ЛЕСТНИЦА

Только поднявшись на самую
вершину лестницы,
можно увидеть
новый мир

Книга посвящается лучшим кошкам
на свете: Тессе и Триссе,
погибшим в борьбе с панлейкопенией

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!

По мере чтения произведения, вам
может показаться знакомым название страны,
города или будто вы уже слышали имя героя в реальном мире.
Однако, все события выдуманы, совпадения – случайны.
Нет никакого резона искать хоть какой-то скрытый смысл
в написанной истории или стараться провести
параллели с прошлым, настоящим или будущем временем.

Приятного чтения!

ГЛАВА ПЕРВАЯ

изолятор временного содержания

Сергей смотрел попутчику прямо в глаза: сначала в левый, потом в правый. Ни один из них не выдавал дальнейших планов на партию. Это было скорее плохо: чёрных, какими играл Сергей, зажимали в клещи фигуры противника, шахматиста Юрия.

‒ Даа, уважаемый, у вас крайне тяжёлая позиция.

‒ Ничего, мне с вами всё равно ещё пять дней ехать. К концу поездки позиция тяжёлой будет у вас, уважаемый!

Поезд ехал из Красноярска во Владивосток, проплывая по белой скатерти заснеженной Сибири. Один и тот же кадр в окошке на сотни километров, один поезд на несколько дней, одна партия в шахматы на ближайшее время.

‒ Удачно мы с вами попали в новый вагон. Отличное купе! Помню, как в… в… самом начале двухтысячных ездил. Любезный, это большой прогресс! ‒ Юрий подчеркнул свои слова, тряхнув пальцем в воздухе. Купе действительно было отличным: в основном бежевые тона смешивались с синими полосами, проходящими по краям кроватей и спинок нижнего яруса. Согласно моде, у каждой кровати были вмонтированы розетки. Внешние шумы и холодный ветер не пропускал внутрь герметичный корпус.

‒ Слушайте, Юрий, давайте на «ты»? Почти друзьями стали как-никак.

‒ Как скажете, Сергей, ох, простите, имел в виду: как скажешь. Однако «вы» - это не просто формальность! «Вы» - показатель, индикатор уважения к собеседнику. Помести человека в окружение незнакомцев и как он будет обращаться к ним, словно лакмусовая бумажка, покажет и его самого, ‒ заключил шахматист и жестом напомнил о партии.

‒ Лакмусовая… Эта та бумажка, которая меняет цвет в химии, да?

‒ Да, Сергей, та самая бумажка, которая меняет цвет, та самая… А ты занимаешься спортом, верно? ‒ видимо поняв, что рассуждения о социальных проблемах собеседнику даются с трудом, Юрий сменил тему.

‒ Да я от природы широкий, ‒ взявшись за коня честно ответил Сергей.

‒ Скромно, скромно! Продолжай.

‒ Ну, на бокс ходил года два. Потом с сосудами начались проблемы: из носа кровь часто идёт.

‒ Прямо ахиллесова пята ваша. То есть твоя, я хотел сказать. Ты меня извини, но думаю, с такими габаритами тебе мало кто в нос рискнёт бить, ‒ коротко хохотнул Юрий.

По мнению «широкого» пассажира, компания чуть странного шахматиста была приятна. Попутчик был крайне уважителен к неудавшемуся юристу, которому даже одногруппники советовали податься в коллекторы: на своём месте будет.

‒ И не надо. Я не люблю драки. Как уже говорил, еду во Владивосток чтобы с другом Альбертом наладить бизнес. Ему фортуна упала, говорит новый тип микросхем создал.

‒ Да, да. Помню, говорил. Не перевелись мастера на Руси, есть и у нас умельцы.

‒ О, я тебе сейчас чертежи покажу. Сам не знаю, как Алик их сделал, инженерного-то образования вроде бы нет.

Он встал с кровати и поднялся на пустующий верхний ярус. Скромно пристроившись у стенки лежал телефон, чтобы лишний раз не напоминать о себе во время поездки.

‒ Нет образования и выдумал не просто новую плату, а целый тип? Интересно! А ты юрист, да?

Сергей ответить не успел: резкий толчок поезда чуть не скинул его обратно на пол. Шахматные фигуры разлетелись по столу. Визг железных колёс резанул по ушам.

‒ Только похвалил транспорт… ‒ процедил Юрий. Вагон снова толкнула невидимая рука и на этот раз со всей мощью. Сергея сорвало с верхней полки и крепко приложило затылком к металлическому ободу кровати. Юра, желая подняться, был впечатан в стену купе. Буквально через пару мгновений, вагон рывком встал на дыбы, отчего шахматист полетел к противоположной стене. Задержавшись на секунду в такой позе мир сначала накренился, а спустя секунду – грузно рухнул в глубокий снег.

Каждую секунду к голове Сергея приливала волна крови, с болью отдававшиеся где-то в сосудах мозга. Хорошо, что глаза не слепило солнце: окно почти полностью ушло в сугроб. Слух почему-то выключился, сгрузив всю работу на зрение. Серж медленно и слегка трясясь приподнялся на локтях. Всё что было не привинчено к полу или стенам оказалось на том, что мгновение назад было потолком. Оказалось всё, Кроме Юры. Попутчик лежал на обратной стороне верхней кровати, свесив одну из рук к потолку и тупо уставившись открытыми глазами в стену.

кап, кап, кап

Капли крови из его головы набухали, тяжелели и капали на джинсы Сергея.

кап, кап, кап

‒ Ю… ‒ букву «р» у него выговорить не удалось, он закашлялся уже собственной кровью: протёк нос, заливая рот, придавая окружению привкус железа. «Где телефон, зараза? Нужно скорую вызвать… Чего? Какую скорую ты хрен знает в какой тайге. Сюда не доехать никак…» ‒ вспомнил Сергей, но к телефону всё-таки потянулся, хорошо, что тот лежал рядом. «Даже не поцарапался, падла такая. Юре вон как прилетело… Надо попробовать встать…». Где-то вдалеке расплывчатыми пятнами звука кто-то выкрикивал нечленораздельные слова. Серж неосознанно двигал конечностями с особой бережливостью, как работник музея, передвигающий вазу из древней Месопотамии или Греции. Присев рядом с Юрой, попутчик начал упорно искать хоть намёк на дыхание. Спутник лежал неподвижно, только гигантские капли крови падали на потолок купе и тонким ручейком бежали к двери в коридор.

кап, кап, кап

‒ Юр! Юр!

«На поездах же есть врачи, да? Где они сидят-то… У машиниста что ли? Да проводник хотя бы!». Сергей, уже почти оправившийся от ударов, смог подняться и выпрямиться во весь рост. Дверь они не запирали, поэтому та сама открылась, когда поезд совершал кульбиты. Коридор пуст не был. Ещё двое пассажиров с опаской выглядывали из дверей купе.

‒ У меня пассажир умирает! ‒ прохрипел Серж и сплюнул мешающуюся кровь, ‒ Вы проводника или врача видели? ‒ В ответ ему только покачали головой. Он вышел в коридор и двинулся к переходу в соседний вагон, когда дверь открылась и ему на встречу вышла девушка проводник в чуть потрёпанной серой форме. В одной руке была зажата пластиковая аптечка внушительных размеров.

‒ Как вы себя чувствуете? ‒ машинально спросила она и только потом заметила кровь на лице и груди Сергея, ‒ У вас разбит нос? Есть ещё травмы?

‒ Да это фигня, переживу как-нибудь, ‒ нос у Сергея протекал далеко не первый раз, поэтому он привык к таким особенностям организма.

