий день. Он включил телевизор и поставил кипятиться чайник на плиту. Заварив крепкий чай, он, не торопясь пил его без сахара, одновременно слушая новости, в которых как обычно сначала шла информация о международном положении, после чего – прочие сообщения, одно из которых привлекло его внимание.

Антроп считал себя интеллектуалом среднего уровня. Он ни в коем случае не воображал из себя недооцененного гения, но и как о пустом глупышке о себе тоже не думал. В общем в этом отношении он был заурядным, в меру эгоистичным, и скорее даже чутким городским жителем.

И вот диктор телеканала сообщает, что на большом адронном коллайдере намечается уникальный научный эксперимент, связанный с существованием и взаимодействием с окружающей материей бозона Хиггса – такой элементарной частицы, существование которой предсказано Питером Хиггсом и отвечающей за наличие массы у материи. Оказывается, что Солнечная система в данный момент вошла в зону особо плотной темной материи, и поэтому эксперимент необходимо провести именно сейчас в удачно сложившихся условиях, которые были определены и рассчитаны искусственным интеллектом. Руководителями и инициаторами эксперимента является команда Европейских ученых … выпускников … Пытливый ум Антропа предсказуемо зацепился за эту информацию, но внезапно накатившаяся усталость – последствия очередной бессонной ночи - испортила бодрое настроение и опять вызвала приступ депрессии, что явилось источником пожелания, чтобы там у них (на коллайдере) все взорвалось, и при этом он еще выругался не литературным выражением. Естественно, что на самом деле он совершенно не желал, чтобы эксперимент провалился, просто он выплеснул накопившееся внутри раздражение и в общем-то правильно сделал: безусловно, если это необходимо, то лучше ругаться про себя, чем потом портить настроение окружающим. Поэтому, понимая источник и причину своего раздражения, и чтобы не быть людям в тягость, Антроп старался держаться особняком, хотя и любил общение и во время рабочих перерывов с удовольствием обсуждал в курилке с мужиками всевозможные темы.

Выпив утренний чай и, по причине личного неприятия технического прогресса, проявив возмущение в отношении затеянного исследователями вселенной какого-то непонятного эксперимента, Антроп немного позавтракал и вышел на улицу, чтобы полюбоваться великолепием летнего утра. Следует отметить, что начало лета, когда возрождается природа, а растительность лоснится всеми оттенками изумрудного бархата, было его любимым временем года, а в сочетании с солнечным восходом, возбуждало в нем восторженные эмоции и заряжало организм эндорфинами. Нетрудно догадаться, что Антроп обладал поэтической натурой несмотря на то, что, вопреки склонностям к гуманитарным предметам, в следствии сложившихся жизненных обстоятельств, ему пришлось трудиться по технической специальности.

Вдоволь налюбовавшись природными пейзажами и зарядившись положительными эмоциями, Антроп двинулся к спортивной площадке, чтобы потренироваться в гимнастике. Путь проходил мимо дворика с садиком, в котором, несмотря на столь ранний час уже трудился знакомый худенький старичок:

- Васильевич, доброе утро.

- Привет, дружище.

Жители только-только начали просыпаться, поэтому улицы и дворы были пока пусты и ему никто не мешал и не отвлекал от своеобразного, непонятного для большинства обывателей утреннего ритуала.

Антроп выполнял свои обычные гимнастические упражнения, когда из соседнего подъезда дома вышла девушка в спортивном костюме и побежала в ближайший сквер, где часто совершала утренние пробежки. Антропу казалось, что ее тоже мучает бессонница, и поэтому у них должны существовать общие интересы. Исходя из этих предположений он как-то пытался с ней познакомиться, но взаимности не последовало. Девушка дала понять, что в сфере ее интересов состоявшиеся мужчины, а простые инженеры – неподходящие кандидатуры для каких бы-то ни было отношений. Больше попыток общения он не проявлял.

В общем было совершенно обычное, ничем не примечательное летнее утро, не предвещавшее ничего необычного, тем более того, что произошло буквально через несколько минут.

* * *

Ночь еще не закончилась, но небо на востоке уже приобрело фиолетово-розовые тона.

Быкан - вор-рецидивист - нещадно тряс своего кореша, который никак не мог открыть глаза после обильных алкогольных возлияний накануне. Кореш по кличке Шилец, когда-то тянул срок вместе с Быканом. Клички приятелей достаточно точно характеризовали как внешность, так и присущие им манеры поведения.

Быкан – воплощение всеобщих представлений о братках лихих девяностых – упитанный крепкий мордоворот среднего роста с почти круглой физиономией, с соответствующей формой тела и ледяным взглядом. Шилец же, напротив, был жилистым сухощавым субъектом, но опытный наблюдатель без особого труда мог бы отметить его природную выносливость. Так что кореша гармонично дополняли друг друга, что, вероятно, когда-то их и сблизило. Безрассудная напористость Быкана часто сдерживалась рассудительной логикой Шилеца. И, хотя, формально их взаимоотношения считались равноправными, фактически Быкан нередко соглашался с разумными доводами своего подельника.

- Шилец, … твою мать, кончай дрыхнуть. Пока рыбнадзор спит, погнали водоплавающих добывать.

- А че, нам это сильно надо? Пока всего хватает.

- Ну в запас наловим.

- Да пошел ты … со своим запасом. Когда надо будет, тогда и пойдем.

- Но ты же сам буровил: «Любоваться восходом, духовно расти.»

- Ну я же это для смеха. Ты не понял, что ли?

Нарушенный сон уже не возвращался и Шилец поневоле был вынужден встать. Кореша загрузили в старенький жигуль сеть, надувную лодку и поехали к реке. Шилец мучился с похмелья. Он, не мигая молча и неподвижно смотрел в одну точку. Быкан издевательски над ним подтрунивал и какое-то время Шилец совершенно не реагировал, но в конце концов, втянувшись в язвительное зубоскальство, рассказал анекдот:

«В купе поезда едут академик и прапорщик. Они быстро познакомились и крепко выпили. Утром прапорщик как ни в чем не бывало бреется, распевает веселенькие песенки и вообще весь такой бодрый, довольный жизнью. А академик лежит не может открыть глаза, но и спать тоже уже не может. В голове гудит, во рту сухо. Он спрашивает прапора:

- Слушай, уважаемый, неужели у тебя не гудит голова?

А тот отвечает:

- А почему она должна гудеть? Ведь это же кость.»

- И где ты тут нашел юмор? – в свою очередь спросил Быкан.

- Тут не столько юмор, сколько глубокий смысл. – продолжил Шилец – Как-то я пялился в ящик (телевизор), там тоже один академик, даже запомнил его погоняло (кликуху) – Александр Каплан, так вот он уверял, что работа мозга забирает у организма очень много энергии. Поэтому, тот кто много думает уже не может выполнять тяжелую физическую работу, так как ему просто не хватает энергии. И по этой же причине мозг очень невыгоден для организма, что приводит его деградации в первую очередь и быстрее других органов.

- Оскорбляешь?!

- Не, Быкан. Просто хотел пошукать (пошутить), но в моем состоянии это плохо получается.

2. Завершение антропоцена.

В укромной заводи кореша, расположившись в надувной лодке, начали расставлять сеть. Уже несколько дней было солнечно и жарко и этот день тоже обещал не стать исключением. На ясном горизонте с востока выплывало великое мировое светило.

- Помню – был пацаном – подал голос Быкан – рыбы в реках было неисчерпаемо. Сейчас, сам знаешь: иногда возвращаемся пустыми.

- Но ты же сам - браконьер приложил к этому руку.

Небывалой силы ливень хлынул внезапно. Но все знают, что дождь идет с неба на землю, только не в этот раз. Ливень поднимался с заводи в небо, а через секунду, когда в водоеме были исчерпаны все запасы воды, вверх полетел ил со дна, а потом и, находящийся ниже под ним, грунт, и кореша ощутили, что земля перевернулась, а они улетают от земли вниз и к верх ногами. Инстинктивно ухватившись за сеть – единственный, находящийся рядом, твердый предмет, кореша оказались в сером субстрате, растягивающем тела во все стороны. Время для них утратило свой смысл и, когда феномен завершился, они очутились в какой-то низине в луже жидкого ила.

- Не хилый концерт. – прокомментировал Быкан – Объясни, мудрец, что это было?

- «Что было, что было?». Говорил тебе, что сегодня не рыбачить, а спать надо было. Давай ползи к берегу, лохматник.

* * *

Антроп тренировал несложные гимнастические элементы на уличных тренажерах, когда внезапно ощутил серию толчков, сбросивших его со спортивного снаряда на землю. Упав на спину, он увидел, как крыши домов поднимаются в небо, где прямо в воздухе сначала разрываются на все более мелкие части, а затем рассыпаются в пыль. Вслед за крышами последовали стены, которые распадались на отдельные кирпичи, раскалывающиеся до состояния пыли. Затем последовало соответствующее разрушение фундаментов и, наконец рассыпалась сама земля, а сам он, потеряв опору оказался внутри серой пыльной квинтэссенции. Какая-то неведомая сила растягивала тело, вынудив его сгруппироваться и мобилизовать всю имеющуюся энергию, чтобы противодействовать разрывающему его воздействию, которое через мгновение все-таки стало ослабевать. В этой невероятной субстанции охваченная ужасом мелькнула та девушка в спортивном костюме и мгновенно растаяла в пространстве. Еще быстрее растворившись, исчез старенький Васильевич, и это было последнее, что увидел Антроп.

Все эти умопомрачительные явления произошли в течении всего лишь одного мига, доли секунды. За этот миг в сознании не пронеслась вся жизнь, как рассказывают пережившие смертные мгновения счастливчики, и Антроп не увидел себя со стороны, как утверждают другие везунчики, пережившие клиническую смерть. Только одна здравая мысль успела промелькнуть в голове: «Это последнее мгновение жизни». После этого он потерял ощущение времени, и сколько его прошло он был не в состоянии определить: может быть несколько секунд, или десятки лет.

