Первый день весны

Первое марта. Весна, ага. Снега по колено, ветер ледяной, а солнце светит так, будто издевается — вроде тепло, а нос отваливается.

Но мы всё равно пошли гулять. Всей командой. Верхний мир, обычный парк, никаких нанокостюмов и миссий. Только мы, снег и дурацкое желание отметить первый день весны так, как делают нормальные люди.

Знаете, что самое смешное? Нас всё равно было видно за километр. Потому что когда собираются пятеро будущих врачей, у которых за плечами три года спасения человечества в микромире, они даже снеговика лепят с хирургической точностью и командной координацией.

Володя командовал процессом, как будто мы штурмуем сибирскую язву: «Эмма, катать большой шар! Луиза, не отвлекайся! Ангелина, отойди, ты загораживаешь обзор!» Я ему чуть снегом за шиворот не засунула. Чуть.

Лера пыталась примирить Володин перфекционизм с реальностью: «Володь, ну посмотри, у него голова кривая, зато своя». Она вообще у нас главный дипломат. Даже снеговику досталось порция ласки.

Луиза пела. Всё время. Сначала просто напевала, потом начала выдавать полноценные арии про «весну на Заречной улице», а под конец решила, что снеговику нужна серенада. Мы забили. Её голос даже без резонатора звучит так, что вороны с соседних деревьев улетели. Зато весело.

Ангелина, естественно, снимала. Весь процесс. У неё теперь сто пятьдесят фотографий: как мы катаем шары, как я пытаюсь убить Володю снежком, как Луиза поёт снеговику, как Лера поправляет ему веточки-руки. Потом будет монтировать часовое видео и заставит нас это смотреть.

А я просто стояла и смотрела на них. И знаете, что поняла?

Гормоны — великая вещь. Весной даже у такой буки, как я, серотонин подскакивает. Дофамин от солнца (пусть и холодного) вырабатывается. Эндорфины от дурацкого смеха, когда у Володи лопнул снежный ком прямо на штаны, зашкаливали.

И вот стою я, вся в снегу, пальцы замёрзли, нос красный, а внутри тепло. Потому что эти четверо придурков — моя семья. И даже в обычном мире, без костюмов и уменьшения, мы умудряемся создавать что-то настоящее.

Снеговик у нас получился, кстати, страшненький. Глаза-веточки кривые, нос-морковка торчит вбок, одна рука короче другой. Мы назвали его «Демиен-младший» — в честь Володиного командного стиля. Володя обиделся, но потом сам же с ним и сфоткался.

Весна пришла. А с ней — понимание, что счастье не в миссиях и спасении мира. Оно в том, чтобы после пар пойти в парк, слепить кривого снеговика и замёрзнуть так, чтобы потом греться горячим чаем и слушать, как Луиза поёт, а Ангелина ворчит, что мы не слушаем её указаний по позированию.

Я даже улыбнулась. Пару раз.

P.S. Володя, если ты выложишь фото, где я смеюсь, я сделаю вид, что очень зла. Но на самом деле мне плевать. Пусть все видят, что даже Эмма умеет радоваться жизни. Особенно если рядом эти четверо.