Читать онлайн "Золотая фамилия"

Какого быть дочерью дизайнерши одежды?

Ужасно!

Моя мама Лорен Маил — владелица бренда одежды — «Норес Тейн». Я имею право на бесконечное количество продуктов ее производства и легко могу собрать всю коллекцию премиальных нарядов. К тому же сверстницы завидуют моему статусу — главной модницы Лютенберга, но на этом плюсы заканчиваются.

В народе мою маму прозвали повелительницей моды. Соглашусь, вкус у нее хороший. Но понимающей мамой ей никогда не стать, ведь она считает, что нет важней интересов, чем ее собственные.

Как же абсурдно то, что имея практически все, у меня нет права выбрать дело всей жизни. Мама хочет чтобы я стала моделью, но я не любитель фотосессий и публичности. Несмотря на это, практически с рождения я стала лицом фирмы. С того дня я вынуждена присутствовать на всех светских мероприятиях и делать вид, что это приносит мне удовольствие.

Два месяца назад я приняла ислам. Мне всегда нравились мусульманки, их скромность, красота и что-то было в них такое, что не могло не притягивать. Мне хотелось найти свой личный путь, в котором не будет притеснения и, который я приму сама. Я часто задумывалась, а в чем же смысл жизни и нашла ответы в Коране.

Если мама узнает, то выгонит меня из дома. Однажды ее помощница, предала ее, отдав эскизы новой модели конкурентам. Эта женщина была мусульманкой и теперь мама считает, что они все такие.

Я новичек и не могу назвать себя соблюдающей мусульманкой, но я стараюсь. Совершаю намаз в тайне от всех, пытаюсь вставать на утреннюю молитву, но не совсем получается наладить режим. Выучила пару сур из Корана, дежурные фразы, например приветствие и несколько имен Аллаха. Хоть это и маленькие шаги, но благодаря им я чувствую себя живой.

Моя душа хочет чего-то простого. Покрыться хиджабом, научиться читать Коран и проводить спокойные деньки где-то в небольшом домики на ранчо рядом с любимым человеком. Но увы реальность не всегда совпадает с мечтами.

Популярность всегда приносила нам неприятности, но в этот раз это перешло все границы.

Наглый журналист подло подставил меня! Он заснял как я передаю бумаги конкуренту отца — Эстеру Воуту. Хотя по правде я договорилась с ним. Он пообещал подписать документы, что больше не причинит вреда моей семье.

Но жаждя большей власти он решил надурить меня. Эстер давно завидует успеху моего отца, а так же готов на все ради своего единственного сына. Если Николасу чего-то хочется, то его родители непременно дают ему это. Даже если это касается чужой жизни.

Эстер договорился с журналистом. Тот поджидал нас в назначенном месте, а затем отредактировал фотографию и собрав все фейковые доказательства, выпустил статью с заголовком "Предательство дочери или провал фирмы Маилов".

Статья облетела весь мир и чтобы не опорочить фамилию своей семьи Пабло, мой отец, согласился на договор с врагом. Так как Эстер пригрозил ему рассказать всем тайну нашей семьи, которая могла бы разрушить всю нашу жизнь. Папа всегда оберегал репутацию семьи, обращаясь с нашей фамилией, как с золотой.

Позже Эстер сам все рассказал Пабло и предложил сотрудничество. Мол: сам он скидывает все на подставу журналиста и рассказывает, что на самом деле я хотела подписать так называемое перемирие, а Пабло выдает свою единственную дочь за его слабоумного сына.

А я не хочу замуж за Николаса как минимум, потому что:

• Он ведет себя неадекватно: Скочит, приступно хлопает руками, топает ногами, если ему что-то не нравится (будто он лошадь), хромает, неуклюже ходит, может подскочить на тебя в приступах нежности и начать приставать.

• Он очень толстый: С его тела свисают огромные куски жира. Нос картошкой, губы бантиком, голова полу-лысая, огромные щеки и взгляд, который будто хочет тебя сожрать.

