Читать онлайн "Подорожник"

Подорожник. рассказ

Эта история приключилась в самом начале нулевых. Тогда ещё не было смартфонов и мобильного интернета. Да и обычный-то был по талонам, что называется. Соцсети только делали свои первые шаги. Шаги…

Сколько их было пройдено по дорогам нашей необъятной родины – подумать страшно!

Машина пронеслась мимо, совершенно игнорируя молодого человека на обочине. Порывом ветра сорвало с березы последний желтый листок, он закружился сначала быстро, а затем всё медленнее стал опускаться вниз. Парень смешно подпрыгнул и схватил его зубами. Прожевал и сплюнул горковатую слюну. Потом достал сигареты, закурил и присел на большой камень у дороги под знаком «Обгон запрещен». На знаки водители чаще обращают внимание, а значит, приглядятся и к путнику. Испытанный прием австопщиков. Все бы ничего, но судя по всему на трассе образовался так называемый «штиль». Это тоже явление известное каждому, кто использует такой способ передвижения из пункта А в пункт Б. Бывает машины идут сплошным потоком в обе стороны, а случается и наоборот – хоть спать ложись на проезжую часть. В первом случае нужно выбрать горку или поворот – там все едут медленнее, и водитель успевает рассмотреть путника и принять решение остановиться или нет. А вот в штиль остается только идти вдоль дороги вытянув руку и надеяться. Либо сесть под знаком и ждать.

Некоторые только так и ездят. Выйдут из города на трассу, сядут под знак, а на картонке красным маркером напишут что-то вроде «ХОЧУ В МОСКВУ», и сидят на рюкзаке книжку читают. Рано или поздно какой-нибудь водитель заинтересуется, что за персонаж!? Да и остановится полюбопытствовать. И тут уже всё зависит от харизмы автостопщика. Чаще всего подбирают. Как минимум до следующего населенного пункта. Идти же по обочине тем чревато, что вот поедет машина, и водитель тебя взять не против, но подъем в гору и всё – никто останавливаться не станет.

Одним словом, наш герой решил обосноваться под знаком. Устроил рюкзак поудобнее и уселся на него. После чего пробормотал странную фразу:

- Надоело. Следующий грузовик – мой!

Спустя минут двадцать издалека донесся шум двигателя и из-за поворота показалась фура. Парень поднес пальцы ко лбу, словно собираясь перекреститься, но знамения не совершил, а просто замер концентрируясь. И, о чудо, тягач начал тормозить! Он, конечно, проехал мимо, но всё сбавляя скорость. В конце концов всеже остановился метрах в пятидесяти. Путник поднялся, подхватил свои вещи и потрусил к грузовику.

- Здравствуйте! Автостоп, - сказал он открыв пассажирскую дверь и заглядывая внутрь.

- Далеко? – кивнув на приветствие спросил водитель.

- А, туда, - махнул рукой парень по направлению движения фуры. Мол, сколько провезешь, столько провезешь.

Дальнобойщик молча кивнул, дескать, залазь. Автостопщик забрался в кабину, пристроил в ногах рюкзак, и стал искать ремень безопасности. Водитель только махнул рукой и тронулся с места.

- Звать тебя как?

- Можно просто Подорожник, а вообще Василий.

Водила ухмыльнулся и протянул руку.

- А меня дядя Миша!

Был он совсем не стар, чуть за пятьдесят на вид, и почему «дядя» сразу понять не удалось. Ну, да в любом гараже, если мужик, например, помогает более молодым водителям починить машину, или делится опытом, так сразу и дядя.

Какое-то время ехали молча, приглядывались друг к другу. Водители дальнобойщики – народ суровый, но суеверный. Никто из них никогда не скажет, к примеру, «последний рейс», говорят – крайний! Ещё и добавят, мол, последняя у попа жена. И отношение к автостопщикам у них полярное. Кто-то считает, что подобрать попутчика – к удаче. А некоторые, наоборот, дескать, только несчастья приносят. Особенно, если голосующий на обочине одет в тёмное, да ещё и капюшон на голове…

К слову, стопщик вряд ли так станет делать. На трассе нужно привлекать внимание, потому надевают яркие куртки, клеют светоотражающие полоски на рукава и рюкзаки. Это еще и не лишняя мера предосторожности в темное время суток. Тебя просто видно!

