Читать онлайн "Темнота"

Наконец-то школьные годы остаются для меня позади, и теперь я могу начать взрослую самостоятельную жизнь. Возможно, кого-то удивит моё желание жить отдельно от родителей и готовиться к тому, чтобы самому решать все свои проблемы и вопросы, однако я считаю это вполне нормальным решением: в конце концов, каждый волшебник растёт с мыслью о том, что однажды пора будет выпорхнуть из родительского гнезда и начать строить собственную жизнь: развивать карьеру на выбранном поприще, заводить семью и, наконец, находить своего партнёра, о чём я грезил, кажется, ещё с малых лет.

Честно говоря, меня никогда нельзя было назвать человеком, у которого нет друзей или их просто мало — наоборот, я постоянно был окружён другими людьми, втягивал всех в свои игры и авантюры, без конца используя природную магию с малых лет в наших играх: то создавал куколок из цветов для девчонок, то строил земляные горки и пещеры для общих приключений, а то и вовсе выращивал траву на газоне возле дома такой высокой, что в ней можно было прятаться (честно говоря, папа мои авантюры не особо высоко оценивал, потому что после наших игр постригать газон под мамин звонкий смех приходилось именно ему. Впрочем, родные меня никогда не ругали за это, даже если сердились.

Родители у меня и в остальных аспектах люди весьма положительные: будучи партнёрами, они, двое светлых магов природы, однажды просто взяли и поженились, поставив перед фактом свои семьи (впрочем, никто и не был особо против). А потом родился я. И пусть семья у нас не сказать что богатая, среднего достатка, но от этого хуже ситуация не становится: в конце концов, множество дядь и тёть, бабушки с дедушками, старшие кузины да и сами родители очень меня балуют до сих пор, как старшего ребёнка своих родителей: с годами в семье появились ещё и двойняшки Ливи и Дрю. Да и в нашей домашней идиллии просто не возникает даже мысли, что кто-то может быть несчастен.

Смахивая тряпочкой небрежно пыль с семейного фото, примостившегося в царящем на столе хаосе, я тихо вздыхаю счастливо, задумываясь о том, брать ли его с собой, когда поеду в академию "Дуэйн". Мне ещё не пришло письмо, но нужно решить заранее, что стоит взять, потому что я точно знаю, что стану одним из приглашённых учеников в святую всех святых, место, где маги обучаются контролю над своими силами, изучают всё, что может быть полезно для них в будущем, а также заводят связи на всю жизнь и — что самое главное — находят своих партнёров.

Ещё с детства мне казалось, что это действительно здорово — иметь кого-то, кто будет с тобой всю жизнь, с кем связь будет крепче любых иных уз, включая романтические отношения, семейные или дружбу. Партнёр — это тот, кто не является с тобой частью единого целого, но дополняет так, что ты становишься не просто завершённым, а совершенным, перешедшим на новый уровень в своём развитии. Это сложно объяснить, но партнёр — это родственная душа, тот, кто бывает лишь один на всю жизнь и с кем ты делишь самые сильные чары и самые близкие отношения. Мои родители с их одинаковыми знаками на руках всегда были для меня идеалом партнёрства.

Но вот подходит и моя очередь найти своего близкого по духу человека, того, с кем я буду гореть, чья магия сплетётся с моей. Надеюсь, это будет кто-то приятный, добрый и общительный, а ещё романтичный: мы сможем часами общаться обо всём и ни о чём, будем вместе отрабатывать чары, гулять после уроков, а если и вовсе всё хорошо сложится — однажды поженимся и создадим свою семью, прямо как у моих родителей. Мне уже не терпится узнать, кто он.

В комнату в тот момент заглядывает мамина макушка, и я мягко улыбаюсь, когда она спрашивает с привычными нежными огоньками в глазах:

— Уже готовишься к отъезду? Мне будет не хватать твоего беспорядка в комнате.

— О, мам, для этого с тобой и остаются Ливи и Дрю, — шутливо отмахиваюсь я, убирая русые волосы с лица, чтобы лучше видеть любимую родительницу. — Поверь мне, они справятся.

