Роман "Иней между нашими сердцами". Глава 20. Заклятие ведьмы.

Дрейк

- Ведьма, - пораженно выдохнул я, слушая, как ее хриплый смех, подобный скрежету ржавых цепей, разнесся по залу.

После того, как она много лет назад заточила силу драконов в Ледяной сфере, я думал, что никогда больше ее не увижу, уверенный в том, что ведьма давно умерла. Сейчас от ее молодости и красоты не осталось и следа -  кожа, цвета выцветшего пергамента, истерзанного когтями времени, трескалась паутиной трещин, а волосы, словно спутанные пряди ночного мрака, извивались шипящими змеями. Но я сразу узнал эти глаза, горящие, как угли в пасти вулкана - два провала в бездну, где души корчились в вечной агонии, умоляя о забвении.

- Давно не виделись, дракон, - сказала Морагнира, медленно двигаясь ко мне.

Воздух вокруг нее густел, словно сироп из разлагающихся плодов, и каждый шаг оставлял черные следы, убивающее все живое. 

- Где мои жена и сын? – повторил вопрос, поднимая руки, между которыми начали формироваться ледяные стрелы.

- Если убьешь меня или Огненного, то никогда их больше не увидишь, - предупредила ведьма. - Так что выбирай – сохранить их жизнь или свою силу?

Я, конечно, легко мог убить Сюхкоатля, который после ранения не способен был перекинуться, но не был уверен насчет ведьмы. Ведь раньше не смог с ней справиться, а за эти годы она явно развила и преумножила свои силы. Если бы дело было только во мне, я бы не задумывался, но не мог рисковать жизнями самых близких и любимых людей. 

- Хорошо, - ответил, опуская руки.

- Тогда начнем, - сказала ведьма с довольной улыбкой, обнажающей ее гнилые зубы.

Проведя острым когтем по своей руке и пустив кровь, Морагнира начертила на ледяном полу круг с девятиконечной звездой. Как только я встал в его центр, вокруг зажглись черные свечи, сделанные из человеческого жира, а ведьма запела на древнем наречии, призывая дух дракона:

- Из льда восстань, страж забытый,  

   Силу свою отдай в цепи мои,  

   Холод твой – мой огонь,  

   Сердце твое – в руках моих! 

Свечи вспыхнули синим пламенем, воздух наполнился воем ветра, и я почувствовал, как внутри меня начала пульсировать сила, готовая вырваться наружу. С последним словом Морагнира достала кинжал, сделанный из драконьего клыка, и вонзила мне в грудь. Я стиснул зубы от боли, наблюдая, как передо мной появляется полупрозрачный дух дракона изо льда и снега, рыча и извергая морозный пар. Ведьма протянула свои костлявые руки с когтями, черными от высохшей крови, и вырвала его «сердце» – шар силы, в котором колыхалось синее пламя. Когда раздались ее слова - «Разорвись, о великий Фростгар! Твоя мощь – не твоя!», я закричал, падая на колени и чувствуя, как обрывается связь между мной и зверем, оставляя внутри лишь пустоту и оцепенение.