Ну, и конечно, постоянный спутник путешественника – музыкальный инструмент. Чаще всего это гитара. Опять же гитара в чехле издалека просматривается. А музыкант, он ведь безобиден. Ну, да, стереотип, понятное дело. У профессионального пианиста удар, как у боксера, бас-гитаристы гайки прямо пальцами закручивают. Но сама принадлежность к искусству как-то сразу делает из тебя человека незлобливого в глазах окружающих.

Подорожник же возил с собой блок-флейту. Он достал из внутреннего кармана чехол, развернул и бережно протер инструмент. Водитель, скосив глаз наблюдал за ним. Вскоре полилась музыка. Молодой человек даже спрашивать не стал – в дороге драйверам (так автостопщики на своем сленге называют водителей большегрузов) скучно. Потому и подбирают, чтобы поболтать, а тут какое-никакое, а развлечение. Без сопровождения других инструментов «Танец горного тролля» Грига звучал странно, но мелодия затягивала, и дядя Миша стал пристукивать в такт пальцами по баранке. А потом без всякого перехода вдруг грянул Турецкий марш!

Подорожник играл классику, но всем знакомую. Он давно знал, что водителям это нравится.

- Здорово лабаешь! – улыбался дядя Миша, - Первый раз везу флейтиста. Обычно ваш брат на гитаре «Всё идет по плану» и так далее.

- Спасибо! Я и «Гражданку» могу, если хотите.

- Ну, не настолько уж я дремучий, - засмеялся водитель, - Классику уважаем!

Они немного помолчали, потом драйвер достал сигареты. Вася щёлкнул зажигалкой. Дядя Миша благодарно кивнул.

- Ты откуда будешь?

- Сейчас из Катера еду (так часто в обиходе называли тогда Екатеринбург), а сам из деревни под Красноярском.

На самом деле Вася родился в семье майора-десантника в военном городке неподалёку от столицы Красноярского края. Мама его была учительницей музыки, но в городке заведовала библиотекой. Её единственным учеником был сын. В доме стояло пианино, но выучив нотную грамоту, мальчик потянулся к духовым инструментам. Играть он выучился на нескольких, но больше ему нравилась блок-флейта. Она небольшая, носить её с собой удобно. А при должной сноровке можно играть на чём угодно. Талант к музыке у Подорожника был безусловный. Но была и ещё одна черта – уж очень он всегда любил дорогу…

- Понимаешь, дядь Миш, не путешествие, к примеру, в Турцию или Китай, а именно сам процесс. То есть обозначить себе некую точку прибытия и просто двигаться. Такая вот страсть.

- Ну, вот это-то я как раз понять могу. Вся жизнь – одна дорога, - он усмехнулся, - Точнее, целая уйма дорог. А я ведь мог бы сейчас и в офисе сидеть каком-нибудь, бумажки перебирать.

- Нет, - возразил Вася, - Такие, как вы – не для бумажной работы. Это видно сразу!

- Что ты понимаешь!? Жизнь, брат, она ведь такая штука! Непонятная, непредсказуемая…

Подорожник про себя подумал в таком ключе, что есть – то есть, непредсказуемая. Ведь как его отец видел жизнь сына? После школы военное училище. А там, куда уж офицера распределят. Но, как говорят молодые выпускники лейтенанты: «Дальше Кушки не пошлют, меньше взвода не дадут!». Одним словом, судьба его была предопределена. Ну, а занятия музыкой товарищ майор считал полезным хобби – не повредит. Вот только Васина страсть к бродяжничеству его сильно беспокоила. И он старался её всячески сглаживать – как только выдавалась возможность на службе, отец с сыном шли куда-нибудь в поход. Или в горы с альпинистами. Одно из воспоминаний детства у Подорожника, как они в альплагере где-то у подножия очередной вершины, сидят вечером у костра. Вокруг бородатые, суровые скалолазы, а он тринадцатилетний пацан играет на флейте мотив песни Высоцкого «Вершина». Даже не для них играет, а для окружающих гор, звезд, снега… Однако заросшие лица, то разглаживаются в улыбках, то ещё больше суровеют в соответствие тексту Владимира Семеновича.

К семнадцати годам Василий свыкся с мыслью о военной карьере, а в восемнадцать всё очень круто поменялось. За месяц до совершеннолетия он неудачно поскользнулся и сломал правую ногу. Да так, что проходил в гипсе два с лишним месяца. На медкомиссии военный хирург списал его вчистую – к строевой не годен!

