Читать онлайн "Легенда Аурелии Царицы Тьмы"

Легенда Аурелии

Царицы Тьмы

Казначеев

Вячеслав Николаевич

От автора.

Перед Вами плоды моего творчества, не важно в каком виде книга попала к вам, в напечатанном в виде электронной версии или аудио.

Легенда Аурелии, это не просто рассказ в стиле Dark fantasy, это видение мира, поступков людей без привязки времени. Эта история актуально в любые временя.

В конце рассказа вы можете найти информацию, о ресурсах, где можно послушать аудио версии, посмотреть анимацию к рассказу и послушать Рок-оперу к произведению.

Желаю вам приятного чтения. Благодарю, что выбрали мой труд для чтения.

С уважением автор Казначеев Вячеслав Николаевич.

Глава первая: Свадьба Князя Тьмы.

«В тёмном мире нет лжи и предательства,

лишь рыскания и наказание»

В глубинах подземного мира, где тени сплетаются в причудливые узоры, а воздух пропитан древними заклинаниями, восседал на троне Князь крови — столетний владыка теней. Его дворец был выстроен из чёрного камня, а залы наполняли шёпоты покорённых духов. Ему подчинялись твари, рождённые из мрака и страха: крылатые тени, ползучие кошмары и стражи с глазами, горящими алым огнём.

Князь смотрел в зеркало, отражающее миры. Оно показывало ему всё: битвы далёких королевств, тайны древних магов, судьбы смертных. Но сердце его оставалось пустым.

Однажды зеркало показало ему девушку. Она стояла на балконе замка, и ветер играл её золотыми волосами. Её улыбка была ярче солнца, голос — словно пение райских птиц. Князь почувствовал, как в его холодной груди зародилась искра чего то неведомого — искра любви.

Он никогда не испытывал это чувство.

«Боль в груди, странное ощущение, я ведь не чувствую боли», — произнёс Князь.

Князь раз за разом видел этот образ уже не только в зеркале судьбы, но и во снах, и даже просто закрывая глаза. И принял Князь тьмы решение покинуть своё царство и отправиться в мир людей, чтобы найти эту девушку и предложить ей вечность рядом с ним.

«Зачем мне нужна корона, если нет здесь любви? — размышлял он. — Могу я править в подземном мире, править могу на крови. Но нет мне покоя от царства на троне, пришла пора выйти из тьмы».

В один из дней вечности вызвал Князь тьмы к себе верного советника — древнего духа по имени Муран.

— Я отправляюсь в мир людей, — объявил Князь. — Найди для меня облик, достойный смертных глаз, но сохрани частицу моей силы.

Муран склонился в поклоне:

— Будет исполнено, мой повелитель.

Князь принял облик благородного графа с бледной кожей и пронзительными серыми глазами. В его взгляде читалась вековая мудрость, а движения были полны нечеловеческой грации. Князь вновь подошёл к зеркалу судьбы и произнёс:

— Силой, данной мне тьмой, повелеваю: открой мне имя этой смертной.

Зеркало потемнело, и на глади стекла стали появляться буквы.

— Аурелия, — прочёл Князь тьмы, и стены его замка содрогнулись.

— Я найду тебя, Аурелия, — прошептал он. — И предложу вечность рядом со мной. Ты станешь царицей тьмы — моей равной, моей спутницей в вечности.

В день, когда весна пробуждала природу от зимнего сна, родилась дочь у царя Элара и королевы Лианны. И имя ей дали в честь яркой звезды, что светит на западе ночью, — назвали её Аурелией.

Трубят трубы царства земного царя, епископ дитя выносит.

— О славься, царь, жена одарила тебя! Дочь станет женой будущего короля! — произнёс епископ.

В ночь её рождения небо озарила падающая звезда, и мудрецы сказали:

— Эта девочка принесёт перемены. Её судьба переплетена с силами, что старше самого мира.

С самого детства было ясно: Аурелия не похожа на других. Когда она плакала, начинался дождь. Когда веселилась, то солнечные лучи пробивались даже через плотные и мрачные тучи. Её красота была неземной, а нрав — непокорным. Она отказывалась следовать правилам этикета, предпочитая скакать на лошади по лугам и читать древние книги в библиотеке.

Царь мечтал найти для неё достойного жениха, который смог бы стать опорой государству. Но Аурелия не желала подчиняться чужой воле.

Князь тьмы вышел из замка. Перед ним стояли его верные слуги тьмы — предводители его армии. Муран подвёл к Князю тьмы коня. Конь извергал пламя из рта и высекал искры из под копыт. Князь тьмы поднял руку вверх, тело его покрылось молниями, и старинный фрак превратился в доспехи. На плечах торчали шипы, а в руке князя — меч, и меч тот горел ярким пламенем.

— Мой повелитель, — прошептал Муран, — помните: ваша сила в земном царстве ограничена. Вы не сможете призвать тени, пока не обретёте опору в этом мире.

Князь кивнул, вскочил на коня. Конь вздыбился, и Князь тьмы поскакал мимо нескончаемых рядов его войска. Конь высекал искры, и за ним оставался лишь огненный след.

Путь Князя был долгим — через земли призраков, где туман стелился по земле, а голоса ушедших шептали предостережения. Затем — через леса древних духов, чьи деревья помнили рождение первых королевств. И наконец он прибыл к границам земного царства.

Князь тьмы произнёс заклинание. Перед ним появились всполохи света. Лучи солнца прорезали тьму, дым и пламя, и открылся портал в земное царство. Князь тьмы ступил за пределы своего царства.

Земля разверзлась! Из земли с языками пламени выскочил конь с всадником. Воздух мира людей показался ему непривычно лёгким, а свет солнца — обжигающе ярким. Он прикрыл глаза рукой, привыкая к новому ощущению.

По дороге Князь встречал тех, кто знал Аурелию:

старуха у родника рассказала, что принцесса часто приходила сюда, чтобы говорить с водой и слушать шёпот ветра;

лесник вспоминал, как однажды видел девушку с золотыми волосами, кормившую диких оленей прямо из рук;

монах из дальнего скита поведал, что Аурелия тайно помогала бедным, раздавая им деньги из своей шкатулки, хотя отец запрещал ей это.

Каждый рассказ добавлял штрихи к образу девушки, и сердце Князя наполнялось всё большей уверенностью: он нашёл то, что искал.

Он не раз призывал своего верного помощника Мурана, когда пути заводили князя в тупик. Муран являлся ему в виде ворона и показывал путь. Дни и ночи скакал князь. В одном городке, в портовой таверне, князь узнал, что царь Элар созывает всех баронов и князей на грандиозный бал в честь дня рождения своей дочери, Аурелии.

— Я на верном пути, — прошептал Князь. — Теперь мне нужен корабль.

Князь подошёл к кораблю с белыми парусами, что стоял в порту и колыхался на волнах.

— Эй! Матросня! Проводите меня к вашему капитану, — грозно сказал князь.

Матросы окружили Князя.

— За такие слова матросня тебя сейчас свяжет и протянет под килем. Когда ты разрежешь себе лицо ракушками, вросшими в корпус корабля, тогда ты станешь более сговорчивым, — сказали матросы.

Капитан корабля сидел в каюте и услышал крики на палубе.

— Опять добрались до бочки рома! Сейчас я вас выпорю плетьми! — прокричал капитан и вышел на палубу.

На палубе стоял Князь, доспехи его были в крови. В руке — окровавленный меч, а вокруг него лежали человеческие части тел. Остальные матросы разбежались от ужаса. Кто то залез на мачты, кто то прыгнул за борт.

— Капитан, твои матросы не знают чувства меры. Тебе нужны новые матросы. Вот тебе сто золотых монет — ты отвезёшь меня в земли короля Элара или оставшейся команде придётся искать нового капитана, — произнёс с ухмылкой князь, протягивая мешочек с монетами капитану.

— Твоё предложение мне нравится, а команде это будет уроком дисциплины, — громко сказал капитан и отдал команду подготовке к отправке в плавание.

Князь подошёл к своему коню, погладил его по гриве и прошептал:

— Возвращайся в мой мир, ты сослужил верную службу мне, — и конь умчался вдаль.

Трое суток плыли они сквозь ужасный шторм. Корабли, плывшие по курсу с ними, тонули в морской пучине, а перед ними будто волны расходились в стороны. Шторм сменился штилем, жаркое солнце пекло моряков, а паруса висели без единого дуновения ветра. Но, как ни странно, корабль плыл — будто по течению, в направлении проложенного курса. И вот на третий день плавания уже виднелись башни замка царя Элара.

Король Элар — властный, жёсткий правитель, которого больше заботила судьба государства, чем семейные принципы. Когда то он был любящим отцом, но долги королевства, политические интриги и страх потерять трон постепенно ожесточили его сердце.

В молодости Элар верил, что сможет построить справедливое царство, где люди будут жить в достатке. Он заключал торговые соглашения, укреплял границы, развивал ремёсла. Поняв величие своей армии перед другими княжествами, король Элар выбрал курс порабощения слабых государств. Но бесконечные военные походы, череда неурожаев, предательств советников подорвали экономику. Казна опустела, солдаты требовали жалования, многие отряды войска Элара уходили в новые земли, чтобы покончить с нескончаемыми войнами. Король понял, что ему не удержать власть вдали от трона в военных походах. Ему доносили, что советники его воруют, коррупция росла. И Элар принял решение отдать правление новыми землями графам за дань для королевства. Спустя десять лет военных странствий король Элар вернулся в королевство в надежде восстановить порядок.

По прибытии во дворец король решил, что нужен наследник. В походе, завоевав очередное княжество, король Элар взял в качестве трофея дочь завоёванного царства, принцессу Лиану, и для укрепления союза и лояльности новых земель женился на ней.

Королева Лиана — хитрая, мудрая женщина с сильным внутренним стержнем. Она любила Аурелию без условий и понимала её свободолюбивый нрав. В отличие от мужа, Лиана видела в дочери не инструмент для спасения королевства, а живого человека с мечтами и чувствами.

Когда-то Лиана верила, что её любовь и поддержка помогут Элару оставаться добрым правителем. Но постепенно он отдалился, погрузившись в политику и расчёты. Королева чувствовала себя всё более одинокой во дворце, где придворные льстили ей, но не понимали.

Год не могли зачать они наследника. И вот королева родила королю дочку, которую назвали в честь яркой звезды — Аурелия.

Аурелия взрослела, проявляла тягу к тайным рукописям и заботу о бедных и бездомных, на что король очень сердился.

Однажды ночью, не в силах уснуть, Лиана вошла в комнату мужа. Элар сидел за столом, уставший, сгорбившийся, с кубком вина в руке. Перед ним лежали долговые расписки и грамота за подписью и печатью барона Вильяма.

Элар понимал: единственный шанс спасти королевство — выгодный брак Аурелии. Он убеждал себя, что делает это ради будущего страны, но в глубине души чувствовал, что предаёт дочь. По ночам он вставал у окна и смотрел на башню, где спала Аурелия, вспоминая, как она смеялась в детстве. Король избегал разговоров с Лианной о судьбе дочери, чувствуя её неодобрение.

— Элар, ты не спишь, уже полночь. Я узнаю эту печать — барон Вильям прислал письмо? О чём оно? — тихо сказала королева.

— Барон Вильям предложил погасить все задолженности казны в обмен на руку нашей дочери, — тихо произнёс король.

— Ты не можешь так поступить с ней, Аурелия — наша дочь, а не товар, — в ответ с удивлением сказала Лиана. — Должен быть другой путь. Мы можем сократить расходы, обратиться к союзникам…

— Всё это я уже пробовал. Ты не понимаешь, Лиана. Время вышло, — устало ответил Элар, поднимая глаза. В них читалась боль. — Если я не сделаю этого, завтра на улицах будет голод. Послезавтра — бунт. А через месяц враги возьмут нас голыми руками. Ты хочешь этого? Хочешь, чтобы наша дочь жила в разрушенном королевстве? Хочешь, чтобы тебя и меня посадили в темницу? — грозно проговорил король и ударил кулаком по столу.

Лиана закрыла лицо руками и упала на колени.

— Мой господин, муж мой, прости меня за дерзость. Я понимаю твою печаль и боль. Я буду всегда с тобой в выборе. Я приму твою волю, если нет иного выхода, — в слезах произнесла королева.

Королева посмотрела на него долгим взглядом.

— Тогда позволь мне поговорить с Аурелией. Дай мне подготовить её. И обещай, что, если она всё же согласится, ты дашь ей право выбрать, с кем она будет. Не навязывай ей старого барона.

Элар помолчал, потом кивнул.

Лиана пришла в покои Аурелии на следующий день. Рано утром Аурелия уже была в саду и помогала служанкам поливать цветы.

— Мама, посмотри, какие прекрасные распустились цветы, — тихо сказала она, не оборачиваясь. Аурелия сорвала бутон и подбежала к матери.

— Дочка, я хочу с тобой серьёзно поговорить, — и пошли они вдоль аллей роз и лаванды.

— Нет! Я не хочу этого. Я не хочу становиться разменной монетой! — закричала Аурелия, сжав бутон розы в руке. На глазах её выступили слёзы, а по ладони потекла кровь от шипов розы.

Королева взяла её за руку:

— Я знаю, дитя моё. И я с тобой. Но послушай. Твой отец не злой человек. Но нужно спасти королевство, и ты, как дочь короля, должна это понимать.

Аурелия повернулась к ней, в глазах стояли слёзы:

— Что я могу сделать?

Лиана улыбнулась:

— Отец готовит бал на твой восемнадцатый день рождения, где тебе нужно будет выбрать жениха из тех, на кого укажет папа. Возможно, среди них найдётся тот, кто увидит в тебе не принцессу, а человека, и ты будешь счастлива с ним.

— Я поняла вас, королева, — с укором ответила Аурелия, поклонилась и ушла.

В тот же вечер Элар стоял на балконе своей спальни и смотрел на огни города. Он вспоминал, как много лет назад обещал Лиане, что их дочь будет счастлива. Теперь он нарушал это обещание.

— Может, я и правда стал тираном? — подумал он, держа в руке грамоту с предложением барона Вильяма.

Барон Вильям родился в семье мелкого торговца в портовом городе на окраине королевства. Его отец владел лавкой, где продавались специи и ткани, привезённые из дальних земель. С детства Вильям впитывал дух торговли: он наблюдал за переговорами отца с поставщиками, запоминал цены на товары, учился распознавать качество пряностей и шёлка.

Уже в двенадцать лет он начал помогать отцу: вёл учёт товаров, проверял грузы с кораблей, торговался с покупателями.

После смерти отца Вильям взял управление лавкой в свои руки. Он не стал довольствоваться малым. Взял кредит у ростовщика и закупил партию экзотических товаров, которых ещё не было в королевстве: чёрный перец из южных земель, шёлк с золотыми нитями, ароматические масла, драгоценные камни.

Товары разошлись быстро. Прибыль позволила ему открыть ещё одну лавку в соседнем городе.

Вскоре он понял, что, чтобы разбогатеть по настоящему, нужно не просто продавать, а контролировать цепочки поставок. Он начал договариваться напрямую с капитанами кораблей, создавать сеть агентов в других королевствах.

К тридцати годам Вильям уже был известен как удачливый купец. Он расширил ассортимент: начал торговать оружием и доспехами, наладил поставки редких металлов, вложил деньги в строительство верфи. В эпоху войн король Элар был постоянным клиентом барона.

Монополия — вот о чём мечтал барон Вильям. Он выкупал эксклюзивные права на ввоз определённых товаров, заводил знакомства с чиновниками, дарил подарки мелким дворянам. Иногда его корабли везли не только легальные грузы — контрабанда приносила огромную прибыль в сговоре с начальником порта королевской гавани.

Постепенно Вильям стал настолько богат, что король обратил на него внимание. За заслуги перед королевством и щедрые пожертвования в казну он получил титул барона.

Вильям не просто торговал — он управлял экономикой королевства. Он искусственно создавал дефицит, чтобы поднять стоимость товара, охотно давал в долг дворянам, а затем использовал эти долги для давления. У него была сеть информаторов: портовые рабочие, чиновники, даже слуги во дворце. Через подставных лиц он продвигал нужных людей на важные должности.

Король Элар давно был должен Вильяму крупную сумму. Сначала долг был небольшим — король брал деньги на строительство дорог. Но потом начались неурожаи, войны, и сумма выросла в разы, а последний военный поход полностью был оплачен в кредит Вильямом.

Вильям понимал: если король не расплатится, казна обанкротится. А это ударит по его собственным интересам. Тогда он разработал план: предложить королю погасить долг через брак Аурелии с ним самим, получить доступ к королевской казне и ресурсам, стать фактическим правителем королевства.

Он начал действовать: через советников внушал королю мысль, что это единственный выход, распускал слухи о том, что другие женихи ненадёжны, подкупал придворных, чтобы они поддерживали его кандидатуру.

Несмотря на богатство и влияние, Вильям оставался человеком противоречивым: гениальный стратег, он умел просчитывать шаги на много ходов вперёд, уважал силу ума больше, чем силу оружия. Но были и слабые стороны. Вильям был циничен, считал, что всё можно купить. Он был одинок — у него не было настоящих друзей, только партнёры и слуги. Даже став бароном, он продолжал искать способы увеличить состояние. Тех, кто переходил ему дорогу, он уничтожал.

Когда Вильям впервые увидел Аурелию, ей было шестнадцать лет. Он не испытал романтических чувств. Он увидел ценный актив: её брак мог решить его проблемы с королём, устранить потенциальную угрозу.

Однажды на королевской охоте, куда барон Вильям был приглашён, он подошёл к королю Элару и сказал:

— Ваше величество, у меня хорошая новость для вас. Я могу простить вам долг. Не из доброты, а для взаимовыгодных союзов в будущем. Отдайте мне в жёны вашу дочь Аурелию, и мы будем родственными душами. А родственным душам делить нечего.

Король посмотрел на Вильяма:

— Барон, вам шестьдесят пять лет было в прошлом году, а моей дочери шестнадцать.

— О, ваше величество, я не тороплю вас с ответом. Мы можем подождать, когда Аурелии исполнится восемнадцать. Стерпится — слюбится, — с ухмылкой ответил Вильям.

Князь добрался до столицы земного царства. Он остановился на холме, откуда открывался вид на замок — величественное строение с башнями, увитыми плющом, с садами, полными роз.

— Она там, — прошептал он, чувствуя едва уловимую связь. Где-то глубоко внутри что-то тянулось к ней, словно невидимая нить.

Он спустился в город. Улицы были полны людей: торговцев, ремесленников, солдат. Князь шёл, прислушиваясь к разговорам.

— Слышали? — говорил один горожанин другому. — Завтра бал в честь принцессы Аурелии! Все знатные женихи съехались, чтобы просить её руки.

— Да, — подхватил второй, — говорят, царь Элар задолжал столько, что только удачный брак спасёт его казну.

Князь сжал кулаки. Значит, её собирались продать, как вещь. Эта мысль вызвала в нём вспышку гнева, но он сдержался.

— Муран, — тихо произнёс он, — узнай всё о принцессе: где она бывает, что любит, кто её друзья.

Прилетел ворон, взмахнул крыльями и взвился над городом.

Вечером Князь занял позицию на крыше дома, выходящего окнами в сад замка. Отсюда открывался прекрасный вид на балкон, где часто появлялась Аурелия.

Она пришла, когда солнце уже садилось. В простом платье, без украшений, она стояла, устремив взгляд на запад, туда, где небо окрашивалось в цвета золота и пурпура.

Князь залюбовался ею. В этот момент она не была принцессой — она была просто девушкой, мечтающей о чём то своём.

