Читать онлайн "Империя экспансии, живые маяки 2.1."

Часть 1. Отпуск на Жемчужине.

Здесь в космической империи нет такого обыкновения, сравнивать нового главу государства с Наполеоном, который за 100 дней поставил всю Францию и Европу на уши. А вот у меня на Жемчужине появилось время. Мои облака, как всегда точно и по расписанию, закрыли собой далёкую землю. Остались только соседние скалы и небо, чистое небо.

Время подумать, что я успел за свои 100 дней. По сути не много. Создал Сенат, разрешил пару конфликтов и проблем, выявил тех кто пакостил мне в Департаменте и послал их на зачистку мертвых флотилий. И погряз в бумажной и бюрократической рутине. Все, дальше меня засосет и стану ещё одним марионеткой на троне. Свои же друзья Сол и Дик отодвинут меня.

Начнем с начала.

Зачем я согласился стать пилотом и включать маяки? Чтобы моя новая семья была в безопасности. И чтобы иметь шанс дать лучше будущее своим детям от первого брака.

Зачем я боролся за самостоятельность Департамента развития? Чтобы меня и мою двойную семью не уничтожили в сладком сиропе. Сладком и ядовитом.

А сейчас, когда у меня есть электронный ключ от сердца этой космической Империи, зачем мне бороться дальше? Нужно дать ответ, прежде всего себе. Может остановится? Пусть идёт само по себе. Эти первые девять территорий освоят при мне, а остальное кто-нибудь и когда нибудь. Капитализм он такой, только покажи возможность захватить, расширить, обратить в доход.

У меня вон девятилетний пацан меня дичится. Оно понятно, ему было не больше года, когда я пропал на пять лет. Он меня не знал. Потом я год пропадал в Департаменте. А теперь пацан стал принцем с дядькой наставником и отца опять не видит. Ещё пара лет и пацан вообще перестанет меня как отца и человека воспринимать. Стану функцией.

Таша аристократка моя. Вроде стала императрицей, а сама спрашивает где мой дикий юрист, где муж. Ага, а сама балы и приемы устраивает для своих подружек, старую аристократию то мы разогнали. Ладно хоть Виолетта держит дом в железных руках и печет пироги, иначе возвращаться было бы некуда.

Думай Чапай, думай.

Народный призыв, который меня поддержал при создании Департамента, да и сейчас поддерживает. Поднял из низов всех инициативных простолюдинов, обедневших и мелких аристократов. Огромная чистка высших кругов освободила высшие командные посты в армии, флоте, СБ, в правительстве. За эти посты сейчас идёт борьба. Только вот средний эшелон аристократии остался не затронут, а они костяк всей имперской системы. Их надо чем-то заинтересовать.

Чем можно их заинтересовать, только карьерным ростом чиновников, огромными барышами торговцев и промышленников, повышением звания и должности военных.

А всему остальному народу Империи нужно не только объяснить что новые территории это хорошо, народ должен увидеть, что жизнь стала легче и веселее.

Алексей повелся на развод Тоньки БАМ, кристаллическую сеть плетут. Думают, что идут против империи, вина самом деле играют ей на руку. В эта сеть как пылесосом втягивает всех у кого шило в заднице, а так хоть при деле. Пусть развлекаются. Завтра я их указом раскидаю по всем планетам Земельного сектора и Алексея повышу до наместника сектора. Пусть Тонька БАМ и другие непоседы поймут что такое ответственность и бюрократия. Посмотрим смогут ли они масштабировать свою кристаллическую сеть в масштабах всего сектора всех одиннадцати заселенных планет.

Пара мыслей есть, а пока летим на пляж с Нашей и детьми.

Часть 2. Клятва пионера.

За дело коммунистической партии будь готов! Всегда готов!

Странное дело, в империи нет политических партий, нет церкви. Секты поклонения разным изуверским богам есть, а церкви нет. Все что не приносит прибыль, все не нужно. И партии в супер империалистическом обществе тоже не нужны. Старый император маяк выдавал один орден, Орден За верность Императору.

Вот, я им создам Орден первопроходца. Пусть сами себя толкают на экспансию. Медальки трёх степеней, получил три медальки, стал аристократом, это для простолюдинов. Орден что то среднее между церковью и партией.

Решено:

1. Указ о создании Ордена достижения предела, для взрослых. Молодая стая, предела, для молодежи. Волчата предела, для детей. Дик назнается Магистром ордена. Алексей назначается Магистром Молодой стаи. Эдвард назначается Магистром Волчат. Эмма символ Ордена. Заготовка указа ушла секретарю, он разовьёт идею и создаст Указ императора по всей форме.

1.1. Секретно. Белой гвардии, в держать новый Орден в фокусе пропаганды.

