Читать онлайн "Грок семь"

Нестерпимая жажда вырвала его из забытья. Каждая клетка тела вопила о влаге, изнывая от невыносимой сухости. С трудом разомкнув слипшиеся веки, он увидел лишь безбрежное море барханов, простирающееся до самого горизонта.

«Опять этот песок… Жёлтый, безжалостный, выжигающий душу песок…»

Растерянно оглядевшись, мужчина бессильно рухнул обратно, погружаясь в мучительную дрёму.

Ночь обрушилась ледяным холодом. Температура, упавшая почти до нуля, в сочетании с жаждой, вновь вернула его к реальности. Дрожь пронзала тело, не позволяя оставаться на месте. Оставалось лишь ползти… ползти вперёд, вслепую. Люди по-разному встречают лицом к лицу смертельную опасность. Кто-то замирает в ожидании неминуемого конца, кто-то теряет рассудок, другие же сами обрывают нить своей жизни… Бесчисленное множество путей, и все они ведут в никуда. Но в нём, казалось, жила неугасаемая искра жизни, заставлявшая сначала идти, а потом ползти сквозь время и пространство, оставляя за собой зыбкий след, который безжалостный ветер заметал спустя мгновения…

«Кто я? Не помню ничего», – эта мысль сверлила мозг. – «Как я здесь оказался? Что со мной сделали? Где я?»

И он полз, упрямо цепляясь за ускользающую надежду. Временами казалось, что это предел, что сил больше нет, и он не сможет подняться. Но, словно заклинание, повторял себе:

«Ещё один шаг… только один… потом отдохну».

И делал его, этот шаг, потом ещё один, полз, не останавливаясь, медленно, но неумолимо.

«Сколько мне осталось?»

Вопрос застыл в голове, когда впереди, словно мираж, возник оазис, в ночной мгле сиявший островком спасения. Горящие факелы, воткнутые в землю, освещали несколько домиков, сгруппированных вокруг колодца. Прилив неведомой силы охватил его, и он пополз к свету, ведомый призрачной надеждой. Предвкушение живительной влаги толкало вперёд, выжимая последние капли энергии из измученного тела. И когда он, наконец, достиг спасительного островка, силы оставили его, и он рухнул на землю, погружаясь в беспамятство.

Пробуждение было внезапным, словно удар молнии. Он лежал на грубом лежаке. Не осталось и следа от слабости и жажды, лишь необычный, почти забытый прилив сил. В дверях стоял незнакомец.

– Долго же я тебя искал по всем слотам. Дурень! Зачем ты полез туда, куда не следовало? Это что, такая изощрённая форма суицида? – незнакомец ткнул себя в грудь и ухмыльнулся. – Но я всё-таки вытащил тебя! И это здорово!

– Ты кто? – лишь это и смог выдавить он, резко поднявшись с лежака.

– Солнце тебе мозги расплавило? Не узнаёшь меня? Да это же я! Алекс Вагнер! – незнакомец выпрямился во весь свой богатырский рост и отсалютовал. – Опять память отшибло?

Выглядел он странно. Типичная армейская форма цвета хаки, вкупе с мужественной выправкой, недвусмысленно намекали на его профессию. Единственное, что резало глаз, – это разнообразные вставки из шлейфов, сенсорных экранов и чёрных панелей, вмонтированные прямо в одежду. Особенно выделялся большой дисплей на левом предплечье.

– Наконец-то нахожу своего лучшего друга, возвращаю его к жизни, а он даже не узнает меня! – Алекс присел рядом и посмотрел ему прямо в глаза. – Ты имя своё помнишь?

***

Кириллу нужно было спешить. Рассказ Алекса казался невероятным, бредовым, но если хоть капля правды в нем была, действовать следовало незамедлительно. В душу кралась гнусная мысль, шептала сомнения: а вдруг это болезненное наваждение, глупая шутка воспалённого сознания? Алекс утверждал, что он Кирилл Поддубский – виртуозный творец искусственных миров. Сейчас Кирилл плёлся за своим новообретённым знакомым по зыбкому пространству между «слотами», как их называл Алекс. Их путь лежал по узкому лучу, источавшему призрачный желтоватый свет, словно по нити, сотканной из лунного сияния. Вокруг простиралась бездонная тьма, поглощающая все звуки и краски. От основного луча то и дело отходили другие, ведущие к неведомым слотам, а впереди, в немыслимой дали, все эти светящиеся нити сплетались в гигантскую, пульсирующую паутину, зловеще мерцающую во мраке.

