Читать онлайн "ТОКВИП"

Эрфин – ничем не примечательная серая дыра, затерянная среди сотен таких же городов, где агентурная сеть раскинула свои невидимые щупальца. Когда город засыпал, на его улицы выползали «санитары» – те, кого общество предпочитало не замечать, пока не прижмет.

Алиас стоял в глубокой тени кирпичного тупика, и его глаза мерцали едва уловимым желтоватым светом. В детстве ему «повезло» стать Шелкопрядом. Обыватели, называют таких, как он, «нюхачами», искренне веря, что те чуют зловонный шлейф. На самом же деле парень видел пути. Для него реальность была прошита тонким, едва заметным шелковым полотном, которое тянулось за каждым «одаренным».

– Алиас, ну че ты там замер? У меня уже в сапоге чешется! – раздался за спиной голос, больше похожий на рык медведя, страдающего от похмелья.

Нюхач обернулся. Борис. Гора мяса в засаленной майке, от которой за версту несло дешевым пойлом и потом. Борис был силен, как гидравлический пресс, но его главная способность была извращенной шуткой мироздания. Иногда, по своей воле, этот обрыган превращался в неё. В Эсмеральду. Шикарную женщину, чей запах свежести и первобытного желания выжигал мужчинам остатки рассудка. Алиас до сих пор не мог забыть ту ночь, когда спьяну перепутал форму с содержанием. Это было... сложно.

Но название их маленького квартета, было отдельной головной болью. Борис, наслушавшись пафосных боевиков, окрестил их «ТОТАЛЬНЫМ ОРДЕНОМ КРОВАВОГО ВОЗМЕЗДИЯ ИЗ ПРЕИСПОДНЕЙ». Алиас и остальные пытались протестовать, но Борис просто пообещал завязать их узлом. В итоге в базе Агентства они значились как ТОКВИП. Коротко, как выстрел, и почти не позорно. Если, конечно, здоровяк не начинал орать полное название на всю улицу, что он делал регулярно.

– Борис, заткнись и не шевелись, – процедил Алиас, всматриваясь в «песочную ткань», которая змеилась по окну заброшенного склада. – Прыгун на адреналине, след свежий. Спасибо, что не заблевал.

Из густой тьмы, словно соткавшись из самого ночного воздуха, вышли остальные двое с другой стороны склада. Крашеный блондин с лицом мертвеца едва переставлял ноги, опираясь на костыль так тяжело, будто он был его последней опорой в жизни. Глядя на его трясущиеся руки и болезненную бледность, сложно было поверить, что этот парень – «Ртуть» их команды. Алиас знал: Рикки выглядит так, словно готов откинуться в любую секунду, но как только он достанет кинжалы, время для его врагов замедлится ровно настолько, чтобы они успели увидеть собственную кровь на его лезвиях. Его немощь была лишь оболочкой, за которой скрывалась пугающая, противоестественная скорость.

Замыкала шествие Лилит. Маленькая, тихая, скрытая в безразмерном черном худи. От неё исходил такой могильный холод, что даже Борис невольно сделал шаг в сторону, освобождая ей путь. Лилит была Медиумом, призывателем, чьи «питомцы» заставляли седеть даже бывалых наемников. Она никогда не говорила лишнего, глядя сквозь мир своими пустыми глазами.

Алиас часто лгал себе, что остается в этом отряде ради денег или потому что деваться некуда. Но правда была в том, что он не мог уйти из-за неё. Лилит была его персональной погибелью – тихой, смертоносной и необъяснимо притягательной. Нюхач, был тайно влюблен в девушку, от которой пахнет смертью и перечной мятой.

Девушка едва заметно кивнула, указывая на вход.

Борис смачно рыгнул, вытирая рот, и жестом велел Алиасу вести. Подняв с земли свой потрепанный автомат, он прикурил сигарету и, с лязгом передернув затвор, прошептал.

– Тотальный орден кровавого возмездия из преисподней вступает в бой.