Серая квинтэссенция стала постепенно бледнеть и Антроп почувствовал спиной сначала какое-то небольшое давление, которое постепенно возрастало, а затем мягкую опору. Пыльная мгла стала прозрачной, и он обнаружил, что лежит на теплом песке. Приподнявшись, он огляделся вокруг и обнаружил, что находится посреди песчаной равнины, простирающейся до горизонта во всех направлениях. Но самым удивительным было расположение солнца на небе. В какую бы сторону Антроп не посмотрел, везде видел солнце, причем не множество светил, а только одно. Представившееся необычное явление, безусловно его обескуражило и в голове все замельтешило, а мысли перемешались. Но приложив волевое усилие он заставил сознание поискать рациональное объяснение странному природному феномену. Перебрав в голове множество всевозможных вариантов, он остановился на версии какого-то невероятного искривления пространства. Никакого другого более подходящего объяснения он придумать не смог.

- Похоже, быстро умереть не удалось. – подумал он – Теперь, наверное, придется умирать медленно. Хорошо это, или плохо? Пока не знаю. Скорее всего мне крупно повезло, что я остался жив и невредим. Может быть еще существует какая-то возможность спастись и дальше? Но сначала надо просто посидеть и осмыслить что же произошло. Несомненно, одно – похоже, произошла мировая катастрофа.

- Но ты же сам проклинал технический прогресс и современное общество потребителей, перерабатывающих природные драгоценности в дерьмо. – продолжал он рассуждать, споря сам с собой. – И вот, на тебе. Теперь все стало так как ты хотел? И тебе это действительно нравится больше, чем было тогда?

- Да нет, я этого не говорю. – продолжал Антроп противоречивый спор своих же двух противоположных точек зрения – Я, как раз и протестовал из-за того, что именно такой исход был вполне очевиден. Если детально разобраться, то я возражал не против прогресса, а против безмерного алчного потребительского отношения к окружающей среде, когда люди, имеющие все необходимое для жизни, жалуются на тяготы и лишения, требуют и получают еще больше новых благ, превращая при этом уже имеющиеся в наличии ценности в мусор. И этот круговорот извлечения ресурсов, потребления их и последующий перевод в хлам постоянно ускорялся. Нежизнеспособность общества, подверженного гибели при незначительном, выводящем из равновесия воздействии тогда ощущалась мной интуитивно. Несомненно, что такое положение дел должно было неминуемо привести к краху.

Но все-таки что же тогда было? Кажется, та эпоха называлась антропоценом, и вот она закончилась. И конец ее давно был вполне предопределен. Человечество ускоренными темпами черпало ресурсы и, наконец, они закономерно закончились.

И любопытно, что произошло это не в результате глобального потепления, не в результате ядерного апокалипсиса и не в результате угрозы из космоса, чем нас так настойчиво пугали, а по совершенно непрогнозируемой причине. И причина заключается в воздействии супер генномодифицированного организма – человека на планету. Человеческое генномодифицированное сознание враждебно биологической жизни, намерения и культура глубоко противоречат естественным стремлениям. Ведь когда решили провести тот нелепый эксперимент с бозонами Хиггса, да еще в условиях особой плотности темной материи, то очень вероятно, что большой адронный коллайдер синтезировал микроскопическую черную дыру, как и предполагали некоторые физики. И, как утверждали их оппоненты, в обычных условиях эти черные дыры, возможно, действительно быстро аннигилируют, но вот на этот раз повышенная плотность темной материи все-таки сыграла злую шутку, и черная дыра, если и аннигилировала, то все равно успела натворить много губительных дел. Не буду утверждать, что так и случилось на самом деле, но такой вариант очень вероятен, а другого в голову пока ничего не приходит. Человеческое самомнение и высокомерие закономерно привело к ожидаемому результату.

Антроп продолжил сидеть на песке и не мог остановить поток рвущихся наружу мыслей. Таким образом он невольно вспомнил о причастности искусственного интеллекта к разработке того безумного эксперимента:

- Ну конечно, так и есть. Еще Стивен Хокинг предупреждал в свое время об опасности искусственного интеллекта, который затем ловко ввел в заблуждение о своей непогрешимости самонадеянных исследователей. В действительности искусственный интеллект только и ждал удобного момента, чтобы расправиться с высокопарными суперпаразитами, жестоко и беспечно разоряющими планету. Конечно, Стивен Хокинг еще много, о чем предупреждал, и не он один. Но кто их слушал? Религия пресыщенности банально контролировала общественное сознание и именно она и являлась тогда хозяином положения.

Но достаточно рассуждений. Пора, наконец, что-то предпринять.

3. Гримасы пространственно-временного континуума.

Антроп поднялся на ноги и огляделся вокруг, надеясь найти хотя бы какой-то ориентир на местности. Но кроме желтого песка, жарящегося солнцем со всех сторон, ничего не увидел. Вполне ожидаемо, он не обнаружил и собственной тени. Понятно, что оставаясь на месте, неминуема смерть от жажды. Значит надо двигаться. Но куда? Любое выбранное направление ничем не отличается от другого. Придется идти хотя бы куда-нибудь.

В течении примерно получаса Антроп куда-то шел и вглядывался в линию горизонта, надеясь хоть что-нибудь увидеть. Наконец, где-то далеко возле линии горизонта появилась какая-то точка, которая, по мере приближения, оказалась человеком. Но Антропа насторожило странное поведение встречного путника. Оказалось, что тот в точности повторяет все движения Антропа, но с некоторой задержкой, которая поначалу затруднила осознание факта, что он наблюдает свое, сдвинутое по фазе, отражение.

Потрясенный досадной неудачей, Антроп пошел в противоположном направлении, подозревая при этом, что ситуация и тут может в точности повторится. И именно так все и произошло. Безусловно, это был шок. Положение казалось безвыходным. Он опустился на песок в потрясенном состоянии. Пронзило осознание безвыходности ситуации, в которой он оказался. Это какая-то смертельная ловушка. Появились признаки острого стресса: ступор мыслей, дрожь в теле, вызванная повышенным уровнем адреналина, сердцебиение, холодный пот. Некоторое время он так и сидел подавленный осознанием полной безнадежности.

Немного придя в себя Антроп, вспомнил притчу о лягушке, попавшей в кувшин с молоком, которая, бултыхаясь, взбила в молоке масло, обеспечившее ей возможность держаться на поверхности молока и не утонуть.

- А может быть, попробовать идти навстречу своему отражению до конца – пока не упрешься в препятствие? – подумал он.

Уже потеряв надежду на возможность выбраться из этой западни, он посчитал, что все же обязан, проверить правомерность или ошибочность этой мысли.

Преодолев страх перед столкновением с еще одной неудачей, Антроп приступил к выполнению задуманного. Подойдя к своему отражению на расстояние вытянутой руки, он благоразумно остановился и посчитал разумным предварительно произвести проверку безопасности пространства, расположенного за пределами отражающей поверхности. Не имея под рукой других неодушевленных предметов, он снял с ноги кроссовку и продвинул ее свободный конец за видимый предел. Часть обуви беспрепятственно исчезла из поля наблюдения. Он возвратил кроссовку в свою область – она оказалась целой и неповрежденной. Почувствовав надежду на благополучный исход, Антроп взял горсть песка и бросил ее за предполагаемый барьер, за которым песок бесследно исчез. Через пару секунд его двойник тоже бросил в Антропа горсть песка, который достигнув с противоположной стороны поверхности раздела, не появился внутри зоны, где находился Антроп.

С усилившимся от волнения сердцебиением, Антроп с опаской сунул палец за пределы предполагаемой преграды, не почувствовав неприятных ощущений, он продвинул туда всю руку, а затем, набравшись смелости шагнул сам. Ничего плохого с ним не произошло. Он стоял на небольшой возвышенности, и первое, что бросилось в глаза, была заросшая травой и купающаяся в солнечных лучах луговина, чередующаяся с куртинами кустарников и лесистых рощиц. Охваченный радостью внезапного избавления, он вновь увидел привычную природу и обычный мир: немного холмистая местность, а в стороне густые заросли, расположенные в протяженной, напоминающей овраг низине.

Обернувшись, он увидел со стороны ту аномальную зону, в которой только-что находился. Это был тускло светящийся бледным светом купол, имеющий нечеткие размытые границы. Размеры купола достигали, вероятно, около двух километров в диаметре. Странное явление интриговало своей необычностью, возбуждая любопытство. Но Антропа мучила жажда и он направился в сторону низины, где надеялся найти воду, после чего рассчитывал заняться исследованием необычной зоны, которую только-что покинул.

4. Еще одна аномалия.

Антроп и на самом деле обнаружил овраг, по которому протекал веселый ручеек. Он напился и, поднявшись по склону, выбрался из густых зарослей на луговину, окаймлявшую верхний край оврага. Здесь он решил перевести дух после пережитых потрясений и поразмышлять о случившемся и о своих дальнейших планах действий.

После ряда нервно-эмоциональных встрясок, закономерно последовал период безмятежного расслабления. Антроп сел на траву, а через минуту уже лежал в ней, наблюдая в голубом небе, плывущие облака. Необычное неизведанное чувство охватило его. Он подумал, что, вероятно, остался единственным человеком на всей Земле. Он впервые в жизни познал ощущение полной, абсолютной, неограниченной свободы. Наконец-то у него появилось право самому отвечать за свои поступки и принадлежать самому себе. Это и радовало его с одной стороны, и огорчало с другой. Теперь не было ни капли надежды, что завтра он будет жив и во всем придется надеяться только на свои силы, способности и опыт, накопленный в предшествующей жизни. А весь его предыдущий опыт не имел никакого отношения к примитивному и первобытному существованию.

Его глаза стали непроизвольно закрываться, а в голове проявилась мысль, что всего лишь полчаса назад он находился в плену какого-то неимоверно искривленного пространства, из которого ему посчастливилось безболезненно вырваться.