2. Указ о назначении Сода на должность Канцлера Империи все государственные дела через него. Руки, время и голову нужно освободить.

3. Указ о назначении Алексея наместником сектора территорий одиннадцати планет. Таньку БАМ и ещё десять таких же не угомонных советниками по развитию к наместникам планет. Заместителя Алексея повысить до наместника на Земле.

4. Указ по армии и флоту. Создать пять корпусов на замену умершему экипажу мертвых флотилий. По одному миллиону в каждом корпусе. Солдат и младший командиров набрать по призыву и контракту в новом секторе где Земля. Срок подготовки один год.

5. Указ по Первому строительному (бывшему Инженерному) полку. Построить триста кораблей для формирования трёх экспедиционных флотилий по сто кораблей в каждой флотилии. Армии и флоту , подготовить экипажи для новых трёх флотилий. Солдаты и младшие командиры с новой територии. Срок строительства и подготовки один год.

6. Указ. Военные подразделения Департамента развития включить в состав Черной гвардии.

7. Указ. Черной гвардии создать подразделение поддержки и обслуживания эскадрильи Земля. Первому строительному полку обновить парк космических кораблей эскадрильи Земля на корабли с новыми прыжковыми двигателями. Срок замены полгода. Подразделению поддержки и обслуживания создать базы поддержки.

8. Указ. Канцлеру империи и министерству финансов разработать план по финансированию первых указов.

9. Указ. Канцлеру империи и министерству финансов разработать комплекс мер по привлечению торговых и промышленных предприятий, кланов, союзов и объединений для освоения новых территорий, развития торговли, промышленности.

Пока так. Теперь я буду император пионер вожатый. Комсомольцам и пионерам буду промывать мозги. А взрослые пусть используют Орден чтобы заслужить почисти, звания и должности.

Начну с Эдварда, половина эго класса исключена из школы т.к. их отцы и родственники были против меня. Нужно заполнить класс Эдварда детьми людей из народного призыва. А я буду их пионер вожатым. Эдвард будет рядом со мной.

Осталось СБ империи. Мой куратор генерал СБ стал руководителем всего СБ и ему уже не до меня, не до моих хотелок, хоть я и император. Мне нужен оперативный генерал СБ, свой генерал. Мои мысли потянулись в прошлое. Семь, восемь лет всего, а как будто что лет прошло. Где сейчас майор СБ Эон Кикс, последний раз я не видел здесь на Жемчужине, когда мы с Ташей держали марафон светских мероприятий. Тогда мы вежливо пообщались, а Таша заподозрила соперницу. Но теперь, мне Эон нужна как мой человек в СБ империи. Император маяк всю информацию разложил по аккуратным полочкам. Если захотеть то можно узнать информацию о самом ненужном бездомном на дальней планете. Вот и сейчас, интерфейс поиска развертывается окно за окном. Майор СБ империи, поправка полковник СБ империи Эон Кикс, проходит службу в 89 секторе империи в должности главы транспортной инспекции. Далеко её закинуло. Таша будет не довольна, ей обязательно донесут но мне Эон нужна.

Приказ. Полковнику СБ империи Эон Кикс явится на аудиенцию к императору через месяц.

На этом пока все.

Часть 3. Совет семьиОблака над Жемчужиной медленно таяли, открывая далёкую землю далеко внизу, под вершиной скалы. Но сейчас я смотрел не на неё. Я смотрел на них — на свою семью, собранную в просторной гостиной нашего маленького одноэтажного дома на самой вершине. Стеклянная стена от пола до потолка была единственной роскошью, впускавшей внутрь весь мир.

