Читать онлайн "Восемьсот восьмой P.S. Люблю тебя"

Данное произведение не является чем-то оскорбительным и не несёт в себе никаких намёков на уничижение чьих-либо прав и чувств. Не надо относиться серьёзно к тому, что вы прочтёте в этой книге. Это фантазия на тему.

Книга не выражает отношения автора к чувствам верующих (хотя сам он верит исключительно в физику и химию).

Все совпадения с реальными или вымышленными персонажами случайны. Все события вымышлены. Продолжая читать эту книгу, вы подтверждаете, что не будете воспринимать её всерьёз и не будете иметь претензий к автору.

Всё сказанное вами в комментариях может быть использовано в качестве плавсредства.

Приятного прочтения.

Восемьсот восьмой . P.S Люблю тебя.

Жаркий летний субботний день не предвещал ничего плохого. По просёлочной дороге Алексей Николаевич ехал на своём автомобиле в сторону Луги.

У его тестя Константина Захаровича сегодня юбилей, семьдесят лет. В течение получаса красный «Аутлендер» Алексея Николаевича заедет на дачный участок тестя, и начнётся праздник, которому суждено завершиться глубоко за полночь — с караоке и алкогольными возлияниями. В машине играет радио, свежо и невероятно комфортно. Ну и денёк, а ведь он только начинается. Настроение фантастическое, погода - градусов двадцать семь, не меньше, да и на небе ни облачка.

Вдруг Алексей Николаевич отчётливо почувствовал запах табачного дыма.

- Интересно…

Он открыл окно: интересно было понять, насколько сильно должно пахнуть на улице, чтобы так сильно пахло в машине. Но запах шёл явно не оттуда.

Небрежно бросив взгляд в зеркало заднего вида, он заметил, что там сзади сидит человек и курит в приоткрытое окно.

- Не пугайся, Лёша. Всё в порядке.

- В каком нахрен порядке? Ты кто вообще такой и откуда?

- Я? - переспросил человек.

- Нет, я! - возмущённо сказал Алексей Николаевич.

- Ну конечно, ты.

- Я G64 ундецилион восемьсот восьмой, хранитель второй и, не буду скромничать, высшей категории. Можешь называть меня просто «восемьсот восьмой». Мы уже почти подружились.

- Ты взялся откуда там? Я утром туда вещи клал, там никого не было.

- Да в порядке твои вещи. А я просто делаю свою работу. Когда закончу - уйду так же незаметно, как и появился.

- Выйти бы да по роже тебе дать, жаль останавливаться нельзя.

- В этом‑то и дело, Лёша. В этом и дело, что останавливаться нельзя.

- Ты хранитель чего?

- Ничего, Лёша. А кого. Ангел-хранитель. Слышал про такое? Когда про человека говорят «в рубашке родился» — вот это я.

- Ни хрена себе. То есть мне повезло, получается?

- Получается так. Сейчас я к тебе переберусь на переднее и начнём.

Он выкинул сигарету и, закрыв окно, переместился на переднее сиденье.

- Обалдеть. Ты просто исчез сзади и появился тут. Получается, не врёшь? Ангел?

- Получается так, Лёша. Начинаем?

- Да конечно, начинай. Чего тянуть-то?

- Ну, понеслась.

После этих слов восемьсот восьмой схватил руль и начал резко крутить его в правую сторону. Машина слетела с дороги, моментально преодолела обочину, рухнула в канаву, вынырнула из неё, заехала на поле и воткнулась в стог сена.

- Сука! Ты мне нос сломал!

- Издержки производства, Лёша. Зато жизнь цела. Согласись, более чем выгодный обмен.

- Ты не ангел-хранитель. Ты урод какой-то. Так не может быть.

- Всё может быть, мой хороший. Не переживай. Просто я не твой ангел-хранитель.

- А чей? Чей, сука?

- Маленького мальчика, Кости, который…

Он посмотрел на часы.

- …который несколько секунд назад удрал от мамы на своём двухколёсном велике и через несколько секунд появится из-за того поворота. Где ты, разговаривая по телефону, будешь пытаться перевести его на громкую связь и уронишь. Почувствуешь удар. А когда поднимешь глаза, увидишь, как перед машиной тащится двухколёсный велосипед.

Как только он закончил говорить, на дороге из ниоткуда выехал маленький мальчик в одних шортах и панаме. Он остановился на дороге буквально на пару секунд и, видимо, услышав крики матери, спешно развернулся и поехал назад.

- Мне в больницу надо.

- Не надо тебе никуда, Лёша. Нос не сломан, а разбит. И тебе необходимо доехать до тестя — всё-таки сегодня юбилей. Дело в том, что через неделю из рейса возвращается Николай, сосед. В следующие выходные они вместе пойдут в баню и уго́рят. Не приедешь сегодня - уже и не увидитесь.

- А сейчас ты отключишься. Примерно через семь минут по дороге поедет трактор, заметит тебя и вытащит. Ты подумаешь, что задремал: монотонность эта сельская, жара — вот и уснул. Всё будет нормально, не переживай. А сейчас пора спать. Три… два… один…

Восемьсот восьмой шёл по полю, отряхивая брюки от сена. Солнце светило прямо в лицо и слепило глаза.

