Читать онлайн "Далида. Пламя Эльбириона"

Уходящее солнце нежно ласкало кроны раскидистых деревьев. Прозрачная золотая дымка повисла над цветущим полем. А ветер, как романтик-влюбленный, нежно поглаживал высокую траву. Дурманом разливался терпкий аромат, и птицы щебетали бесконечные трели, восхваляя благодатный финал жаркого дня.

Дорога льняной лентой неудержимо стремилась за горизонт, и лишь силуэт одинокого всадника темнел в лучах вечерней зари.

Его лошадь, не чувствуя понуждения, неторопливо вышагивала, вздымая мелкие клубы пыли, и время от времени хватала высокую придорожную поросль.

Почуяв воду, удивительно синхронно всадник и лошадь повернули головы к холмистой возвышенности, что тянулась поодаль. Путник тронул поводья, и, будто взбодренные, они помчались туда, где их ждала живительная влага.

С холма глазам всадника открывался незатейливый, безмятежный пейзаж. Здесь река делала крутой разворот, образовав меж своими потоками небольшой, растянутый в длину остров. Весь он был покрыт буйной растительностью и казался тем самым приветливым местечком, в котором можно найти короткий приют одинокому путнику.

Гектор бросил взгляд по течению. Берег с его стороны был достаточно крут и неудобен, чтобы спуститься лошади. А вот чуть подальше, пологой волной, холм устремлялся к самой воде.

– Оттуда и переплыть на остров можно... – проговорил всадник и ласково похлопал по широкой шее лошади.

Последние дни выдались для волка мрачными и унылыми. Образ Амрит, бесконечно всплывающий в памяти, доводил до исступления и отчаяния его измученную душу. Будущее теперь виделось безотрадным и неприветным. Казалось, что в чужих землях Гектор покинул не только любимую, но и свою собственную жизнь. И сейчас он всего лишь тень, которая по странной причине почему-то все еще живет под лучами яркого солнца.

Мужчина тронул поводья, и лошадь послушно затрусила вдоль обрыва. Длинная полоса реки теперь полностью предстала взгляду Гектора. Он прищурился, всматриваясь в гладь воды, на мгновение осадил гнедого, но затем пустил его в резвый галоп.

Там, в реке, почти по самую грудь стояла девушка. Сколько времени, опустив голову, она глядела в свое отражение, Гектор понятия не имел, но то ли понял, то ли почувствовал – еще немного, и несчастная сведет счеты с жизнью. И в этот самый момент она действительно погрузилась в воду. Слабые круги, как горькие слова прощания, неспешно потянулись к берегу.

На скаку волк сбрасывал с себя оружие и амуницию, и, едва копыта гнедого коснулись воды, Гектор стрелой выпрыгнул из седла и нырнул в мутный поток.

Он метался, пытаясь разглядеть дно, но лишь поднимал вокруг себя ил и песок. Вынырнул. Глотнул воздуха и снова нырнул. Его острый нюх под водой был совершенно бесполезен, а зоркие глаза не могли прорваться сквозь речную мглу. Он двигался на ощупь и интуитивно. А когда в третий раз вынырнул за глотком воздуха, то уже готов был взвыть от отчаяния.

Что заставляло его так яростно бороться за чужую жизнь, он не понимал, но, сжав зубы от злости и беспомощности, вновь нырнул.

Его рука вдруг коснулась чего-то, и Гектор попытался нащупать и зацепить это. Удача! Плечо девушки. Волк подтянул ее к себе и сильным рывком, оттолкнувшись ногами от дна, вырвался из водного плена, крепко держа в руках безжизненное тело.

Прежде волку не приходилось спасать утопленников, но как возвращать их к жизни, ему когда-то рассказывал отец Амрит. Поэтому, не теряя ни секунды, он вытащил несчастную на берег и принялся за дело.

Очистил рот от песка и тины. Попробовал вызвать рвоту... Не все у него получалось с первого раза. Вернуть человека к жизни, как оказалось, гораздо сложнее, чем убить его. Но Гектор не отступал, хоть и понимал, что с каждой секундой надежды становится все меньше, а отчаяние вновь тянет к нему свои холодные пальцы.

Но в этот день боги точно были на его стороне, и борьба не стала бессмысленной.