На столе — простые, но идеальные угощения, которые успела распорядиться приготовить Таша: горячие лепёшки с пряностями, земной чай, сок из местных фруктов. Просто. По-домашнему. Так, как должно быть в настоящем доме. Таша сидела напротив, прекрасная и отстранённая, в лёгком платье, а не в горностаях императрицы. Эмма, моя лучистая дочь, устроилась у её ног, строя башню из кубиков-голограмм. Эдвард — вот он, мой девятилетний пацан, сжавшийся в кресле рядом с дядькой-наставником. Он смотрел куда угодно, только не на меня.«Спасибо, что пришли, — начал я, и мой голос прозвучал странно громко в тишине. — Не на приём. Не на совет. Просто… посоветоваться.»Таша подняла удивлённый взгляд. Она ждала указов. Она ждала очередного поручения. Она не ждала этого.«Я устал быть функцией, — сказал я прямо, глядя на сына. — Император — это функция. Маяк — функция. Символ — функция. Я не хочу, чтобы ты, Эдвард, видел во мне только это. И не хочу, чтобы вы все, — я обвёл взглядом их, — видели во мне только это.»«Что ты задумал, Алекс?» — спросила Таша, и в её голосе сквозь привычную прохладу пробилась тревога. Она знала, когда я начинаю вот так, «по-чапаевски».«Я задумал экспансию. Большую. Такую, чтобы через сто лет наша империя стала вдесятеро больше. Но я не хочу пропадать в ней. Я хочу быть здесь. С вами.»Эдвард наконец взглянул на меня. Скептически. По-взрослому.«Это невозможно, — тихо сказал наставник, старый вояка. — Вождь экспансии должен быть на острие. Он — знамя.»«Вот именно. Знамя, — я подчеркнул слово. — А знамя не обязательно махать самому. Его можно высоко поднять и нести вперёд, пока оно развевается на ветру, видное всем. Я буду этим знаменем. А носителями… станете все вы.»В комнате повисло молчание.«Объясни, — попросила Таша, отодвинув чашку. В её глазах зажёгся старый, дикий огонёк юриста, который я так любил.Я глубоко вздохнул. Как же объяснить им то, что жило лишь в пыльных архивах древней Земли?«Давным-давно, на Земле, была одна сила. Не боги, не магия. Идея. Она звалась… Коммунизм. Смешно, да?» — я усмехнулся, видя их недоумение. — «Она обещала рай всем и сразу. Не срослось. Но у них была система. Чёткая, как часы. Партия — для взрослых, комсомол — для молодых, пионеры — для детей. Все были частью одного целого. Все были… символами будущего. Не просто винтиками. А знамёнами. Каждый на своём посту.»«И что, ты хочешь возродить эту… партию?» — ужаснулась Таша. «Аристократия взвоет. Капиталисты поднимут флоты на мятеж!»«Нет. Я создаю не партию. Я создаю Семью. Семью-символ. Я — вождь. Ты, Таша, — не просто императрица на приёмах. Ты — жена вождя. Твоя работа — показывать, что за сильным мужем стоит сильная, умная, прекрасная женщина. Что наша экспансия — это не только захват, но и созидание дома, очага, культуры. Твои балы — не для сплетен, а для вербовки жён и матерей новых первопроходцев.»Таша замерла, переваривая. Её амбиции всегда были тоньше и глубже, чем просто наряды. Я попал в цель.«Эмма, — дочь подняла на меня свои большие глаза. — Ты — символ всего нового. Ты родилась уже здесь, на вершине. Твоя улыбка на плакатах, твои рисунки новых миров — это будет лицом нашей мечты. Лицом добра, которое мы несём.»«А я?» — спросил Эдвард, и голос его дрогнул. Он ждал, что его снова отодвинут. Назначат номинальной фигурой и отправят учиться.«Ты, сын, — самое важное. Ты — наследник. И ты — глава «Волчат Предела». Детского крыла Ордена. Ты будешь не просто принцем в учебной форме. Ты будешь их командиром. Их старшим братом. Ты будешь с ними ходить в походы по безопасным мирам, изучать первые маяки, строить форты из песка… или из энергонитей. И я… я буду вашим Пионервожатым. Мы будем делать это вместе. Каждую неделю. Не как император и принц. Как отец и сын.»Я видел, как по его щеке скатилась предательская капля, которую он тут же смахнул. Его наставник смотрел на меня с немым одобрением. Это был план не только государства. Это был план отца.«А Орден для взрослых? Экспансия? Флотилии?» — вернула меня к реальности Таша, уже просчитывая политические последствия.«Орден — это каркас. Мы все станем его живыми иконами. Я — Маяк-Основатель. Ты — Хранительница Очага. Эдвард — Наследник-Первопроходец. Эмма — Улыбка Новых Миров. Нас будут рисовать на плакатах, о нас будут слагать песни. Мы будем вести империю вперёд, не сходя с этого места. Наша личная жизнь, наша семья — и есть главный проект империи. Мы покажем, что экспансия ради будущего наших детей — это не пустой лозунг. Это наша с вами правда.»Я встал и подошёл к окну. Космос звал бесчисленными огнями из-за кромки облаков.«Меня будут ненавидеть старые аристократы за то, что я размываю их исключительность этим «культом семьи». Меня будут бояться капиталисты, потому что я создаю новую, страшную для них религию — религию долга и будущего. Но народ… народ потянется за нами. Потому что у каждого есть семья. И каждый хочет для неё лучшего.»Я обернулся к ним.«Я не буду пропадать в бюро. Я буду здесь. Руководить — да. Но и быть мужем. Отцом. Мы будем вместе. А империя… она пойдёт за нами, как за самым ярким созвездием. Согласны?»