Читать онлайн "От имени и во имя. Член говорит."

Для разогрева…

Он сказал:

«Я больше не буду ей писать».

Я даже поддержал. Ну а как ещё. Честно. Пора уже.

Сколько можно? Она отвечает через раз, исчезает, появляется, и каждый раз - как будто заново.

Я уже устал напрягаться на её «может быть».

Прошёл час.

Он заходит в чат.

Пишет:

«Ты как?»

…

Ну и кто из нас идиот?!…

Новелла 1. Тихий ботан и я. 

Я проснулся ещё до того, как он открыл глаза. Потому что, в отличие от него, я не люблю тянуть.

Лежал тяжёлый, тёплый, уже наполовину налитый кровью и думал: «Ну наконец-то, сука, сегодня или никогда. Я уже начал сомневаться, что он вообще способен на “сегодня”».

Хозяин третий месяц дрочит на неё в душе, а в офисе только «привет» и «как прошёл день». Герой. Просто герой.

Я уже устал от его «а вдруг она подумает, что я пошляк». «Братан, ты уже пошляк. Ты просто трусливый пошляк».

Сегодня он наконец-то пригласил её к себе «посмотреть новый сериал». Сериал, бля. «Я чуть не обмяк от стыда в этот момент».

Ржал внутри его трусов, когда он покупал вино и сырную тарелку. Серьёзно? Сыр? Я тут стою, как дурак, а он сыр. «Хотя ладно… пусть будет сыр. Лишь бы ты, идиот, наконец довёл до дела».

Она пришла в коротком чёрном платье. Без лифчика. И вот тут я окончательно понял: сегодня не про сериал.

И сразу почувствовал это по тому, как у хозяина резко перехватило дыхание. «Ага, дошло, наконец-то». 

Я же просто встал по стойке «смирно» и начал пульсировать в такт её шагам.

«Давай, идиот, трогай её уже», - думал я, пока он неловко наливал вино и рассказывал про какой-то баг в коде. Про баг, Андрюха?!

Она села ближе. Положила руку ему на колено.

Я чуть не закричал от радости. «Не от нежности - от облегчения».

Хозяин же замер, как лось в свете фар. «А вдруг она просто дружески?..» — шептал его мозг.

«Дружески?! У неё соски торчат сквозь платье, а ты про баги?! Я уже не намекаю, я ору».

Через двадцать минут они уже целовались. Наконец-то.

Я вырвался из джинсов так резко, что хозяин даже вздрогнул.

Она посмотрела вниз, улыбнулась и провела пальцем по всей длине. Не торопясь. С наслаждением.

Я чуть не кончил прямо там от одного касания. Три месяца воздержания - это не шутки. «Это, блядь, катастрофа».

— Ого… — прошептала она. — Он у тебя… очень честный.

«Спасибо, милая… хоть одна адекватная в этой истории».

Хозяин покраснел и начал извиняться: «Прости, я обычно не такой…»

Я внутри него просто закатил глаза. «Заткнись… просто заткнись, не рушь момент».

Она опустилась ниже.

Аккуратно.

Без суеты.

И вот тут стало тихо. По-настоящему тихо.

Я замер.

Не от страха.

От предвкушения.

«Вот… теперь начинается».

Хозяин ещё что-то пытался сказать.

Какой-то бред.

«Замолчи уже. Ты сейчас лишний, дружище».

Она обхватила меня всей ладошкой.

Как будто проверяла:

реально ли я здесь.

Я ответил сразу.

Без разговоров.

«Да, детка. Я здесь. И я, в отличие от него, не сомневаюсь».

Когда она встала на колени и взяла меня в рот - без лишних слов, без показухи, - я понял: вот это моя женщина.

Она не притворялась.

Она делала это так, будто точно знала, зачем пришла.

Хозяин пытался держать себя в руках.

Думал о чём-то там «не кончить слишком быстро».

«Поздно. Ты уже проиграл эту битву».

А я просто наслаждался.

Наконец-то не фантазии, а реальность.

Когда он наконец вошёл в неё - медленно, дрожа, - вот тут его окончательно отпустило.