Закашляв, девушка вдохнула, снова закашляла, извергнув из себя остатки воды. От охватившего озноба у нее застучали зубы. Она морщилась и щурилась, приложив руки к вискам и пытаясь унять внезапную головную боль. Непонимающий, совершенно растерянный и блуждающий взгляд не замечал Гектора.

Уложив ее на сухую траву, волк тщательно укутал девушку в свой плащ. Он развел костер, заготовил побольше веток и палок – ведь огонь должен теперь гореть постоянно, и, усевшись так, чтобы лицо девушки все время было у него на виду, занял сторожевую вахту.

Впервые он сожалел, что не знает ни крохи из лекарского дела, как, например, Юн. И не понимал, что ему следует делать дальше. Даже глупцу было бы ясно, что сейчас несостоявшейся утопленнице нужен покой и сон. Но можно ли ее кормить или хотя бы напоить водой? Кто ему подскажет?

– Нет, скорее всего, нет, – ответил Гектор на собственные мысли и, глубоко вздохнув, подкинул веток в костер.

Незнакомка стала согреваться и уснула. Сон ее был тревожным и беспокойным. Она то металась, то стонала, то вскрикивала, из-за чего волк каждый раз вздрагивал и подсаживался к ней ближе. Вглядывался в лицо, трогал лоб, поправлял плащ, как поправляют одеяло у больного. И, удостоверившись, что все в порядке, продолжал свое бессменное дежурство.

***

Солнце было почти в зените, когда приятный запах пробудил девушку ото сна. Открыв глаза, она украдкой осмотрелась.

На костре весело булькал походный котелок, в такт ему потрескивали свежие поленья, недавно брошенные в пламя. Солнечные лучи играли на водной глади реки, а неугомонное птичье щебетание, казалось, заполняло все пространство вокруг.

Взглянув на мужчину, она встретила его пристальный взгляд и, смутившись, отвела глаза.

– Я-я-я жива... – еле слышно спросила она.

– Да, – коротко ответил волк.

Поднявшись, незнакомка села, кутаясь в широкие полы плаща.

– Это ты меня спас?

Вместо ответа Гектор подал ей деревянную чашку, которой только что зачерпнул жидкость из котелка.

– Не знаю, можно ли тебе есть. Но свежий бульон, думаю, не повредит.

Обхватив ладонями горячий сосуд, она тихонечко втянула приятный запах, подула и сделала маленький глоток. Жидкость полилась жарким, но таким целительным потоком, даря и телу, и душе то самое наслаждение, которое можно испытать лишь от простых, житейских вещей.

Гектор смотрел на девушку, терпеливо поджидая момент, когда сможет озвучить кучу вопросов, возникавших в голове ежеминутно. Но излишняя торопливость не в его характере, он продолжал ждать.

Незнакомка все так же мелкими глотками прихлебывала из чашки, избегая поднять глаза на сидевшего рядом мужчину. Ее слипшиеся от речной тины волосы спадали на лоб и виски, длинные темные косы растрепались, и худенькое бледное личико в таком обрамлении казалось почти призрачным.

Но от волка не ускользнуло, что губы девушки порозовели, а глаза уже не застилала туманная пелена. Это был хороший признак, значит, бывшая утопленница пошла на поправку.

Дождавшись, когда бульон был допит, Гектор спросил:

– Как тебя зовут?

– Сиб... – побледнев еще больше, начала девушка, но сразу осеклась и, секунду помешкав, торопливо продолжила, – Саиш, меня зовут Саиш...

Волк прищурился, хотел было что-то сказать, но не стал. Заметив в ее глазах тревогу и страх, он передумал.

– А тебя? – тихо спросила она.

– Гектор... Как ты себя чувствуешь? – задал очередной вопрос волк.

– Спасибо... лучше... – был короткий ответ.

Выдержав небольшую паузу, мужчина снова спросил:

– Куда ты шла, Саиш?

– Куда я... шла? – сначала с недоумением, а потом с растущим раздражением переспросила та. Девушке вопрос показался издевательским. – Я шла, чтобы свести счеты с жизнью! – воскликнула она с болью. – Но ты!.. Ты!.. Зачем ты вмешался? Зачем спас меня?