– Как мы не падаем? – Кирилл попытался ступить в непроглядную черноту, но упругая сила вернула его обратно на луч.

– Здесь некуда падать, нет ни верха, ни низа, – усмехнулся Алекс, – Единственная гравитация здесь – этот луч. Так что не отставай, гений! – и прибавил шаг.

***

– Ну вот мы и на месте! – Алекс энергично шагнул в гидравлический проём, ведущий в обитель его знакомого – по его словам, гения в области изучения глубин мозга, изобретателя, сумевшего заточить человеческую память в цифровой код.

– Эй, док, здравствуй, старина!

– Сейчас занят, Алекс, — отозвался старик, на вид лет семидесяти, прикованный к триптиху мерцающих дисплеев. На одном экране заворожённо кружилась спираль ДНК, на двух других мелькали каскады цифр. Заметив Кирилла, словно очнувшись, он отлепился от мониторов и зашарил в заваленном бумагами столе. — Здравствуй, рад видеть. Очередной сеанс сохранения?

– Сеанс чего? – Кирилл опешил. – Мы знакомы?

– О да, мой мальчик. Меня зовут Вениамин Александрович. Вот оно! – триумфально извлёк профессор из недр стола небольшой чёрный цилиндр.

– У него, в очередной раз, полная амнезия, – вмешался Алекс. – Ты должен ему помочь.

– Разумеется. Кажется, вот твой образ, Кирилл… – Док прищурился, разглядывая приклеенную к цилиндру записку. – Сделано две недели назад.

– В этой штуке – мои воспоминания?

– Не только. Твои навыки, рефлексы, весь арсенал фобий и скелетов в шкафу. Всё, что делает тебя тобой.

– Можно? – Кирилл, ощущая тревогу, робко протянул руку.

– Конечно, бери, – профессор протянул цилиндр.

– Похоже на кусок трубы, – пробормотал ошеломлённый Кирилл, разглядывая артефакт.

– Ты даже не представляешь, какая бездна информации в нём заключена, – загадочно улыбнулся профессор.

– Давай грузи уже, времени в обрез, – Алекс терял терпение. Дела ждали, секунды утекали сквозь пальцы.

– Хорошо, хорошо, сейчас начнём, – Док извлёк из обшарпанного плексигласового шкафа клубок проводов. – Садись сюда.

Он указал на стул, подозрительно напоминавший электрический.

– Это безопасно? Вдруг что-то пойдёт не так?

– Раньше ты не спрашивал, – усмехнулся Алекс, извлекая из кармана сигару. Тягучий дым расползся по лаборатории.

– Абсолютно безопасно, не переживай. Садись, – профессор силой усадил Кирилла в кресло, фиксируя его ремнями. На голову водрузил шлем, утыканный тысячами тончайших игл, замерших в миллиметре от кожи.

– Тебе бы ещё мою тиопенталоновую смесь вколоть, чтоб судорог не было, – профессор снова полез в стол. – Иначе от потока информации тебя скрючит, как в прошлый раз, – задумчиво закончил Вениамин Александрович.

– Какой раз?! – голос Кирилла дрогнул.

– Спокойствие, только спокойствие. Сейчас укольчик – и всё будет тип-топ. Расслабься, сынок, — ответил Док, вгоняя иглу в вену.

После укола Кирилл мог только видеть. Тело обмякло, онемело. Он превратился в послушную марионетку. Профессор вставил цилиндр в специальное гнездо и запустил программу.

– Сколько времени это займёт? – спросил Алекс.

– Пару-тройку часов. Всё, не мешай, нужно настроить параметры.