А я чуть не завыл от счастья.

«Да. Вот так. Именно так».

Хозяин начал двигаться аккуратно.

Я заорал: «Быстрее, придурок! Она хочет жёстко! Я уже не советую - я управляю».

И он, будто услышал меня впервые в жизни, вцепился ей в бёдра и долбанул по-настоящему.

«Вот так. Молодец. Иногда и до тебя доходит».

Я кончил первым.

Долго, мощно, прямо в неё, пока хозяин ещё пытался «контролировать процесс».

«Контроль? Да ты издеваешься, дружище».

Я просто выплеснул всё, что накопил за три месяца.

И ещё чуть-чуть.

И ещё.

«Вот теперь можно выдохнуть».

Она дрожала, сжималась вокруг меня и шептала: «Боже… как же сильно…»

«Да, милая. Я старался».

Когда всё закончилось, хозяин гладил её по спине, шептал что-то нежное.

А я лежал мокрый, обессиленный, счастливый и думал:

«Вот видишь, дебил? Я всегда был прав. Ты - голова. А я - яйца. И вместе мы иногда даже бываем нормальными мужиками».

Новелла 2. Два на одного. 

Я сегодня в ударе. Давно не стоял так нагло. Как же я ждал такого вечера. Как говорят - «редко, но метко».

Они сидят напротив меня в этом полутёмном баре - две подруги, обе в коротких платьях. Блондинка и брюнетка. Смеются, переглядываются, а я торчу в его брюках, как четвёртый «негласный» участник разговора.

Хозяин пытается вести светскую беседу. Делает вид, что он джентльмен. Смешно. Спрашивает про работу, про кино, а я думаю: «Да кому это нахуй нужно? Они уже решили».

Некоторые вечера не требуют длинных разговоров. И количество тоже бывает = качеству.

Через час мы в такси. Я между ними. Блондинка кладёт руку на ширинку первой. Брюнетка сразу следом. Они переглядываются и улыбаются - мол, «давай посмотрим, что у него там». Хозяин краснеет, а я просто наслаждаюсь двойным вниманием.

В квартире они нас даже не раздевали до конца. Просто расстегнули молнию, вытащили меня и начали работать вдвоём. Одна сосёт, вторая лижет яйца. Потом меняются. Я не знаю, куда деваться от этой сладости. Головка то в одном рту, то в другом, языки переплетаются прямо на мне. Я уже мокрый, блестящий, злой. Меня прям распирает от удовольствия. Это чистый кайф.

Блондинка задирает платье и садится на меня сверху. Прямо в мокрую пизду, без прелюдий. Брюнетка в это время целует её в шею и щипает соски. Я залетаю легко, как сани на ледяной трассе. Чувствую её, как она вибрирует вокруг меня. Хозяин пытается дышать ровно, а я просто долблю её снизу, как могу.

Потом мы меняемся местами. Теперь брюнетка подо мной, а блондинка садится ей на лицо. Я трахаю одну, пока она лижет вторую. Зрелище просто ебаное. Я уже на грани, но держусь. Не хочу кончать первым.

Они взрываются почти одновременно. Блондинка извивается, дрожит на лице, брюнетка сжимается вокруг меня так сильно, что я не выдерживаю. Выстреливаю в неё долго, мощно, несколько раз подряд. Сперма вытекает обратно на мои яйца и её дырку, а они обе смеются и целуются.

Хозяин лежит, тяжело дышит и шепчет: «Бля, я никогда…»

А я, мокрый, довольный, обессиленный, лежу теперь между двумя тёплыми бёдрами и думаю:

«Видишь, хозяин? Пока ты боялся даже одну пригласить, я уже отымел двоих.

И это, сука, только начало вечера».

Новелла 3. Мне пятьдесят два, и я уже не тот. 

Я просыпаюсь первым, как всегда. Раньше бы уже маршировал. А теперь не вскакиваю, просто лежу тёплый, тяжёлый и ленивый.

Хозяин уже третий раз за неделю пытается меня поднять на эту молодую. Ей двадцать девять, жопа - загляденье, а я… я просто смотрю на неё и думаю: «Ну и что?».

