Читать онлайн "Помогаем связистам ДРА."

Помогаем связистам ДРА.

Мощнейшее на планете в прошлом веке государство — СССР — постоянно кому‑то помогало. Многие страны Африки, Южной Америки, Восточной Европы, Средней и Юго‑Восточной Азии получали из Союза вооружение, продовольствие, промышленные товары, оборудование и технику. Обучали своих специалистов в СССР.

И моей скромной мастерской связи в воинской части под Кабулом довелось принять участие в этом глобальном процессе, оказать интернациональную помощь связистам Демократической Республики Афганистан. Случилось так, что недалеко от Кабула местные связисты‑афганцы проложили новый магистральный кабель связи.

Это сейчас можно использовать какие угодно средства связи — от космических до интернета, — а в восьмидесятые кабель был одним из основных средств передачи сигнала. Магистральный кабель — это несколько десятков медных жил диаметром 1,2 мм, заключённых в бумажную изоляцию и свинцовую оболочку диаметром 3–4 см. Для того чтобы соединить концы такого кабеля, нужно не только срастить медные жилы, но и спаять свинцовые оболочки в специальной муфте с помощью припоя и паяльной лампы. Таким образом обеспечивается герметичность соединения.

Все эти муфты — а они тяжеленные, свинец всё‑таки, — паяльную лампу, бензин для неё и кучу других материалов таскает на себе кабельщик‑спайщик. Есть такая профессия.

Кабель проложить‑то афганцы проложили, и траншею под него вырубили в скальном грунте — это они отлично умеют, — а вот чтобы муфты спаять, не было у них специалиста! Не успели подготовить в Союзе! А может, отправили на учёбу, а он застрял в Москве. Влюбился, например, в москвичку.

И обратились афганские товарищи к нашему командиру за помощью. Оказалось, что во всей сороковой армии эту работу сможет выполнить только мой кабельщик, мастер своего дела — Александр Александрович. Дефицитная специальность оказалась. Работы, по их словам, было на неделю: кабеля — несколько километров, а муфт — по паре на километр выходит.

Попросил командир Саныча оказать интернациональную помощь — не в службу, так сказать, а в дружбу. Командиру сложно отказать. Собрал Саша инструмент, расходные материалы и уехал с «духами» куда глаза глядят — в рабство.

Увидели мы его только недели через две — похудевшего, опалённого солнцем, с прожжёнными сигаретами соломенного цвета усами. Уж он нам порассказал за рюмкой чая…

Где он жил и как питался, я сейчас уже не помню. Более 35 лет прошло с тех пор, а вот как ему работать пришлось, хорошо отложилось в памяти. Для помощи выделили ему двух афганцев — типа связистов‑кабельщиков. Единственное, на что они годились, — так это таскать мешки со свинцовыми муфтами и инструментом. И то хорошо.

Кабель был проложен в траншее, вырубленной между отвесной скалой и тропинкой, а по другую сторону тропинки, в шаге от неё, — минное поле. Как положено, кругом торчат указатели «Мины».

Землекопы, а точнее скалокопы — народ местный. Скалы копать умеют, этого у них не отнять. Один против троих наших будет в этом деле.

А вот со здоровьем у местного населения есть некотооые особенности. Очень многие из них страдают кишечными заболеваниями. А может, это мы придумали, что они страдают, а они просто с ними живут. Дизентерию переносят, как мы насморк.

Но суть в том, что скалокопы, в силу особенностей здоровья, а точнее непрестанного поноса, загадили всё небольшое пространство между тропинкой и минным полем — вдоль всей траншеи. Не на минном же поле нужду справлять! Можно и подорваться ненароком.

Под палящим солнцем Афганистана мгновенно высыхает всё что угодно! Высохло и оно. Приходит на место работы наша интернациональная бригада. Пять минут не прошло, Саныч паяльную лампу ещё не раскочегарил, а два помощника возле указателя «Мины» уже разгребли высохшее дерьмо руками, на железную треножку поставили маленький чайничек и разожгли под ним верблюжью колючку.

Этими же «стерильными» руками достали из мешка видавшие виды пиалушки, протёрли их внутри от остатков прошлого чаепития и зовут:

— РафИк, иди чай пить!

«РафИк» значит «друг» по‑афгански.

Саныч подумал, что он сдохнет тут же после первой пиалушки, но, видимо, верблюжья колючка, которую заваривали рафИки, — самое действенное снадобье от инфекций. Руки они не мыли никогда, а воду брали где попало.

Что поразительно, за две недели такой жизни Саныч не заболел! Похудел заметно и пачек сорок сигарет выкурил!

Задача, поставленная командиром, была выполнена!

Рассказать эту историю какому‑нибудь доктору — ни за что не поверит.

Олег Солдатов