Всё началось внезапно. Кирилл зажмурился, но тщетно. Перед глазами плясали калейдоскопы света. Поток информации разогнал время до безумия. Окружающий мир замер. Кирилл смотрел на муху, словно в замедленной съёмке пересекающую пространство между глазом и кончиком носа, а в сознании рождались воспоминания, нахлынувшие стремительным потоком…

Калейдоскоп отрывочных воспоминаний услужливо подбросил картину прошлого: он зарабатывал на жизнь, создавая слот-миры, этакие цифровые аквариумы, которые продавал всякому, кто был готов выложить кругленькую сумму. Суть слот-миров была проста: относительно небольшой мирок, размер которого варьировался в зависимости от прихоти заказчика, заключённый в вирт-пространстве. Это самое вирт-пространство было открыто достаточно давно, но долгое время оставалось лишь диковинкой, технологической игрушкой. И только с изобретением гиратора частиц, позволяющего физическому телу проникать в его зыбкую реальность, началось его бурное освоение. Вскоре выяснилось, что с помощью гиратора можно конструировать трёхмерные зоны, кубические оазисы, и даже… вселенные. Последнее, впрочем, оставалось не более чем теорией, ведь для создания полноценной вселенной требовалась колоссальная, невообразимая энергия. Как оказалось, даже обладая подобным энергетическим ресурсом, воссоздать космос было невозможно. Человечество довольствовалось малым: постепенно создавались слот-миры, чей объем не превышал одного миллиона кубических километров. Превышение этого лимита приводило к коллапсу, необъяснимому для учёных, лишь разводивших руками в бессилии. Обычно слоты создавались куда меньших размеров, не превышая десятой части от допустимого максимума. Даже такой скромный размер стоил целое состояние, доступное лишь избранным. Оставалась одна нерешённая проблема – проблема перемещения. Изначально гиратор представлял собой громоздкое сооружение, занимавшее пространство, сравнимое с трёхэтажным домом, и требовал для своей работы персональный ядерный реактор. Такие стационарные гираторы пожирали мегатонны энергии за один переход. Но вскоре и этот барьер был преодолён – был создан миниатюрный нано-гиратор, аккумулировавший энергию, достаточную для перемещения одного человека из слота в мета-мир и обратно. Мета-мир – своего рода предбанник вирт-пространства, буферная зона, через которую осуществлялись переходы между слотами. Нано-гиратор был устроен таким образом, что самозаряжался, находясь в мета-мире, и полного заряда хватало на два прыжка: в слот и обратно в буфер, где он вновь подпитывался энергией. Люди обрели почти безграничную свободу перемещения между мирами. Это был технологический прорыв, сравнимый с изобретением колеса.

И вот, к Кириллу, как к лучшему VR-архитектору, обратился анонимный заказчик с просьбой закончить незавершённый проект под названием «Грок семь». Его создателем был Алан Фаск, светило программирования, недавно и, по слухам, загадочно почивший. Незнакомец посулил Поддубскому баснословную сумму, если тот доведёт проект до конца. Как выяснилось, это была не просто программа, а некий симбиотический организм, сплав цифрового кода и биологической ДНК. Получив исходные материалы, Кирилл обнаружил, что «Грок семь» способен свободно перемещаться в мета-мире и даже проникать из слота в слот. Но и это было не пределом его возможностей. На основе этого кода можно было создать программу, способную, встраиваясь в матрицу слота, изменять его структуру.

После нескольких месяцев изнурительного труда Кирилл завершил работу, передал её анонимному заказчику и, не особо вникая в его мотивы, получил обещанный гонорар. Позже, гораздо позже, он стал замечать странные аномалии: многие слоты начинали самопроизвольно расширяться, достигая критических размеров, и в итоге превращались в цифровой пепел. Население охватила паника. На устах у всех было одно слово: вирус. Поддубский с ужасом осознал, что всему виной мог быть только… «Грок семь». Горькое раскаяние терзало его душу. Именно он, в конечном счёте, был виновен в происходящем. Необходимо было остановить эту заразу.

На этом обрывались воспоминания, старательно извлечённые из глубин его памяти добрым доктором Вениамином Александровичем. Последним, что запечатлелось в памяти Кирилла, был сеанс сохранения, что было вполне объяснимо.

Кирилл открыл глаза и, взглянув на часы, встроенные в стену, понял, что просидел в кресле четыре часа, которые показались ему целой вечностью. Действие препарата закончилось.

– Наконец-то ты очнулся, – Вагнер, казалось, так и не покидал кресла.

Профессор по-прежнему что-то изучал на мониторах, словно и не замечал пробуждения пациента.

– Я всё вспомнил, Алекс. Я вспомнил, кто ты. Невероятное ощущение. Слишком резко всё вернулось, – Кирилл задумался. – Нужно действовать. И отстегни меня от этого чёртова стула, все тело затекло!