Он услышал её шёпот:

— Почему всё должно быть так сложно? Почему я не могу просто жить, как хочу? Отец и мать заодно, я не вещь, чтобы меня продавать! Неужели моя жизнь будет лишь чередой обязанностей? Я хочу сама выбирать свою судьбу.

Эти слова отозвались в его душе. Он понял: она так же несвободна, как и он когда то был заточён в своём царстве тьмы.

Муран вернулся и сел на плечо Князя.

— Мой повелитель, царь с королевой решили продать свою дочь за долги королевства. Король завтра отдаст её старому графу за золото в казну королевства. Принцесса не хочет этого брака. Она считает его тюрьмой, — передал он мысленно Князю.

Князь улыбнулся.

— Значит, она будет моей. Она поймёт, что тьма может дать ей то, чего не даст ни один земной трон, — свободу.

На следующий день Князь решился приблизиться. Он вошёл в город как благородный граф из далёких земель — бледный, с пронзительным взглядом, но с безупречными манерами.

Его представили ко двору. Царь Элар окинул его оценивающим взглядом:

— Вы не из наших земель, граф. Что привело вас сюда?

— Желание увидеть ту, о чьей красоте ходят легенды, — ответил Князь.

Царь нахмурился:

— Довольно комплиментов. Сегодня вечером будет бал. Там вы сможете показать своё мастерство не только в красноречии, но и удивить меня и мою дочь вашей щедростью.

— С нетерпением жду этого момента, ваше величество, — ответил Князь и удалился.

И вот настал тот самый день. Король Элар уже считал золото, заплаченное старым графом за Аурелию. Королева Лиана замаливала грехи своего поступка в сговоре с королём. Аурелия рыдала в своей комнате, у которой стоял дворецкий и не выпускал её, чтобы она не сбежала.

Порт бурлил жизнью. Корабли прибывали один за другим, доставляя подарки для принцессы. Матросы, грузчики, торговцы — все были заняты делом.

Начальник порта по имени Гарт — один из самых коррумпированных чиновников королевства — ждал этого дня. Он считал монеты и думал лишь о прибыли: ведь с каждого корабля, с каждой тонны груза он брал взятку за снижение королевских торговых пошлин.

Начальник порта Гарт в сопровождении своих двух помощников шёл по порту и пел:

Звон монет,

Швартуются корабли.

Звон монет,

Приплыли к царю сваты.

Работа порта кипит с утра,

Товар заморский сгружают,

И за работу все

Мне платят!

Начальник порта, монета важна,

А свадьба принцессы?

Да чёрт с ней!

Десятки судов контрабанды едут.

Сегодня я разбогатею,

Сегодня я разбогатею!

Порт — это не только грузы и корабли, но и сотни людей. Матросы мечтали о земле и отдыхе. Один из них, молодой парень по имени Дрейк, сидел возле таверны и пел:

Наконец то суша! Наконец то порт!

По женщинам соскучился. И промочить бы рот!

Матроса жизнь морская — не страшен штиль и шторм,

На мачте вдаль смотря, я мечтаю об одном:

Что капитан бы не узнал про выпитый мной весь его ром.

Грузчики таскали тяжёлые мешки. Старый возчик, погоняя свою лошадь, ворчал:

— Но! Милая, пошла! Вторые сутки мы возим мешки, вторые сутки идут корабли. Подарки принцессе везут без конца. Часок бы поспать… Кобыла моя, старенькая, не сдохни, прошу — ты кормишь меня. Ещё пару ходок до замка, и можно уйти в отставку.

Торговцы раскладывали экзотические товары: ткани с узорами, драгоценные камни, диковинные фрукты. Все хотели произвести впечатление на принцессу и получить привилегии от царя. Воришки и цыгане пытались получить выгоду среди толпы.

На портовой площади встретились три графа и вступили в спор:

— Я — граф Альберт из западного замка. Сегодня вечером женюсь. Уверен я, что выберет меня принцесса. А если нет — тогда напьюсь!

Сэр крестоносец, герцог Роланд, похлопал по плечу графа Альберта и говорит:

— Извольте, сударь, мой замок больше — к северу реки. Принцессу в детстве за руку я трогал, а уж сегодня попрошу её руки.

К ним подошёл барон Вильям — старый мужчина с седыми волосами, седой бородой и тростью:

— Да спорьте, спорьте, нищеброды. Всё состояние у вас я отберу, когда царём я стану. Пусть я и старый, пусть я и старый, но выкупил я долг царя!

Аурелия стоит на балконе башни замка и смотрит на портовую суету:

Сегодня я сделаю выбор,

Не мой выбор — отца моего.

Мне нужно лишь согласиться.

А дальше что?

Замужество — рабства синоним.

Отцу нужно только влияние,

Удачный брак для государства нужен,

А для меня — тюрьма и страдания.

Вдруг в майский день, среди солнечных лучей, повеяло прохладой. Аурелии показалось, будто за дверью кто-то стоит. Дверь открылась, и Аурелия увидела Князя.

— О, сударь, простите. Но я не одета — негоже было здесь прятаться. Кто вы? Как мимо стражи в покои прошли? А, впрочем, не стоит оправдываться. Я в первый раз вижу вас. Хотя всех кандидатов в мужья своих знаю. Не князь вы восточного берега, не сэр крестоносец западного замка. Откуда вы, сударь? — спросила она и будто окаменела.

Князь руку поднёс к её волосам и прошептал:

— Я тот, кто искал тебя всю вечность. Я нашёл тебя — твою душу и тело.

Он сделал шаг вперёд. В этот момент дворецкий закричал в коридоре:

— Вы кто?!

Князь не обратил внимания на крик. Он поднял руку и нежно коснулся волос Аурелии. Рядом с дверью принцессы лежали заколотые двое стражников.

Принцесса замерла. Она не могла отвести взгляд от его глаз. В них она увидела глубины океана, звёзды и тайны, которые манили её. Князь достал кинжал, срезал локон её золотых волос и исчез, как туман на рассвете.

Аурелия упала в обморок. Последнее, что она услышала, был крик дворецкого:

— Помогите! Принцессе плохо!

— Тревога, тревога! — закричал дворецкий.

Сбежалась вся свита: охранники, лекари. Мать, королева, пришла. Лежит Аурелия, кожа бледная. Отец, король, пришёл, взял дочь на руки и прошептал:

— Очнись, детка моя.

В воздухе — паника. Всё больше и больше прибегает стражников. Мать, королева, кричит и плачет.

Король спрашивает дворецкого:

— Кто был здесь?

Дворецкий отвечает робким, дрожащим голосом:

— Некий граф в чёрном фраке. Он заколол стражу и чуть не убил меня, — падает на колени и целует сапоги короля в надежде на помилование.

— Проверить все комнаты замка! Удвойте охрану, найти его! Вы дочь не смогли уберечь внутри замка — повесить дворецкого завтра же! — произнёс король Элар.

Стража подхватила дворецкого и унесла в темноту коридоров замка.

К королю подходит начальник стражи и докладывает:

— Весь замок проверили — посторонних нет. Никто не видел его, кроме дворецкого. Возможно, это дворецкий хотел убить принцессу, мой милорд.

Королева Лиана подошла к королю и на ухо прошептала:

— Прошу, отмени бал на сегодня. Плохое предчувствие у меня.

Дыхание вернулось — жива Аурелия, и тело наполнилось жизнью. Король произнёс:

— О, детка, ты мертвенно бледна, — поднял глаза на королеву и сказал ей: — Бал будет сегодня! Отменить его уже нельзя. Сегодня мы выберем мужа ей. Подготовь Аурелию к празднику. Я начну принимать дорогих гостей, а стража — на поиски этого странного графа!

Долгие поиски не дали результатов. Стража обыскивала каждый уголок, но незнакомца нигде не было. Царь был в ярости и распорядился увеличить охрану и приступать к подготовке к балу. Аурелию привели в чувство, и десятки служанок одели её в платье из серебристого шёлка, украшенное жемчугом. Но глаза принцессы оставались грустными.

Паркет лакированный, свечи, торшеры. Темп танцам дают музыканты. По правую руку от трона князья стоят, сыновей привели свататься. Мать, королева, идёт с Аурелией — у них обоих слёзы в глазах. Мать понимает судьбу Аурелии, но изменить ход придворной жизни нельзя.

Зал дворца сиял огнями. Музыканты играли вальсы, гости танцевали, а женихи один за другим представляли себя Аурелии. Титулы звучали всё громче, подарки становились всё богаче, но сердце девушки оставалось холодным.

Аурелия пыталась улыбаться, но в душе её росла тоска. Она знала правду: отец решил продать её за долги, а брак станет для неё тюрьмой.

Шаг за шагом — каблуки об паркет, конец свободной жизни отмеряют. Шаг за шагом — слёзы на паркет.

Королева Лиана чувствует: ошибку они с королём большую совершают. И произносит про себя, сжав кулаки и смотря на мужа:

Тайны твои знаю я,

Царица хранит их должна.

Ты дочь решил продать за долги —

За что же я любить должна тебя?

Придворная жизнь — это проклятье,

Лишь с виду балы и платья.

Лишусь сегодня дочери я —

Навсегда. Во благо нашему царству,

Нашему проклятому царству.

Бал продолжался. Зал был наполнен музыкой, смехом и ароматами цветов. Аурелия танцевала с женихами, но её мысли были далеко. Она всё ещё чувствовала прикосновение незнакомца, слышала его шёпот.

Вдруг она увидела его — таинственного графа. Он стоял у колонны и смотрел прямо на неё. Его глаза светились тем же таинственным огнём. Разгоняя уныние и печаль её, он подошёл к ней и протянул свою руку:

— Разрешите пригласить вас на танец?

Аурелия, не раздумывая, вложила свою руку в его ладонь. Они закружились в вальсе.

— Я знаю, что вы не хотите этого брака, — тихо сказал Князь. — Я знаю, что ваша душа жаждет чего то большего.

— Откуда вы это знаете? — прошептала Аурелия.

— Потому что я тоже когда то был заточён. Но нашёл выход. И могу показать его вам, — ответил Князь, не отводя взгляда от её прекрасных глаз.

Аурелия посмотрела ему в глаза и вдруг увидела в них не тьму, а звёзды — миллионы звёзд, манящих и прекрасных.

— Что вы предлагаете? — спросила она, почти не дыша.

— Вечность. Свободу. Власть, которая не зависит от тронов и дворцов, — ответил Князь, не отводя взгляда от её прекрасных глаз.

— Я предлагаю тебе стать царицей подземного мира, — тихо произнёс Князь. — Рядом со мной ты обретёшь истинную свободу. Ты сможешь творить, любить, создавать — без оков придворного этикета и политических расчётов.

Музыка затихла, но они продолжали стоять, глядя друг другу в глаза. Вокруг кипела жизнь бала: гости смеялись, звенели бокалы, гремела музыка, — но для Аурелии и Князя весь мир сузился до пространства между ними.

— Как я могу вам доверять? — прошептала Аурелия. — Вы проникли в замок тайком, убили стражников…

— Я убил их, чтобы добраться до вас, — ответил Князь. — И сделал бы это снова, если бы это означало ещё один миг рядом с вами. Но я клянусь: в моём мире вам не будет угрожать опасность. Там вы будете не пешкой в политической игре, а равной мне — царицей, чьё слово имеет вес.

В этот момент к ним подошёл король Элар. Его лицо было мрачным.

— Принцесса, — строго произнёс он, — тебе пора выбрать жениха. Граф Вильям ожидает.

Аурелия почувствовала, как рука Князя слегка сжала её ладонь.

— Отец, — твёрдо сказала она, — я не выберу никого из этих людей. Я выбираю свою судьбу сама.

Король пришёл в ярость:

— Ты не можешь так поступить! Ты обязана…

— Обязана? — перебила его Аурелия. — Я обязана только себе и своему сердцу. И моё сердце говорит мне следовать за тем, кто видит во мне не инструмент для спасения королевства, а живого человека.

Князь отпустил руку принцессы, его глаза стали ярко красные. Свечи потухли, поднялся ветер, двери и ставни захлопали.

В тот же миг зал преобразился: свечи вспыхнули синим пламенем! Князь взмахнул рукой в сторону трона, и трон улетел в сторону вместе с королём и несостоявшимися женихами, а в центре зала из-под пола поднялся алтарь, окружённый факелами. Из-под земли вылетело существо в белом одеянии. У существа светились красным цветом глаза, а тело было костлявое.

Гости как каменные лежат. Двери закрылись, нет выхода.

Князь с Аурелией взошли на алтарь. И голос раздался неистовый:

— Ты, Аурелия, дочь земного царя, отдашь душу Князю кровавому? Вечность он будет любить тебя. Ты согласна?

— Согласна! — ответила Аурелия.

Король нашёл в себе силы и бросился к дочери с мечом в руке:

— Стой! Нет! Не дам! Это моя дочь! — закричал он. — Прости меня, дочка, я был не прав. Не соглашайся на чары его тёмные! Постой! Я совершил ошибку! Постой! Не верь словам и чарам его! Ты — дочь моя, я подниму всю царскую свиту и уничтожу этого колдуна!

Князь повернулся к королю, тело его покрылось молниями, и прекрасный фрак превратился в доспехи с шипами. Князь вынул меч из ножен, меч вспыхнул пламенем.

Аурелия от страха и удивления сделала шаг назад.

Двери с грохотом упали с петель, в зал ворвалась стража и окружила Князя.

Начался бой. Ударом огненного меча Князь разрубал одного стражника за другим, а удары рыцарей копьями и мечами не наносили никакого урона Князю.

Тогда король с криком пошёл в атаку на Князя! Но всего одним ударом Князь разбил пополам меч короля, и король Элар упал на колени.

— Прости меня, дочка, я продал тебя за долги, прости меня, дочь моя. Мне царство и власть стало дороже, дороже семьи, — произнёс тихим, ослабшим голосом король.

Князь занёс меч над головой короля, но Аурелия подошла к Князю и положила руки ему на спину.

Князь, почувствовав прикосновения принцессы, опустил меч, повернулся к ней. Меч погас. Доспехи вновь превратились в элегантный фрак.

Аурелия обняла его, прижалась крепко, чтобы почувствовать тепло. Князь обнял Аурелию.

— Отец, ты прости меня, но нет в тебе чести, лишь алчность, ты просто продать подороже решил меня. А на любовь мою плевать тебе. Граф или Князь — ты, помилуй отца. Я буду вечно любить тебя, — сказала Аурелия.

Князь улыбнулся:

— Я помилую подлеца, — произнёс он и зубами в шею Аурелии вцепился.

Кровь потекла по её телу, глаза стали ярко синего цвета. Капнула кровь на алтарь, и царицей подземного мира стала Аурелия.

Аурелия стояла на алтаре и чувствовала, как холодеет её кровь, как темнеет сознание. Но она не жалела о своём выборе.

— Цена свободы и вечная любовь, выбор я сделала правильно. Выбор я сделала правильно, — прошептала она.

Раздался гром! От грохота выбило все окна и витражи. В окна ворвался ветер, он перевернул всю мебель, образовался вихрь! С этим вихрем Аурелия и Князь тьмы погрузились в глубины земли с алтарём.

Ветер стих. Гости в ужасе убежали. Король Элар остался стоять на коленях. Королева Лиана сидит в углу зала в слезах от ужаса и осознания потери дочери.

— Они ушли… — прошептала королева.

— В подземный мир, — добавил король, и в его голосе прозвучала странная смесь тревоги и облегчения. — Пусть будет с ней удача.

Подземный мир встретил Аурелию мягким сиянием кристаллов, растущих из стен пещер. Воздух был прохладен и свеж, наполнен запахом дыма и гари.

— Добро пожаловать домой, царица, — произнёс Князь.

Она огляделась. Перед ними простирался город — но не мрачный и зловещий, как она ожидала, а величественный и прекрасный. Мосты из чёрного мрамора соединяли башни. По улицам шли создания, которых она никогда не видела: крылатые духи, мерцающие тени, разумные камни.

— Это… прекрасно, — выдохнула Аурелия.

— Так же прекрасна, как ты, — ответил Князь. — Этот мир ждал тебя. Он повёл её по улицам своего царства. Жители склонялись перед ними, приветствуя новую царицу.

— Видишь? — сказал Князь. — Они чувствуют твою силу. Ты не просто принцесса — ты носительница света, способного осветить даже самые тёмные уголки этого мира.

Аурелия улыбнулась. Впервые в жизни она чувствовала себя на своём месте.

— Спасибо, — тихо сказала она. — За то, что дал мне выбор.

— Выбор — это и есть свобода, — ответил Князь. — А свобода — это то, что я хочу подарить тебе на веки вечные.

Они поднялись на вершину самой высокой башни. Отсюда открывался вид на весь подземный мир — сияющий, живой, полный тайн и чудес.

— Теперь это твой дом, — произнёс Князь.

— Наш дом, — поправила его Аурелия и взяла его за руку.

Князь с Аурелией спустились в тронный зал. Князь тьмы надел ей корону на её золотые волосы, корона вспыхнула синем пламенем. Верный помошник Князя, Муран, подошёл к ним и передал Князю корону. Князь тьмы одел себе корону на голову и она также вспыхнула огнём.

— Ты моя королева, я буду вечно тебя любить. В тёмном мире нет лжи и вранья, лишь раскаяние и наказание, — произнёс Князь.

— Славься, королева тьмы! — закричали подданные Князя.

Аурелия и Князь тьмы стояли, взявшись за руку, под ликование подданных подземного мира.

Аурелия подошла к окну и увидела бескрайние просторы подземного царства. Она ощущала в себе невиданную силу и знания магии и колдовства. Она чувствовала каждое существо подземного мира и могла слышать их мысли. Впервые она не слышала ложь.

Аурелия стоит и тихо поёт:

Я чувствую, как холодеет моя кровь,

Я чувствую, как темнеет сознание.

Цена свободы и вечная любовь —

Выбор я сделала правильно.

Выбор я сделала правильно.

На троне! Теперь я царица!

Мой муж — повелитель теней!

Лишь взмах руки моей —

И колесницы

Из царства подземного ворвутся в царство людей!

Из царства подземного ворвутся в царство людей!

Я верность хотела, и вот мой муж рядом.

Свобода и власть в тёмном мире — моя!

Он вечно будет любить меня,

Вечно любить меня!

Из тёмного мира смотрю я на дом,

И вижу лишь ложь и алчность.

В тёмном мире нет лжи и вранья —

Лишь раскаяние и наказание.

Лишь раскаяние и наказание!

Скрывались за масками все вокруг,

Продать как рабыню хотели.

Теперь отомщу подлецам всем я.

Ждать буду вас в моём мире,

Ждать буду вас в моём мире!

На троне теперь она была царицей, а рядом стоял её муж — повелитель теней. Она смотрела на свой родной мир через зеркало судьбы. Видела, как торгуют людьми, как цари убивают тысячи людей в бесконечных войнах за золото и власть. И все они после смерти попадают к ней в царство на искупление вины. Теперь она отомстит всем, кто её предал.

На этом закончилась история маленькой девочки и началась история великой правительницы подземного мира, жестокой, но справедливой. Она будет ждать в своём мире всех, кто её предал, и вершить свой суд.

Глава вторая: Месть Аурелии.

«Не делать зла – не делает тебя святым,

Ибо смотреть на то, как

зло творится и бездействовать

– делает тебя соучастником зла»

Король Элар стоял на коленях посреди бального зала. Паркет, ещё недавно сверкавший под светом тысяч свечей, теперь был залит кровью.

Разрубленные напополам стражники лежали у его ног. В углу зала, закрыв лицо руками, сидела королева Лиана. Её плечи дрожали от беззвучных рыданий.