Дома был скандал – отец рвал и метал! Как это так, династия гвардейцев-десантников прервётся!? И как? По глупости! Подорожник и в самом деле ногу сломал при довольно специфических обстоятельствах. «На слабо», из-за девчонки полез на водонапорную башню и сорвался. Хорошо, что не убился вовсе! Мать, конечно, пыталась отца увещевать, мол, а если бы у них и вовсе была дочь? Но товарищ майор испепелил её взглядом – у него бы и девочка доросла минимум до подполковника. Дело не в умениях и не в желаниях – так надо, и всё!

А Вася в тайне был счастлив. Конечно, в травмах ничего хорошего нет. И в скандалах тоже. Но тот факт, что ему не придётся первые полжизни маршировать самому, а вторую половину заставлять маршировать окружающих, грел душу. Ну, не видел он себя в качестве военного, и всё тут! Да, батя убедил, да потихоньку привык к такому положению дел, но…

Правда, старого вдвшника так просто было не остановить. Он решил подключить все свои связи, взятку дать в конце концов, и отправить сына хотя бы в институт военных переводчиков. К слову, там тоже неслабый отбор по здоровью, однако всё же не такой, как в воздушно-десантные войска. Но вот беда, у Васи всегда были проблемы с языками. По английскому вереницей из класса в класс тянулись тройки. И тут уж он взбрыкнул по-настоящему! Наверное, впервые в жизни пошёл поперек воли отца, наотрез отказавшись даже подавать документы.

- Он, орал, мол, в дворники пойдешь! – рассказывал Подорожник водителю.

- А ты? Так-то улицы тоже кому-то нужно мести…

- В дворники мне, конечно, не хотелось. Мы с неделю с ним спокойно не разговаривали. И в один прекрасный момент я пригрозил, что просто уйду из дома, если ко мне будет такое отношение. В конце концов, человек я или его ходячая амбиция?

- А он?

- А он, говорит, мол, ну, и иди! И я ушёл.

- И с тех пор дома не был?

- Неа.

- А мать как же?

- Несколько раз слал телеграммы – дескать, всё нормально, жив-здоров.

- Слушай, - водитель, притормозив, внимательно оглядел спутника и отметил, что тот не выглядит нищим и голодным. Одежда простая, но добротная, даже пострижен, - А на что ты живёшь? Ну, надо же что-то есть, одеваться. Откуда деньги?

- Работаю иногда. Бывает зацепит меня какой-нибудь городишко. Дай, думаю, поживу тут месяцок-другой. Ну, и устраиваюсь на работу – грузчиком в магазин или на оптовую базу. Там вечно рук не хватает. Если погода хорошая, то ещё и вечерами играю на улице.

- И что, кидают в шляпу-то? – рассмеялся дядя Миша. Почему-то ему это показалось смешным.

- А чего не кинуть? Тебе же понравилось? И людям нравится! Тут хорошо, если в паре со шляпником работать. Когда один играет, а второй с шутками прибаутками пристает к прохожим с шляпой в руках. Так гораздо больше можно насобирать. Да и веселее вдвоём. Вот есть у меня дружок один, Фантик у него погремуха, тот профи!

- А я его кажется знаю. Тоже из ваших, из стопщиков?

Подорожник кивнул, а драйвер достал из бардачка смешную бумажную фигурку жирафа, сделанную из конфетного фантика.

- Дочери везу!

- Да-да, это он! Постоянно трескает конфеты, а из фантиков делает всякие оригамистые фигурки. У него их вечно полные карманы, и он бывает их дарит прохожему, если тот кинет купюру покрупнее. Где он сейчас, интересно?

- Я подвозил его под Абаканом неделю назад. Где-то в Хакасии, наверное…

Вася махнул рукой, мол, где угодно уже мог очутиться за это время.

- Ох, мы однажды с Фантиком учудили в одной деревне на Алтае. Даже не деревня, а большое село! Занесло нас туда, значит, под конец лета. Мы трассы перепутали – надо было на новую дорогу выходить, а мы по старой потопали. Ну, и приехали, ага, здоровенное такое село, длиннющее! Пару дней помыкались, думали работу какую сыскать, обносились слегка. Но ничего толкового так и не нашли. Жили в палатке возле местной речки. Вечером поиграли малость на центральной площади. Набросали нам не то, чтобы много, но в общем-то на ужин хватило бы. И тут Фантику, его, кстати, Серегой зовут, приспичило выпить.

- Не гнушаетесь, стало быть? – хитро прищурился дядя Миша.

