Почему всего 1 глава?

Возникает вопрос:"А где все остальное?" Не волнуйтесь. Теперь я буду выпускать 1 главу раз в 3 дня потому что мне нужно их прорабатывать как следует. Вот вам отрывки из следущей уже запланированой главы:

...Катя опустилась на колени прямо в вязкую, черную жижу. Ее пальцы, всегда такие осторожные, сейчас безжалостно рвали мертвую плоть. И когда тусклый свет выхватил из-под хитина кусочек темного металла, время для нее остановилось.
​Идеально ровная гравировка. Геометрический узор в круге.
​Она вытащила из-под куртки затертый лист бумаги. Цветные карандаши, кривые детские линии. «Мой кибер-друг». Тепло маленькой ладошки Миши, когда он показывал ей этот рисунок перед тем, как его забрали в «спецшколу для одаренных», казалось, все еще жило на этой бумаге. И сейчас это тепло разбивалось о холодный кусок металла, вживленный в грудь чудовища.
​Плач не пришел. Вместо него внутри Кати что-то надломилось с сухим, отчетливым хрустом. Она убрала рисунок. Когда она подняла глаза на Влада, в них больше не было девочки-картографа. В них отражалась пустая, выжженная пустошь.
— Я нарисую новую карту, — ее голос был тихим, но от этой тишины у Гриши по спине поползли мурашки. — Карту до тех ублюдков, которые это сделали. И мы пройдем ее до самого конца....

...Гул не бил по барабанным перепонкам — он прошивал напрямую спинной мозг. Для остальных это был просто тошнотворный, давящий звук. Но Алекс слышал его иначе.
​Его изувеченная рука, перетянутая грязными бинтами, вспыхнула дикой, пульсирующей агонией. Но страшнее боли было чувство чужого присутствия. Алекс, как бывший безопасник и кодер, слишком хорошо знал это ощущение — так выглядит несанкционированный доступ. Тварь внизу, эта Тень-Альфа, не просто рычала. Она транслировала пакеты данных. Сигнал пытался пробиться через брандмауэр его остаточного человеческого сознания, цепляясь за мутировавшие нервы, как за открытые порты.
​Тело Алекса выгнулось дугой. Он зарычал сквозь стиснутые зубы, вцепившись здоровой рукой в стол так, что побелели костяшки. Он чувствовал, как система «Холодного Марша» проводит пинг. И его зараженная кровь, вопреки его воле, пыталась отправить ответ.

...Света не просто читала, она спотыкалась о каждое слово. В этих документах не было ни капли садизма — только ледяная, выверенная до миллиметра стерильность. «Оптимизация нейронных связей при удалении центров эмпатии… Коэффициент полезного действия биоматериала в условиях экстремальных температур…». Она помнила эти бланки. Она сама заполняла точно такие же формы в Новосибирске, отправляя результаты анализов «наверх». Ее руки дрожали так сильно, что плотные листы с сухим шелестом бились друг о друга.
​— Они не звери, Влад, — прошептала она, глядя сквозь него остекленевшим взглядом. — Звери убивают ради пропитания. А это… это просто цифры в чьем-то квартальном отчете. Мы искали лекарство от смерти, а они взяли наши формулы и превратили смерть в ГОСТ. Я… мои расчеты… они в каждом из этих монстров. Я помогала их собирать....