Замок погрузился в хаос. Гости разбежались в ужасе, по коридорам эхом разносились крики. На всех башнях били в колокола — военачальники собирали войско. Из казарм выходили колонны рыцарей и всадников, направляясь к замку.

Элар поднялся, подошёл к Лиане, взял её за руку и поднял с колен. Он взглянул в её глаза — в них плескалось море слёз, паника и горе. Не говоря ни слова, король развернулся и молча ушёл. В глубине коридора раздался его крик:

— Вызвать ко мне советников и начальника стражи!

В тронном зале собрались советники, представители воинства и начальник стражи.

— И это всё? — спросил король, обводя взглядом собравшихся.

— Да, милорд. Большинство советников разбежались, — ответил лорд Джефри, глава совета.

— Закрыть ворота замка, — приказал Элар. — Вывести войска на улицы, перекрыть порт, погасить панику и бунты. Даю вам все полномочия — законные и незаконные. В королевстве должен быть мир и спокойствие, пока мы будем думать, что делать с произошедшим.

Король встал и ушёл в свои покои, захлопнув за собой двери.

На улицах королевства началась резня. Паника переросла в бунты — люди пытались покинуть королевство. Пошли слухи, что дочь короля похитил злой колдун, что королевство заколдовано и всем грозит смерть.

В портах выстроились очереди — все хотели уплыть на кораблях. Но стража жёстко пресекала эти попытки. В стычках рубили мечами, кололи копьями — улицы покрылись реками крови.

А король тем временем не выходил из своих покоев. Шли дни, недели. Лишь слуги приносили ему по звону колокольчика брагу, хмель и вино. Из-за дверей доносился запах тухлых продуктов, сброжённого вина и мочи.

Изредка придворные видели короля Элара — вернее, то, что от него осталось. По ночам он выходил голый, с неухоженной бородой и стрижкой, с мешками под глазами. Опираясь на стену, в пьяном угаре он шёл справлять нужду и порой валился на холодный каменный пол.

Королева Лиана уже третий месяц пыталась управлять королевством.

Многие предприятия и торговые лавки были закрыты. Паника – вот что охватило столицу королевство.

Лиана неоднократно пыталась пройти в покои короля, но Элар лишь кричал на неё и кидался с кулаками. Но она понимала: королевство надо спасать.

Лиана вызвала к себе начальника королевской стражи — рыцаря Бернарда. Он верно служил королю и королеве, был из династии военных, всю жизнь посвятил военному делу.

Бернард родился в семье потомственных воинов на окраине королевства, в суровой горной области, где каждый день был испытанием на прочность. С детства он учился владеть мечом, ездить верхом и выживать в дикой местности. Его отец, старый капитан королевской гвардии, с ранних лет внушал ему кодекс чести: «Защищай слабых, служи верно, не отступай перед лицом опасности».

В шестнадцать лет Бернард отправился в столицу, чтобы поступить на службу в королевскую армию. Он прошёл жёсткий отбор и был зачислен в младшие рыцари. Первые годы службы прошли в пограничных стычках с дикими племенами, где Бернард закалился в боях и заслужил уважение старших товарищей.

За годы службы Бернард участвовал в десятках сражений. Он отличился в Битве у Чёрных скал, где его отряд из пятидесяти рыцарей сдерживал натиск трёхкратно превосходящих сил противника, пока не подошло подкрепление. В той битве он получил первый шрам — глубокий порез на плече от топора варвара.

Позже он прославился во время Войны за Восточные земли. Когда король Элар лично возглавил поход против мятежных баронов, Бернард был назначен командиром авангарда. В решающей битве он прорвал оборону врага, что привело к разгрому мятежников. За этот подвиг король лично посвятил его в рыцари и назначил начальником королевской стражи.

Бернард был не просто воином — он обладал стратегическим мышлением.

Бернард всегда оставался верен королю Элару, даже когда другие советники и военачальники начали сомневаться в его решениях. Он видел, как король постепенно терял рассудок после исчезновения Аурелии, но не покинул свой пост.

Рыцарь знал короля и уважал его. Он сопровождал Элара в его первых походах, видел, каким мудрым правителем тот был когда-то. Поэтому, когда королевство погрузилось в хаос, Бернард сделал всё, чтобы сдержать бурю:

лично возглавлял отряды, подавлявшие бунты;

организовывал патрули на улицах;

следил, чтобы запасы продовольствия не иссякали;

пытался достучаться до короля, но тот уже не слышал никого.

У Бернарда не было семьи — он считал, что долг перед королевством важнее личного счастья. Он был набожен, хотя и не выставлял свою веру напоказ. Каждое утро начинал с молитвы, а перед битвой всегда крепил на доспехи маленький серебряный медальон с изображением святого покровителя воинов. Его уважали и боялись одновременно. Солдаты знали: если Бернард ведёт их в бой, они либо победят, либо погибнут с честью. Враги же понимали, что с ним нельзя договориться — он не продавался ни за золото, ни за обещания власти.

Когда королева Лиана обратилась к нему за советом, Бернард оказался перед трудным выбором. Он знал, что король Элар уже не способен править, но и мысль о заговоре против него была ему противна.

Он согласился поддержать план Лианы, но с одним условием: король не должен пострадать. Но судьба распорядилась иначе…

Начальник стражи рыцарь Бернард стоял в покоях королевы.

— Бернард, я верю в твою преданность, — сказала Лиана. — Что мне делать?

— Моя королева, — ответил рыцарь, — мы подавляем бунты, убиваем сотни людей, сжигаем их тела по ночам. Но бунты идут один за другим. Стража и часть войска недовольны — все хотят видеть короля. Если это продлится, мы потеряем армию, начнётся гражданская война. Я думаю, вы должны взять правление в свои руки.

— Это невозможно, — вздохнула Лиана. — Устав королевства гласит, что управлять может только мужчина. Меня не станут слушать бароны, графы, князья. Мы потеряем все завоёванные земли.

— Вы можете поговорить с епископом, чтобы он назначил вас регентом, — предложил Бернард.

— Епископ сбежал, — ответила королева. — Его нашли среди трупов, закололи и сожгли.

- Тогда нужно избрать нового Епископа – прервал её Бернард.

- Епископа может назначить совет, но совет не в полном составе и его решение может быть оспорено и мы получим бунт и бойню на место епископа – ответила Лиана.

— Тогда вызовите советника Джефри, — сказал рыцарь. — Он мудрый, долгие годы отстаивал законы королевства.

Бернард поклонился и покинул покои.

Лорд Джефри родился в старинном, но обедневшем дворянском роду на востоке королевства. Его семья когда-то владела обширными землями и имела влияние при дворе, но после нескольких неудачных войн и политических интриг лишилась большей части богатств.

С детства Джеффри воспитывали в духе древних традиций: его учили не только владению оружием, но и искусству дипломатии, истории, праву. Отец часто повторял:

«Сила меча ничто без силы ума. Настоящий аристократ побеждает не кровью, а словом».

Уже в юности Джефри проявил редкий дар убеждения. В пятнадцать лет он впервые выступил на совете баронов, защищая интересы своего отца, и сумел склонить на его сторону нескольких влиятельных лордов.

После смерти отца Джефри отправился в столицу. Без денег и покровителей он начал с самых низов — служил писарем в королевском архиве, изучал законы, запоминал связи между знатными домами. Его острый ум и хладнокровие не остались незамеченными: вскоре он получил должность советника при дворе.

Прорыв произошёл во время кризиса торговых гильдий. Купцы требовали снижения пошлин, а бароны настаивали на их повышении. Король Элар не мог принять решение, и конфликт грозил перерасти в мятеж. Джеффри предложил компромисс:

снизить пошлины для местных торговцев;

ввести льготные условия для иностранных купцов, готовых инвестировать в развитие портов;

создать королевскую торговую инспекцию для контроля честности сделок.

План сработал. Королевство получило приток золота, купцы остались довольны, а Джефри заслужил титул советника по внешней политике и торговле.

Следующие двадцать лет лорд Джефри провёл в бесконечных переговорах:

заключил союз с горными кланами, обеспечив королевству надёжную защиту восточных границ;

уладил спор с соседним королевством из за приграничных земель — вместо войны стороны обменялись территориями и подписали договор о свободной торговле;

организовал брачный союз между Лианой и Эларом, укрепив позиции верного помощника короля.

Он стал мастером тонких интриг. Джеффри никогда не действовал открыто — он предпочитал создавать цепочки событий, которые вели к нужному результату. Его девиз:

«Умный правитель не ломает стены — он находит дверь».

Изначально Джефри искренне уважал Элара. Он видел в нём справедливого монарха и помогал ему укреплять королевство. Но после исчезновения Аурелии король сам поставил на себе и своём королевстве точку.

Лорд Джефри не был злодеем в классическом понимании. Он верил, что:

власть — это ответственность, а не привилегия;

королевство важнее личности правителя — если монарх не справляется, его нужно заменить;

цель оправдывает средства, но только если эта цель — спасение государства.

Он не жаждал трона для себя. Его амбиции были тоньше: он хотел создать стабильное, процветающее королевство, где законы защищали бы всех, а не только сильных.

Джефри был одним из немногих при дворе, кто интересовался древними текстами и забытыми учениями. В библиотеке замка он нашёл записи о:

старых магических договорах между Светом и Тьмой, он владел тайнами совета магов земного мира и скрывал эти знания выкрав древние книги и рукописи из царской библиотеки. Джефри увлекался медициной и алхимией. Он никогда не болел. Знал свойства трав и изготавливал яды. Никто не знал для чего ему это умение, но часто несговорчивые князья скоропостижно умирали и Джефри продавливал свои интересы.

Он не практиковал магию сам, но понимал её силу. Именно поэтому он так настороженно отнёсся к истории с похищением Аурелии — он подозревал, что за этим стоит нечто большее, чем обычный колдовской трюк. Поэтому лорд Джефри отправил гонца в совет магов сразу после этих ужасных событий.

Когда королевство охватили бунты, а король Элар окончательно утратил связь с реальностью, Джеффри понял: медлить нельзя. Он знал, что:

казна пуста;

армия деморализована;

народ теряет веру в корону;

соседние государства готовятся к вторжению;

пираты по сговору с начальником порта уже вышли в море для захвата королевской гавани.

Единственным выходом он видел жёсткую, но быструю смену власти. Он выбрал барона Вильяма как наиболее подходящего кандидата:

тот был богат и влиятелен;

имел поддержку среди лордов.

Но Джефри держал Вильяма на коротком поводке, он знал о его коррупционных связях и закулисных игр. План Джефри был сделать Вильяма своей марионеткой.

Но для этого нужно было устранить слабую фигуру, короля.

Вскоре в двери королевы постучался лорд Джефри.

— Миледи, позвольте войти?

— Входите, Джефри, — ответила Лиана.

— Ваша мудрость и опыт заслуживают уважения, — начала Лиана. — Мы на грани краха. Что делать?

Лорд Джефри подошёл к окну. На площади внизу ходили стражники, пытаясь удержать порядок.

— Казна пуста, совет развалился, бунты не прекращаются, — сказал он. — Начальник порта готовится захватить власть, он связался с пиратами. Наши корабли разбросаны, пушки в ремонте, пороха нет. Есть один выход — барон Вильям.

— Аурелии больше нет, союз невозможен, — возразила Лиана.

— Но есть вы, — склонился перед ней Джефри. — Вы можете стать женой барона Вильяма.

— Вы предлагаете измену? — прошептала королева.

— Сегодня вы — жена короля, который не может править, — тихо произнёс советник. — А завтра можете стать вдовой. — Он протянул ампулу с зелёной жидкостью. — И послезавтра — женой нового короля. Все долги будут списаны.

Лиана закрыла глаза, кивнула и подошла к окну:

— Видит Бог, я делаю это ради королевства. Позовите священника, я хочу помолиться.

Предложив королеве Лиане яд, Джефри испытывал внутренние противоречия. Он не хотел убивать старого друга, но считал, что это меньшее зло по сравнению с грядущей гражданской войной. Он знал, что многие будут ненавидеть его за произошедшее. Но был готов к этому:

«История осудит меня или оправдает — это неважно. Главное, чтобы королевство выжило».

В покоях короля служанка принесла очередную бутылку вина.

— А, иди сюда, шлюха, — прохрипел Элар. — Налей мне кубок и убирайся, или я прикажу отрубить тебе голову.

Служанка наполнила кубок, поставила поднос и убежала. Король встал, упал, рассёк лицо о каменный пол, затем пополз к столу, как собака. Взяв кубок, он допил вино до дна, выронил его и рухнул. Глаза закрывались в пьяном угаре — он не понимал, что отравлен. Последний вздох, последняя фраза:

— Прости меня, дочка…

Король Элар умер.

В подземном царстве Аурелия, царица тьмы, и Князь тьмы сидели за столом, уставленным невиданными блюдами. Играла музыка — она лилась из странной чёрной коробки с трубой. Достаточно было повернуть рукоятку — и раздавались мелодии.

Вдруг Аурелия вздрогнула:

— Князь, он умер.

— Кто? — спросил Князь.

— Отец, — прошептала она. — Принесите зеркало судьбы.

Две тени поднесли зеркало. Аурелия вгляделась:

— Покажи мне, что с моим отцом.

Зеркало засветилось голубым. Она увидела всё: мать с лордом Джефри, яд в бутылке, жалкую фигуру отца, ползущего к кубку. Увидела его последний глоток, падение, слезу в уголке глаза. Почувствовала последний удар сердца и услышала: «Прости меня, дочка…»

— Дать тебе время побыть одной? — спросил Князь.

— Нет, — ответила Аурелия. — Он получил своё. Пусть в моём сердце боль, но я счастлива с тобой. Скажи, когда отец появится в нашем мире?

— Через сорок дней, — ответил Князь. — Ты будешь решать его судьбу.

— Отправь его в долину вечной муки, — приказала Аурелия. — Пусть чувствует боль и предательство. Открой ему тайну смерти, пусть эти видения будут с ним вечно. Такова моя воля.

Она провела рукой по зеркалу, встала из-за стола, положила руку на плечо Князя и вышла из покоев.

Служанка, которую король Элар в прошлый раз прогнал с угрозой отрубить голову, робко подошла к дверям его покоев. Уже сутки не раздавался звон колокольчика — король никого к себе не звал.

Она замерла у порога, вслушиваясь в тишину за дверью.

— Ваше Величество, — тихо произнесла она. — Я принесла вам ещё вина. Позвольте мне зайти.

Ответа не последовало.

— Ваше Величество, я принесла вам вино, а ещё у меня есть послание от королевы. Позвольте мне войти, — повторила служанка.

Тишина.

Собравшись с духом, девушка приоткрыла дверь.

— О Боже! — вскрикнула она. — Ваша Высочество, что с вами?! Стража! Стража! Помогите, царю плохо!

Служанка выбежала в коридор и, задыхаясь от страха, бросилась звать на помощь.

Рыцари вбежали в покои. Король Элар лежал без дыхания, рядом с ним — кубок, из которого он всегда пил.

В комнату вошёл королевский лекарь, опустился на колено, взял короля за руку, прислушался к пульсу.

— Король умер, — произнёс он глухо.

Стража переглянулась. На крики прибежала королева Лиана. Она растолкала рыцарей, вбежала в покои и упала на колени рядом с телом мужа.

— О нет, о нет! Господи, за что? Мой муж, мой милый муж… Встань, прошу тебя, встань! Не оставляй нас, не оставляй меня! Горе, горе… За что нам такое горе? — рыдала королева.

В покои вошёл лорд Джефри, первый советник короля. Он подошёл к королеве, помог ей подняться.

— Королева, вы должны срочно собрать совет. Прикажите закрыть замок.

Лиана вытерла слёзы:

— Я отдаю приказ: закрыть замок. Никто не должен выйти. Все присутствующие здесь должны дать клятву сохранить тайну, пока мы не примем решение. Найдите служанку, которая обнаружила короля.

— Что с ней сделать? — спросил стражник.

— Посадить в темницу до дальнейших распоряжений. У служанок слишком длинный язык, — холодно ответила королева.

Служанка, заливаясь слезами, стояла на кухне и уже успела рассказать всё подругам — горничным, дворнику и кухарке.

Внезапно в помещение вошли стражники.

— Вы все арестованы! Пойдёте с нами. За неповиновение — казнь!

Их отвели в темницу, где их встретил царский палач. Он жил здесь годами, не видя белого света, вечно точа мечи, топоры и иные орудия пыток.

Палач был метра два ростом, с огромным пузом и мощными руками. Он всегда брился на лысо, а его взгляд наводил ужас. Кожа на руках напоминала камень — настолько она была грубой.

— Вот, палач, — сказал стражник. — Слова королевы: у этой служанки слишком длинный язык. И она уже успела разболтать то, что не следовало.

Палач молча встал, взял металлические клещи и нож. Через мгновение отрезанные языки лежали на полу.

— Теперь они ничего не расскажут, — хрипло произнёс палач, возвращая окровавленные инструменты на стол.

В зале совета царила напряжённая атмосфера. За длинным столом сидели много свободных мест — некоторые советники успели бежать, скрывшись на кораблях в страхе перед проклятием, нависшим над королевством после похищения Аурелии.

Во главе стола расположился лорд Джефри. В зал вошла королева Лиана и заняла место короля.

— Уважаемые господа, — начала она. — Король умер. Он умер от горя, от потери дочери, от вероломного похищения. Наше королевство в опасности. Нам нужно сдержать внешние угрозы и остановить разрушение страны.

Согласно уставу, после смерти короля я должна стать регентом, но назначить меня может только епископ.

Лорд Джефри поднялся:

— Чтобы избрать нового епископа, мы должны заполнить недостающие места в совете. Вот список достойных кандидатов. Мои рекомендации никогда не вредили общему делу.

Советники одобрили кандидатуры. В зал вошли новые члены совета.

— Теперь, когда совет в полном составе, мы выберем епископа, который назначит королеву регентом.- продолжил Джефри.

— Но на это нужно время, — возразил советник Идан. — Нужно обсудить кандидатуры, послать гонцов по всему государству.

— Наше государство на пороге краха, — перебил его Джефри. — Если будем соблюдать все ритуалы, подданные возьмут дворец штурмом. Единственный достойный кандидат — священнослужитель Эллингтон. Он сопровождал короля во всех его военных походах.

Совет согласился. Писарь начал готовить указ о срочном назначении.

Барон Вильям, покинувший дворец после похищения Аурелии, метался по своим покоям в гостевом доме у порта.

— Что делать дальше? — шептал он. — Мои планы рухнули…

Вдруг раздался стук в дверь. Посланник от лорда Джефри вручил ему свиток. Барон развернул его и замер.

— Быть может, всё складывается удачнее, чем я думал, — прошептал он. — Ты свободен. Передай лорду Джефри, что я буду у него завтра.

Барон подошёл к окну:

— Король умер… Так просто с шахматной доски ушли две фигуры — сам король и его дочь, будь она проклята! А королева предлагает мне стать её мужем, стать королём… Я не мог и мечтать о таком.

На следующий день барон Вильям прибыл в замок. Лорд Джефри встретил его с улыбкой.

— Здравствуй, мой давний друг, — сказал барон. — Твоё письмо меня удивило, но порадовало.

— Я посоветовал твою кандидатуру королеве, — ответил Джефри. — И надеюсь, ты не забудешь мою помощь. Наш союз будет плодотворным.

— Конечно, — кивнул Вильям. — Нашему государству нужна защита и новые союзники. Но сначала простимся с королём, чтобы стереть его из памяти навечно.

Мужчины пожали руки. Джефри не подозревал, в какую игру ввязался. Он думал, что сможет контролировать барона, но сильно заблуждался.