- Да не сказал бы, что очень часто, но бывает. Что мы, не люди что ли? А вообще на трассу поддатым выходить последнее дело. Ты бы поди тоже пьяного не стал подвозить.

Водитель пожал плечами, дескать, всякое бывало, и покивал головой, продолжай, мол.

- Ну, и вот, посчитали мы гроши и поняли, что хватает нам на три бутылки портвейна по ноль семь. Как раз успели к закрытию магазина. Это тебе не город, где круглые сутки можно отовариваться. Тут продавщице корову надо доить! Короче, взяли, сели тут же неподалеку и одну бутылку освоили, закусывая куревом. Захорошело. Я-то человек очень спокойный. Если выпью, мне хочется ничего не делать и созерцать закат или костер. А Фантик – тот шебутной! Его потянуло на подвиги. Пока мы шли до речки, он увидел небольшое стадо гусей, они гуляли за оградой одного дома по дороге.

Дядя Миша хмыкнул, понимая, что будет дальше.

- Скоммуниздили что ли гуся?

- Типа того! Фантик прицепился: - «Давай сопрем гуся! Это ж такая закусь! Ощиплем, в глину замажем, и под костёр!». Я его отговаривать, да куда там – заусило!

- Так-так! И что дальше?

- Ну, что? Схватил он птичку, шею ее под мышку себе засунул, курткой прикрыл, и мы очень быстрым шагом, стараясь не привлекать внимания, пошли по проулку. И всё бы ничего, но на беду вышла на крыльцо хозяйка гусей. Каким чувством она так быстро сообразила, что одного не хватает – выяснить не удалось. Да только посмотрев, как мы летящей походкой удаляемся в закат, схватила грабли и бросилась в погоню. Я никогда не думал, что такие дородные люди, могут так стремительно передвигаться! Она ещё и голосила всю дорогу, так к ней два мужичка присоединились.

- А вы чего?

- А мы побежали, что есть сил! Тут забор на пути. Я-то перемахнул, а Фантик с гусем замешкался. Кричу ему: - «Серега, бросай гуся! Убьют!». А он мне: - «Я что, зря его уже километр тащу!?».

- Догнали!?

- Как видишь, живой тут с тобой рядом сижу. Смогли оторваться. Всё же эти колхозники мало приспособлены к быстрому бегу на дальние дистанции. А догнали бы – нам бы точно не поздоровилось. Там одна эта баба могла нас обоих в бараний рог согнуть. Да ещё и с граблями…

- Гусь-то хоть вкусный оказался? – смеясь спросил дядя Миша.

- Нормальный! Я не особо внимание обращал. Ребра ещё час ходуном ходили, и жрать хотелось неимоверно! Запекли, слопали, вино допили, подремали маленько, и ранним утром, пока деревня спала, свалили на трассу от греха подальше.

- Вот вроде вы и нехороший поступок совершили, а всё равно смешно. Почему я вам сочувствую, а не ей?

- А любят дураков на Руси! Я давно заметил…

- Это точно! Чтобы нашу дурость прочувствовать надо или вот как я по дорогам поколесить или в армии послужить.

- О, да! Для меня-то армия – дом родной. Я в ней вырос. Но потом сталкивался ещё, да.

И Подорожник рассказал, как ему на зиму достался теплый армейский бушлат. Они вместе всё с тем же Фантиком решили прибарахлиться к холодному времени года. Серега вообще собирался перезимовать где-нибудь, а Вася пока раздумывал. Находились они тогда в районе Новосибирска, и один товарищ дал им наколку, где можно разжиться теплыми вещами. Они подошли к неприметному зданию барачного типа. Возле входа стоял прапорщик, всем своим видом олицетворявший поговорку: «Есть такая профессия – родину расхищать!». С ним быстро договорились перетаскать со склада в машину пару сотен комплектов униформы, за что им и досталось по добротному бушлату и по три банки тушенки на брата.

- Я этот бушлат потом весной обменял на почти новые ботинки. Так и живём…

С полчаса ехали молча. Дядя Миша прислушивался к мотору и морщился. Что-то в звуке его настораживало. Подорожник старался не мешать и смотрел в окно. Потом водитель завел разговор снова.

- Честно сказать, я не знаю, почему остановился тебя подобрать. Нет, вообще я вашего брата часто подкидываю. Но тут меня как будто дёрнуло что-то – тормози! Как так? Ты веришь во всякую такую ерунду?

Вася кивнул, но как-то неуверенно.

