Читать онлайн "Инквизитор и Смерть"

Замок Эфар расположился среди каменных холмов, поросших лиственницей. В это время года, которое здесь называют осенью, лиственница из зелёной становится золотой, перед тем как полностью скинуть иголки и уйти в зимнюю спячку. И именно в эти недели здесь любила бывать Инквизитор Л.

Когда‑то замок Эфар принадлежал дознавателю Владиславу Дамару — это было его родовое поместье. Он происходил из старинного правящего рода, владевшего большими территориями на планете Кобблеш.

Инквизитор Л сидела в уютном кресле в одной из комнат и перебирала струны кафарана. Звуки старинной риксианской баллады унесли её по волнам воспоминаний. В этих комнатах они вместе молчали, слушая, как стучат капли дождя по крыше. А потом он сказал, что не будет стоять между ней и властью. Он оставил гонку, сошёл с дистанции, уступая ей путь наверх. Он мог себе это позволить: его семья имела слишком большое влияние в Империи.

Смерть сумела забрать его намного позже — пуля предателя, риксианского офицера. Никто не знает, каких усилий Инквизитору Л стоило сдержать обещание и даровать тому лёгкую смерть. Позволить сестре выстрелить предателю в голову.

Глаза Инквизитора Л заблестели, а голос дрогнул. Внезапно она почувствовала ледяное дыхание возле уха и услышала шёпот: «Беги! Сейчас!» Прежде чем разум осознал это, тело выскочило из кресла, от которого через мгновение остался лишь пепел.

Она побежала.

Двое. Маги.

Её преимущество — внезапность и контроль над ситуацией. Мощный ментальный удар, сминающий барьеры и разбивающий сознание на множество осколков. К сожалению, пришлось действовать так грубо — теперь узнать, кто стоит за нападавшими, будет очень сложно.

Она стоит над мужчиной, который едва дышит, и яростно хватает его за волосы:

— Имя!

Стон.

— Имя!

— Ульрих…

Пальцы Инквизитора Л разжимаются.

Ледяное дыхание смерти шепчет на ухо другое:

— Валентин…

— Валентин? — Инквизитор Л не поняла, откуда в мыслях всплыло это имя. Она снова попыталась просканировать сознание того из нападавших, который ещё дышал. Её ментальный удар, к большому огорчению, действительно оставил мало чего от памяти мага. Несколько лиц, несколько имён. Ульрих.

Началась борьба за место Верховного Инквизитора Риксианской Империи. Она тоже включилась в эту игру — просто не могла поступить иначе. И не сказать, чтобы это покушение для Инквизитора Л стало неожиданностью. Просто, с одной стороны, топорность исполнения, а с другой — высокий уровень исполнителей и организации покушения наводили на размышления. Ульрих… Если это тот, о ком она думает, то всё странно вдвойне.

Инквизитор велела слугам убрать тела и прибраться в комнатах.

Несколько следующих дней она провела в размышлениях. Ещё одной странностью было то, что она не смогла связаться ни с одним из своих агентов и людей на Риксе и на других планетах. Это информационное молчание доставляло ей особенное беспокойство, хотя сбои в системах связи иногда имели место и не могли удивить сами по себе.

Инквизитор Л проснулась с очень тягостными ощущениями. Сон был тяжёлый: она заблудилась в лабиринте многочисленных комнат и не могла найти выход. И чем дальше она заходила, тем тягостнее было на душе от мысли, что ей не выбраться уже никогда. Внезапно она ощутила необычный приступ страха и чувство, что сон стал реальностью. Тело онемело, и даже во сне она не смогла заставить себя бежать от источника страха.

Уже проснувшись, Инквизитор Л лежала долго, почти не двигаясь.

Пискнул коммуникатор. Голос дворецкого, обеспокоенный:

— Госпожа, прибыл полковник Бальтазар. С людьми…

Инквизитор встала с кровати и поспешила одеться.

Через полчаса она вышла в зал, где её уже ждали. Инквизитор Л внутренне напряглась. Полковника сопровождали только офицеры, и все были в походной броне.

— Старший Инквизитор Константин. Мы получили указание доставить вас на Риксу. Под конвоем.

Инквизитор Л, помедлив, кивнула. К ней подошёл молодой сержант. Она вытянула руки, и он надел ей магнитные браслеты. Офицеры встали справа и слева от неё.

— Следуйте за мной, — ни одного лишнего слова. Всё в соответствии с протоколом задержания. Полковник Бальтазар, не оборачиваясь, направился к выходу. Инквизитор Л молча пошла за ним.

На космолёте её поместили в одиночную камеру. Мысль о побеге начала терзать Инквизитора Л ещё в замке. Но она старательно подавляла эти побуждения. Как и было предписано, с ней больше не разговаривали. Обвинения по протоколу предъявят только на Риксе, когда возможность побега будет равна нулю.

Сейчас… Но весь нюанс в том, что, вероятно, это был спектакль‑провокация. Очередная проверка инквизитора‑мага на лояльность. Такое в империи практиковали. Попытаешься сбежать до предъявления обвинения — и клеймо предателя тебе гарантировано.

Инквизитор Л сидела и перебирала все возможные варианты событий: где она могла допустить ошибку или ошибки не было? С каждой минутой она постоянно возвращалась к мысли, что все эти события — действительно проверка на лояльность. Но лишь только она себя успокаивала, как неконтролируемый ужас сжимал её сердце. И всё начиналось сначала.