‒ Спасатели уже в пути, пожалуйста, не покидайте поезд. Сейчас я помогу пассажирам с тяжёлыми ранами и вернусь к вам. Вы меня поняли? Вернитесь в купе, хорошо? ‒ она была не высоко роста, но её уверенный, твёрдый голос заставлял ей верить.

‒ Слушайте, помогите моему соседу. Ему совсем плохо.

‒ Где он? Ведите.

Молча развернувшись, Сергей прошёл с ней пару метров до открытой двери в купе. Удивительно но с багажных полок почти ничего не упало. Чемоданы лежали там же. Куртка свесилась, но ещё держалась. Проводница, на удивление быстрыми, твёрдыми шагами прошла внутрь, присела рядом с лежащим пассажиром. Она неодобрительно покачала головой, но всё-таки открыла аптечку и вынула из неё маленькое прямоугольное зеркальце. Прислонив его к носу, потом ко рту Юры, она железной хваткой сдёрнула его с кровати, подложила под шею пациента валяющуюся рядом кофту и ещё какие тряпки, так что голова запрокинулась и рот приоткрылся, прямыми руками начала ритмично продавливать его грудную клетку.

‒ 10, 20, 30… ‒ слышал Сергей. Внезапно проводница оторвалась от спасения и скомандовала:

‒ Идите к тому же тамбуру и позовите сюда Николая Ивановича! Живее!

Он вышел обратно в коридор, отодвинул дверь, уже не держащуюся на магнитном замке и начал чувствовать холод. Поезд теперь не отапливался и электричества в составе не было. «Николая Ивановича нужно найти, да?». Соседний вагон уже не стоял ровно на крыше, а был чуть повёрнут. Некоторые окна были покрыты сетью трещин, но всё так же оставались в рамах.

‒ Уххх, можно по нежнее, а? ‒ громко просил какой-то мужчина.

‒ Я в этом поезде вообще самый нежный, так что вам ещё повезло.

‒ Николай Иванович! ‒ крикнул вдаль коридора Сергей. ‒ Николай Иванович!

‒ Кто меня зовёт? ‒ так же громко ответили ему. ‒ Не видите? Шину накладываю! Что-то срочное? ‒ худощавый парень туго связывал бутерброд из двух деревяшек и сломанного предплечья тучного мужчины.

‒ Там человек умирает. Меня попросили вас позвать.

Николай нервно выдохнул.

‒ Сюда иди, держать будешь. Крепко возьмись и не ослабляй натяжение! ‒ он протянул Сержу два конца длинного бинта. ‒ Куда идти?

‒ Ну, первое купе правого вагона.

‒ Жди. Сейчас вернусь, ‒ и вышел из купе. «В мире и правда есть хорошие люди, только им всегда не хватает везения. Вот бы откачали Юру, ну нормальный же мужик был! Был…» ‒ он ужаснулся собственным мыслям.

‒ Тебя как звать, приятель? ‒ прохрипел страдалец. Его лоб и обвислые щёки покрылись испариной, а глаза лезли из орбит от боли, к которой он явно не привык. Сейчас мужчина больше всего был похож на вспотевшего мопса.

‒ Сергей, а тебя? ‒ «лакмусовая бумажка…» ‒ отчего-то промелькнуло в голове.

‒ Борисом меня звать. Представляешь, ооой, больно, заразара, представляешь, у меня ведь выбор был: самолётом или поездом. Ну я на поездах не катался, решил попробовать. Больше не буду! Ха-ха.

‒ Да, могу вас понять, ‒ согласился Сергей, но скорее потому что не был настроен на беседу. Под его ногами что-то хрустнуло. Он посмотрел вниз.

‒ Аа, это остатки моего элитного коньяка… ‒ горько сообщил Борис. ‒ выдержка в десять лет. При лучших временах ещё в бочке настаивался.

‒ Элитный… ‒ «И долго мне так сидеть? Сам он что ли подержать не может?»

‒ Забавные тут пассажиры! ‒ продолжал любитель коньяка. ‒ Поезд лежит кверху ногами, а никакой паники или шума. Интересно что в плацкарте творится конечно, но у нормальных людей вроде меня с тобой, ‒ он широко улыбнулся, ‒ тишина!

Так и сидели на обратной стороне кровати, хрустя осколками бутылки.

‒ Долго нашего доктора нет. Может ты сам мне тут завяжешь? Или не умеешь?

‒ Откуда ж мне уметь-то? Я юрист по образованию.

‒ А, юрист. Много вас, юристов. А врачей не хватает!

‒ А ты-то, кто по образованию? ‒ с наездом парировал Сергей и хотел было продолжать, но тут в купе вошёл хмурый Николай.

‒ Мужчина, кем вам приходился попутчик?

‒ Мне? Да в поезде познакомились, в общем-то…

‒ К моему сожалению, вынужден вам сообщить о его кончине. Мы сделали всё что было в наших силах, примите мои соболезнования.

Сергей молча кивнул и встал, не отпуская концы бинта.

‒ Я пойду?

‒ Только не выходите из поезда. Благодарю за помощь, ‒ Николай взял концы и продолжил накладывать шину. Сергей побрёл в сторону своего купе. «Не выходить? А куда я пойду-то? Вещи разве что теперь с собой надо носить. Мародёрить у нас любят… Куртку накинуть надо».

В маленькой комнатке, где ещё совсем недавно двое играли в шахматы и по-дружески беседовали, теперь стоял холод. Нет, стекло не треснуло, а подогретый батареями воздух ещё был тёплым, просто нагоняло стужу ощущения смерти. Такое близкое, что протянешь руку и костлявая крепко её сожмёт, чтобы уже никогда не отпустить. «Глупо как-то получилось. Может я что-то не так сделал?». Кровь из носа потекла новым ручьём. Только сейчас Сергей про неё вспомнил. «Снега бы приложить… Форточка то тут есть?». Её не было. А снег был рядом – добрая половина окна ушла в него. А выше снега чернел частокол сосен и елей. «Вот же в ситуацию я попал… А всё из-за… Из-за чего?» Он стоял и непонимающе смотрел на холодные стволы деревьев и странное, чуть расплывчатое марево на полянке прямо от окна. «А почему поезд то с рельс сошёл? Неувязочка. О чём только не спрашивал и не разговаривал, а это даже в голову не приходило! Вот как будто, так и надо!». Сергей встал к окну боком: цепочка состава лежала на крыше, змейкой заворачивая вправо. Металлические колёсные пары беспомощно смотрели в бледное небо. Сергей выглянул в коридор. Двое пассажиров шли в его сторону, с интересом глазея по сторонам. Это были юноши, быть может чуть старше него.

‒ Парни, вы не знаете почему мы перевернулись то? ‒ они замерли, вероятно немного испуганные его обращением к ним.

‒ Без понятия! Вот ходим, изучаем местность… ‒ сказал один из них.

‒ Пойдёмте у проводников спросим. Они должны знать, я думаю, ‒ предложил Сергей. ‒ Я только куртку накину и пойдём. Идёт?

‒ Идёт, конечно, ‒ продолжал тот же.

Ну вот и хорошо, я на секунду! ‒ он уже начал разворачиваться, как другой юноша, до этого молчащий, спросил:

‒ А куртка то тебе зачем? На улицу хочешь выйти?

‒ На улицу? Просто всё своё нашу с собой и тебе советую.

Через пару минут они уже шли на поиски проводников. Впрочем, долго искать и не пришлось. Девушка в очках с треснувшей диоптрией внимательно на них смотрела.

‒ Вам нужна помощь? Кому-то плохо?

‒ Нет, с нами всё в порядке, ‒ начал было Сергей, но проводница его прервала:

‒ Если помощь не требуется, прошу вас вернуться на ваши места для повышения уровня сохранности личных вещей.