– Отлично! – Вагнер поднялся. – Он освободил Кирилла от ремней и повернулся к доктору, который, казалось, только сейчас заметил, что его пациент пришёл в себя. – Спасибо тебе, ты нам очень помог, – с улыбкой обратился Алекс к старику. – За мной должок, дружище.

– Не за что, заходите ещё, я всегда рад помочь, – ответил Вениамин Александрович, провожая их к выходу и закрывая за собой дверь.

***

Они шли по улице, и Кирилл неотрывно смотрел на песок, плясавший под порывами ветра, словно живое существо.

– Вирус добрался и до этого мира?

– Сложно сказать. Он изменился… эволюционировал. Насколько я понял, он вынюхивает слоты, собирает информацию, прежде чем нанести удар, – Алекс прибавил шаг. – Нам нужно спешить. Неподалёку у меня есть укромный мирок, своего рода «командный пункт», где ты сможешь узнать все, что произошло за время твоего отсутствия.

– А док в курсе?

– Ты видел, чем он занимается?

– Заметил лишь, что он ставит какие-то эксперименты с искусственными органами.

– Он пытается вырастить себе второй мозг! Представляешь? По-моему, старик тронулся, – Вагнер махнул рукой. – Ладно, мы на месте. Можно переходить в буфер.

Кирилл остановился, в недоумении нахмурив брови.

– Раньше я за ним такого не замечал…

– Несмотря ни на что, я доверяю старику. Это лучший доктор из всех, кого я знаю. Не раз меня чинил после боевых вылазок, — Алекс провёл рукой по груди.

– У меня есть вопрос…

– Давай, – Алекс смотрел на него со вниманием.

– Как ты вытащил меня из того слота? Ты ведь не давал мне нано-гиратор.

– Элементарно, – Вагнер усмехнулся. – Док собрал мне гиратор, позволяющий перемещать до трёх человек сразу. Вот он, красавец, – Алекс продемонстрировал свою левую руку. – Дисплей из прозрачного титана, сам аппарат распределён равномерно по всей руке и совсем не громоздкий. И самое главное — он совмещён с компьютером. Я могу настраивать любые параметры.

– Классная игрушка, – VR-архитектор улыбнулся. – А мне гиратор полагается? Или ты собираешься таскать меня за собой, как щенка?

– Конечно, полагается. Я как раз собирался тебе его вручить, – Алекс протянул только что извлечённый из кармана металлический обруч шириной с ладонь, с небольшим дисплеем и кнопками. – Держи, усовершенствованная модель. Переход за наносекунды и весьма компактен.

– Замечательно! – Кирилл надел обруч на запястье.

– Теперь не потеряешь. Снять его сможет только владелец. – Алекс запускал свой гиратор. – Ну, что, вперёд?

– Вперёд!

***

Тьма мета-мира встретила напарников. В этом калейдоскопе световых лучей ориентироваться без «компаса» было немыслимо. Тот, словно верный поводырь, горел на дисплее, указывая путь к координате желанной цели. Первопроходцы, лишённые этого цифрового ока, часто блуждали в бескрайних просторах сети.

Пока Кирилла захлёстывала волна воспоминаний, Алекс, определив координаты, уверенно направился по одной из струн света.

– Не отставай, Кирилл, – обронил Вагнер, заметив заминку Поддубского.

– Иду, иду…

***

Звезда, напоминающая Солнце, царила в зените. Лёгкий бриз с моря ласкал кожу прохладой. Вокруг – симфония аккуратно подстриженных деревьев и кустов, перемежающаяся яркими акцентами декоративных клумб. Алекс, ступая по тропинке, бережно огибающей каждый элемент этого рукотворного рая, направился к дому.

– Володя, ты где? – властно позвал Вагнер.

– Я здесь, хозяин, – из-за угла плавно выплыл андроид. Модель, казалось, сошла со страниц истории технологий, но, несмотря на свой возраст, Володя выглядел на удивление свежо. Чёрный лакированный корпус искрился, словно робот только покинул конвейер.

– Ты получил мои указания?

– Да, все подготовлено, Алекс.

– Прекрасно, тогда проводи Кирилла в его комнату и предоставь ему все собранные данные, – Алекс уже поднимался по ступеням на второй этаж. – А я пока передохну.

Андроид повернулся к VR-архитектору:

– Следуйте за мной.