Через три дня приготовления завершились. Двери замка открылись. Под бой барабанов по главной площади проехала повозка с гробом короля. Жители королевства, напуганные событиями, боялись выходить проститься со своим правителем. Церемония прощания была пустынной. За кортежем шли рыцари, новый епископ Эллингтон, королева в окружении придворных, лорд Джефри и барон Вильям.

Город погрузился в траур. Смеркалось, взошла луна. В покоях королевы появился барон Вильям:

— Моя королева, я не ожидал от тебя такого поступка. Надеюсь, в будущем меня не постигнет такая участь?

— Барон, прекратите! — оборвала его Лиана. — У меня траур. Я пошла на этот шаг, чтобы не остаться у разбитого корыта. Вы будете править, но обещайте, что не дадите королевству развалиться.

— Ты будешь моей королевой, — улыбнулся Вильям. — И будешь помогать мне править. Ты хитрая, бессовестная тварь — именно такие мне нравятся.

Он потушил свечи и разорвал платье королевы…

Спустя сорок дней епископ Эллингтон объявил о завершении траура. Таверны открылись, на площади появились скоморохи.

Королева, став регентом, отдавала приказы. Барон Вильям своими связями успокоил князей сопредельных земель и заверил их, что скоро станет женой Лианы. Жизнь налаживалась.

Лорд Джефри созвал встречу с бароном Вильямом и начальником порта Гантом:

— Мы знаем, что вы обратились к пиратам, с целью захватить королевскую гавань — начал он. — Но мы успели подготовиться. Ваши корабли разбиты.

Барон швырнул на стол шляпу пиратского капитана:

— Пираты уже кормят акул, или вы присягнёте нам на верность, или… — Вильям сделал паузу. — Палач отрежет вам язык, уши и нос. Вы будете побираться в грязи в своём любимом порту.

Начальник порта Гант встал на колено:

— Клянусь, я не пойду против вас.

В зале советов собралась вся знать королевства. Епископ Эллингтон поднял руку:

— Сегодня великий день. Королева Лиана выбрала мужа — барона Вильяма.

— Да здравствует король Вильям! — провозгласил лорд Джефри.

Зал склонился на колени перед королевой Лианой и королём Вильямом.

Началась новая эра правления. Вильям смотрел на Джефри и понимал, что лорд уже ему не нужен.

У ворот древнего скита, затерянного среди туманных гор, застыл одинокий всадник. Его плащ, истерзанный ветром дальних дорог, прилип к плечам, а конь, покрытый пеной, нервно переступал копытами на камнях покрытых мхом.

— Откройте! — крикнул всадник, ударив рукоятью меча в тяжёлые дубовые врата. — Я посланник короля Элара! Меня послал лорд Джефри! Мне необходимо видеть представителей Совета магов!

Заскрипели петли, зашевелились механизмы — массивные ворота медленно распахнулись. К всаднику вышли трое в длинных плащах с капюшонами, скрывающими лица. Их мантии были вышиты серебряными рунами, мерцающими в полумраке.

— Мы приветствуем тебя, — произнёс один из них, старший по виду, с седой бородой до груди. — Что привело тебя в наш скит? Знаешь ли ты, куда приехал? Это место хранения древних знаний. Здесь заседает Совет древних магов. По соглашению с королём и советом княжеств эта территория не подчиняется напрямую короне.

Всадник выпрямился в седле:

— Я посланник короля. Меня прислал лорд Джефри. — Он достал свиток, скреплённый восковой печатью с гербом лорда. — Я не претендую на ваше спокойствие и безмятежность. Прошу — прочтите послание. В замке произошла трагедия: дочь короля Элара похищена неким существом. Королевство сходит с ума. Люди бегут, стражники пытаются остановить панику — рубят головы всем подряд.

Из-за спин магов вышел древний старец с длинной белой бородой и глазами, полными тысячелетней мудрости.

— Я знаю лорда Джефри очень давно, — произнёс он. — Дай мне свиток.

Старец взял пергамент, сломал печать и развернул свёрток. Его пальцы дрогнули, лицо исказилось, свиток выпал из рук. Мужчины в плащах подхватили старца под руки.

— Срочно собираем Великий совет магов! — властно произнёс старец, выпрямившись. — Отправьте воронов во все королевства, во все княжества — собрать всех! Накормите и напоите всадника, дайте ему кровь медведя для восстановления сил. Ты останешься здесь до получения ответа лорду Джефри.

Опираясь на резную трость, увенчанную кристаллом лунного камня, старец развернулся и направился вглубь скита, бормоча что то себе под нос:

— Неужели пришёл тот день? Неужели настал тот час? Мы так провинились… Неужели он пришёл?

Подойдя к главному зданию скита — высокой башне из белого известняка, взмывающей в небо подобно копью, — старец остановился. Башня была построена из особого камня, добытого в древних рудниках, и могла проводить магическую энергию на сотни миль вокруг.

Он махнул рукой — дверь распахнулась сама собой. Старец поднялся по винтовой лестнице, ступени которой помнили шаги магов минувших эпох, и вошёл в круглую комнату на вершине башни. В центре её находился большой жертвенный алтарь из чёрного гранита, с нанесёнными на него рунами.

— Я призываю дух огня, явись! — произнёс старец, бросая в чашу алтаря три рубина чистейшей воды.

Вспыхнул огонь — не обычный, а алый, с фиолетовыми всполохами, питаемый древней магией. Пламя взметнулось до самого купола, озаряя комнату сверхъестественным светом.

— Я повелеваю огню светить, как солнце! — вознёс руки старец. — Пусть свет этой башни будет маяком, который увидят все маги всех княжеств, лесов и гор! Я созываю Великий совет магов! Да будет так!

Пламя вспыхнуло ярче солнца. Его лучи, пронизанные магической энергией, вырвались сквозь узкие окна башни и устремились во все стороны, пронзая туман и облака. В каждом королевстве, в каждой цитадели магов, в каждом уединённом ските маги почувствовали этот зов — древний, властный, неотвратимый.

Где-то в глухих лесах чародеи прервали свои медитации, почувствовав вибрацию магии. В горных крепостях рунные мастера отложили молоты и подняли головы к небу. В южных пустынях колдуны отшельники встали из транса, увидев в песках огненные знаки.

Вороны с серебряными кольцами на лапах сорвались с насестов и полетели во все концы земель, неся весть:

«Великий совет магов созван. Явление огня в башне скита. Все должны явиться. Судьба королевства решается».

А в самой башне старец опустился на колени перед алтарём, шепча молитву древним силам:

— Пусть мы будем достойны встретить то, что грядет…

Жизнь в королевстве понемногу налаживалась, но тень прошлого всё ещё витала над землями. Правление короля Вильяма разительно отличалось от методов его предшественника — короля Элара. Элар жаждал славы и расширения границ: ценой жизней отважных рыцарей он завоёвывал новые земли. Вильям же, взобравшись на трон, не ценил этих завоеваний. В погоне за наживой он раздавал некогда отвоёванные территории новым баронам — словно игральные фишки в азартной игре.

Рыцарь Бернард, начальник королевской стражи, с горечью в сердце следил за тем, как земли, оплаченные кровью его братьев по оружию, уходят в чужие руки. Вместе с лордом Джефри — давним другом и советником — он не раз просил аудиенции у короля, пытаясь открыть ему глаза на последствия таких решений. Но Вильям, опьянев от власти, всё больше отдалялся от тех, кто когда-то был ему близок. Лорд Джефри, помогавший ему взойти на престол, постепенно превратился в тень при дворе.

Годы шли. Король Вильям, утратил былую силу часто болел и в постели не мог сделать себе наследника — и это приводило его в ярость. Он вымещал злость на королеве Лиане, чьи красота и достоинство лишь подчёркивали его упадок. В поисках утешения и защиты королева сблизилась с лордом Джефри. Их связь, рождённая из нужды и одиночества, переросла в нечто большее.

В древнем ските, спрятанном среди горных вершин, собирался Совет магов. Сюда стекались колдуны, монахи, отшельники и чародеи со всех уголков мира. Огромный зал, освещённый сотнями мерцающих свечей, наполнялся шёпотом древних заклинаний и ароматом благовоний.

Верховный маг — старец с длинной белоснежной бородой, украшенной защитными рунами, — поднялся с трона. На его руках сияли татуировки с символами забытых эпох. Его голос, глубокий и властный, разнёсся по залу:

— Настал час, когда наш мир столкнулся с угрозой, которую не видели поколения. У короля Элара похищена дочь — Аурелия. Мой верный друг, лорд Джефри, который сегодня присутствует здесь, расскажет нам всё, что произошло в тот роковой день.

Лорд Джефри встал и начал свой рассказ. Он описывал бал в мельчайших деталях: блеск драгоценностей, шёпот придворных, внезапное появление князя тьмы. Но он умолчал о главном — Аурелия ушла с ним по своей воле.

В его версии событий всё выглядело как вероломное похищение, и никто не заподозрил лжи.

— Внесите древний артефакт, — приказал Верховный маг.

Монахи внесли в зал массивный сундук, запечатанный магическими печатями. Верховный маг и его помощники возложили на него руки и произнесли заклинание. Печати засветились, и крышка сундука медленно открылась.

Из сундука извлекли два предмета: старинное зеркало и свёрток, обмотанный красной шёлковой нитью. Зеркало установили на постаменте, рядом положили свёрток.

— Это Зеркало судьбы, — произнёс Верховный маг. — По преданию, оно было похищено у войска тьмы во времена Великой войны Света и Тьмы. Тогда земное царство стало полем битвы, а после заключения договора между противоборствующими силами мир был воссоздан. Зеркало способно показать ответы на вопросы, но лишь тем, кто обладает силой света или тьмы. Чтобы активировать его, нужна отрубленная рука демона — та самая, что была отсечена у привратника, охранявшего артефакт.

Монахи развернули ткань. Внутри лежала демоническая рука. Пальцы её слегка шевелились, словно живые.

— Этой руки хватит на пять вопросов, — предупредил Верховный маг. — После каждого ответа один палец будет сгорать. Приступим.

Жрец взял демоническую руку и провёл ею над поверхностью зеркала. Артефакт засветился, а его поверхность превратилась в бушующий океан. Верховный маг произнёс:

— Я, Верховный маг земного царства, повелеваю: покажи мне, где сейчас дочь короля Элара — Аурелия!

Зеркало показало подземный мир: кипящую лаву, виселицы с телами, клубы дыма и демонов, снующих среди пыток и хаоса. Затем пейзаж сменился — перед взором магов возник величественный замок из чёрного мрамора. В тронном зале на троне сидел князь тьмы, а рядом с ним — Аурелия, теперь царица тьмы.

— Так вот ты где… — прошептал Верховный маг. — Ты стала его женой… Но был ли это выбор? Или он заставил тебя?

В зал к Аурелии вошли семь женщин и принесли младенца, Аурелия встала подошла к ним, поцеловала младенца в лоб.

В этот момент она подняла глаза, словно почувствовав взгляд. Она посмотрела в угол зала прямо в зеркало в земном мире, и Верховный маг замер, парализованный её взглядом.

Князь тьмы заметил беспокойство Аурелии.

— За нами кто то следит, — сказала она. — Я видела глаза, полные древней мудрости. Это был человек с земного царства.

Князь приказал принести Зеркало судьбы. Тени принесли зеркало и оно показало зал Совета магов, он усмехнулся:

— Так оно у них… Миллион лет назад, во время Великой войны, зеркало было утеряно. Привратника, охранявшего его, убили, а руку забрали. Вижу, они уже использовали один палец. Они искали тебя, любовь моя.

Аурелия всмотрелась в изображение и узнала лорда Джефри:

— Это друг моего отца… В детстве я видела его в библиотеке. Он всегда закрывал книги о магии, когда замечал меня. У меня плохое предчувствие… Зачем он ищет меня?

— Не волнуйся, — обнял её князь. — Здесь тебе ничего не угрожает. А если кто то посмеет прийти сюда, наши силы уничтожат их.

Тем временем лорд Джефри прибыл во дворец и попросил аудиенции у короля Вильяма. Он рассказал о том, что увидел в зеркале.

— Она жива? — хрипло спросил Вильям.

— Жива, могущественна и сильна, — ответил Джефри.

Епископ Эллингтон, присутствовавший при разговоре, мрачно произнёс:

— Она стала воплощением тьмы и родила от князя дитя. Если люди узнают об этом, начнётся бунт. Они свергнут королеву, а затем и тебя, государь.

Вильям, постаревший и измученный, поднялся:

— Я уже слишком стар для новых испытаний. Джефри, мы должны действовать на опережение. Аурелия рано или поздно узнает о твоих деяниях, и её сила, помноженная на ненависть, станет угрозой для нас.

— Мы можем обезопасить королевство, — предложил епископ. — Украдём её дитя и поместим в темницу. Если Аурелия нападёт, мы уничтожим это порождение тьмы.

— Мне нравится ваш план, — кивнул Вильям.

Джефри задумчиво произнёс:

— В храме на Дальних берегах томится ведьма Киотра. Мы уже уничтожили её род за колдовство. Епископ, вы должны вынести ей приговор в этом месяце. Я поеду с вами и договорюсь с ведьмой о помощи.

Но Вильям остановил его:

— Ты останешься здесь, лорд. Я отправлюсь с епископом. Давно я не был в тех землях.

Джефри понял, что король больше не доверяет ему, но спорить не стал.

Да, у Аурелии и Князя тьмы родилась дочь. В подземном мире, где царили смерть, наказание и вечные пытки, произошло немыслимое: впервые за миллиарды лет во тьме появилась новая жизнь. У Аурелии и Князя тьмы родилась дочь.

Девочку нарекли древним славянским именем — Вера. В ночь рождения Веры подземное царство содрогнулось. Огненные реки замедлили течение, демоны на мгновение прекратили свои вечные распри, а души в котлах с кипящей смолой затихли в ожидании. Даже Князь тьмы, привыкший к хаосу и боли, ощутил непривычное волнение.

Роды проходили в древнем зале. Аурелия, несмотря на боль, держалась с царственным достоинством. Вокруг неё собрались самые могущественные маги тьмы, создавая барьер, чтобы защитить мать и дитя от ядовитых испарений подземного мира во время родов.

Когда Вера впервые закричала, произошло нечто невероятное: пламя в факелах на мгновение стало голубым, а в воздухе разлился аромат полевых цветов — запах, давно забытый в этих мрачных землях.

— Она несёт в себе частицу света, — прошептал старый демон, склонившись над новорождённой. — В ней сочетается тьма нашего мира и что-то ещё…

Князь тьмы взял дочь на руки. Его пальцы, способные раздавить камень, теперь держали младенца с невероятной нежностью.

— Вера, — произнёс он. — Ты станешь мостом между мирами.

Её волосы отливали золотом даже в тусклом свете подземелий;

глаза, унаследованные от князя, пылали красным огнём, но взгляд был мягким;

она могла успокоить разбушевавшегося демона ласковым словом;

когда она плакала, пламя в залах становилось ярче, а когда смеялась — слышались отголоски земной музыки.

В честь рождения Веры, Князь Тьмы помиловал миллионы душ. Они будто лучи света вознеслись в небеса.

Аурелия держала дочь на руках и спрашивала мужа:

- Князь, над нами время не властно, моя кожа столь бархатистая и не знакома с морщинами, но наша дочь растёт так быстро, я не понимаю.

- Когда ты дала мне согласия я укусил тебя и капля твоей крови коснулась алтаря, ритуал крови остановил для тебя время. Наша дочь пока смертная, а для смертных в нашем мире время идёт быстрее в разы, скоро наша дочь вырастет, и сама должна принять дар вечности и пройти через ритуал крови. После, время застынет в ней в том возрасте, который она сама выберет ответил ей Князь.

Аурелия, глядя на крошечное существо в своих руках, погрузилась в тревожные раздумья:

— Как воспитать дитя здесь, в мире демонов, вампиров и упырей? Посмотри — демон держащий нашу дочь, его кожа на ощупь словно камень, и он с трудом сдерживается, чтобы не изрыгнуть пламя. Нашей дочери нужна нежность…

Князь тьмы, стоя рядом, мягко ответил:

— Отправляйся в Долину мучений. Выбери семь душ с вечных виселиц — ты можешь даровать им помилование. Они будут служить при дворе и окружать нашу дочь заботой — в благодарность за спасение от вечных страданий.

У Аурелии был верный помощник — демон Рон. Он всегда следовал за ней, словно тень — и в прямом смысле слова: Рон умел превращаться в тень самой Аурелии. На его поясе неизменно висел металлический топор, а глаза светились зловещим красным светом.

Вместе они взошли на огненную колесницу, и та, взмахнув крыльями пламени, устремилась к Долине мучений.

Долина предстала перед ними во всей своей жуткой красе: бесконечные ряды виселиц тянулись до самого горизонта. На них висели души, отправленные в Тёмный мир за совершённые злодеяния. Годы и столетия они испытывали непрекращающуюся боль удушения.

Аурелия медленно шла между рядами, вглядываясь в измученные лица. Наконец она остановилась перед семью женщинами.

К ней подлетел страж — демон с перепончатыми крыльями:

— Моя королева, жду ваших указаний.

— Кто они? — спросила Аурелия.

— Эти души были известны в земном царстве, — ответил страж. — Они заманивали путников на ночлег, душили их, а тела скармливали свиньям. Всё ценное они забирали себе.

— У этих женщин были дети? — тихо спросила Аурелия.

— Да, моя госпожа. Каждая из них была матерью.

Королева задумалась на мгновение, затем произнесла:

— Я дарую им помилование. Взамен они будут служить мне при дворе — станут няньками для моей дочери.

— Да, моя госпожа, — поклонился страж.

Он взмахнул крыльями, взлетел и кинжалом перерезал верёвки на виселицах. Семь женщин рухнули на землю, подползли к ногам королевы и, рыдая, начали благодарить её за прекращение мучений.

— Рон, — обратилась Аурелия к демону, — отведи их во дворец. Пусть приведут себя в порядок, изучат распорядок и приступят к своим обязанностям.

— Будет исполнено, — склонил голову Рон и повёл женщин ко дворцу.

По мере взросления Вера начала исследовать замок и его окрестности.

— Я хочу знать всё о месте, где живу, — говорила она. — Если я здесь родилась, значит, должна научиться понимать его.

Она подружилась с домовыми замка — маленькими созданиями с горящими глазами, которые обычно пугали слуг. Вера кормила их огненными ягодами и слушала их истории.

Однажды она обнаружила тайную библиотеку Князя. Среди книг о тёмных ритуалах и проклятиях она нашла потрёпанный том с земными сказками.

— Мама, — спросила она Аурелию, — а правда, что наверху есть деревья, которые выше нашего замка? И реки, в которых вода не кипит?

Аурелия задумалась. Она не хотела лгать дочери, но и пугать её правдой было нельзя:

— Да, Вера. Там есть леса, полные птиц, и поля, покрытые цветами.

— А мы когда нибудь туда попадём?

— Возможно, когда нибудь…

К трём годам по земному времяисчислению, Вера выглядела на четырнадцать.

Постепенно Вера начала менять подземный мир. Она создала сад — первый в истории царства тьмы. В нём росли странные цветы, светящиеся в темноте, и деревья с серебряными листьями. Души, помогавшие ей, впервые за века почувствовали нечто похожее на радость.

Князь тьмы и Аурелия смотрели на дочь с гордостью и тревогой:

— Она слишком добра для этого мира, — шептала Аурелия.

— Или как раз то, что ему нужно, — отвечал Князь. — Возможно, Вера — ключ к новому порядку, где тьма и свет смогут сосуществовать.

Однажды ночью Вера вышла на балкон замка и посмотрела на чёрное небо подземного мира. В её глазах отражались звёзды — те, что она видела во снах.