‒ Мне требуется помощь с пониманием почему поезд сейчас лежит на крыше.

‒ Точной информации нет. Скорее всего осыпалась почва под путями.

‒ А-а почва… Тогда ладно, спасибо.

‒ Пожалуйста. А теперь возвращайтесь на ваши места. Скоро приедет другой поезд и всех заберёт.

К моменту возвращения Сергея в купе, тело Юры уже унесли в неизвестном направлении. «Делать было нечего, дело было вечером. Ладно, заряд на телефоне экономить надо». С этими мыслями он перевёл смартфон в гипер энергосберегающий режим. Закрыл дверь, проверил наличие щелей вдоль окна, но таковых не нашёл. Наконец он переобулся в зимнюю обувь. «К холодам готов» ‒ подумал он. За окном деревья росли так же неспешно, как и двадцать минут назад. Однако одно интересное замечание Сергей всё-таки сделал: глубина снега была не такой большой как ему казалось. Видимо из-за склона у железной дороги его намело на метр или полтора больше. «Что же там за марево такое? Воздух же должен от чего-то нагреваться. Хотя о чём я вообще думаю? Тут поезд с рельс сошёл. Ну сошёл и сошёл. Поудивлялись и хватит, так сказать». В метрах пятнадцати, а может и десяти от путей начинался лес. Если пройти ещё метров десять, то можно выйти на небольшую поляну, Сергей был в этом уверен. Точно по центру на ней воздух дрожал, не хотел сидеть смирно. Серж всё продолжал всматриваться в дрожащую пустоту, но ничего стоящего так и не увидел. «Нужно бы вещи обратно в рюкзак положить. Когда забирать отсюда будут, вещи будут уже собраны» ‒ он оторвался от окна и начал немудрёный процесс сборов. «Интересно, когда поезд ощутимо остынет?» ‒ из-за мыслей о холоде, Сергей неосознанно повернулся к окну. Следующие пол минуты он не моргая смотрел через толстое стекло на место, где только что дрожал воздух, где только что была совершенно пустая поляна. «Это от потери крови? Хорошие мультики показывают». Увязнув в снегу, монументально и заброшенно возвышалась лестница, сделанная из тёмно-зелёного камня наподобие малахита. «Так. Всё. Нужно идти за ватой». Сергей вышел из купе и быстрым шагом направился к проводнице. Уже через несколько минут его нос обзавёлся стильным украшением. Серж не чувствовал себя плохо, отсутствовал даже намёк на головокружение. Однако когда он снова взглянул в окно, каменная постройка всё так же стояла, устало смотря на массивы деревьев. Не отрываясь от окна, он достал телефон и, включив камеру, приблизил изображение. Дрожащие в руках оператора пиксели показывали ту же лестницу. Экран телефона моргнул, показывая, что снимок был сделан. «Второго шанса не будет». Сергей понимал: затея опасная, хоть идти и не далеко. Больше всего его волновал предстоящий побег из поезда, пусть и на двадцать минут. Потом нужно будет незамеченным пробираться обратно в вагон… А ради чего? Ради ощущения тайны и какой-то мистики? «Возможно, но сначала бы узнать настоящая она или глюки ловлю… А что меня в этом поезде ещё держит? Уедет он что ли? Может ещё и остатки древних поселений найду… Вроде ценители старья хорошо за это платят. Жаль только Юре деньги эти уже не помогут. Хороший мужик был».

Поглубже затолкав джинсы в ботинки, чтобы снег не проникал в обувь и надев шапку, Сергей снова покинул маленькую комнату в поезде. В коридоре было безлюдно и прохладно. Состав терял тепло, скоро все пассажиры почувствуют это. По стальному потолку он подошёл к двери и усилием попробовал её открыть. Та быстро отъехала в сторону, не желая задерживать пассажира. «Как и думал – все двери на магнитных замках». Серж спрыгнул в белую неизвестность и увяз в ней по пояс.

‒ Ох ты ж, блин! Ладно, дальше от железной дороги должно быть меньше снега. Продавливая себе дорогу через сугробы и стараясь держаться вплотную к бортам вагонов, он подошёл к гармошке.

‒ Вот тут я просчитался… ‒ лаз между крышей и резиной тамбура был совсем маленьким. Если пролезать под гармошкой, то вылезти можно было только полностью покрытым снегом. Перелезть через вагон было невозможно – зацепиться не за что. «Ошибочка вышла… Но не возвращаться же теперь обратно? Придётся нырять». Натянув потуже капюшон, встав в снег на колени, Сергей принялся раскидывать острый, сухой снег голыми руками – перчатки он не носил. Хоть ладони у него и были грубыми, но снег умел заставить кожу болеть.

Он только начал рыть свой подкоп, а руки уже просили передышки. Раскрасневшиеся, они теряли способность сгибаться. «Зачем я вообще это делаю?». Его голову начали посещать мысли о капитуляции. «Найдут ещё в такой позе, копающего снег». Он остановился. Нужно было действовать решительней. Проверив как плотно сидит капюшон, Серж лёг на снег. Через куртку, джинсы чувствовался холод и сила природы. Вдохнув, он с силой начал пробиваться через снег, как пловец пробивается сквозь толщу воды. Уже не сколько копая, сколько давя головой вперёд, он медленно двигался к цели. В какой-то момент под снег ушло всё тело. Он не видел куда движется, но знал, что в нужном направлении. Вдруг барьер стал ослабевать краешек капюшона пробил снег на другой стороне. Скоро Сергей вылез уже полностью. Нужный лес был перед ним. Он обернулся на поезд, как бы говоря: «скоро я вернусь, подожди тут» и увидел большую красную дверь с овальным окном. Весь энтузиазм и гордость победы в момент улетучились.

‒ Как я не заметил вторую дверь… Как?! ‒ спрашивал себя Сергей. Его руки просили о перчатках, а одежда была покрыта слоем прилипшего снега. «Хоть иногда ты можешь подумать, а потом делать, а?! Надо быстро идти к этой идиотской лестнице, а потом обратно. Может быть я смогу согреться. Лучше бы в купе сидел». Движимый обидой на невнимательность он продолжил пробиваться сквозь снег, но теперь уже стоя во весь рост. Его предположение оказалось верным: высота покрова плавно уменьшалась, в конце дойдя примерно до колен или чуть выше. Серж старался идти ближе к деревьям, так уменьшался шанс падения в яму, которые отлично скрывал снег. «А лестница то не маленькая…». Сейчас она была видна лучше и можно было различить несколько десятков маленьких ступенек. Близость загадочного строения прибавляла ему сил. Стволы сосен, раскинувших ветви с короткими иголками, начинали редеть. Всё окружение, кроме белой ваты под ногами, конечно, старалось незаметно уйти, спрятаться. Ещё пару мгновений назад казалось, что со стороны поезда ему что-то кричат, может быть – зовут. Чем ближе была лестница, тем дальше был остальной мир. Она определённо была старой, может быть древней. Глазами этого нельзя было ощутить в полной мере, как сейчас ощущал это Сергей. Он встал в паре шагов от неё. Камень был чуть грязный, но ни одной трещины или отпавших кусочков видно не было. «Египтяне строили, не иначе… Ну, не просто же так я сюда шёл». Пару раз набрав и выпустив воздух, Серж начал подъём. Сначала немного робко, но с каждой ступенькой уверенность в нём росла. Звуки, булькнув гудком далёкого поезда, утонули в ровном гудении малахита. Остался только Сергей и древний камень. Исследователь дошёл до конца. Ровная, как и все грани лестницы, площадка с низенькими бортиками. Тишина. Лес. Снег. Малахит.

‒ А что он на даче то один забыл? Повар или уборщик то точно должны были быть!