***

Володя, проводив Поддубского, исчез по поручениям Вагнера, оставив Кирилла наедине с тишиной и чужими стенами. Комната дышала сдержанной роскошью: кровать, отделанная темным деревом, личная ванная комната с мерцающей хромом сантехникой, массивный письменный стол, словно сошедший со страниц классического романа. Но взгляд зацепился за другое – за угловатый силуэт флагманского компьютера. К нему был подключён нано-гиратор, пульсирующий в режиме сканирования мета-мира, словно живое сердце. Мощность машины позволяла в реальном времени препарировать буфер слотов, выявляя малейшие отклонения. Поддубский, погрузившись в дебри файлов, обнаружил логи наблюдения, берущие начало в зловещей точке отсчёта – дате запуска вируса. Автоматически построенная кривая распространения взмывала ввысь, подобно языку пламени, пожирающего мир. Сотни слотов уже превратились в пепел, и осознание этой чудовищной катастрофы обрушилось на Кирилла всей своей тяжестью.

Вина разъедала его душу. Миллионы жизней оборвались из-за его ошибки. Необходимо найти решение, остановить расползающуюся смерть. Он судорожно анализировал графики, препарировал код «Грока семь», ища брешь, уязвимость. Но тщетно. Вирус, словно хамелеон, мутировал, адаптируясь к любой угрозе. «Он разумен?» – промелькнула леденящая мысль. «Как остановить эту чудовищную эволюцию?» – вопрос терзал его разум, не находя ответа.

Почти сутки Кирилл не отрывался от экрана, погруженный в пучину цифрового кошмара. Глаза горели, слезились, но он не замечал усталости. Все его существо было подчинено одной цели – спасти мир. Таблетки, рассыпанные вокруг клавиатуры, с переменным успехом боролись с сонливостью и голодом. Когда отчаяние уже готово было захлестнуть его, решение возникло внезапно, яркой вспышкой озарившая тьму. Просканировав мета-мир, он обнаружил, что щупальца «Грока семь» проникли почти во все ячейки, включая и эту. Бежать! Бежать, пока не поздно!

– Нам нужно уходить, Алекс! Твой дом скоро перестанет существовать! – крикнул Кирилл, врываясь в гостиную, где Вагнер спокойно завтракал.

– Что?! Ты уверен? – Алекс от неожиданности подскочил.

– Да. И ещё… человечество на грани вымирания, – тихо произнёс Поддубский.

– А ты можешь это остановить? – нервы Вагнера начали сдавать, голос сорвался.

– Не знаю… но думаю, я смогу отрезать один из слотов. Но только один. Это возможно сделать только изнутри самого слота, и для этого потребуется чудовищное количество энергии. Остался лишь один мир, куда ещё не добрался вирус. Это наша последняя надежда.

– Какой? – Алекс вплотную подошёл к нему, словно пытаясь вытянуть ответ из самой его души.

– Новый Эдем, – выдохнул Кирилл.

Новый Эдем – первый из созданных слотов, мир, полностью посвящённый промышленности. Его энергия питала бесчисленные другие миры. Там жили учёные и рабочие, фундамент этой хрупкой цивилизации.

– Хорошо. Мы обязаны спасти его. Поспешим…

Вагнер позвал Володю для последних указаний.

***

Переход в буфер заставил сердца друзей забиться в тревожном ритме – их взгляд выхватил тончайшие нити зловещей субстанции, скользящие вдоль лучей к соседним мирам.

– Бегом! – крик Алекса разорвал тишину, когда он заметил, как бездонная тьма, прежде казавшаяся невинной, словно голодный зверь, начинает медленно подкрадываться к его ботинкам.

И они сорвались с места, оставляя позади сотни обречённых миров. Когда силы почти оставили их, бег перешёл в шаг, а потом и вовсе в мучительную остановку. Кирилл опустил взгляд и похолодел – подошвы ботинок были изъедены, словно молью, превратившись в отвратительную губку.

– Координаты… быстрее! – выплюнул Поддубский, задыхаясь от бега и страха.

Вагнер впился взглядом в дисплей, лихорадочно вычисляя их местоположение.

– Почти… ещё немного, и можно прыгать.

– Успели… – прошептал Кирилл, и в его голосе впервые за долгое время прозвучала слабая надежда.