• Помимо этого он глухо-немой: Говорит на языке жестов, а я этот язык не знаю, ибо давно сказала бы ему пару ласковых.

Я не злой человек, но когда дело касается моей свободы, то сердце разрывается от несправедливости и я злюсь на весь мир. Если бы Николас меня не трогал и жил бы себе спокойно со своими родителями, то я не была бы так критична по отношению к нему. Однако здесь все по другому.

***

Разговор на языке жестов между Жаклин и ее сыном: — Я урод! — его руки дрожали, рисуя в воздухе неровные круги. — Не говори так, ты самый лучший! — бурно жестикулировала мама. — Девушки бегут при виде меня, я никогда не найду вторую половинку — слезы скатились по его замершим щекам. — Ты помнишь Джанет, дочь конкурента твоего отца? — Да, она очень красивая! — Завтра предсвадебный бал в Лютенберге. Ты женишься на ней! — Ура-аа, гр, гр, ур — издавал он непонятные звуки. Громкий зловещий смех Жаклин, словно ведьмы оглушал комнату. Николас прыгал с места на место и хлопал в ладони, радуясь новости.

***

"Одинокое дерево стояло посреди леса. Трава у его низов приобрела темно-зеленый цвет серотоватого оттенка, поэтому казалось, что ей сотня лет. Туман окутал пространство. Голые деревья сзади еле виднелись из-за тумана. Насыщенный цвет листвы постепенно угасал к верхушке. Главное дерево теряло молодость, вокруг становилось все темней, словно солнце садилось во всем мире. Приближаясь ближе к верхнему листу, сердце начиналало биться все сильней. Его тембр разносился по всему лесу. Последний яркий лист начинал терять молодой блеск и насыщенный облик, а затем юный пал на высохшую траву, став безжизненным, будто лишившись детства. Так сильно напоминая жизнь Джанет. Она вот-вот должна была расцвести, но у Всевышнего на нее были другие планы."

Джанет резко открыла глаза. Минутой ранее она задумалась, смотря на то, как медленно стекают капли с окна. Сильный дождь в перемешку с громом и грозой наводил на нее тоску, из-за чего девушка задремала в горьких раздумьях. Ей не легко смириться с тем, что ей уготована такая судьба.

В попытках успокоиться, девушка стала крепко сжимать кулон в виде объемного золотого сердца. Это подарок от мамы на ее рождение. До тринадцати лет Джанет была очень привязана к Лорен. Днями напролет она оставалась с ней в мастерской, смотря на то какие шедевры создает ее мама. Джанет всегда удивлялась таланту Лорен и всем сердцем любила ее без всяких причин, но со временем их теплые взаимоотношения дали трещину.

Джанет большая фанатка конного спорта и это единственное, что способно порадовать ее в этой жизни. С шести до тринадцати лет она не пропускала ни одного занятия, получив более тридцати медалей за первое. Порой она даже ночевала в конюшне в обнимку со своим любимым конем молочного цвета — Лучиком.

Бескрайняя любовь Джанет к своему хобби, стала беспокоить Лорен. Она хотела, чтобы дочь посвятила жизнь моде и ссылаясь на, то что конные скачки не занятие для леди, мама сняла дочь с соревнований. Это произошло перед самым важным для карьеры Джанет турниром...

Крах.

Жизнь забрала с собой лучезарную улыбку девочки. Джанет не смогла простить маму. После Лорен пару раз находила дочь на ранчо, спящей в обнимку с Лучиком. Каждый раз разнимая дочку с ее любимым конем слезы не трогали Лорен. Она отвалила кругленькую сумму, чтобы выкупить коня, а затем отправила его на другой континент. Девочка рыдала, билась в истерике, умоляла маму вернуть все назад, но все в пустую.

С того дня Джанет больше никогда не улыбалась искренне, она лишь рыдала по ночам, молясь чтобы с Лучиком все было хорошо.

Не важно где он.

Рядом или далеко.

Главное, чтобы был здоров.

