Читать онлайн ""Зачем тебе это надо?""

Лере нравился парк, через который она часто проходила: раскидистые ели, пушистые свисающие ветки берёз, суетящиеся белки – попрошайки. Каждый раз она замечала в нём что-то новое. И сейчас, в последний день августа, она уловила в нём почти осеннее настроение.

Завтра - первое сентября. Очередной учебный год. Она уже студентка медицинского университета, и сейчас спешила на встречу, которую все называли «встречей бывших». Это был их своеобразный ритуал – собираться в последний день лета на пороге клуба - обычного дворового, но ставшего её пристанищем за все прошедшие школьные годы. Здесь она выросла и проводила всё свободное время. Именно здесь нашла себя - в различных занятиях, в поиске, в пробных шагах.

Танцы, вокал, рисование – любое занятие давалось ей легко, и везде она достигала ощутимых результатов. Особенно привлекали её интеллектуальные игры. И вовсе не потому, что она могла блеснуть своими знаниями: она всегда хорошо училась в школе и даже закончила её с золотой медалью. Просто там, среди единомышленников, она находила то, что было ей особо ценно: искреннее общение, возможность быть собой и не бояться оценивающих взглядов.

Валерия всегда была привлекательной и знала об этом с детства. Поначалу это льстило: она с удовольствием принимала внимание взрослых, когда её выбирали на роли принцесс или Снегурочек для новогодних утренников. Но с взрослением всё это стало утомлять. Привычные комплементы не вызывали прежней радости. Напротив, они давили, сковывали, мешали жить. Лера всё чаще ощущала себя витринным экспонатом, в котором, прежде всего, видят внешность.

Постоянные взгляды, которые она ловила на себе, излишнее внимание парней, их неуместные комплементы, порой с двусмысленным подтекстом, - всё это стало вызывать раздражение.

Валерия устала. Устала от необходимости улыбаться в ответ на плоские шутки, избегать навязчивого общения, от вечного ощущения, что её воспринимают, как картинку, которую можно бесцеремонно рассматривать, оценивать, обсуждать.

Именно тогда она выработала особую тактику, которая эффективно отпугивала навязчивых поклонников. Если кто-то начинал проявлять излишнюю настойчивость, она не стремилась избежать внимания или уйти. Напротив, она охотно включалась в разговор, демонстрируя преувеличенный интерес.

Вот и сейчас, проходя мимо скамейки в парке, она заметила, как трое парней, словно по команде повернули головы в её сторону, разглядывая с явным интересом. Один из них, видимо, самый смелый, окликнул:

- Девушка, куда же ты?

Она не остановилась, надеясь, что парень ограничится этим вопросом. Но он вскочил со скамьи и двинулся следом:

- Может, познакомимся? Меня Вова зовут, а тебя?

Валерия оглянулась. Двое других парней по-прежнему молчали, но, ухмыляясь, смотрели с явным интересом, готовые в любой момент сорваться с места и последовать за ней. Она поняла: просто так от них не отделаться. Резко остановилась.

- Меня Фрося звать. Очень приятно, - произнесла она уверенно, без тени фальши.

Парень на мгновение замер, в его взгляде промелькнула подозрительность. Но, встретив искренний, распахнутый взгляд её глаз, предложил:

- Может, прогуляемся? Воздухом подышим?

- С удовольствием! – с готовностью ответила она и тут же продолжила: - Знаете, Вова, прогулки на свежем воздухе действуют положительно не только на дыхательную систему и в целом на организм человека. Они особенно полезны для нейрофизиологических процессов в головном мозге. Вам, я вижу, очень импонирует эта тема. Как и мне. Нейронный коррелятор сознания создаёт тот или иной ментальный образ…

Её речь лилась ровно, с академической чёткостью. Парень на секунду почувствовал себя студентом на лекции, которую он совсем не выбирал.

А Валерия продолжала, не сбавляя темпа. Лишь изредка задавала вопросы, но совсем не ради ответа, а чтобы создать видимость заинтересованности с обеих сторон.

- Вы согласны, что афферентный синтез имеет колоссальное значение?- И не дожидаясь реакции, тут же продолжала:

-Я рада, что вы понимаете, какой это огромный спектр психофизических состояний, желаний, интерпретаций, которые происходят в единицу времени!

Её пальцы слегка постукивали по сумке – будто отсчитывали секунды до его капитуляции.