***

Город задыхался в смоге, очистители воздуха захлёбывались, не справляясь с утробным дыханием заводов. Слот ломился от беженцев. Люди, бегущие от вируса, искали спасения, но дальше Нового Эдема бежать было некуда – первый мир, последний предел. Здесь, в хаотичном муравейнике, они и оседали. Друзей окружил оглушительный хаос: беготня, крики, отчаяние. Нищие цеплялись за одежду, моля о милости, а в тенях толпы, словно юркие крысы, сновали карманники.

– Ты здесь бывал раньше? – спросил Алекс, отмахиваясь от назойливых рук бездомных.

– Да-а-а… – протянул Кирилл, – было дело…

– Нам необходимо попасть к Администратору слота. Он должен предоставить нам оборудование, это жизненно важно. – Вагнер, не говоря ни слова, перехватил руку воришки, пытавшегося его обчистить, и с хрустом сломал её.

– Точно, он не имеет права отказать, на кону судьба человечества! Алекс, зачем так? – Кирилл с ужасом посмотрел на корчившегося от боли оборванца.

– Не отвлекайся. Показывай дорогу, дорога каждая секунда. – Вагнер уже прокладывал себе путь сквозь толпу, заставляя Кирилла поспешно догонять его.

***

Вскоре они оказались в приёмной Админа, как его здесь называли. Комната была забита людьми, ожидавшими своей очереди на вытертых диванах. На стенах мерцали экраны, транслируя местное телевидение. Попасть к Администратору Марку Вяземскому оказалось почти нереально. Вход в кабинет охраняла стальная дверь, способная выдержать прямое попадание ракеты. Пароль менялся после каждого посетителя. Админ явно дорожил своей безопасностью.

Вагнер шагнул к секретарю за металлическим столом.

– Здравствуйте. Нам необходимо немедленно попасть к Администратору.

– Извините, но это невозможно. Пропуск выдаётся только по предварительной записи, – монотонно, как робот, ответила девушка, уткнувшись в монитор.

– Вы не понимаете, – вмешался Поддубский, – от этого зависит судьба человечества! Вирус вот-вот доберётся до Нового Эдема!

– Без очереди нельзя, таковы правила, – взгляд девушки оставался отстранённым.

– Я агент Службы Слот-Безопасности. Слышали о такой? Пропустите меня немедленно! – рявкнул Алекс, предъявляя удостоверение. Кирилл опешил. «Невероятно! Алекс Вагнер, которого я знаю всю жизнь, скрывал от меня самое важное!» Секретарь замерла, только сейчас осознавая смысл происходящего, и побледнела. Забормотав извинения, она продиктовала пароль. Кирилл улыбнулся и двинулся следом за другом, открывавшим дверь в кабинет. Вяземский был пожилой мужчина с благородной сединой, в строгом деловом костюме. Он стоял спиной к вошедшим, опираясь на трость и устремив взгляд на раскинувшийся внизу город.

– Я слышал ваш разговор в приёмной. Итак, вы считаете, что Эдем можно спасти? – произнёс он, медленно поворачиваясь.

– Я почти на девяносто процентов уверен в этом, мистер Вяземский, – ответил Кирилл.

– Хорошо… Чем же я могу вам помочь?

– Мне нужен ядерный реактор, нано-гиратор промышленного типа и самый мощный компьютер.

– Вы понимаете, что просите? Это ведь не так просто. Потребуется целая гора документов. – Админ нервно передёрнул плечами.

– Предоставьте ему всё под мою ответственность. Судьба людей важнее бумажной волокиты, – отрезал Вагнер, протягивая ему документы агента ССБ.

– Я обязан подчиниться. Но мне нужно время, – Марк потянулся к видеофону.

***

Через пару часов Кирилл Поддубский уже восседал пред алтарём технологий – клавиатурой компьютера, повелевающего разрывом нити, связующей слот-миры. Настройка завершена безупречно, каждый элемент схемы пел в унисон, подчиняясь заданной гармонии. Программа управления, подобно послушному джинну, уже томилась в недрах машины, готовая к действию. Взор Кирилла, как у снайпера, был прикован к монитору, где плясали руны чисел, исповедующие состояние каждого прибора.

– Когда «Грок семь» достигнет Эдема? – Алекс, сгорая от нетерпения, буравил взглядом плечо Поддубского.