— Шутник, — вздыхает она, подходя ближе и осторожно обнимая меня одной рукой, пока вторая прижимает голову к её широкому плечу и гладит по волосам. — Ты же знаешь, я всё равно буду безумно по тебе скучать. В конце концов, ты мой сын, у меня три ребёнка, а не два, и я люблю вас всех, несмотря на то, что порой вы нешуточно треплете мне нервы.

Я не могу удержаться от тихого смешка, обнимая её за пояс и прикрывая на короткий миг глаза. Пусть мне и хочется уже уехать, я знаю, что буду скучать по ней, папе, младшим братьям-непоседам, множеству других родных, а также тем, с кем был друзьями столько лет. Новая жизнь совсем не означает, что я должен тут же забыть о старой, и я знаю, что никогда не захочу отказаться от своего прошлого.

Наконец мама отпускает меня и начинает деловито проверять вещи, на всякий случай щепетильно уточняя:

— Тёплые носки положил? А записную книгу с заклинаниями? А презервативы?

— Мам, — я в тот момент не удерживаюсь от возмущения, краснея, как варёный рак, а она лишь грозит мне пальцем, с самым что ни на есть серьёзным видом вещая:

— Не мамкай, молодой человек. Аксель, ты ведь уже взрослый парень, должна же я быть уверена, что ты не приведёшь ко мне невестку в ближайшее время.

— Выше шанс на зятя, — тихо высказываюсь я, однако она со своим острым слухом всё равно умудряется услышать.

— Зятя? Аксель, я... Почему ты никогда не говорил о том, что тебе нравятся мальчики? Мы бы с папой всё прекрасно поняли, просто было бы лучше, если бы знали заранее.

Честно говоря, мне нечего ответить на её слова. Боялся ли я говорить о своей ориентации? Ещё бы. Да, семья у меня хорошая, да, знаю, что все родственники приняли легко тётю Сафиру с её девушкой, дядю Реджинальда с мужем-магом воды, тётю Ясмин, заявившую, что она никогда и никого не полюбит, потому что ей так комфортно и в собственной семье она не нуждается, ведь у неё есть мы... Это всё равно не делает мне легче в том, чтобы признаться в своей натуре. Кто знает, вдруг ситуация изменилась бы или я — совсем другое дело, тем более ещё и едва стал совершеннолетним. Страшное дело.

— Ладно, не буду тебя смущать, — всё же отмахивается она нехотя, направляясь наконец к выходу, однако напоследок всё же оборачиваясь и окликая меня вновь:

— Аксель.

— Да? — я смотрю на неё внимательно в ожидании, что же мама скажет мне, и она наконец выдыхает, прежде чем скрыться за дверью:

— Я надеюсь, ты встретишь партнёра, с которым будешь счастлив. И всё же будь осторожен. Весь мир не будет к тебе добр, как твоя семья.

— Я знаю, — слова срываются с губ без особой надежды на то, что их услышат: мамы уже нет в комнате, и я наконец остаюсь в ней один.

Постель расстелена, свет выключен, и я ложусь под одеяло, протягивая руку к потолку с налепленными на него, ещё когда я был ребёнком, слабо мерцающими в темноте звёздам и луне. На новом месте у меня такого уже не будет: новый сосед вряд ли одобрит такое ребячество. Ну да ничего, переживу. Зато буду видеть их всякий раз возвращаясь домой на каникулы, когда буду спать в родной постели: вряд ли родители поменяют мою комнату или отдадут её кому-то из младших, пока меня нет, да и двойняшки не согласятся разлучиться: в конце концов, они всегда вместе, ещё с утробы матери.

Мысли о предстоящем будущем, о дороге до академии и будущем партнёре захватывают меня полностью, а потому я даже не замечаю, как засыпаю, роняя руку обратно на подушку.