- Я вообще материалист. Но думаю, что какие-то энергии мы просто ещё не научились фиксировать и измерять…

Они снова надолго замолчали. Подорожник вспоминал тот самый случай, после которого у него появилась способность застопить любую машину. В одном заштатном городишке он познакомился с целой компанией неформалов. Вася, как обычно, играл на площади. В тот раз в одиночку. Была уже осень, прохладно, и прохожие бросали в шляпу неохотно. Пальцы замерзли, и он, пересчитав гроши решил перекусить в ближайшей кафешке. А эту точку общепита оказывается давно облюбовала местная тусовка. Пиво там было хорошее, а главное, его часто наливали в долг. И этим вечером там отмечали чей-то день рождения. Разговор завязался сам собой, потом Подорожник предложил сыграть. В общем праздник удался. Ночевать пошли всей гурьбой в здание бывшего дома культуры. Там шел ремонт, уже который год…

А ДК когда-то был построен с размахом. На стенах снаружи сохранились мозаики и барельефы. Внутри кроме сцены и зрительного зала была ещё целая куча помещений, в том числе библиотека. Из неё даже не удосужились вынести книги. В ней-то компания и расположилась. С собой ещё было прихвачено энное количество горячительных напитков и что-то из закуски. Хотя здание и не было отключено от электричества, решили всеже свет не включать – пользовались фонариками да зажгли несколько свечей.

Как обычно в таких случаях стали рассказывать байки и легенды. Кто-то в том числе обмолвился, что, когда под дом культуры в начале строительства стали рыть котлован, наткнулись на древнее погребение. Короче говоря, здание стояло на месте старинного кургана. И ходили слухи, что ночами тут происходят странные вещи. Мол, видели светящуюся фигуру в окнах, слышали то ли брякание доспехов, то ли чьи-то голоса. А на сцене по утру уборщицы, дескать, дважды находили старые человеческие кости. Высокий темноволосый парень клялся, что лично видел их потом в кабинете директора.

- Уборщиц? – засмеялся Подорожник.

- Да кости же! – парень, который представился Костей, загорячился, - Пойдём, посмотрим – может они до сих пор там!?

- А пойдём! – поднялся Вася.

Они для храбрости замахнули ещё по стакану портвейна и пошли длинными коридорами, подсвечивая путь фонариками. Больше никто идти не захотел. Всем и так было уже хорошо, а про всякие странности лучше разговаривать, сплотившись тесным кружком вокруг свечи и бутылки чего-нибудь крепкого.

Однако увидеть эти загадочные кости Подорожнику было не суждено. Не дойдя до бывшего директорского кабинета каких-то пару метров, они услышали внизу вполне характерные звуки. Завыла милицейская сирена! Облава!

В боевые девяностые блюстителям порядка на всякие сборища было плевать. Хватало забот. Но в начале нулевых порядки поменялись. Да к тому же новый хозяин здания приплачивал сотрудникам ППС, чтобы приглядывали в темное время суток. А ну, как бомжи заберутся, ещё, чего доброго, пожар устроят. Ну, вот они-то и увидели, как кучка молодежи прокралась на вверенный объект. Втроем идти и наводить порядок побоялись – вызвали подмогу.

Вася попадаться никак не желал. Прописка у него не местная, внятно объяснить, что он делает тут конкретно, да и в городе в общем, он объяснить бы не смог. Вполне могли пришить бродяжничество, но и просто ночевка в кутузке в его планы не входила. Решил он спрятаться между рядами сидений в зрительном зале – их ещё не все растащили. Однако в один прекрасный момент дверь распахнулась и густой бас прорычал: - «Есть тут кто-то! Прямо чувствую, есть!».

По залу зашарили лучи фонарей. Почему-то и милиционеры свет включать не стали. А может не знали, что он работает. Подорожник запаниковал, вскочил и побежал. Ему показалось, что в глубине кулис на сцене обнаружить его будет сложнее. Не учел он того, что сцену уже начали разбирать. Под ногой хрустнула доска, и Вася полетел куда-то вниз. Да, под сценой очень часто бывает пустое пространство, и довольно обширное. Упал он удачно – аккурат между каким-то металлическим штырем (распорол рукав куртки) и деревянным хламом. Чудом остался цел! И вот тут его охватила апатия. Он решил, мол, пусть спускаются сюда и достают его. Слышно было, как ППСники общаются по рации, судя по всему, кого-то уже повязали.