– По расчётам, вирус доберётся до нас примерно через час, – VR-архитектор, облачённый в мантию готовности, предвкушал начало ритуала, – перед тем, как я начну, поведай мне, почему ты хранил молчание? Что ты за призрак из ССБ? Почему ты один? Разве вас не должна быть целая армия? Неужели на твои плечи возложили бремя спасения всего человечества? – Кирилл обрушил на него шквал вопросов, словно пулемётной очередью. – Не верю, что я единственный, кто нашёл выход из этого лабиринта…

– Всё не так просто, Кирилл. Я не один. Как только стало известно о вирусе, отобрали лучших из лучших. Ты проговорился о своей работе над этим проектом, и мы вышли на твоего заказчика. Кто он – мы узнали, но где он – так и не выяснили. Ушёл в мета-мир и канул в Лету. Сумасшедший учёный, Владимир Босх, одержимый мета-миром. Раньше он работал в Службе Безопасности, но его выгнали взашей. Он бредил слот-буфером, его скрытым потенциалом… Хотел доказать, что мы недооцениваем его. Узнал, что Алан Фаск тоже копал в этом направлении. Убил его, чтобы украсть разработки, но не смог разобраться. Поэтому и нанял тебя. Когда ты завершил проект, Босху не составило труда внедрить вирус. Мы попросту проморгали, недооценили масштаб угрозы. Этот маньяк, запустив заразу между мирами, скорее всего, уже поплатился за это жизнью, – Алекс посмотрел Кириллу прямо в глаза, и в этом взгляде читалась ненависть. – И поделом ему.

– А где остальные члены команды?

– Они, как и я, ищут свои пути решения проблемы, чтобы не мешать друг другу. Возможно, кого-то уже нет в живых. Кто-то пытается изолировать миры, обрубая нити. Связи между нами нет.

– Хорошо, допустим, я верю тебе. Но один вопрос гложет меня с самого начала. Как я оказался в той пустыне с провалом в памяти? – Кирилл перевёл взгляд на дисплей, где завершался сбор данных. До старта оставались мгновения.

– Не знаю, что заставило тебя искать помощи у клана Борей – этих скользких торговцев оружием? Осмелюсь предположить, ты, стремясь искупить содеянное, отчаянно нуждался в союзниках и оборудовании. Они заставили тебя работать на них, пообещав всё необходимое взамен. А когда ты выполнил свою часть сделки, они, посмеявшись над тобой, стёрли твою память и бросили умирать в пустыне. Я с трудом нашёл тебя… – Алекс запнулся. – Ну же, начинай, времени почти не осталось.

Кирилл дал старт программе. До прибытия вируса оставалось меньше часа, и каждая секунда была на вес золота. На экране появилась шкала выполнения, с процентами, ползущими вперёд, словно улитки. Все вокруг замерли в безмолвной молитве – Алекс Вагнер, Марк Вяземский, рабочие, прикованные к мониторам – все взгляды устремились на дисплей компьютера. Два процента… Включился таймер, отсчитывая оставшееся время – до разрыва оставалось пятьдесят мучительных минут.

– Мы не успеем! Нужно ускорить процесс! Мне придётся войти в мета-мир, – Кирилл смотрел в пустоту. – Я выиграю нам время. – Кирилл обратился к Админу: – Мне нужен ускоритель нано-частиц и химзащита. – Когда Марк кивнул в ответ, Поддубский повернулся к Вагнеру: – Алекс, ты останешься здесь. Ты нужен для контроля. Не стоит притворяться, ты разбираешься в этом немногим хуже меня. Тебя не зря приняли в службу безопасности. В мета-мире ты будешь бесполезен, остановить вирус могу только я. Ведь я создавал часть его кода, – потупив взгляд, Кирилл слабо улыбнулся.

Тем временем Поддубскому принесли всё необходимое.

– Мне пора, – Кирилл поднял взгляд. – Увидимся, когда всё закончится.

Облачившись в защитный костюм и вооружившись ускорителем, Кирилл тщательно проверил амуницию. Убедившись, что всё на месте, он махнул рукой на прощание и растворился в мерцающем пространстве мета-мира. На дисплее компьютера отображалось двадцать процентов. До прибытия вируса оставалось тридцать минут. Вагнер подумал, что «Грок семь» явится примерно на шестидесяти процентах.

– Давай, парень, я знаю, что ты его задержишь…

***

Кирилл приблизился к месту разрыва. Струна здесь мутировала, словно её связали в болезненный клубок. Узел этот непостижимо рос, а нить, убегавшая от него вдаль, иссыхала, теряя былое свечение.