Упрек был обидным и незаслуженным, но Гектора он не тронул, ни один мускул не дрогнул на его лице.

– Зачем спас?.. Я не думал. Просто сделал это, и все... – невозмутимо ответил он.

– Ты просто сделал?.. – с той же горечью продолжала девушка, и теперь на ее глазах выступили крупные слезы. – Но мне-то как жить дальше? Как?

Волк почти равнодушно пожал плечами, и от этого Саиш вовсе разразилась рыданиями.

– Я не знаю, как мне с этим жить! Я не могу с этим жить!.. Не хочу, понимаешь?.. – она опустила голову. Слезы большими каплями падали на ее трясущиеся руки, которыми она теребила плащ Гектора. – Ты не знаешь, что я сделала... – перешла она на шепот, – Даже не представляешь... Ты убил бы меня, если бы узнал... – ее худенькие плечи судорожно приподнимались в такт коротким всхлипываниям.

Волк молча взял деревянную плошку, зачерпнул из котелка бульон. Подул, немного остудив его, и сделал несколько глотков.

– Я знаю, что ты сделала... – наконец проговорил он и отпил из плошки снова.

Саиш оторопело распахнула глаза и уставилась на мужчину.

– Знаешь?.. – в недоумении еле выдавила она.

– Ведь твою мать Истат зовут? Не так ли?

Теперь в глазах девушки отразился и ужас.

– Ты колдун?.. Провидец?.. – прохрипел ее голос.

Гектор по-доброму хмыкнул и допил свою порцию бульона. Встав, он снял котелок с огня, подкинул в пламя еще несколько поленьев и опять уселся на свое место.

– Нет. Я не колдун и не провидец. Все гораздо проще. Мы искали Тита и потому в Эдис приехали...

– Вы искали господина рыцаря? – прервала его Саиш, еще шире распахивая глаза.

– Да. Далида, его жена, организовала поиски. Поэтому мы...

– Его жена искала господина?.. – вновь перебила девушка. Ее лицо исказила мучительная гримаса, и она опять зарыдала, всецело отдаваясь своему отчаянию.

Волк в очередной раз молча ожидал, когда спадет истерика его собеседницы. И пусть он не понимал девушку, но все же искренне ей сочувствовал. Раньше ему никогда не приходилось видеть такое количество слез, разве что только в детстве. Амрит хоть и была открыта и прямодушна, но истерик с ней не случалось. Даже смерть родителей она пережила достаточно стойко.

Поэтому, глядя на несчастную, сокрушенную Саиш, он не понимал, что делают в подобных случаях, и предпочел снова терпеливо ждать.

Прошло немало времени, прежде чем поток горьких слез иссяк.

– Я думаю, придется здесь задержаться на несколько дней, – начал Гектор, убедившись, что несчастная утопленница понемногу приходила в себя и успокаивалась. – Пока ты не восстановишь силы, предлагаю перебраться на остров, – он кивнул головой в сторону высоких деревьев, что густо покрывали клочок земли между двумя потоками, – там безопаснее. Да и я отдохнуть смогу.

Девушка кивнула, соглашаясь с ним.

– Значит, ты знаешь, что я вовсе никакая не Саиш, а Сибари? – шмыгнув, вполголоса спросила она.

– Какая разница... Саиш, Сибари... Если ты хочешь забыть все, что связано с твоим именем, кто запретит тебе? Уж не я, это точно...

Мужчина поднялся, взнуздал лошадь и принялся собирать всю дорожную поклажу, которой было не так уж и много.

– И все же я никак в толк не возьму... – Саиш подняла глаза на Гектора, навьючивавшего гнедого. – Как ты узнал, что я это я?..

– В таких делах я не ошибаюсь, поверь...

– Но... но...

Подойдя к девушке, Гектор подал ей руку, помог встать, а потом и взобраться на лошадь.

– Понимаешь ли, Саиш, – наконец снова заговорил он, – я волк. И был в вашем доме, где, несмотря на стойкий запах гари, твой запах все же хорошо различался.. – Снизу вверх Гектор взглянул в удивленные глаза спутницы. – Правда, когда нырнул за тобой, не знал, кого вытаскивать придется...

Та, опустив голову, отвела взгляд.