— Когда нибудь, — прошептала она, — я найду способ сделать так, чтобы и здесь было так же красиво как в сказках. Чтобы все могли чувствовать себя дома, независимо от того, где они родились.

Король Вильям и епископ прибыли в темницу, где томилась Киотра — старая ведьма, измученная пытками. Её одежда превратилась в лохмотья, спина была иссечена плетьми, а на ладонях остались следы от гвоздей.

— В чём теперь вы меня обвиняете? — хрипло спросила она, подняв голову.

— Ты поможешь нам попасть в подземный мир, — сказал епископ. — И тогда святая инквизиция простит твои преступления против короны и человечества.

Киотра усмехнулась:

— Я сделаю, что вы просите, но взамен хочу свободу. Отпустите меня в мой лес, подальше от людей.

Она рассказала о ритуале:

— Есть пруд на старом болоте. Вам нужно утопить в нём сто мужей и сто дев. Я дам вам заклинание — оно откроет портал в мир тьмы. Но воздух там ядовит, и вы не проживёте там дольше часа.

— Как же мы осуществим задуманное? — спросил Вильям.

— Вам помогут те, кто уже там. Я призову мятежную душу — она выкрадет дитя и принесёт его к озеру слёз. Вы заберёте ребёнка и передадите душе мой оберег. Затем ныряйте в озеро — и окажетесь в нашем мире среди утопленников. А душа, которая поможет вам, вселится в одно из тел и вновь станет смертной. Эта душа — моя сестра. Вы сохраните ей жизнь — и мою тоже.

Мафара, сестра Киотры, служила нянькой у дочери Аурелии — Веры. Однажды ночью Киотра связалась с ней:

— Сестра, я могу вытащить тебя и воскресить. Но мне нужна твоя помощь. Цена твоей свободы — дочь князя тьмы.

Мафара колебалась:

— Аурелия спасла меня от виселицы…

— Она сделала тебя своей рабыней, — перебила Киотра. — Сегодня ночью ты должна привезти ребёнка к озеру слёз. Тебя встретят рыцари, дадут амулет — и, прыгнув в озеро, ты

воскреснешь в нашем мире. Я буду ждать тебя.

Мафара подошла к кровати Веры. Девочка мирно спала, её золотые волосы разметались по подушке, а ярко красные глаза — наследие князя тьмы — были закрыты. Нянька осторожно потрясла её за плечо:

— Вера, проснись. Тебя мама зовёт.

Девочка открыла глаза и улыбнулась:

— Мама? Но она же в тронном зале с папой…

— Она ждёт тебя у озера слёз, — соврала Мафара. — Там тебя ждёт сюрприз.

— Сюрприз? — Вера вскочила с кровати. — А что за сюрприз?

— Это секрет, — улыбнулась Мафара, хотя сердце её сжималось от боли. — Но чтобы добраться быстрее, попроси домового дать нам огненного коня из конюшни. Ты же умеешь на нём скакать!

Вера подбежала к стене и, приложив к ней ладонь, произнесла:

— Домовой, дай мне коня из конюшни покататься!

Ворота конюшни распахнулись, и из них вышел огненный конь. Его грива полыхала, а копыта высекали искры из каменного пола. Вера запрыгнула на спину животного, и они помчались по тёмным коридорам замка.

Аурелия внезапно проснулась от необъяснимого чувства тревоги. За долгие годы она не слышала вранья и вот в её голове доносилась лож одной из нянек. Она вскочила с постели и позвала:

— Вера! Князь, где Вера?

Князь тьмы открыл глаза и прислушался к магическим нитям замка.

— Я не чувствую её присутствия, — произнёс он с тревогой.

— Домовой! Где моя дочь? — крикнула Аурелия.

Из стен замка донёсся скрипучий голос:

— Вера, дочь твоя, попросила меня дать ей коня огненного. С ней была Мафара, нянька её. Они умчались к выходу из замка.

Аурелия бросилась к окну, распахнула его — и огненная колесница, подхватила её. В тот же миг князь тьмы призвал Морана, своего верного полководца:

— Моран, найди мою дочь! Подними всех, кто может летать!

Из пещер и разломов земли вылетели демоны с перепончатыми крыльями. Они разлетелись во все стороны.

Тем временем на старом болоте король Вильям и епископ наблюдали за исполнением ритуала. Стражники хватали людей — мужей и дев, связывали их и бросали в пруд. Вода окрасилась в багровый цвет, а поверхность задрожала, словно от невидимой силы.

Киотра, стоя на берегу, произнесла заклинание. Но пруд не открылся порталом в подземный мир.

— В пруду не хватает одного женского тела, — произнесла ведьма.

Король Вильям холодно посмотрел на рыцарей:

— Возьмите её.

Рыцари схватили Киотру, накинули на шею верёвку с камнем и бросили в пруд. Как только её тело коснулось воды, поверхность вспенилась, и посреди пруда открылся тёмный водоворот.

— Вперёд! — приказал Вильям.

Десять воинов, закованных в доспехи, шагнули в воду и исчезли. Через мгновение они появились в подземном мире — на берегу озера слёз.

Воздух подземного мира резал горло, вызывая невыносимую жажду. Один из воинов, не выдержав, зачерпнул воды из озера.

— Нет! Не пей! — крикнул его товарищ, но было поздно.

Солдат упал на колени, из его глаз хлынули кровавые слёзы. Тело начало сохнуть, словно из него вытягивали всю влагу. Через несколько мгновений он рухнул без чувств.

— Проклятое место, — прошептал другой воин.

В этот момент на горизонте появилась всадница — Мафара с Верой на руках.

— Сюда! — закричали солдаты.

Мафара остановилась у озера, передала Веру воинам.

- Мама! – закричала девочка.

Солдаты недели на голову ей мешок и утащили в озеро.

— Мой талисман! — крикнула Мафара. — Вы обещали дать мне оберег для перехода в ваш мир!

Один из солдат обернулся и крикнул:

— Будь ты проклята, тварь! — после чего прыгнул в озеро вместе с остальными.

С небес, словно горящий метеорит, опустилась огненная колесница Аурелии.

— Нет! — закричала она. — Нет!

Аурелия бросилась в озеро, но портал уже закрылся. От её крика содрогнулись все миры. Землетрясения прокатились по землям, горы рассыпались в пыль, а реки изменили своё течение.

Аурелия стояла в озере слёз, её волосы развевались, а глаза горели яростью. Перед ней на коленях стояла Мафара.

— Ты тварь, — прошипела Аурелия. — Я прекратила твои мучения, а ты отплатила предательством. Где моя дочь?

— Я не знаю, ваше величество, — зарыдала Мафара. — Я хотела свободы… Моя сестра обещала мне путь домой, если я украду вашу дочь. Её забрали воины и ушли в земной мир…

Тень Аурелии отделилась от неё и превратилась в Рона, её верного помощника.

— Рон, — приказала она, — у семи нянек дитя без глаз. Выколи глаза нянькам и варите их в котле вечно!

— Будет исполнено, — Рон схватил Мафару за голову и пальцами выдавил ей глаза.

Аурелия вскочила на колесницу и умчалась в замок.

В зале совета собрались все полководцы армии тьмы. Аурелия влетела в зал, её волосы развевались, а глаза сверкали, как раскалённые угли.

— Кто это сделал? — закричала она. — Я хочу знать!

Князь тьмы подошёл к Зеркалу судьбы и приказал:

— Покажи мне, где моя дочь Вера.

Зеркало открыло видение: Веру тащили солдаты с мешком на голове, рядом шёл Вильям, его лицо искажала злобная улыбка.

— Барон Вильям! — закричала Аурелия. — Проклятый старик! Я уничтожу тебя!

— Князь, милый муж, что нам делать? — спросила она, повернувшись к супругу.

— Мы идём в мир людей и спасаем дочь, — твёрдо ответил князь.

Моран, стоявший рядом, осторожно произнёс:

— Ваше величество, мы можем послать небольшой отряд…

Князь резко обернулся:

— Я обрушу мощь всей армии тьмы!

— Но, мой повелитель, — возразил Моран, — широкомасштабное вторжение в мир людей нарушает договор между тьмой и светом.

Князь тьмы посмотрел на него, затем на Аурелию.

— Запрягайте карету. Мы едем на алтарь миров.

Карета, запряжённая огненными лошадьми, выехала из ворот замка. Аурелия смотрела в окно и плакала. Князь тьмы держал её за руку, молча деля с ней боль утраты.

— Князь, — прошептала она, — они украли у меня дочь. Они украли у меня Веру. Они украли у меня веру в людей. Я сотру их мир в прах.

Аурелия и Князь Тьмы ступили на священное место — Алтарь Миров. Это был древний каменный монолит, окружённый зеркалами, что хранили в себе отблески всех существующих реальностей. Здесь сходятся нити судеб, а границы между мирами истончаются до прозрачности.

Едва они взошли на алтарь, зеркала пришли в движение. Они закружились в незримом вихре, рассыпая всполохи ослепительного света — такого яркого, что Аурелия и Князь Тьмы невольно прикрыли глаза руками. Когда сияние угасло, перед ними предстали трое воинов Света.

Они стояли в полный рост — высокие фигуры в длинных плащах, облачённые в доспехи, мерцающие подобно утренней росе. В руках они держали мечи, горящие холодным синим пламенем, а за спинами их колыхались тяжёлые плащи и двигались белоснежные крылья, покрытые перьями.

Короны Аурелии и Князя Тьмы, обычно полыхавшие огнём, вдруг погасли.

Главный из воинов сделал шаг вперёд:

— Зачем ты, Князь, призвал нас? Прошло много миллионов лет с нашей последней встречи, когда мы заключили соглашение. Мы видели, как твоё подземное царство озарилось новым светом — светом, который подарила ему твоя Королева. Но всё же — зачем ты явился к Алтарю Миров?

Аурелия выступила вперёд:

— У меня похитили дочь!

Князь Тьмы встал рядом с ней:

— Я веду войска в земной мир. Я объявляю войну земному царству.

— Как ты смеешь?! — вскричал один из воинов. — Уже миллионы лет войска подземного мира не ступали на землю людей, и этого не будет!

Предводитель поднял руку, призывая к спокойствию:

— Князь, ты помнишь нашу последнюю встречу? Тогда была великая война, и мы вступились за земное царство. Мы заключили соглашение: твоя армия не вступит больше в землю людей. Но мы видели, как ты сам проник в царство людей. Не для разрушения — чтобы украсть принцессу у земного короля.

— Он меня не крал! — воскликнула Аурелия. — Я, дочь короля Элара, сделала выбор сама — пойти с Князем Тьмы. Князь дал мне свободу выбора, свободу жизни! Отец и мать решили продать меня, как вещь, и никто не помог мне, кроме Князя. Дни и ночи я молилась в своей комнате, дни и ночи рыдала в постели, но свет мне не помог.

Один из воинов Света произнёс:

— Мы стараемся не вмешиваться в дела людей. Люди сами вершат свою судьбу.

Князь усмехнулся:

— Люди сами вершат свою судьбу, сами принимают решения. Но всегда говорят, что, совершив злодеяние, в этом виновата Тёмная сила — будто их околдовали, будто кто то решал за них. Мы, как и вы, смотрим на земной мир и не вмешиваемся. Но люди взывают к вам, обвиняя нас в своих деяниях. Смотрите: люди продают друг друга, из детей делают рабов, убивают друг друга — а вы молчите. Я её спас. Я дал ей свободу, дал ей любовь, хоть вы и считаете, что в моём мире это чувство отсутствует.

Предводитель воинов Света внимательно посмотрел на Аурелию:

— Да, Князь, в этой ситуации я с тобой согласен. Иногда тьма может служить добру. Но твоё заявление о нападении на земное царство противоречит нашему договору.

Аурелия сжала кулаки. Злость кипела в ней, и вдруг её корона вновь вспыхнула ярким синим пламенем. Воины Света отступили на шаг. Двое по бокам обнажили мечи и выставили щиты.

— Этого не может быть, — прошептали они. — На Алтаре Миров у представителей подземного царства нет силы…

Аурелия шагнула вперёд. Её кулаки засветились синим, молнии окутали тело:

— Я, Аурелия, царица подземного мира, царица тьмы. У меня похитили дочь. Мне хватит сил в любом из миров, чтобы пройти любые преграды и найти сою дочь. Я уничтожу всех, кто встанет на моём пути. Те, кто её украл, пожалеют о содеянном — их постигнет кара, которую они даже не представляют.

Князь Тьмы взял Аурелию за руку:

— Я объявляю войну не всему земному царству, а лишь королевству Элара — бывшему, ныне правящему барону Вильяму. Эти смертные в борьбе за власть травят и убивают друг друга. Наше вторжение сотрёт с лица земли лишь алчных.

Предводитель воинов Света поднял руку:

— Опустите мечи. Аурелия, я вижу, что твоя сила переходит границы миров. Твоя злость обоснована. Ты приняла самостоятельное решение, выбрав свой путь. Твоё присутствие здесь показывает, что путь твой верен.

Он взмахнул рукой — в воздухе возникли каменные скрижали, на которых начали проявляться слова:

— Для восстановления справедливости вторжение войск подземного царства в земной мир будет считаться законным и не нарушит договор Тьмы и Света. Князь Тьмы, твоё войско может войти на территорию земного царства. Да обрушится кара на людей за их грехи. Будет война, какой цари не видели. Свет не вступится за людей, пока принцесса Князя и царицы тьмы не будет возвращена в подземный мир. Но если принцесса тьмы по собственной воле решит остаться в земном царстве, войска тьмы должны покинуть его и вернуться в подземный мир. Такова моя воля и воля Света.

Князь Тьмы достал кинжал, провёл по большому пальцу и поставил окровавленный отпечаток на скрижали:

— Да будет так.

— Не бывать этому! — крикнул один из воинов Света. — Неужто мы будем смотреть, как полчища тьмы уничтожат людей?

— А разве вы не смотрели на это раньше? — ответила Аурелия. — Разве вы не видели бесконечных войн, голода, болезней, выкашивавших тысячи? Разве вы не видите, что работорговля стала основой доходов всех королевств? Так какая разница — кто будет уничтожать людей: войска тьмы или они сами, убивая друг друга?

Воин Света опустил глаза.

— Довольно, — произнёс предводитель. — Соглашение заключено. С этого дня, пока принцесса подземного мира не вернётся домой, в земном царстве наступит тьма. Но помните, в земном мире ваши войны будут смертны, хоть и сильнее людей. И ваша дочь будет смертна! Если она умрёт в земном мире, вы не можете встретить её душу в вашем мире. Её душа будет стёрта между мерами навсегда. И это также будет означать конец вашего вторжения.

Раздался гром. Всполохи света озарили пространство. Скрижали исчезли, а воины Света вознеслись вверх, пронзив тьму, как лучи рассвета, и растворились в вышине.

Князь Тьмы обратился к Аурелии:

— Царица моя, нам следует отправиться в замок и собрать военный совет. Сначала отправим разведчиков, подготовим царство и армию к войне. Ты равна мне, и сила твоя действительно переходит границы миров. Я хотел бы возглавить армию один, но месть мы разделим на двоих. Тебя я нарекаю командующим Королевства Пламени. Я же возьму Королевство Престолов Севера и нападу на союзников Вильяма. Вместе мы обрушим на земное царство такую мощь, которая станет уроком человечеству на тысячелетие.

Огненные лошади помчали карету в замок.

В зале Советов Дворца Теней за полукруглым столом восседали полководцы, командующие армиями и королевствами подземного мира. В центре на полу лежало огромное зеркало, в котором отражался земной мир — словно карта грядущей битвы.

Аурелия встала и обратилась к собравшимся:

— Подданные подземного мира! Сегодня мы начинаем войну против земного царства. Наша основная цель — спасти мою дочь. А после — дать урок всем, кто был в этом замешан. Нет. – остановилась царица – после весь мир людей осознает нашу кару и меня не остановят никаие договоры и соглашения. Если потребуется мы объявим войну всем мирам! Нас должны бояться! Так путь боятся! Пусть мир узрит и почувствует на себе месть Аурелии, царицы тьмы!

По залу прокатился гул одобрения. Клинки ударили о щиты, а демонические создания изрыгнули пламя в знак верности.

Война началась…

Глава третья: В поисках Веры.

«Не теряйте веру –

ибо потерявший её пойдёт по крови,

а обретя её заново придёт в ужас

от содеянного на пути к ней – но будет поздно»

Девять войнов вели в цепях маленькую девочку Веру в тюремную повозку.

Чтобы скрыть, кого везут, стражники накинули брезентовое полотно — повозка продувалась из всех щелей. Король Вильям и епископ Эллингтон сели в карету, следовавшую впереди, и кортеж отправился в королевский дворец.

Путь от монастыря на дальних берегах лежал через море, обычно спокойное, — лишь один месяц в году здесь бывали штормы. Карета и повозка с сопровождением поднялись на борт корабля…

Внезапно яркий день начал сменяться ночью. Птицы замолкли, волны стали расти. Было около полудня. Епископ посмотрел в небо и увидел, как чёрный диск постепенно заслоняет солнце.

— Началось, — произнёс он.

Спустя час наступила кромешная тьма. Волны некогда спокойного моря поднялись выше девятого вала, вода захлёстывала палубу.

В древнем скиту маги с тревогой наблюдали затмение. Верховный маг смотрел на чёрный диск, заслоняющий солнце, и произнёс:

— Возможно, мы не переживём то, что грядёт. Силы Света, дайте нам стойкости и не оставьте нас одних.

Корабль с похищенной Верой пришвартовался в королевской гавани. В порту царила тишина — никто не понимал, откуда взялась тьма. Многие никогда не видели затмения. Но оно оказалось лишь началом: тьма продолжалась уже вторые сутки.

— Спрячьте её в старых казематах тюрьмы, — прошептал Вильям. — Не нужно вести её в подземелье дворца. Будь она проклята, но я начинаю её бояться. Всех, кто проговорится о её местонахождении, — казнить.

Веру доставили в старую темницу, сняли мешок с головы, но оставили кандалы на руках и ногах. Камера была два на два метра: в углу — солома, ведро для туалета и деревянная чашка с водой. Вера забилась в угол, по щекам текли слёзы. Впервые она ощутила предательство, боль и зло окружающих. Даже в подземном мире к ней не было зла — а здесь люди, такие же, как она, оказались жестоки сверх всякого воображения.

Лорд Джефри вошёл в тронный зал к длинному каменному столу, за которым сидели король Вильям и епископ Эллингтон.

— Как прошло? Что вы молчите? Рассказывайте, — спросил Джефри.

— Она в старой темнице, — ответил епископ. — Это исчадие зла, само воплощение. Мы потеряли одного воина.

— Я так понимаю, — продолжил Джефри, — что затмение и тьма, пришедшая вслед за ним, — результат наших действий?

— Да, — кивнул епископ. — Силы зла отреагировали на нашу дерзость. Они придут за ней. Но мы поставим нож к горлу этой девчонки и заставим присягнуть нам. Тогда дочь короля Элара и сам Князь тьмы будут прислуживать нам, — с улыбкой добавил Эллингтон.

— Я хочу её видеть, — сказал Джефри. — Где она?

— В старой темнице. Тебе здесь делать нечего, — отрезал Вильям. — Лишние разговоры, лишние глаза. Нам это сейчас не нужно. Я распорядился никого не пускать — даже тебя.

Джефри понял: в этой игре он уже проиграл.

— Как будет угодно, Ваше Величество, — произнёс он и удалился.