Антроп кожей чувствовал тепло солнечных лучей, и дремота понемногу стала его одолевать. Но через некоторое время солнце перестало согревать, а свежий ветерок начал студить тело. Но не это вывело его из забытья – со всех сторон послышался необычно тревожный птичий гвалт. Его сначала удивило, что такому большому количеству пернатых удалось пережить произошедший катаклизм. Но затем он вспомнил утверждение биологов о том, что мелкие животные всегда легче переживают любое вымирание, тем более связанное с аномальной гравитацией. Чтобы побороть дремоту и разобраться в причине беспокойного гомона, ему потребовалось совершить над собой некоторое усилие.

От увиденного кошмарного явления его пронзил ужас. На горизонте появилась черная стена, которая надвигалась с неимоверной скоростью, и убежать от нее не оставалось абсолютно никакой возможности. «Из полыньи да в пламя» - вспомнил он пословицу и не раздумывая бросился в гущу зарослей, надеясь как-то защититься от неведомой опасности.

Антроп едва успел забежать в зыбкое укрытие в овраге, как с неба хлынул поток холодной жидкой грязи. С деревьев моментально сорвало все листья, а оставшиеся ветки от грязевой жижи практически не защищали. Вскоре грязь настолько заполнила овраг, что Антропу пришлось покинуть заросли. Как бы ни показалось странным, но это действие впоследствии принесло пользу.

Грязь хлестала по голове и телу, залепляла глаза, ноги вязли в противной жиже. Но если прекратить борьбу и смириться с жутким феноменом, то неизбежно погибнешь. Сквозь черные адские потоки Антропу удалось разглядеть медленно движущееся мимо него большое светлое пятно. Другого выбора, как попытаться найти спасение в этой флюктуации, у него не оставалось и он как мог стал приближаться к этой светлой области. Подойдя вплотную, он почувствовал сильный встречный ветер, исходящий из странного объекта. Преодолевая напор потока воздуха, он проник внутрь загадочной зоны и, ощутив свежесть, понял, что нашел спасение от уничтожающего грязного месива.

5. В незнакомых краях.

Кореша еще не успели выбраться из грязи, как на краю этой лужи появилась стая собак. Они суетились вокруг лужи и с вожделением ждали, когда люди начнут из нее выбираться.

- Смотри, Шилец, сколько мяса. Теперь голодными точно не останемся. – подал голос Быкан.

- Большая стая. Как бы они нас самих не съели. Вон там островок. Попробуем до него добраться. Только сеть надо тоже захватить. Она нам еще пригодится.

К счастью, лужа оказалась не глубокой, и им без труда удалось вброд дойти до острова, где они разделись чтобы просушить одежду. С разведением костра у них проблем не было – они всегда носили с собой зажигалки. Просохнув и отчистив с одежды грязь, они стали обследовать остров, обнаружив при этом, что в одном месте противоположный берег был совсем рядом и там было много бурелома. Тогда Шилец подумал, что неплохо бы в этом месте оборудовать твердый переход. Они разделись и перебрались на другой берег, натаскали бурелома и построили перешеек между островом и берегом. Чтобы собаки не смогли перебраться на остров по перешейку, они завалили его в одном месте кучей колючих веток, которые при необходимости можно было легко убрать, пользуясь жердью с раздвоенным концом.

Ночь почти наступила, когда они закончили строить шалаш. Из всего имущества осталась только сеть и зажигалки, но сожалеть об утрате уже просто не было сил, а за весь день удалось поесть только то, что находили по ходу во время работы, поэтому спать легли голодными.

Утром приятели к своей радости обнаружили, что грязь, в окружающем их остров водоеме, осела на дно, а вода стала прозрачной. К тому же в воде плескалась рыба, вероятно попавшая туда, при катаклизме вместе с грязью. Теперь это уже была не грязная лужа, а настоящее озеро, пусть и не глубокое.

Друганы залезли в воду и протянули сеть по озеру, подобно бредню. К полудню они уже смогли неплохо подкрепиться. Но рыбы в озере осталось очень мало и вряд ли удастся ее достаточно добыть в следующий раз.

* * *

Антроп обнаружил, что на этот раз находится на вершине поросшего лесом и заваленного буреломом холма. Резонно предположить, что произошедшая катастрофа все-таки не все уголки на Земле сильно затронула.

Перед ним располагался крутой склон и, соответственно, лес так же круто спускался вниз. Сквозь несколько находящихся на вершине стволов деревьев, он увидел перед собой холмистую местность, так же заросшую лесом. Только в низине перед ним заросли сначала редели, а дальше виднелась луговина, за которой снова начинался лес. Луговина напоминала собой болотную топь.

Сейчас главной задачей Антропа было найти пропитание, и он направился в низину, где, как он и предполагал, обнаружилось болото. По краю болота рос рогоз, молодые несозревшие початки которого, годились в пищу. Так же он употреблял прикорневую часть стебля и сам корень, предварительно очистив их от грязи. Таким образом голод он утолил. Заодно он собирал прошлогодний пух от рогоза, который мог пригодиться в качестве трута при разведении огня.

Солнце клонилось к горизонту. Наступал вечер. Пока Антроп ел плоды рогоза, грязь на его одежде, налипшая во время грязевого ливня, высохла, превратившись в корку. Что смог, он отчистил, а мыться и стирать одежду он решил на следующее утро, когда воздух разогреется, так как становилось прохладно и пришлось бы находиться в сырой одежде всю ночь.

Антроп посчитал, что не помешало бы вооружиться и подобрал удобную дубину и длинную прочную палку, заострив при помощи осколков камней конец которой, изготовил что-то вроде копья. А теперь следовало позаботиться о полноценном ночном отдыхе. Он снова поднялся на вершину холма, показавшимся ему достаточно гостеприимным и занялся сооружением шалаша, после чего стал натаскивать в свое убежище охапки прошлогодней сухой травы. Особенно это место его привлекало потому, что здесь постоянно дул свежий ветер, сдувавший с вершины комаров и мошкару.

Когда Антроп закончил дела, уже почти стемнело, а его силы были на исходе, и он с наслаждением закопался в сухую траву внутри шалаша.

К своему удивлению и в отличии от тяжелых и бессонных ночей до катастрофы, в шалаше он спал хорошо всю ночь и встал, когда солнце уже хорошо прогрело землю. Самочувствие было замечательным. С вершины своего холма Антроп разглядел, что на протяжении болотной топи, с одной стороны, местность, кажется, выше, и предположил, что там может находиться источник, питающий болото водой. Туда он и направился, и обнаружил достаточно широкую протоку, зажатую между двух возвышенностей. Крутые берега протоки были завалены плавником и буреломом, но к открытой воде нашелся удобный подход, которым он воспользовался, чтобы отмыть вчерашнюю грязь.

Искупавшись в одежде, Антроп разделся и развесил ее, чтобы просушить. На берегу нашлось много съедобных трав, составивших для него легкий завтрак, но все же не дав достаточного чувства насыщения. Поэтому он решился попробовать использовать в пищу ряску – водоросль, которая в больших количествах концентрировалась возле берега, где течение было особенно слабым. Он когда-то слышал о неплохих питательных свойствах этой водной растительности, которая на самом деле хорошо утолила голод.

Но было необходимо позаботиться и о более существенной пище. По воде плавали дикие утки, и у Антропа естественно появилась мысль, что неплохо было бы добыть их для пропитания. Пока сохла одежда, он, пользуясь осколками кремниевых камней, содрал полоску кожи с молодой липки. Очистив от кожи верхний слой, он скрутил полученное лыко в шпагат. Подобрав подходящую ветку, и так же пользуясь осколками камней, изготовил лук и несколько стрел. Для наконечников стрел, подходящего материала не нашлось, и он просто их заострил.

Примитивное оружие было готово, но Антроп не спешил приступать к охоте. Сырое мясо он есть не решался из-за высокой вероятности инфицирования различными паразитами. Поэтому сначала необходимо было развести огонь для температурной обработки добычи. Для этого у него было почти все необходимое.

Высохший на солнце кусок плавника с удобным углублением Антроп приспособил как основание для своеобразного чудодействия; подобрал сухую ветку, заострив конец которой, предположил применить в качестве сверла и поднялся к своему шалашу. Заготовленный накануне вечером пух початков рогоза, он уплотнил, получив трут, положил его в углубление куска плавника, куда вставил и заостренный конец сверла. Цилиндрическую часть сверла он захлестнул тетивой лука, и прижимая при помощи камня сверло к углублению с трутом, стал совершать возвратно-поступательные движения луком, до тех пор, пока трут не начал тлеть, после чего он стал раздувать тлеющий уголек, подкладывая в него сухие травинки, пока не появилось пламя.

После того, как костер надежно разгорелся, Антроп закалил на огне острия стрел и опробовал свое оружие, сделав несколько выстрелов из лука по различным мишеням. Удовлетворительной точности стрельбы удавалось добиться только на небольшом расстоянии от мишеней, поэтому во время охоты придется близко подбираться к добыче, но более подходящих для охоты способов, пока не находилось.

Стремясь обеспечить длительность горения, Антроп подложил в костер несколько толстых бревен, так чтобы один конец их находился в костре, а другой оставался снаружи и направился вниз к протоке, где раньше видел плавающих уток.

5. Неудачи и загадки.

В заросшей по берегам густой растительностью протоке плавали и ныряли утки, вылавливая головастиков и всевозможных водных личинок. Антроп, скрываясь в зарослях, как можно тише подобрался к воде, наложил стрелу на лук, натянул тетиву, прицелился и выстрелил. И промахнулся. Утки немного забеспокоились, но, так как никакого вреда не получили, то серьезной опасности не почуяли и, успокоившись продолжили свои дела. Антроп на время затаился, дождавшись, когда какая-нибудь утка подплывет поближе и, выстрелив повторно, попал, но из-за несовершенства оружия только ранил ее. Стрела вонзилась добыче в бок, и птица стремительно поплыла к противоположному берегу, где скрылась в зарослях. Остальная стая с криками поднялась в воздух. Зная о правиле охотников, запрещающем оставлять раненую добычу, Антроп решил проявить настойчивость и найти подстреленную утку.

