Читать онлайн "Тишина"

Арсен услышал шум в коридоре и выглянул за дверь. Девочку волокли в лазарет аж втроем: она упиралась, пыталась вырваться, и, хоть не произнесла ни звука, он понимал — не хочет она ни к врачу, ни оставаться в школе. Директор нашептывала вполголоса:

— Даша, пожалуйста, позволь врачу тебя осмотреть. А потом я покажу твою новую комнату.

Даша замерла. И, если до этого она стойко сопротивлялась, то теперь обвисла на руках преподавателей. Солнце било из окна по ее синякам и ссадинам; драная пижама казалась совсем прозрачной, а босые ноги были замызганы бурой жижей. Арсен не мог отвести взгляд от этой картины — замер на пороге, погрузившись в отвращение и жалость, а перед глазами то и дело проскакивало видение: будто это его били толпой, а потом спустили с обрыва. Но прозвенел звонок. Врач вытолкала его из лазарета — и никакого освобождения от урока.

Перед дверью в аудиторию Арсен замялся: опоздание — всегда штраф, особенно от Екатерины Васильевны. Недаром ее прозвали Церберой. За прогул — и вовсе отработка. В тишине коридора Арсен отчетливо слышал каждый удар своего сердца: оно билось быстро, как будто проверяло ребра на прочность, выискивая, какое быстрее проломится.

Он коротко выдохнул и постучал в дверь, и она беззвучно распахнулась. Ухмылка у Церберы — та самая, многообещающая. Все ребята уже склонились над двойными листочками, погрузившись в самостоятельную. Купола «Безмолвия» слегка преломляли воздух над головами. Цербера кивнула Арсену, и, когда он сел и достал листок, над его партой соткался вариант работы.

— На балл ниже.

Арсен бегло просмотрел задачи: как на подбор «со звездочкой». Гарантированная пара.

«А то и кол».

В этот момент купол сомкнулся и над ним.

За весь урок он не решил даже половины задач, как ни старался. Со звонком Цербера коротко взмахнула рукой, и все работы бумажной стайкой полетели к ней на стол. Арсен пытался дописать на упархивавшем листке ответ, но оставил лишь длинный росчерк.

Недовольных было больше полкласса, но стоило им вывалиться в уже оживший коридор, как на них обрушилась лавина слухов:

— Она уничтожила целый детдом! — неслось с одной стороны.

— И всех убила — в смысле, вообще всех! — отражало эхо с другой.

— Она жница, — прозвучало где-то совсем рядом, и Арсен включился:

— Да ну, жнецов не существует.

— Тогда объясни это, — незнакомая девочка сунула свой телефон ему почти в лицо, показывая пост из соцсети.

В посте — фотография с осклизлыми руинами, затопленными подозрительно знакомой жижей. Наспех проскроллив, Арсен задумался: еще с утра это было обычное здание, а теперь — вот. Чудовищный теракт, мистический взрыв, — чего только не предполагали в комментариях. В общем — детдом почти развеян, а все его обитатели исчезли. Проскользнула версия, что эта жижа — все, что осталось от детей и воспитателей. Арсен поморщился от такого абсурда и цинизма.

— Ну? Не существует жнецов? — девочка посмотрела на Арсена с вызовом и выдернула телефон. — Ее работа, не сомневайся.

Арсен открыл было рот — сказать, что это и впрямь миф, простой и понятный. Жнец один — смерть. Но девочка уже понеслась дальше, размахивая телефоном как факелом.

Отец повторял: «нужны факты — смотри в авторитетную книгу, а интернет оставь сплетникам». Мать рассказывала: у простых есть эзотерика. И там — хоть про жнецов, хоть про черта рогатого пишут.

«Но ведь это полная чушь».

Арсен покачал головой и пошел по бурлящему коридору дальше.

Второй раз Дашу он увидел только вечером. Она сидела в школьном парке и смотрела на поблескивающее вдалеке озеро. Легкая ветровка висела на спинке скамейки, но девочка даже не думала одеться, несмотря на усыпанные мурашками руки. Арсен заметил под ее футболкой полоски белья, подумал: «Старше меня минимум на год». Джинсы были велики — в одну штанину поместилось бы две ее ноги, отчего она казалась долговязой. От былых побоев не осталось и следа — доверилась врачу, все-таки.