Кулон напоминал Джанет о том периоде жизни, когда их отношения с мамой представляли собой нежные объятия, душевные разговоры и уважение к чувствам друг друга. Пришлось как-то отвлечься, ведь слезы стали накатывать. Встав с дивана, она подошла к зеркалу во весь рост. Взглянув на свой поникший взгляд, она сомневалась в том, что когда-нибудь будет счастлива от всей души.

На Джанет красовалось пышное платье нежно-голубого цвета, сделанное из дорогого шелка. Глянец платья струился вниз длинным шлейфом, а пышные рукава делали образ воздушным. Украшения сделаны из бриллиантов голубого оттенка: серьги, браслет и серебрянные цепочки украшенные драгоценными камнями, которые свисали с плеч. Локоны нежно-белого цвета доходили до пояса, а ярко-голубые глаза украшала черная тушь, на губах блестела пастельно-розовая помада. В ее повисших плечах виднелась безысходность.

"— Я чувствую себя маленькой бабочкой, которая не знает как выбраться из этой дыры. Не знает как пройти в открытое окно. Свобода так близко, что к ней можно легко прикоснуться, но ты все еще заперт в четырех стенах. Это ловушка, из которой не выбраться..." — внутренний голос затих.

Большая деревянная дверь обрамленная золотыми вставками со стуком открылась. Джанет сразу поняла кто зашел, но ей не хватало смелости обернуться. Именно в этот момент слезы предательски потекли ручьем. Горечь и обида разжигали огонь на душе. На плечо Джанет опустилась ледяная рука и она вздрогнула от неожиданности.

— Посмотри мне в глаза — раздался голос матери.

Робко обернувшись, Джанет застыла в ожидании. Увидев боль в глазах дочери Лорен дрогнула, она знала, что последует за этим.

— Ты поговорила с отцом? — задрожал голос блондинки — Он отменил помолвку?

— Как тут отменить, прислушайся — Лорен указала на приоткрытую дверь из которой линией струился теплый свет и голоса сотни гостей.

Осознав, что церемония, которая решит ее судьбу скоро состоится, Джанет разрыдалась. Ее страдания прервал строгий голос матери, тон которого резко посуровел:

— Хватит лить слезы! У нас полной дом гостей. Не смей нечего испортить! Вытри слезы и пошли!

Джанет испугалась, ведь ранее она никогда не слышала и не видела маму настолько злой. В спину вновь вонзился острый кинжал, как и в тот день когда Лучика увезли. Джанет буквально ощущала как по спине течет кровь, из-за чего по телу пробежались мурашки. Она послушно встала и взяв со стола салфетки, промочила легким движением мокроту вокруг глаз. Она делала это не отводя глаз от Лорен. Джанет было больно видеть, как близкие люди охладевают к ней из-за чей-то глупой шутки.

Собрав силы в кулак она не стала мирится с обстоятельствами и крепко схватив подол платья, кинула:

— В таком случае, сами играйте свою игру! Лорен опешила от такой наглости дочери и она уже было хотела накричать на ту или отвесить ей громкую пощечину, но опоздала.

Еле справляясь с волнением: сильной отдышкой и бешенным стучанием сердца, Джанет рванула в приоткрытую дверь и помчалась вниз по хрустальной лестнице. В зале играла торжественная музыка. Люстра длиной в два метра блестела, излучая насыщенный свет. Оркестр играл на ее любимом рояле.

Отец вместе с Николасом и Эстером стояли посреди зала. По Николасу было видно, как сильно он переживает. Он мялся и постоянно оттягивал воротник рубашки, чтобы изгнать жару и запах пота. Костюм сильно облегал, даже эти слои ткани не смогли скрыть висящий жир. Он еле мог поднять распухшие ноги, но все равно умудрялся ими стучать.

На лице Эстера сияла хитрая ухмылка, ведь он добился чего хотел — женил никчемного сына на красавице Лютенберга. Пабло стоял смирно, не дергаясь. Он словно чувствовал, что в любой момент что-то может пойти не по плану и был наготове.

"— Господи помоги" — проговорила про себя Джанет, приближаясь к выходу из особняка.