Рикса. Но не цитадель. Перед её взором раскинулся величественный дворец Императора. Инквизитор пошатнулась — внезапно её накрыла волна отчаяния. Офицеры, стоявшие справа и слева от неё, переглянулись и положили руки на оружие в кобуре.

— Я следую воле Императора покорно, — произнесла она стандартную формулировку, и офицеры повели её в сторону огромного здания, облицованного красной яшмой и чёрным ониксом.

Судебный зал находился на одном из нижних уровней дворца. Мрачное помещение давило на разум: чёрные стены, мощные колонны из того же чёрного оникса, тусклое холодное освещение. Инквизитор стояла перед Обвинителями. Лица этих людей закрывали зеркальные маски — в каждой из этих масок она видела своё отражение. Несмотря на внутренние переживания, внешне Инквизитор держалась спокойно и с достоинством.

— Старший Инквизитор Константин, вы обвиняетесь в организации убийства Смотрителя Игкатакры Валентина, — прозвучало обвинение.

Её лицо в отражении масок сменялось: от недоумения и удивления — к осознанию и ужасу.

Убийство Смотрителя Игкатакры… Какая будет реакция Единого Разума?

— Отношение Единого Разума с Империей на грани катастрофы. Это событие может разрушить все многовековые старания дипломатов. Ваше слово…

— Я этого не совершала, — голос Инквизитора Л был глухой, но твёрдый и уверенный. — Я хочу узнать подробности дела.

Один из Обвинителей монотонно начал зачитывать:

— Парный полёт на саврах закончился трагедией: Смотритель Валентин и его спутник — заместитель Свен — были съедены вышедшими из‑под контроля саврами. Анализ переваренного содержимого подтвердил это. Первоначально расследование показало, что дело похоже на несчастный случай. Но внезапно одна из служащих попыталась сбежать с Игкатакры, а затем покончить с жизнью самоубийством. Даму спасли и немедленно допросили. То, что вытащили из её разума, всех повергло в шок. Несчастный случай оказался подстроенным при помощи феромонов убийством. Женщина получила инструкцию, как действовать, от человека с именем Марат Кобар, который оказался одним из доверенных людей Инквизитора Л. Как показало дальнейшее расследование, он и ещё несколько подозреваемых были уже мертвы.

— Вы понимаете, Старший Инквизитор, что следствие идёт сейчас только по той причине, что свидетель был только один, а все остальные, которые могли бы подтвердить её слова, оказались убиты?

Инквизитор Л кивнула.

— Готовьтесь к сканированию сознания.

Её отвели в камеру и оставили одну. Инквизитор Л села на каменный пол и глубоко задумалась.

Валентин… Убит. Обвиняют её. Будет сначала поверхностное сканирование. Они ничего не найдут, потому что Валентина она не убивала. Именно потому, что убийство Смотрителя Игкатакры несёт за собой страшные последствия для Империи, а как Смотритель Валентин был не опасен ни для неё, ни для её планов.

Кто организовал это дело, был гением. После поверхностного сканирования обязательно будет глубокая проверка разума. Инквизитор Л знала, что это такое. И она смогла пройти эту проверку много лет назад, когда была дознавателем. Ей нечего было скрывать. А сейчас всё обстоит иначе: в самых глубоких уровнях подсознания хранятся другие секреты. И за эти секреты её ждёт не просто смерть, но позор и проклятие. Позор и проклятие вместо Власти и Величия. Место Верховного Инквизитора было почти в её руках… Почти. Теперь её окружали холодные каменные стены, и смерть стояла слишком близко, обжигая сердце своим ледяным дыханием.

Инквизитор Л с трудом приходила в себя после поверхностного сканирования. Лёжа на каменном полу, она тяжело дышала: руки немели, голова кружилась и страшно болела. Её захватило отчаяние: она хотела кататься по полу, кричать, биться в истерике, но лишь скребла камень, сдирая до крови кожу с пальцев, и тихо стонала.

Позавчера ей разрешили прочитать письмо. Писал Говорун. Он сообщил, что его сознание хорошенько просканировали, но, не обнаружив ничего полезного или подозрительного (Инквизитор Л никогда не использовала его для решения личных дел, только в делах Инквизиции), отпустили и посоветовали возвращаться домой. Возможно, она даже обрадовалась этой новости, потому что весьма высоко ценила Говоруна как специалиста. Его спасло ещё то, что, воспользовавшись её советом, он не старался узнать больше того, что должен был знать иномирец.

Пошли дни томительного, жуткого ожидания. Инквизитора Л стало преследовать иррациональное чувство беспокойства и страха. Она почему‑то понимала, что это не связано с ситуацией. Страх накатывал внезапно. Ей начинало казаться, что чёрные тени в камере оживают и обретают сознание.

Инквизитор Л дремала, когда явно почувствовала у уха ледяное дыхание и шёпот:

— Не бойся…

Затем накатила волна ужаса. Она увидела, как тень из угла начала удлиняться, приближаясь к ногам. Инквизитор не поняла, что произошло. Ноги внезапно онемели и превратились в тень. А затем она сама стала тенью. Сознание поплыло и провалилось в серую бурлящую бездну…