На следующий день мне действительно приходит долгожданное письмо, так что вся семья организовывает великолепный пир, накрывая на стол и приглашая соседей. Бабушка показывает всем, как умеет жонглировать венками, дядя Ричард танцует канкан с тётями Лилиан и Вивьен, мама с папой устраивают конкурсы с метанием травяных шариков, за которые каждый получает приз (мне достаётся деревянные ёжик, у которого при поливе вместо иголок вырастают листики). Вечер подходит к концу удивительно быстро, и я с нежностью думаю о том, что когда-нибудь приведу на праздник своих партнёра и любимого человека. А может это будет кто-то один.

Следующие две недели мы с мамой и папой заканчиваем закупаться и собираем всё необходимое, двойняшки засовывают мне в чемодан банку со светящимися жуками, говоря, что они мне обязательно пригодятся, а я просто не могу отказаться: младшие ведь, обидятся, да и мне несложно отвезти их до академии и выпустить неподалёку. К концу отведённого времени я валюсь с ног от усталости, так что отключаюсь, едва голова касается подушки, предвкушая, как буду обустраиваться на новом месте.

В итоге утром будит меня мама, потому что будильник поставить я забыл, заснув раньше, однако и она это делает, только когда понимает, что я до сих пор не проснулся, а скоро уже прибудет автобус до академии. Со мной такое не в первый раз, однако в этом случае произошедшее расстраивает: я ведь хотел начать новую жизнь, пусть и сохраняя что-то из прошлого.

Чищу зубы на ходу, торопливо переодеваюсь, даже не обращая внимания на то, правильно ли надел футболку и джинсы, цепляю на ходу кроссовки на босу ногу, торопливо обнимая маму за плечи, чтобы притянуть и чмокнуть в щёку, пока отец хлопает меня ободрительно по плечу, а двойняшки путаются под ногами, пытаясь накормить меня тостом с малиновым джемом.

— Я не голоден, — пытаясь ускользнуть от братьев, я забываю о том, насколько они бывают настырными, а потому неожиданно получаю куском хлеба с вареньем по лицу, пока Дрю щебечет довольно:

— Мама говорит, нужно хорошо кушать, чтобы расти большим и сильным магом. А ты как раз растёшь.

— Я учту, — только и срывается с губ, прежде чем я покидаю наконец родной дом и со всех ног спешу к месту остановки автобуса.

До нужного места удаётся добраться довольно быстро, так что я не слишком сильно опаздываю и успеваю забежать в автобус, занимая последнее свободное место рядом с дремлющим у окна в наушниках парнем в капюшоне. Несколько будущих и нынешних студентов косятся на меня, явно привлечённые шумным появлением, однако довольно быстро теряют интерес, возвращаясь каждый к своим делам. И только одна девушка, сидящая передо мной, не спешит отвернуться и продолжить читать лежащую на коленях книгу, а смотрит внимательно и торопливо интересуется, убирая с лица прядь пышных рыжих волос:

— Ты тоже первогодка? Я страшно боялась, что опоздаю сегодня, ведь со мной такое постоянно, но, кажется, ты решил забрать сегодня мою неудачу себе.

— Кажется, да, — я не спорю, улыбаясь в ответ, пока незнакомка хихикает и протягивает руку, явно желая познакомиться со мной и узнать получше:

— Я Дейнис Солдерли, можно просто Дейнис или Дей. Буду очень рада подружиться с тобой. А как тебя зовут?

— Аксель. Можно просто Аксель, — я киваю, в тот момент пожимая руку с аккуратными ноготками, лишёнными броского маникюра, но при этом выглядящими приятно и ухоженно. Как, впрочем, и остальные части рук, если не считать маленького шрама в виде полумесяца чуть ниже большого пальца. — Я тоже надеюсь, что мы сможем поладить. Кстати, ты уже думала о том, каких хочешь видеть своего партнёра? Я не могу выбросить мысли об этом из головы уже много лет, но сейчас, когда понимаю, что в этом возрасте могу встретить его наконец, мурашки бегут по всему телу.