Епископ повернулся к королю:

— У нас есть ещё одна проблема, которую нужно решить срочно. Джефри многое знает и всегда играет свою игру. Хоть он и значимая фигура — глава совета, — но по уставу королевства епископ может быть временно исполняющим обязанности главы совета. Если вы меня назначите, я объявлю чрезвычайное положение во всех королевствах. Нужно отправить на дальние рубежи сира Бернарда — главу королевской стражи — и дать ему полномочия управлять объединёнными силами.

Король вздохнул:

— Бернард — ещё одна проблема. Как только он узнает, что мы сделали, он не задумываясь отрубит мне голову. Но его так просто не убрать — ни один воин не станет его убивать, даже царский палач откажется.

— Мой приказ: назначить Бернарда главнокомандующим объединённых войск и отправить его на дальние рубежи. Пусть готовит оборону. Как только Бернард выступит навстречу врагу, оставьте в городах не более ста старых и слабых войнов или новобранцев, а остальные гарнизоны отведите для обороны столицы. Начальником обороны столицы назначьте сира Мозера. Но сделайте это после убытия Бернарда, — закончил король.

— Будет исполнено, — поклонился епископ и ушёл.

Джефри сидел в своих покоях и вёл дневник, записывая все тайны и интриги. Он дёрнул тайный рычажок под столом — столешница открылась. Джефри положил туда дневник и закрыл её.

Раздался стук в дверь:

— Лорд Джефри, вас вызывает король, — сказал стражник.

Джефри пошёл по коридору в сопровождении двух стражников.

— Мой лорд, король ждёт вас на смотровой башне, — сообщил стражник.

Джефри остановился. Он понял: это конец. Но бежать было некуда. Он склонил голову и пошёл за ними.

Войдя на башню, он увидел, что короля там нет. Дверь закрылась.

Стражники схватили его, подвели к окну и выбросили вниз. Джеффри разбился о каменный пол площади перед замком.

В башню вошёл епископ. Первый стражник вынул меч и зарубил второго.

— Я выполнил ваш приказ, ваша светлость, — склонился он перед епископом.

Епископ вынул кинжал и вонзил в горло стражнику, затем взял его меч, полоснул себя по руке и закричал:

— На помощь! На помощь!

На башню сбежалась стража и свита. На полу лежали двое зарезанных стражников. Епископ держался за руку:

— Это измена! Они напали на лорда Джеффри, выбросили его из окна, затем попытались напасть на меня. Благодаря моему умению и благословению Света я успел выхватить меч, зарубить одного из них, получил ранение, но второго достал кинжалом. Созвать срочный совет!

Лекари перебинтовали руку епископа. В зале совета повисла тишина.

— Мы стоим на пороге великого зла, — произнёс епископ. — Нам объявлена война. Лазутчики и предатели убили лорда Джефри, главу совета, и пытались убить меня. В связи с обстоятельствами я прошу совет и короля назначить меня временным главой совета.

Король встал:

— Когда мы потеряли великого короля Элара, лорд Джеффри форсировал события, чтобы назначить верных людей. Сейчас, когда он мёртв, мы должны идти по его пути. Предлагаю назначить епископа Эллингтона на должность главы совета.

Советники встали и аплодировали:

— Принимаем это предложение!

Тем временем на дальних рубежах у спящего тысячелетия вулкана пастух пас овец с сыном. Вдруг земля задрожала — началось извержение.

— Сын, скачи домой, предупреди старосту! — крикнул пастух.

Сын вскочил на коня и помчался, Конь вздыбился, и мальчик упал с лошади поднялся с земли и увидел, как из вулкана поднимаются тысячи крылатых существ.

Он вновь вскочил на коня и поскакал в город.

Староста, вельможа короля, не поверил мальчику взял плеть и начал бить его:

- Ах ты дворняга. И отец твой безродный пёс. Упустили стадо и прибежал рассказывать сказки! – кричал староста поселения.

Староста услышал странный шум, вышел на улицу, поднял голову вверх — и в темноте затмения увидел зловещие тени, которые двигались по небу. На город обрушился удар летающих демонов: они поднимали людей в воздух, к ним подлетали вампиры, кусали людей в шею — и те падали мёртвыми на землю. Начался хаос, крики…

И вот на горизонте появилась огненная колесница, сопровождаемая бесчисленным множеством демонов, монстров, упырей и оборотней. В колеснице, в самом её центре, стояла Аурелия — в чёрном готическом платье, на голове её горела синим пламенем корона, глаза светились ярко синим цветом. По правую руку от неё стоял её верный помощник — демон Рон с большой металлической секирой в чёрном балахоне.

Крылья летающей колесницы пылали огнём. Аурелия и Рон возглавляли огромную армию тьмы, которая шла на царство короля Вильяма.

Совет в замке короля Вильяма продолжался уже несколько дней, новые указы, решение вопросов предотвращения бунтов. Также обсуждались вопросы торговли, поставок продукции, работы магазинов, торговых лавок, борделей… В это время, когда не было дневного света, советники просили короля отправить гонцов в древний Скит к магам те могли дать объяснение происходящему. Король обещал это сделать, давая надежду и спокойствие участникам совета.

Вдруг в зал вошли стражники:

— Ваше Величество, мы получили дурные вести!

— Что такое? — спросил король.

— У ворот двое всадников. Они говорят о нападении на дальние населённые пункты нашего королевства.

Епископ Эллингтон встал:

— Ваше высочество, я разберусь с этим, — и быстро вышел за стражниками.

Он подошёл к двум всадникам. Их лица были измазаны пеплом.

— Ваше святейшество, на нас напали! — произнёс один из них. — Тьма атаковала с неба, рвала людей в клочья, жгла дома, леса, посевы… Люди сгорали, превращались в пепел под их колесницами. Насколько нам известно, уже потеряны Маврикон, Лестен, Большой и Малый Кёль. Мы выбрались из этого ужаса, когда местная стража пыталась справиться с нашествием Орды демонов в Старом Мухане, думаю город тоже пал.

— Значит, эти Орды уничтожают всех? Их невозможно остановить? — спросил епископ.

Второй всадник ответил:

— Не всех… Я заметил странность: они не трогают детей. Женщина закрывала своё дитя собой — на неё неслась колесница с лезвиями, разрубавшая всех вокруг, но их она не тронула. Монстры с крыльями хватали солдат, вельмож… Я видел, как схватили барона Хольда — его просто разорвали на части. Но женщины и дети… Они их не трогают.

Епископ подошёл к всаднику, который рассказал ему о проявлении выборочной агрессии войска врага, достал из под мантии нож и вонзил в живот всадника. Тот скорчился и упал.

Епископ посмотрел на второго всадника:

— Сейчас мы пойдём в зал Советов. Ты расскажешь всё то же, что рассказывал, но умолчишь про некое сострадание и избирательность нападавших. Ты скажешь, что убивают и сжигают всех. Лишь только вам посчастливилось выбраться. Что они разрывают детей и женщин в первую очередь. Ты понял? Или отправишься вслед за другом.

— Я понял вас, ваше светлость, — прошептал всадник.

Они направились в зал Советов и рассказали всё именно так, как хотел епископ.

Слово взял начальник королевской стражи, рыцарь Бернард:

— Ваше Величество, ваша светлость, совет! Это вероломное нападение необходимо остановить. В связи со случившимся прошу назначить меня главнокомандующим объединённых войск!

Король посмотрел на епископа и понял про себя, что его задумка была верна — он просчитал действия Бернарда. Никто не заподозрит то, что он спланировал. Король кивнул головой.

Епископ Эллингтон произнёс:

— Повелеваю! Да будет так. Вы, сир Бернард, назначены указом короля и подтверждены советом на должность командующего объединённой армией королевств. Направляйтесь для выполнения своих задач и обеспечения защиты королевства. Мы уповаем на вас. Свет вам в помощь, осветит он вашу дорогу и ваши действия. Я, голос света, говорю вам: идите и разбейте врага!

Бернард стал на колено, преклонил голову, встал и удалился из зала.

Епископ продолжил:

— Объявляю военное положение в королевстве! — он развернул свёрток приказа короля и зачитал его.

Бернард со своим отрядом вышел из королевского дворца и направился к дальним подступам королевства — строить эшелоны защиты. Он не знал, что десятки городов уже разрушены. Он шёл с надеждой победить врага, как всегда в былые времена. Он не боялся врага и надеялся только на победу.

Он прибыл в город Ротс-Град. Войдя в город, он увидел подозрительно стоящую у выхода вереницу обозов. Его войска вошли в город.

— Приведите ко мне барона, начальника полиции, старосту и начальника стражи! — приказал Бернард.

На центральной площади, в кромешной тьме, все собрались у главного фонтана, подсвеченного факелами. Бернард заслушивал доклады. Бороны молчали о тайном приказе короля — вывести все продукты, провизию, богатства и увести гарнизоны из города. Этот приказ был доставлен воронами царской почты. Они опередили войска Бернарда.

К Бернарду подошёл начальник гарнизона:

— Сир Бернард, мы посылали Воронов впередистоящие города, но ни один не вернулся. Мы предполагаем, что все дальнейшие деревни и города уже не под нашим контролем. Разведчики тоже не вернулись.

— Значит, будем встречать бой здесь! — твёрдо произнёс Бернард. — Открыть ворота, впустить всех крестьян, всех бедняков и бездомных! Трубите сбор всех крестьян, размещайте их в замках, в гостевых домах. Барон, вы ответственны за это.

— Крестьян — в гостевые дома? — возмутился барон. — Вы хотите, чтобы в моём замке я разместил эту бедную шваль?

— Эта «бедная шваль» — наш народ, — отрезал Бернард. — И бедная она лишь из за того, что вы слишком богаты. Выполняйте мой приказ, если не хотите, чтобы я вас повесил.

Двери города открылись. Колокола били набат. Со всех близлежащих деревень нескончаемым потоком шли крестьяне, женщины, дети, пахари…

Бернард вывел за стены замка три когорты по сто воинов в каждой. Он сел на коня, обратился к рыцарям:

— Я лично поведу вас. Мы разобьём врага и не допустим, чтобы какая то нечисть подошла к нашему городу!

Воины держали впереди себя факелы и отправились в темноту.

Идя в кромешной тьме, Бернард молился — молился Свету, чтобы тот не оставил его, как бывало в прежние времена. Он верил в свой меч больше, чем в какие либо молитвы, но время шло — и силы уже не были те. Хоть рука его и была крепка, он понимал, что бой он может и не вытянуть, как раньше.

Поэтому он вёл войско в узкое место — в долину, чтобы получить преимущество. Он не верил в летающих созданий. В его воображении враг предстал обычными варварами — в шкурах медведей и волков для устрашения. Это он встречал довольно часто в походах с королём Эларом.

Подойдя к месту, где вершины холмов слева и справа сжимали дорогу в ущелье, он остановился:

— Всем стоять! Лучникам занять позиции на холмах! Рыцари, выставить щиты с длинными копьями, держать строй! Тяжёлая конница — стать слева и справа, спрятавшись за холмами. Как только первая линия встретит натиск врага, лучники должны отсекать подкрепление, а тяжёлая конница слева и справа окончательно разрежет эту орду! Такой был план сира Бернарда.

Горизонт будто бы загорелся. Рыцари начали переглядываться — линия горизонта пришла в движение, да так стремительно, что у самого Бернарда началась паника. Мгновение — и горящее море огненных тварей ударило по позициям его войска.

Первая когорта мечами и щитами пыталась остановить врага, но колесницы, проходили сквозь их ряды словно раскалённый нож сквозь масло.

Лучники на холмах хотели помочь войскам в долине, но на них обрушились тёмные небеса: крылатые демоны рвали их на части.

Бернард взмахнул факелом, попытался призвать на помощь тяжёлую конницу, спрятавшуюся за холмом, — но конница уже вела бой. Враг был повсюду, он был ужасен. Рыцари хладнокровно сражались, но у них не было никакого шанса: войско тьмы превосходило численностью не в десятки и сотни — а в тысячи раз.

Бернард вытащил меч и сам поскакал в эту гущу ужаса. Он рубил головы демонов, но их было слишком много.

— Бегите! Бегите, сир, бегите в город! Спасайте город! — кричали ему помощники.

Бернард в ужасе смотрел, как тает на глазах его отряд — триста воинов, отважных, сильных… Впервые он бежал от битвы. Он развернул коня и помчался в город.

— Откройте ворота! — закричал он.

Ворота города открыли. Конь вбежал и упал замертво — у него торчали рёбра, грива была сожжена пламенем, которое извергали демоны. Бернард встал:

— Лучники — на стены!

И тут он обернулся. На центральной площади города не было войск. Он подошёл к одному из стражников — молодому парню, которого мобилизовали только утром. Тот держал в руках меч, не зная, как с ним обращаться.

- Где гарнизон? Крикнул Бернард.

— Барон забрал войско и ушёл, — сказал стражник. — Он забрал с собой много лошадей, провизию. Нас оставил здесь — ждать, пока ваше войско вернётся, и помогать оборонять город.

— Где ваши рыцари сир? — спросил молодой воин, глядя испуганными глазами на Бернарда.

Бернард понял, что его предали. Он забрался на стены, приказал подняться всем солдатам, которые были. На горизонте вновь двигалась огненная армия тьмы.

— Биться до конца! — приказал он.

Со стены он подошёл к воротам, достал меч, снял шлем. Его доспехи были повреждены, из под них сочилась кровь — он уже получил несколько ранений копьями, булавой, когтями демонов, которые разрывали металл.

Волна настигла город. Крылатые твари сбросили со стен всех оставшихся защитников. Ворота разлетелись в щепки. Бернарда окружили демоны.

Бернард стоял на коленях, изнеможённый, без меча.

Демоны расступились — и в город вошла колесница Аурелии. Царица тьмы неспешно сошла с неё, следом спустился её помощник Рон.

Рон положил свою большую чёрную секиру на плечо Бернарду.

— Великий воин, рыцарь Бернард, разивший мечом и щитом во имя короля Элара, — произнесла Аурелия, медленно подходя к нему. — Узнаёшь меня?

Перед ним стояла царица тьмы.

Бернард поднял голову:

— Ты… — прошептал он. — Я хотел бы узнать в тебе маленькую девочку, которая бегала по полям и радовала всех вокруг, которая скакала на моих лошадях лучше, чем любой рыцарь… Ту девочку, с которой я играл в шахматы… — он сплюнул кровь. — …и которая заражала мир своей улыбкой.

— Той девочки больше нет, — тихо произнесла Аурелия. — Она умерла. Точнее, вы её продали. Эту девочку, которая дарила миру радость, — мой отец, моя мать и ты… Все вы не сделали ничего, чтобы помешать продать меня, как вещь, тому гнусному, поганому старику, которому ты сейчас кланяешься в ноги, как своему королю. Хотя когда то присягал, моему отцу, королю Элару. А сейчас ты здесь, великий воин, стоишь на коленях передо мной — перед царицей тьмы.

— Где твоё войско? — сухо спросила Аурелия. — Это всё? Видимо, правление короля Вильяма подкосило армию. Нет той отваги, нет того количества воинов — лишь жалкое подобие армии.

— Меня предали, — проговорил Бернард. — Пока я бился с вами у холмов, гарнизоны отозвали по тайному указанию короля Вильяма.

— Предательство — это в духе людей, — сказала Аурелия. — Отец с матерью предали меня. Мать предала отца. Лорд Джеффри предал мать. Вильям предал тебя. А ты предал память о своём короле Эларе.

Но это всё лирика.

— Где моя дочь? — глядя в глаза Бернарду, спросила Аурелия.

— Я не знаю, о чём ты, — ответил Бернард.

— Я распознаю ложь, — сказала она. — Научилась этому в тёмном мире, в тёмном царстве. Там нет лжи, предательства — лишь раскаяние и наказание. В земном мире лгут все. Но ты не лжёшь. Я сохраню тебе жизнь.

— Рон, — обратилась она к помощнику, — всех, кто сдался, а также женщин и детей, которых мы схватили, отправьте в темницу миров. И благородного рыцаря Бернарда тоже.

Рон взмахнул секирой — открылся портал, и оттуда вылетели крылатые демоны. Они схватили всех, кто остался в живых, и увели в темницу.

— Моя царица, войско Князя тьмы успешно наступает на княжества союзников короля Вильяма, — доложил демон. — Оно направляется к дальним берегам, через горы. Я возьму отряды оборотней и нападу на старый священный Скит, где кроется совет магов. Демоны туда не смогут подойти — все эти защитные заклинания, артефакты, древние камни. А вот оборотням страшно только серебро. Но нашего полчища им не остановить — во всём королевстве не хватит столько серебра.

Аурелия кивнула. Демон запрыгнул верхом на одного из оборотней — и, словно шерстяной ковёр, который простирался на целые поля, умчались в горизонт.

Аурелия взошла на колесницу, махнула рукой — и армия тьмы продолжила своё движение в направлении столицы короля Вильяма.

Королева Лиана оплакивала смерть Джефри — ведь он для неё был не просто другом, но уже и любовником. Она тайком вошла в покои погибшего Джефри и стала искать:

— Должно быть что то, — говорила она. — Должно что то быть…

Она села за его стол, нащупала под столом рычажок, дёрнула за него — и столешница открылась. Там она увидела книгу — его дневник. Лиана спрятала его под платье, закрыла столешницу и убежала из покоев Джефри. Закрывшись на засов изнутри в своей комнате, она начала читать — и перед ней открылись все тайны, все интриги, которые Джефри годами плёл вокруг.

И вот она прочла о том, что Аурелия — её дочь — жива. О том вероломном похищении дитя, которое родилось у её дочери, в подземном мире.

На последних страницах, которые он писал, было обращение к ней:

«Лиана, прости меня, но я делал всё лишь в интересах королевства. Я не мог сказать тебе раньше и не знаю, скажу ли сам. Но если ты читаешь эти строки, меня нет в живых, а дочь твоя, Аурелия, жива. Епископ придумал план, как проникнуть в Тёмный мир и украсть дитя твоей дочери. Они не дали мне с ней увидеться и спрятали её в старой темнице. Единственный, кто тебе сможет помочь, — это начальник королевской стражи, верный помощник твоего бывшего мужа, рыцарь Бернард. Аурелия уже идёт за своей дочерью. Спаси королевство. Освободи дочь Аурелии».

Лиана проплакала всю ночь. Хотя уже никто не понимал — день это или ночь: тьма, окутавшая королевство, ввергла людей в страх и депрессию.

Королева пришла в покои короля Вильяма:

— Почему ты не сказал, что моя дочь жива?! Что вы сделали?! Вы принесли в наш мир зло, навлекли на нас беды, навлекли на нас смерть!

Вильям поднял голову, посмотрел на Лиану и крикнул:

— Стража! - Стражники вошли. — Для обеспечения безопасности не выпускать королеву из её покоев. Обеспечить её всем необходимым, но она не должна оттуда выходить.

Стражники взяли её под руки и увели, бросили, как какую то служанку, на кровать в её покоях и закрыли дверь снаружи.

Лиана попыталась выйти, но стражники сказали:

— Не положено.

— Позовите ко мне рыцаря Бернарда, — сказала она.

Один из стражников повернулся и ответил:

— Бернард отправился на защиту дальних рубежей нашего королевства. Я могу вызвать вам священника — помолиться — или служанку.

Королева Лиана села на кровать, опустила руки и просто смотрела на огонь свечи, стоящей на столе.

Главный почтмейстер, отвечающий за голубиную почту и послания, присылаемые воронами, постучал в покои епископа:

— Ваша светлость, послание с шести городов, — он передал шесть кусочков пергамента и удалился.

Епископ разворачивал каждый — и читал одну и ту же фразу: «Город пал. Город пал. Город пал».

Эллингтон подошёл к окну, посмотрел в надежде увидеть хоть какой-то лучик света — но тьма не расступалась.