Арсен почти сказал «привет», но она обернулась первой, сложила указательный и средний пальцы в понятном жесте — как держат сигарету. Он мотнул головой и разочарованно вздохнул: сам он пробовал однажды, гадость та еще. Даша равнодушно пожала плечами и пошла в сторону озера, оставив осиротевшую ветровку.

К ужину шумиха только разрослась: отовсюду летело «жница», «психушка», «убийца»; все оглядывались, ища новенькую. И так всегда самое шумное место, сейчас столовая и вовсе оглушала своим гулом. Даже звона посуды не было слышно — только разговоры, выкрики, споры. Арсен машинально повертел головой, потом одернул себя — видел же: Даша к озеру пошла.

— Будь она здесь — пальцем бы тыкали, — Марина почти кричала. — А то и тарелку опрокинули.

— Да ну нет. А если ответит?

Но Марина отмахнулась. Он придержал стул, пока она садилась, а Кир подхватил:

— Интересно, в какой класс ее запихнут?

Саня фыркнула и скривила брезгливую рожицу:

— Надеюсь, не в наш.

Марина рассмеялась и по-простецки постучала по столу:

— Чур-чур-чур, и меня, и сестру.

Никита подмигнул:

— А сегодня луна в рост пошла. Кое-кто обещал нам ритуал на капище.

Арсен и не думал отказываться от своих слов, и потому кое-что выпытал у отца во время каникул:

— Собираемся в нашей комнате.

Марина нахмурилась:

— Ты знаешь, как обмануть мою следилку? Я же дальше столовой ходить не могу. Дурацкое взыскание!

Никита помрачнел, но Арсен задумался. Взыскание, и правда, дурацкое. Рассказы старшаков, мол, да я их с первого класса, да я их в два счета… Рыбацкие россказни.

— Гарантированный вариант — симулякр.

Марина совсем сникла:

— Ты с ума сошел, да?

— Нет, я в порядке. Даже пытаться не будем, магия крови нам не по зубам, — он отложил немного мяса в салфетку, — Никит, припрячь один нож и бутылку воды.

Никита с недоверием посмотрел сначала на нож, потом на Арсена:

— Что, без Маринки?..

Арсен усмехнулся:

— Еще скажи «без меня». Есть одна идея, — он поймал недоверчивые взгляды друзей, — вообще без магии, если что.

Раз за разом Арсен перечитывал статью в википедии и перечеркивал очередное решение в тетради. Кир дремал. Никита то и дело заглядывал через плечо, но ничего не спрашивал. Упрямый закон Менделя не поддавался: в каждом расчете оставался риск неудачи.

— Да хватит уже, — Арсен не успел одернуть ручку, как Никита захлопнул тетрадь, — мы идем куда, нет?

Арсен кивнул: дальше сидеть толку нет. Он закрыл ноутбук и растормошил Кира:

— Идем.

— В чем твой план? Может, скажешь уже? — Кир по-хозяйски уселся прямо на Санин стол.

— В ней, — Арсен положил руку на плечо Сани. Та удивленно посмотрела на него:

— Нет, Арс, ты правда думаешь, что я умею их сбивать — и молчу?

— Нет, не думаю. Ты станешь Мариной, — Арсен упреждающе поднял руку, — только не в прямом смысле. Симулякр, если упрощать — это кровяная копия.

— Тьфу на тебя, а. — Никита замахнулся, но так и не пнул ножку стола. — А я все голову ломал — что ты там высчитывал. Фигня же.

— Ну придумай чего получше, — Арсен огрызнулся, но подождал ответа. Никита молчал. — Следилки хороши, но это школа, а не тюрьма. Девочки и так сестры: я хочу добавить в Саню еще больше Марины. Кровь — это самая суть физического тела. Может сработать.

Он посмотрел на Марину: «Готова рискнуть? Нет?» Та сомневалась.