‒ Верно мыслишь, Павел Никитич, однако обстоятельство уже подтверждено.

Казалось, Сергей стоял всё на том же месте. Тоже лес, зима… Только роскошный, построенный из тёмного дерева дом, если не имение, выбивался из уже привычного пейзажа. Лестница стояла у подножья склона, почти у самого забора из толстых листов металла, выкрашенных под рощу с берёзами. В голове крутилась сразу туча мыслей, но в тоже время и ни одной. Полное непонимание. Частое биение сердца. Метание взглядом по всему что только попадало в поле зрения.

‒ Может в шкафу каком? Или под диваном?

‒ Поздновато приехал ты, в этот раз. Я уже своих ребят отправил прочёсывать дом, но те ничего не нашли.

‒ Дача в оцеплении, так?

‒ Само собой. У него было предостаточно времени сбежать. Уверен, его уже тут нет.

‒ С заказными я ещё никого не работал, если на чистоту.

‒ Не ты один. В таких делах главное начать. Потом методично всё по полочкам, по полочкам, по полочкам.

Голоса долетали откуда-то сверху, но Сергей не сразу определил откуда они исходят. Увидев на верху склона две фигуры, он тотчас же бросился вниз по ступенькам, каких теперь было меньше. «Это уже другая лестница и вообще другое место. Чёрт, где я?!». Серж прильнул боком к краю лестницы и лихорадочно начал думать, как ему быть. Он не знает где находится, что с ним произошло и как он будет добираться обратно. «Ладно, надо просто подождать немного и попробовать найти дверь или ворота». Но ни ворота, ни двери предательски рядом не было. «А если обратно на верх? Может я вернусь домой? В смысле к поезду? Ладно, чуть посижу тут, там люди уйдут, и я заберусь на лестницу».

‒ Сука стоять! ‒ слово из-под земли, перед Сергеем появился полицейский, с направленным на него пистолетом. ‒ А ты говорил: по полочкам, по полочкам! Где оружие!? Встал! Встал говорю!

Ничего не оставалось. Он подчинился, медленно поднявшись со снега. «Как же я мог так вляпаться…».

‒ Удивительный случай, признаю.

‒ Вы обвиняетесь в убийстве должностного лица! Оружие на землю! ‒ кричал высокий мужчина с угловатым и давно не бритым лицом.

Серж не понимал про какое оружие идёт речь и тем более какого представителя власти он убил.

‒ Нет у меня никакого оружия.

‒ Мы в любом случае проведём личный обыск. Если вы отдадите пистолет прямо сейчас и всё расскажете нам в участке, то решение суда может быть намного мягче. В ваших же интересах сотрудничать с нами, ‒ спокойным голом сказал напарник, плечистый сотрудник с чистой кожей.

‒ Да нет у меня оружия. Проверяйте на здоровье, ‒ он замотал головой и резкими движениями попытался расстегнуть куртку, но собачка предательски застряла.

‒ Алексей, обыщи его. Он у меня под прицелом! Убери руки от куртки!

В этот же момент молния сдалась, и собачка проехала до самого низа.

‒ Смотрите! Никакого оружия у меня нет! ‒ повысил голос Серж, что не понравилось представителям закона.

‒ Не ори, ‒ начал Алексей, показавшийся Сергею более человечным, ‒ Расценю как сопротивление при задержании, ‒ полицейский ловко стянул с него куртку, оставив в лёгкой кофте.

‒ Нашёл что, Михалыч?

‒ В куртке пистолета нет.

‒ В штанах значит. Не будет в штанах - проверим трусы.

‒ Мужские трусы проверять будешь ты, я пас! ‒ со смешком сказал он ‒ Руки выше головы! ‒ Он прошёлся по туловищу Сергея, потом по его ногам. Серж лихорадочно пытался сшить правдоподобную историю, но каждый раз нитка рвалась, а шов получался не крепким. Не существовало другого правдивого объяснения как он тут оказался, кроме самой правды.

‒ Итак, Павел, пистолета или иного огнестрельного оружия у него нет. Как нет и холодного. Я предлагаю нам поехать в отдел, согреться и послушать куда он дел пушку.

‒ А может он сейчас сам скажет где валыну обронил? В пыточную то мы его всегда успеем отвести, а оставлять оружие без присмотра – не хорошо. Правильно я говорю, или нет? Скажешь? ‒ он сделал пару кругов дулом пистолета, поторапливая Сергея. Последний мечтал как можно быстрее выйти из сложившийся ситуации и желательно сухим.

‒ Я же говорю вам: нет у меня никакого пистолета. Я вообще не понимаю о чём вы говорите. ‒ начал он, выбрасывая слова, стараясь успеть сказать всё что хотел. ‒ Я вышел из сошедшего с рельс поезда. Просто проверьте по новостям, я думаю уже опубликовали в «Новости Красноярска» или в других каналах. Потом в лес пошёл. Там лестница. Ну как эта! ‒ он обернулся и показал рукой на лестницу, стоявшую прямо за его спиной.

‒ Заряженный что ли? ‒ спросил Павел у напарника.

Оба следователя смотрели на Сергея как на сумасшедшего и совершенно точно хотели закончить этот цирк.

‒ Без допинга тут явно не обошлось… Ладно, пакуем тогда, ‒ он схватил Сержа за запястье и завёл за спину, причём сделал это с лёгкостью бывалого атлета, закидывающего за голову гирю, которую обычный человек с трудом пронесёт пару метров. Новоиспечённого подозреваемого прижали к стволу сосны и заковали в наручники. – С поезда говоришь… – вдруг начал Алексей.

– Да, да! С поезда!

– А билет-то показать сможешь? Я его не заметил у тебя…

– Без проблем! Сейчас….

Вот только задний карман был пуст. Не лежала там продолговатая картонка «РЖД» и Серж мысленно проклял всех изготовителей джинсов, билетов, поездов и рельс.

– Да брось, Алексей, нет у него ничего

– Да что ж вам, людям, спокойно не живётся… Пошли! – и полицейский поволок Сергея за собой.

Троица поднялась по склону дворика до большой террасы с длинным мангалом, правда без всякой мебели. Видно уносили на зиму в дом. К Сергееву кортежу подошли ещё несколько людей в форме. Павел принялся ярко, широкими масками описывать как он с Алексеем, но в основном, конечно он, увидел пытавшегося скрыться убийцу и как он не побоялся выскочить на него с пистолетом. В Сергее ещё жила надежда как-то объясниться. «Нужно просто попросить их проверить списки пассажиров. Паспорт то у меня в куртке. Всё нормально будет. Посмотрят списки и сами всё поймут. Поймут что? Да и где я вообще…». УАЗ патриот вместе со своими братьями близнецами стоял в паре метров от ворот дачи. Сколько таких «бобиков» проезжало по улицам мимо Сержа? Если ему ещё пару дней назад, предложили бы угадать, по какой причине он будет в нём ехать, то Сергей не задумываясь отвел бы, что просто нет таких причин: он законопослушный гражданин и даже муху не обидит.

Павел открыл заднюю дверь машины. На месте, где обычно можно было увидеть внушительный багажник, располагалось узкое пространство с двумя табуретами, прикрученными к полу. Связь с салоном поддерживалась через маленькое окошко, в виде решётки из толстых металлических прутов.

‒ Давай, давай, залезай! ‒ прикрикнул Паша. ‒ Кстати, просто чтобы ты понимал, ‒ он перешёл на доверительный тон, ‒ в стране меньше процента оправдательных приговоров, так что советую не морочить нам голову, если не хочешь уехать далеко и на долго, ‒ и хлопнул дверью. Машина успела промёрзнуть, но по сравнению с улицей в ней было комфортней, если так вообще можно было выразится, сидя в наручниках в полицейской машине. Ни окна, ни лампочки не было, поэтому даже при заходящем, но ещё довольно ярком солнце, внутри было темно.