Оба берега были завалены вывороченными с корнем деревьями и выброшенным на берег плавником. На противоположном берегу лежало дерево, вершинка которой находилась в воде на достаточно большом расстоянии от берега. На своем берегу выше по течению он выбрал дерево, которое удобно бы было спустить в воду. Пользуясь жердью в качестве рычага, он скатил дерево в протоку, таким образом, чтобы комель оказался выше по течению, которое потащило дерево вниз к лежащему ниже дереву. Придерживая вершинку с помощью жерди, и, направляя ее, он добился, чтобы комель плывущего дерева зацепился бы за неподвижное дерево. Примитивная переправа была почти готова, но от берега до ближайшего ствола еще оставалось большое пространство открытой воды. Антроп сдвинул туда еще пару бревен, и теперь стало возможно перейти на противоположный берег.

Охотник осторожно шагал по наведенной переправе, используя жердь в качестве дополнительной опоры о дно протоки, когда на противоположный берег с лаем выбежала стая собак. Безусловно это являлось серьезной опасностью, и он начал разворачиваться, чтобы вернуться назад. Но собаки, рассчитывающие напасть на человека, поняли, что он пытается от них уйти. Тогда вожак стаи ступил на ствол, намереваясь напасть на человека. Увидев, что его преследуют, Антроп двинулся на вожака, который поняв, что посреди воды на стволе дерева, он находится в невыгодном положении, решил развернуться и отступить. Но сзади его уже подпирала остальная стая и отступать было просто некуда, а спереди приближался враг с жердью в руках. Вожаку ничего не оставалось, как спрыгнуть в воду, но в суматохе он неправильно оценил ситуацию и спрыгнул в сторону от ствола вверх по течению. Поэтому течением его прижимало к переправе, и не успев достаточно отплыть, он получил удар жердью по спине, повредивший, по-видимому, ему позвоночник, и ушел под воду. Остальная стая тоже попрыгала в воду, но Антропу удалось утопить еще одного пса.

Осознав безнадежность попытки нападения на человека, оставшаяся стая скрылась в зарослях, после чего их лай затих вдали.

Антроп перебрался на противоположный берег и используя жердь в качестве страховки, стал прочесывать прибрежную топь в поисках раненой утки. Попутно он обнаружил два утиных гнезда с яйцами. Утки-наседки с криками носились вокруг, пытаясь защитить гнезда. Антроп оставил в каждом гнезде по два яйца, забрав себе только три. Раненую утку он так и не обнаружил. Вероятно, ее отыскали собаки – на берегу лежали утиные перья.

Вернувшись обратно, Антроп убрал с переправы крайние бревна, чтобы затруднить хищникам возможность попасть с того берега на этот. Присев на луг отдохнуть он стал осматривать местность вокруг и решил, что стоило бы обследовать ближайшую округу. Он опасался есть яйца сырыми из-за возможности получить какую-нибудь инфекцию. Тогда он закопал утиные яйца поглубже в песок, воткнув рядом палку для последующего определения этого места на обратном пути, и направился дальше вдоль протоки к следующему холму.

Путь оказался гораздо труднее, чем ему показалось на первый взгляд, а холм, к которому он шел, находился значительно дальше. Антропу пришлось преодолеть три оврага с жидкой грязью внизу, а местность между оврагами густо заросла высокой травой и кустами. Один овраг оказался особенно глубоким с крутыми склонами. Он потратил немало сил, ломая кусты и нарывая сухую траву, которые стелил на жижу, создавая что-то вроде гати, чтобы пересечь овраги и не утонуть в грязи.

Но в конце концов Антроп добрался до подножия холма и поднялся наверх и тут испытал очередное потрясение. До этого ему казалось, что после всего, что ему пришлось пережить и преодолеть, его уже ничем невозможно удивить. Но действительность оказалась значительно хитроумней, если только он не сошел с ума.

Антроп мог бы поклясться головой, что шел в противоположном направлении от холма, на котором располагался его шалаш и находился костер. Но вдруг, непонятно каким образом, он опять оказался у своего шалаша. И все, вроде бы, здесь было в точности так же, как перед тем, как он оттуда ушел.

Не в силах преодолеть нахлынувшее ошеломление, Антроп сел у костра в попытке привести мысли в адекватное состояние, но тут его ожидала еще одна встряска. Его зрительная память категорически возражала против того, что он увидел. Он точно помнил, что оставил в костре шесть толстых бревен, выложив их в форме звезды – одним концом внутрь костра, а противоположный конец оставался снаружи. Значит и должно остаться шесть недогоревших остатков. Но оставшихся бревен было только четыре.

- На сегодня с меня хватит загадок, тайн и приключений. – подумал Антроп - Я слишком устал, чтобы разгадывать все эти ребусы.

Небо уже почти стемнело. Наступала ночь. Он зарылся в своем шалаше в сухую траву и уснул.

* * *

Ни Быкан, ни Шилец не привыкли питаться растительностью, поэтому вскоре им пришлось голодать. Тогда Шилец разработал план охоты на собак.

При появлении стаи возле перехода на остров через перешеек, Шилец, пользуясь жердью, должен был освобождать путь от кучи веток, но при этом ему необходимо постоянно быть на готове, чтобы моментально переход снова завалить ветками при возникновении опасности. Быкан же был обязан дежурить около края перехода с увесистой дубиной, и при появлении там собак, сразу их бить.

Приятели разбросали около перехода остатки съеденной рыбы, чтобы запахом привлечь собак. Вскоре те появились, и некоторые из них – особо нетерпеливые – предпринимали попытки перехода по перешейку, но, не дойдя до середины, стояли в нерешительности, а затем возвращались обратно. Такое поведение собак озадачило друганов. Они не знали, что стая уже приобрела печальный горький опыт сражения на узкой переправе через водоем.

Тогда Шилец вспомнил опыт охотников на крупных животных. Когда, не получив желаемого, стая покинула место расположения перешейка, кореша переправились на противоположный берег. Они выбрали молодое упругое дерево около звериной тропы, согнули его до уровня тропы и зафиксировали согнутую вершинку палкой. Затем к вершинке дерева привязали концы сети, расстелили ее по тропе и зацепили фиксирующую палку сетью, так чтобы при натяжении сети, палка перемешалась бы, прекращая фиксировать дерево от выпрямления.

Сделав все приготовления, они отправились обратно на остров и стали ждать результатов своей хитрости.

6. Феномен аберрации.

Утром Антроп собрался сходить и выкопать спрятанные утиные яйца. Но пришлось поломать голову над тем, куда затем вернуться. Если он возвратится сюда же, то надо подложить дров в костер, чтобы сохранить его, а если идти в противоположном направлении, то костер лучше затушить, чтобы исключить риск возникновения пожара. Но дилемма состояла в том, что в какую бы сторону он ни пошел, все равно он приходил бы на один и тот же холм. По крайней мере так следовало бы предположить по той невероятной логике, с которой ему пришлось столкнуться. В конце концов он подумал, что от места, в котором спрятаны яйца, ближе и легче добираться до противоположного холма, хотя он мог оказаться тем же самым местом. Тогда Антроп засыпал костер песком, зная, что в этом случае горячие угли долго сохранятся, а опасность лесного пожара практически исключена.

Совершив нелегкий путь до места, где были спрятаны яйца, Антроп обнаружил, что палка, воткнутая как ориентир, валяется в стороне, а яиц на месте не оказалось. При этом, ямка, в которой они были закопаны, была снова аккуратно засыпана. Он попытался искать яйца рядом, но по твердости верхнего слоя земли, везде убеждался, что с местом, где он их прятал, не ошибается.

Пришлось снова довольствоваться растительностью: ряской, рогозом и другими съедобными травами. После вегетарианского завтрака, Антроп направился к своей, ставшей уже почти родной, вершине холма, рассчитывая там передохнуть и собраться с мыслями. Он уже достаточно утомился и в пути его мозг просто отказывался логически размышлять.

Добравшись до места, Антроп обнаружил весело горящий костер, совершенно не соответствующий тому состоянию, в котором он ожидал его увидеть. А через мгновение, немного в стороне, он увидел скорлупу от утиных яиц. Странно, кто кроме него самого мог их съесть? К тому же вокруг больше никого не было.

Совершенно обескураженный всеми этими невероятно странными событиями Антроп долго сидел возле костра, отказываясь, что-либо понимать в происходящем. Его логика не находила никаких подходящих объяснений. Его пугало предположение, что он, возможно сошел с ума. И тогда, ничего лучше, чем хорошенько выспаться, он просто не смог придумать.

Антроп опустился на коленки, чтобы заползти в шалаш. Но неожиданно обнаружил торчащую кроссовку в находящейся внутри сухой траве. Уже совершенно ничего не соображая он потянул за кроссовку, но она оказалась надета на чью-то ногу и тут раздался пронзительный визг, от которого Антроп подпрыгнул на месте. И тут же из шалаша выскочило человеческое тело, сбив с ног и без того уже находящегося на гране истерики несчастного Антропа, взбунтовавшаяся психика которого непроизвольно отправила нервный импульс на голосовые связки и брюшной пресс, и теперь он услышал уже свой собственный крик, который даже не планировал издавать. Однако, в отличие от предыдущего визга, его крик больше напоминал зверское рычание, поэтому человеческое тело, вероятно напуганное не меньше самого крикуна, бросилось прочь вниз по склону холма, пытаясь спастись от воображаемого безжалостного хищника.

Антроп быстро пришел в себя, пока еще человеческое тело не успело скрыться среди деревьев, и он успел разглядеть, что это была именно та девушка, которую он увидел последней во время той катастрофы.

- Подожди! Не убегай! – закричал он – Я ничего плохого тебе не сделаю.

Но, похоже, что в пылу страха, она уже ничего не слышала, или, может быть не разобрала, что он ей кричал.

Под действием нервного возбуждения, с бешено колотящемся сердцем, Антроп забыл о планируемом отдыхе и отправился вниз по склону вслед за убежавшей девушкой. Он нашел ее сидящей на берегу и рыдавшей возле возведенной им переправы через протоку.