Дэйнис смотрит на меня с неподдельным интересом и даже восторгом, прежде чем схватить обе мои руки своими и выдохнуть так, словно ждала этого момента всю свою жизнь:

— Ты тоже? О, я с малых лет донимала мам расспросами, каким, скорее всего, будет мой партнёр. Надеюсь, он или она будет интересной и яркой личностью, похожей на меня. Мы бы столько всего смогли сделать вместе. Например, выпускать газету академии или вообще руководить академическим радио. Нет, мне, конечно, никогда раньше не приходилось этим заниматься, но зато я очень старательная и быстро учусь, так что смогла бы завоевать внимание всех вместе с моим партнёром за считанные секунды. Ой, а представь, если мы откажемся партнёрами друг друга!

Я улыбаюсь в ответ, хоть её энергичность и утомляет меня немного, если говорить честно. Вполне очевидно, что мы не партнёры, однако забавно представить хотя бы на мгновение, что такое могло бы быть возможно. Должно быть, нашего тандема бы боялись преподаватели, потому что даже им мы бы надоели своими энергичностью и целеустремлённостью.

— Если бы мы были партнёрами, связь бы уже возникла, — всё же решаю напомнить я, не теряя, однако, при этом миролюбивой улыбки. — Но я в любом случае буду рад быть твоим другом и участвовать в некоторых авантюрах.

— Правда? — девушка тут же подпрыгивает на месте от восторга, прежде чем наклониться вперёд и крепко обнять меня. — О, я буду безумно рала, если мы правда сможем стать друзьями! Давай будем общаться до самого последнего курса, как бы всё ни обернулось в итоге.

Её оптимизм заражает, так что весь остаток пути мы болтаем о мелочах по типу того, как жили дома, какие были отношения с семьёй и какие планы у каждого на будущее. Из разговора мне удалось узнать, что дома Дейнис делила комнату со старшей сестрой, совсем недавно закончившей академию и ждущей окончания ремонта в новом доме, кроме сестры у неё есть две матери — одна из них специализируется на лечебных травах, а другая делает обереги, обе не являются партнёрами друг для друга, так как у одной матери партнёр умер от болезни, а у второй им является живущий вместе с ними дядюшка Том (честно говоря, до этого я только слышал о том, что партнёр необязательно может быть любимым человеком, но живых примеров этого никогда не имел). А ещё она думает о том, чтобы в будущем выращивать целебные и полезные для заклинаний травы на продажу, открыв свой магазинчик. Мы даже договорились, что после учёбы я обязательно загляну к ней, чтобы самому убедиться, что новая подруга смогла добиться цели.

Но вот наконец автобус останавливается возле нужного здания, и мы заканчиваем разговор, выбираясь наружу и с восхищением разглядывая величественное сооружение перед нами. Длинное здание, украшенное небольшими скульптурами с преподавателями прошлого и основателем академии в нишах среди серых стен, множество всевозможных цветов и даже арка из вьюнков, оплетающих пару деревьев на входе. Крыши покрыты синей блестящей черепицей, окна поблескивают новым стеклопакетом и красуются тяжёлыми бархатными портьерами внутри здания такого же оттенка синего, как и черепица. Колонны из белого камня в некоторых местах лишь дополняют красоту здания, а опутывающий их зелёный плющ добавляет атмосферу древнегреческих университетов.

Осмотревшись вокруг, я понимаю, что не только мы с Дейнис ведём себя, как придурки, слишком явно восхищаясь красотой учебного заведения, куда поступили: многие другие ученики тоже смотрят на академию, как на восьмое чудо света, и мы отлично можем понять друг друга в этом: в конце концов, только студенты и работники имеют право находится на её территории и то только в положенное время, исключая каникулы и праздничные дни, когда положено быть дома: для всех остальных эта территория закрыта и любоваться зданием можно лишь на нескольких фотографиях, выложенных на официальном сайте.

Впрочем, как бы много восхищённых студентов ни было на территории академии "Дуэйн", большинство всё же не выглядят слишком поражёнными представшим перед ними великолепием: как правило, это студенты, учащиеся здесь уже не первый год, преподаватели и другие работники. Ну или ещё несколько человек, увидеть которых мне совсем не хотелось бы.