‒ Часик и будем в городе, ‒ озвучил свои мысли Павел.

‒ Да, примерно так.

‒ Ну, пока прогреваемся, можно и полежать немного в спокойствии. Самый большой минус в работе следователя – ненормированный график.

‒ Ты, Павел, конечно прав, но каждый раз повторяя это, вряд ли он станет с девяти до шести.

‒ С девяти до шести… Мечта.

Через десять минут УАЗик тронулся. Сквозь решётку и окна в салоне можно было видеть тихую, спокойную жизнь сёл, через которые шла трасса. Мягкий вечерний свет постепенно меркнул, сменяясь внезапными вспышками фонарей и чернотой неба, которого Сергей уже видеть не мог. Он ждал участка, хотя бы потому что в нём будет тепло: куртку ему так и не вернули, а тепло печки в его помещении УАЗа не предусматривалось, к тому же именно в участке он попытается объяснить ситуацию. Путь Серж и не стал юристом, но какие-то знания, а главное - связи у него остались. Выпутать его из передряги могли сразу несколько его одногруппников, работавших теперь по специальности. В Коле - самом умном из них, Сергей почти не сомневался. Если Николай не новый Плевако, то точно стоящий где-то рядом с ним. По крайней мере так думал сам Сергей. «Как приедем – надо писать в протоколе все жалобы. Куртку не отдали, не представились и не показали удостоверение… А мои права они озвучивали? Не помню… Допустим, не было такого». Въезжали в город. Не ясно какой, но хотя бы электричество в нём было. «Машина останавливается не часто, значит с пробками проблем серьёзных нет». Однако скоро машина круто повернула в право и свет фонарей тут же пропал, правда проблемой это уже не было – полицейские выходили из УАЗика. Через мгновение вышел и Сергей, который сразу же стал осматриваться. Город напоминал ему родной Красноярск, пусть и смутно. Сходство было, но весь город он не знал и поклясться не мог.

‒ Идём, идём, ‒ сказал Павел, и вместе с Алексеем взял его под локотки. Полицейский участок, на котором Серж не успел прочесть адрес, представлял из себя двухэтажное панельное здание, самой неприятной смеси зелёного и коричневого. Алексей нажал на двери маленькую круглую кнопочку. Из динамика вместе с шипением ему ответили:

‒ Кто?

‒ Алексей Михайлович.

Внутри было удивительно тесно, но не из-за узких коридоров или низких потолков, а из-за обилия самых разных коробок вдоль стен. Участок больше походил на склад, чем на пункт полиции. На пути троицы не ни разу не встретились другие представители закона, от чего здание казалось пустым, а голоса за стенами – лишь эхом прошлого. Когда они поднялась на второй этаж, количество хлама стало почти нулевым. Хотя кто знает, что происходило в кабинетах. В конце коридора была железная дверь с отверстием под решётку. Почти такую же как в УАЗике. За ней было что-то похожее на маленькую тюрьму. Треснувший кафель, тусклые лампы, три камеры с каждой стороны. Но завели Сергея не в одну из них, а в неприметную дверь.

‒ Поворачивайся, ‒ скомандовал Павел, когда они вошли в неё. Наручники щёлкнули, возвращая свободу рукам, свободу, которой у Сергея становилось всё меньше. В следующую секунду следователь затолкнул его в открытую клетку и закрыл за ним замок. Сам же сел за стол, напротив. Когда тебя сажают в клетку – хороших мыслей, каких и так был дефицит, не остаётся вовсе. Однако Сергей не из робкого десятка. «Клетка - не волк, не загрызёт» - храбрился он.

‒ Лёш, принесёшь бумаги? Они в 204 кабинете должны быть.

‒ А ты второе отделение в столе то проверял? ‒ он опёрся спиной о стену и скрестил руки.

‒ Опа, и правда тут! Ладно, начнём, ‒ он положил на стол несколько листов и ручки. ‒ Ваше? ‒ в клетке Сергея было небольшое отверстие, куда следователь просунул паспорт задержанного.

‒ Моё.

‒ Замечательно. Лобан Сергей Андреевич… ‒ записывал он, ‒ мм, молодой ещё. Даже тридцати нет.

«А он может разговаривать спокойно» - удивлялся Сергей.

‒ Телефон скажите, пожалуйста.

Он продиктовал номер. Следователь задавал простые вопросы и вел себя мирно, Сергей успел даже немного расслабиться.

‒ Образование получали?

‒ Красноярский юридический техникум

‒ А учились-то на какую специальность?

‒ На юриста.

‒ Даа, много вас, юристов. Женат? Дети есть?

‒ Не женат. Детей нет.

‒ Зря, Сергей Андреевич. Вот так не женятся люди, не женятся, а потом демографию поднять не могут! Вы же собираетесь её поднимать?

‒ Д-да, да, собираюсь, ‒ «а он умеет удивлять вопросами» - подметил Серж.

‒ Павел, ‒ начал Алексей, ‒ не путай человека. Он нам и так много что рассказать должен.

‒ Ладно, ладно. Место работы?

‒ Чайная лавка «Китайский вкус». Продавец.

‒ Ранее судимы были? Этот факт всё равно проверен будет, так что врать не советую.

‒ Нет.

Следующие несколько минут следователь быстро заполнял поля протокола.

‒ Где галочки стоят - подпись и расшифровку.

Переходя от галочки к галочке, Сергей внимательно вчитывался, за что он ставит подпись. Наконец, дойдя до самого конца, он принялся выписывать свои замечания по поводу задержания. Писал он аккуратно, выводя каждую букву. В какой-то момент Сергею показалось, что на лице полицейского промелькнуло раздражение. «Да, да. Нас юристов много» - он ухмыльнулся самому себе.

‒ Ты, Алексей, как думаешь, под веществами гражданин Сергей или нет?

‒ Смыв сделай, чего гадать-то?

‒ Правильно говоришь! Оборудование всё тут же?

‒ Должно быть тут.

Павел открыл один из ящичков стола, откуда вынул стеклянный пузырёк, три упакованных тампона и столько же полиэтиленовых пакетиков.

‒ Открой личико, Гюлчатай!

Сергей плохо учил уголовное право и систему работы с подозреваемыми, но всё-таки понимал, что от него требуется.

‒ Руки вымойте сначала.

‒ А ты думаешь они у меня грязные?

‒ Да, я так думаю.

‒ Сейчас сопротивление следственному процессу пришью тебе! Харю сюда пододвинул!

Внезапно вмешался Алексей Михайлович:

‒ Спокойней, Паш, спокойней, ‒ он подошёл к столу, и вытащил их того же ящичка другой пузырёк, не отличимый от первого. ‒ Ты лучше этот используй, а руки да, надо вымыть, ‒ Павел, на удивление Сергея, ничуть не обиделся, а наоборот – заговорщически улыбнулся и быстро вышел из кабинета: в нём не было раковины.

‒ Нервный он немного, Сергей Андреевич, однако своё дело знает. Даже участвовал при поимке маньяка в Алтайском крае. "Политеховский" вроде бы прозвище было.

Через минуту вернулся Павел. Он уверенно взял тампон, промочил его в неизвестной жидкости, из-за чего тот стал бледно-зеленоватого цвета.

‒ Та-ак, подойди сюда, - он быстрыми, но точными движениями провёл тампоном около носа и рта Сергея. Те же действия он провёл с оставшимися ватками, обработав руки подозреваемого. Упаковав образцы в пакетики, Павел произнёс:

‒ Теперь можно и протоколы допроса достать... ‒ он в который раз полез в отделения стола. Алексей присел рядом, взяв стул, стоящий у стены.