Он гладит её по бедру, целует в шею, шепчет всякую романтическую херню, а я вишу себе спокойно, как старый добрый друг, который уже не хочет никуда бежать. Отбегался. 

«Давай, старик, — бормочет он мне сквозь зубы, — не позорь меня».

Я молчу. Мне похер на его позор.

Она берёт меня в руку - тёплая, мягкая ладошка. Начинает аккуратно двигать. Раньше от одного такого касания я бы уже стоял, как солдат на посту, устремив головку в небо.

Сейчас - тишина… почти. Просто приятное тепло, и всё.

Она не халтурит, молодец. Даже в рот берёт - с чувством, с толком, с расстановкой. С душой. Я чувствую, как она старается, как язычок работает, как губки обхватывают и давят. 

А я… я просто лежу и думаю: «Красивая девочка. И что? Видел я таких… десятками».

Хозяин уже вспотел. Внутри у него паника: «Ну давай, ну пожалуйста, не сейчас, только не сейчас».

Я зеваю. В прямом смысле - головка слегка набухает и снова падает.

Он берёт меня сам, начинает дрочить быстро, злобно, будто хочет меня наказать. Я чуть-чуть встаю - ровно настолько, чтобы войти в неё.

Он входит. Медленно, осторожно, будто боится, что я опять сдамся по дороге.

Я внутри неё - тёплый, полуживой. Она стонет, двигается сама, сжимается вокруг меня. Приятно, не спорю…

Но чтобы кончить - это уже работа. Да…да. 

Я думаю о том, как двадцать лет назад я бы уже долбил её так, что кровать бы ходила ходуном.

А сейчас я просто… присутствую. Как мебель, только теплая. 

Он уже почти плачет внутри. Шепчет мне: «Ну давай, ну ещё чуть-чуть».

Я вздыхаю и наконец-то начинаю работать. Медленно, тяжело, будто поднимаю штангу.

Каждый толчок - усилие.

Она уже вся мокрая, стонет громче, почти воет… И кончает первой - обнимает меня так сильно, что я наконец чувствую что-то настоящее.

И вот тогда я решаю: ладно, заслужила.

Собираю силы и выстреливаю. Не фонтаном, как раньше, а долгой, густой струёй - раз, два, три… и всё.

Он дрожит над ней, будто пробежал марафон, а я просто отваливаюсь в сторону, довольный, несмотря ни на что.

Она целует его в плечо, гладит по волосам и шепчет: «Ты был великолепен».

Он улыбается, а я лежу рядом и думаю:

«Раньше я бы ответил ей сам. А теперь… теперь я просто мудак, который иногда всё-таки встаёт, если его очень-очень попросить.

И знаешь что? Мне, блядь, даже нравится эта новая лень».

«По крайней мере, теперь Я решаю, когда и с кем.»

Новелла 4. Нам по восемнадцать, и я им управляю.

Я просыпаюсь раньше него каждое утро. Стою, как дурак, твёрдый, пульсирую и тычусь в трусы, пока он ещё в сладком сне. «И да, мне вообще плевать, что он ещё спит».

«Да просыпайся уже, ленивая туша», — думаю я, а он только переворачивается на живот и прижимает меня к кровати. Больно, между прочим.

Вчера он впервые поцеловался с той рыжей из универа. Два часа тискались в её комнате, пока родители были на даче. Я чуть не сдох от счастья, когда она наконец-то запустила руку ко мне в джинсы. Её пальцы были холодные, дрожащие.

«Я дёрнулся, как идиот - и всё. Две секунды, и я уже закончил. Красиво, блядь. Просто великолепно».

Она засмеялась. Не зло, а так… удивлённо. А он покраснел до ушей и начал бормотать: «Прости, я не хотел, это первый раз».

Я внутри него просто орал:

«Заткнись! Я хотел. Я полгода к этому шёл, а ты сейчас извиняешься, как будто это ошибка».

Сегодня он опять пошёл к ней. Уже уверенный, что всё будет круто. Я знал, что нет.

Стоял в штанах ещё в автобусе, пока он пытался читать конспект по философии. Не читалось. Я стучал по ткани, требовал внимания.