«Представляю, какой дрянью он меня считает...» – с горечью подумала она. – «А я и есть дрянь! Нет хуже! Подлая и поганая гадина!..» – девушка едва снова не разрыдалась, но Гектор потянул гнедого за повод, и Саиш, вцепившись в гриву коня, сосредоточилась на том, чтобы удержаться в седле и от слабости не свалиться на землю.

Они переплыли реку и устроили себе маленький закрытый лагерь, где под защитой зеленой листвы теперь и волк мог отдохнуть, меньше беспокоясь об их безопасности.

***

Следующий рассвет Саиш уже встречала у реки. Она умылась, привела в порядок волосы. Одежда девушки была в таком ужасном, изорванном виде, что Гектор решил отдать ей свою запасную рубаху, которая, учитывая рост и размер волка, для Саиш вполне сошла за нижнее платье.

Прогулявшись затем по окраинам, она собрала немного кореньев и трав. К сожалению, местность эта не изобиловала нужными растениями, но даже тому малому, что она сумела принести, была очень рада. Теперь они смогут пить травяные настои, а дичь и бульоны будут вкуснее и ароматнее.

Волк не донимал ее разговорами, а сама Саиш, продолжая томиться от своих дум, тоже не была многословна.

Так прошло несколько дней, и Гектор подумывал, что пора бы уже снаряжаться в дорогу. Но прежде ему стоило обсудить свои мысли с травницей, именно поэтому он решил подойти к разговору издалека.

– Я все хотел спросить у тебя... – начал он, подсев к костру.

Вечерняя мгла уже окутала их маленький стан. Под неугомонные песни сверчков языки пламени отплясывали свой мистический танец. Дым щекотал нос и немного резал глаза. Они сидели рядом, почти соприкасаясь плечами, и оба глядели в огонь.

– Спросить? О чем? – голос Саиш был негромким и совсем безучастным.

– Как тебе удалось сбежать?

Девушка подняла на Гектора испуганный взгляд и сразу отвела глаза. Какое-то время она сидела молча, уставившись в пламя и подбирая нужные слова.

– Всю дорогу от Эдиса, – наконец заговорила Саиш со вздохом, – я старалась ослабить веревки на ногах господина. Голова и руки его были в колодках, с этим я ничего сделать не могла... – ее голос стал дрожать, и каждое слово давалось с трудом. – А вот ноги были связаны, и я села в телеге так, чтобы незаметно снять путы... Но узлы были такими крепкими. Я не смогла развязать, лишь ослабила их...

Девушка перевела дыхание, но от Гектора не ускользнуло, что она еле сдерживает слезы.

– Пока мы ехали, – продолжила Саиш, – бандиты только и хвалились тем, как поселок сожгли. Ругали господина самыми последними словами и... говорили, что развлекутся... со мной... – слезы брызнули из ее глаз, она порывисто закрыла лицо руками, – Мне было страшно, очень страшно... – прошептала Саиш.

Гектор невольно приобнял ее и притянул к себе так, чтобы голова девушки оказалась на его плече, – так он обычно делал, когда хотел успокоить Амрит. Но невысокая Саиш уткнулась ему прямо в грудь. Ей вдруг стало тепло и спокойно от этого проявления участия и заботы. Больше она не стеснялась, не сдерживалась и зарыдала в голос.

«И зачем я ее спросил?!» – корил себя волк. – «Ведь дураку понятно, что у бандитов могло происходить!.. Если я не дал ей умереть в реке, то, наверное, убью своими идиотскими расспросами!»

– Когда вечером они разбили лагерь, – продолжила девушка, немного успокоившись, – позвали меня прислуживать... А потом... Потом... Стали хватать меня, рвать одежду... – она снова заплакала.

– Перестань, не надо... – прохрипел Гектор, сдерживая охватившую его ярость и негодование. Его сердце готово было разорваться, едва он представил, что происходило потом.

– ... Я не знаю, как господину удалось высвободиться из веревок, – заговорила вновь Саиш, не услышав Гектора, – он напал на бандитов. Хоть руки все еще были в колодках, но даже скованного им было трудно одолеть его. Кто-то схватил оружие, кто-то палку. Господин закричал мне, чтобы я бежала, а он задержит разбойников... Мне было безумно-безумно страшно, но медлить я не стала, запрыгнула на первую попавшуюся лошадь и помчалась вон оттуда!.. Я неслась прямо в лесные дебри, потом бросила коня и забралась в самую глубину чащи. Леса те мне хорошо знакомы, ведь нередко искала там травы. Знаю, где есть старая барсучья нора, в ней я и спряталась...