‒ Допрос будем вести в присутствии моего адвоката, с котором я имею право связаться, - вставил Сергей.

‒ Адвокат? - удивился Павел. ‒ А зачем он тебе? В такой ситуации ни один адвокат не спасёт!

‒ Да, Сергей Андреевич, даже не знаю какую линию защиты ваш адвокат бы выбрал.

‒ Доказывать, что я не виновен, так меня в момент убийства вообще не было в том доме.

‒ Ха, ха, ха! Так ты знаешь, что убийство произошло именно в доме?

Сергей обиделся сам на себя. "Уточнять то зачем было?!".

‒ Я имею право на телефонный звонок.

‒ Ладно, Павел. Пусть позвонит кому надо. Он всё равно уже не отвертится. Я пока уведомление напишу прокурору. Кого в этот раз пошлём относить? Гришу?

‒ Можно Гришу. Твой телефон где? В куртке?

‒ Да. - ответил Сергей, обрадованный вопросом. Телефонный звонок сейчас был единственным способом связаться с миром.

‒ Саш, сходи за курткой.

Через несколько минут Сергей уже слушал гудки, в следователи лениво на него смотрели.

‒ Добрый вечер, Серж. По какому поводу звонишь?

‒ Тебе клиенты нужны?

‒ Не помешали бы, однако база медленно, но пополняется. А что, нашёл кого? Физик, юрик?

‒ Физик. Сергей Андреевич.

‒ Подожди… Серёж, неужели тебе нужны услуги адвоката?

‒ Представь себе, Артём. И желательно прямо сейчас, - он повернулся к полицейским, ‒ Какой это адрес?

‒ Академика Вавилова пятьдесят, - скривившись ответил Павел.

‒ Академика Вавилова пятьдесят.

‒ Ох, Серёж, ну ты даёшь...

***

Два приятеля стояли в туалете полицейского участка. Тёмно-синий кафель раздражал, давил на нервы. Грязный воздух прилипал к телу.

‒ Серж, я тебя попробую вытащить, ты только правду расскажи. Какая к чёрту лестница? ‒ он говорил это раздражённым шёпотом.

‒ Думаешь я прикалываюсь? Шучу тут? Скажи им, что я могу показать её! Встать на неё!

‒ Работа между адвокатом и его клиентом должна быть построена на полном доверии обоих сторон. Ты то меня должен понимать!

‒ Тём, я тебе всю правду сказал. Я вышел из поезда, поднялся на ту проклятую лестницу и оказался на хреновой даче какого-то чиновника! Ну не вру я!

‒ Тише говори.

‒ Я не какой-то ненормальный, Артём.

‒ С другой стороны, в колледже ты любил выпить. В стельку ты много что рассказывал из раздела фантастики.

‒ Но сейчас-то я трезвый.

‒ Они тебя проверяли?

‒ Смыв с рук делали.

‒ Понятно. Если наркотики не употреблял, то ничего страшного.

‒ Артём, ты мне поможешь?

‒ Помогу, конечно, но только потому что раньше ты был хорошим парнем. А таким можно и помочь. О цене договоримся потом. Сейчас будем настаивать, чтобы ты показал твою лестницу. Если её на месте не окажется… значит будешь твердить что в поезде выпил, добрёл до резиденции, а там как-то, уж не знаю как, но оказался во дворе и уснул. Странно что на алкоголь не проверили, но тем лучше. Всё ясно? Сейчас будешь просить их отвести нас к лестнице.

‒ Понял.

‒ Я буду стоять рядом. Когда наступлю тебе на ногу - сразу замолкаешь. Всё ясно?

‒ Ясно.

‒ Выдвигаемся, тогда.

***

Допрос шёл явно не в пользу подозреваемого. Следователи ни в какие перемещения по каменным лестницам почему-то не верили. Сергей уже несколько раз повторил историю про перевернувшийся поезд, поход через снег к малахитовому чуду и как он оказался на почти идентичном, но уже в резиденции чиновника.

‒ Сергей Андреевич, ‒ начал Павел, ведущий допрос. Рука Алексея в это время металась по листу с не человеческой скоростью, записывая разговор, ‒ хватит валять дурака. Я на этой должности уже пятнадцать лет. Думаете ничего не понимаю? Я ведь вам отличную сделку предлагаю: пишите чистосердечное, а мы с Алексеем уж как-нибудь да смягчим вам наказание. Судей то не так много - всех знаем. Вам хочется сидеть пятнадцать лет или шесть? Выбирайте, ‒ он откинулся на спинку стула и вопросительно посмотрел на Сержа.

‒ Мой клиент предпочитает честное расследование, а не склонение его к подписи признания.

‒ А ваш клиент сам ответить не в состоянии? Посмотрите, как вымахал! Русский богатырь! ‒ он добродушно потряс кулаком в воздухе. ‒ Такие как Сергей Андреевич никакой бумажки не испугаются! Правильно я говорю? Конечно, правильно.

‒ Если вам нравится апеллировать к качествам характера, тогда и я сделаю то же самое: не побоитесь ли вы съездить и взглянуть на лестницу? Ну скажем, завтра утром?

‒ Я-то апеллировать могу к чему и к кому угодно, а вам я бы не советовал указывать как нужно вести следствие.

‒ Это не следствие, это простое склонение к даче показаний против самого себя.

Сергей и Артём после минувшего часа разговора, раз за разом заходившего в тупик, чётко для себя осознали: преступника ловить либо не хотят, либо действительно принимают за него Сержа и склоняют к признанию, чтобы ускорить процесс и получить премии. Артём продолжил:

‒ Конечно, ехать туда далеко, да и дорога может быть в снегу, поэтому пока что мы будем лишь предполагать, что можем там увидеть.

‒ Или не увидеть, ‒ съязвил полицейский.

‒ Или не увидеть, ‒ не растерялся Артём. ‒ Поездка на место преступления - это крайне полезное дело. Настоящий преступник может появится на нём вновь, можно увидеть, что раньше было не заметно. Однако надо торопиться - завтра днём выпадет снег и часть улик будет потеряна навсегда.

‒ Даже если мы туда приедем, то никакой магической лестницы не найдём. Это абсурд.

‒ Абсурд, абсурдом, но каждый уважающий себя следователь проверяет все возможные варианты.

Казалось, что переубедить Павла невозможно. Как ни старался Артём, следователь упирался и не хотел никуда ехать. Он желал по быстрее поставить «палку» в журнале и выполнить план. Факт рассуждений полицейского о возможном приезде на дачу удивлял, но адвокат шёл дальше. Не уставая делать допущений и предлагать «представить, что…», он пробивал стальную оборону оппонента. Медленно, но верно, следователь отходил от категоричного отказа даже от мысли о возможном выполнении предложения стороны защиты и тихой сапой подползал к мысли: «раз уж вы так настаиваете, то один раз мы туда съездим. Но только один раз».

‒ Всё. Заканчивай протокол, ‒ Алексей сделал ещё пару пометок на очередном листе бумаги и отложил его в сторону, разминая не гнущиеся пальцы.

Усталость, взвалившаяся на спину Сергею, хотела казаться приятной, будто после тренировки или завершённой главы книги. Однако радоваться всё-таки не получалось.

‒ Завтра в десять я буду тут. Поедем вместе, ‒ подбодрил его Артём.

‒ Да, вместе. Выручил ты меня, приятель, ‒ выдохнул он.

‒ Это только начало делопроизводства, Серж. Начало.

‒ Всё, насиделся. Вставай, ‒ прервал их Павел.

