Formula 1 в вибрации

Друзья, официально заявляю: весна наступила! Потому что стартовал новый сезон Формулы-1 

Мы с Эммой сегодня с утра пораньше устроили просмотр свободных заездов Гран-при Австралии. Наши симпатии, как вы знаете, разделились: я болею за Мерседес и Red Bull (и лично за Джорджа Рассела — ну какой же он красавчик за рулём!), а Эмма верна Шарлю Леклеру и Феррари.

И знаете, после двух тренировок у нас с ней назревает небольшое, но приятное противостояние 

Кто там говорил, что Мерседес не в форме? Расселл и Кими Антонелли во второй практике выдали такой темп, что я чуть с дивана не упала! Антонелли вообще удивил — парень второй, Расселл третий, и всего пара десятых проигрыша лидеру. Эмма, конечно, надула губы, потому что её Леклер после первой тренировки (где он был лучшим) во второй скатился на пятое место. Но мы же понимаем — это всего лишь практики, да? ?

Шучу-шучу. Но если серьёзно, наблюдать за первыми заездами в Мельбурне — это всегда что-то особенное. Трасса Альберт-Парк, новые правила, новые болиды, и даже Алонсо с вибрациями в руках после тестов (бедный Фернандо, говорят, у Honda такие проблемы с мотором, что он больше 25 кругов ехать не может без риска повреждения нервов — вот это я понимаю, профессиональные риски!).

И тут мы плавно переходим к медицинскому факту. Вы когда-нибудь задумывались, почему пилоты Формулы-1 после гонок выглядят так, будто только что вышли из сауны, и при этом у них иногда трясутся руки?

Всё дело в вестибулярном аппарате и шейном отделе позвоночника.

Когда болид входит в поворот на скорости под 300 км/ч, на шею пилота действует перегрузка до 6G. Это значит, что голова (которая весит около 5-6 кг) в этот момент весит под 30-35 кг. И держать её в таком состоянии нужно не секунду, а полторы-две минуты подряд на каждом круге. А кругов за гонку — 58.

Шейные мышцы у гонщиков — это отдельный вид спорта. Они тренируют их годами, иначе на первом же быстром повороте можно заработать хлыстовую травму или, что ещё хуже, компрессионный перелом шейных позвонков. А если добавить сюда вибрацию от мотора и постоянные микроудары о бордюры — получается, что позвоночник пилота за гонку испытывает нагрузку, сравнимую с несколькими часами работы отбойного молотка.

Поэтому, кстати, у многих гонщиков после карьеры диагностируют хронические боли в спине и шее. Михаэль Шумахер, например, ещё в активные годы жаловался на проблемы с шейным отделом. И это при том, что они — элитные атлеты с идеальной физической подготовкой.

Так что, когда Расселл выходит из болида после гонки и улыбается в камеру, знайте: за этой улыбкой — километры ада, перегрузки, которые обычный человек не выдержит и минуты, и титаническая работа всего организма.

В общем, сезон обещает быть жарким. Эмма уже пообещала, что если Леклер выиграет квалификацию, она заставит меня неделю называть её «принцессой Феррари». А я, если Расселл будет в топ-3, заставлю её смотреть все наши совместные фото в мерседесовской кепке.

P.S. Луиза, увидев наши танцы с бубном вокруг телетрансляции, спросила: «А почему вы просто не уменьшитесь и не посмотрите гонку изнутри, прямо в моторе?» Мы с Эммой переглянулись и поняли, что это гениально. Но Евгений Васильевич сказал, что для микромира в двигателе внутреннего сгорания нас ещё не готовили. Так что пока просто болеем.