Они шагнули внутрь. Склад встретил их запахом сырости, машинного масла и жженой резины. Свет уличных фонарей едва пробивался сквозь заколоченные окна, разрезая густой мрак на пыльные полосы. Здоровяк, начал «зачищать периметр». Он наигранно перекатывался от одного ящика к другому, вскидывал ствол и, замирая в театральных позах, бросал через плечо:

– Сектор чист! Углы проверены!

Алиас в ответ лишь посмотрел на Лилит. Она в ответ едва заметно поджала губы – это был её высший предел выражения сочувствия и разделенного раздражения. Позади них, тяжело дыша, плелся Рикки. Стук его костыля по бетонному полу звучал пугающе методично: тук... тук... тук... Каждый шаг давался ему с трудом, но в этом ритме была неизбежность приближающейся смерти противника.

Внезапно Алиас замер. След «шелка» стал розовым и натянувшись, начал вибрировать. Он вскинул руку, подавая знак группе. Цель была здесь, за рядами проржавевших контейнеров.

– Агентурный отряд ТОКВИП! – выкрикнул он, стараясь, чтобы голос звучал официально и твердо. – Вы арестованы за нарушение регистрационного кодекса! Не используйте способности и держите руки на виду!

Ответом ему был не крик и не шорох, а резкий, сухой треск, похожий на звук лопающихся углей. В ту же секунду из-за контейнеров вырвался столб ревущего пламени.

– О-о-о, да! Давненько ПИРОжков не было у нас, – заорал Борис, и в его глазах отразилось пламя, направленное противником. – Наконец-то нормальная заваруха!

Алиас, сразу ушел в перекат, ища укрытие за стальным станком. Рикки тут же прижался к стене, вжимаясь в тень так глубоко, что казалось, он хочет в ней раствориться. В центр огненного шторма бросился Борис. Его кожа начала темнеть и дубеть, становясь похожей на обожженный гранит. Огненный поток бил ему прямо в грудь, но детина лишь прикрывался локтем, продолжая переть напролом. Однако противник оказался непрост: в воздухе начали открываться оранжевые разломы. Огневик исчезал в одном и мгновенно появлялся в другом, поливая склад напалмом с разных сторон.

– Мать твою! – взревел Борис, глядя на свой автомат. Ствол оружия на глазах стал пластичным и потек, превращаясь в бесполезный кусок расплавленного металла.

– Лилит! – скомандовал Алиас, понимая, что «танк» сейчас просто превратится в запеченную тушу.

Медиум сделала шаг вперед, закатывая глаза. В ту же секунду серые бетонные стены склада начали покрываться тошнотворно-зеленой слизью, словно здание внезапно заболело проказой. Из этой мерзости, разрывая саму реальность, начали лезть они. Бесформенные, многорукие твари, состоящие из теней и гноя. Девушка беззвучно указала пальцем направление, и монстры, издав утробное урчание, ринулись на «пирожка».

Огневик метался между порталами, сжигая тварей десятками, наполняя склад запахом горелой плоти из бездны. Но существ Лилит было слишком много. Они облепили цель, гася пламя своими холодными телами.

Рикки, всё это время неподвижно стоявший у стены, внезапно исчез. И возник прямо за спиной противника. Костыль валялся где-то в стороне, а сам «флэш», каким-то чудом удерживая равновесие на дрожащих ногах, прижал лезвие кинжала к горлу огневика.

– Двинешься... и я... вскрою тебя как консервную банку... – прохрипел блондин.

Пламя мгновенно погасло. В наступившей тишине было слышно только тяжелое дыхание Бориса и шипение догорающего мусора. Нюхач медленно вышел из-за укрытия, наставив пистолет на цель. Лилит отозвала своих тварей, и те впитались обратно в стены.

Когда дым немного рассеялся, и глаза Алиаса привыкли к темноте, он почувствовал, как внутри похолодело. Это был не «пирожок» в привычном понимании агентства.

В руках у Рикки, дрожа от ужаса и всхлипывая, стояла девочка лет девяти. На ней было обгоревшее платьице, а по щекам, размазывая копоть, катились слезы.

– Пожалуйста... не надо меня к ним, – пропищала она.

Алиас опустил ствол, чувствуя, как нить «шелка» вокруг девочки начинает запутываться в тугой, невиданный им ранее, узел.