- Давай быстрее, ты как на инаугурацию идёшь, опаздываем же, ёпта.

«Да, нет, показалось или не мне», — подумал восемьсот восьмой, но ускорился.

Когда он перелез через канаву, то увидел такси. Старая жёлтая «Волга» с чёрными шашечками. На таком такси в 2025 году мог ездить только один человек.

- Харонов? А что ты тут вообще делаешь?

- Что я делаю? Что ты тут делаешь - вот действительно интересный вопрос.

Он вышел из машины - пухловатый, лысоватый мужчина средних лет. В кожаной куртке и тёмных очках в роговой оправеСтоял, опираясь на свою машину, и с удивлением смотрел на восемьсот восьмого.

- Харонов, я на сегодня закончил всё. Сейчас в офис отпишусь - и всё. Следующая смена послезавтра. Какие вопросы ко мне?

- Вопрос один. Титова Светлана Николаевна, смерть от удушения, у меня в графике стоит на 14:30. Время прибытия.

- Так это в метро которая? Мне в метро нельзя — подземная территория не обслуживается, там контролирует тёмная сторона. Там же у тебя написано «Купчино». Я её в график не поставил.

- Ты дурак, что ли? Купчино это район. Ты вообще представь себе на минуточку, как тётку в метро задушить можно? Тут же адрес написан, даже где я её забираю, если ты не справишься.

- Косячок вышел. Так сколько у нас сейчас?

Восемьсот восьмой посмотрел на часы.

- 14:24. Ну давай, Харонов, поехали правки вносить в реальность. Ты уж держись там, Светик-семицветик.

- Обуяло чувство вины за невнимательность? Чуть тётку не угробил.

- Ой, ты знаешь, хватит болтать-то уже. Если ты испытываешь чувство вины — значит, перед тобой хороший манипулятор. Не ведусь я на такое. Время идёт. Езжай давай.

Харонов вставил ключи, дёрнул затёртую ручку коробки передач и через мгновение они оба уже были на месте.

- Ну и где она? - спросил восемьсот восьмой.

- А я откуда знаю, где? Дом этот, квартира не указана. Сидим, ждём.

- Чего ждём? Минута осталась, ничего не происходит.

- Раз минута осталась — значит, происходит. Надо внимательнее смотреть.

- Вижу! крикнул Харонов.

- Где?

- Вон на той стороне, в машине тётку душат на переднем. Давай мухой залетай туда.

- Серьёзно? Там два мужика. Я с ними там в рукопашную хлестаться буду?

- Меньше двадцати секунд осталось. Давай, тарань их в лобовуху.

- Ласточкой моей?

- Харонов, бей, время уходит. Потеряем тётку и так обосрались уже везде, где можно и нельзя.

Через мгновение раритетная и, возможно, единственная из тех, что ещё на ходу, «Волга» с шашечками на полном ходу со встречки влетела в лоб припаркованному автомобилю. Основной удар пришёлся на водителя. Пассажир-душитель сзади, видимо, вообще не пострадал — сразу после ДТП выскочил и побежал во дворы.

- Харонов, ты зачем с такой силой-то бил? Я думал, мы их напугаем, а ты, кажется, убил ублюдка.

- Ну у меня в любом случае на этот адрес наряд был. Так что, в общем и целом, всё не так плохо.

К этому моменту к месту ДТП начали собираться люди. Кто-то просто смотрел, кто-то пытался вызвать скорую, некоторые снимали на телефон. Опираясь на двоих мужчин, из машины вылезла женщина. Её отвели в сторону и посадили на чью-то любезно предоставленную сумку.

Людям долго не удавалось открыть дверь со стороны водителя. Буквально через несколько минут подъехала скорая. Водителя вытащили через пассажирскую дверь — с его стороны дверь так и не открыли. Его уложили на асфальт. Врач бегло осмотрел его и сразу же накрыл тряпкой.

- Ну что ж, мой клиент дозрел. Сейчас метнусь, доставлю — и обратно. А ты молодец, конечно. Успел.

- А обратно-то зачем, Харонов?

- Как зачем? ДПСников ждать. Не могла же машина сама так влететь. Должен быть и шофёр. Сделал дерьмо — садись в тюрьму. Так жизнь устроена, родной. В офис не доброшу, как сам, наверно, понимаешь.

Восемьсот восьмой хлопнул Харонова по плечу, вышел и сразу же закурил. Он подошёл к женщине, которую вытащили из машины. Она плакала, закрыв лицо руками.

- Ну раз плачет — значит, жива. Уже не всё так плохо.

На мгновение машина исчезла и снова появилась на том же самом месте. Это были какие-то сотые секунды. Никто из присутствующих вокруг физически не мог этого заметить. Кроме восемьсот восьмого, к которому постепенно приходило осознание произошедшего.

Он погрузился в свои мысли и совершенно не заметил, как Харонов подошёл к нему.

- Давай, иди уже. Мне не в первой это. Всё нормально будет.

- Ну давай.

Восемьсот восьмой снова похлопал Харонова по плечу и растворился в толпе.