Подорожник покрутил головой и забыл про всякую милицию - напротив него на куче тряпья сидел мужчина средних лет! Короткая борода, волосы, отросшие до плеч, сапоги – это всё Вася разглядел несмотря на мрак. Человек слегка светился в темноте, так мерцают старые стволы деревьев в лесу по ночам. Паника! Кровь бросилась в лицо, потом наоборот стало холодно. Он заозирался по сторонам – куда, куда бежать? Но мужчина покачал головой и прижал палец к губам. Над головой проскрипели доски и прогрохотали берцы. Потом шаги удалились, и лучи фонарей перестали просачиваться сквозь щели. Человек встал со своего импровизированного сиденья. Он не был высок, так среднего роста, но в плечах шире Василия раза в полтора. По виду кожаная рубаха была перехвачена в талии богатым поясом из металлических блях. На поясе висели топор и кинжал. Воин повернулся и грустно посмотрел на стопщика. Затем махнул рукой, иди, мол. В голове пронеслось: - «Удачи, странник!». Василий моргнул, а фигура исчезла в темноте.

Он сел, потирая ушибленный локоть, потом опершись на что-то под собой, поднялся. Этим «чем-то» оказался человеческий череп. Повинуясь какому-то внутреннему чувству, Вася сунул его в рюкзак и выбрался из-под сцены. В здании клуба царила тишина. Добравшись до входа, Подорожник убедился, что дверь то ли заколочена, то ли закрыта снаружи на замок. Но его это обстоятельство не смутило. На первом этаже было несколько кабинетов. Он вошёл в первый попавшийся, открыл окно и выбрался на свободу. «Валить, надо отсюда, валить!», - бормотал он на ходу. До выезда из города оказалось рукой подать. Да и не город это был, так посёлок городского типа с двумя десятками пятиэтажек и большим частным сектором.

Пробравшись узкими проулками к лесу за околицей, Вася вышел на широкую поляну, поросшую какими-то кустами. На окраине он выбрал место поровнее и изготовился копать яму. Череп нужно было похоронить, так ему казалось правильным. Только вот чем копать? Он огляделся в поисках какой-нибудь палки поострее, но ничего не нашёл. Потом вспомнил, что в рюкзаке у него есть чекушка водки на всякий пожарный. Подорожник решил выпить и прийти в себя – вечерний хмель выветрился от беготни и переживаний. Да, на дне рюкзака обнаружилась бутылка, но кроме неё пальцы нащупали ещё что-то, чего в поклаже изначально не было. Он дернул и вынул на свет средних размеров кинжал – тускло сверкнул бронзовый клинок. Как оружие очутилось среди его вещей, Вася отчаянно не понимал! Рукоять удобно лежала в руке, металл приятно холодил ладонь – кинжал был очень красив!

Парень стал аккуратно резать дёрн, тот поддавался легко. Он очень боялся каким-то образом повредить клинок, но ничего подобного – им словно всегда рыли ямы. Спустя минут пятнадцать образовалось достаточно широкое углубление в земле, чтобы туда мог поместиться череп. Вася поместил свою находку в яму, присыпал, и даже сделал небольшой холмик. Он понятия не имел какую религию исповедовали люди бронзовой эпохи на территории Сибири, поэтому ничего сверху водружать не стал. И поскольку сам не был верующим пробормотал: - «Обойдемся без крестов, но помянем!». Подорожник скрутил колпачок с чекушки, плеснул на могилку, сделал добрый глоток и закурил. Попытался было собрать в кучу мысли и чувства, но они не собирались. А через пару минут пришла вдруг какая-то очень приятная пустота. Все мысли исчезли, он просто сидел на пеньке, курил и смотрел на холмик. Единственное, он чувствовал странное единение с человеком, чьи останки только что похоронил.

Серел рассвет, Вася посмотрел на остатки водки в бутылке (чуть меньше половины), одним махом выпил, снова закурил, поднял свой рюкзак и пошёл – где-то слева слышался шум машин. Трасса!

Он вышел на дорогу и увидев приближающийся автомобиль, махнул рукой практически не надеясь, что тот остановится. Однако вопреки ожиданиям машина тормознула, и через пару минут переговоров с водителем, Подорожник уже мчался прочь от этого странного городка.

А дальше он стал замечать, что как только ему очень сильно хотелось немедленно уехать, попутные авто обязательно останавливались и подбирали. Нужно было только сконцентрироваться, как будто бы влезть в голову шофёру, и попросить подвезти.