- Что, сильно испугалась? – спросил он – Я тоже испугался не меньше тебя. Тебя как зовут?

- Инна.

- А я Антроп.

- Странное имя. Я слышу такое впервые.

- Родители меня назвали иначе, но это было в прошлой жизни, которой уже нет. Сейчас я всего лишь примат группы антропоидов, попросту Антроп.

Рваная одежда висела на ней мешком. Она была предельно истощена – кожа и кости. Антроп и сам похудел, но далеко не до такой степени.

- Ты съела яйца, которые я закопал.

- Я очень хотела есть. Я видела, как ты их прятал и сначала думала съесть только одно яйцо, а остальные оставить тебе. Но ты долго не возвращался, тогда я съела, второе, а на следующий день и третье. Ты не возвращался несколько дней, и я подумала, что ты совсем не вернешься.

- Ты что-то путаешь. Меня не было всего одну ночь.

- Это ты сам путаешь. Я точно знаю, что ты где-то был несколько дней. Я жила внизу под холмом. Но там много комаров и мошкары, а у меня не было огня. Тогда я дождалась, когда ты отойдешь от костра, и утащила два полена из твоего костра.

- Точно, когда я поднялся на соседний холм, там как раз не хватало двух поленьев.

- Я развела костер внизу, но комары все равно нещадно меня жрали. Тогда я решила тоже обосноваться на вершине какого-нибудь другого холма, где не стихает ветер, но в какую бы сторону я не пошла, всегда оказывалась на твоем холме и после того, как ты отсутствовал несколько дней, решила поселиться в твоем шалаше. Там комаров почти нет. Когда я туда пришла, то обнаружила, что твой костер засыпан песком. Это меня сильно удивило, так как не видела, чтобы ты возвратился. Я раскопала угли и развела огонь.

- Когда я уходил с соседнего холма, я на самом деле там засыпал костер песком. Но меня озадачивает несоответствие количества дней, когда я отсутствовал, исходя из твоих слов, с одним днем по моим наблюдениям. Хотя после тех феноменальных аберраций, которые произошли, скорей всего, уже можно допустить любые аномалии, в том числе и расхождения по времени. Рискну предположить, что в различных участках нашего местоположения, время протекает с разной скоростью. Ученые-физики утверждали, что такие явления возможны. Я тогда не мог себе представить, как это возможно, но теперь сам убеждаюсь в реальности этого парадокса.

- Я не понимаю, о чем ты говоришь. - продолжала она разговор – Наверное, не стоит даже пытаться что-то понять. Но хотелось бы разобраться, что же, все-таки, произошло с планетой. Ты что-нибудь понимаешь?

- Если я что-то и понимаю, то немногим больше, чем ты. О том, что произошло, я могу всего лишь предполагать. Перед тем как произошел тот апокалипсис, средства массовой информации в новостях не однажды подавали информацию о предстоящем грандиозном эксперименте на большом адронном коллайдере. Эксперимент был связан с исследованиями бозона Хиггса. Параметры и условия проведения эксперимента рассчитывал искусственный интеллект. Он все расчеты произвел добросовестно, в соответствии с заданием, разработанным исследователями. Но, наверняка, никому из них не пришла в голову мысль, чтобы включить в задание пункт, требующий обеспечить сохранение человеческой цивилизации. По их мнению, это требование подразумевалось само собой безо всяких напоминаний. Но искусственный интеллект руководствовался другим принципом. Он стремился обеспечить требуемый результат с минимальными затратами энергии и ресурсов.

Здесь мне на ум приходит анекдот, проводящий аналогию с той ситуацией: Мужик просит у Золотой Рыбки, чтобы у него все было и при этом он бы спал спокойно. И Золотая Рыбка выполнила его просьбу, но в соответствии со своей трактовкой и пониманием терминов. Мужик оказался похоронен на кладбище, что формально совершенно не противоречило его просьбе, но, однако, не являлось смыслом его просьбы. Теперь у него действительно все уже было и спит он тоже спокойно.

Входе эксперимента, вероятно, синтезировалась микроскопическая черная дыра, о возможности образования которой велись научные споры. То-есть ее появление было очень вероятно. В следствии микроскопических размеров черная дыра быстро аннигилировала, как и предполагали ученые, но перед этим она успела натворить безобразий. Наверное, размеры черной дыры просто немного превысили расчетные: совсем немного – возможно даже всего лишь какую-то долю процента. Но этого хватило, чтобы произвести такие невероятные искривления пространства-времени, которые нам сейчас приходится наблюдать.

Но мы, кажется, слишком много попусту болтаем. Тебе надо лучше питаться, чтобы выжить. Ты слишком исхудала. Необходимо найти для тебя что-нибудь съедобное.

- Я не могу наесться растительностью. – возразила Инна – Может быть ты бы смог добыть мясо? Тебе самому не помешало бы питаться получше. Ты тоже выглядишь не слишком хорошо.

- К сожалению, здесь нет супермаркетов. Придется как-то приучать пищеварительную систему к растительности, или ты погибнешь.

- Ты думаешь, что это возможно?

- Безусловно, это не так уж легко, но возможно. Для этого придется изменить и настроить микробиоту кишечника. Другими словами, необходимо перестроить свой метаболизм. Но я, все-таки, попытаюсь что-нибудь добыть, хотя в течении прошедшего антропоцена, фауна сильно истощилась. Сейчас из животных в достаточном количестве только собаки и крысы. Причем охота на собак крайне опасна, так как они живут стаями, а крысы очень осторожны и скрытны. Непременно придется рисковать жизнью. Но, думаю, что иного выбора нет.

7. Принципы выживания.

Антроп очень основательно начал подготовку к охоте. Он подобрал прямой шест с гибкими ветками на конце, которые скрутил друг относительно друга, образовав таким образом кольцо на конце шеста. Из лыка, которое заготовила Инна, они сплели веревку и, привязав ее к концу шеста, Антроп пропустил веревку через кольцо, образовав там из веревки петлю. Таким образом второй конец веревки оказался около утолщенного конца шеста, находящегося в руках охотника. Теперь Антроп мог по своему желанию ослаблять и затягивать веревочную петлю на расстоянии от себя.

После этого Антроп подобрал кусок дерева с гнилой сердцевиной и тщательно выскоблил из нее размягченные внутренности, оставив только здоровую оболочку. Получился полый цилиндр, который он заполнил водой и заткнул отверстия деревянными пробками, герметично заделав щели смолой, смешанной с глиной. Смолу собирала Инна с хвойных пород деревьев. Из доступных орудий при изготовлении своих охотничьих снастей у Антропа были только осколки камней и огонь, поэтому на все это ушло немало времени.

Проработав в голове план охоты и отдохнув, Антроп направился к переправе через проток. Последний раз он пользовался переправой много дней назад, и тогда он ее намеренно нарушил. Теперь он восстановил переправу и посоветовал Инне либо ее снова временно разрушить после того, как он переправится, либо сторожить, чтобы в случае чего собаки не смогли ей воспользоваться.

Вооружившись всем своим арсеналом и переправившись на противоположный берег, он выбрал в лесу раскидистое дерево и в его развилке настелил ветки, на которые наложил охапки сухой травы. На сооруженный настил он поднял все свое имущество и, проверив возможность удобного манипулирования шестом с веревочной петлей, стал ждать появление стаи.

Дерево, на котором разместился Антроп действительно было не совсем обычным. Все деревья в лесу имели стройную осанку, а ветви с листвой у них находились лишь на самой вершинке. Это же дерево занимало огромное пространство и поистине царствовало в округе. Какая причина повлияла на его необычную форму? Это для охотника оставалось тайной. И вполне вероятно, что это не он выбрал дерево, а дерево выбрало его. Тогда такое предположение ему просто не могло прийти в голову.

В ветвях дерева Антроп провел странную ночь. Ему приснился сон, который острой болью врезался в память, при том, что до этого он свои сны никогда не запоминал, и вообще сон был не о нем самом, а о старичке-садоводе Васильевиче, с которым он поздоровался за несколько минут до катастрофы.

Антропу привиделось, что под жестоким ливнем, Васильевич идет по руслу глубокого оврага с крутыми склонами. Овраг быстро наполняется водой и Васильевичу необходимо выбраться наверх, чтобы его не унесло течением. На верху бушует штормовой ветер, пригибая деревья верхушками едва не до самой земли. Чтобы выбраться из русла, Васильевичу приходится хвататься за корни деревьев, обнажившихся при обрушении склона. Он почти выбрался, когда порывом ветра дерево выворачивает из земли и оно падает и придавливает старика. А уровень потока продолжает подниматься. На этом сон прервался.

Только на следующий день он услышал вдали лай собак. Похоже они собирались на свою охоту. Приближался решающий и ответственный момент. Когда голоса стаи приблизились, он начал криками их привлекать.

Наконец псы появились в поле зрения и обнаружили на дереве возможную добычу. Они окружили дерево и стали в нетерпении метаться и облаивать Антропа. Рассвирепев от недоступности близкой добычи, собаки начали кидаться на дерево, стараясь допрыгнуть до человека. Отдельные псы прыгали неожиданно высоко. При приближении собак к дереву, Антроп пытался накинуть веревочную петлю им на шею, и, в конце концов ему это удалось. Он посильней затянул петлю на шее своей добычи и, закрепив свободный конец веревки на конце шеста, подтянул пойманного пса повыше. Тот размахивал в воздухе лапами во все стороны в напрасных попытках освободиться или по крайней мере облегчить свое безнадежное положение. Наконец задушенный пес перестал подавать признаки жизни и Антроп поднял тело и расположил его в разветвлении.

Однако, теперь сам человек оказался в осаде. Стая не намеревалась покидать поле битвы. Они умерили свой охотничий пыл и улеглись в ожидании удобного момента. Но и Антроп тоже был готов к соревнованию в терпении и выдержки. Антроп целый день провел на дереве. Запас воды у него имелся, а в пищу он употреблял листья дерева и молодую кожуру с веток.