Медленно, с ослепительной, настоящей улыбкой поднялась Таша. Она поняла. Поняла свой масштаб. Эмма захлопала в ладоши. Эдвард встал, выпрямившись по-военному, и кивнул. Не как сын отцу. Как союзник союзнику.«Значит, решено, — сказал я тихо. — Завтра выйдет не указ. Манифест. Манифест Семьи Империи. А сейчас… Наставник, отведи, пожалуйста, детей, покажи им новый симулятор штурмового катера в игровой. Мне нужно кое-что обсудить с Ташей. Наедине.»Лёд, едва растаявший в её глазах, вернулся мгновенно. Улыбка погасла. Она молча кивнула. Наставник, всё понимающий без слов, жестом собрал Эдварда и Эмму. Дверь закрылась. Остались только мы двое и гулкое эхо грандиозных планов в этом маленьком доме на краю неба.«Что ещё, Алекс? — спросила она, не садясь. Её поза была совершенной: императрица, ожидающая доклада. Не жена. — Какое «кое-что» может быть важнее после такого?»«Садись, Таша. Прошу.» Я не стал использовать никаких уменьшительных. Только имя, каким она сама себя представляет миру. Она села, настороженно.«Дело не в империи. Дело во мне. Мне нужен свой человек в СБ. Настоящий. Тот, кто будет смотреть на мир моими глазами и держать руку на пульсе всего, что они скрывают от императора. Мой старый куратор там уже вырос до потолка, ему не до моих частных дел.»«И ты его нашёл? Своего человека?» — её голос был гладким, как лезвие.«Нашёл. Вернее, вспомнил. Эон Кикс.»В комнате стало тихо. Слишком тихо. Я видел, как бесследно исчезло всё напряжение её плеч, сменившись какой-то странной, холодной расслабленностью. Опасно.«Полковник Кикс, — произнесла она, пробуя имя на вкус. — Да, помню её. С «марафона светских мероприятий». Очень… оперативная девочка.»«Она не «девочка». Она профессионал. Одна из лучших в своём поколении. Сейчас она гниёт на задворках империи, в транспортной инспекции 89-го сектора. Ядерный заряд в роли регулировщика. Это преступление.»«И конечно, только она может спасти тебя и империю, — в её голосе зазвучала знакомая, ядовито-сладкая нотка. Та самая, из «сладкого сиропа». — Как удобно. И как… предсказуемо.»Я встал и подошёл к ней. Не как император. Как муж, который знает, что сейчас решается что-то более хрупкое, чем договор о границах.«Таша. Послушай меня. Я говорю это тебе. Сейчас. Сам. Не дам тебе услышать это завтра в виде сплетни от какой-нибудь «подружки» на своём же приёме. Не дам генералу СБ шепнуть тебе на ушко, чтобы посеять между нами раздор. Я вытаскиваю эту информацию на свет, кладу перед тобой и говорю: мне она нужна. Для дела. Для контроля над аппаратом, который может в любой момент свернуть нам шеи. Не для чего иного.»Она смотрела на меня, её глаза сканировали моё лицо в поисках лжи.«Ты даёшь ей власть. Доступ к себе. К нашим детям. Ты впускаешь волка в мифическую «Семью-символ», которую только что придумал.»«Я впускаю специалиста. И я ставлю её под твой двойной контроль. Негласный. Ты будешь знать каждый её шаг. Больше, чем я. Если ты скажешь, что она опасна — я отправлю её обратно регулировать грузопотоки на периферии. Но сначала дай мне попробовать. Дай нам попробовать. Мне нужны свои глаза и уши. А тебе, если ты хочешь быть настоящей Хранительницей Очага, а не куклой на балах, — нужна реальная информация. Не та, что подают императрице. А та, что идёт в обход. Эон может стать нашим общим инструментом. Если мы будем действовать как команда. Как союзники. Как… семья.»Я протянул руку, но не дотронулся до неё. Просто оставил между нами. Жест, а не приказ.Она долго молчала, глядя на мою руку, потом в окно, на уплывающие облака Жемчужины.«Я буду контролировать каждый её шаг, — наконец сказала она тихо, но чётко. — Каждый отчёт будет идти и мне. Она появится в моём присутствии только в униформе и только с докладом. И если я хотя бы раз почувствую, что это выходит за рамки «дела»…»«…Ты имеешь полное право вышвырнуть её сама, без моего указа. Лично. И я поддержу тебя перед всем СБ, — закончил я.Она глубоко вздохнула, и напряжение в её плечах наконец дрогнуло.«Ты стал слишком хорошим дипломатом,Алекс. Страшно хорошим. Ладно. Пусть будет по-твоему. Но ужин… ужин сейчас буду есть только я и дети. Ты заслужил посидеть тут и подумать о своей «команде».»В её глазах мелькнула та самая, дикая искорка, которая когда-то свела меня с ума. Не ревность. А вызов. Принятие игры по новым, её собственным правилам.«Справедливо, — я усмехнулся. — Я подожду.»Она вышла, и я остался один в тишине этого дома на скале. План работал. Семья как символ. Семья как команда. Семья как поле сложной, опасной и бесконечно важной игры. Но теперь в этой игре были открытые карты. И это было главное.Через полчаса дверь приоткрылась, и внутрь просунулась головка Эммы.«Папа,мама говорит, что ты отбыл наказание. Иди есть. Лепёшки остывают.»И в тот вечер, впервые за долгое время, смех в нашем доме на Жемчужине звучал не для галочки в протоколе. Он звучал по-настоящему. Пусть и с лёгкой, острой горчинкой от только что заключённого хрупкого перемирия. У меня был план. Теперь у меня была и команда. Моя семья. Моё первое и самое важное завоевание.