Эту историю Подорожник дяде Мише рассказывать не стал. Он вообще ни с кем ею не делился. Звучало бы это слишком бредово. Нет, друзья и коллеги-автостопщики замечали, что уж больно шустро Вася передвигается по территории нашей необъятной родины. Но, чего уж там – бывает. Везучий! Да и большинство путешествующих таким способом знают маленькие хитрости. Где правильно встать, как говорить. У каждого в блокнотике помечены кафе и гостиницы, где останавливаются дальнобойщики. Особенно, точки общепита! Подходишь и смотришь на парковке в какую сторону кабинами стоят грузовики. Фура – корова огромная, лишний раз на ней разворачиваться никто не станет. Потому, если «мордой» машина стоит в нужную тебе сторону, стоит просто дождаться водителя. Из кафе он выйдет сытый и довольный, а главное, тягач-то уже стоит. То есть не нужно махать руками. А надо подойти и попроситься в попутчики. Способ работает на девяносто девять процентов!

Но Васе везло патологически. Отсюда и прозвище взялось – Подорожник.

- А никогда не было желания плюнуть на всё, забыть все обиды и вернуться домой? – спросил вдруг дядя Миша.

- Да я, честно говоря, уже давно ни на кого зла не держу. И на отца не обижаюсь. Ещё не известно, как бы я сам повел себя в такой ситуации. Но вернуться… Не знаю. А что я там делать буду? Я ведь толком ничего не умею. Идти учиться? Уже поздно. Да и кто меня будет содержать, пока учусь?

- На заочке. А сам пока хоть кем – дворником, сторожем, грузчиком.

- Думал. Думал я об этом, и не раз.

- Стыдно?

- Есть такое, - Вася опустил глаза, - Детский сад в самом деле. Гайдар вон, в шестнадцать полком командовал, а я в восемнадцать по дурости из дома сбежал!

- Так и возвращайся! Поди не прогонят?

- Понимаешь, дядя Миша, я так думаю, мне толчок какой-то нужен. Катализатор, как говорят химики, чтобы реакция пошла. А пока что я его не могу нащупать…

- А ты как думаешь, тебя искали?

- Само собой! Отец всех на уши поднял. Я это точно знаю – мне нестолько раз ребята говорили, что в окрестностях Красноярска ищут какого-то парня.

- И не нашли?

- Как видишь! Отец меня на самом деле многому научил – я и с парашютом прыгать умею, и дерусь неплохо, и как скрываться, в том числе, знаю.

- Но, наверное, и в розыск подавали?

- Скорее всего. Однако мне как-то везёт с милицией. За всё время несколько раз гаишники останавливались, когда стопил на трассе. Ну, а им-то что? Видят ведь, что автостопщик. Паспорт для порядка посмотрели, и всё. Нет, если бы задержали по серьезному, до выяснения личности, то, вероятно, размотали бы. И выяснили мою личность!

Подорожник рассмеялся. Следом за ним захохотал и дядя Миша. Вечерело. Вдруг снаружи донесся какой-то стук, и машина начала останавливаться.

- Колесо! – водитель выругался, - Блин, темнеет!

- Помочь? – Васе уже приходилось помогать менять колеса.

- Ага, пойдём. Запаску вдвоем легче снимать.

Сняли пробитое колесо, потом отстегнули запасное, и на его место пристегнули покалеченное - нормальные дорожные хлопоты. Но Васе отчего-то было не по себе. Предчувствие какое-то. И оно не обмануло. В тот момент, когда дядя Миша подкачивал запаску компрессором, а Вася вытирал руки тряпкой возле своей двери, в паре метров от грузовика остановилась тонированная иномарка. Из неё вышли двое. О чем они говорили Подорожнику слышно не было, но ничего хорошего этот разговор не сулил. Да и колесо они в этом месте пробили, судя по всему, не случайно. Мысль о бронзовом кинжале в рюкзаке пришла сама собой. Пассажирская дверь была распахнута, и он, не привлекая внимания протянул руку к рюкзаку, затем нащупал клинок, и вытащив, спрятал под куртку.

- Ну, что там, дядь Миш? Поехали уже, сам говорил, темнеет! – он обошёл фуру и теперь разглядывал диспозицию.

- Поедете, - сказал один из незнакомцев, невысокий крепыш в кепке и с бейсбольной битой в руках, - Когда мы скажем. И куда мы скажем.

Рядом стоял его напарник. Тот был ростом повыше, и не смотря на сумерки не снял солнцезащитные очки. Самое плохое, что правая рука его лежала на рукояти заткнутого за пояс пистолета.