— А если не получится?

Арсен помнил, как это работает — сам пару раз выхватывал.

— Отбой уже был, так что даже за порог не выйдешь.

Марина набрала побольше воздуха в легкие, замерла, потом шумно выдохнула и взяла свой ритуальный нож.

— Сколько крови? — спросила уже собранно, спокойно.

— Чтобы Саня намазалась полностью, — он прикинул:

— Полстакана, наверное.

Пока мальчики ждали в сонном полумраке коридора, до них доносилась приглушенная возня. Кир пытался подсматривать, но под взглядом Никиты стушевался, дурашливо показал язык и прекратил посягательства.

— А слабо на свидание ее позвать? — Никита не удержался от шпильки, но Кир на удивление промолчал.

Наконец Марина открыла дверь и занесла ногу над порогом. Все трое затаили дыхание и уставились на ее кроссовку: получилось?

— Давай, давай… — зашептал Арсен, — не бойся.

И действительно: Марина вышла. Сделала шаг, другой. Прислушалась к ощущениям и, широко открыв рот в беззвучном радостном крике, вскинула обе руки вверх. Победа!

До капища шли вдоль берега озера. Над водой собрался густой туман, и тропинка почти терялась под расползшимися белыми щупальцами. Зато свет от молодого месяца висел в нем яркой дорожкой: хоть сейчас поднимайся, хватай месяц за рога. Арсен наслаждался красивым видом и апрельской прохладой, но Марина и Кир зябко ежились.

— А эта новенькая?.. — начал Никита и сразу осекся.

— Вряд ли она до сих пор гуляет, — Арсен пожал плечами. — Наверное, уже спать пошла.

Арсен высматривал в туманной дали каменные столбы, но пока что они только угадывались, как едва различимые очертания. Именно там располагалось древнее капище. Он помнил выщербленный и выветренный алтарь, выдолбленную в соседней глыбе ритуальную чашу, высокие колонны, очертившие капище большим неровным кругом. Место силы, место тайн, место-прошлое.

«Интересно, неужели простые когда-то тоже могли колдовать? Или они только верили в магию, как эзотерика? А может, у них был волхв, жрец, шаман?»

Арсен вспоминал рассказы отца — он сам окончил Зеленокаменную и любил эти места: весь Урал — сплошная загадка. Тут много «мест силы», которые хранят память времен. Мама-простая и ее группа археологов часто находили во время раскопок такое, чего ни в одном учебнике не встретишь. А отец при всем желании не мог ей помочь узнать правду — до призраков настолько давнего прошлого не дозваться. Он так и говорил: «никакой волшбой, никакой некромантией, никаким путешествием в мир мертвых не дотянуться — их уже нет. За столько тысячелетий они сгинули в Абсолютном Ничто».

Когда за белой пеленой стали проявляться очертания гор, а камни капища виднелись совсем рядом, Арсен вынырнул из своих мыслей.

— Пришли.

Ребята увидели и круг из разрушенных, но все еще высоких грубых колонн, и расколотый алтарь. Марина снова передернулась, а у Арсена пробежали иголочки от кончиков пальцев до самых плеч и дальше, к груди — настолько сильно здесь фонило магией, что она наполняла все тело сама.

Арсен выложил мясо на алтарь. Марина легким огоньком с двух пальцев подожгла промасленную салфетку и аккуратно направила пепел за каменный круг, а запах дыма, немного повисев рядом с ними, унесся вслед за ветерком.

Поводив рукой по поверхности, Арсен ощупал трещины, выискал более ровные желобки-кровостоки и пустил по ним воду.

— Теперь самое важное: наполнить кровью эту чашу хотя бы до половины, — он подошел к нужному камню.

— Чур не я, — Марина показала перевязанную ладонь, и даже в темноте Арсен видел, насколько густо пропитался бинт. — С меня на сегодня хватит.

Кир без раздумий резанул свою ладонь и поднял руку над углублением. Арсен и Никита присоединились. Марина подошла поближе, наблюдая за друзьями.