Часть 4. Эпохальная

Месяц пролетел так, как не летали даже истребители на сверхсвете. Романов Георгий Александрович, он же император Георгий I, не подписал ни одного нового указа. Точнее, подписывал — но только те, что готовил Канцлер и министры. Он лишь ставил визу, иногда спрашивая: «Вы уверены?». И все.

Всё время он отдал им. Семье. Эдварду и Эмме. Таше… о жене рассказывать не буду. Вырастите — сами узнаете.

Он показал детям шахматы. Эдвард схватил с ходу, его аналитический ум сразу увидел в этом битву. Эмма проиграла два раза и заявила, что это скучно, после чего обыграла отца в «дурака» трижды подряд. Они раскладывали «косынку» на огромном стеклянном столе в их доме на Эдеме. Ходили по виртуальным пляжам симуляторов и настоящим горным тропам заповедных зон. Было чем заняться. Было ради чего.

Но отпуск, даже императорский, кончается. И вот она — Главная Императорская Резиденция на Эдеме. Не дворец, а целый город в мраморе, стали и стекле, символ безликой, всепоглощающей власти. Здесь, в самом его сердце, им отвели личные покои. Роскошные, огромные, бездушные. Они там не жили. Они остались в том самом доме бывшего генерала, который давно стал их домом. Но резиденцию пришлось обживать — для приёмов, для аудиенций, для игры в империю.

Именно в личных покоях резиденции, в небольшом кабинете с видом на внутренний сад-аквариум, Георгий решил принять Эон Кикс. Специально. Чтобы она поняла разницу между официальным приёмом в тронном зале и этим. Чтобы поняла, что для него она — не просто полковник.

Он отменил всё: церемонию представления, глашатаев, протокольные реверансы. Просто его новый личный секретарь, подобранный Канцлером, тихо вошёл и доложил: «Приглашённый полковник здесь, ваше величество». Георгий кивнул, не отрываясь от окна, где плавали синекольчатые медузы-призраки.

Дверь открылась беззвучно.

Она вошла. Эон Кикс. Всё та же эффектная брюнетка, чьи чёрные волосы были убраны в безупречно строгий узел, а форма СБ сидела на ней как вторая кожа, подчёркивая и скрывая одновременно. Официальный тон, застывшее лицо — она выстроила вокруг себя ледяную крепость. Но он-то знал, что за этой неприступностью скрывается. Неуверенность. Надежда. Страх, что её снова пошлют на край света регулировать грузовые потоки. Поэтому инициативу взял в свои руки сразу.

Не оборачиваясь, сказал:

—Ну, здравствуй, моя эпохальная.

Прозвище, данное ей сто лет назад, в другой жизни, на заре его карьеры здесь, когда она была майором, присланной «курировать» строптивого выдвиженца из народа. Оно прозвучало как щелчок по замку. Он услышал, как за спиной сбилось дыхание.

Обернулся. Лёд на её лице дал трещину, но не рассыпался.

—Проходи, присаживайся. Как дела?

Она сделала два чётких шага в центр комнаты и замерла по стойке «смирно».

—Полковник Кикс прибыла по вашему приказанию, ваше вели…

— Эон, — мягко, но неоспоримо перебил он. — Здесь нет «величества». Здесь — Георгий. И ты сидишь на диване. Или мне встать в стойку «смирно» тоже?

Уголок её губ дрогнул. Крепость пала. Она медленно, почти неловко, опустилась на край кожанного дивана, словно боялась его помять. Из полковника она превратилась в нервную, уставшую женщину, позволившую себе на секунду расслабиться.

— Я… я давно ждала, когда ты меня позовёшь, — выдохнула она, глядя не на него, а на свои безупречно отглаженные брюки. — Я спряталась сразу, как ты появился в империи и стал генералом. Потом — личным советником. Потом… всем. Чем выше ты поднимался, тем глубже я старалась закопаться в архивах и на периферии. Боялась стать твоей проблемой. Или разменной монетой для твоих врагов.