«Сейчас не время», — шипел он мне сквозь зубы.

«Всегда время», — отвечал я.

В её комнате она сразу стащила с него джинсы. Я выскочил, как пружина, и чуть не ударил её по лицу. Она снова засмеялась, но уже не удивилась.

Взяла меня в ротик - тёплый, влажный, осторожный. Меня аж свело от удовольствия. Хозяин пытался дышать ровно, держать её за волосы нежно. А я уже толкался ей в горло, как зверь.

«Глубже, сука, глубже!» — вопил я, а он мысленно просил прощения.

Через минуту он уже был внутри неё. Горячо, тесно, мокро - я чуть не потерял сознание. Двигался он медленно, старался быть «хорошим».

А я уже не играл в аккуратность. Я просто делал то, что должен был. Ебал её, как мог. Быстро, жадно, без тормозов.

Она стонала, царапала ему спину, шептала: «Да, вот так». А он думал: «Не кончить слишком быстро, не кончить слишком быстро».

Я кончил первым. Опять. Как будто у меня был выбор. Горячо, долго, прямо в неё, пока он ещё пытался «контролировать ритм».

Вторая волна - и я снова выстрелил, хотя он уже почти вышел. Она почувствовала, как я пульсирую внутри, и сжалась так сильно, что я чуть не отключился от кайфа.

Он лежал потом на ней, тяжело дышал и шептал: «Извини… я опять быстро».

А я, мокрый, довольный, истощенный, лежал на её животе и думал:

«Извиняться будешь потом, когда научишься меня держать. А пока - заткнись и дай мне жить.

Я только начал. И, честно, я ещё даже не разогнался».

Новелла 5. Я-ходок.

Я знаю запах женщины раньше, чем он успевает открыть дверь в квартиру. И всегда знаю, чем всё закончится. Редко ошибаюсь.

Сегодня это блондинка из бара - высокая, с татуировкой на лопатке и взглядом, который говорит: «Я уже решила, но ты ещё побегай».

Он не врёт ей ни слова.

«У меня нет времени на отношения, детка. Только секс». И он, как ни странно, говорит правду.

Она кивает, улыбается и сама стягивает с нас джинсы. Я уже стою - спокойно, уверенно, без всякой юношеской суеты. Я знаю своё дело.

Она берёт меня в рот - сразу жадно, глубоко, как будто хочет впечатлить. Я не спешу. Просто наслаждаюсь. Головка скользит по её языку, упирается в горло - она давится, но не останавливается. Хорошая девочка. Старательная. И мне это нравится. Я даю ей поработать ровно столько, сколько нужно, чтобы она совсем разошлась.

Потом я беру её сам. Переворачиваю на живот, ставлю раком и вхожу одним движением - до самых истоков. Она выдыхает резко, вцепляется в простыню.

Я не тороплюсь. Толкаюсь медленно, глубоко, чувствую каждую складочку внутри. Когда она начинает стонать громче - ускоряюсь. Не потому, что мне так хочется, а потому, что ей это нужно. Я читаю её тело лучше, чем он читает меню в ресторане.

Она кончает первой, как и должно быть, - сжимается вокруг меня, дрожит, орёт в подушку. Я не останавливаюсь. Продолжаю долбить, пока она не начинает выгибаться и просить «ещё».

Только тогда я позволяю себе кончить. Глубоко, сильно, с удовольствием. Выплёскиваю всё, что накопил за два дня охоты без секса.

Через сорок минут мы уже встаём с кровати. Он целует её в щёку и говорит: «Спасибо, было круто». Он всегда вежлив, я - нет.

Она улыбается, немного растерянная.

Я вишу между его ног - тяжёлый, довольный, лоснящийся от неё. И думаю:

«Она хорошая. Но завтра будет другая. И это не трагедия. Это порядок вещей. Может, брюнетка с пирсингом в пупке, может, рыжая с большими сиськами. Не важно. Главное - я всегда получаю своё. И никогда не остаюсь на завтрак».

Он выходит из квартиры, а я уже чувствую запах следующей.

Я всегда на шаг впереди.