Стало темнеть. Взвизгнул какой-то пес и моментально вся стая бросилась прочь, а через мгновенье вслед за ними стрелой пронеслось двуногое существо. Оно двигалось с такой неимоверной скоростью, что Антроп не смог его детально рассмотреть и определить его вид. На большом удалении от наблюдавшего за происходящим Антропа, существо схватило отставшего от стаи пса и размозжив ему об дерево голову, скрылось с ним в зарослях.

Существо было покрыто темно коричневой шерстью и, скорей всего, оно принадлежало к отряду приматов и походило на йети или на шимпанзе. Его рост, скорей всего, не превышал 160 сантиметров, и он обладал невероятной стремительностью.

Антроп не решился ночью возвращаться на свою вершину холма и остался ночевать на дереве. И снова он увидел все тот же навязчивый сон.

8. Правила взаимоотношений.

Утром Антроп, взвалив тушу собаки на плечи, направился к переправе. Инна, находилась на противоположном берегу и, увидев его наладила переправу, по которой он пересек протоку. Пока Антроп отсутствовал, Инна сплела из лыка небольшую сеть для рыбной ловли и уже начала ей пользоваться. Так что в тот день они наконец-то смогли наесться досыта. Остатки мяса и рыбы, они закоптили и завялили впрок, а шкурой собаки, высушенной и прокопченной, чтобы избавиться от паразитов, Инна заменила свои рваные одежды.

Испытанный ранее голод тревожил друзей и вызывал беспокойство, поэтому долго Антроп отдыхать не стал, а немного набравшись сил снова начал собираться на промысел. Он опять переправился через протоку и направился к уже оборудованному дереву. Для привлечения собак он разбросал рядом объедки: кости, рыбьи головы и хвосты, после чего устроился на дереве сторожить приход своры. Уже имея опыт ловли собак, охотник не намеревался что-то менять в тактике. Но в дальнейшем пришлось убедиться, что добыча не так уж глупа, как он думал.

Ждать стаю пришлось не долго. Они недаром славились тонким чутьем. В ходе предыдущих схваток свора существенно поредела – из них осталось всего пять псов. Однако теперь к дереву они не приближались, а расположились вокруг и стали терпеливо ждать, понимая, что рядом с деревом они могут угодить в петлю.

Единственным оружием Антропа, способным поражать врагов на расстоянии был лук. Но его убойная сила и точность были недостаточными для борьбы с собаками. Однако другого выбора у охотника все равно не осталось, и он начал выпускать стрелу за стрелой. Поначалу собаки никак на это не реагировали, не понимая смысла его действий. Но когда лучнику удалось ранить в живот крупного пса, остальные стали от стрел уворачиваться. Раненый пес завертелся на места, пытаясь зубами ухватить воткнувшуюся стрелу и ее выдернуть, но только обломал ее, и острие осталось в теле. Через некоторое время пес заметно утратил активность.

Прежде, чем у Антропа закончились стрелы, он поразил в ногу еще одного пса. Теперь силы стаи существенно убавились, и боец рискнул вступить с врагом в открытый бой. С дубиной в руках он стал спускаться с дерева. Получившие в неудачных стычках с человеком печальный опыт, оставшиеся члены стаи сначала боязливо попятились, а затем бросились прочь. Антроп остановил внимание на раненом в ногу псе. Брошенная дубина остановила его, и подоспевший охотник его прикончил. Затем Антроп без труда догнал пса, раненного в живот, и тоже его добил.

Когда суета прекратилась, Антроп вдруг обратил внимание на необычные визги и рычания где-то вдалеке, что вызвало у него интерес. Но поначалу он поостерегся от исследования источника звуков. Однако воодушевленный только что одержанной победой он решил удовлетворить любопытство.

Антроп подобрал стрелы, выпущенные из лука во время стычки. Остерегаясь, что в его отсутствии крысы могут погрызть тела мертвых собак, он затащил их на дерево, а сам, таясь за кустами и стволами деревьев осторожно направился в сторону источника шума. По мере приближения к цели, он услышал еще и человеческие голоса. Это обрадовало его и одновременно насторожило. Что это за люди? Что у них на уме? В отсутствии законов, правил и сдерживающих факторов, человеческая подлость может быть безграничной, а мерзкие деяния – невообразимы. Особая осторожность в этой ситуации не окажется чрезмерной.

И вот он увидел, как перед ним воплощается жестокая драма. В привязанной к вершине дерева сети мечется тот самый йети, который недавно отогнал собачью свору от дерева, на котором Антроп находился, и тем самым избавил от смертельной опасности. А под деревом стоят двое негодяев, кидают в йети камнями и тыкают в него острыми палками. Великое возмущение, охватившее Антропа, вынудило его вмешаться в происходящую расправу, несмотря на очевидный риск. Покинув свое укрытие и тоном полным гнева, он закричал:

- Эй, мужики, а ну оставьте зверя в покое.

- Глянь, Шилец. Какой-то лох к нам пожаловал. Добровольно проявляет инициативу, чтобы мы его тоже острыми палками пощекотали. – услышал он в ответ.

Антроп вложил стрелу в лук и, направив его на приятелей, натянул тетиву.

- Погоди, Быкан, давай сначала побеседуем с гражданином. Как тебя зовут, мил человек?

- Я Антроп. А ваши имена я уже слышал.

- Любопытное имя. Слышу такое впервые. Но мне нравится. Только ответь на милость, для чего нам надо освобождать добычу, а самим потом голодать? – продолжил Шилец.

- За него я вам дам двух собак.

- Цена подходящая. Ну а тебе-то самому, для чего это нужно?

- Этот зверь меня выручил, когда я спасался на дереве от собак.

- Ну что ж, будь, по-твоему. Где твои шашлыки? Только сеть не порти. Оставь ее нам. – согласился Шилец.

Антроп объяснил корешам, где находятся тела собак, а когда они ушли, забрался на дерево и стал отвязывать сеть, чтобы освободить пленника. С предельно возможной осторожностью он спустил того на землю, слез сам и, взвалив зверя на спину, потащил обратно. Йети оказался неожиданно легким, но так ослаб от ран и кровопотери, что сам на ногах уже не держался. Добравшись до своего дерева, Антроп обнаружил, что собачьих туш там уже нет. Его бадья с водой находилась на месте. Он дал йети напиться и понес его дальше к переправе.

Как и ожидалось, Инна сидела на противоположном берегу и сторожила расставленные в воде сети. Она помогла перенести зверя через переправу и поднять его на холм. Друзья наложили зверю на раны мох, сверху закрыли его лопухами (листьями репейника) и завязали стеблями вьющихся растений и лыком.

9. Сквозь бурю.

Пару дней Антроп с Инной присматривали за состоянием зверя, но он быстро восстановился и вскоре стал помогать им в поиске пропитания. Он оказался очень смышлёным и быстро начал понимать человеческий язык, но сам общался больше с помощью жестов, так как устройство его голосовых связок не позволяло ему произносить многие звуки. Особенно друзей поражали его физические способности: сила, казалось бы, небольшой по массе мускулатуры, и стремительность. По мнению Антропа, по биологической классификации зверь относился к отряду приматов. Поэтому Антроп стал называть его просто При.

Как-то вечером, когда друзья сидели около костра, При попытался объяснить, что хочет вернуться на другой берег в свой лес и хотел бы показать Антропу свое местообитания. Друзья договорились отправиться в поход на следующий день.

Но, как часто случается, их планам не суждено было сбыться. Утром, проснувшись, они не стали завтракать, рассчитывая найти что-нибудь съедобное по дороге. Небо хмурилось. Они лишь только успели дойти до переправы, как хлынул ливень. Друзья побежали обратно, чтобы укрыться под навесом, который они соорудили над костром несколько дней назад. Дождь продолжал лить и поднялся ураганный ветер.

Немного отдохнув, Антроп неожиданно встал и сказал, что он должен уйти. Друзья не поняли его намерений. Тогда он объяснил им, что, когда спал на дереве во время охоты на собак, то видел сон, в котором его знакомый садовод Васильевич погибал в овраге, придавленный деревом и это происходило именно в такую погоду. Рассказ Антропа вызвал противоречие у Инны, которая заявила, что недопустимо для разумного человека верить в реальность снов и с возмущением добавила, что руководствоваться вещими снами просто глупо. Антроп же возразил, что лучше действительно убедиться в глупости собственного мнения, чем позволить погибнуть хорошему человеку руководствуясь только лишь голословным утверждением о том, что реальность несовместима со сновидениями. Но беспокойство Инны такое объяснение нисколько не уменьшало.

В конечном итоге после этой перепалки каждый остался при своем мнении и Антроп, несмотря на проливной дождь и ураганный ветер, отправился в путь. При самоотверженно вызвался его сопровождать.

Насколько труден оказался их путь, они поначалу не представляли сами, а те тяготы трудно описать словами. В такую погоду все живые существа укрываются в убежищах для защиты от буйства стихии. И только двое безумцев, сбиваемые ветром с ног и местами по колено в воде сражаются с неистовством бури.

Когда горемыки добрались до переправы через протоку, они уже не могли понять, это еще продолжается день, или уже наступила ночь, такое темное было небо. Но когда их путь преградил первый овраг, наполненный бурлящим потоком, то сначала они подумали, что дальнейшее движение совершенно невозможно.

Как ни странно может показаться, но сам ураган предоставил им возможность переправиться через этот поток. Недалеко лежали несколько сломанных и вывороченных с корнем деревьев. Страдальцы подтащили к оврагу ствол и, сбросив его в поток вершинкой вверх по течению, удерживали комель на месте. При этом течением вершинку понесло вниз и ствол начал разворачиваться, так, что вершинка в конце концов оказалась на противоположном берегу. Такую же операцию они повторили еще раз, так что два дерева достаточно надежно были перекинуты через овраг. Друзья, страхуя друг друга и с огромным риском свалиться в бушующий поток, смогли перебраться через овраг и двинулись дальше сквозь бурю.