К сожалению, в магическом сообществе не запрещено использование тёмной магии и сил Тьмы, пока это не нарушает закон, чем и пользуется активно один из самых старых и знатных ведьминских кланов Рейвен. И пусть мне никогда не приходилось сталкиваться с ними лично из-за разницы в положениях наших семей, ничего хорошего слышать о клане мне не приходилось: слишком часто ходили в прошлом слухи о ритуальных убийствах и издевательствах над теми, кто не использует тёмные знания и чары. Кто-то может сказать, что слухи — это просто слухи, но я не верю, что обычные слухи повторяли бы так часто и у них было бы столько подробностей каждый раз.

И именно поэтому, стоит мне увидеть дорогой на вид чёрный автомобиль с серебристым вороном над номерным знаком, рука сама собой хватает Дейнис за запястье, прежде чем я спешу зайти в здание. Пересекаться и контактировать с кланом Рейвен не кажется мне хорошей идеей совершенно. Девушка смотрит на меня в тот момент с лёгким недоумением, однако не спорит и не сопротивляется, молча шагая следом.

Оказавшись в вестибюле, мы снова замираем, с восхищением оглядываясь вокруг. Белых колонн внутри оказывается ещё больше, хотя их, в отличие от уличных, не обвивает плющ, а украшают золотые резные узоры с растительным мотивом, потолок выложен лазурно-голубой плиткой, напоминающей своим видом распиленные камни малахита, пусть и заметно другого цвета. Белый паркетный пол с золотистыми же узорами начищен до блеска, отчего отражает свет дорогой люстры и многочисленных светильников-бра, расположенных на песочного цвета стенах, украшенных в некоторых местах мотивами из жизни академии.

Заглядевшись на всё это, я неожиданно чувствую, как лечу носом в паркет, от того, что меня кто-то толкает со спины. Не успеваю даже выругаться, как сталкиваюсь лбом с холодной поверхностью, неприятно морщась от удара, пока сидящий рядом со мной парень потирает локоть, недовольно морщась и цедя сквозь зубы при взгляде в мою сторону:

— Что за привычка дурацкая, посреди прохода стоять? Или ты дома так же делаешь?

— Мне жаль, конечно, но ты тоже не слепой, видел, куда идёшь, — огрызаюсь я хмуро, наконец позволяя себе рассмотреть парня передо мной внимательнее.

Собранные в хвост длинные волосы цвета меди падают волнами на аккуратное лицо, прежде чем их обладатель отбрасывает пряди в сторону, убирая с серых, точно ртуть, глаз, тонкие пальцы затем одёргивают белую рубашку, сидящую идеально на худощавой фигуре вместе с тёмными джинсами. На мгновение глаза цепляются за татуировку в виде лотоса, дразняще выглядывающую из-под рубашки в месте, где пуговицы на ключицах расстёгнуты, однако я быстро отвожу взгляд, стоит заметить ядовитую ухмылку со стороны незнакомца.

— Смотри сколько влезет: за просмотр денег не беру, — певуче замечает он, поднимаясь на ноги и небрежным жестом отряхиваясь. — Только держи в голове, что моему жениху не очень такое понравится, если он узнает. Мой будущий партнёр очень ревнив, честно говоря.

— Да больно ты мне нужен. И уж тем более никогда не захотел бы видеть тебя в качестве... — я не успеваю договорить, так как замечаю с ужасом вокруг своего запястья золотистый, чуть светящийся сложный узор, которого у меня раньше не было.

И всё бы ничего, но точно такой же виднеется в тот момент и на запястье возвышающегося надо мной нахального парня, который спустя несколько мгновений тоже это замечает, а потому переводит взгляд с метки на меня и обратно, прежде чем выдохнуть обречённо и в то же время с неприкрытым возмущением:

— Нет! Да этого просто не может быть,я отказываюсь в это верить! Я же знаю, что мой партнёр — мой жених, это вообще не смешная шутка!

И пока он истерит, я просто сижу на полу, не зная, что и сказать. Это определённо не то, чего я ожидал в первый день попадания в академию. Видимо, год будет действительно трудным.