Меня всегда дразнили за то, что я «слишком много анализирую». А теперь мой анализ — это оружие. Причём буквально.
Моё зрение в костюме имеет три слоя — как у больничного сканера, только для микромира:
• Рентген-режим: Вижу каркас — жгутики, рибосомы, ядерные нити. Костюк бактерии для меня не сплошной, а как кружево со слабыми швами.
• КТ-режим: Вижу объём и плотность. Где у неё «склад» токсинов, где «энергостанция», а где — пустота, которую можно использовать как вход.
• МРТ-режим: Вижу химию. Где идёт активный обмен ионами, где накапливается напряжение, где мембрана истончена из-за перегрузки.
На той миссии с сибирской язвой сканеры молчали. Но в рентген-режиме я увидела, как трещина от меча Володи тянется ровно по линии деления её клеточной стенки. В КТ-режиме заметила, что левее трещины — аномальная пустота, словно цитоплазма оттуда спешно откачана. А МРТ-режим показал там же всплеск свободных радикалов — признак стресса и ускоренного метаболизма.
Я не стала ждать команды. Один удар серпа в ту пустоту — и бактерия разлетелась, как стеклянный шар. Не потому, что я сильная. А потому, что увидела, куда бить.
Иногда после миссии у меня болят глаза. Не от яркого света, а от информации. Видеть мир сразу в трёх измерениях данных — это как постоянно слушать три симфонии одновременно. Но когда от этого зависит, выживем ли мы все, выбора нет.
Теперь команда в шутку зовёт меня «ходячий диагностический комплекс». Володя просит иногда посмотреть ему «насквозь», нет ли скрытых травм. А я просто рада, что мое «слишком много анализирую» наконец-то кому-то нужно. Даже если эти «кто-то» — пятеро безумцев, добровольно уменьшающихся до размера бактерии.
ЛитСовет
Только что
Комментарии отсутствуют
К сожалению, пока ещё никто не написал ни одного комментария. Будьте первым!