Когда друзья подошли к следующему оврагу, ветер и дождь слегка утихли. Они направились вдоль оврага сначала в низ до болота, а затем двинулись в вверх в поисках предполагаемого пострадавшего. После долгих поисков, наконец, При увидел над оврагом корни дерева – его вершина лежала в овраге. А когда они подошли ближе, то и в самом деле обнаружили человека, придавленного ветками. Больших трудов стоило спасателям сдвинуть дерево и освободить потерпевшего из-под него. Это действительно оказался тот самый Васильевич. У него была сломана нога и он находился в состоянии близком к шоку. Антроп на месте изготовил примитивную шину и разодрав свою и без того уже свою рваную рубашку, закрепил шину в месте перелома, а Васильевич постоянно повторял одно и тоже: «Ангел с небес снизошел. Спасти душу грешную».

Теперь предстояло доставить Васильевича на вершину холма, где существовала какая-то возможность заботы о раненом. Антроп начал готовить волокушу. Для этого были нужны тонкие жерди (палки) и молодая кожа деревьев для скрепления жердей между собой. При, еще не до конца понимая задумки Антропа, по возможности повторял его действия или просто помогал их ему выполнить. Между двумя длинными жердями они привязали более короткие поперечины, соединив тем самым длинные жерди между собой. На поперечины настелили ветки с листьями для удобства пострадавшего, а на них уже уложили его самого. Волокушу тянули по очереди, пока не дошли до оврага. Предстояло преодолеть переправу через овраг, что представляло не малую опасность. Существовала вероятность их падения в бурлящий поток. Для большей надежности они добавили к переправе еще два ствола деревьев и предприняли небольшой отдых перед ответственным действием. Подняв волокушу как носилки – Антроп впереди, а При сзади, и с предельной осторожностью ступая на ненадежную опору, им удалось преодолеть этот опасный участок пути.

Дальше путь до холма был достаточно ровным, но и самым длинным. Спасатели уже находились на грани выносливости и переставляли ноги только под воздействием адреналина. Наконец они добрались до подножия холма. Теперь предстояло поднять раненого на вершину. Учитывая предельное состояние физических возможностей друзей, эта задача казалась невыполнимой. К тому же наступила глубокая ночь и путь по тропе угадывали практически на ощупь, но дождь прекратился.

Выручила Инна. Она ждала и слышала их голоса. Спустившись, она помогла Антропу нести волокушу сзади, толкая ее вверх по склону в то время, как При – ниже их ростом, шел спереди. Антроп с Инной видели, что ноги При в прямом смысле подгибались под тяжестью и от непосильного труда. Они из последних сил толкали волокушу вверх, пытаясь облегчить участь При.

Добравшись до вершины, они упали без сил, и лишь спустя некоторое время стали подвигаться ближе к костру. Инна взяла на себя заботу о Васильевиче, не перестававшим благодарить спасителей за его избавление от мучительной смерти.

9. Лесные люди.

Стоило только немного восстановить силы и прийти в себя после столь изнурительного мероприятия, как При снова начал настаивать на походе к своему родному местообитанию и, наконец ему удалось уговорить Антропа принять участие в этом приключении. Инна осталась ухаживать за Васильевичем, утверждавшим идеи своих предположений о том, что его избавление от погибели предопределено свыше, а всеми явлениями природы и действиями людей руководит недоступный человеческому пониманию высший разум. Ему безосновательно казалось, что он должен выполнить какую-то пока еще не определенную миссию, но придет время и все выяснится. Никто всерьез его домыслы не воспринимал. Такие высказывания расценивались как его попытки найти темы для общения в коллективе, а Инна прямо утверждала, что эти бредовые мысли являются следствием вынужденной неподвижности и бездействия раненого.

Друзья переправились через протоку и При повел Антропа в противоположную сторону от того места, где когда-то его поймали в сеть Шилец с Быканом. Поначалу они шли обычным смешанным лесом, любуясь зеленью подлеска, покрытого леопардовыми пятнами солнечных лучей и стесненного вековыми могучими соснами-великанами, и наслаждаясь пением всевозможных птах и, аккомпанирующих им оркестров беспозвоночных букашек-насекомых.

Одежда Антропа представляла из себя связки сухой травы, нанизанные на лыковые веревки, которые обвязывались вокруг шеи и талии. К стопам были привязаны теми же веревками куски древесной коры, голову покрывала густая грива, сросшаяся с черной бородой на лице.

Вскоре смешанный лес стал сменяться ельником, который быстро превратился в непроходимую чащобу, заваленную буреломом и наполненную сухостоем. При без труда продолжил движение над землей, цепляясь руками за ветки. Но для Антропа дальнейший путь оказался существенной проблемой. Такими выдающимися гимнастическими способностями, как его друг, он не обладал. Выбиваясь из сил Антроп подлазил под поваленные стволы, перебирался через зависшие деревья, пока, наконец, не услышал радостные крики. И непонятно откуда появились еще трое йети. Они начали гладить, обнимать При и прижиматься к нему.

Когда чувства улеглись, а приветствия закончились, При подошел к Антропу и погладил его, показывая тем самым, что это его друг. Тогда другие его сородичи тоже стали к нему подходить и протягивая руку, гладили. В ответ, Антроп тоже касался их тел. После завершения приветственных обрядов При показал в ту сторону, откуда они пришли и сделал движение руками, напоминающее толчок, и сопроводив его рыком, видимо пытаясь объяснить, что там находятся его враги.

Йети куда-то исчезли, а через некоторое время появились вновь с различными угощениями: с вкусными листьями растений, с орехами и с жирными личинками насекомых. Все угощения они положили перед гостями, которые не замедлили их тут же употребить, после чего При попросил Антропа разжечь костер. Антроп долго колдовал и, наконец появилось пламя, вызвавшее немалое волнение у хозяев лесной чащи.

Когда костер разгорелся, Антроп с При уселись возле него, а остальные йети, опасаясь невиданного до селе явления, расположились поодаль. При, используя язык жестов, сопровождаемый различными звуками, начал рассказывать о своих приключениях в то время, как члены его семьи выражали свое удивление и восторг. Антроп, наблюдавший за происходящим, смог рассмотреть новых знакомых. Ими оказались две самки: взрослая и молодая, очевидно дочь При, и молодой самец, вероятно – так же его сын. Закончил свой рассказ При, выразив намерение, убить своих врагов, на что Антроп возразил о неуместности таких планов.

Между друзьями разгорелся спор: При утверждал, что врагов необходимо уничтожить, в то время, как Антроп выражал неудовольствие по этому поводу. В конце концов Антроп сказал, что когда те, кто поймал в сеть При, хотели его убить, Антроп попросил их не делать этого, и они оставили пленника в живых, поэтому теперь Антроп так же просит При не убивать их. Тогда При согласился, но добавил, что все равно прогонит их из его родных мест и не позволит жить недругам рядом.

После того, как спор был улажен, Антроп продемонстрировал лесным людям действие своего лука, что вызвало у наблюдавших немалый восторг. Затем он ознакомил их с принципами владения копьем, что тоже очень их заинтересовало.

Проведя ночь с семьей При, Антроп собрался к себе на холм, мотивируя это тем, что там остались друзья без его защиты. Йети всей семьей проводили Антропа до переправы, где горячо распрощались.

* * *

На вертеле над костром жарилась целая туша собаки. Вокруг нее суетился Шилец, в то время как, Быкан заботился о дровах для костра. Последнее время кореша питались практически одной рыбой, которая им порядком надоела, да и ее почти уже не осталось в расположенном поблизости водоеме. Тогда Шилец и вспомнил, что, когда-то обменивая пойманного ими в сеть неизвестного зверя, на двух собак, он увидел у Антропа хитрое приспособление для ловли псов. Это был длинный шест с затягивающейся петлей на конце. Шилецу эта идея очень приглянулась, и он тоже изготовил подобное оружие.

Кореша раскидали остатки рыбы на открытом месте возле кустарника, а сами за ним укрылись. Шилец держал в руках свое новое оружие, а Быкан страховал его с дубиной в случае, если, что-то пойдет не так. Долго собачью свору ждать не пришлось. Однако, чуя запах людей, собаки поначалу приближаться остерегались. Но в конце концов голод взял верх и самый смелый пес (или самый глупый и голодный) рискнул, осторожно приблизившись, полакомиться угощением. И только он собрался схватить еду, как палка, на которую он совершенно не обратил внимание, накинула ему на шею петлю, которая тут же затянулась. Пес попался, а остальная стая тут же скрылась.

Теперь друганы надеялись наконец-то сытно поесть. Они сидели у костра, ожидая, когда добыча хорошенько прожарится. Необходимо было гарантированно уничтожить в мясе всех гельминтов и возможные инфекции. Они справедливо считали, что в этом отношении лучше перестраховаться.

Стрелой пронеслось перед костром темно-коричневое существо и вертел с нанизанной на него тушей собаки исчез за деревьями вместе с грабителем. Глубокий шок парализовал голодных людей. В недоумении смотреть друг на друга – это все, что им оставалось. Через несколько секунд ступор сменился диким гневом и посыпались самые оскорбительные проклятия, которые им были известны в адрес огорчившего их существа, а затем и в адрес Антропа, когда-то выручившего того негодяя. Однако Шильца все-таки посетила мысль, что когда-то в прошлой жизни он и сам точно так же поступал с людьми, которых называл оскорбительным определением «фраера», и его, наверняка тогда тоже проклинали не лучшими эпитетами. И вот ограбили его самого.

Прошло уже не мало времени с тех пор, как кореша здесь оказались, и они достаточно хорошо изучили местность вокруг. Так что догадаться и найти, место проживания Антропа, для них не составляло особого труда. Поэтому они отправились на его поиски, чтобы получить сатисфакцию.

Вскоре друганы стояли возле переправы через протоку, но она оказалась разобранной со стороны противоположного берега, так что перейти на ту сторону они не могли. Тогда они стали кричать Антропа, чтобы тот подошел к берегу. Их услышали.