Она по опыту знала, что на первой минуте восприятия текста на данную тему, у собеседника обычно вытягивалось лицо, глаза округлялись. Если прорывался нервный смешок, Лера тут же ободряла:

- Вы не смущайтесь! Выражайте эмоции открыто, - участливо предупреждала она.- Их подавление может привести к серьёзным психическим расстройствам и соматическим патологиям. Это связано с тем, что эмоции тесно связаны с физиологическими процессами в организме, и их подавление вызывает хронический стресс, нарушение в работе нервной и эндокринной систем.

На второй минуте, стоило ей заикнуться про ассоциативные зоны мозга, шаг преследователя заметно замедлялся. К третьей – «кавалеры» обычно растворялись в воздухе.

Но если кто-то проявлял чудеса стойкости, Лера доставала главный козырь: начинала рассуждать о неврологических корреляциях. Обычно эффектно звучал разбор связи между поражениями спинного мозга и характером нейрогенной дисфункции мочеиспускания.

После этого даже наиболее устойчивые индивидуумы проявляли признаки когнитивного диссонанса: взгляд становился расфокусированным, реакции замедлялись, что неизменно приводило к бегству из зоны коммуникации.

На этот раз ей потребовалось совсем немного времени, чтобы избавиться от очередных приставал. Лера вдохнула прохладный утренний воздух. Ощущение освобождения и лёгкая эйфория победы вдохновляли.

Ещё издалека она увидела Арсения. Подойдя ближе, дружески обняла его. Он, несколько смутившись, ответил на её приветствие, которое было свойственно их кругу. Она была рада встрече.

- Привет! Как хорошо, что ты пришёл! – искренне проговорила она.

- Я тоже рад тебя видеть! Как ты? Где? – задал он дежурный вопрос.

- В медицинском сейчас учусь, а ты? – поспешила перевести разговор Лера.

- Я тоже сейчас в университете. На заочное после колледжа поступил.

Валерия обратила внимание на то, что за последние два года, пока они не виделись, Арсений сильно изменился. Он аккуратно выглядел, а в лице появилось что-то незнакомое - не то чтобы жёсткость, но нечто такое, что придавало ему мужества.

Он пришёл в их клуб в довольно позднем возрасте. Благодаря недавним изменениям в управлении - клуб перешёл под эгиду департамента молодёжной политики – его переименовали в «Центр молодёжи».

Одним из следствий реорганизации стало увеличение допустимого возраста пребывания в учреждении. И это оказалось на руку таким ребятам, как Арсений: он уже учился в колледже электроники и вычислительной техники, когда впервые переступил порог клуба.

Обычно к этому возрасту подростки уже покидали заведение. Оставались лишь те, кто по-настоящему сроднился с клубом, считал его частью своей жизни и не мыслил себя без него.

Многие, в том числе и Лера, долго не знали его полного имени и называли его Сеней. Он не возражал и откликался на короткое имя. Этот несуразный парень всегда выглядел неряшливо: одежда сидела мешковато, волосы вечно казались несвежими и торчали в разные стороны. Но больше всего его взгляд не вязался с возрастом – по-детски наивный, полный восторга и неуёмного любопытства.

Лера знала, что он переехал из Подмосковья. Их город, несмотря на обилие учебных заведений, не считался точкой притяжения – наоборот, отсюда уезжали, стремясь в столицу. Его выбор оставался для неё загадкой до тех пор, пока она не узнала: причиной был его отец, который жил здесь.

Сеня проводил в клубе большую часть своего времени, посещая все доступные направления, как после реорганизации стали называться прежние кружки. Он очень скоро стал «своим». Все так привыкли к его постоянному присутствию, что стоило ему по какой-то причине не прийти, это сразу ощущалось как потеря.

Тот последний год пребывания их в клубе ознаменовался знакомством с новым педагогом - Екатериной Павловной. Ей предстояло вести фольклор. Сама Катя училась на втором курсе музыкального колледжа и была чуть старше завсегдатаев клуба. Возможно, поэтому она больше тяготела к взрослому составу учеников, чем к педагогическому коллективу.

Была она яркой, уверенной в себе и хоть общалась с ребятами на равных, но не забывала продемонстрировать, кто здесь настоящая звезда – особенно когда дело касалось пения.

Педагог по эстрадному вокалу – Валентина Дмитриевна, давно работавшая в клубе, предложила Екатерине спеть дуэтом с Сеней. Та согласилась. Катя, как и ожидалось, уверенно справлялась с партией и превосходила партнёра. Однако эмоции песни она выражала чересчур явно, что совсем не устраивала опытного педагога. Валентина Дмитриевна сдерживала её, одновременно настаивая, чтобы Арсений тоже включался в игру. Он же чувствовал себя на сцене скованно, держался отстранённо и боялся прикоснуться к партнёрше.

