Читать онлайн "Падение Алисы"

5500 метров

Основной парашют не раскрылся, дополнительный… тоже. Алиса хорошо знала их устройство и поняла, что допустила фатальную ошибку. Да, опытные спортсмены, к числу которых и относилась девушка, иногда отключают AAD (устройство автоматического раскрытия). Зачем?.. Спросите вы. Но, всё прозаично и просто — такой риск позволяет делать особые трюки. И да… сегодня планировался как раз такой прыжок. Алиса, рыжеволосая леди с твердым характером, поспорила с другом, что приземлится максимально близко к лесополосе, а для этого нужно было разогнаться и уйти в сторону от полей. Что ж, Алисе «ужасно» повезло – поток верхнего ветра как раз в этот день оказался направляющим в нужную сторону, и спор, считай, был почти в кармане.

Но незадача — в этот день всё шло не так. Интуиция кричала, однако девушка, привыкшая всё просчитывать, как алгоритм программного кода, и верящая в приметы, отказалась к ней прислушаться. Не обратила внимания на упавшую в полночь вазу, на попытку ограбить её квартиру, когда грабители, похоже, перепутали этаж (ведь над ней, на втором этаже, жил зажиточный директор нефтяного завода, то ли с женой, то ли с любовницей). Проигнорировала подгоревшую яичницу, собаку, гавкающую на неё, которая, казалось, сошла с ума. Она упустила из виду, что сушившаяся одежда не высохла и окрасилась в грязно-розовый цвет, хотя температура стирки была подходящей. Упустила из виду выпавшие из кармана ключи, ровно в тот момент, когда заходила в лифт. Тот самый единственный комплект от любимой однокомнатной квартиры, который Алиса всё никак не успевала продублировать, целиком и полностью оказавшийся в шахте лифта (такая неудачливая точность). Заболевшего водителя, отсутствие автобуса, небольшую аварию в такси, севший телефон, забытую зарядку, и даже нового злобного администратора, который никак не хотел пускать её в центр полётов. Хотя осторожничать ей стоило ещё две недели назад, на майских праздниках, когда ей исполнилось двадцать семь.

Алиса снова чувствовала поток ветра, но в этот раз эйфория от полёта не раскрывала душу, а предательски вязко душила всё тело и ум. Девушка понимала, что жить осталось немного.

Сегодня было важно подняться повыше. Туда, где кислород уже на грани. План то и изначально был очень рискованный, а теперь казался катастрофой. Она, ради спора, прыгнула с 5500 метров, начала трекинг, ушла телом под углом, добавила горизонтальную скорость и в итоге ушла с полей слишком быстро. Обычно Алиса раскрывалась на высоте 1500—1200 метров, но сегодня, чтобы её не унесло глубже в лесополосу, решила раскрыться на 2000, дабы спокойно дорулить к кромке. В тот момент она ещё не знала, что это лишь отсрочит беду.

Итак, падение. Вроде бы всё… обычно. Лес под ней рос быстрее, чем она рассчитывала, и в какой-то момент спортсменка поняла, что оказалась над ним раньше запланированного. Это было не критично, обычная рабочая ситуация, которая требовала раннего раскрытия. Внизу тёмная полоса деревьев уже не выглядела далёкой линией — она становилась объёмной, плотной и почти живой. Алиса дёрнула основной. Вытяжной вышел. Контейнер раскрылся, купол вышел, и… не наполнился. Стропы перекручены. Купол «жуёт» воздух. Скорость падала, но незначительно. Вместо стабильных 180 км/ч скорость стала рваной, колеблясь в районе 180 км/ч, а вместо торможения Алису начало закручивать в беспорядочную спираль. Шум ветра не изменился так, как должен был. Не было привычного толчка вверх, не было ощущения, что тебя мягко поймали. Воздух продолжал так же жёстко бить в грудь. Алиса мгновенно проверила высоту на альтиметре, автоматически выровняла корпус и попыталась раскрутить перекрут ногами, разводя их шире, затем потянула за задние, свободные концы, прокачивая купол, чтобы дать ему шанс поймать поток. Ткань над головой дёргалась, но не наполнялась, стропы продолжали держать скрутку, и воздух проходил мимо. Девушка чувствовала, как поток бьёт в грудь сильнее обычного — скорость всё ещё оставалась слишком высокой. В ушах стоял плотный гул, пальцы работали автоматически, но где-то внутри уже начинало холодеть. Так у Алисы обычно холодел живот, когда она понимала, что что-то идёт не по плану. Стоит сказать, что восприятие времени для девушки было не таким, как бывает в повседневной жизни. В обстоятельствах, которые с ней происходили, каждая секунда шла за десять. Реальность замедлилась, лучше всего описать это ощущение фразой: «вся жизнь пронеслась перед глазами». Отстрелила основной на высоте 1800 метров, оставив скукоженный и парящий кусок ткани наверху. Скорость снова возросла, а главного парашюта как-будто никогда и не было. Описывая это важное решение, стоит подчеркнуть профессионализм Алисы — перед отстрелом не было ни паники, ни метаний, только быстрая оценка, что высоты достаточно, времени хватает и бороться дальше за спасение основного парашюта бессмысленно. Она чётко потянула кольца отсечки, и основной купол мгновенно ушёл вверх и в сторону, вырванный потоком. В ту секунду Алису будто оголили — над головой снова оказалось пустое небо, шум воздуха стал плотнее, началось ускорение, и на долю секунды возникло ощущение абсолютной уязвимости.