Дальше она рассказывала. О службе в 89-м секторе, где единственным развлечением был подсчёт проходящих грузовых конвоев. О скуке, разъедающей душу. О надежде, которую она тушила в себе каждый день, но которая упрямо тлела где-то внутри. О том, как боялась увидеть в новостях его портрет под траурной рамкой — и как боялась увидеть его рядом с портретом новой фаворитки.

Он слушал, кивая. Потом рассказал своё. Кратко. О зверской перековке из юриста в пилота. О пяти годах скитаний по чёрным безднам между мирами. О том, как вернулся в другую жизнь. Ещё более кратко обрисовал текущую ситуацию: СБ, где его бывший куратор теперь — глава всего ведомства, огромный бюрократ, которому не до оперативных мелочей вроде безопасности императора. А ему нужен именно оперативник. Глаз. Ухо. И иногда — острое копьё.

— Мне нужен генерал. Глава оперативного управления СБ Империи, — сказал он прямо, глядя ей в глаза. — Тот, кто будет видеть то, что от меня скрывают. Слышать то, о чём мне не докладывают. И действовать так, как нужно мне, а не как предписывают тысячелетние инструкции.

В её глазах вспыхнул тот самый огонь — острый, ястребиный, голодный до дела. Но следом накатила волна страха. Страха перед ответственностью. Перед масштабом.

— Я не могу… Я так долго была никем… — начала она.

— Можешь, — отрезал он. — Подбери себе команду. Самых голодных, самых обиженных системой, самых умных и самых безбашенных. Даю тебе полную свободу в этом вопросе. Планов у меня — громадьё. Освоение сектора, новые флотилии, Орден, борьба с аристократией, давление капиталистов. Везде нужен глаз да глаз. Ты станешь этими глазами и ушами. А когда надо — и копьём.

Он встал, подошёл к столу и взял с него тонкий электронный планшет. Протянул ей.

—Поздравляю с назначением, генерал СБ Империи Эон Кикс. Все документы уже подписаны. Остальное — в отделе кадров. Твой пропуск теперь везде. В том числе — сюда.

Она взяла планшет дрожащими пальцами, взгляд скользнул по экрану, задержался на печати императора и новой, головокружительной должности. И тогда в ней что-то сорвалось.

Она резко встала, отбросила планшет на диван и бросилась к нему, обвивая руками шею. Это был порыв, объятие не подчинённого, не солдата, а любящей женщины, которая ждала этого момента годы. Чувственное, отчаянное, беззащитное. Длилось оно долю секунды.

Она резко, почти с силой оторвалась, отшатнулась назад. Лицо вмиг стало каменным, офицерской маской. Она выпрямилась в струну и отдала уставной книксен, безупречный и ледяной. Потом правый кулак, резко и звонко — в грудь, над сердцем.

— Служу Императору! — голос прозвучал металлически-чётко, без единой эмоции.

Развернулась на каблуках и чётким шагом направилась к выходу.

Он не стал её останавливать. Просто сказал в спину, уже почти вышедшую за дверь:

—Завтра. В моём доме. Здесь, на Эдеме. Приём для… личных друзей. Ты приглашена. Без формы.

Она замерла на пороге, не оборачиваясь. Кивнула — один короткий, резкий кивок. И вышла, бесшумно закрыв дверь.

Георгий вздохнул, подошёл к аквариуму. Медузы плавно колыхались в воде. Только что здесь был человек. Теперь снова был он. Император, который только что вбросил в тихие воды своего двора новый, непредсказуемый элемент.

«Ну что ж, эпохальная, — мысленно обратился он к ней. — Посмотрим, какую эпоху мы с тобой начнём».

А завтра будет новая битва. Домашняя. Потому что на том приёме будет Таша. И её взгляд, когда она увидит Эон в платье, а не в форме, будет красноречивее любых докладов СБ.

Игра начиналась по-настоящему. И фигур на доске прибавилось.

Часть 5. Друзья-заговорщики

Дом бывшего генерала, а теперь мой дом, стоял на трансконтинентальном шоссе через весь континент, обсаженной синествольными кедрами Эдема. Снаружи — скромная, даже аскетичная старомодная постройка из натурального камня и дерева. Внутри — тот самый редкий баланс: все передовые фантастические девайсы были на своих местах, обеспечивая безопасность, связь и комфорт, но они не мозолили глаза. Их не было видно. Интерьер был выдержан в стиле «чинно и благородно»: темное дерево, ткани глубоких тонов, книги в переплетах — настоящие, бумажные. Приобрести этот дом за смешные по столичным меркам деньги было чудом, возможным только благодаря чудовищному блату и невероятной удаче. В сердце Империи связи и влияние всегда ценились выше простых цифр на счету.