Когда номер, наконец, сложился, Валентина Дмитриевна перешла к его «обкатке». Она приглашала зрителей, давала команду начать - и мгновенно реагировала на любую неточность. Требования её были жёсткими, реплики – резкими. Стоило ей заметить малейшее отклонение от задуманной концепции, как она тут же останавливала прогон.

- Арсений! Чего ты застыл, как кисейная барышня? Ты мужчина. Здесь ты лидер, ты принимаешь решения!

- А ты? – обращалась она к Кате.- Чего прёшь, как танк! Мне нужен образ трепетной девушки, а не командира в юбке! Где мягкость? Где уязвимость?

Лера с интересом наблюдала за репетициями. Её раздражало, что Катя нарочито подчёркивала свои преимущества. Поэтому, когда Валентина Дмитриевна делала замечание, и Катя теряла уверенность в собственном совершенстве, Лера испытывала внутреннее удовлетворение.

Сеня, напротив, вызывал у неё искреннюю симпатию. Когда он пел, его облик действительно менялся: преображались взгляд, осанка и движения.

Валентина Дмитриевна строго следила за тем, чтобы все выглядели безупречно относительно сценического образа. И когда в день выступления Арсений вышел на сцену с вымытой головой, в свежей рубашке и вычищенной обуви, то его просто невозможно было узнать. И это тоже почему-то радостью отозвалось в Лере.

Несмотря на волнение, выступление вышло удачным - хотя они и не выполнил всех требований педагога. После концерта все собрались в кабинете на традиционный разбор ошибок. Лера, с тихой радостью отметила: партия Сени получала в основном похвалу. Педагог словно смаковала удачные моменты, к недочётам относилась бережно – лишь отмечала, что над этим нужно поработать.

Выступление Кати не нашло одобрения у Валентины Дмитриевны полностью – та не оставила от него камня на камне.

- Ты не просто девочка из клуба! Ты профессионал! Тянуть на себя одеяло в дуэте недопустимо!

Катя пыталась возразить:

- А что мне теперь, упасть ниже плинтуса? – этим явно демонстрируя своё превосходство.

Валентина Дмитриевна резко остановила её:

- Легко быть сильной, среди слабых - это любой дурак может! А вот достойно поддержать того, кто слабее не уронив ни своего, ни его достоинства, – на это способен далеко не каждый. От тебя я ждала в этом выступлении большего.

Их дуэт стал объектом пристального внимания со стороны окружающих, в том числе и Леры. После каждого концерта Катя получала признание зрителей, которые подходили к ней и выражали своё восхищение, но ею по-прежнему была недовольна Валентина Дмитриевна.

- Да вы просто придираетесь ко мне! – недовольно реагировала Катя на замечания.

- Я не придираюсь. Просто хочу, чтобы ты включила в себе педагога – если действительно считаешь себя таковым. У тебя и с учениками ничего не получается потому, что ты не учишь, а лишь демонстрируешь свои умения.

Катиных учеников, желающих заниматься фольклором, и в самом деле с каждым занятием становилось заметно меньше. Но она не чувствовала в этом своей вины - всегда находила массу оправданий и ни на йоту не сомневалась в своей неотразимости. Взрослые воспитанники это видели, и их отношение к ней не становилось теплее. Лера так же считала её недалёкой, к тому же самовлюблённой и эгоистичной.

И лишь Арсений смотрел на Катерину с обожанием и ловил каждое её слово. Он искренне верил, что Валентина Дмитриевна несправедлива к Кате, и не раз пытался за неё заступиться.

Педагог отвечала ему:

- Арсений, я понимаю и ценю твоё желание поддержать партнёршу, но сейчас вопрос не в её таланте, а в профессиональных качествах педагога!

Арсения теперь часто находили в кабинете с Катей. Она, не отягощённая посещениями учеников, нередко оставалась в одиночестве и тогда пыталась заполнить пустоту обществом Арсения, который был готов для неё на всё. Она даже попыталась создать с ним совместные номера. Те, правда были разнесены в пух и прах педагогическим коллективом, но это не смущало Катю. Она искренне считала, что к ней относятся предвзято. А Арсений по-прежнему безоговорочно ей верил. Его открытый, почти детский взгляд не знал сомнений - в его глазах она была безупречна.