Он сел за стол и начал что то писать — одну бумагу за другой. Затем встал, повернул кронштейн, на который ставился факел, — открылась потайная дверь в стене. Оттуда епископ достал мешочки с золотыми монетами, несколько шкатулок с драгоценными камнями и печать короля.

У епископа Эллингтона была копия печати короля Вильяма — и он уже не раз подделывал указы. Вильям был опьянён властью и богатством, а старость уже притупила его чувства. Он не видел, что епископ ведёт свою отдельную игру.

Эллингтон сложил все сбережения в большой кожаный мешок, позвал стражников и удалился из замка.

На пороге старой темницы епископа встретили рыцари:

— Приказ короля: никого не впускать, — произнесли они.

Епископ достал свёрток и передал им. Рыцари посмотрели, увидели печать короля, развернули свёрток. Там был указ: «Я, король Вильям, приказываю передать секретного узника в руки епископа Эллингтона и сопроводить их в королевскую гавань для отправки секретного узника в темницу на дальних берегах старого монастыря».

Удар ногой по решётке — Вера проснулась. Она вновь увидела фигуру епископа. Дверь открылась, и он подошёл к ней:

— Встань, когда перед тобой слуга света, голос света и рука его, — сказал епископ.

Заплаканная девочка в грязном платье, дрожа от холода, встала. Она посмотрела своими красными глазами в глаза епископа и сказала:

— Моя мать найдёт тебя и вырвет твоё сердце. А мой отец сорвёт с тебя кожу.

— Наденьте ей мешок на голову, — произнёс епископ. — Выделите мне стражу — десять рыцарей — и сопроводите меня до порта.

Вере надели мешок, чтобы она ничего не видела, посадили в карету вместе с епископом. В сопровождении стражи они отправились в порт.

Начальник порта Гарт сидел за столом, делая записи в портовых документах. Рядом стояли сундуки, набитые золотыми монетами, драгоценными камнями и долговыми расписками. Рядом сидели два его помощника — Марио и Луи, два его брата, которых он скрывал и тайно устроил к себе на службу. Скрывал он своих братьев, потому что не было принято родственникам работать вместе — это ещё заложил король Элар, дабы предотвратить коррупционные связи. Но Гарт, ещё в связке с Вильямом, тогда ещё бароном, устроил своих братьев к себе же в помощники.

Дверь открылась — вошёл Эллингтон. На стол упали золотые монеты.

— Мне нужен корабль, на котором я и тайный пассажир — заключённый — отправятся в монастырь на дальние берега, — уточнил Эллингтон.

Гарт посмотрел на епископа:

— Наступила вечная ночь. Все пытаются покинуть королевство. А вы направляетесь в монастырь? Мне не важно, кого вы везёте, но я вам советую тоже уплыть куда подальше. Вот я с моими помощниками сейчас погрузим всё нажитое добро в лодку и уплывём из этого королевства далеко. Пираты уже покинули моря под контролем короны. Одна ведьма нашептала мне, что жителей королевства всех убьют. Вот и я решил покинуть мой любимый порт. Заработанного мне хватит, чтобы прожить долгую жизнь на каких-нибудь тёплых берегах. Хотел взять с собой пару портовых шлюх, но понял, что у них нет столько денег, чтобы расплатиться со мной за это спасение. Я заполню вам маршрутное направление — покажете его капитану у двенадцатого причала. Он возьмёт вас, — проговорил Гарт, загребая золотые монеты со стола и бросая их в сундук. — Ровно столько же вы дадите капитану корабля — и он отвезёт вас куда хотите, без лишних вопросов.

Девочку с мешком на голове заводят по трапу на корабль. В кромешной тьме, при свете факелов, матросы смотрят на неё и переглядываются. На корабль зашёл епископ, протянул капитану мешочек с золотыми монетами. Капитан махнул рукой, приглашая его в свою каюту и отдал приказ подготавливаться к плаванию.

Вскоре корабль отчалил. Веру посадили в трюм. Один из матросов тайком подошёл к ней, спросил:

— Как тебя зовут?

С надетом на голове мешком Вера тихим, испуганным голосом сказала:

— Вера. Меня зовут Вера.

Матрос, боясь, что это ведьма, тихонько протянул руку и снял с головы её мешок. Он увидел лицо испуганной девочки. Единственное, что было необычного, — цвет глаз: они были красными, но в них не было ужаса, в них было спокойствие.

— Дяденька, — прошептала она, — я прошу вас, дайте мне воды.

Матрос снял флягу:

— Прости, но у меня только ром. Сейчас, детка, сейчас.

Он убежал, прибежал в общую каюту, где спали матросы, открыл свой сундук, достал оттуда сухари, вяленое мясо, фляжку с молоком и бочонок пресной воды. С этим он прибежал в трюм к Вере:

— Детка, держи. Только не торопись — если ты долго не ела, еда может превратиться в яд для тебя.

Вера смотрела на еду голодными глазами начала кусать сухари, вяленное мясо, запивать молоком.

— Спрячь это всё, — прошептал матрос. Он принёс солому. — Спрячь это в солому. Если кто то, кроме меня, будет спускаться — не показывай.

Он прикоснулся к её руке — и его будто пронзила боль, но не физическая, а где-то глубоко в душе. Он почувствовал её страдания. Отошёл на пару шагов:

— Нет, ты не ведьма. Матросы говорят ложь. Но ты не человек. Кто ты?

— Меня похитили, — проглатывая еду, произнесла девочка. — Меня украли у матери и отца. Это дядя с бородой… Они держат меня в темнице. Моя мать ищет меня. Прошу, отпустите меня.

— Я не могу, — сказал матрос. — Если я это сделаю, меня повесят. Да и некуда тебя отпустить — мы уже вышли в море. Мы идём в монастырь. Я знаю там одного монаха. Когда мы причалим к берегу, я извещу его — а он тебе поможет, чем сможет. Кушай, ложись спать.

Он снял с себя плащ, протянул ей:

— Укройся — ночью будет холодно.

Развернулся и ушёл.

Вера посмотрела ему вслед, держа в руке плащ, а во второй — фляжку с молоком. Из её глаз потекла слеза. Она поставила фляжку на пол и вновь заплакала.

Совет магов вёл бурное обсуждение. Волшебники читали древние книги, пытаясь объяснить причину тьмы, которая нависла над их королевством. Верховный маг уже чувствовал, что всё это связано с тёмными силами.

— Принесите зеркало судьбы, — приказал он.

Внесли зеркало судьбы и отрубленную руку демона, на которой осталось четыре пальца. Маг хотел задать вопрос — как раздался колокольный набат.

— Что ещё случилось? — произнёс маг.

В двери ворвались монахи:

— Сигнальные костры с востока!

Верховный маг, схватив трость, вышел на балкон башни. Вдали виднелись на востоке три огонька — это были сигнальные костры, которые зажигали на башнях для извещения о приближении опасности к старому скиту.

Маг развернулся, посмотрел на участников совета:

— Они уже здесь, — произнёс он. — Ещё костры! — закричали монахи. — С запада тоже загорелись костры.

— Всем занять позиции! Закрыть ворота! Стражников — на стены! Выстроить круг, создать защитный барьер вокруг скита! – закричал Верховный маг.

Это Рон с армией оборотней ворвался в старый священный Скит — началась бойня. Оборотни рвали глотки волшебникам, магам, колдунам, монахам, воинам — всем, кто попадался на их пути. Реки крови залили улицы, повсюду валялись куски тел и защитные амулеты. Но эти амулеты защищали лишь от демонов — посеребрённых стрел и копий у волшебников не оказалось. Повсюду стоял крик.

Верховный маг стоял в зале, окружённый двенадцатью монахами. Каждый из монахов достал клинок. В зал ворвались оборотни — их клыки и зубы были в крови, слюна текла на пол. Они заполнили зал. Вслед за оборотнями вошёл демон Рон.

Шансов не было — не было времени произнести даже заклинание. Верховный маг уже стоял на коленях в разорванной мантии, весь исцарапанный когтями монстров. Рон подошёл к нему:

— Ты — Верховный маг земного царства. Я слышал о тебе много.

Рон посмотрел в центр зала — там стояло Зеркало судьбы и отрубленная рука демона.

— А, вот это наша вещь! Давно мы потеряли, теперь нашли, — он взял отрубленную руку демона. — А это наш отважный привратник… Я помню ту войну миллион лет назад: вы обманули нас люди - человеки, забрали зеркало, отрубили руку… Осталось четыре пальца. Вы даже не смогли воспользоваться в полной мере силой этого Зеркала. Я лично знал привратника. И была бы моя воля, я бы отрубил тебе голову. Но ты бы не умер — твоя голова смотрела бы и всё понимала. А я бы сдирал кожу с твоего тела, и ты бы всё чувствовал. И скормил бы тебе каждый кусочек твоего тела… Но я сохраню тебе жизнь.

Рон взмахнул секирой — открылся портал в темницу. На мага надели оковы, и он скрылся в глубине миров.

Демон поднялся в башню почтарей. На полу лежал монах, растерзанный оборотнем. В клетках были голуби и вороны. На столе лежал пергамент — это было послание из королевского дворца: «Приказ короля Вильяма: всем магам выдвинуться в королевский дворец для защиты столицы».

— Прочитал Рон.

Он поднял с пола оторванный палец монаха, завернул его в бумагу. На бумаге оставил надпись: «Поздно». Обвязал нитью, прикрепил к ворону из клетки с надписью «Королевский замок» и выпустил ворона.

Теперь королевство Вильяма было обречено. Последняя надежда, которая могла их спасти, — совет магов — была уничтожена. Демон сделал ход на опережение: маги не успели принять решение и обратить всю силу их древних знаний против армии тьмы. Теперь оставалось просто считать дни до полного краха и уничтожения всего населения королевства Вильяма.

Аурелия со своими войсками брала один город за другим. Города были брошены, войска отведены к столице. Король бросил своих подданных. Но Аурелия шла и выполняла свои обещания, данные на алтаре миров рыцарям света: она и Князь тьмы щадили женщин, детей, пахарей, пастухов, пекарей — но только тех, чьи помыслы были чисты, только тех, кто не воровал, не убивал себе подобных. Всех рыцарей, которые сдавались, она тоже щадила и отправляла лишь в темницу между мирами.

Она знала, что в городах, которые она захватывала, в погребах и подвалах прятались люди, — но она их даже не искала. Она просто шла вперёд в надежде на то, что в королевском замке, в темнице, в одной из камер найдёт свою дочку, найдёт свою Веру.

В направлении дальних берегов наступление армии тьмы вёл сам Князь тьмы. Его доспехи были покрыты кровью. На плечах доспехов были шипы, на которых насажены отрубленные головы рыцарей. На голове его был шлем с рогами. Там, где шла его армия, оставались сотни виселиц: он не брал в плен тех, кто держал оружие, — он их вешал. Города сжигал, а каменные постройки разрушал.

В его отрядах были монстры из глины и камня с булавами, молотами и секирами. Небо ему прикрывали драконы — они плавили огнём даже камни. В отличие от Аурелии, Князь не заточал людей в темницу миров: он заковывал их, и надзиратели вели бесконечные колонны за собой.

Он был одержим разрушениями. Закрывая глаза, Князь видел Веру. Потеря дочери, потеря его Веры толкала его на крайнюю жестокость.

Морвин, верный помощник Князя, заполонил королевство Вильяма шпионами в обликах тени, которые ходили за каждым человеком и докладывали Морвину и Рону всю информацию.

Король Вильям читал донесения из городов о приближении армии тьмы. Его руки дрожали.

В зал зашёл начальник старой тюрьмы:

— Ваше величество, ваш приказ выполнен. Мы доставили девочку в порт, — произнёс он.

У короля выпали бумаги из рук.

— Какой приказ? Какую девочку? — закашлявшись, произнёс Вильям.

— Ту, что вы с епископом привезли, — ответил оторопело начальник тюрьмы.

Король понял: епископ его обыграл. Король засмеялся в истерике, его смех перешёл в плач. Он встал с трона:

— Стражу! Позовите стражу! — бормотал он.

Стража зашла в зал.

— Меня предали все, все вокруг. Я стал стар и глуп. Приведите королеву Лиану, — сказал Вильям и сел за стол что то писать.

Стражники зашли в покои королевы:

— Вас зовёт король.

Лиана поняла, что пришло её время.

— Мой король, — склонилась королева в поклоне.

— Оставьте нас, — сказал Вильям. — Лиана, нас предали. Епископ украл дочь Аурелии и увёз в монастырь на дальних берегах. Совет магов уничтожен. У нас нет защиты от твоей дочери. Прошу, вот тебе обращение к Аурелии. Передай ей, отправься к ней навстречу как посланец мира. Она твоя дочь, она поймёт и выслушает тебя. Спаси королевство.

Король стал перед ней на колени. Лиана удивилась: сам Вильям, который избивал её каждую ночь, теперь стоит на коленях.

— Я восхищаюсь своей дочкой, — сказала Лиана. — Она меняет даже таких, как ты, тварей.

Тогда король поднялся, схватил её за волосы и ударил о трон:

— Тварей? Я дал тебе всё! Если бы не я, ты бы сдохла вместе со своим Эларом!

— Стража! Вывести королеву за стены замка, за стены города. Дать ей двух сопровождающих с белыми флагами и направить на переговоры в направлении армии врага!

Стражники схватили королеву и потащили с собой.

— Будь ты проклят, Вильям! — крикнула Лиана и плюнула в его сторону. — Будь ты проклят!

Королева в сопровождении двух всадников с белыми флагами направилась в сторону, откуда шла армия тьмы. Они проходили мимо эшелонированной обороны: многочисленные рвы, колья, катапульты. Повсюду горели костры и факелы, разгоняющие мрак.

На третий день пути они остановились и разбили лагерь у дерева. Всадники собрали хворост и зажгли костёр. Лиана ела вяленое мясо и смотрела, как тени её и всадников играли с пламенем костра.

Вдруг одна из теней накинулась на всадника и перерезала ему горло. Второй всадник бросился бежать, но его что то подхватило в воздух, в темноту. Через мгновение он упал и сломал себе шею. С неба спустился крылатый монстр, схватил Лиану за плечи лапами с длинными когтями и унёс с собой.

На смотровой башне очередного горящего города стояла Аурелия. В темноте появился демон с крыльями, в лапах которого была её мать. Лиана упала к ногам Аурелии.

Аурелия замерла.

— Дочка, — прошептала мать и обняла её за ноги, — дочка, ты жива! Я верила в это, ты жива, слава свету, ты жива! — плакала Лиана.

Аурелия отошла назад:

— Замолчи, — прошептала она, глядя на мать. — Ты меня ждала? Для чего? Ещё раз продать подороже? Как ты низко пала, ты — жена этого старика! Со мной не получилось, так ты предложила себя. Какая мерзость.

— Дочка, он обманул меня, — сказала Лиана.

— Опять обман, опять измена. Каждый, кого я встречаю в моём бывшем мире, говорит мне об обмане, — ответила Аурелия.

— Я видела отца, — продолжила Аурелия, обходя стоящую на коленях Лиану. — Он в долине вечных мук. Я открыла ему тайну смерти: он знает, как ты и Джеффри сговорились его отравить. Эта картина будет вечно стоять у него перед глазами.

— Я слышала его последний вздох, видела, как он захлёбывался пеной, — продолжила Аурелия, её голос дрожал от гнева и боли. — А ты лежала через день в постели Вильяма, а после — и Джеффри.

Лиана перестала рыдать, поняв, что лгать бесполезно. Она встала и утёрла слёзы:

— Да, это мой грех, и мне с ним жить. Я — королева, и вижу больше, чем ты. Я действовала во благо королевства.

— Вот как, — сказала Аурелия. — Король Вильям, мой муж, просит прекратить войну, — произнесла Лиана и протянула свиток с печатью короля.

Аурелия развернула пергамент и начала читать, медленно обходя вокруг матери:

«О великая царица тьмы, Аурелия! Я, король Вильям, преклоняю колено перед твоим могуществом. Я любил тебя ещё в те времена и уважал твоего отца Элара, великого правителя. Я вступил на трон после череды предательств лордов, совета и твоей матери. Я пожалел её и взял в жены. Но она вместе с лордом Джеффри, епископом Эллингтоном и рыцарем Бернардом отравили Элара и украли твою дочь. Я узнал, что её поместили в старую темницу, но было поздно — епископ увёз её в монастырь на дальних берегах. Я казнил лорда Джеффри, а рыцарь Бернард устроил бунт, за что был сослан в город, который ты и твоя великая армия уже захватили. Надеюсь, этот предатель понёс кару. Твоя мать спланировала похищение твоей дочери. Она пыталась убежать, но я отправил её к тебе в сопровождении двух воинов с белым флагом. Прими мою корону и прости меня. Помилуй меня, и я готов уйти в самый отдалённый замок или буду служить тебе до конца своих дней».

Аурелия с хладнокровием прочла и передала бумагу матери:

— Читай.

Лиана читала и повторяла:

— Это ложь, это всё ложь…

Аурелия медленно подошла к королеве. Та с ужасом делала шаги назад.

— Что ты скажешь папе? — спросила Аурелия остановившись.

— Я не понимаю тебя, — ответила Лиана.

Аурелия толкнула её в грудь — и королева Лиана, её мать, сорвалась со смотровой башни и разбилась о камни внизу.

— Прощай, — произнесла Аурелия без тени эмоций. — Тебя ждут мука и боль. Вечно.

— Рон! — громко произнесла Аурелия.

Рон стоял в разрушенном зале совета магов. Он слышал Аурелию через любые расстояния. Он махнул секирой и портал перенёс его к ней.

— Веру увезли в монастырь на дальние берега. Нам нужны корабли. Идём на королевскую Гавань. А ты… Убей короля Вильяма. Я чувствую, мой муж уже близок к Вере. – проговорила Аурелия.

Рон ухмыльнулся:

— Будет исполнено, повелительница.

Аурелия шагнула с башни — и её подхватила колесница с огненными крыльями. Армия разделилась: часть под предводительством Аурелии обошла столицу королевства и направилась в королевскую Гавань, а Рон с отборными отрядами демонов устремился к основным силам короля Вильяма.

Колесница Аурелии летела над разрушенными землями. Внизу простирались пепелища городов, поля, усеянные костями, дороги, заваленные обломками повозок и оружием. Но царица тьмы не обращала внимания на разрушения — её мысли были только о дочери.

— Госпожа, — обратился к ней один из приближённых демонов, — разведчики доложили, что в монастыре на дальних берегах действительно видели девочку с красными глазами. Епископ Эллингтон прибыл туда три дня назад.

— Значит, мы успеваем, — холодно ответила Аурелия. — Поднять флаги. Пусть все знают: царица тьмы идёт за своей дочерью. Любой, кто встанет на пути, будет уничтожен.

Она подняла руку — и огненная колесница вспыхнула ярче. Армия тьмы ускорила шаг, направляясь к морю.

В холодной и сырой камере, свет в которой поступал лишь от горящего факела на стене, на тонком слое соломы, поджав под себя ноги, Вера вспоминала, как играла с мамой, как каталась верхом на ужасных демонах. Буквально недавно она показывала отцу, какой вырастила цветок. Её мир перевернулся, стоило ей поверить душе человека.

— Вера, — тихо произнёс стражник, — я принёс тебе пирожки. Моя жена передала тебе ещё одеяло, но я не смог его пронести незаметно.

Стражник протянул ей через решётку пирожки. Вера подошла к решётке:

— Спасибо вам, передайте мою благодарность вашей супруге.

Она отламывала кусочки, чтобы растянуть удовольствие. Стражник смотрел на неё, и по его щеке текли слёзы. Он не понимал, чем она провинилась. Зачем такая жестокость?