Да, именно этого момента боятся все, кто боится прыгать с парашютом. Момент, когда остаётся важный вопрос — “а запасной точно раскроется?”. У нашей профессиональной спортсменки, в тот момент, на этот счёт не было никаких сомнений. Она потянула кольцо запасного. Контейнер раскрылся, пружинный пилот-чут выстрелил вверх, ткань начала выходить из ранца, но… вместо привычного рывка раскрытия за спиной возникла странная лёгкость. Купол вышел не полностью, часть полотна колыхалась в потоке, словно его что-то придерживало. Алиса ждала удара в подвесной системе — резкого, привычного, почти болезненного толчка вверх. Его не было. Только тряска и хлопки ткани где-то за спиной.

Как? Как с ней такое могло случиться? Десятки прыжков, чемпионат региона по парашютному спорту, споры с родителями и друзьями о бесполезности и опасности этого хобби. Стоит сказать — она даже стала обладателем нового местного рекорда, суть которого понимали не все, но были “как-будто рады” за неё, смирившись с выбором любительницы острых ощущений. И такая случайность. Алиса не предполагала такого, нет. На таком уровне не бывает ошибок. Это невозможно. А ведь ещё вчера тётя Полина сказала любимой племяннице, что что-то не так. Алиса не поверила, она шла напролом, ведь в последнее время ужасно устала от того, что делает что-то, что не любит. Работа, обязанности, люди вокруг. Всё было не так, как хотелось, и сегодня девушка строго приказала себе идти до конца.

Но как же это было сложно. Она нарвалась на грубость какого-то случайного молодого парашютиста, пролила на себя кофе, увидела в новостях информацию о большом землетрясении в Азии, унёсшем жизни нескольких тысяч человек... Но справилась. Как иногда бывает слеп мир, но насколько он был зряч, внимателен и придирчив к ней в тот день. Ну и, конечно, самое обидное, что всё это случилось на следующий день после того, как Алиса узнала самую страшную тайну всей своей жизни. И уже ничего не успеет с ней сделать.

Высота — около 1700 метров. Секунды начали сгорать вдвое быстрее. Парашютистка инстинктивно проверила положение тела, стабилизировалась, попыталась помочь раскрытию лёгким прогибом, затем небольшим разворотом плеч, чтобы убрать возможный перекрут строп. Купол наконец полностью вышел из контейнера, но вместо уверенного наполнения начал вращаться и складываться, воздух срывался с кромки, ткань хлопала и не держала форму. Это был частичный отказ — хуже всего то, что парашют выглядел «почти рабочим». Скорость оставалась высокой, около 180 км/ч, поток не смягчился так, как должен был при нормальном раскрытии. Тело продолжало тянуть вниз, ремни впивались в плечи, а воздух бил в лицо так, что слёзы сами выступали из глаз. Девушка снова потянула за свободные концы запасного, попыталась расправить кромку, дала куполу шанс поймать поток, перевернулась на секунду на спину и обратно, чтобы стабилизировать вращение. Ткань над ней билась и скручивалась, но не наполнялась полностью. Руки начинали уставать, хотя прошло всего несколько секунд. Время в небе всегда обманывает — оно либо исчезает, либо растягивается до бесконечности. И вот в этот момент внутри что-то сдвинулось. Алиса ещё действовала и пыталась исправить ситуацию, но где-то в глубине уже шёл расчёт: при такой скорости и такой высоте запас прочности почти исчерпан. Высота падала. Впервые за последние несколько лет, буквально на мгновение, перед Алисой вновь возник образ: та самая тринадцатиэтажка, крыша, дедушка, ужасающий вид сверху. Тот страх, который она получила и переборола спустя многие годы. Девушка всё ещё работала руками, ещё надеялась, что купол поймает воздух и встанет. Алиса почти перестала смотреть на ткань над собой и на высоте около 1500 метров впервые позволила себе мысль, которую до этого отталкивала как помеху: если сейчас ничего не изменится, то это конец. Неужели всё это происходит по правде? Неужели ей это не снится и до всё… всё это реальность? Шум ветра стал ровным, почти глухим. В какой-то момент показалось, что звук стал тише. Спортсменка вдруг отчётливо поняла, что отключила автомат сама, осознанно, ради спора, и если бы он был активен, система могла бы сработать и спасти ей жизнь. Глупый, тупой, бессмысленный… идиотский детский спор. Для такой высоты это даже смешно. Смешно…

Скорость всё ещё запредельная. Алиса перестала дёргать стропы хаотично и просто держала их, чувствуя, как ткань живёт своей неправильной жизнью. Мозг перестал сопротивляться неизбежному и начал готовиться к удару. Тело всё ещё летело вниз, но внутри наступила странная пауза — как перед нырком в холодную воду.

И вот здесь Алиса по-настоящему поняла, что умрёт, что процесс уже запущен и остановить его невозможно. Высоты оставалось слишком мало, скорость слишком высокой, а оба шанса — основной и запасной — уже использованы. Шум ветра и снова тот самый страх, который ощутила десять лет назад, стоя на крыше тринадцатиэтажки. Оба парашюта не раскрылись. И теперь до земли оставалось бесконечно мало времени.