***

Прямоугольники света фар, проезжающих машин, плавно пересекали стену изолятора, от незатейливой двухъярусной кровати, до отгороженной кирпичной стенкой чаши в полу. На верх кровати Серж лезть побоялся – была узковата и упасть не составляло труда. Удивительно, но заснул он быстро и крепко, а под опущенными веками увидел занесённую снегом, каменную лестницу.

***

‒ Просыпайся. Подъём!

Бум. Бум. Бум.

Подъём давался трудно, глаза всё никак не хотели видеть стены ИВС. Однако пришлось: следователь стоял у его кровати.

‒ Одевайся живее! Времени нет.

Сергей так и поступил. «Главное найти Тёму. А там видно будет». Снова наручники, снова те же коридоры участка. Правда, теперь он заметил одну деталь: часы почти у самого входа в полицейский участок. Уставшая крутится стрелка показывала чуть больше восьми утра. Сергея будто бы облили холодной водой. Он остановился и обернулся на следователя, преграждая тому дорогу.

‒ Погодите-ка, мы договаривались на десять. Это я помню очень хорошо, ‒ возможно, его лицо приняло не самое дружелюбное выражение, от чего Павел отступил на шаг.

‒ Не приедет твой адвокат. Сказал ехать без него. Не останавливайся.

‒ Нам спешить некуда, подождём.

‒ Особо буйный? Сейчас скрутим и вообще никуда не поедешь. Всё ясно?

Проглотив комок злости и гордости, Сергей отвернулся и пошёл дальше.

В машине, разумеется Артёма не было. Теперь нужно пользоваться своими силами и умениями, которые, как оказалось, были в дефиците. Пока “бобик” нервно мчался к резиденции чиновника, волнение на цыпочках подкрадывалось к Сержу: «если никакой лесницы не было? А что тогда вообще было?»

Теперь авто ехало, почти не снижая скорости – выехали из Красноярска. Полицейские в основном молчали, подозреваемый тоже.

УАЗик, аккуратно завернув к подъездным воротам, мягко остановился. Через несколько секунд Сергей уже чувствовал морозный воздух леса. Знакомая резиденция, сделанная под дерево. Знакомый спуск в низ дворика. Даже вчерашние следы совсем не изменились. Разве что, к ним добавились протоптанные дорожки от других следователей.

‒ Ну, показывай где она была и поедем обратно, ‒ скомандовал Павел.

‒ А вдруг она всё-так есть? ‒ задорно произнёс Алексей. – Остатки более развитой цивилизации!

‒ Более развитую цивилизацию мы потеряли в 1991 году.

‒ А мне, коллега, при капитализме лучше живётся.

‒ Ничего, это не навсегда… товарищ.

‒ Время покажет, ‒ пожал плечами полицейский.

Сергей остановился у бордюра, не решаясь сойти с плитки в глубокий снег. Сердце ушло куда-то в пятки: белым одеялом укрылись только сосны, но никак не лестница. Её не было видно. Он проводил глазами по веренице следов туда и обратно уже несколько раз, но всё без толку.

‒ Эх, а адвокат так старался… Ладно, заканчиваем это представление.

В самом конце, там, где следы обрывались, стала заметна робкая дрожь воздуха. Марево, будто зимой на распашку открыли окно и горячий воздух боролся с январской стужей.

‒ Представление должно продолжаться! ‒ ответил Сергей и не оборачиваясь двинулся на встречу неизвестности. Через несколько мгновений, даже он сам не мог ручаться, что понял, как всё произошло. Лестница стояла всё также невозмутимо, безразлично смотря на мир старыми, малахитовыми глазами. «Она всё ещё тут! Она всё ещё тут! Она всё ещё тут!». В низкие ботинки Сергея набился снег, но он этого не замечал.

‒ Э, эй! Куда разогнался?! ‒ крикнул сзади Павел, но это было уже не столь важно. Скоро вообще, много что станет не важно, но до этого остаются ещё минуты искренней радости.

Неуклюже подбежав к ступенькам, Сергей остановился. Она была перед ним. «Значит это был не сон, значит меня не заберут в дурку…» ‒ веселился он.

‒ И чего ты встал? ‒ не понимающе уставился на него Паша.

Серж не ответил. Он просто начал подниматься. С каждой ступенькой окружающий мир блекнул, затухал. Куда-то на третий, а потом и на четвёртый план ушли округлившиеся от ужаса глаза следователя. Притаились и все звуки. Реальность ускользала, дрожала как летнее марево, а после - исчезала. Был малахит. Была лестница. Была свобода со скованными руками.

***

Нежный, немного печальный перезвон колоколов в брутальной, железобетонной церкви, заглушался звуками города, который, впрочем, скоро заканчивался, если пройти вправо по улице.

Сергей находился в непростой ситуации. Его руки оказались закованы в наручники, ботинки были набиты снегом, а живот просил его накормить. Оставалось радоваться оставшейся с Сержем куртке, потому что пальцы ног холод уже оставил позади и шёл в глубь тела.

В этот раз лестница была ещё меньше предыдущей. Никаких бортиков на её верхушке не было - ровная и гладкая поверхность.

Сергей начал быстро осматриваться, пытаясь понять куда его занесло. Это была самая окраина города: дачи с хиленькими заборами, церковь, дальше виднелись заснеженные холмы. Зато слева оказался, контрастирующий с остальными постройками, гипермаркет.

«Хоть в пустыне окажись, а магазинчик местного бедуина всё равно будет» ‒ подумал он и направился внутрь, чтобы погреться. Рукава куртки пришлось сомкнуть, хорошенько спрятав в них цепочку от наручников. Лишнего внимания привлекать не хотелось. «Сейчас главное с Артёмом связаться. Реальность лестницы я уже доказал. Необычный способ перемещения по Красноярску, конечно. Вроде бы направом берегу оказался, возможно, во Свердловском районе. Хотя могу и ошибаться: правый берег я вообще плохо знаю».

Пока Сергей пробирался через снег, каким был завален пустующий клочок земли между церковью и магазином, он заметил странность: люди суетились больше обычного. Покупатели не вальяжно выкатывали тележки, а выскакивали вместе с ними. Машины слишком резко трогались и останавливались. Город как будто был взвинчен, встревожен. Казалось, ещё немного и кто-то точно закричит, не сдержавшись от навалившегося волнения. Сергей ускорил шаг. «Я не параноик, но что-то не так. Что-то произошло, пока в ИВС был... Чёрт, я даже новости посмотреть не могу!». Нарастало напряжение и внутри Сержа.

Долгие минуты он шагал до гипермаркета, пока всё новые, доверху набитые тележки выезжали из магазина. Когда Сергей оказался внутри, он будто стал маленьким и невидимым, что было сложно при его росте. Исчезли кассиры, охранники и остальной персонал. Покупатели, если их ещё можно было так назвать, просто крали продукты с беззащитных полок. Причём, в основном консервы.

«Это апокалипсис? Всё?» ‒ он растеряно шёл среди бурлящего потока людей. «И именно сегодня у меня руки связаны!» ‒ прятать их было уже бессмысленно, и Сергей не скрывал своего положения. Вдруг в голове появилась тревожная мысль: «если ты заболеешь, лекарств рядом уже не будет».