Правильно, подумал Вася – не доставай оружие, если не собираешься им воспользоваться. Впрочем, биту-то уже держат на готове. Похоже, что пустить её в ход они не постесняются. Мысли носились в голове, как угорелые. Он подошёл ближе и встал рядом с водителем. Тот пока молчал.

- Ну, что у нас в фуре? – продолжил крепыш.

- А ты загляни, - предложил дядя Миша.

- И загляну. А вот хамить не надо – можно и пострадать, - он слегка хлопнул битой о ладонь, а затем двинулся вдоль левого борта.

В этот момент дядя Миша вытащил откуда-то из-за кабины обрезок трубы и пошёл в атаку. Второй грабитель дернул было пистолет, но произошло невероятное. Все участники событий потом долго думали, но так и не смогли объяснить себе, что же это такое было!?

Подорожник, которого бандиты похоже не принимали в расчёт, внезапно очень ловко выхватил из-под куртки кинжал, и всадил его в грудь нападавшего. Яркая вспышка, громкий хлопок, Васю здорово приложило о капот тягача. И всё – разбойник исчез, исчез и бронзовый кинжал!

Второй бандит стоял с раскрытым ртом и выпученными глазами, и дядя Миша, недолго думая угостил его трубой поперек спины. Тот упал, бита загрохотала по асфальту.

Водитель дернул Васю за рукав, затолкал в кабину, запрыгнул сам и завел двигатель. Грузовик рванул и понесся прочь от странного места. Подорожник ещё какое-то время видел в зеркало заднего вида, как пытается подняться крепыш. Но догонять их никто не стал.

Долго ехали молча. Потихоньку стемнело окончательно. Наконец дядя Миша первым нарушил молчание:

- Как ты думаешь, что это сейчас с нами произошло?

- Нас попытались ограбить…

- Без сопливых гололед! Я тебя спрашиваю, как так всё вышло? Куда делся бандит? Что это была за вспышка?

- Если б я знал, но думаю, что дело в моём кинжале, - Подорожник глядя в окно дышал на стекло и чертил пальцем закорючки.

- Каком ещё кинжале?

И тогда Вася рассказал водителю всю ту историю с заброшенным домом культуры.

- Я ведь так и не понял, как этот бронзовый кинжал попал ко мне в рюкзак. Возможно я, конечно, по запарке засунул его вместе с черепом, но что-то слабо верится. До сих пор в деталях помню события той ночи. Да и после много раз прокручивал в голове.

- А ты говоришь, материалист! – водитель перекресиился, - Ну, и как твой материализм объясняет то, что случилось?

- Никак не объясняет. Я не знаю, что произошло. Честно признаться, до последнего не думал, что смогу ударить живого человека ножом, - Подорожника начало мелко потряхивать, и он заговорил быстрее, - Нет, я, конечно, дрался и раньше. И сам бил и меня били. Но чтобы ножом… Меня как будто кто-то вел за руку. Вроде, как и не я ударил, а мной ударили!

Голос его сорвался, на глазах выступили слезы. Дядя Миша полез рукой куда-то за своё сиденье и вынул початую бутылку коньяка.

- Держи, хлебни маленько. А я потом на ночь тоже дерябну. Ну, денёк выдался.

Вася сделал два добрых глотка и закурил. Щеки порозовели, он начал приходить в себя. Опустил до конца стекло и стал жадно глотать холодный ночной воздух. Потом закрыл окно и улыбнулся так, словно что-то важное для себя решил.

На ночлег остановились в небольшом поселке. Прямо у дороги стояла неказистая гостиница. Вася упал на кровать, не раздеваясь и вырубился без задних ног. Он не слышал, как дядя Миша ещё сходил в душ, а после и в самом деле выпил грамм сто коньяка. Перед сном водитель долго курил, глядя на спящего парня. О чём он думал, осталось неясным.

Поутру, наскоро позавтракав, они отправились в путь.

- Ну, что, дружище Подорожник, куда ты теперь? Я могу довезти тебя до Новосибирска. Там пару дней уйдёт на разгрузку погрузку, а куда дальше – я и сам пока не знаю. Зависеть будет от груза.

- Знаешь, что? Спасибо тебе за всё! За то, что подбросил, за ночлег. Но я, пожалуй, выскочу на ближайшей своротке в сторону Красноярска.

- Домой?

- Домой!

КОНЕЦ.