— Давай столовский нож, — Арсен потянулся к Никите. Затем, сжав кровящую ладонь в кулак, отвел его от камня и дал знак, чтобы все сделали то же самое.

Он погрузил нож в наполненную чашу и негромко произнес заклинание:

— Кэйнын цхемаэй хиуон.

Сталь зашипела, быстро нагреваясь и выпаривая, сворачивая их кровь. Арсен с гордостью посмотрел на друзей:

— Смотрите внимательно и не паникуйте. Это просто видения.

Из-под земли стала вытекать и струиться вверх серая дымка, завораживая, пугая, обретая на лету человеческие очертания. Что он ошибся, Арсен понял секунд через пять: когда призраки стали шелестеть, заполняя тишину леденящим шепотом, а в воздухе резко пахнуло гнилью и горечью.

— Ч-черт, — он сделал шаг назад, но наткнулся на спину Кира: тот отступал с другой стороны.

Марина и Никита лихорадочно озирались по сторонам, выискивая дыру в быстро расширявшемся строе.

— Что ты там призвал, гений фигов? Паниковать точно не надо?

Ответить Марине он не успел: нечто начало прорастать прямо под ногами, заползая под джинсы, проникая под кожу. По беспорядочным движениям остальных он догадался, что не только в него — в них тоже. Мертвецы подбирались все ближе, все плотнее смыкая кольцо, а за их спинами восставали и восставали новые тени, вплетая свои голоса в паутину потустороннего хора, на ходу обретая гнилую плоть.

И вдруг в этом хаосе совершенно отчетливо даже не прозвучало — пронеслось — осязаемой волной слово «Тишина».

Звук пропал на короткий миг, чтобы потом ворваться оглушающим шумом в ушах. Голова Арсена мгновенно взорвалась резкой болью, перед глазами покраснело и поплыло; он вдохнул абсолютную пустоту, от которой сжались и закололи легкие. Он упал и почти потерял сознание. Услышал, как рядом упал кто-то еще. Но все прекратилось так же стремительно, как и началось — буквально за несколько мгновений. Арсен сделал настоящий вдох, захлебываясь сладко-водянистым воздухом; привстал и смог повертеть головой: ни призраков, ни мертвецов. У алтаря стояла Даша и, одарив всю четверку насмешливым взглядом, махом допила оставшуюся от подношения воду.

— Это ты?! — Марина бросилась к новенькой, но та даже не шелохнулась. — Ты устроила этот армагеддон? Ты и нас собралась превратить в гнилье под ногами?

Никита и Кир встали по обе стороны от Марины, как телохранители. Даша молчала, никак не реагируя на прямое нападение. На лице — ни тени страха, ни злости, ни обиды. Ни-че-го. Даже позу не поменяла — так и держала опустевшую бутылку в полусогнутой руке.

Арсен медлил. Он точно помнил: в самом начале ритуала никто не вмешивался. Он был уверен, что Даша ни при чем. А она спокойно поставила бутылку на алтарь и пошла прочь, к озеру. Марина рванула было за ней, однако Арсен схватил подругу за руку.

— Ты просто дашь ей уйти? Эта…

— Послушай, Марин, — Арсен не дал ей договорить. — Это точно не Даша. Она позже появилась. Понимаешь?

В упрямо сжатых губах Марины Арсен прочитал полное несогласие.

— То есть, это мы налажали? — Кир тоже не хотел верить.

— Да. Даже не мы.

Арсен немного помедлил, но договорил:

— Я. Без моего заклинания ничего бы не произошло.

Он забрал бутылку и пошел обратно. Остальные молча потянулись вслед.

В предрассветном холоде шли торопливо, и ближе к концу берега догнали новенькую. Марина демонстративно ускорила шаг, однако Арсен притормозил.

— Спасибо.

Даша повернулась и внимательно посмотрела на него. Медленно кивнула, вдохнула через рот, будто обдумывая. Сжала челюсти, отчего в рассеивавшейся мгле на ее лице проскользнуло зловещее выражение. Арсен развернулся и побрел дальше, но его догнал хрипловатый шепот:

— Пачка «Собрания». Черного.