‒ Нужна аптека. Аптека, ‒ он говорил вслух, всё равно никто не слышал и не слушал. Протянув вперед одну руку, Серж как рыба начал лавировать в хаотично движущейся толпе. Падение ему не грозило: попробуй его толкнуть, скорее сам упадёшь. Дойдя до стёкол салонов, бутиков и киосков, где движение было не таким интенсивным, он двинулся вдоль них, попутно заглядывая внутрь. На стеллаже с телефонами ещё стояло несколько моделей супер-бюджетного класса. Сергей решил присоединиться к чёрной пятнице и забрал новенький телефон со скидкой в сто процентов. «Если обстановка вернётся к норме, то верну его обратно. Воровством я заниматься не буду, а родителям надо как-то позвонить» ‒ пообещал он себе. Следующий же киоск оказался аптекой. Удивительно, но товары на витринах стояли не тронутые, а касса закрытой. Только дверца, которой обычно пользуется персонал, чтобы пройти на рабочее место, теперь была поднята и приглашала Сергея пройти внутрь. «Странно что сюда никто не пришёл…» ‒ он рассматривал ящички и полочки с множеством пёстрых упаковок лекарств. «Сейчас беру жаропонижающие, какие-нибудь болеутоляющие и антибиотики. Знать бы их названия ещё… Если началась мировая катастрофа, то продукты я уж как-нибудь найду, а вот с лекарствами начнётся напряжёнка». Сергей прикарманил несколько картонных коробочек и вышел из аптеки. Поток паникующих, уносящих с собой всё что только могут унести, людей, не только не ослабевал, но и как будто усиливался. «Откуда в магазине столько продуктов? Давно уже кончится должны были». Серж проскользнул через пустующую кассу, заодно подняв с пола истоптанный пакет, и приступил к исследованию ряда огромных стеллажей. «Консервы долго хранятся, но их уже точно разобрали». Полки, где присутствовал хотя бы какой-то товар становились скорее исключением, чем правилом. Сергей складывал в пакет просто что видел. Если место закончится, то ненужное всегда можно выложить. «Опыта похода за продуктами в наручниках у меня, пожалуй, ещё не было!».

Из гипермаркета Сергей вышел довольным и с приятной тяжестью в пакете.

‒ И всё-таки необходимо узнать, что произошло, ‒ пробормотал он. ‒ Опа! В церкви меня грабить точно не станут.

Тот же путь через парковку, а потом мимо маленького пустыря с лестницей и до церкви. Число авто у магазина ощутимо уменьшилось, и парковка была почти пустая. Только у двух въездов ещё оставались несколько машин.

Когда Сергей приблизился к правому съезду, из припаркованных неподалёку машин неспешно вылезли молодые люди со ржавыми металлическими прутами, а кто-то с толстыми палками. Всего человек пять. «Не было бы у них них арматур, зараза… Да когда успели уже целые ОПГ то появиться?!».

‒ Пакет на землю и чеши отсюда, обезьян! Цигель, цигель!

Манера общения перегородивших дорогу Сержу гопников невероятно раздражала, хоть и была простой угрозой, а не остроумным подколом. Конечно, разумней всего было послушаться и отдать пакет, но последнее время он слишком много подчинялся, прогибался под других, и накопившаяся злоба сорвала в нём все засовы и замки.

‒ Ну так забери. Чего рот раззявил? Сышь что ли? ‒ после этих слов, ему даже стало страшно, правда, только на пару секунд. Адреналин умеет придать сил.

Грабитель, предлагавший отдать пакет, явно не ожидал такой реакции. Только бандитов было пять, а не желавший подчиняться оставался в гордом одиночестве.

‒ Сам нарвался, браток! Парни, лупцуем его!

Банда короткими шажками двинулась на Сергея. Он отбросил пакет подальше за спину и тот с хрустом осел на сером снегу.

‒ Эй, братва, да это зек! Значит будем бить с уважением, ‒ не унимался главарь.

‒ Согласен! Наш человек как ни крути.

Драка, когда ты в наручниках, - сомнительное удовольствие, к тому же против сильно превосходящих сил. Решение одно – победить вожака, а там видно будет. Сергей встал боком, опустил подбородок, прикрывая шею. «Главное выдерживать дистанцию. По одиночке я их раскидаю». Нападающие, почувствовав свою неуязвимость перестали осторожничать и ускорили шаг, не слишком веря в сопротивление противника. Сергей отступал.

‒ Ну всё, херачим его! ‒ крикнул на удивление не главарь, а худощавый юноша с натянутой на череп кожей, стоявший рядом с ним. Парень замахнулся своим прутом, быстро зашагал вперёд и рубанул по диагонали. Сергей отпрыгнул, одновременно выпрямляя руки. Прут со всего размаху ударил по цепочке наручников и больно задел кость на правом предплечье. Но Серж тут же его схватил и рванул что было сил на себя, при этом отступая на пару шагов. Прут выскользнул из рук юноши, неуклюже рухнувшего в грязный снег.

Теперь, пусть и в наручниках, но он был вооружён. Холод металла придавал сил.

‒ Шаг назад! ‒ крикнул Сергей. ‒ Я ему сейчас череп раскрошу!

Паренёк суетясь попытался вскочить, но Серж, резким движением ноги, врезал ему по голове. Тот запрокинулся на спину и замер, с ужасом смотря на пнувшего.

‒ Я сказал шаг назад! ‒ орал Сергей.

В этот момент совсем рядом завыли сирены.

‒ Мля, легавые! Сворачиваемся! ‒ неудачливые бандиты тут же бросились к машинам, забыв о своём юном напарнике.

Серж не стал отставать и, отбросив железный штырь, бросился к уже знакомой лестнице. Когда он добежал до пустыря между магазином и церковью, был слышен вой уже множества сирен: полицейских, пожарных, скорых помощей. Они смешивались в хаотичный, многоуровневый шум, давивший на уши. Однако долго Сергею слушать это не пришлось: он уже начал подниматься по ступенькам - обратного пути не было. Стирались звуки, постепенно уходя в тишину малахита. Весь мир отодвинулся, уступив место лестнице.

Мгновением позже он находился на территории парка «Сады мечты». «Хороший способ побега в случае чего. Беру на заметку». Но тут его охватило странное чувство беспокойства. Что-то было не так.

‒ Да твою дивизию! Я пакет на парковке оставил.

Он обернулся на лестницу. Она была куда шире и выше предыдущих и как будто, старее. Однако это не вызывало уверенности, что он окажется именно в том месте, у той самой парковки. Он снова посмотрел на парк. Удивительно, но по нему спокойно прогуливались не многочисленные парочки, хозяева собак и компании друзей.

‒ Это же «Сады мечты», я уверен. Тогда почему тут люди ни о чём не беспокоятся, а там… ‒ недоумённо бормотал Серж. ‒ Мне нужно поесть. Вот что сейчас важно. Потом разберусь что в мире произошло, сейчас главное поесть, а то скоро бегать сил не будет.

Сергей сделал свой выбор. В конце концов, что он терял? Все вещи остались в ИВС. Даже появись Сергей не в том месте, то можно найти другой магазин и всё. Но шанс оказаться на нужной лестнице всё-таки был. Снова вверх по ступеням в манящую тишину малахита.

Ледяной ветер пробрал до костей. Вокруг одни ели и снег.

‒ Так, я точно не туда попал, ‒ констатировал Сергей, быстро спускаясь. Снега тут было наметено даже слишком много. Пальцы на всех конечностях уверенно превращались в кусочки льда. «Всё. Снизу ступеней точной нет. Идём обратно» - он развернулся и начал подниматься обратно.

‒ Обернитесь, мужчина, ‒ обратился к нему кто-то сзади. Сергей вздрогнул от неожиданности и резко развернулся, неосознанно поднимая руки и опуская подбородок, чтобы защитить шею.

Благодарю за прочтение главы, мне очень приятно видеть вас тут!

"На десерт", могу предложить вам поделиться мыслями о произведении в нашем telegram-канале ( @ladder2024 ), куда уже вступили множество фанатов книги, или в комментариях ниже.

Увидимся в следующей главе)