— Не плачьте, — подошла опять к решётке Вера, — возьмите кусочек, — и протянула большую часть пирожка стражнику, оставив себе маленький кусочек.

— Дочка, кушай, ты совсем исхудала, — сказал стражник.

По ночам к Вере приходили монахи и приносили ей маленькие кусочки шоколада. Она никогда не пробовала шоколад. Она закрывала глаза и улыбалась, чувствуя на языке этот сладкий вкус. Монахи изо дня в день собирались и обсуждали, что делать и как помочь освободить Веру. Но им не хватало смелости пойти против епископа.

Епископ с каждым днём становился всё безумнее. Он часами стоял на коленях и повторял:

— Я — глаз света, я — его голос, я — рука его. Я — свет.

Перед ним лежал кинжал. Он смотрел на отблеск пламени свечи в лезвии кинжала и опять повторял:

— Я — глаз света, я — его голос, я — рука его. Я — свет.

Его разум постепенно растворялся в мании величия. Он видел видения, слышал голоса, приказывающие ему принести жертву ради «очищения света». Вера стала для него не просто заложницей — она превратилась в ключевой элемент его безумного ритуала.

В трёх днях пути от монастыря Князь тьмы резал и сжигал всех, кто становился у него на пути. Его армия, оставляла за собой лишь пепел и руины.

Королевская гавань была пуста. Торговые корабли брошены. На рейде стояли десяток боевых кораблей.

Из темноты вылетели демоны и, как тучи, как рой, набросились на моряков, терзая их. Матросы прыгали в воду. Демоны садились на палубы и занимали места моряков — на мачтах, за штурвалом и в трюмах.

Демоны захватили флот и торговые корабли, перегрызли швартовые канаты и вышли в море. На фрегате «Воля Короля» на палубе стояла Аурелия. Корабли, битком набитые тварями тьмы, шли к дальним берегам. Кольцо сжималось.

— Вера, только живи, только живи, — шептала в уме Аурелия, глядя на тёмные волны.

Морской волк, адмирал Шлях, стоял на позициях со своей флотилией у дальних берегов — в паре морских миль от монастыря. Его флот перешёл на службу епископу. Очередная измена, очередное предательство.

Головной корабль колыхался на волнах. Матрос на мачте высматривал во тьме хоть какое то движение в море.

— Адмирал! Корабли! — закричал матрос.

Адмирал вышел на палубу, достал подзорную трубу:

— Корабли… Это наши, из королевской гавани. Наверное, подмога. Странно, они идут… Кто дал штурвал этим береговым крысам? — пробормотал адмирал.

Корабли под управлением демонов шли так близко друг к другу, что толкались о борта.

— Отбой тревоги, — сказал Шлях. — Свои.

— Царица, — в поклоне обратился монстр к Аурелии, — наших кораблей мало, половина из них — торговые, без пушек. Большая часть войска ушла с Роном на штурм дворца. Их пушки разобьют нас.

Аурелия молча стояла. На её лице была полная безразличность. Она медленно подошла к краю борта и кинула серебряные монеты с черепом в воду. Из глубин поднялась пена.

— Адмирал! — закричал матрос. — Тревога!

Адмирал выбежал вновь из каюты и увидел, как из воды поднимаются сотни затонувших кораблей. На борту их скелеты вычёрпывают воду за борт, паруса в дырах. А у штурвала стоят в капитанских треуголках полуразложившиеся мертвецы.

— К бою! К бою! — прокричал адмирал Шлях. — Поворачивай левый борт, заряжай пушки, огонь по готовности!

Пушки дали залп — ядра рубили мачты, пробивали борты, кости скелетов разлетались в стороны. Сотни кораблей, восставших из морских глубин, устремились на флот адмирала Шляха. Они шли на полных парусах, ведомые течением, и таранили корабли.

— На абордаж! — закричали мертвецы и прыгали на корабли Шляха.

Морской бой превратился в месиво. Паруса падали, корабли тонули, пушки вели огонь. Демоны с захваченных кораблей взлетели и устремились на корабли адмирала.

Тьма — сверкали клинки.

Тьма — текла кровь.

Тьма — тонули демоны.

Корабль с Аурелией шёл на всех парусах в гущу морской битвы. Два ядра пролетели мимо неё и срубили высокую мачту — парус упал, но корабль, будто подгоняемый невиданной силой, шёл, не останавливаясь.

Десять фрегатов адмирала вышли из боя, обходя флотилию мертвецов. Шлях увидел в подзорную трубу величественно стоящую женщину на палубе с горящей на голове короной.

— Уничтожить этот корабль! — закричал Шлях.

Фрегаты вышли на позиции для стрельбы. И вдруг тьму разрезали струи пламени! Драконы зависли над флотилией адмирала Шляха и испепеляли корабли. Войско Князя тьмы прорвало последние рубежи обороны горных царей и рвалось к монастырю.

Фрегат Аурелии, как на параде, проходил мимо горящих кораблей.

Аурелия с демонами сошла на сушу. С гор спускались монстры из камня и глины Князя тьмы — вся армия тьмы соединилась. Они ринулись к монастырю.

Король Вильям стоял у окна тронного зала. Советники разбежались, стража держала оборону на каждом этаже замка. Битва с демонами шла за несколько километров от стен столицы.

— Вот и всё, — сказал старый король Вильям. — Не получилось. Надеюсь, эта шлюха Лиана сдохла. Меня все предали, а что я ждал? Я сам всех всегда подкупал, продавал и предавал. Я стар, королевство уничтожено, меня уничтожила девочка, — рассмеялся он, опираясь на стену.

— Ваше величество! — вбежал стражник. — Отряд чудовищ, будто тени в городе! Они не видны… — в безумии кричал стражник. Он бросил меч и убежал.

На улице доносились крики, и эти звуки утопали во тьме. Вильяма охватил страх. Холодный пот и дрожь прошли по его телу. Крики в коридоре, звуки падения тел…

В двери на полу показалась тень, но никого не стояло. Тень медленно ползла к королю. Вильям упал на колени — и перед ним из тени с пола выросла фигура демона в чёрном плаще с секирой. Рон стоял перед королём.

Рон не произносил речей. Лишь взмах чёрной секиры — и седая голова короля Вильяма покатилась по полу. Демон подошёл к столу, на котором стоял подсвечник, задул свечи и исчез в кромешной тьме.

Вера вздрогнула от пронзительных криков и резко проснулась. Она забилась в дальний угол сырой камеры, прижимая колени к груди. В коридоре раздавались тяжёлые шаги — это шёл епископ Эллингтон.

В его руке блестел окровавленный кинжал. Позади оставались тела двух монахов, которых безумный священнослужитель зарезал на пути к своей цели.

У дверей камеры его встретил стражник — тот самый, что тайком передавал Вере пирожки, испечённые его женой.

— Остановитесь! — в отчаянии воскликнул стражник. — Она всего лишь маленькая девочка!

Епископ без колебаний нанёс удар. Кинжал скользнул в щель между доспехами и вонзился в печень. Стражник медленно сполз по решётке, его глаза потухли.

Дверь камеры со скрипом открылась. Эллингтон шагнул внутрь. Вдалеке грохотали стены монастыря — армия тьмы прорвалась на площадь перед главным храмом.

В глазах епископа читались ужас и отчаяние.

— Твоя мать и отец уже здесь, — прохрипел он, — но я не отдам тебя им, исчадие тьмы!

Он вытер лезвие кинжала о свою мантию и медленно двинулся к Вере.

— Я не сделала вам ничего плохого, — прошептала девочка, слёзы катились по её грязным щекам. — Прошу вас, дяденька…

Епископ замахнулся. Кинжал сверкнул в тусклом свете.

Внезапно камеру озарил ослепительный свет. Эллингтон инстинктивно закрыл глаза. Когда сияние угасло, он увидел перед собой белоснежные крылья — а из спины ангела торчал его собственный кинжал.

Верховный ангел света появился в последний момент, заслонив собой Веру. Из раны сочилась небесно-голубая кровь, светящаяся, словно утренняя роса.

Вера подняла глаза и увидела величественную фигуру. Крылья сияли, как первый снег под солнцем, вокруг головы струился ореол солнечного света, а лицо излучало тепло и успокоение.

Ангел повернулся к епископу. Его голос сотряс стены темницы:

— Что ты наделал? Разве это путь человечества? Если верховный жрец идёт по крови, куда должно идти остальное? Посмотри, что происходит! Ваш мир горит! Реки превратились в потоки крови. Ты убил своих братьев, — ангел указал на тела монахов в коридоре, — и хотел убить дитя!

— Я — голос света! — закричал епископ, в слезах и безумии. — Мне дарована власть светом!

— Нет, — прервал его ангел. — Ты — отродье тьмы!

В руке ангела возник меч, пылающий синим пламенем. Он занёс его над головой Эллингтона.

— Я голос и рука света! — в панике закричал епископ.

Вдруг ангел почувствовал нежное прикосновение. Он обернулся: Вера держала в руках лоскуток ткани от своего платья.

— Возьмите, пожалуйста, — тихо сказала она. — У вас течёт кровь, нужно перебинтовать.

Её лицо было измазано грязью, но взгляд, несмотря на красные глаза, излучал безграничную доброту.

Ангел опустил меч. Взмах крыльев — и кинжал выпал из его спины. Он обнял Веру, и они исчезли во вспышке света.

— Нет! Я свет! Я голос твой! Забери меня! — кричал епископ, стоя на коленях.

Грохот эхом разнёсся по коридору. Огненные псы ворвались в темницу. Епископ в ужасе забился в угол. Демоны с окровавленными секирами остановились перед ним.

Синий свет от короны царицы тьмы озарил камеру. Воины тьмы расступились — по коридору шла Аурелия. Она вошла в камеру. На полу лежал крошечный тапочек её дочери, рядом — кинжал, испачканный синей кровью. Аурелия упала на колени и сжала тапочек в дрожащих руках.

— Ты опоздала, — рассмеялся епископ. — Ангел пришёл и забрал твою дочь! Ты больше никогда её не увидишь! Кровавый дождь прольётся с неба, и мы возродимся!

Аурелия медленно поднялась. Одним движением она схватила Эллингтона за горло, вторым — пробила грудную клетку и вырвала сердце. Тело упало на грязный пол, а сердце ещё билось в её руке. Мгновение — и оно вспыхнуло, обратившись в прах.

В камеру ворвался Князь тьмы.

— Я опоздала, — прошептала Аурелия, протягивая ему тапочек дочери.

— Я видел, как два луча света пронзили стены и исчезли за горизонтом, — ответил Князь.

— Свет нарушил соглашение, — сказала Аурелия. — Они забрали нашу дочь.

Князь тьмы издал крик, от которого рухнули башни монастыря. Он опустился на каменный пол:

— Это конец. Мы не можем войти в мир света.

— Почему? — спросила Аурелия.

— Земля — поле битвы. В мир света нет входа для нас, — произнёс Князь.

Аурелия сжала тапочек:

— Рон! Тот верховный маг людей ещё жив? Псы не съели его?

— Нет, моя царица. Он жив, заточен по вашему приказу в темнице между мирами, — ответил демон.

— Веди его сюда, — приказала Аурелия.

Рон взмахнул секирой, и портал открылся. Демон вытащил старца мага на цепи. Тот увидел мёртвого епископа с дырой в груди.

— Верховный маг, — заговорила Аурелия, держа тапочек. — Царства земного мира горят, люди прячутся в подвалах. Мы сожгли ваши леса и поля — это за ваши поступки.

— Царица, — хрипло произнёс старец, — тот, кто украл твою дочь, мёртв. Перед тобой — последний, кто участвовал в этом замысле.

— Не все, — перебила его Аурелия. — Вы призвали свет, когда загнали себя в угол. И свет похитил нашу девочку.

— Я не верю твоим словам, — произнёс старец. — Мы алчны, но свет так не мог поступить.

Аурелия схватила его за седую бороду:

— Я испарю реки и океаны! По всем землям пройдут землетрясения, уничтожающие род людской, если ты не скажешь, как открыть портал в мир света!

Князь тьмы с удивлением смотрел на Аурелию.

Старец закрыл глаза:

— Вход в мир света может открыть лишь древний артефакт — Копьё судьбы. В годы Великой войны тьмы и света это оружие могло уничтожить любого рыцаря света. После перемирия все копья были уничтожены, но одно оставили как артефакт вечности. К нему не могли прикасаться существа мира света, но и оставлять его в мире тьмы нельзя было. Лишь Зеркало судьбы может указать, где оно. Но открыть место зеркало может лишь, окраплённое кровью рыцаря света, а её нет ни на земле, ни в вашем мире.

Аурелия взглянула на кинжал епископа, испачканный голубой кровью ангела.

— Принесите Зеркало судьбы! — приказала она.

На площади перед разрушенным храмом, усеянной телами монахов, рыцарей и демонов, парящие тени принесли древний артефакт. Аурелия подошла к нему:

— Я, Аурелия, царица тьмы, открой мне тайну нахождения Копьё судьбы! — и вонзила кинжал в поверхность зеркала.

Кровь впиталась, раздался взрыв. Зеркало показало видение: в воздухе парил наконечник копья. Аурелия погрузила руку в зеркало и извлекла его. Из наконечника выросла рукоять из белой кости.

Князь тьмы поднял пылающий меч:

— Никого не щадить!

Аурелия подняла копьё к небу. Луч энергии устремился ввысь. Воздух в мире света загорелся, словно сухая трава. Яма разверзлась под ногами ангелов, и из неё хлынули бесчисленные силы тьмы.

Копьё ударило о землю — и открылся портал. Мост из тьмы протянулся между подземным царством и миром света.

Началась битва, не поддающаяся описанию. Среди пламени и рек голубой крови Аурелия шла вперёд — в одной руке копьё судьбы, в другой — тапочек дочери. Мрак наступал в мире света.

Перед ней предстал Верховный ангел с щитом и мечом. Аурелия замахнулась копьём…

— Мама! — раздался крик Веры.

Из-за спины ангела вышла девочка и бросилась к матери:

— Мамочка! Ты пришла! – закричала Вера.

Аурелия упала на колени, копьё выпало из её руки. Слеза скатилась по её щеке. Они обнялись.

— Стоять! — крикнул Князь, и войска тьмы замерли.

— Мама, — сказала Вера, — прошу, останови всё это. Ангел спас меня. Он принял удар ножа, защитив меня. Прошу, хватит. Пойдём домой. Не все люди творят зло. Страж темницы кормил меня пирожками, монахи приносили шоколад… Ты ела когда-нибудь шоколад? Это так вкусно. Прошу, верни себе веру в людей.

Аурелия надела на ногу дочери тапочек. К ним подошёл Князь и обнял Веру.

Князь склонил голову перед Верховным ангелом в знак глубокого уважения и благодарности.

— Благодарю тебя за спасение моей дочери, — произнёс он низким, но спокойным голосом. — Мы ошибались, считая весь мир света своим врагом.

Ангел слегка кивнул в ответ, его крылья мягко мерцали в свете угасающей битвы.

— Я лишь исполнил долг, — сказал он. — Свет не должен карать без разбора, как и тьма не обязана быть жестокой. Вера показала нам путь.

Аурелия, всё ещё держа дочь за руку, повернулась к войску тьмы. Её голос, усиленный магией, разнёсся над полем боя:

— Слушайте меня, дети подземного царства! Битва окончена. Мы возвращаемся домой. Отныне никто не должен поднимать оружие против тех, кто не угрожает нам.

Войска тьмы замерли на мгновение, затем начали отступать. Демоны с окровавленными секирами, огненные псы, тени — все медленно растворялись в портале, ведущем в подземное царство.

Аурелия подошла к ангелу.

- Я недооценил тебя на алтаре миров - сказал ангел.

Аурелия протянула ему копьё:

- Свет и тьма стали марионетками в руках людей - сказала она.

- И ты и я бился за Веру - ответил ангел. - Забери копьё и спрячь его в мире своём, для нас оно смертельно и ты это знаешь.

- Люди это знают тоже, их алчность и жажда власти и стремление стать Богом будет манить их к этому оружию. Но я обещаю, что обеспечу защиту копью судьбы, и ваш мир Света будет неприкосновенен. – сказала Аурелия.

Ангел протянул Аурелии клочёк ткани, от платья Веры, тот самый, который, Вера дала ему для перевязки раны.

- Отпусти пленных из темницы миров, отдай это верховному магу земли. Да будет эта ткань покровом, который исцелит раны людей, возродит поля и леса сожжённые, будет он началом новой веры людей. – произнёс Ангел.

Рон, верный демон Аурелии взмахнул секирой и открылся портал темницы миров:

- Вы все свободны - произнесла Аурелия. - Верховный маг, ты расскажешь людям, что произошло здесь. Расскажи им правду – она подошла к магу и одним движением разорвала цепи.

— Возьми это, — Аурелия протянула ему лоскуток ткани, он светился небесным светом — Пусть этот клочок станет символом новой веры — веры в милосердие, в возможность примирения. Пусть он исцелит раны людей, возродит сожжённые леса, очистит реки, даст надежду тем, кто потерял её.

Маг принял ткань дрожащими руками.

— Клянусь, — произнёс он, — я сделаю всё, чтобы люди услышали эту истину.

На горизонте, там, где ещё недавно клубились тучи пепла, появились первые лучи рассвета. Они коснулись земли, и произошло чудо:

реки, окрасившиеся в багрянец, вновь стали прозрачными;

на выжженных полях появились первые ростки зелени;

пепел, покрывавший деревья, осыпался, и на ветвях набухли почки;

в воздухе разлился аромат полевых цветов.

Люди начали выходить из укрытий — из подвалов, пещер, глубоких погребов. Они смотрели на небо, на пробивающуюся зелень, на Верховного мага, который шёл по дороге, держа лоскуток ткани как знамя.

— Смотрите! — воскликнул один из них. — Это знак! Знак того, что тьма отступила, а свет простил нас!

— Вера в милосердие вернулась, — прошептал старый монах, опускаясь на колени.

Аурелия, Князь тьмы и Вера стояли у портала, ведущего в подземное царство. Ангел подошёл к ним.

— Вы можете остаться здесь, — предложил он. — В мире света найдётся место для тех, кто в войне ищет мир.

Вера посмотрела на мать, затем на Князя.

— Спасибо, но наш дом — там, — сказала она. —

Аурелия обняла дочь.

— Пойдём домой, — сказала она. — Пора показать нашему миру, что даже в тьме может родиться свет.

Они шагнули в портал. За их спинами проносилась река времени, мир людей преображался. На месте разрушенного монастыря начал расти новый храм, над ним кружили птицы, которых не видели здесь веками, у подножия храма забил родник с кристально чистой водой. Отстраивались города, люди победили рабство и войны.

Годы шли. Вера выросла, она не стала принимать ритуал крови чтобы остановить для себя время. Она часто входила в мир людей и делилась знаниями с целителями.

Она учила народ и их правителей:

понимать тех, кто отличается от них;

искать мир вместо войны;

помнить, что даже в самой тёмной душе есть искра света.

Раз в год, в день, когда битва закончилась, в земном царстве на месте разрушенного монастыря в высокой башне зажигали огонь.

Люди вспоминали:

о жертве ангела, принявшего удар за ребёнка;

о милосердии Аурелии, спасшее три мира;

о лоскутке ткани, ставшем символом новой веры милосердия.

Авторство подтверждено цифровым депонированием и защищено законодательством РФ. Использование в коммерческих целях стихов и текстов произведения без разрешения автора и правообладателя запрещено.

Контакты для коммерческих предложений или приобретения прав на использование стихов:

wildmonkrussian@yandex.ru

vk.com/dikiy_monakh