Этот дом Виолетта, моя названая мать, держала в крепких, любящих руках. Она создала здесь не просто жилище, а место, в которое хотелось возвращаться. Место, которое с полным правом можно было назвать Домом.

Сегодня вечером в большой гостиной, вопреки всем законам технологической эры, горел настоящий камин, потрескивая поленьями редкой породы, а по комнате были расставлены подсвечники с обычными стеариновыми свечами. Их тёплый, неровный свет отражался в полированных поверхностях и глазах гостей, создавая атмосферу древнего таинства среди звёздных империй. Мой маленький фокус, который семья уже видела, а друзья — нет, ждал своего часа.

Но сначала был сытный, почти домашний ужин в столовой. Длинный стол ломился от простой, но идеально приготовленной еды. Звучал весёлый, бесшабашный смех и перебивающие друг друга рассказы. Здесь не было чинов, званий или титулов. Здесь были друзья. Те самые, что были рядом, когда я был не то чтобы юристом, а самым настоящим, растерянным и ничего не понимающим «попаданцем» с дикой планеты под названием Земля.

Сол, капрал, а ныне — Канцлер Империи, хохотал, вспоминая, как мы впервые завербовали парикмахера. Дик, бывший сержант, а ныне — Магистр Ордена Первопроходца, с умным прищуром допрашивал официантку о рецепте соуса. Ребята из моей первой и второй бригады, теперь — люди в высоких министерских креслах, спорили о достоинствах разных моделей бластеров. Здесь же был мой названый отец и его племянник. Прилетел по случаю Алексей, мой старший сын от первого брака, уже назначенный Магистром «Молодой Стаи». Рядом — Таня, моя дочь, тихо беседующая с… Светланой, моей первой женой, и её вторым мужем, Альбертом, добродушным инженером. Удивительно, но это работало. Мы были не императорской семьёй, а просто большим, шумным, немного странным кланом.

Моя нынешняя семья — Таша, Эдвард, Эмма — присутствовала первый час, а потом, по моему настоянию, отбыла в свои комнаты. Эдвард шёл нехотя, Эмма клевала носом. Таша, прежде чем уйти, бросила длинный, оценивающий взгляд на Эон Кикс и на меня. Её уход был так же красноречив, как и её присутствие.

Эон была здесь. В простом, но безупречно сидящем тёмно-синем платье, которое делало её одновременно уязвимой и невероятно красивой. Она вела себя с подчёркнутой, почти монашеской скромностью, чувствуя на себе пристальный, холодноватый взгляд хозяйки дома и императрицы. Но Сол и Дик майора, а теперь полковника и генерала Кикс помнили прекрасно. Их взгляды, когда они её заметили, были красноречивы: короткое удивление, мгновенная оценка, затем почти незаметные кивки — знак признания старого товарища по оружию. Никаких вопросов. Они понимали игры власти лучше многих.

Когда десерт был окончен и чашки с кофе допиты, все плавно перетекли в гостиную, к теплу камина и живому свету свечей. Весёлый гул потихоньку стих. Сигаретный дым (настоящий табак!) заклубился в лучах света. Все взоры, полные ожидания, любопытства и безграничного доверия, обратились ко мне.

Я подошёл к камину, повернулся к ним спиной, будто грея руки. Я прекрасно знал, что в этом доме, несмотря на все меры предосторожности, наверняка есть пара-тройка очень хорошо замаскированных «жучков». От СБ моего бывшего куратора, от аристократических кланов, от коммерческих конкурентов. Поэтому я, не говоря ни слова, использовал одну миллиардную долю могущества Электронного Ключа — того самого, что открывал двери в сердце Империи. Лёгкое, почти неощутимое для людей напряжение спало с воздуха. Едва слышный фон откликающихся систем умолк. Даже свет свечей на мгновение дрогнул, будто от невидимого ветра.

Моя семья не дрогнула. Они видели этот фокус два года назад, когда я впервые показал им крохи своей реальной силы. Но остальные… Я увидел, как у Алексея расширились зрачки. Как Дик инстинктивно потянулся к несуществующему на поясе оружию. Как Сол замер, затаив дыхание. Эон резко подняла на меня взгляд, и в её глазах мелькнул не страх, а профессиональный, леденящий интерес к необъяснимому. Она первая поняла, что произошло: в комнате начисто отключилась вся электроника. Включая импланты. На несколько секунд мы оказались в информационном вакууме, в пузыре абсолютной тишины эфира.

Я не стал ничего объяснять. Просто повернулся к ним, и моё лицо, освещённое снизу пламенем камина и колеблющимся светом свечей, должно было казаться им лицом древнего оракула или заговорщика.