«Когда этот гнойник достигнет критической массы, нить лопнет, разнеся всё вокруг», – пронеслось в голове Кирилла, и он задумчиво оглядел нано-ускоритель в своей руке, пытаясь подтвердить свою гипотезу.

Едва уловимый шорох заставил Поддубского бросить взгляд на таймер: десять минут.

«Приготовься, Кирюша, за тобой человеческие жизни. Пути назад нет».

Он принял боевую стойку, крепче сжав оружие. Вязкая тьма кралась по истончающейся струне к узлу, за которым стоял Кирилл. Остановившись на полпути, она вздыбилась, превращаясь в гротескную башню. В центре её зияла трещина, разрастаясь вместе с этой зловещей конструкцией. Поднявшись на метр, тьма обрела подобие разверзнутого рта, изрыгающего невнятные звуки, которые с каждой секундой оформлялись в человеческую речь. Кирилл начал различать слова.

– Я знаю, что ты задумал. Решил вырвать свой ничтожный мир из мета-реальности. Тщетно. Удивляюсь твоей наивности – пытаться контролировать процесс извне, – голос был сиплым, сухим, словно скрежет металла по стеклу.

– Кто ты? – Кирилл не выказал удивления, но осознание того, что вирус эволюционировал, вызвало в нем целый шторм вопросов и догадок.

– Я – конструктор!

– Я не собираюсь бороться с тобой. Лишь хочу спасти этот мир, – Кирилл чувствовал, как пот заливает лицо. Крупная капля сорвалась со лба и, упав на корпус ускорителя, рассыпалась мелкими искрами.

– Ты не первый безумец, возомнивший себя спасителем. Я поглотил множество миров, падких на аналогичные иллюзии. Но и ты опоздал! Ха! Ты упустил свой шанс, теперь я поглощу твой мир!

Поддубский направил оружие в клубящуюся черноту и нажал на спуск. Беззвучный импульс распылил тьму в прах, осевший на истончающейся нити. Издалека донеслось шипящее проклятие:

– Ты пожалеешь об этом!

Кирилл пожал плечами. Направив дуло ускорителя на узел, он отчаянно пытался вызвать детонацию, понимая тщетность этих усилий. Ожидание терзало, хотелось действовать – взгляд на дисплей: пять минут…

Чёрная лавина неслась на него, ускоряясь с каждым мгновением. Кирилл палил в неё из ускорителя, но это было каплей в море – пробоины мгновенно зарастали. Узел света разросся до метрового диаметра. Достигнув его, тьма заколебалась и устремилась к Кириллу. Ускоритель раскалился от непрерывной стрельбы, но продолжал исправно уничтожать подступающую черноту.

«Не пройдёшь!!!» – билось в голове, когда он в очередной раз взглянул на таймер.

Внезапно Поддубский с ужасом осознал, что не выдержит этих мучительных секунд. Вирус почти преодолел узел. Оружие выплюнуло струйку дыма, отказываясь работать дальше. В порыве отчаяния Кирилл швырнул ускоритель в чёрную бездну. Тьма отпрянула, с жадностью поглощая металл, и замерла на мгновение.

«Я выиграю время. Это мой долг!»

Он взглянул на дисплей – шестьдесят секунд. Тьма снова пришла в движение.

– Вперёд! Ты должен спасти Новый Эдем! – прошептал он, надел шлем и бросился навстречу надвигающейся черноте.

Перепрыгнув световой узел, он побежал как можно дальше, создавая помехи продвижению вируса. Костюм медленно разрушался, но недостаточно быстро для ненасытной тьмы. Кирилл оглянулся: возле шара не было тьмы – вирус решил сначала разделаться с ним. Острая боль пронзила правую ногу. В штанине потекла горячая струйка крови, тут же исчезнувшая в чёрном вакууме.

– Су-у-у-ка… – закричал Кирилл от нестерпимой боли.

Левая нога уже растворялась во мгле. Он упал на живот, оказавшись в объятиях чёрной смерти.

«…это конец… я знал… с самого начала знал, что умру…»

Невыносимая боль разрывала его, тьма жадно вгрызалась в плоть, пожирая его тело…

Лучший VR-архитектор своего времени Кирилл Поддубский, не услышал долгожданного взрыва энергии, освобождающейся из шара. Но взрыв совершил последнее благое деяние – подарил Поддубскому быструю смерть.