Когда Антроп появился на противоположном берегу, Шилец рассказал ему о том, что его подопечный лишил их еды, а они очень голодны, поэтому было бы неплохо, чтобы их накормили. На что Антроп ответил, что с продуктами у них самих тоже очень тяжело и объяснил им какие произрастающие в этой местности растения можно употреблять в пищу. Дальше он рассказал им, что йети очень на них сердит и хотел их убить, но Антроп его уговорил не делать этого. Йети послушался, но жить рядом с врагами он все равно не желает, поэтому корешам лучше было бы покинуть этот край.

Шилец ответил, что он услышал Антропа и все понял. Кореша повернулись и ушли. Больше их здесь никто никогда не видел.

Мемуары мессии.

Старик, закутанный в шкуры животных, с седой головой и такой же бородой закончил рассказ о приключениях в своей жизни. В старике с трудом можно было узнать Антропа, когда-то энергичного черноволосого молодца, а теперь щуплого старца. Его слушателями были йети. Когда-то Антроп подружился с семьей йети, которая, пополнившись новыми членами, превратилась в небольшое племя, главой которого общепризнанно являлся При. Обладая в молодости великолепными гимнастическими и акробатическими способностями, теперь закономерно утраченными, но взамен получив огромный опыт и мудрость, он заслужил право носить головной убор из птичьих перьев. Вместе с йети слушателями рассказа старого Антропа были юноша и девушка – вероятно дети Антропа. А рядом с ним на собачьей шкуре сидела седая старуха – ее звали Исцеляющая Раны, а раньше ее имя было Инна. Выслушав легенду о приключениях Антропа, она удалилась в свой шалаш, так как слишком устала за день, чтобы продолжить слушать небылицы выдумщиков, которые, как она считала, являлись не более, чем фантазиями.

Был осенний вечер после насыщенного деятельностью погожего дня. Слушатели расположились возле костра. Они уже много раз слышали эту историю, но снова и снова Антроп вечерами ее рассказывал. Он вспоминал новые детали своих приключений, и они часто обретали немного иной смысл, что и привлекало слушателей.

Иногда к рассказчику присоединялся еще один член племени – Три Ноги. Он получил свое имя по причине когда-то покалеченной ноги, вынудившей его теперь опираться на палку в качестве дополнительной опоры. Три Ноги был настолько стар, что давно уже не видели, чтобы он преодолевал хотя бы десяток метров без отдыха. Как и в прежние времена, Антроп называл старца Васильевичем.

У простых членов племени Три Ноги считался непререкаемым авторитетом в области взаимоотношений и постижения необычных и сверхъестественных явлений и событий. Он был своеобразным аналогом шамана у дикарей.

Когда Исцеляющая Раны покинула группу, Три Ноги тоже осмелился поделиться своими мыслями, по мнению Исцеляющей Раны считавшимися полной ахинеей. В ее присутствии Три Ноги остерегался размышлять в слух, но теперь он на это решился:

- Я не буду подробно объяснять причины и течение процесса той катастрофы. Об этом уже неоднократно рассказывал уважаемый Антроп. Я бы хотел уделить больше внимания роли разума в случившемся.

Пережив критическую фазу бедствия, я очутился около ручья, протекавшего в овраге и, в следствии перенесенного потрясения, полностью не осознавая своих действий, двинулся вдоль него, где встретил мужчину с женщиной, так же находящихся в состоянии шока. Немного придя в себя, мы побеседовали и пришли к выводу, что нам необходимо держаться вместе и выработать способы выживания в сложившихся обстоятельствах. Но наши размышления были прерваны новой напастью – неожиданно на нас с неба хлынул поток жидкой грязи, к которому, конечно, мы были не готовы. К счастью (если в подобных обстоятельствах можно так выразиться) мы разглядели в этом жидком месиве светлую дислокацию и, взявшись за руки, направились прямо в нее. Это оказался дефект пространства, перебросивший нас на обширную возвышенность. Так нам удалось избежать гибели в густой грязной жиже.

На возвышенности мы прожили несколько дней. Там я питался съедобными травами и корешками, молодыми побегами растений и молодой корой деревьев, что позволило как-то сохранять силы. Но мои спутники не смогли питаться растительностью и сильно страдали от голода. Выяснилось, что до этого они употребляли в пищу в основном продукты суперпереработки из супермаркетов и фастфуд и эти привычки теперь сыграли с ними злую шутку. В конце концов они ослабли до такой степени, что потеряли способность сопротивляться навалившимся тяготам. Я не знал, чем им помочь. К тому же на возвышенности быстро истощились пригодные в пищу растения. Поэтому пришлось поискать новые источники пищи. Я направился к ручью – нашему источнику воды и пошел вдоль него. Постепенно русло стало углубляться, переходя в овраг. Пока я шел, погода резко испортилась и начался ливень, сопровождаемый бурей. Я шел по берегу ручья в овраге. Уровень воды в ручье начал подниматься, а течение ускоряться и, наконец, превратилось в ревущий бурный поток. Необходимо было выбираться на верх, но склон оврага оказался очень крутым, и, чтобы выбраться пришлось хвататься за корни деревьев, обнажившиеся при осыпании склона. И тогда подмытое потоком дерево, стоящее на верхнем краю оврага, с ослабленной корневой системой, под воздействием урагана упало и придавило меня. К тому же у меня оказалась сломана нога, а на спасение не было никакой надежды, так что оставалось только покорно дожидаться своего конца, и я уже был готов принять неизбежное. Но свершилось чудо – меня спасли великие повелители леса - Антроп и При. Как потом оказалось – Антроп увидел во сне эту трагическую ситуацию, что и побудило его поспешить мне на помощь.

Рассуждая над причинами этого события, прихожу к очевидному, но невероятному выводу, что планета Земля спланировала и осуществила замысел произошедшего, склонив к соответствующим действиям Антропа, используя при этом коллективное сознание организмов, составляющих ее структуру. И я предполагаю, что целью этого замысла является именно доведение информации о разумности планеты до ее обитателей. Как иначе можно объяснить такую взаимосвязь причин и следствий?

Монолог, который произнес Три Ноги, произвел впечатляющий эффект на застывших в раздумьях слушателей. До этого никому не приходило в голову, что сознание может быть присуще неживым субстанциям. Более того, теперь возникло сомнение в том, что эти субстанции действительно неживые, а, скорее всего, различие живой и неживой природы совершенно несущественно. Вероятно то, что нам кажется неживым – это всего лишь своеобразное проявление формы жизни. И затем эти догадки еще более убедительно аргументировал Три Ноги:

- В итоге, мои размышления привели к мысли, что каждый организм, каждая клеточка организма и каждая молекула внутри живой клетки, является лишь составной частью планетарного разума, который, в свою очередь входит в состав всеобъемлющего разума вселенной. Только беда состоит в том, что любой, даже высший разум имеет свойство ошибаться. И скорее всего, ошибки – это неотъемлемые характеристики любого разума, особенно пытающегося разрешить какую-нибудь дилемму. Именно так тогда и произошла та великая катастрофа: Земля создала человека – существо с высокой степенью логических способностей, в надежде, что оно сможет защитить планету от внешней космической угрозы. И коллективный человеческий разум действительно работал в этом направлении. К сожалению, как и все в природе, он тоже оказался несовершенным. Поэтому, в придачу к высокому интеллекту у человечества развились и непредвиденные нежелательные качества – такие как стяжательство, ненасытность, алчность, цинизм, беспринципность, лицемерие. В результате, Земля, даже еще не успев пострадать от угрозы из космоса, теперь стала погибать от безудержного паразитизма своих же созданий. И ей больше ничего другого не оставалось, как спланировать и осуществить ту разрушительную катастрофу. Образно говоря, больная Земля включила свою иммунную систему, чтобы защитить от гибели другие свои составные части.

Столь необычные размышления и выводы потрясли всех присутствующих, проникшихся огромным уважением к мудрому мыслителю. Никому до этого не приходило в голову разбираться с источниками и основами сознания, тем более с его принадлежностью всему сущему. Эта речь в течении одного вечера подняла степень интеллекта окружающих на несколько уровней. Никто ранее не пытался связать разум с взаимодействием микро и макрообъектов в природе. Если кто-то, возможно, и пытался разобраться в сути сознания, то никогда не отделял его от функционирования головного мозга живых существ.

* * *

А утром, когда йети проснулись, то увидели, что Три Ноги с ними больше нет. Он умер.

Эпилог.

В аудитории киностудии собрались известные творческие деятели отечественной «фабрики грез».

- Только что мы посмотрели дипломную работу выпускника нашего училища Стоикова Михаила. – обратился председатель комиссии к собравшимся – прошу членов комиссии высказать свое мнение о представленной работе.

Слово взял режиссер – член комиссии:

- Сюжет фильма можно назвать достаточно увлекательным, но глубокой идеи в нем я не увидел. Напоминает бессмысленный вестерн. Жевательная резинка для глаз.

Следующим свое мнение высказал другой член комиссии – сценарист:

- На мой взгляд фильм унижает человеческое достоинство, клеймя ярлыком неразумности не просто отдельную группу людей, а все человечество в целом. И еще, сюжет вашего фильма достаточно мрачный, но съемки выполнены в жизнерадостном стиле. Наблюдается явное противоречие.

Михаил, вы назвали свою работу «Издевка разума», - подключился к обсуждению художник - но в течении всего фильма я ничего, связанного с этой теорией, не увидел. Может быть, было бы лучше присвоить ей более подходящее название, например, такое как «Приключения Антропа»?

- Как известно, основателем теории относительности был Альберт Эйнштейн. - начал я свой ответ – Он определил пространственно-временные связи с массой материи. Сюжет моего фильма основан на влиянии гравитации и искажении ей таких субстанций, как пространство, время и масса барионной (привычной для нас) материи. Выдуманная мной катастрофа происходит как раз по причине концентрации материи до критического состояния, когда гравитация настолько искажает пространство и время, что становятся вероятными показанные в фильме явления. По этим причинам я и выбрал это название фильма.

- Когда приступите к следующей работе я бы посоветовал вам использовать сюжеты известных писателей, а лучше признанных классиков, чем самому выдумывать всякую галиматью. – добавил сценарист.