«Друзья мои, — начал я, и мой голос звучал тихо, но заполнил собой всю внезапную тишину. — Игра началась.»

Я сделал паузу, давая словам просочиться в сознание.

«Как вы знаете,я пришёл к власти на гребне Народного призыва. Не я его организовал — народ сам решил меня поддержать. Это моя сила и моя ахиллесова пята. Я — ставленник улицы, мастеровой, выскочка. Я не легитимен для старой элиты. Они терпят меня, пока я полезен, пока я не трогаю их привилегий слишком явно.»

Я прошёлся перед камином, глядя на знакомые лица.

«Я не могу остановиться.Если я замедлю ход, если дам Империи опомниться, передохнуть и оглядеться — недобитые генералы, олигархи и министры, которых мы не успели или не смогли заменить, соберутся и сместят меня. А когда полетит моя голова… полетят и ваши. Все до одного. Это не угроза. Это констатация факта нашей реальности.»

В комнате было так тихо, что слышалось потрескивание поленьев.

«Поэтому моя стратегия одна:не давать Империи опомниться. Гнать её, как загнанную лошадь, всё дальше и дальше, к новым горизонтам. Засыпать её новыми, дикими, неосвоенными территориями. Манить перспективами и министров с генералами, и простых людей. Пусть там, на новых мирах, они увидят шансы, которых никогда не имели здесь, в окаменевшем центре. Пусть их жадность, их амбиции, их надежда будут нашим топливом.»

Я указал на Сол, на Дика, на Алексея.

«Поэтому Сол— Канцлер. Дик — Магистр. Алексей — Магистр молодёжи. А Эдвард — Магистр детей. А я… я просто Вождь. Знамя. Но это не просто фигура речи. Я буду тем знаменем, которым будете размахивать вы. Я поведу людей личным примером. Я с Эдвардом станем медийными личностями: император-отец и наследник-сын, осваивающие Галактику. Мы будем строить корабли, лететь на новые планеты, ходить в походы — и всё это с его классом, с «Волчатами». Таша, как любящая жена и императрица, будет меня провожать и ждать, олицетворяя верность и домашний очаг. Эмма станет нашей «звёздочкой», символом добра и нового будущего. Вся наша жизнь станет грандиозным шоу, эпической сагой для всей Империи.»

Я позволил себе горьковатую усмешку.

«Но всё это— для виду. Лицо, которое мы покажем галактике. По-настоящему же… по-настоящему я заставлю всю эту махину работать. Я заставлю их формировать новые армейские корпуса и обучать их. Заставлю верфи строить корабли так, чтобы сталь звенела. Заставлю флотилии лететь дальше и осваивать, осваивать, осваивать. Мы создадим такой поток ресурсов, амбиций и возможностей, что все внутренние противоречия просто смоет этой лавиной. Мы будем постоянно расширяться, чтобы не взорваться изнутри.»

Я обвёл всех взглядом, останавливаясь на каждом.

«Вы мне поможете.Не как подданные — как друзья. Как соратники по тому самому, первому нашему бою, из которого мы все вышли живыми. Сол, ты будешь рулить бюрократической машиной так, чтобы она не съела нашу идею. Дик, ты сделаешь из Ордена не клуб по интересам, а становой хребет новой идеологии. Алексей, ты превратишь молодых и дерзких в нашу ударную силу. Отец, ты будешь моими глазами и ушами там, куда я не дотянусь.»

Мой взгляд наконец встретился с взглядом Эон. Она сидела неподвижно, но в её глазах горел тот самый огонь, который я видел днём ранее.

«Эон.Ты станешь нашим щитом и кинжалом в тени. Ты будешь знать всё, что о нас думают, что против нас замышляют. И тихо, без шума и пыли, устранять угрозы, которые нельзя устранить указами. Ты — наша тайная полиция в тайной полиции. Наша стража в ночи.»

Я выпрямился во весь рост.

«Мы не будем править Империей.Мы будем вести её. Ведём стаю на новые охотничьи угодья. И пока мы ведём — мы в безопасности. Нас нельзя свергнуть, потому что мы — сама дорога. Само движение вперёд.»

Я поднял бокал, который кто-то молча протянул мне. В нём искрилось тёмное, как космос, вино.

«За новую охоту, друзья. За то, чтобы никогда не останавливаться.»

В тишине, нарушаемой только треском огня, прозвучало тихое, но единодушное: «За охоту».

И в тот момент,в свете древнего пламени, среди людей, которые знали меня без титулов и короны, я почувствовал не тяжесть короны, а силу плеча. У нас был план. И была команда. И ради этого стоило затеять игру с целой галактикой.