Девушка выдохнула, и у Гектора отлегло на сердце. Он не представлял, как смог бы слушать совсем иную историю.

Подняв голову и вытирая лицо от слез, Саиш отстранилась от волка. Она дрожала всем телом, и от напряжения ее зубы чуть постукивали.

Улучив секунду, мужчина зачерпнул теплого травяного напитка и подал девушке. Та молча приняла, сделала несколько глотков и продолжила.

– Два дня я сидела в той норе, пока не поняла, что могу потерять сознание от жажды и голода. А после пошла, куда глаза глядят, лишь бы подальше от дорог и тех мест... – поставив чашку рядом, она подняла глаза на Гектора. – Я не знаю, что они сделали с господином. Убили, наверное...

– Нет, не убили, – ответил волк, радуясь, что пусть и не самую светлую новость, но все же хорошую сможет ей рассказать.

– Господин жив? – на лице девушки вспыхнула толика надежды.

– Жив. Уверен, что жив, – поправился Гектор. – Его продали в Бадир-Шате одному из купцов. А тот хотел выставить Тита на гладиаторские бои в Абидаресе.

– Значит... значит... – глаза девушки вновь потухли.

– Значит, его вытащат и оттуда! – уверенно заявил волк. – Не сомневаюсь, что Далида найдет способ, как его освободить. Ее упорству можно позавидовать...

– Его жена такая бесстрашная? – с восхищением и удивлением спросила травница.

– Иногда она... до безумия отчаянная... – с едва уловимой улыбкой ответил Гектор. – Послушай, Саиш... – он вдохнул, собрался с мыслями и заговорил так быстро, чтобы девушка не смогла его прервать. – Я возвращаюсь к себе домой, и вот что хочу предложить. Идти тебе некуда, мать тоже тебя уже оплакала. Одной оставаться слишком опасно. Поэтому я предлагаю тебе ехать со мной. Признаюсь честно и сразу: вряд ли я смогу полюбить тебя, потому что сердце мое принадлежит одной единственной госпоже. Но позаботиться о тебе я смогу, и защитить смогу, и кров предоставить...

На одном дыхании волк выпалил свой короткий монолог и замер, ожидая ответа девушки. Та смотрела ошарашенным взглядом, не понимая, говорит ли он сейчас на полном серьезе или вдруг ни с того ни с сего решил посмеяться над ней.

– То есть ты мне предлагаешь... – залепетала она, – предлагаешь...

– Стать моей женой...

Глядя в распахнутые, оторопелые глаза Саиш, он и сам не понимал, поступает ли сейчас правильно или совершает огромную глупость.

Эти мысли мучили его уже пару дней. Их судьбы такие разные, но в чем-то такие похожие. Скорее всего, они не подарят друг другу то самое заветное и долгожданное счастье, но наверняка каждый сможет понять чувства другого.

В клане волков он не хотел искать себе невесту, но ведь придется – он возвращается как вожак. А Саиш, пережившая так много, может стать доброй и заботливой женой. Тем более они и ладят меж собой неплохо.

– Что ты мне скажешь? – не дождавшись ответа, спросил волк.

– Но... но разве ты меня не презираешь?.. – в голосе девушки звучало искреннее удивление. Она сама презирала себя и ненавидела, как по-другому могли относиться к ней люди?

Да, Гектор спас ее и заботился все эти дни, но только потому, что был воспитан и благороден. Сама же она не заслуживает никакой милости, никакого сочувствия и никакого прощения...

– Презирают того, кто не ищет раскаяния, – спокойно ответил волк. – Так ты поедешь со мной?

– Да, – тихо ответила девушка и опустила глаза.

Ее сердце гулко стучало в груди от теплого волнения и надежды. Судьба вновь возвращала ей свое благорасположение и давала шанс изменить жизнь.

– Тогда, – Гектор хлопнул себя по коленкам, – на рассвете отправляемся в дорогу. Путь впереди неблизкий...